• ТЕКСТ ДОКУМЕНТА
  • АННОТАЦИЯ
  • ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Бюллетень Европейского Суда по правам человека. Российское издание. N 9/2003

Бюллетень Европейского Суда по правам человека
Российское издание
N 9/2003


Редакционная: необходимые пояснения и краткие замечания


50 лет назад вступила в силу Конвенция о защите прав человека и основных свобод


Этот документ еще называют Европейской Конвенцией, а порой именуют - Римской. Но ее официальное и полное название - Конвенция о защите прав человека и основных свобод. Подписана или, как указано в самой Конвенции, "совершена" она была "в Риме 4 ноября 1950 года на английском и французском языках, причем оба текста имеют одинаковую силу, в единственном экземпляре, который хранится в архиве Совета Европы".

По принятым правилам Конвенция была открыта для подписания государствами - членами Совета Европы. Она подлежала ратификации. Ратификационные грамоты сдавались на хранение Генеральному секретарю Совета Европы. Конвенция вступала в силу после сдачи на хранение первых десяти ратификационных грамот.

Последняя десятая ратификационная грамота была сдана на хранение 50 лет назад - 3 сентября 1953 года. От этой даты и пошел отсчет вступления в силу Конвенции. Кстати, Россия сдала свою ратификационную грамоту на хранение Генеральному секретарю Совета Европы пять лет назад - 5 мая 1998 года (небольшой - но юбилей!). В настоящее время членами Совета Европы являются 44 государства (они перечислены в нашей редакционной статье в третьем номере Бюллетеня за 2002 год). Официальные языки Совета Европы - французский и английский. Штаб-квартира Совета Европы расположена в г. Страсбурге (Франция) во Дворце Европы.

Адрес: Council of Europe F-67075 Strasbourg Cedex, France.

Три основные черты придают Конвенции особое значение:

- права и свободы каждого человека гарантированы участвующими государствами или, как они именуются на международно-правовом языке, "Договаривающимися Сторонами";

- впервые в рамках международного договора о защите прав человека был создан конкретный механизм их защиты (имеется в виду Европейский Суд по правам человека);

- национальные парламенты и судебные органы получили прочную основу для принятия и толкования законов в области прав человека.

Напомним, что Конвенция и принятые в развитие ее некоторых статей протоколы гарантируют человеку право на:

- жизнь, свободу и неприкосновенность личности;

- справедливое судебное разбирательство по гражданским и уголовным делам;

- свободные выборы законодательной власти (и вытекающее из этой гарантии право избирать и быть избранным), участие в выборах и выдвижение своей кандидатуры на выборах;

- свободу мысли, совести и религии;

- свободу выражения мнения (включая свободу средств массовой информации);

- беспрепятственное пользование своим имуществом (свободу собственности) и свободу распоряжаться собственностью;

- свободу собраний и объединений.

Конвенция и ее дополнительные протоколы запрещают:

- пытки и бесчеловечное и унизительное обращение;

- смертную казнь;

- рабство и подневольный труд;

- дискриминацию в реализации гарантированных конвенцией прав;

- выдворение из страны собственных граждан или отказ им во въезде в страну;

- коллективное выдворение иностранцев.

По случаю 50-летней годовщины со дня вступления в силу Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод Председатель Европейского Суда по правам человека Люциус Вильдхабер обнародовал следующее заявление: "Пятьдесят лет тому назад, 3 сентября 1953 года, вступила в силу Европейская Конвенция по правам человека, составленная государствами - членами Совета Европы в 1950 году. Тогда ее подписали и ратифицировали всего десять государств. Сегодня же радиус действия Конвенции распространяется через весь Европейский континент: от атлантического побережья до побережья Тихого океана, от Рейкьявика до Владивостока. В сфере действия Конвенции оказывается территория с населением около 800 миллионов человек. Высокими Договаривающимися Сторонами этого документа выступают 44 государства, а Конвенция стала неотъемлемой частью национальных правовых систем подавляющего большинства этих государств. Она прочно укрепилась в правовых системах и системах моральных ценностей многих европейских стран.

В 1953 году Конвенция воспринималась как оплот противостояния тоталитарным режимам. В наши дни ей выпало играть решающую роль в деле укрепления демократии и принципа верховенства права в странах Центральной и Восточной Европы. Но она продолжает выполнять функции своего рода лакмусовой бумаги, на которой проверяют здоровье демократического общества в государствах - членах Совета Европы и выявляют недуги.

Конвенция представляет собой величайшее достижение Совета Европы и лежит в центре деятельности этой организации. Для Совета Европы Конвенция - путеводная звезда. Конвенция - это общее дело, которым заняты напрямую или опосредованно все структуры Совета Европы, включая Комитет министров, Парламентскую Ассамблею и Генерального Секретаря.

Именно благодаря духовным началам Конвенции была доказана ее способность - посредством прецедентного нормотворчества созданных на ее основе институтов, сначала Европейской Комиссии и Европейского Суда по правам человека, ныне слитых в единый Суд, - иметь дело с факторами, изменяющими общество таким образом, что предусмотренные ею гарантии сохранили ту же свою значимость, что и в 1953 году.

Спустя 50 лет после своего принятия Конвенция поставлена лицом к лицу с двумя серьезными проблемами: во-первых, просто сам факт наличия огромной массы жалоб, поступающих в Европейский Суд по правам человека, вынуждает отладить правозащитную систему так, чтобы гарантировать ее эффективность и в будущем; во-вторых, в развивающейся архитектуре европейского дома Конвенции должно быть отведено такое место, которое помогло бы сохранить последовательность и коллективный характер охраны основных прав человека в Большой Европе. Для достижения этого необходимо подвигнуть Европейский Союз на то, чтобы он присоединился к Конвенции".


Статистические сведения*


Постановления, вынесенные в 2003 году


Каким органом Суда вынесено Апрель С начала
2003 года
Большая палата 0 2 (5)
I Секция 36 (38) 77 (81)
II Секция 26 62 (64)
III Секция 10 31
IV Секция 16 39
Секции в предыдущих составах 0 9
Всего 88 (90) 220 (229)

Постановления, вынесенные в апреле 2003 года


Каким органом Суда
вынесено
По существу
дела
Заклю-
чено
мировое
согла-
шение
Исключено
из списка
подлежащих
рассмотре-
нию дел
Прочие Всего
Большая палата 0 0 0 0 0
I Секция
в предыдущем составе
0 0 0 0 0
II Секция
в предыдущем составе
0 0 0 0 0
III Секция
в предыдущем составе
0 0 0 0 0
IV Секция
в предыдущем составе
0 0 0 1 0
I Секция 30 (32) 6 0 0 36 (38)
II Секция 17 6 1 2** 26
III Секция 10 0 0 0 10
IV Секция 9 5 2 0 16
Всего 66 (68) 17 3 2 88 (90)

Постановления, вынесенные c начала 2003 года


Каким органом Суда
вынесено
По существу
дела
Заклю-
чено
мировое
согла-
шение
Исключено
из списка
подлежащих
рассмотре-
нию дел
Прочие Всего
Большая палата 2 (5) 0 0 0 2 (5)
I Секция
в предыдущем составе
4 0 0 0 4
II Секция
в предыдущем составе
0 0 0 0 0
III Секция
в предыдущем составе
4 0 0 0 4
IV Секция
в предыдущем составе
0 0 0 1** 1
I Секция 58 (62) 17 0 2*** 77 (81)
II Секция 48 (50) 10 2 2** 62 (64)
III Секция 30 1 0 0 31
IV Секция 31 6 2 0 39
Всего 177 (186) 34 4 5 220 (229)

*Статистические сведения предварительны. То или иное Постановление или Решение Европейского Суда может быть вынесено в отношении нескольких жалоб (в скобках приводится количество жалоб, в отношении которых вынесено Постановление или Решение).

**Постановление о пересмотре дела.

***Одно Постановление о пересмотре дела и одно Постановление о присуждении справедливой компенсации.


/-----------------------------------------------------------------------\
|       Вынесенные решения       |     За апрель    | С начала 2003 года|
|-----------------------------------------------------------------------|
|                     I. Жалобы, признанные приемлемыми                 |
|-----------------------------------------------------------------------|
|Большая палата                  |         0        |          0        |
|--------------------------------+------------------+-------------------|
|I Секция                        |       16 (17)    |        47 (49)    |
|--------------------------------+------------------+-------------------|
|II Секция                       |         8        |          30       |
|--------------------------------+------------------+-------------------|
|III Секция                      |         5        |          34       |
|--------------------------------+------------------+-------------------|
|IV Секция                       |      12 (36)     |        33 (57)    |
|--------------------------------+------------------+-------------------|
|Всего                           |      41 (66)     |       146 (171)   |
|-----------------------------------------------------------------------|
|                 II. Жалобы, признанные неприемлемыми                  |
|-----------------------------------------------------------------------|
|I Секция              |  Палата |       10         |          27       |
|                      |---------+------------------+-------------------|
|                      | Комитет |      385         |        1535       |
|----------------------+---------+------------------+-------------------|
|II Секция             |  Палата |        2         |          20       |
|                      |---------+------------------+-------------------|
|                      | Комитет |      279         |        1392       |
|----------------------+---------+------------------+-------------------|
|III Секция            |  Палата |      3 (4)       |       32 (34)     |
|                      |---------+------------------+-------------------|
|                      | Комитет |      167         |         886       |
|----------------------+---------+------------------+-------------------|
|IV Секция             |  Палата |        7         |          38       |
|                      |---------+------------------+-------------------|
|                      | Комитет |      139         |         978       |
|----------------------+---------+------------------+-------------------|
|Всего                 |         |   992 (993)      |      4908 (4910)  |
|-----------------------------------------------------------------------|
|    III. Жалобы, исключенные из списка подлежащих рассмотрению дел     |
|-----------------------------------------------------------------------|
|I Секция              |  Палата |        1         |           5       |
|                      |---------+------------------+-------------------|
|                      | Комитет |        4         |           9       |
|----------------------+---------+------------------+-------------------|
|II Секция             |  Палата |        1         |          13       |
|                      |---------+------------------+-------------------|
|                      | Комитет |        2         |          13       |
|----------------------+---------+------------------+-------------------|
|III Секция            |  Палата |        3         |          20       |
|                      |---------+------------------+-------------------|
|                      | Комитет |        3         |           5       |
|----------------------+---------+------------------+-------------------|
|IV Секция             |  Палата |        1         |        62 (80)    |
|                      |---------+------------------+-------------------|
|                      | Комитет |        9         |          15       |
|----------------------+---------+------------------+-------------------|
|Всего                 |         |        0         |          15       |
|--------------------------------+------------------+-------------------|
|Всего   Решений   об  исключении|                  |                   |
|жалобы   из  списка   подлежащих|                  |                   |
|рассмотрению  дел   (не  включая|                  |                   |
|частичных Решений)              |   1048 (1074)    |      5196 (5241)  |
\-----------------------------------------------------------------------/

Количество жалоб, коммуницированных властям государства, на действия которого подана жалоба


Каким органом принято решение За апрель С начала 2003 года
I Секция 22 (23) 92 (97)
II Секция 35 116
III Секция 85 (86) 238 (246)
IV Секция 26 (49) 141 (165)
Общее количество коммуницирован-
ных жалоб

168 (193)

587 (624)

Краткое изложение постановлений и решений Европейского Суда подготовлено Секретариатом Европейского Суда и не имеет обязательной силы для Суда.


По жалобам о нарушениях Статьи 2 Конвенции


Вопрос о праве человека на жизнь


Смерть содержавшегося под стражей брата заявителя и отсутствие эффективного расследования по этому факту: допущено нарушение Статьи 2 Конвенции.


Акташ против Турции
[Aktas - Turkey] (N 24351/94)


Постановление (вступившее в силу) от 24 апреля 2003 г. [вынесено III Секцией]


Обстоятельства дела


В 1990 году умер содержавшийся под стражей брат заявителя. По утверждению последнего, смерть его брата наступила вследствие пыток. Несмотря на большое количество синяков на теле брата заявителя, проведенное вскрытие и последующая судебно-медицинская экспертиза не смогли установить причину смерти.

Двум жандармам полицейского участка, в котором содержался брат заявителя, были предъявлены обвинения в совершении преступления, однако в 1994 году они были оправданы.

В связи с тем, что власти Турции отказывались признать, что смерть брата заявителя наступила в результате дурного обращения, делегаты Европейской Комиссии по правам человека (далее именуется Европейская Комиссия) провели расследование обстоятельств дела по настоящей жалобе. Указанные делегаты отказали в удовлетворении ходатайства властей Турции о вызове нескольких жандармов полицейского участка для дачи свидетельских показаний в отсутствие представителей заявителя или при условии, что эти жандармы будут отгорожены от них специальной ширмой.

Делегатами Европейской Комиссии в свою очередь было высказано предложение о том, чтобы свидетельские показания жандармов были даны в отсутствие самого заявителя и его родственников. Однако свидетели так и не предстали перед делегатами Европейской Комиссии в связи с отказом последних в удовлетворении ходатайства властей Турции.


Вопросы права


По поводу подпункта "а" пункта 1 Статьи 38 Конвенции и выводы по результатам расследования обстоятельств дела.

Европейский Суд выразил свою крайнюю обеспокоенность в связи с тремя обстоятельствами.

Во-первых, Европейский Суд был поражен заявлением властей Турции о том, что они не могут установить местонахождение врача, констатировавшего смерть брата заявителя.

Во-вторых, Европейский Суд, исходя из соображений обеспечения безопасности свидетелей, некоторые показания которых могли быть неоценимы, не счел необходимым их заслушивать в отсутствие заявителя, его родственников и представителей.

В-третьих, фотографии тела, которое, по утверждению властей Турции, было телом брата заявителя, были переданы делегатам Европейской Комиссии только после того, как был заслушан сам заявитель. При этом на фотографиях отсутствовала информация, идентифицирующая личность. Кроме того, по неизвестным причинам власти Турции не представили негативов этих фотографий.

В данных обстоятельствах Европейский Суд пришел к заключению о том, что из действий властей Турции необходимо было сделать соответствующие выводы.

Оценка фактов по делу. Из находящихся в распоряжении Европейского Суда медицинских свидетельств следовало, что на момент своего ареста брат заявителя не страдал никаким потенциально смертельным заболеванием; на его теле не было синяков и рубцов, зафиксированных во время процедуры судебно-медицинского освидетельствования и вскрытия тела. Ввиду отсутствия медицинского заключения о смерти брата заявителя, а также принимая во внимание невозможность властей Турции установить местонахождение врача, констатировавшего его смерть, можно сделать вывод о том, что брат заявителя был мертв на момент его доставки в больницу. Следовательно, смерть # заявителя наступила в присутствии жандармов полицейского участка, в котором он содержался. Таким образом, Европейский Суд без каких бы то ни было сомнений считает доказанным тот факт, что брат заявителя содержался под стражей властей и был подвергнут насилию, явившемуся прямой причиной его смерти.

По поводу Статьи 2 Конвенции. В свете установленных фактов брат заявителя был лишен жизни при обстоятельствах, влекущих ответственность государства-ответчика и исключающих основания допустимости лишения человека жизни, предусмотренные пунктом 2 Статьи 2 Конвенции. Таким образом, в этой части имело место нарушение Статьи 2 Конвенции.

Что же касается эффективности проведенного расследования, то следует отметить следующее.

Во-первых, осмотр помещения, в котором содержался брат заявителя, был проведен самими сотрудниками жандармерии, включая жандармов, закрепленных за соответствующим блоком. В этой связи подобный осмотр не может считаться частью "эффективного расследования".

Во-вторых, похоже, что ни один из ответственных должностных лиц жандармерии не выступил с инициативой о незамедлительном информировании компетентных органов власти о смерти, наступившей во время содержания лица под стражей.

В-третьих, административный совет провинции, в который дело поступило позднее, не отвечал требованиям независимости притом, что такие советы уже были признаны не в состоянии начать эффективное расследование.

В-четвертых, независимо от того, допрашивал ли майор, участвовавший в расследовании, брата заявителя или нет, он (майор) был сотрудником жандармерии и одним из звеньев управленческой цепи, как и те лица, в отношении которых велось расследование.

В-пятых, в данном деле имела место необъяснимая задержка во взятии показаний у жандармов. Более того, осталось невыясненным, был ли опрошен кто-либо из жандармов на предмет телесных повреждений брата заявителя.

В заключение следует отметить, что расследование заведомо не могло обеспечить достаточных доказательств для предания преступников правосудию или добыть информацию, необходимую для определения того, было ли применение силы оправданным. Следовательно, по данному аспекту также имело место нарушение Статьи 2 Конвенции.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что допущено нарушение Статьи 2 Конвенции (принято единогласно).

По поводу Статьи 3 Конвенции. Европейский Суд, основываясь на своем выводе о том, что брат заявителя, будучи взят под стражу, подвергся дурному обращению, пришел к заключению, что брат заявителя стал жертвой бесчеловечного и унижающего достоинство обращения. Не могло быть никаких сомнений в том, что обращение с братом заявителя носило тяжкий характер, поскольку явилось причиной его смерти. В свете доказательств того, что следы на теле были результатом механической асфиксии, которая могла быть из-за связывания грудной клетки (с тем, чтобы помешать процессу дыхания), распятия или "палестинского подвешивания", у Европейского Суда не было колебаний при вынесении заключения о том, что причиненные страдания были тяжелыми и особо жестокими. Более того, поскольку в процессе разбирательства не было оспорено, что жертва подвергалась допросу, было бы разумно заключить, что целью дурного обращения было получение информации или признания вины. При таких обстоятельствах подобное обращение явилось пыткой. Кроме того, нарушение Статьи 3 Конвенции имело место в связи с неадекватным производством расследования.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что допущено нарушение Статьи 3 Конвенции (принято единогласно).

По поводу Статьи 6 Конвенции. Европейский Суд счел более уместным рассмотреть часть жалобы, связанной с отсутствием доступа к правосудию, в контексте более общего обязательства государств по обеспечению эффективных средств правовой защиты, закрепленного Статьей 13 Конвенции.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что нет необходимости в рассмотрении данной части жалобы (принято единогласно).

По поводу Статьи 13 Конвенции. По вышеуказанным причинам нет оснований считать, что по уголовному делу было проведено эффективное расследование. Таким образом, заявитель был лишен эффективных средств правовой защиты.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что допущено нарушение Статьи 13 Конвенции (принято шестью голосами "за", одним - "против").

По поводу Статьи 14 Конвенции. Европейский Суд не находит, что обращение с братом заявителя, приведшее к его смерти, было вызвано этническим происхождением жертвы.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что положения Статьи 14 Конвенции не нарушены (принято единогласно).

По поводу Статьи 34 Конвенции. Не было сделано никаких заявлений относительно того, что каким-либо органом власти предпринимались попытки войти в прямой контакт с заявителем в связи с подачей последним жалобы в Европейский Суд. Скорее, данная часть жалобы была связана с тем, что непроведение должного расследования властями государства-ответчика осложнило заявителю работу по представлению его дела в Европейском Суде. Европейский Суд уже признал нарушения Статей 2, 3 и 13 Конвенции в связи с производством расследования. Поэтому Европейский Суд не усматривает необходимости в том, чтобы исследовать этот вопрос еще раз в контексте Статьи 34 Конвенции.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что нет необходимости в рассмотрении данной части жалобы (принято единогласно).

По поводу подпункта "а" пункта 1 Статьи 38 Конвенции. В своем докладе Европейская Комиссия выразила мнение о том, что ходатайство о применении мер обеспечения безопасности свидетелей должно быть разрешено в свете особых обстоятельств данного дела. В этих целях были настоятельно необходимы подача соответствующего уведомления и обеспечение достаточных оснований, которые позволили бы сделать вывод о существовании объективной ситуации, оправдывающей применение подобных мер, равно как и обоснованное, убедительное и персональное опасение каждого из свидетелей, в отношении которых подавалось таковое ходатайство.

В настоящем деле ходатайства были заявлены на поздней стадии разбирательства, и замечания относительно их причин были представлены уже после того, как Европейская Комиссия вынесла свои решения по этим ходатайствам.

Так, Европейская Комиссия отметила, что, начиная с 1995 года, большое количество сотрудников службы безопасности Турции были заслушаны представителями Европейской Комиссии без каких-либо ходатайств о применении мер обеспечения безопасности. Кроме того, не было представлено оснований, по которым данное дело должно было стать исключением.

Наряду с этим, Европейская Комиссия не нашла объяснений, почему ее предложение заслушать свидетельские показания в отсутствие заявителя и его родственников не были достаточными для снятия обеспокоенности. Что касается заявления о том, что внешность свидетелей, которые должны были предстать перед представителями заявителя, могла быть сообщена террористам, то Европейская Комиссия сочла это заявление неподобающим и необоснованным. Таким образом, Европейская Комиссия пришла к заключению, что власти Турции не выполнили своих обязательств по бывшему подпункту "а" пункта 1 Статьи 28 Конвенции о создании всех необходимых условий для проведения расследования обстоятельств дела. Европейский Суд согласился с выводом Европейской Комиссии.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу о невыполнении государством-ответчиком обязательств, вытекающих из требований подпункта "а" пункта 1 Статьи 38 Конвенции (принято единогласно).


Компенсация


В порядке применения Статьи 41 Конвенции. Европейский Суд постановил выплатить заявителю для вдовы и дочери его брата 226 065 евро в счет компенсации за потерю кормильца (за потерю будущих доходов) и 58 000 евро в качестве компенсации морального вреда. Европейский Суд также присудил заявителю как "пострадавшей стороне" 4 000 евро, несмотря на то, что в его отношении факт нарушения Статьи 3 Конвенции не был установлен, и что он не мог считаться жертвой доказанных нарушений Конвенции. Наряду с этим Европейский Суд вынес решение в пользу заявителя о возмещении судебных издержек и иных расходов, понесенных в связи с судебным разбирательством.


По жалобам о нарушениях Статьи 3 Конвенции


Вопрос о праве человека на жизнь


Пытки лица, содержавшегося под стражей: допущено нарушение Статьи 3 Конвенции.


Акташ против Турции
[AktaX - Turkey] (N 24351/94)


Постановление вступило в силу 24 апреля 2003 г. [вынесено III Секцией]


(См. выше изложение жалобы, рассмотренной в контексте Статьи 2 Конвенции.)


Вопрос о бесчеловечном и унижающем достоинство человека обращении Условия содержания приговоренного к смертной казни: допущено нарушение Статьи 3 Конвенции.


Полторацкий против Украины
[Poltoratskiy - Ukraine] (N 38812/97)


Постановление от 29 апреля 2003 г. [вынесено IV Секцией]


Обстоятельства дела


В 1995 году заявитель был приговорен к смертной казни. Приговор по его делу был оставлен без изменения в 1996 году, после чего он был переведен в ожидании исполнения приговора в изолятор исправительного учреждения.

Однако в 1997 году был введен мораторий на смертную казнь. Затем, в соответствии с законом, принятым в 2000 году, смертная казнь заменялась пожизненным лишением свободы.

По утверждению заявителя, вследствие принятия секретного подзаконного акта в отношении осужденных к смертной казни, он был лишен ряда своих прав, как то: прогулок на открытом воздухе, просмотров телевизора, доступа к газетам и возможности получать продовольственные посылки. Кроме того, заявитель сообщил, что до сентября 1997 года ему запрещалось вести переписку с кем бы то ни было, и не разрешались встречи со священником (вплоть до декабря 1998 года), а также - первоначально - и с собственным отцом. Впоследствии свидания с семьей были ограничены одним свиданием в месяц.

Заявитель также указал, что несколько раз в течение 1998 года он подвергался избиениям. По данному вопросу компетентные власти Украины проинформировали родственников заявителя о том, что после тщательного расследования утверждения заявителя были признаны необоснованными.

В связи с тем, что заявления Полторацкого об условиях содержания оспаривались властями Украины, Европейская Комиссия вынесла решение о проведении расследования обстоятельств дела. В ноябре 1998 года делегация Европейской Комиссии посетила тюрьму, в которой содержался заявитель, и взяла там показания у ряда свидетелей.

Европейская Комиссия установила: невозможно категорично признать, что заявитель подвергся, по его утверждению, дурному обращению. Однако, как оказалось, никакого расследования по заявленному факту компетентными органами власти Украины, кроме непосредственно затронутых, проведено не было. При этом медицинская справка была составлена через два месяца после сообщений об инцидентах.

Представители Европейской Комиссии установили, что заявитель содержался в одиночной камере с туалетом, не отгороженным от остальной части помещения. В камере имелись умывальник с холодной водой, две кровати, стол и скамья, окно с решеткой, было проведено центральное отопление. Свет был постоянно включен, и надзиратели тюрьмы часто наблюдали за заключенным через дверной глазок. Более того, вплоть до мая 1998 года заключенным запрещались ежедневные прогулки на открытом воздухе, а окна их камер были полностью закрыты ставнями.

Европейская Комиссия приняла во внимание показания заявителя о том, что условия содержания в тюрьме были еще хуже до прибытия делегации Европейской Комиссии. По вопросу свиданий с членами семьи заявителя Европейская Комиссия отметила, что фактически все ходатайства родителей заявителя о свиданиях с ним были удовлетворены. Такие свидания назначались на даты, следовавшие через два-три месяца после представления соответствующих ходатайств. Кроме того, свидания проходили в присутствии тюремных надзирателей, которые могли вмешиваться в ход встречи. Что касается ведения переписки, то Европейская Комиссия подчеркнула: заявитель направлял и получал ряд писем. Однако согласно существовавшим правилам внутреннего распорядка заявителю разрешалось посылать только одно письмо в месяц, адресованное своей семье. Вся корреспонденция заявителя подвергалась цензуре. В заключение, так и не было установлено с достаточной степенью ясности, ходатайствовал ли заявитель о встречах со священником. При этом стало известно, что регулярных визитов священника не проходило.


Вопросы права


По поводу Статьи 3 Конвенции

(i) Не было установлено при соблюдении необходимого критерия доказанности, что заявитель подвергался в тюрьме физическому насилию в нарушение положений указанной Статьи Конвенции.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что положения Статьи 3 Конвенции не нарушены (принято единогласно).

(ii) Европейская Комиссия пришла к заключению, что расследование в связи с утверждениями заявителя носило формальный и поверхностный характер и не продемонстрировало каких бы то ни было серьезных усилий, которые имели своей целью определить то, что в действительности произошло. Европейский Суд разделил мнение Европейской Комиссии и ее обоснование и пришел к выводу о том, что утверждения заявителя относительно применения к нему насилия не были тщательно расследованы компетентными властями Украины.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что допущено нарушение Статьи 6 Конвенции (принято шестью голосами "за" и одним - "против").

(iii) Что касается условий содержания заявителя в тюрьме, то юрисдикция Европейского Суда по изучению данного вопроса распространяется на период после 11 сентября 1997 г. - даты вступления Конвенции в силу для Украины. Однако для определения воздействия этих условий на заявителя Европейский Суд может принять во внимание весь период содержания заявителя в тюрьме и условия содержания на протяжении всего времени нахождения заявителя в заключении.

Европейский Суд согласился с тем, что заявитель изначально находился в состоянии неопределенности, страха и беспокойства относительно своего будущего, тем не менее Европейский Суд придерживался мнения о том, что вероятность приведения приговора в исполнение и сопутствующее этому состояние страха и беспокойства с течением времени становились меньше. В своей позиции Европейский Суд опирался на выводы делегатов Европейской Комиссии и доклады Европейского комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания.

Так, особое внимание Европейский Суд уделил тому, что до мая 1998 года заявитель содержался в камере все 24 часа в сутки и не имел доступа к естественному свету. Кроме того, заявителю не разрешались физические упражнения на открытом воздухе, практически не предоставлялось возможности для другой деятельности или для межличностных контактов. Содержание в такого рода неприемлемых условиях свелось к унижающему достоинство обращению. Положение заявителя усугублялось еще рядом других факторов, включая и то обстоятельство, что на протяжении всего периода, легшего в основу жалобы, заявитель находился под угрозой приведения приговора в исполнение. В то время как по данному делу не было обнаружено прямого умысла на унижение человеческого достоинства заявителя, условия содержания в тюрьме причинили ему значительные психические страдания, умаляя его человеческое достоинство. Несмотря на то, что с мая 1998 года в ситуации вокруг заявителя произошли существенные улучшения, к этому моменту заявитель уже на протяжении 30 месяцев находился в заключении. При этом никакие серьезные экономические трудности, с которыми столкнулась Украина, не могли служить объяснением или оправданием неприемлемых условий содержания заявителя в заключении.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что допущено нарушение Статьи 3 Конвенции (принято единогласно).

По поводу Статьи 8 Конвенции. Ограничение на число свиданий с семьей и ведение переписки составило вмешательство государства в реализацию права заявителя на уважение его семейной жизни и корреспонденции. Условия содержания лиц, приговоренных к смертной казни, регулировались в относящееся к жалобе время инструкцией, являвшейся внутренним неопубликованным документом, к которому у общественности не было доступа. Следовательно, подобное вмешательство не было "предусмотрено законом".


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что допущено нарушение Статьи 8 Конвенции (принято единогласно).

По поводу Статьи 9 Конвенции. Европейская Комиссия признала доказанным тот факт, что заявитель не мог посещать еженедельные религиозные службы, в то время как такая возможность предоставлялась другим заключенным, а также, что вплоть до декабря 1998 года его не посещал священник. Подобная ситуация явилась вмешательством в "свободу (заявителя) исповедовать свою религию или убеждения". Ввиду того, что указанная инструкция не предоставляла заявителю право на то, чтобы его посещал священник, можно заключить, что такое вмешательство государства в реализацию права человека, гарантированной Конвенцией, не было "предусмотрено законом".


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что допущено нарушение Статьи 9 Конвенции (принято единогласно).


Компенсация


В порядке применения Статьи 41 Конвенции. Европейский Суд постановил выплатить заявителю 2 000 евро в счет компенсации морального вреда. Наряду с этим Европейский Суд вынес решение в пользу заявителя о возмещении судебных издержек и иных расходов, понесенных в связи с судебным разбирательством.


Кузнецов против Украины
[Kuznetsov - Ukraine] (N 39042/97)


Постановление от 29 апреля 2003 г. [вынесено IV Секцией]


Данное дело поднимает вопросы, аналогичные рассмотренным по делу "Полторацкий против Украины" (см. выше).


Хохлич против Украины
[Khokhlich - Ukraine] (N 41707/98)


Постановление от 29 апреля 2003 г. [вынесено IV Секцией]


Обстоятельства дела


В 1996 году заявитель был приговорен к смертной казни. Однако в 1997 году был введен мораторий на смертную казнь. Таким образом, в соответствии с законом, принятым в 2000 году, смертная казнь заменялась пожизненным лишением свободы.

Жалоба заявителя затрагивала вопросы условий содержания в тюрьме. В этой связи в октябре 1999 года делегация Европейского Суда посетила тюрьму, в которой содержался заявитель, и взяла там показания у ряда свидетелей, а также и у самого заявителя. Последний утверждал, что его поставили в известность о его правах в сентябре 1999 года. Заявитель жаловался на неудовлетворительное кормление, что в зимнее время в камере было слишком холодно, а также что состояние душевой комнаты не выдерживало никакой критики. Наряду с этим заявитель утверждал, что свет в камере был постоянно включен, хотя это его несильно беспокоило. Кроме того, с окна камеры сняли ставни лишь за некоторое время до приезда делегации Европейского Суда. Ежедневные прогулки стали для него возможными только с мая 1998 года. В сентябре 1997 года у заявителя диагностировали туберкулез. При этом, по утверждению заявителя, он заразился этим заболеванием от другого заключенного (диагноз которому был поставлен в июле 1997 года), с которым Хохлич содержался в одной камере. Он также жаловался на ограничения количества получаемых посылок и свиданий. В дополнение Хохлич заявил, что, несмотря на то, что в декабре 1997 года областной суд разрешил нотариусу встретиться с заявителем, их свидание состоялось лишь в феврале 1998 года.

Делегаты Европейского Суда установили, что площадь камеры, в которой содержался заявитель, составляла 9 кв. м, содержалась в чистоте. В камере имелись туалет, не отгороженный от остальной части помещения, умывальник с холодной водой, две кровати, окно с решеткой, было проведено центральное отопление. Камера в достаточной степени отапливалась и имела нормальную вентиляцию.


Вопросы права


Предварительные возражения властей Украины.

Вопрос о том, обладает ли заявитель статусом жертвы нарушения Конвенции, не поднимался на стадии рассмотрения приемлемости настоящей жалобы, что лишило власти Украины права на него в последующем ссылаться.

Что же касается исчерпания внутригосударственных средств правовой защиты, то свидетельские показания заявителя и его матери о том, что ими было подано несколько жалоб в адрес администрации тюрьмы, заслуживали доверия. Таким образом, администрация была осведомлена о положении заявителя и могла рассмотреть вопрос об условиях содержания и, в случае необходимости, исправить сложившуюся ситуацию. Поскольку заявителем не подавалось официальных жалоб в письменной форме вплоть до сентября 1999 года, до этой даты он не был надлежащим образом проинформирован о своих правах и не имел о них достаточного представления.

В конечном счете власти Украины не смогли доказать, каким образом подача заявителем гражданского иска сколько-нибудь улучшила его положение в части, касающейся условий содержания под стражей. Власти Украины не смогли также представить примеры из судебной практики в подтверждение того, что подобный иск имел бы перспективы на успех. В связи с изложенным замечания властей Украины были отклонены.

По поводу Статьи 3 Конвенции (условия содержания заявителя под стражей). Юрисдикция Европейского Суда по рассмотрению жалоб заявителя распространяется лишь на период после 11 сентября 1997 г. - даты вступления Конвенции в силу для Украины. Однако для определения воздействия условий содержания под стражей на заявителя Европейский Суд может принять во внимание весь период нахождения заявителя в месте заключения и условия содержания на протяжении всего времени нахождения заявителя там.

Европейский Суд согласился с тем, что заявитель изначально находился в состоянии неопределенности, страха и беспокойства относительно своего будущего, однако Европейский Суд придерживался мнения о том, что вероятность приведения приговора в исполнение и сопутствующее этому состояние страха и беспокойства с течением времени становились меньше.

Европейский Суд полностью разделил утверждения заявителя об условиях содержания. Несмотря на то, что Европейский Суд не мог с полной ясностью установить, каковы были условия содержания заявителя до приезда делегации, некоторые факты не подлежали сомнению.

Особое внимание Европейский Суд уделил тому, что до мая 1998 года заявитель содержался в камере, представлявшей собой ограниченное жизненное пространство, все 24 часа в сутки и не имел доступа к естественному свету. Кроме того, заявителю не разрешались занятия на открытом воздухе, практически не предоставлялось возможности для другой деятельности или для межличностных контактов. Содержание в такого рода неприемлемых условиях свелось к унижающему достоинство обращению. Положение заявителя усугублялось еще и тем обстоятельством, что на протяжении всего периода, относящегося к жалобе, заявитель находился под угрозой приведения приговора в исполнение. В то время как по данному делу не было обнаружено прямого умысла на унижение человеческого достоинства заявителя, условия содержания в тюрьме, особенно до мая 1998 года, причинили ему значительные психические страдания, умаляя его человеческое достоинство. Несмотря на то, что после указанной даты положение заявителя существенно улучшилось, к этому моменту Хохлич уже в течение 24 месяцев находился в заключении. При этом никакие серьезные экономические трудности, с которыми столкнулась Украина, не могли служить объяснением или оправданием неприемлемых условий содержания заявителя в заключении.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что допущено нарушение Статьи 3 Конвенции (принято единогласно).

По поводу Статьи 3 Конвенции (вопрос о заражении заявителя туберкулезом). Ввиду того, что свидетельские показания, данные в устной форме, и документы администрации тюрьмы входили друг с другом в противоречие, Европейский Суд предпочел опираться на последние в силу их большей четкости.

Так, Европейский Суд, основываясь на указанном документе, исходил из того, что заявитель содержался в одиночной камере с 23 апреля 1997 г. Европейский Суд не счел достоверным утверждение заявителя о том, что в период его содержания с сокамерником последний уже был болен туберкулезом. У сокамерника заявителя был обнаружен туберкулез через два месяца после их совместного содержания. И хотя теоретически нельзя было исключать, что заключенный уже страдал туберкулезом на момент их помещения с заявителем в одну камеру, независимая медицинская комиссия пришла к заключению о том, что заявитель и его бывший сокамерник были носителями разных форм туберкулеза. При этом сокамерник Хохлича не был болен активной формой туберкулеза. Следовательно, заявитель не мог заразиться от своего сокамерника. Более того, оба указанных лица получили надлежащее лечение, так что даже после того, как они вновь разделили одну камеру, вероятность повторного заражения была сведена к нулю. В итоге, состояние здоровья обоих заключенных оценивалось как удовлетворительное, притом что они продолжали находиться под медицинским наблюдением.

В данной ситуации нельзя считать, что заявитель подвергся дурному обращению в связи с тем, что он заболел туберкулезом.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что положения Статьи 3 Конвенции не нарушены (принято единогласно).

По поводу Статьи 8 Конвенции. Ограничивая количество разрешенных для получения заявителем посылок и не разрешая двухчасовые свидания заявителя с его родственниками, власти Украины вмешались в реализацию заявителем права на уважение его частной и семейной жизни и корреспонденции.

(i) В период с сентября 1997 года по июль 1999 года нормативно-правовым актом, регулирующим на Украине условия содержания в исправительных учреждениях, был Исправительно-трудовой кодекс Украины (далее именуется - кодекс). Однако соответствующие положения кодекса относились к лицам, осужденным к лишению свободы, к коим заявитель автоматически не мог быть причислен в силу того, что он был приговорен к исключительной мере наказания. Кроме того, хотя в отдельной статье кодекса говорилось о том, что осужденным к лишению свободы в тюрьме не разрешалось получать посылки, заявитель не подпадал под это положение, так как не содержался ни в одном из перечисленных в этой статье видов исправительных учреждений.

Следовательно, предусмотренные кодексом ограничения не были в достаточной степени предсказуемыми. В дополнение к изложенному, инструкция, на которую ссылались власти Украины, представляла собой внутренний неопубликованный документ, доступ общества к которому не был обеспечен.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что допущено нарушение Статьи 8 Конвенции (принято единогласно).

(ii) Несмотря на то, что заявитель не подавал жалоб, относящихся к периоду после июля 1999 года, Европейский Суд посчитал уместным в свете значения, придаваемого контактам между приговоренными к смертной казни и их семьями, подвергнуть изучению ограничения, предусмотренные Временными положениями, вступившими в силу в относящееся к жалобе время, которые разрешали передачу заключенным шести посылок и трех маленьких бандеролей в год.

Такие ограничения были предусмотрены законом и могли рассматриваться как преследующие законную цель предотвращения беспорядков и преступлений (в контексте пункта 2 Статьи 8 Конвенции). Что же касается необходимости введения этих ограничений, то, принимая во внимание проблемы материально-технического свойства, связанные с обработкой неограниченного количества посылок, направляемых в исправительные учреждения, подобные ограничения могут рассматриваться как сохраняющие справедливый баланс между интересами заинтересованного лица и публичным интересом, тем более что администрация тюрьмы была способна обеспечить заключенных одеждой, пропитанием и медицинской помощью. Следует также учитывать, что не было никаких ограничений в направлении родственниками денег заключенным для того, чтобы последние могли купить себе товары в тюремном магазине.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что положения Статьи 8 Конвенции не нарушены (принято единогласно).

По поводу Статьи 13 Конвенции. Мать заявителя ходатайствовала о том, чтобы нотариус посетил ее сына в тюрьме. Сам заявитель не обращался с письменным обращением по этому поводу. Более того, несмотря на то, что заявитель жаловался на задержку в приезде к нему нотариуса, он сам при этом указал, что никаких неудобств эта задержка ему не доставила.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что положения Статьи 13 Конвенции не нарушены (принято единогласно).


Компенсация


В порядке применения Статьи 41 Конвенции. Европейский Суд постановил выплатить заявителю 2000 евро в счет компенсации морального вреда. Наряду с этим Европейский Суд вынес решение в пользу заявителя о возмещении судебных издержек и иных расходов, понесенных в связи с судебным разбирательством.


Назаренко против Украины
[Nazarenko - Ukraine] (N 39483/98)


Данкевич против Украины
[Dankevich - Ukraine] (N 40679/98)


Алиев против Украины
[Aliev - Ukraine] (N 41220/98)


Постановления от 29 апреля 2003 г. [вынесены IV Секцией]


Вышеуказанные дела поднимают вопросы, аналогичные рассмотренным по делу "Хохлич против Украины" (см. выше).

По делу "Назаренко против Украины", несмотря на утверждения адвоката заявителя о том, что вопросы, поставленные в жалобе его подзащитного, были разрешены в результате улучшения ситуации по делу, Европейский Суд занял позицию о необходимости рассмотрения данной жалобы, в связи с тем, что она поднимала серьезные вопросы общего характера.

По делу "Алиев против Украины" Европейский Суд пришел к заключению, что утверждения заявителя о том, что он подвергся дурному обращению со стороны сотрудников исправительного учреждения, не были со всей очевидностью доказаны. Европейский Суд также постановил, что отказ в свиданиях с супругой на настоящий момент мог быть обоснован необходимостью предотвращения беспорядков и преступлений (в контексте пункта 2 Статьи 8 Конвенции).


Вопрос об унижающем достоинство человека
обращении


Адекватность медицинской помощи, предоставленной администрацией исправительного учреждения наркозависимому заключенному, страдающему от наркотического абстинентного синдрома: допущено нарушение Статьи 3 Конвенции.


МакГлинчи и другие против Соединенного Королевства
[McGlinchey and other - United Kingdom] (N 50390/99)


Постановление от 29 апреля 2003 г. [вынесено II Секцией]


Обстоятельства дела


Заявителями по жалобе выступают мать и ребенок Джудит МакГлинчи, находившейся в зависимости от героина и скончавшейся во время отбывания наказания за кражу.

По прибытии в исправительное учреждение Джудит МакГлинчи жаловалась на наркотический абстинентный синдром и приступы астмы, после чего была помещена в медицинскую часть в ожидании осмотра врача. Ночью ей дали ингалятор. На следующий день она была обследована врачом, который назначил ей лекарственный препарат, снимающий абстинентный синдром после употребления героина. Однажды это лекарство не было ей дано в связи с понижением артериального давления. На протяжении последующих дней у нее наблюдались частые приступы тошноты. Несмотря на то, что ей неоднократно давали лекарства от тошноты, их действие было коротким. Тем не менее врач медицинской части тюрьмы счел, что состояние Джудит МакГлинчи было стабильным без признаков обезвоживания. На шестой день содержания под стражей Д. МакГлинчи похудела на несколько килограммов (хотя в последующем были обнаружены расхождения в показаниях использованных весов). Через два дня после этого МакГлинчи вырвало кровью, в связи с чем ее отвезли в больницу, где у нее произошла остановка сердечной деятельности. Несколько дней спустя МакГлинчи скончалась.

По этому случаю было проведено расследование, выявившее ряд упущений. Однако присяжные не смогли прийти к какому-либо выводу. В связи с заключением врачей, признавших, что свидетельств было недостаточно для определения причинной связи между смертью и допущенной халатностью, заявители не подали исков в суд.


Вопросы права


По поводу Статьи 3 Конвенции. (i) Относительно утверждения о том, что администрация исправительного учреждения однажды не дала МакГлинчи лекарства для снятия героинового абстинентного синдрома в качестве наказания, медицинской документ, приложенный к меморандуму властей Соединенного Королевства по данной жалобе, опроверг это информацией о том, что лекарство не было дано по указанию врача в связи с падением артериального давления МакГлинчи. Не было представлено обоснований того, что отказ в предоставлении лекарства от наркотического абстинентного синдрома был продиктован намерением наказать МакГлинчи.

(ii) Что же касается утверждения о том, что Д. МакГлинчи была оставлена лежать в своей рвоте, то Европейский Суд не находит, что в условиях необходимости незамедлительной доставки осужденной в больницу тот факт, что она не была должным образом умыта, обнаруживает в себе элемент унижающего достоинство человека обращения. Более того, Европейский Суд не располагает достаточным материалом для того, чтобы высказаться по поводу утверждения о том, что МакГлинчи пришлось убрать за собой после того, как ее вырвало в тюрьме.

(iii) По вопросу о том, что МакГлинчи не было дано лекарство от астмы, Европейский Суд отмечает, что ей был дан ингалятор.

(iv) В заключение, относительно жалобы о том, что меры, принятые для лечения наркотического абстинентного синдрома МакГлинчи, не были осуществлены быстро или сами по себе были недостаточными, несмотря на то, что за ее состоянием на протяжении первых шести дней велось наблюдение на регулярной основе и предпринимались шаги по снятию указанных симптомов, МакГлинчи, тем не менее, в этот период постоянно рвало, и она существенно потеряла в весе. Кроме того, несмотря на то, что ее состояние продолжало ухудшаться, она, по-видимому, не была обследована врачом в течение двух последующих дней, так как последний не работал по выходным. Существенная потеря в весе и обезвоживание МакГлинчи явились результатом бесконтрольных приступов рвоты, продолжавшихся в течение недели, непринятия пищи и невозможности организма удерживать жидкость. Помимо того, что эти обстоятельства вызывали у нее недомогание и страдания, они также представляли большую опасность ее здоровью. Применительно к обязанности администрации исправительного учреждения обеспечить заключенным надлежащую медицинскую помощь по данному делу имело место нарушение положений Статьи 3 Конвенции. Обращение с Д. МакГлинчи противоречило запрету подвергать людей бесчеловечному и унижающему достоинство обращению.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что допущено нарушение Статьи 3 Конвенции (принято шестью голосами "за" и одним - "против").

По поводу Статьи 13 Конвенции. Подача жалоб администрации исправительного учреждения не привела бы к заглаживанию вреда. Поскольку действия администрации учреждения не причинили физическую или психическую травму, никакой иск о халатности не мог быть подан в суд. Кроме того, не было никакой уверенности в том, что в результате подачи иска в порядке возбуждения процедуры судебного надзора за законностью действий властей возмещение ущерба было бы проведено на иных основаниях. Следовательно, законодательство Соединенного Королевства не предусматривало компенсации за моральные и физические страдания, являющиеся признаками нарушения Статьи 3 Конвенции. В случае нарушений Статей 2 и 3 Конвенции компенсация морального вреда должна быть в принципе доступна в качестве одного из возможных способов устранения допущенных нарушений.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что допущено нарушение Статьи 13 Конвенции (принято единогласно).


Компенсация


В порядке применения Статьи 41 Конвенции. Европейский Суд постановил выплатить 11 500 евро, подлежащие зачислению в наследственную сумму Д. МакГлинчи, а также по 3800 евро каждому из заявителей в счет компенсации морального вреда. Наряду с этим Европейский Суд вынес решение в пользу заявителей о возмещении судебных издержек и иных расходов, понесенных в связи с судебным разбирательством.


Вопрос о позитивных обязательствах государства по охране прав человека


В ходе слушаний в суде адвокаты подверглись нападению и оскорблению со стороны группы частных лиц: жалоба признана неприемлемой.


Тюнсер и другие против Турции
[Tuncer and others - Turkey] (N 12663/02)


Решение от 13 марта 2003 г. [вынесено III Секцией]


Заявителями являются адвокаты, представлявшие в Суде государственной безопасности г. Стамбула интересы ряда лиц, обвинявшихся, в том числе, в убийстве президента местного отделения партии "Национальное движение".

В ходе слушаний заявители стали объектом оскорблений со стороны активистов указанной партии. На протяжении трех последующих судебных слушаний заявители подверглись нападкам и угрозам со стороны близких родственников стороны, требовавшей возмещения вреда в гражданском порядке. В двух случаях полиции пришлось сопровождать заявителей при выходе из здания суда.

По окончании одного из слушаний на двух заявителей напала группа лиц в 30-40 метрах от выхода из здания суда. Это место не просматривалось из здания безопасности суда. Нападавшие избили одного из заявителей руками и ногами; другой же получил два удара ножом в ногу. При этом заявителям удалось добраться до центрального входа в здание суда, а нападавшие, боясь быть увиденными полицией, скрылись с места происшествия.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается Статьи 3 Конвенции. Согласно данной статье Конвенции государства обязаны принимать меры, направленные на то, чтобы лица, находящиеся под их юрисдикцией, не подвергались дурному обращению. Таким образом, обязательство государства возникает, в частности, в тех случаях, когда власти не предприняли необходимых шагов для того, чтобы опасность, о которой они знали или должны были знать, не воплотилась в реальность даже в тех случаях, когда такая опасность исходит от физических лиц или групп лиц, не находящихся на государственной службе. Оскорбления и нападения со стороны групп граждан, присутствовавших на слушаниях в Суде государственной безопасности, не достигли порога тяжести, необходимого для возложения за них ответственности на государство-ответчика.

Что же касается насилия, проявленного в отношении заявителей, то Статья 3 Конвенции не подразумевает позитивных обязательств государства по предотвращению любой потенциально возможной вспышки насилия или преступных деяний третьих лиц. По настоящему делу не было представлено доказательств того, что судьи или сотрудники службы безопасности, охраняющей здание и помещения суда, могли предвидеть, что ситуация за дверями зала судебных заседаний обострится, и что около 15 человек соберутся в группу для совершения упомянутых деяний. Так, заявители не смогли доказать, каким образом полицейские, находившиеся в здании суда в 30 метрах от места нападения, могли на это отреагировать. Жалоба признана явно необоснованной.


По жалобам о нарушениях Статьи 5 Конвенции


По жалобам о нарушениях пункта 1 Статьи 5 Конвенции


Вопрос о праве на законное содержание лица под стражей


Перевод заключенного в исправительное учреждение, находящееся в государстве, гражданином которого он является, где положения об условно-досрочном освобождении более строгие, чем в исправительном учреждении, в котором он изначально содержался: жалоба коммуницирована властям Финляндии.


Альтосаар против Финляндии
[Altosaar - Finland] (N 9764/03)
[IV Секция]


Заявитель является гражданином Эстонии. В настоящее время он отбывает наказание в исправительном учреждении Финляндии за преступления, связанные с наркотиками. Заявитель был осужден к шести годам и десяти месяцам лишения свободы. Срок наказания начал исчисляться с июня 2001 года.

В сентябре 2002 года администрация исправительного учреждения приняла решение об этапировании заявителя в Эстонию для отбытия оставшейся части наказания. Заявитель обжаловал это решение в административный суд. В своей жалобе Альтосаар среди прочего заявил, что его перевод в другое исправительное учреждение в Эстонии, где условно-досрочное освобождение является дискреционным полномочием компетентных органов и может иметь место только после того, как было отбыто две трети срока, продлит его заключение, поскольку по отбытии половины назначенного срока в Финляндии он мог бы быть освобожден условно-досрочно. В марте 2003 года данная жалоба заявителя была оставлена без удовлетворения.


Процессуальное действие


Жалоба коммуницирована властям Финляндии в отношении Статей 5 и 6 Конвенции.


По жалобам о нарушениях Статьи 6 Конвенции


Пункт 1 Статьи 6 Конвенции [гражданско-правовой аспект]


Вопрос о доступе к правосудию


Нерассмотрение иска пострадавшей стороны о возмещении ущерба в результате волокиты со стороны органов прокуратуры: допущено нарушение пункта 1 Статьи 6 Конвенции.


Анагностопулос против Греции
[Anagnostopoulos - Greece] (N 54589/00)


Постановление от 3 апреля 2003 г. [вынесено I Секцией]


Обстоятельства дела


Анагностопулос обратился с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении ряда сотрудников банка. Заявитель ходатайствовал о вступлении в дело в качестве гражданского истца, потребовал возмещение ущерба в гражданском порядке и в этой связи поднял вопрос о компенсации морального вреда.

Через четыре года после подачи заявления о возбуждении уголовного дела судья, в производстве которого находилось дело, вызвал повесткой в судебное заседание сотрудников банка для дачи показаний в отношении заявленных преступлений, имевших место за пять лет до этого момента. Суды первой и второй инстанций постановили, что пятилетний срок давности для рассмотрения этой категории деяний истек, и прекратили производство по уголовному делу.


Вопросы права


По поводу пункта 1 Статьи 6 Конвенции. Заявитель обратился с заявлением о возбуждении уголовного дела и с ходатайством о возмещении ущерба. Как явствует из судебных решений, иск заявителя о возмещении ущерба не мог быть рассмотрен судами в рамках производства по уголовному делу, поскольку по заявленным деяниям истекли сроки давности привлечения к уголовной ответственности. Вероятно, заявитель мог инициировать производство по вопросу о компенсации ущерба в рамках производства по уголовному делу в суде. В таком случае не возникло бы проблем с доступом к правосудию. Однако Европейский Суд уделяет особое значение обстоятельствам данного дела: так, запоздалое направление повесток судьей, в производстве которого находилось дело, явилось причиной истечения срока давности привлечения к уголовной ответственности применительно к рассматриваемой категории преступлений; в то же время в Греции вступил в силу новый закон, сокращающий сроки для возбуждения судебного преследования. И в заключение, суды Греции, в производстве которых находятся уголовные дела, компетентны рассматривать иски о возмещении ущерба в гражданском порядке в тех случаях, когда рассмотрение дела заканчивается признанием лица виновным, при этом передача дела в суды, рассматривающие гражданские дела, происходит только при определенных обстоятельствах.

В тех случаях, когда законодательство конкретного государства предусматривает для находящихся под его юрисдикцией лиц средства правовой защиты, каковым является иск о возмещении ущерба, возникший в рамках производства по уголовному делу, на государстве лежит обязательство по обеспечению заинтересованным лицам основных гарантий, предусмотренных Статьей 6 Конвенции.

Заявитель обоснованно ожидал рассмотрения судом его искового заявления о возмещении ущерба, вне зависимости от конечного решения: будь то в его пользу или нет. Волокита органов прокуратуры в процессе производства по данному делу, ставшая причиной истечения сроков давности привлечения к уголовной ответственности применительно к преступлениям, в связи с которыми заявитель и подавал свое заявление, а также приведшая к тому, что иск заявителя о возмещении ущерба не был рассмотрен, лишила последнего его права на доступ к правосудию.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что допущено нарушение пункта 1 Статьи 6 Конвенции (принято пятью голосами "за" и двумя голосами "против").


Компенсация


В порядке применения Статьи 41 Конвенции. Европейский Суд постановил, что признание факта наличия нарушения Конвенции само по себе является справедливой компенсацией за нанесенный заявителю моральный вред.


Вопрос о доступе к правосудию


Извещение заявителя о рассмотрении дела через печатные издания вследствие невозможности установить его местонахождение: жалоба признана неприемлемой.


Нуньеш Диаш против Португалии
[Nunes Dias - Portugal] (N 69829/01, 2672/03)


Решение от 10 апреля 2003 г. [вынесено III Секцией]


В результате дорожно-транспортного происшествия, участником которого был заявитель, погиб человек. Родственники последнего подали на заявителя в суд, требуя возмещения ущерба вследствие гибели члена их семьи. Судья вызвал заявителя повесткой в суд, однако по адресу, указанному истцом, заявитель обнаружен не был вследствие смены им своего местожительства. Полиция проинформировала суд о том, что ей неизвестно новое местожительство заявителя.

В этой связи согласно действовавшему на тот момент законодательству Португалии вызов заявителя в суд был осуществлен посредством информирования общественности и опубликования сообщения о подаче в отношении заявителя иска о возмещении ущерба на страницах центральной газеты. Однако заявитель на слушание не явился.

В 1989 году суд издал приказ о возмещении заявителем ущерба. В 1999 году заявитель был уведомлен о том, что во исполнение вступившего в силу судебного решения о возмещении им ущерба в его отношении начато исполнительное производство. Заявитель безуспешно обжаловал указанное решение суда. После этого Нуньеш Диаш обжаловал приказ о принудительном исполнении данного решения. Судом первой инстанции жалоба заявителя была частично удовлетворена. Вышестоящие суды отклонили иск заявителя и, в частности, сделанное им в суде заявление о ничтожности публично представленной повестки о вызове его в суд в ходе основного производства по делу.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается пункта 1 Статьи 6 Конвенции.

Правила вызова заявителя в суд через публичные каналы, как это произошло в настоящем деле, будучи правилами, относящимися к процедуре и срокам, подлежащим соблюдению при производстве по делу, преследовали цель надлежащего отправления правосудия и соблюдения, среди прочего, принципа правовой определенности. Затянуть производство по делу на неопределенный срок для того, чтобы установить место жительства одной из сторон по делу, было бы несовместимо с указанными принципами. Из этого следует, что право на доступ к правосудию не препятствует Высоким Договаривающимся Сторонам законодательно закреплять применимые в аналогичных ситуациях процедуры при условии должного соблюдения прав заинтересованных лиц. Европейский Суд придерживается этой позиции и по данному делу с учетом представленных фактов и примененных правил.

Суд, в производстве которого находилось дело, прибег к опубликованию извещения о вызове заявителя в суд только после направления запросов в полицию, убедившись при этом, что местожительство заявителя не может быть установлено. Более того, лица, оказавшиеся в ситуации, аналогичной той, в которую попал заявитель, имеют в своем распоряжении внутригосударственные средства правовой защиты, предоставляющие им возможность оспорить законность оповещения о вызове в суд через публичные каналы либо на этапе производства по основному делу, либо в течение пяти лет с момента, когда такое решение вступило в силу, либо во время последующего исполнительного производства. В ходе исполнительного производства заявитель располагал возможностью представить доводы о том, что суд не должен был назначать его вызов в суд таким образом. Отклоняя аргументы заявителя, суды Португалии при толковании оспариваемых процедурных норм были беспристрастными и исходили из разумных оснований. Таким образом, само существо права заявителя на доступ к правосудию не было нарушено. Жалоба признана явно необоснованной.


Вопрос о равенстве процессуальных возможностей сторон по делу


Распространение обратной силы закона в ходе судебного разбирательства с участием государства: жалоба признана приемлемой.


Объединение "Институт Станислас" (ОЖИС) против Франции
[OGIS-Institut Stanislas - France] (N 42219/98)


Католическое объединение "Св. Пий X" и 39 других и Бланш Кастильская и 15 других против Франции


[OGEC St. Pie X and 39 others and Blanche de Castille
and 15 others v. France] (N 54563/00)


Решение от 3 апреля 2003 г. [вынесено I Секцией]


Первым заявителем является управляющий совет негосударственного учреждения - Института Станислас. Другими заявителями выступают управляющие советы учреждений Католической церкви (далее - ОЖЕК). Указанные советы управляют частными образовательными учреждениями с государственным участием. Несмотря на то, что государство должно оплачивать работу школьных учителей и связанное с этим их социальное финансирование, выяснилось, что обязанность по внесению этих дополнительных социальных взносов была возложена на управляющие советы.

В 1992 году своим постановлением Государственный совет Франции установил, что управляющим советам подлежит возместить в полном объеме все ранее выплаченные ими взносы по ставке 1,5%. В отличие от заявителей управляющие советы, пытавшиеся после вынесения постановления Государственного совета Франции добиться полного возмещения, в ряде случаев преуспели.

Что же касается заявителей, то они направляли жалобы в органы власти и обратились с этим вопросом в административные суды, желая получить приказ о полном возмещении государством их взносов за соответствующий период времени. В период судебного разбирательства по данному делу законодательное собрание приняло статью 107 Закона от 31 декабря 1995 г., действие которой в отношении пропорций возмещения взносов, возложенных на государство, должно было распространиться на период до 1 ноября 1995 г. Закон о введении данной статьи в действие, установивший ставку возмещения в 0,062%, был принят 16 июля 1996 г. Именно по такой ставке заявители получили возмещение за соответствующий период.


Решение


Жалоба (N 42219/98) признана приемлемой, что касается пункта 1 Статьи 6 Конвенции (вопрос о равенстве процессуальных возможностей сторон по делу), а жалоба N 54563/00 признана приемлемой, что касается пункта 1 Статьи 6 Конвенции и Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции, рассматриваемой в совокупности со Статьей 14 Конвенции.


Вопрос о равенстве процессуальных возможностей сторон по делу


Роль уполномоченного правительства в судебном разбирательстве по определению компенсации за отчуждение имущества: допущено нарушение пункта 1 Статьи 6 Конвенции.


Ивон против Франции
[Yvon - France] (N 44962/98)


Постановление от 24 апреля 2003 г. [вынесено III Секцией]


Обстоятельства дела


После отчуждения имущества заявителя и в отсутствие соглашения с государством о сумме компенсации, подлежащей выплате, заявитель передал дело на рассмотрение судье по делам об отчуждении имущества. Этот судья, заслушав заявителя, инспектора управления налоговой службы департамента Шарант-Маритим (Charente-Maritime), представлявшего государство, а также заместителя начальника управления налоговой службы департамента Шарант-Маритим, действующего в качестве юриста - представителя правительства, определил сумму, которую государство должно было выплатить заявителю. Ивон не согласился с указанной суммой, в связи с чем подал жалобу в Апелляционный суд. В ходе разбирательства в Апелляционном суде управление налоговой службы направило свой отзыв на жалобу заявителя, а заместитель начальника управления налоговой службы департамента Шарант-Маритим, как юрист-представитель правительства, в свою очередь представил свои замечания.

Заявитель отметил, что подобное двойное участие со стороны управления налоговой службы противоречило его праву на справедливый суд. Апелляционный суд признал, что двойная роль управления налоговой службы, сочетающего юридическое представительство правительства и налоговые функции, не может считаться нарушением. При этом Апелляционный суд увеличил сумму компенсации, подлежащей выплате заявителю, однако она была меньше суммы, заявленной Ивоном. Кассационный суд отклонил жалобу заявителя по вопросам права.


Вопросы права


По поводу пункта 1 Статьи 6 Конвенции.

(а) Вопрос о равенстве процессуальных возможностей сторон по делу. Юрист - представитель правительства является стороной по делу о выплате компенсации, рассматриваемому судьей по делам об отчуждении имущества. При этом он защищает интересы, аналогичные защищаемым отчуждающим органом, отстаивая разумную оценку сумму компенсации. Более того, в некоторых случаях, как это и произошло в настоящем деле, он относится к тому же органу власти и даже к одному управлению департаментской службы, что и представитель отчуждающего органа.

Такое положение дел может привести к такой ситуации - что, похоже, и произошло в данном случае - когда юрист-представитель занимает начальствующую должность по отношению к сотруднику отчуждающего органа. Таким образом, это привело к определенной путанице между двумя сторонами. Без всяких сомнений, сложившаяся ситуация подорвала позиции стороны, у которой изъяли имущество. Однако эта ситуация сама по себе не является достаточной для констатации нарушения принципа равенства процессуальных возможностей сторон по делу. Такие случаи нередко происходят в судах государств - членов Совета Европы.

Вкратце: один лишь факт того, что аналогичные точки зрения представляются в ходе судебного разбирательства сразу несколькими сторонами, автоматически не ставит противную им сторону в "явно невыгодное положение" при отстаивании ею своих интересов. Тем не менее условия, при которых юрист - представитель правительства участвует в процессе, должны обеспечивать "справедливый баланс" между сторонами.

В ходе судебного разбирательства по вопросу компенсации сторона, у которой произвели отчуждение имущества, сталкивается не только с органом, отчуждающим ее имущество, но и с юристом - представителем правительства. При этом как юрист - представитель правительства, так и орган, отчуждающий имущество, представленный в некоторых случаях должностным лицом из того же управления, что и юрист-представитель правительства, имеют существенные преимущества в доступе к соответствующей информации. Кроме того, юрист - представитель правительства, являющийся одновременно экспертом и стороной по делу, находится в более выгодном положении в ходе разбирательства в суде и оказывает значительное влияние на принятие решения судьей. Все указанные обстоятельства порождают дисбаланс в ущерб стороны, имущество которой было отчуждено, что несовместимо с принципом равенства процессуальных возможностей сторон по делу.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что допущено нарушение пункта 1 Статьи 6 Конвенции (принято единогласно).

(b) Производство inter partes (по спору между двумя сторонами). Несмотря на отсутствие правовой регламентации на сей счет, заявитель получил копию отзыва юриста - представителя правительства за день до судебного слушания, что дало ему возможность для подготовки ответа в удовлетворительных условиях. Следовательно, заявитель не может жаловаться на нарушение принципа inter partes в данной ситуации.

Заявитель также жалуется на то, что юрист - представитель правительства выступал последним на судебном заседании по делу об отчуждении имущества. Однако заявитель был уведомлен о письменном отзыве юриста - представителя правительства как в суде первой инстанции, так и в Апелляционном суде до начала слушаний, что не лишило его возможности подготовить ответные письменные замечания. Кроме того, заявитель мог (как он это и сделал во время разбирательства в Апелляционном суде) подать ходатайство об ознакомлении во время совещания суда. Таким образом, заявитель имел необходимые условия для представления ответных замечаний на отзыв юриста - представителя правительства. Следовательно, в отношении данных обстоятельств не было допущено нарушения принципа inter partes.


Компенсация


В порядке применения Статьи 41 Конвенции. Европейский Суд постановил, что признание нарушения само по себе является справедливой компенсацией за нанесенный заявителю моральный вред. Наряду с этим Европейский Суд присудил выплатить заявителю 15 973,86 евро в возмещение судебных издержек и иных расходов, понесенных в связи с судебным разбирательством.


Вопрос о разбирательстве дела беспристрастным судом


Долг супруга судьи банку, являвшемуся стороной по делу, находившемуся в производстве этой судьи: допущено нарушение пункта 1 Статьи 6 Конвенции.


Сигурдссон против Исландии
[Sigurdsson - Iceland] (N 39731/98)


Постановление от 10 апреля 2003 г. [вынесено III Секцией]


Обстоятельства дела


Заявитель обратился в суд с иском к Государственному банку Исландии. Окружной суд отказал заявителю в рассмотрении его иска. 31 мая 1996 г. заявитель обжаловал это решение в Верховный суд Исландии, который в апреле 1997 года отказал в удовлетворении его жалобы.

Впоследствии выяснилось, что одна из судей и ее супруг имели финансовые отношения с Государственным банком Исландии, что, по мнению заявителя, лишало эту судью права на рассмотрение его дела.

Весной 1996 года супруг судьи, являвшийся поручителем по некоторым долговым обязательствам, попытался урегулировать данный вопрос с кредиторами, в том числе, и с Государственным банком Исландии. 30 мая 1996 г. он выдал долговые расписки кредитным организациям, находившимся в собственности Государственного банка Исландии, под залог двух объектов недвижимости, находившихся в собственности его жены. 4 июня 1996 г. долговые расписки были проданы частной компании. 6 июня 1996 г. Государственный банк Исландии и еще один основной кредитор согласились на погашение 25% долга, освободив супруга судьи от остальной части долговых обязательств.

Жалоба заявителя о возобновлении производства по делу была оставлена без удовлетворения Верховным судом Исландии.


Вопросы права


По поводу пункта 1 Статьи 6 Конвенции. В данном деле не было представлено доказательств того, что судья была пристрастна и лично заинтересована в исходе судебного разбирательства, инициированного заявителем. Более того, несмотря на то, что супруг судьи был должником Государственного банка Исландии на момент вынесения решения Верховным судом Исландии, не было оснований для предания сомнению информации властей Исландии относительно того, что на тот момент сумма долга могла быть разумно расценена как небольшая. Соответственно, нельзя утверждать, что эта ситуация сама по себе могла составить финансовое давление, могущее повлиять на беспристрастность судьи.

Что касается долговых расписок, то с 4 июня 1996 г. они принадлежали частной компании, и не было установлено, что после указанной даты эти расписки породили прямую финансовую связь между супругом судьи и Государственным банком Исландии, что могло негативно сказаться на беспристрастности судьи.

Однако ни одна из приведенных совокупностей обстоятельств не может рассматриваться в отрыве от третьего фактора, а именно: обширного контекста соглашения по урегулированию долга от 6 июня 1996 г. В данном случае судья содействовала достижению ее супругом соглашения по урегулированию долга посредством предложения своей собственности в качестве залога в обеспечение существенной суммы. Соглашение освободило супруга судьи от большой части финансовых обязательств, и погашение 75% долга должно было расцениваться как уступка. Кроме того, к тому моменту дело заявителя уже находилось на рассмотрении Верховного суда Исландии. В контексте изложенного, по крайней мере, создавалось впечатление того, что между решением судьи и выгодой, полученной ее супругом от Государственного банка Исландии, существовала какая-то связь.

Несмотря на отсутствие оснований полагать, что судья и ее супруг имели прямую заинтересованность в исходе разбирательства по иску заявителя к Государственному банку Исландии, участие судьи в процедурах по урегулированию долга, уступки, полученные ее супругом, и отношения последнего с Государственным банком имели такой характер и размах, а также временное совпадение с моментом рассмотрения дела заявителя Верховным судом Исландии, что у последнего могли появиться обоснованные сомнения в должной беспристрастности суда.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что допущено нарушение пункта 1 Статьи 6 Конвенции (принято единогласно).


Компенсация


В порядке применения Статьи 41 Конвенции. Европейский Суд постановил выплатить заявителю 25 000 евро в счет компенсации морального вреда. Наряду с этим Европейский Суд вынес решение в пользу заявителя о возмещении судебных издержек и иных расходов, понесенных в связи с судебным разбирательством.


Вопрос о разбирательстве дела беспристрастным судом


Расследование, проведенное аудитором по факту ущерба, причиненного местным властям в результате преднамеренного нарушения заявительницей своих служебных обязанностей: жалоба признана неприемлемой.


Портер против Соединенного Королевства
[Porter - United Kingdom] (N 15814/02)


Решение от 8 апреля 2003 г. [вынесено IV Секцией]


Заявительница является подданной Соединенного Королевства, проживающей в Израиле. В 1980-х годах она была лидером консервативной партии Вестминстерского городского совета. Преследуя цель улучшить предвыборные перспективы консервативной партии, заявительница и другие члены совета из числа этой партии разработали схему продажи по заниженным ценам жилья из жилищного фонда местных властей лицам, настроенным голосовать за их партию.

В период с 1987 по 1989 г. консервативная партия продала лицам, входившим в утвержденный список покупателей, 618 жилых домов со скидкой, составившей от 30 до 70% от их действительной стоимости. В июле 1989 года ряд лиц обратились по этому поводу с жалобами к аудитору совета, который направил официальный запрос совету. В ноябре 1989 года совет представил свой ответ на запрос, положивший начало расследованию, которое продолжалось более шести лет. В рамках данного расследования были 135 раз опрошены 50 человек, включая саму заявительницу, составлены тысячи страниц свидетельских показаний, состоялись судебные заседания, общая продолжительность которых была 32 дня.

В январе 1994 года аудитор подготовил предварительное заключение и вручил 10 лицам "уведомления о предъявлении оснований на правопритязания". Что касается заявительницы, то аудитор в предварительном порядке был готов признать ее виновной в преднамеренном нарушении служебных обязанностей. Лицам, проходящим по этому делу, была предоставлена возможность сделать аудитору заявления, прежде чем последний составит окончательное заключение по делу. В тот же день аудитор выступил на пресс-конференции, предав гласности результаты расследования.

В мае 1996 года аудитор признал шесть человек, включая заявительницу, солидарно ответственными в растрате 31 677 064 фунтов стерлингов, явившейся следствием нарушения ими своих служебных обязанностей. Шесть ответчиков обжаловали заключение аудитора в Высокий суд, который полностью провел новое слушание дела и оставил заключение аудитора без изменения. Данное решение было обжаловано шестью ответчиками в Апелляционный суд, который отменил заключение аудитора. Последний, в свою очередь, подал жалобу на это решение в Палату лордов, которая отменила решение Апелляционного суда, оставив в силе заключение аудитора.

В декабре 2001 года Вестминстерский городской совет возбудил производство в Высоком суде по возмещению убытков на ранее определенную сумму. Заявительница возражала против рассмотрения этой жалобы Совета. В июле 2002 года против заявительницы было вынесено постановление. Ходатайство Портер по обжалованию этого постановления было удовлетворено. До настоящего времени заявительница не исполнила постановление, а ее жалоба, скорее всего, будет оставлена без удовлетворения.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается пункта 1 Статьи 6 Конвенции. В соответствии с судебным постановлением заявительнице подлежало выплатить большую сумму денег в связи с материальным ущербом, понесенным советом, вследствие нарушения ею своих служебных обязанностей. Несмотря на то, что заявительнице была назначена завышенная сумма для возмещения в связи с "преднамеренным нарушением ею служебных обязанностей", она не несла в себе элемента штрафа. Не было также и речи о возможном лишении заявительницы свободы даже в случае ее отказа выплатить назначенную сумму.

Следовательно, производство по делу заявительницы не имело уголовно-правового характера. Скорее, оно было сходно с публично-правовым производством. Однако, поскольку суды Соединенного Королевства исходили из того, что производство по делу затронет гражданские права и обязанности заявительницы, Европейский Суд был готов разделить эту позицию. Заявительница оспорила независимость и беспристрастность аудитора.

Следует отметить, что аудиторское производство, по существу, носило характер расследования. Несмотря на то, что данное производство привлекло внимание общественности, в сущности оно было внутренним расследованием. Только после того, как аудитор сделал свое предварительное заключение по делу, можно было говорить о том, что данное производство подпало под действие пункта 1 Статьи 6 Конвенции. Даже если, как это признала Палата лордов, и имелись основания для критики последующей деятельности аудитора, тот факт, что Высокий суд полностью провел новое слушание дела, означал, что заявления Портер были заслушаны органом, удовлетворяющим требования пункта 1 Статьи 6 Конвенции.

Заявительница жаловалась на отсутствие равенства процессуальных возможностей сторон по делу применительно к тому обстоятельству, что бремя доказывания лежало на ней, а также что она не могла подвергнуть аудитора перекрестному допросу. По этому вопросу следует отметить: тот факт, что заявительнице приходилось нести на себе бремя доказывания, ставя под сомнение заключения аудитора, не свидетельствует о несправедливости в ее отношении. Для оспаривания доклада аудитора в ее распоряжении были адвокаты и бухгалтеры; никто не препятствовал ей выступить со своими заявлениями в судах. Аналогичный аргумент применим и к ситуации, связанной с тем, что заявительница была лишена возможности подвергнуть аудитора перекрестному допросу, - представители заявительницы могли оспорить его калькуляцию.

Заявительница в своей жалобе утверждала, что рассмотрение дела аудитором и производство в Высоком суде были продолжительными. Пункт 1 Статьи 6 Конвенции применяется только с момента вынесения аудитором предварительного заключения, то есть с января 1994 года. До момента вынесения постановления Палатой лордов общая продолжительность рассмотрения дела заявительницы составила семь лет и одиннадцать месяцев. Дело было сложным, затрагивало серьезные вопросы права и факта. Аудитор не был ответственен за длительное рассмотрение дела. Производство в Высоком суде затягивалось в связи с представлением апеллянтами своих показаний. Вышестоящие суды не превысили разумный срок рассмотрения, принимая во внимание неоспоримую сложность дела.


Пункт 1 Статьи 6 Конвенции [уголовно-правовой аспект]


Право на справедливое судебное разбирательство при предъявлении лицу уголовного обвинения


Производство, касающееся конфискации транспортного средства, в связи с осуждением в уголовном порядке третьего лица, незаконно им распоряжавшегося: Статья 6 Конвенции неприменима.


Йилдирим против Италии
[Yildirim - Italy] (N 38602/02)


Решение от 10 апреля 2003 г. (вынесено I Секцией)


(См. ниже раздел, касающийся жалоб по Статье 1 Протокола N 1 к Конвенции.)


Право на справедливое судебное разбирательство при предъявлении лицу уголовного обвинения


Производство по делу о неуважении к суду в связи с оскорблением судьи: Статья 6 Конвенции неприменима.


Садэй против Турции
[Saday - Turkey] (N 32458/96)


Решение от 10 апреля 2003 г. (вынесено I Секцией)


(См. ниже раздел, касающийся жалоб по Статье 10 Конвенции.)


Право на справедливое судебное разбирательство при предъявлении лицу уголовного обвинения


Приказ о выплате заявительницей местным властям большой суммы денег за ущерб, нанесенный им вследствие преднамеренного нарушения ею служебных обязанностей: жалоба признана неприемлемой.


Портер против Соединенного Королевства
[Porter - United Kingdom] (N 15814/02)


Решение от 8 апреля 2003 г. [вынесено IV Секцией]


(См. выше.)


По жалобам о нарушениях Статьи 8 Конвенции


Вопрос о праве человека на уважение семейной жизни


Адекватность мер, принятых во исполнение решения суда, постановившего вернуть ребенка на воспитание отцу, проживающему за границей: допущено нарушение Статьи 8 Конвенции.


Сильвестр против Австрии
[Sylvester - Austria] (N 36812/97 и 40104/98)


Постановление от 24 апреля 2003 г. [вынесено I Секцией]


Обстоятельства дела


Первый заявитель является гражданином США. В 1994 году он женился на гражданке Австрии. В тот же год у них родилась дочь, являющаяся вторым заявителем по жалобе. По законам штата, в котором проживал первый заявитель с супругой, ребенок находился на попечении обоих родителей. В октябре 1995 года мать забрала дочь с собой в Австрию без согласия первого заявителя. Однако в декабре 1995 года участковый суд г. Граца признал неправомерным вывоз ребенка из США и постановил вернуть ребенка первому заявителю. При этом суд отклонил заявление матери девочки о том, что возвращение последней в США повлечет за собой серьезную опасность возникновения у девочки физической и психологической травмы по смыслу Гаагской конвенции о гражданских аспектах международного похищения детей. Жалобы матери на решение суда были оставлены без удовлетворения.

В мае 1996 года суд постановил принудительно обеспечить приказ о возвращении ребенка в США. Однако попытка исполнить этот приказ была безуспешной. В августе 1996 года Окружной суд отменил приказ о возвращении ребенка и направил дело на новое рассмотрение в участковый суд, дав при этом указание получить заключение эксперта по данному вопросу и изучить возможное изменение ситуации с учетом прошедшего времени. Верховный суд Австрии отклонил жалобу заявителя, полагая, что внезапное разлучение девочки с самым близким ей человеком и возвращение ее в США нанесет ребенку необратимый вред. Впоследствии участковый суд отклонил жалобу первого заявителя о принудительном исполнении приказа суда о возвращении ребенка в США, руководствуясь заключением эксперта о том, что такое возвращение подвергнет девочку риску психологической травмы. Заявитель безуспешно обжаловал это решение участкового суда. В декабре 1997 года мать девочки получила над ней единоличную опеку.


Вопросы права


По поводу Статьи 8 Конвенции. Об адекватности принятых мер в такого рода делах судят по быстроте их применения, поскольку течение времени может иметь непоправимые последствия. Согласно Гаагской Конвенции о гражданских аспектах международного похищения детей изменение существенных обстоятельств дела в исключительных случаях может оправдывать неисполнение вступившего в силу приказа о возвращении ребенка. Однако такое изменение не должно было быть вызвано непринятием государством мер, которые разумно от него ожидались.

В настоящем деле решения, отменявшие приказ о возвращении ребенка в США, в значительной степени основывались на том, что прошло много времени и, как следствие этого, между заявителями возникла отчужденность. В этой связи встал вопрос о том, была ли задержка в рассмотрении данного дела вызвана непринятием властями Австрии адекватных мер. В этом отношении следует отметить, что в то время как начальная стадия производства по делу была проведена образцово быстро, впоследствии по делу происходили значительные задержки. В частности, Окружной суд три с половиной месяца рассматривал жалобу матери девочки, несмотря на то, что суды обязаны были безотлагательно вынести решение; а участковый суд на протяжении пяти с половиной месяцев истребовал экспертное заключение. В основу окончательного решения по делу был положен довод о прошествии большого временного промежутка. Между тем это в значительной степени было вызвано подходом властей к производству по данному делу. Более того, в период незавершенного продолжительного исполнительного производства власти Австрии не предприняли никаких мер по созданию необходимых условий для исполнения приказа о возвращении ребенка в США. Следовательно, власти Австрии не смогли безотлагательно принять все меры, которые они должны были предпринять в целях исполнения приказа о возвращении девочки в США.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что допущено нарушение Статьи 8 Конвенции (принято единогласно).

По поводу пункта 1 Статьи 6 Конвенции. В основе жалобы лежала ссылка заявителя на неуважение его права на семейную жизнь. В этой связи не было необходимости в изучении данного дела в контексте Статьи 6 Конвенции.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что положения пункта 1 Статьи 6 Конвенции не нарушены (принято единогласно).


Компенсация


В порядке применения Статьи 41 Конвенции. Европейский Суд постановил выплатить первому заявителю 20 000 евро в счет компенсации морального вреда. Наряду с этим Европейский Суд вынес решение в пользу заявителя о возмещении судебных издержек и иных расходов, понесенных в связи с судебным разбирательством. В отношении второго заявителя Европейский Суд постановил, что признание факта наличия нарушения само по себе является справедливой компенсацией.


Вопрос о праве человека на уважение семейной жизни


Адекватность мер, принятых властями Испании во исполнение решений суда, согласно которым заявительница получила родительские права в отношении своего сына, увезенного за границу ее бывшим супругом: допущено нарушение Статьи 8 Конвенции.


Иглесиас Хиль и А. У. И. против Испании
[Iglesias Gil and A.U.I. - Spain] (N 56673/00)


Постановление от 29 апреля 2003 г. [вынесено IV Секцией]


Обстоятельства дела


По результатам бракоразводного процесса первая заявительница получила родительские права в отношении своего сына, второго заявителя. Отцу ребенка разрешалось видеться с мальчиком. В один из своих визитов к ребенку в феврале 1997 года отец увез его с собой в США. Заявительница подала в суд жалобу о возвращении ей ребенка. Наряду с этим заявительница подала иск о возмещении ущерба в отношении своего бывшего мужа и некоторых его родственников, которые, как она считала, оказывали ему содействие в перевозе мальчика в США.

В феврале 1997 года следственный судья издал приказ о принятии мер, направленных на установление местонахождения отца ребенка, и о незамедлительном возвращении мальчика. Следственный судья отказал в удовлетворении требований заявительницы о санкционировании прослушивания мобильных телефонных разговоров отца ребенка, о допросе нескольких членов семьи ее бывшего супруга, которые якобы были причастны к увозу ребенка в США, о выяснении местонахождения компании, в которой работал отец мальчика, и о розыске его автомобиля. Наряду с этим, следственный судья отклонил ходатайства заявительницы об объявлении в розыск ее бывшего мужа и о вынесении постановления о его аресте.

В июне 1997 года следственный судья оставил без удовлетворения дальнейшие ходатайства заявительницы о проведении следственных действий, связанных с установлением факта неуважения к суду и неисполнением постановления суда по семейным спорам.

В мае 1998 года следственный судья установил, что в соответствии со сложившейся в Испании судебной практикой невозможно было поддерживать обвинение в отношении лица, разделяющего с другим родительскую власть над несовершеннолетним, за увоз ребенка. В июле 1998 года следственный судья повторно указал заявительнице на невозможность объявления ее бывшего мужа в международный розыск и издания постановления о его аресте в связи с предположением о том, что им было совершено правонарушение в виде неуважения к суду. Заявительница безуспешно обжаловала указанные решения следственного судьи. Ходатайство Иглесиас Хиль об отводе следственного судьи было отклонено в ноябре 1997 года. В феврале 1999 года было оставлено без удовлетворения ходатайство заявительницы об объявлении производства по делу не имеющим юридической силы. На завершающей стадии следствия, в июле 1998 года, следственный судья издал приказ о временном прекращении производства по делу в отношении супруга заявительницы и об оставлении в действии приказов об обыске и наложении ареста на имущество последнего. Кроме того, следственный судья окончательно прекратил производство в отношении членов семьи бывшего мужа заявительницы, на которых в своих жалобах ссылалась заявительница. Она обжаловала эти решения, однако они были оставлены без изменения. В этой связи заявительница возбудила производство amparo о защите ее прав. В частности, она обжаловала то, что следственный судья постоянно отказывал ей в удовлетворении ходатайства об объявлении ее сына в международный розыск, что, по ее мнению, явилось нарушением позитивных обязательств государства по защите ребенка и его семьи. Наряду с этим, заявительница утверждала, что в связи с тем, что следственный судья не вынес приказ о производстве следственных действий, этот судья прямо нарушил ее право и право ее ребенка на уважение частной и семейной жизни.

В июне 1999 года Конституционный суд отклонил жалобу заявительницы ввиду явной необоснованности. До этого, в феврале 1999 года суд по семейным спорам лишил отца мальчика родительских прав и полностью возложил их на заявительницу.

В июне 2000 года заявительница подала в суд на своего бывшего мужа в связи с его угрозами и оказываемым на нее давлением. В сентябре 2000 года следственный судья издал временный приказ о прекращении производства по делу. В мае 2001 года этот приказ был отменен в связи с удовлетворением жалобы заявительницы. Следует отметить, что в апреле 2000 года заявительница впервые после февраля 1997 года, когда ее сын был увезен, увидела своего ребенка. В июне 2000 года с помощью полиции ей, наконец, удалось вернуть сына домой.


Вопросы права


По поводу Статьи 8 Конвенции. Право на уважение семейной жизни человека налагает на государства позитивные обязательства, порождающие право родителя на то, чтобы власти предприняли меры по воссоединению его с ребенком, и обязательство властей государства-ответчика по принятию таких мер. Эти обязательства, не носящие абсолютного характера, должны толковаться в свете Гаагской конвенции от 25 октября 1980 г. тем более, когда оба государства, одно из которых было ответчиком по делу, а другое - государством, на территорию которого был вывезен ребенок, являются участниками этой Конвенции. Что же касается воплощения признанных за заявительницей прав на опеку и на установление исключительных родительских прав в отношении ее ребенка, то необходимо определить, были ли властями Испании приняты все меры, осуществление которых могло от них разумно требоваться, с целью содействия исполнению судебных решений по данному вопросу, которые в данном деле, принимая во внимание тот факт, что ребенок был увезен за границу и незаконно там удерживался, влекли приложения соответствующих достаточных усилий по обеспечению соблюдения права заявительницы на возвращение ее ребенка, равно как и права последнего быть воссоединенным с матерью.

В ходе предварительного следствия, начатого после того, как ребенок был увезен, было быстро установлено, что отец мальчика находился в США. Как только выяснилось, что ребенок был незаконно увезен в США, компетентные органы власти Испании, которые были способны по собственной инициативе привести в действие полный арсенал мер, указанных в Гаагской конвенции, применимой к ситуации по делу заявительницы, обязаны были действовать так, чтобы обеспечить возвращение ребенка матери. Ни одна из предусмотренных Гаагской конвенцией мер не была принята властями Испании с тем, чтобы обеспечить исполнение судебных решений, вынесенных в пользу заявительницы и ее сына.

Более того, согласно законодательству Испании о правовой защите несовершеннолетних суд мог по собственной инициативе принять меры, необходимые для защиты ребенка от опасности или предотвращения вреда. Что касается уголовного аспекта данного дела, то нельзя сказать, что испанский судья был абсолютно пассивен. Постановления судов Испании о том, что увоз ребенка отцом не мог служить основанием для издания международного ордера на арест, поднимают вопрос, в большей степени затрагивающий действующее законодательство Испании. Более того, законодательная власть Испании впоследствии сочла необходимым внести изменения в соответствующие положения уголовного закона и увеличила санкции. В итоге, несмотря на рамки допустимого для государства усмотрения в сфере охраны прав и свобод человека, бездействие властей Испании по данному делу составило нарушение права заявительницы и ее сына на уважение "семейной жизни".


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что допущено нарушение Статьи 8 Конвенции (принято единогласно).


Компенсация


В порядке применения Статьи 41 Конвенции. Европейский Суд постановил выплатить матери и ребенку 20 000 евро в счет компенсации морального вреда. Наряду с этим Европейский Суд вынес решение о возмещении заявителям судебных издержек и иных расходов, понесенных в связи с судебным разбирательством.


Вопрос о праве человека на уважение семейной жизни


Ограничение лица, осужденного к смертной казни, в свиданиях с семьей: допущено нарушение Статьи 8 Конвенции.


Полторацкий против Украины
[Poltoratskiy - Ukraine] (N 38812/97)


Кузнецов против Украины
[Kuznetsov - Ukraine] (N 39042/97)


Хохлич против Украины
[Khokhlich - Ukraine] (N 41707/98)


Постановления от 29 апреля 2003 г. [вынесены IV Секцией]


(См. выше упоминания данных жалоб, рассмотренных в контексте Статьи 3 Конвенции.)


Вопрос о праве человека на уважение семейной жизни


Отказ предоставить лицу, осужденному к смертной казни, свидания с супругой: положения Статьи 8 Конвенции не нарушены.


Алиев против Украины
[Aliev - Ukraine] (N 41220/98)


Постановление от 29 апреля 2003 г. [вынесено IV Секцией]


Вопрос о праве человека на уважение семейной жизни


Постановление, навсегда запрещающее заявителю въезжать во Францию, в соответствии с решением суда, замененное на 10-летний запрет на въезд, после которого заявитель был допущен в эту страну: положения Статьи 8 Конвенции не нарушены.


Мехеми против Франции
[Mehemi - France] (N 53470/99)


Постановление от 10 апреля 2003 г. [вынесено III Секцией]


Обстоятельства дела


Заявитель - гражданин Алжира, родился во Франции. С момента своего рождения в 1962 году и до его высылки в феврале 1995 года навсегда из Франции в соответствии с постановлением суда проживал в этой стране вместе со своей семьей. В 1986 году заявитель женился на гражданке Италии, впоследствии получившей гражданство Франции. У заявителя и его жены родилось трое детей, ставших гражданами Франции.

В 1991 году заявитель был признан виновным в торговле наркотическими средствами и приговорен к шести годам лишения свободы. Апелляционный суд оставил приговор суда первой инстанции без изменения и вынес постановление, навсегда запрещающее заявителю въезжать во Францию. Апелляционный и Кассационный суды оставили жалобу заявителя об отмене указанного постановления без удовлетворения. В феврале 1995 года Мехеми был выслан из Франции.

Заявитель подал жалобу в учреждения Европейской Конвенции, и 26 сентября 1997 г. Европейский Суд вынес Постановление о том, что в отношении заявителя имело место нарушение Статьи 8 Конвенции, поскольку постановление французских судов о запрете заявителю въезжать во Францию не было пропорционально преследуемым государством законным целям.

В октябре 1997 года заявитель, ссылаясь на Постановление Европейского Суда по его делу, подал еще одну жалобу об отмене постановления о запрете на въезд в страну. В марте 1998 года Апелляционный суд сократил срок действия запрета на въезд во Францию до 10 лет. Заявитель безуспешно обжаловал это решение в Кассационный суд. Тем временем, а именно: в октябре 1997 года заявитель подал ходатайство о помиловании, однако получил отказ. Адвокат заявителя направил министру иностранных дел Франции запрос о том, что власти этого государства были намерены предпринять в связи с вынесением 26 сентября 1997 г. Европейским Судом Постановления по жалобе заявителя. В своем ответном письме, датированном ноябрем 1997 года, министр иностранных дел Франции сообщил о том, что власти готовы выдать заявителю разрешение о немедленном возвращении во Францию. В письме также указывалось, что до тех пор, пока не будет отменено постановление о выдворении заявителя из страны или пока его не помилуют, на него будет распространяться обязательное требование к проживанию.

В феврале 1998 года заявителю была выдана особая виза, по которой он въехал во Францию. Он должен был проживать в определенном районе г. Лиона и дважды в месяц сообщать о себе в местное отделение полиции. В апреле 1998 года заявителю выдали вид на жительство на полгода. При этом ему разрешалось работать. В виде на жительство указывалось, что заявитель должен был проживать в департаменте (dJpartement) Роны. Вид на жительство вплоть до сентября 2001 года периодически продлевался. В октябре 2001 года обязательное требование к постоянному проживанию, введенное в 1998 году, было смягчено, и постановление, навсегда выдворяющее заявителя из Франции и вынесенное в июле 1991 года, которое впоследствии было изменено на 10-летний запрет на въезд в страну, стало исчисляться с последней даты. После этого заявителю предоставили право на подачу заявления о получении годового вида на жительство с отметкой: "рабочий".


Вопросы права


По поводу Статьи 8 Конвенции

(а) Вопрос о положении заявителя с момента вынесения Европейским Судом своего Постановления и до его возвращения во Францию.

В Постановлении Европейского Суда по данному делу последний установил наличие у заявителя семейных связей во Франции, и что депортация его в страну, с которой у него не было ничего общего, кроме гражданства, явилось необоснованным вмешательством в частную и семейную жизнь заявителя. В ходе разбирательства настоящей жалобы власти Франции не представили новых доказательств, ставящих ранее сделанные выводы Европейского Суда под вопрос. В данных обстоятельствах под понятием "уважения права на частную и семейную жизнь" заявителя подразумевалось, что государство-ответчик должно было прервать высылку заявителя из страны посредством принятия мер по воссоединению его со своей семьей, проживавшей во Франции.

Более того, интересы личности, затронутые делом, а также тот факт, что к рассматриваемому моменту заявитель был разлучен со своей семьей и выслан в страну, с которой у него не было никаких связей более трех лет, требовали принятие мер с особой быстротой. Определенное время понадобилось для оформления и выдачи вида на жительство. После вынесения Европейским Судом Постановления по делу имели место задержки по вине властей Франции. Так, прошло три с половиной месяца с момента первоначальных действий адвоката заявителя, предпринятых после вынесения Постановления Европейским Судом, и до принятия решения властями Франции о выдаче заявителю особой въездной визы. Однако задержка в три с половиной месяца не может считаться настолько неразумной, чтобы составить вмешательство в право заявителя на уважение его частной и семейной жизни, даже с учетом особых обстоятельств дела заявителя, при которых административные процедуры, безусловно, играли не первую роль. Власти Франции прилагали разумные усилия с тем, чтобы способствовать быстрому возвращению заявителя в страну и, таким образом, не нарушили его право на уважение частной и семейной жизни.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что положения Статьи 8 Конвенции не нарушены (принято единогласно).

(b) Вопрос о положении заявителя после его возвращения во Францию.

С конца февраля 1998 года заявитель не был обязан проживать в стране, с которой его ничего не связывало, кроме гражданства, и мог возобновить свои контакты с семьей. Власти Франции впоследствии выдали ему вид на жительство с правом работы. До тех пор пока постановление о высылке заявителя из страны оставалось в силе, вид на жительство был обусловлен соблюдением обязательного требования к проживанию. Данные обстоятельства и, в особенности, обязательное требование к проживанию лишили постановление о выдворении заявителя из страны юридической силы.

Соответственно, когда на него распространялось действие постановления о выдворении его из страны, заявитель не подвергался опасности быть высланным немедленно или в ближайшее время. Когда же срок действия постановления о выдворении заявителя истек, эта опасность вовсе исчезла.

Поскольку государства - участники Конвенции имеют неограниченную свободу усмотрения по контролю за въездом иностранцев на их территорию и продолжительностью их пребывания там, - за исключением требования соблюдать при этом положения Конвенции и, в частности, Статьи 8 Конвенции, - заявитель не мог требовать получения особого иммиграционного статуса во Франции, тем более, что ему было разрешено работать.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что положения Статьи 8 Конвенции не нарушены (принято единогласно).

Европейский Суд также единогласно сделал вывод о том, что в данном деле нет отдельного вопроса по Статье 2 Протокола N 4 к Конвенции.


Вопрос о праве человека на уважение корреспонденции


Запись телефонных переговоров одной из участвующих в них сторон, производимая с помощью полиции: допущено нарушение Статьи 8 Конвенции.


М. М. против Королевства Нидерландов
[M. M. - Netherlands] (N 39339/98)


Постановление от 8 апреля 2003 г. [вынесено II Секцией]


Обстоятельства дела


Заявитель, будучи адвокатом своего клиента, находящегося в предварительном заключении, познакомился с его супругой С. С. сообщила своему мужу о том, что заявитель домогался ее сексуально. Муж сообщил об этом в полицию, которая, в свою очередь, поставила в известность прокурора. С. было предложено подсоединить к ее телефону записывающее устройство для фиксирования всех входящих звонков, поступающих от заявителя. Сотрудники полиции прибыли к С. домой с тем, чтобы подключить записывающее устройство к ее телефону и показать, как оно работает. Они посоветовали С. перевести разговор на тему сексуальных домогательств. Впоследствии сотрудники полиции забрали с собой записи нескольких телефонных переговоров. Заявитель был осужден за сексуальное домогательство. Апелляционный суд отменил приговор, однако также осудил заявителя за сексуальное домогательство. В своем решении суд не основывался на записях телефонных переговоров.


Вопросы права


По поводу Статьи 8 Конвенции. Тот факт, что сотрудники полиции предложили С. записывать телефонные переговоры с заявителем не оспаривался. Сотрудники полиции с санкции прокурора подсоединили записывающее устройство к телефону С., дали указание, как им пользоваться, предложили С. перевести разговор на тему приставаний и забрали записи из ее дома. Таким образом, полиция внесла решающий вклад в претворение задуманной схемы в жизнь, была ответственна за ее начало. При этом как сотрудники полиции, так и прокурор находились при исполнении своих служебных обязанностей. Следовательно, государство было ответственно за эти действия. В этой связи имело место вмешательство "публичных властей" в право заявителя на уважение его корреспонденции. В относящееся к обстоятельствам дела время предполагалось, что запись или перехват телекоммуникаций мог быть осуществлен в рамках предварительного судебного расследования и при наличии постановления следственного судьи. Ни одно из этих условий не было соблюдено в настоящем деле. Таким образом, вмешательство государства в реализацию права заявителя не было предусмотрено законом.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что допущено нарушение Статьи 8 Конвенции (принято единогласно).


Компенсация


В порядке применения Статьи 41 Конвенции. Европейский Суд вынес решение о возмещении заявителю судебных издержек и иных расходов, понесенных в связи с судебным разбирательством. При этом Европейский Суд не присудил заявителю компенсации морального вреда.


Вопрос о праве человека на уважение корреспонденции


Ограничение на корреспонденцию (включая получение посылок) заключенных, приговоренных к смертной казни: допущено нарушение Статьи 8 Конвенции.


Полторацкий против Украины
[Poltoratskiy - Ukraine] (N 38812/97)


Кузнецов против Украины
[Kuznetsov - Ukraine] (N 39042/97)


Назаренко против Украины
[Nazarenko - Ukraine] (N 39483/98)


Данкевич против Украины
[Dankevich - Ukraine] (N 40679/98)


Алиев против Украины
[Aliev - Ukraine] (N 41220/98)


Хохлич против Украины
[Khokhlich - Ukraine] (N 41707/98)


Постановления от 29 апреля 2003 г. [вынесены IV Секцией]


(См. выше упоминания данных жалоб, рассмотренных в контексте Статьи 3 Конвенции.)


По жалобам о нарушениях Статьи 10 Конвенции


Вопрос о свободе выражения мнения человека


Решение суда против журналиста о возмещении вреда, причиненного вследствие распространения порочащих официального представителя религиозной конфессии сведений: жалоба признана неприемлемой.


Харланова против Латвии
[Harlanova - Latvia] (N 57313/00)


Решение от 3 апреля 2003 г. [вынесено I Секцией]


Заявительница, журналист одной влиятельной латвийской ежедневной газеты, была осуждена за публикацию двух статей, содержащих сведения, касающиеся председателя центрального совета Старой Православной Церкви И. М. (I. M.). В этих статьях заявительница утверждала, что И. M. получил от Рижской Католической курии в дар большую сумму денежных средств на строительство храма, однако вместо адресного использования денежных средств на строительные цели он вложил их в деятельность, связанную, в частности, с вывозом органов и тканей человеческого происхождения. И. M. заявил, что утверждения подобного рода являются ложными.

Суд первой инстанции отказал ему в иске о возмещении вреда в связи с тем, что оспариваемые статьи не содержали ссылку на внешние источники информации и, следовательно, представляли собой личное мнение заявительницы, однако при этом утверждаемые факты содержались в отчете совета Старой Православной Церкви, а также в письме М. П. (M. P.), являющегося членом комитета внутреннего контроля упомянутой Церкви.

Рижский окружной суд, исследовав материалы дела, постановил, что обвинения, о которых идет речь, не были доказаны, а вышеупомянутые свидетельства не могут являться подтверждением подлинности утверждений в связи с тем, что одно из них было признано советом недействительным, а второе не было юридически применимым. Суд обязал журналистку выплатить сумму, равную приблизительно 800 евро, в качестве компенсации вреда, причиненного доброму имени И. М., и опубликовать официальное опровержение. Сенат Верховного суда Латвии отклонил жалобу заявительницы.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается Статьи 10 Конвенции. Решение, обязавшее заявительницу возместить вред И. М. и опубликовать официальное опровержение выдвинутых утверждений, по своей сути представляет собой вмешательство государства в реализацию ее права на свободу выражения своего мнения. Таковое вмешательство было "предусмотрено законом" и преследовало законную цель, а именно: защиту репутации и прав других лиц.

По вопросу о том, было ли вмешательство необходимо в демократическом обществе следует отметить: опубликованные статьи содержали определенные утверждения относительно конкретного лица. Таким образом, заявительница могла ожидать, что от нее потребуют доказать правдоподобность выдвинутых утверждений. Окружной суд, основываясь на находящихся в его распоряжении материалах дела, четко установил, что И. М. никогда не совершал действий, которые заявительница ему вменяла в вину в своих статьях.

В принципе в компетенцию Европейского Суда не входит замена оценки фактов, произведенной судами государства, на свою собственную оценку. Следовательно, Европейский Суд, принимая такую оценку судами государства, исходит как из установленного факта, что утверждения заявительницы ложны.

Таким образом, необходимо определить, имелись ли какие бы то ни было иные заслуживающие особого внимания основания освобождения заявительницы от обязанности, возложенной на нее, в силу специфики ее профессиональной деятельности, проверить утверждения фактов, повлекшие клевету в адрес И. М. Особую значимость в этой связи приобретают существо и степень допущенной диффамации, а также предел, до которого заявительница в относящееся к существу жалобы время могла обоснованно и добросовестно считать, что письмо M. P. и протоколы Совета были источниками, заслуживающими доверие, не требующими от нее проведения иного изучения или расследования по делу.

Во-первых, власти государства находятся в более выгодном положении по сравнению с судьями Европейского Суда при определении места и значения религии и Церкви в конкретной стране. Обвинение в данном деле носило серьезный характер.

Во-вторых, содержащиеся в статьях заявительницы утверждения были сделаны в широком контексте конфликта, разделяющего общину Старой Православной Церкви в Латвии. При этом следует принять во внимание, что обе стороны, втянутые в конфликт, периодически публиковали упреки и обвинения в адрес друг друга. В сложившихся обстоятельствах любой журналист, намеревающийся сообщить о таких обвинениях, должен был проявить особую бдительность. Таким образом, в ситуации, когда одной из сторон было выдвинуто особенно серьезное обвинение, заявительница не могла автоматически принимать это за чистую монету. Она должна была удостовериться, что такие утверждения соответствуют действительности, самостоятельно получить относящуюся к делу информацию и в случае, если это необходимо, выслушать аргументы противной стороны. Представляется также немаловажным обратить внимание на форму, в которой рассматриваемые утверждения доводились до читателя. Статьи заявительницы, написанные в полемическом стиле, не делали ссылку на источник информации и были опубликованы лишь по истечении одного года с момента получения таких сведений.

Более того, обвинения, выдвинутые против И. М., были сделаны в безапелляционной форме и не оставляли читателю места для сомнения в их правдивости, при этом без указания на то, что заявительница намеревалась дистанцировать себя от них. Любой неизощренный читатель, ознакомившись с любой из статей, мог сделать вывод о том, что финансовые махинации И. М. являлись установленным фактом и в принципе не нуждались в опровержении, и информация поступила от заявительницы, а не от иного источника. Заявительница, следовательно, не исполнила свой профессиональный и этический долг, который она несла, будучи журналистом, - доводить до общественности точную и заслуживающую доверия информацию. Тяжесть наказания, назначенного в данном деле, не может быть несоразмерна преследуемой законной цели: жалоба признана явно необоснованной.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается Статьи 14 Конвенции.


Вопрос о свободе выражения мнения человека


Назначение наказания лицу в виде лишения свободы ввиду содержания его судебных заявлений: жалоба признана приемлемой.


Садэй против Турции
[Saday - Turkey] (N 32458/96)


Решение от 10 апреля 2003 г. [вынесено I Секцией]


Заявитель был арестован в связи с проводимым полицией расследованием причастности подозреваемых лиц к Коммунистической (марксистско-ленинской) партии Турции. Он предстал перед Судом государственной безопасности по обвинению в подрыве устоев конституционного строя Турецкой Республики. Во время слушаний в суде заявитель прочитал защитительную речь на нескольких страницах, в которой он, главным образом, защищал законность своих политических воззрений и критиковал судебную систему государства, в особенности Садай подверг сомнению обоснованность существования Судов государственной безопасности.

Вследствие этого Суд государственной безопасности г. Измир, приняв во внимание, что в речи заявителя содержались "ненадлежащие" высказывания в адрес суда, выдал санкцию на его немедленный арест. Заявитель был тотчас допрошен членами суда в отсутствие его адвоката, и суд незамедлительно назначил заявителю максимальную санкцию (шесть месяцев лишения свободы, включая два месяца одиночного заключения) в качестве "дисциплинарного" взыскания за срыв судебного заседания, которая была предусмотрена регламентом по поддержанию порядка в ходе слушаний в Суде государственной безопасности. Решение было окончательным. Впоследствии по предъявленному обвинению в совершении преступления Суд государственной безопасности приговорил заявителя к пожизненному заключению.


Решение


Жалоба признана приемлемой, что касается пункта 1 Статьи 6 Конвенции (вопрос о независимости и беспристрастности Суда государственной безопасности) и подпункта "b" Статьи 3 Конвенции в связи с отклонением возражений государства-ответчика относительно неисчерпания внутригосударственных средств правовой защиты.

По существу вопроса об "уголовном обвинении". Нормы, которые уполномочивают суд, в данном конкретном случае Суд государственной безопасности, налагать санкции за ненадлежащие высказывания относятся к судебным полномочиям с целью обеспечения должного порядка во время судебных заседаний. Примененные меры в данной связи схожи с прерогативами суда по назначению дисциплинарных мер.

Что же касается природы и степени строгости понесенного наказания, то обвинение, выдвинутое против заявителя, носит характер "уголовного обвинения" по смыслу Конвенции, поскольку наказание за него было связано с лишением свободы. Заявитель, кроме того, был приговорен к шести месяцам тюремного заключения, включая два месяца одиночного заключения. Следовательно, в настоящем деле применима Статья 6 Конвенции.


Решение


Жалоба признана приемлемой, что касается Статьи 10 Конвенции. Судьи были оскорблены защитительной речью заявителя и вынесли незамедлительно приговор в отношении него. Как судьи, так и государственный обвинитель охарактеризовали защитительную речь как клевету в их адрес. Таким образом, нет основания полагать, что в случае, если заявитель, обращаясь к ним, ссылался бы на свое право на свободу выражения собственного мнения, жалоба имела бы какую-нибудь перспективу на успех. Более того, не существует внутригосударственных средств судебной защиты против такого решения.

В заключение, использованная процедура была осуществлена в исключительно упрощенном порядке. Следовательно, возражение относительно неисчерпания внутригосударственных средств правовой защиты, поднятое властями Турции, подлежит отклонению.


По жалобам о нарушениях Статьи 12 Конвенции


Вопрос о праве человека на вступление в брак


Запрет на вступление в брак свекра и невестки: жалоба коммуницирована властям Соединенного Королевства.


Б. и Л. против Соединенного Королевства
[B. and L. - United Kingdom] (N 36536/02)
[Секция IV]


Заявители подали жалобу в связи с тем, что закон запрещает им вступать в брак. Первый заявитель является отцом бывшего мужа второй заявительницы. Когда их свадьба расстроилась, заявители съехались вместе с сыном Л., который приходится Б. внуком, но в настоящее время обращается к Б. как "отец". Закон от 1949 года, регулирующий брачные отношения, запрещает вступление в брак между кем-либо из родителей мужа или жены со своими зятьями или невестками до тех пор, пока бывший супруг или супруга каждой стороны не умрет. Не существует подобных запретов по отношению к другим близким родственникам по мужу или жене, кроме единокровных, например, отчим/мачеха с падчерицей/пасынком. Запрет может быть снят только индивидуальным нормативно-правовым актом, изданным Парламентом. Не существует установленных критериев для такой процедуры, кроме как усмотрение самого Парламента. Юридическая помощь не может покрыть издержки.


Процессуальное действие


Жалоба коммуницирована властям Соединенного Королевства, что касается Статьи 12 Конвенции.


По жалобам о нарушениях Статьи 13 Конвенции


Вопрос о праве человека на эффективные средства правовой защиты


Отсутствие эффективного средства правовой защиты в отношении чрезмерной продолжительности производства по делу в суде: допущено нарушение Статьи 13 Конвенции.


Конти-Арванити против Греции
[Konti-Arvanity - Greece] (N 53401/99)


Постановление от 10 апреля 2003 г. [вынесено I Секцией]


Дело касалось продолжительности производства по гражданскому делу в суде (почти 15 лет). Европейский Суд единогласно пришел к выводу о нарушении пункта 1 Статьи 6 Конвенции. В дальнейшем Европейский Суд также единогласно пришел к выводу о нарушении Статьи 13 Конвенции, выразившемся в том, что законодательство страны не содержало никакого эффективного средства правовой защиты в связи с жалобой о чрезмерной продолжительности производства по делу в суде.


Вопрос о праве человека на эффективные средства правовой защиты


Отказ судов возместить моральный ущерб заявительнице в связи со смертью ее дочери, погибшей в результате дорожно-транспортного происшествия: жалоба признана приемлемой.


Заволока против Латвии
[Zavoloka - Latvia] (N 58447/00)


Решение от 29 апреля 2003 г. [вынесено I Секцией]


В сентябре 1996 года автотранспортное средство, которым управлял А. А., совершило наезд на двенадцатилетнюю дочь заявительницы. От полученных телесных повреждений девочка скончалась. В марте 1997 года суд первой инстанции признал А. А. виновным в неоказании помощи лицу, находящемуся в опасности, и причинении тяжких телесных повреждений вследствие несоблюдения правил безопасности дорожного движения; А. А. был приговорен к трем годам лишения свободы.

В сентябре 1997 года заявительница обратилась с ходатайством в суд первой инстанции о возмещении морального вреда, причиненного ей в связи со смертью дочери. Ее ходатайство оставлено без рассмотрения ввиду того, что Гражданский кодекс Латвии не содержит норм, предусматривающих возможность возмещения подобного рода компенсации. Заявительница обжаловала определение суда в Окружной суд, который в марте 1998 года удовлетворил ее жалобу. Суд подтвердил, что Гражданский кодекс не предусматривает прямое возмещение морального вреда, и далее указал, что кодекс не содержит определения подобного рода вреда. Ссылаясь, в частности, на норму Гражданского кодекса, которая определяет общую обязанность возместить вред, причиненный другим лицам, суд постановил, что заявительница вправе рассчитывать на возмещение А. А. ущерба, в том числе и морального.

А. А. обратился с жалобой по вопросам права в Верховный суд Латвии, который постановил, что эта норма Гражданского кодекса касалась только возмещения материального вреда, и своим постановлением, принятым в марте 1999 года, отменил постановление Окружного суда, направив дело на повторное рассмотрение. В своем постановлении Верховный суд указал на то, что вопреки фактам, установленным Окружным судом, Гражданский кодекс содержал определение морального вреда, и дело заявительницы не было аналогично ранее рассмотренным делам, в которых предусматривалось возмещение морального вреда. Постановлением, принятым в августе 1999 года, Окружной суд, которому дело было направлено на повторное рассмотрение, отказал в удовлетворении ходатайства заявительницы. Ее жалоба по вопросу права была отклонена.


Решение


Жалоба признана приемлемой, что касается Статей 2 и 13 Конвенции.


По жалобам о нарушениях Статьи 14 Конвенции


Вопрос о запрещении дискриминации (рассматриваемый в совокупности со Статьей 8 Конвенции)


Отказ признать полное усыновление ребенка: жалоба коммуницирована властям Франции.


Тибо против Франции
[Thibaud - France] (N 69603/01)
[Секция II]


В соответствии с постановлением гражданского суда г. Порт-о-Пренс (Гаити), вынесенного в июне 1996 года, заявительница усыновила ребенка, брошенного родителями, личности которых не были установлены. Вернувшись во Францию с ребенком, заявительница подала заявление о полном усыновления мальчика. Ее заявление о полном усыновлении было отклонено судами со ссылкой на то, что юридические условия для полного усыновления не были соблюдены, поэтому суды утвердили только простое усыновление.

Жалоба коммуницирована властям Франции, что касается Статей 14 и 8 Конвенции (право человека на уважение частной и семейной жизни).


По вопросу о применении Статьи 35 Конвенции


Пункт 1 Статьи 35 Конвенции


Вопрос об эффективном внутригосударственном средстве правовой защиты (Словакия)


Эффективность средства правовой защиты в отношении продолжительности производства по делу в суде.


Словак против Словакии
[Slovak - Slovakia] (N 57983/00)


Постановление от 8 апреля 2003 г. [вынесено IV Секцией]


Обстоятельства дела


В 1995 году заявитель предъявил иск о реабилитации. В 1999 году Конституционный суд Словакии пришел к выводу о том, что районный суд допустил нарушение права заявителя на рассмотрение судебного дела без необоснованной задержки. Тем не менее, на тот момент Конституционный суд не был вправе принять решение о взыскании причиненного ущерба или применить санкции против органа государственной власти, виновного в данном нарушении. В 2001 году районный суд отказал заявителю в иске. Производство по жалобе Словака продолжается до настоящего времени. Ввиду внесения конституционной поправки, вступившей в силу в январе 2002 года, Конституционный суд отныне вправе требовать от соответствующего органа государственной власти рассмотрение дела без задержки. Наряду с этим Конституционный суд может присудить материальное возмещение.


Вопросы права


По поводу пункта 1 Статьи 6 Конвенции В то время как Европейский Суд признал новое средство правовой защиты эффективным как в теории, так и на практике, по данному делу Конституционный суд уже указал на нарушение прав заявителя, однако в то время не мог обеспечить возмещение за допущенное властями нарушение. Таким образом, любое новое судебное разбирательство, которое заявитель вправе инициировать в том суде, может относиться только к периоду, начиная с момента принятия судом постановления в 1999 году, поэтому от заявителя не требуется прибегать к новому средству правовой защиты. Следовательно, жалоба признана приемлемой, и продолжительность срока судебного производства не соответствует разумному сроку, который необходим для его проведения.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу о наличии нарушения Статьи 35 Конвенции (принято единогласно).


Компенсация


В порядке применения Статьи 41 Конвенции. Европейский Суд постановил выплатить заявителю 3500 евро в качестве возмещения морального вреда.


По вопросу о применении Статьи 37 Конвенции


Подпункт "c" пункта 1 Статьи 37 Конвенции


Дальнейшее рассмотрение жалобы является неоправданным

Смерть заявительницы: исключение жалобы из списка подлежащих рассмотрению Европейским Судом дел.


Севги Эрдоган против Турции
[Sevgi Erdogan - Turkey] (N 28492/95)


Постановление от 29 апреля 2003 г. [вынесено IV Секцией]


Заявительница подала жалобу в Европейский Суд в связи с насилием и дурным обращением, которым она подверглась со стороны сотрудников сил безопасности. В процессе рассмотрения ее жалобы Европейским Судом заявительница скончалась. Только адвокат, представлявший ее интересы в Европейском Суде, настоял на продолжении судебного разбирательства. На основании информации, представленной адвокатом заявительницы, было невозможно установить контакты с ее близкими родственниками или наследниками. Ее адвокат утверждал, что мать умершего мужа заявительницы изъявляла желание на продолжение рассмотрения жалобы, в то же самое время он не смог представить должным образом заверенное полномочие или документ, подтверждающий такое намерение.

При сложившихся обстоятельствах адвокат заявительницы не вправе предъявлять законное требование - будь-то материального или нематериального характера - в отношении продолжения производства по делу от своего собственного имени. Учитывая то, что не представлялось возможным установить связь ни с одним из близких родственников или наследников заявительницы, представитель заявительницы не вправе продолжать производство по делу в Европейском Суде. Следовательно, дальнейшее рассмотрение жалобы не является оправданным.


По вопросу о применении Статьи 38 Конвенции


Подпункт "а" пункта 1 Статьи 38 Конвенции


Вопрос о создании всех необходимых условий для эффективного проведения дела


Отказ свидетелей от дачи показаний без обеспечения их безопасности: неисполнение государством своих обязательств.


Акташ против Турции
[Aktas - Turkey] (N 24351/94)


Постановление (вступившее в силу) от 24 апреля 2003 г. [вынесено III Секцией]


(См. выше изложение данной жалобы, рассмотренной в контексте Статьи 2 Конвенции.)


По вопросу о применении Статьи 44 Конвенции


Подпункт "b" пункта 2 Статьи 44 Конвенции


Следующие Постановления Европейского Суда вступили в силу в соответствии с подпунктом "b" пункта 2 Статьи 44 Конвенции (в связи с истечением трехмесячного срока, установленного для внесения обращения о передаче дела в Большую Палату) (см. "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека", N 49):


Попеску Наста против Румынии
[Popescu Nasta - Romania] (N 33355/96)


Лэден против Франции
[Laidin - France] (N 39282/98)


Вио против Франции
[Wiot - France] (N 43722/98)


Макги против Франции
[Macgee - France] (N 46802/99)


Постановления от 7 января 2003 г. [вынесены II Секцией]


Жиачик против Словакии
[Ziacik - Slovakia] (N 43377/98)


Постановление от 7 января 2003 г. [вынесено IV Секцией]


Шишков против Болгарии
[Shishkov - Bulgaria] (N 38822/97)


Постановление от 9 января 2003 [вынесено I Секцией]


(См. "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека", N 50.)


Л. и В. против Австрии
[L. and V. - Austria] (N 39392/98 и 39829/98)


С. Л. против Австрии
[S.L. - Austria] (N 45330/99)


Ди Тулио против Италии
[Di Tulio - Italy] (N 34435/97)


С. Н. против Италии
[C. N. - Italy] (N 35428/97)


Толомей против Италии
[Tolomei - Italy] (N 35637/97)


Карлони и Бруни против Италии
[Carloni and Bruni - Italy] (N 35777/97)


Чекки против Италии
[Cecchi - Italy] (N 37888/97)


Чиккариелло против Италии
[Ciccariello - Italy] (N 34412/97)


И. П. против Италии
[E. P. - Italy] (N 34658/97)


Марини против Италии
[Marini - Italy] (N 35088/97)


Кадем против Мальты
[Kadem - Malta] (N 55263/00)


Постановления от 9 января 2003 г. [вынесены I Секцией]


Д,Аммасса и Фрецца против Италии
[D,Ammassa and Frezza - Italy] (N 44513/98)


Постановление от 9 января 2003 г. [вынесено IV Секцией в предыдущем составе]


Опреску против Румынии
[Oprescu - Romania] (N 36039/97)


Постановление от 14 января 2003 г. [вынесено II Секцией]


Лагерблом против Швеции
[Lagerblom - Sweden] (N 26891/95)


К. А. против Финляндии
[K.A. - Finland] (N 27751/95)


Рава против Польши
[Rawa - Poland] (N 38804/97)


В. М. против Польши
[W.M. - Poland] (N 39505/98)


Постановления от 14 января 2003 г. [вынесены IV Секцией]


Карагианнис и другие против Греции
[Karagiannis and others - Greece] (N 51354/99)


Насту против Греции
[Nastou - Greece] (N 51356/99)


Постановления от 16 января 2003 г. [вынесены I Секцией]


Обаса против Соединенного Королевства
[Obasa - United Kingdom] (N 50034/99)


Постановление от 16 января 2003 г. [вынесены III Секцией]


Веебер против Эстонии (N 2)
[Veeber - Estonia] (no. 2) (N 45771/99)


Постановление от 21 января 2003 г. [вынесено IV Секцией]


Ришен и Гоше против Франции
[Richen and Gaucher - France] (N 31520/96 и 34359/97)


Киенаст против Австрии
[Kienast - Austria] (N 23379/94)


Папазафирис против Греции
[Papazafiris - Greece] (N 55753/00)


Постановления от 23 января 2003 г. [вынесены I Секцией]


Молль против Франции
[Molles - France] (N 43627/98)


Постановление от 28 января 2003 г. [вынесено II Секцией]


Демирель против Турции
[Demirel - Turkey] (N 39324/98)


Пек против Соединенного Королевства
[Peck - United Kingdom] (N 44647/98)


Постановления от 28 января 2003 г. [вынесены IV Секцией]


Кордова против Италии (N 1)
[Cordova - Italy (no. 1)] (N 40877/98)


Кордова против Италии (N 2)
[Cordova - Italy (no. 2)] (N 45649/99)


Николов против Болгарии
[Nikolov - Bulgaria] (N 38884/97)


Кубишин против Польши
[Kubiszyn - Poland] (N 37437/97)


Гекче против Бельгии
[Gokce - Belgium] (N 50624/99)


Дотель против Бельгии
[Dautel - Belgium] (N 50855/99)


Постановления от 30 января 2003 г. [вынесены I Секцией]


Спинелло против Италии
[Spinello - Italy] (N 40231/98)


Постановление (пересмотр дела) от 30 января 2003 г. [вынесено I Секцией]


Ахмет Акар против Турции
[Ahmet Acar - Turkey] (N 26546/95)


Фигейредо Симоеш против Португалии
[Figueiredo Simoes - Portugal] (N 51806/99)


Н. К. против Турции
[N.K. - Turkey] (N 43818/98)


Постановления от 30 января 2003 г. [вынесены III Секцией]


По жалобам о нарушениях Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции


Вопрос о праве человека на беспрепятственное пользование своим имуществом


Принудительная посадка леса на земельных участках на основании административного акта, принятого в 1934 году, без права пересмотра решения о лесопосадках: допущено нарушение Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.


Папаставру и другие против Греции
[Papastavrou and others - Greece] (N 46372/99)


Постановление от 10 апреля 2003 г. [вынесено I Секцией]


Обстоятельства дела


В 1994 году мэр г. Афины принял решение о лесопосадках на некоторых земельных участках. Заявители, являющиеся участниками продолжительного спора с государством на предмет права собственности на земельные участки, которые расположены в том районе, обжаловали решение мэра, ссылаясь на то, что земельные участки находятся в их собственности. В 1998 году Государственный совет Греции признал их жалобу неприемлемой на том основании, что решение мэра не является нормоустанавливающим актом, а оно просто подтверждает постановление правительства от 1934 года.


Вопросы права


По поводу Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции. Разрешение вопроса о праве собственности на спорные участки земли по данному делу не входит в компетенцию Европейского Суда. Несмотря на то, что перед Государственным советом не ставился этот конкретный вопрос, он признал право заявителей на обращение в суд по данному вопросу, и для целей рассмотрения дела в Европейском Суде заявители могли рассматриваться в качестве лиц, обладающих правом собственности на спорные земельные участки, или же, по крайней мере, заинтересованных лиц, права которых обычно в таких случаях защищены Статьей 1 Протокола N 1 к Конвенции.

Что же касается вопроса о правомерности лесопосадок на территории земельных участков, то следует заметить: в деле фигурируют противоречащие друг другу доказательства, которые относятся к статусу этих земельных участков, однако выражение своей позиции по данному техническому вопросу не входит в компетенцию Европейского Суда.

В связи с тем, что решение мэра было основано на административном акте, принятом в 1934 году, новая оценка сложившейся ситуации должна была быть сделана компетентными органами власти при принятии такой серьезной меры, которая затрагивает положение заявителей и других лиц, отстаивающих свое право собственности. Тем не менее Государственный совет отклонил требования заявителей со ссылкой на одно лишь единственное основание, согласно которому решение мэра просто подтверждает ранее принятый акт. Такая форма разрешения сложной комплексной ситуации, в которой любое административное решение может существенно повлиять на частную собственность большого числа лиц, не может считаться уважительной по отношению к правам человека, закрепленным в Статье 1 Протокола N 1 к Конвенции. В данном случае не обеспечивается должная защита интересов тех, кто добросовестно обладает или имеет в собственности что-либо, в особенности принимая во внимание то, что возможность выплаты компенсации при этом отсутствует. Следовательно, разумный баланс между интересами государства и интересами личности не соблюден.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что допущено нарушение Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции (принято единогласно).


Компенсация


В порядке применения Статьи 41 Конвенции. Европейский Суд отложил рассмотрение вопроса о выплате заявителям справедливой компенсации.


Вопрос о праве человека на беспрепятственное пользование своим имуществом


Арест судна, перевозившего оружие через пролив Босфор в Иран: жалоба признана частично неприемлемой.


Пароходство Исламской Республики Иран против Турции
[Islamic Republic of Iran Shipping Lines - Turkey] (N 40998/98)


Решение от 10 апреля 2003 г. [вынесено I Секцией]


Заявителем является государственная компания, расположенная в г. Тегеране. Компания зафрахтовала судно в сентябре 1991 года с целью транспортировки, среди прочего, вооружения и боеприпасов из Болгарии в Иран. В коносаментах вооружение и боеприпасы указывались как "специальное оборудование", а место назначения судна - Сирия. Судно вошло в пролив Босфор в октябре 1991 года. Турецкие власти получили информацию относительно действительной природы содержимого груза, подозревая, что судно в реальности направляется на Кипр. Береговая охрана Турции высадилась на борт судна и отбуксировала его в турецкий порт. Впоследствии стороны по делу ссылались на то, что арест судна был произведен в проливе, статус которого регулировался Конвенцией Монтре 1936 года. Судно было обыскано, а команда допрошена. Капитан судна с двумя другими членами экипажа были взяты под стражу. В ноябре 1992 года задержанным членам экипажа судна было предъявлено обвинение в организованной перевозке оружия и боеприпасов. Прокуратура утверждала, что поскольку Турция и Кипр находились в состоянии войны, следовательно, действия турецких властей были оправданными и соответствовали положениям Конвенции Монтре 1936 года.

Правительство Ирана пыталось добиться освобождения судна по дипломатическим и политическим каналам, указывая на действительное место назначения груза. Как министерство иностранных дел, так и аппарат премьер-министра заверили, что не существовало состояния войны с Кипром. 12 марта 1993 г. Суд государственной безопасности признал виновным капитана судна в незаконном ввозе оружия и боеприпасов и вынес решение о конфискации судна и перевозимого груза. Суд проигнорировал официальные заявления касательно отношений с Кипром, указав при этом, что в отсутствие мирного договора состояние войны не прекратилось.

В соответствии с данным решением суда заявитель выплатил арендную плату и расходы, причитающиеся собственнику судна. Суд по торговым спорам предоставил собственнику судна право удержания части груза, в которую не входило оружие. В апелляционной инстанции в июне 1992 года постановление Суда государственной безопасности было отменено на том основании, что судом не было установлено, что оружие предназначалось для ввоза на территорию Турции, и что страна не находилась в состоянии войны, которое бы могло оправдать применение положений Конвенции Монтре 1936 года.

Заявитель пытался в судебном порядке утвердить свое право удержания в отношении оставшейся после конфискации части груза, но безуспешно. В последующем было заключено соглашение с собственником судна, в соответствии с условиями которого собственнику выплачивались 80% просроченной арендной платы и все последующие расходы. При возобновлении уголовного дела капитан судна был оправдан, и судно в результате покинуло Турцию 8 декабря 1992 г. Заявитель вернул собственнику судно в марте 1993 года.

Заявитель затем возбудил исковое производство в суде, требуя возмещения Турцией компенсации за причинение экономического вреда вследствие ареста и удержания судна. Суд по торговым спорам постановил, что судно не может рассматриваться в качестве торгового, учитывая перевозимый им груз. Таким образом, турецкие власти не могут нести ответственность как в силу Конвенции Монтре, так и в силу норм законодательства страны. Заявитель смог возместить часть уплаченных собственнику денежных средств путем обращения в арбитраж, который установил, что договор перевозки считается расторгнутым, начиная с 12 марта 1992 г. Тем не менее он не смог взыскать уплаченные денежные средства в период с даты ареста судна до 12 марта 1992 г. (приблизительно 1,3 миллиона долларов США).


Процессуальное действие


Жалоба коммуницирована властям Турции, что касается пункта 1 Статьи 6 Конвенции и Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в связи с арестом груза.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции относительно ареста судна, так как оно не является собственностью заявителя.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается Статьи 13 Конвенции: заявитель имел доступ в компетентные судебные органы с целью обжалования ареста судна и груза, а также взыскания компенсации.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается Статьи 14 Конвенции: утверждение заявителя о том, что факт регистрации судна на Кипре послужил поводом или повлиял на его арест, является необоснованным.


Вопрос о лишении человека имущества


Соглашение о сумме компенсации за отчуждение имущества: положения Конвенции не нарушены.


Геррера и Фуско против Италии
[Guerrera and Fusco - Italy] (N 40601/98)


Постановление (окончательное) от 3 апреля 2003 г. [вынесено I Секцией]


Обстоятельства дела


Заявители являлись собственниками земельного участка, который в 1982 году был занят местным советом для проведения работ в общественных интересах. На основании предложения о выплате компенсации в связи с отчуждением имущества заявители заключили соглашение о передаче земли, которая юридически закрепила ее отчуждение. Однако, ссылаясь на то, что закон, в силу которого произведена передача земли, был признан неконституционным, заявители возбудили исковое производство в суде в 1986 году с целью получения компенсации за принадлежащий им участок земли. В январе 1996 года суд апелляционной инстанции постановил выплатить им дополнительную сумму денежных средств в качестве компенсации за лишение имущества на основании непосредственно действующего закона от 1992 года. До того, как постановление Апелляционного суда стало окончательным, заявители заключили мировое соглашение с городскими властями. Соглашение основывалось на том, что в соответствии с решением Апелляционного суда сумма, подлежащая уплате заявителям на день заключения соглашения, составляла около 170 миллионов лир. Условия соглашения предусматривали, что заявители соглашаются с уплатой им суммы компенсации в размере 141 500 000 лир путем окончательного урегулирования дела и отказывались от права на обжалование по вопросам права.


Вопросы права


По поводу пункта 1 Статьи 6 Конвенции. В связи с тем, что суммы денежных средств, подлежащие уплате в соответствии с мировым соглашением, не включали в себя какую бы то ни было компенсацию за продолжительное рассмотрение дела, заявители вправе утверждать, что они являются "жертвами" нарушения Конвенции в контексте этой части жалобы. Рассмотрение дела, происходившее в двух судебных инстанциях более 13 лет и 9 месяцев, является чрезмерным.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что допущено нарушение пункта 1 Статьи 6 Конвенции (принято единогласно).

По поводу Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции. Заявители утверждали, что налицо нарушение их права на беспрепятственное пользование своим имуществом, принимая во внимание сумму присужденной судами компенсации за лишение их имущества. Отчуждение земельного участка составило акт лишения человека имущества. При этом отчуждение имущества было осуществлено в соответствии с законом и преследовало достижение законной цели в общих интересах.

Что же касается обоснованности такого лишения, то необходимо принять во внимание тот факт, что заявители заключили мировое соглашение с властями, осуществившими это отчуждение имущества. Соглашение, которое стороны достигли до того, как постановление Апелляционного суда вступило в силу, могло, в принципе, стать предметом жалобы заявителей в Высший Кассационный суд, однако влекло отказ заявителей от права требования части суммы компенсации, присужденной Апелляционным судом, как в ходе рассматриваемого дела, так и будущих судебных разбирательств, а также любого иного другого правопритязания, связанного с лишением имущества. На внутригосударственном уровне урегулирование дела прекратило спор о компенсации за лишение имущества. Что касается Европейского Суда, то такое урегулирование имело практическое значение, в значительной степени удовлетворив требования заявителей в соответствии со Статьей 1 Протокола N 1 к Конвенции. Более того, заявители не действовали под принуждением, когда они отказались от возможности взыскания большей суммы компенсации.


Постановление


Европейский Суд пришел к выводу, что положения Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции не нарушены (принято единогласно).


Компенсация


В порядке применения Статьи 41 Конвенции Европейский Суд постановил взыскать в пользу заявителей сумму в размере 30 000 евро в качестве морального ущерба и 2500 евро в возмещение заявителю судебных издержек и иных расходов, понесенных в связи с судебным разбирательством.


Вопрос об осуществлении контроля государства за использованием собственности


Отказ властей возвратить собственнику арендованное транспортное средство, арестованное после его использования для перевозки незаконных иммигрантов: жалоба признана неприемлемой.


Йилдирим против Италии
[Yildirim - Italy] (N 38602/02)


Решение от 10 апреля 2003 г. [вынесено I Секцией]


Заявитель являлся собственником автобуса, который он сдал в аренду компании. Договор аренды предусматривал, что автобус будет использоваться для перевозки людей в страны Европы и Азии. Впоследствии водители автобуса были задержаны, а автобус арестован за нелегальную перевозку незаконных иммигрантов. Водители были приговорены к тюремному заключению, по решению суда автобус был конфискован.

Заявитель возбудил исковое производство в суде с целью возвращения автобуса. Заявитель, в частности, утверждал, что он действовал добросовестно, при этом не зная о незаконном использовании его автобуса. Ему было отказано во всех судебных инстанциях, преимущественно на том основании, что он не доказал должным образом добросовестность своих действий. В частности, суды усомнились в том, что он не знал о возможности незаконного использования его автобуса, исходя из того, что ситуация, характеризующаяся распространенностью незаконной иммиграции в этом районе, требовала от собственника автобуса, используемого для перевозки людей за границу, особой осмотрительности. В конечном счете автобус был разбит.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции. Конфискация была произведена в отношении имущества, которое, по мнению судов, использовалось в незаконных целях, и преследовала цель предотвратить использование транспортного средства для совершения дальнейших правонарушений, имеющих общественно опасный характер. Следовательно, предпринятая мера влечет за собой регулирование государством использования имущества человека. Конфискация была произведена в соответствии с законом и преследовала совпадающую с общими интересами законную цель воспрепятствовать нелегальной иммиграции и "торговлю людьми" (незаконный ввоз иностранных рабочих).

Что же касается соблюдения баланса между таковой целью государства и фундаментальными правами собственника, то следует заметить: любая правовая система признает презумпцию факта или презумпцию права при условии, что таковые презумпции является разумно обоснованными и уважают право человека на защиту, и Конвенция не препятствует существованию этих презумпций. Заявитель имел возможность требовать возврата транспортного средства и обжаловать по вопросам права решение об отказе удовлетворить его требование. Судебные разбирательства по его жалобам и требованиям, связанные с вопросом о законности ареста имущества, а также отсутствием произвола при его производстве, проводились с участием обеих сторон, и заявитель имел возможность представлять доказательства и аргументы, которые он считал необходимыми для осуществления защиты его интересов. В ходе разбирательств суд не руководствовался никакой неопровержимой презумпцией в ущерб интересам заявителя. Напротив, заявитель имел возможность представить доказательства добросовестности своих действий, которые могли бы привести к восстановлению его имущества. Оценка представленных заявителем доказательств по данному вопросу не была произвольной. При данных обстоятельствах, принимая во внимание рамки допустимого для государства усмотрения в сфере противодействия преступности, вмешательство государства в права человека не было непропорциональным преследуемой государством цели. Жалоба признана явно необоснованной.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается Статьи 6 Конвенции. Преступление, повлекшее за собой арест и конфискацию транспортного средства заявителя, было совершено другим лицом и в отношении заявителя в этой связи не было возбуждено уголовного дела. Таким образом, заявителю не было предъявлено "уголовное обвинение" в значении Статьи 6 Конвенции. Жалоба признана неприемлемой как несовместимая с правилом о предметной неподсудности (ratione materiae) Европейского Суда.

В связи с тем, что в ходе судебных разбирательств было затронуто право собственности заявителя, Статья 6 Конвенции применима к гражданско-правовому аспекту настоящего дела. В этом контексте не было выявлено нарушений права на справедливое судебное разбирательство или принципа равенства процессуальных возможностей сторон по делу. Жалоба признана явно необоснованной.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается Статьи 7 Конвенции. Заявитель утверждал, что конфискация являлась "дополнительным наказанием". Наличие "наказания" подразумевает, что данная мера была возложена вследствие осуждения за совершение преступления. В данном случае, никакого основного обвинительного приговора в отношении заявителя вынесено не было, и производство по делу, связанное с арестом и конфискацией транспортного средства, не касалось какого-либо "уголовного обвинения", выдвинутого против него. Следовательно, рассматриваемая конфискация не влекла за собой установления вины, которая следует за предъявлением уголовного обвинения; таким образом, конфискация не представляет собой "наказания" в понимании Статьи 7 Конвенции. Жалоба признана неприемлемой как несовместимая с правилом о предметной неподсудности (ratione materiae) Европейского Суда.


По жалобам о нарушениях Статьи 3 Протокола N 1 к Конвенции


Вопрос о праве человека на участие в выборах


Положение Конституции, исключающее возможность для потомков последнего короля Италии по мужской линии осуществлять свои избирательные права: исключение жалобы из списка подлежащих рассмотрению Европейским Судом дел.


Принц Савойский Виктор-Эммануэль против Италии
[Victor-Emmanuel de Savoie - Italy] (N 53360/99)


Постановление от 24 апреля 2003 г. [вынесено II Секцией]


(См. ниже изложение данной жалобы, рассмотренной в контексте пункта 2 Статьи 3 Протокола N 4 к Конвенции.)


Вопрос о праве на участие в выборах


Отказ в регистрации политической партии и возврате избирательного залога: жалоба коммуницирована властям России.


Российская консервативная партия предпринимателей против России
[Russian conservative party of entrepreneurs - Russia] (N 55066/00)


Жуков и Васильев против России
[Zhukov and Vasiliev - Russia] (N 55638/00)
[Секция I]


Российская консервативная партия предпринимателей является общенациональной политической партией. Второй заявитель представлял партию на выборах в законодательные органы власти 1999 года, третий заявитель - сторонник партии. Партия сформировала список из 151 кандидата для выборов в Государственную Думу. 15 октября список кандидатов был утвержден Центральной избирательной комиссией (ЦИК), и партия внесла избирательный залог в размере 2 087 250 рублей. 8 ноября ЦИК исключил из списка 18 партийных кандидатов за представление недостоверной информации. В связи с тем, что один из кандидатов входил в тройку первых зарегистрированных в списке, это привело к отказу партии в регистрации в соответствии с действовавшим на тот момент избирательным законодательством. Партия обжаловала решение ЦИК, ссылаясь на то, что термин "исключение кандидата", используемый в законе, не включает в себя лишение права на участие в выборах. Данный аргумент был принят.

Жалоба ЦИК, поданная в Кассационную коллегию Верховного Суда Российской Федерации, была отклонена 22 ноября. В тот же день партия была зарегистрирована. 26 ноября заместитель Генерального Прокурора Российской Федерации внес протест на решение Кассационной коллегии Верховного Суда в Президиум Верховного Суда, утверждая, что термин "исключение кандидата" следует толковать как подразумевающий под собой исключение кандидата из списка. Протест был удовлетворен 8 декабря. На следующий день ЦИК принял решение об исключении партии из бюллетеней для голосования. Таким образом, партия не принимала участие в выборах, состоявшихся 19 декабря.

В апреле 2000 года Конституционный Суд постановил, что соответствующее положение противоречит Конституции, однако данное постановление не может быть применимо к результатам выборов 1999 года. В 2001 году партия безуспешно подала в Президиум Верховного Суда жалобу о пересмотре принятого им решения от 8 декабря 1999 г. Партия также предпринимала попытки вернуть избирательный залог. ЦИК отказал ей в этом со ссылкой на то, что постановление Конституционного Суда не распространяется на выборы 1999 года. Жалоба на решение ЦИК была отклонена судами, которые квалифицировали ее в качестве жалобы о пересмотре результатов выборов.

Жалоба коммуницирована властям России, что касается Статьи 3 Протокола N 1 к Конвенции.


По жалобам о нарушениях Статьи 3 Протокола N 4 к Конвенции


Пункт 2 Статьи 3 Протокола N 4 к Конвенции


Вопрос о праве человека на въезд на территорию государства, гражданином которого он является


Положение Конституции, запрещающее потомкам последнего короля Италии по мужской линии въезд и пребывание в стране: производство по делу прекращено.


Принц Савойский Виктор-Эммануэль против Италии
[Victor-Emmanuel de Savoie - Italy] (N 53360/99)


Постановление от 24 апреля 2003 г. [вынесено II Секцией]


Заявитель является наследником последнего короля Италии и главой Савойского королевской династии. Когда Виктор-Эммануэль представил свою жалобу в Европейский Суд, заявитель утверждал, в частности, что в соответствии с частью 1 и 2 XIII-го переходного и окончательного раздела Конституции Италии, вступившей в силу в 1948 году, ему запрещались реализация своего активного и пассивного избирательного права, а также въезд на территорию Италии и пребывание там. Европейский Суд признал жалобу частично приемлемой, что касается пункта 2 Статьи 3 Протокола N 4 к Конвенции и Статьи 3 Конвенции, а также Статьи 3 Протокола N 1 к Конвенции, рассматриваемые как отдельно, так и в совокупности со Статьей 14 Конвенции.

При депонировании документа о ратификации Протокола N 4 к Конвенции правительство Италии сделало оговорку, согласно которой пункт 2 Статьи 3 Протокола N 4 к Конвенции не мог препятствовать применению конституционного запрета на въезд и пребывание в отношении членов Савойской королевской династии. Принимая во внимание то, что Конституционный закон вступил в силу 10 ноября 2002 г., разделы 1 и 2 XIII-го конституционного положения более не действуют.

Поскольку разделы 1 и 2 XIII-го положения более не имеют силы во внутригосударственном праве ввиду того, что государство-ответчик отозвало свою оговорку, и заявитель в настоящее время вправе въезжать в Италию - тем более, что он это уже сделал - Европейский Суд пришел в выводу о нецелесообразности продолжать рассмотрение данной жалобы (подпункт "с" пункта 1 Статьи 37 Конвенции).


Другие Постановления, вынесенные в апреле 2003 года


По жалобам о нарушениях Статей 2 и 13 Конвенции


Макир против Турции
[Macir - Turkey] (N 28516/95)


Постановление от 22 апреля 2003 г. [вынесено II Секцией]


Убийство человека неустановленными злоумышленниками в 1994 году и вопрос об эффективности расследования убийства.

Заключено мировое соглашение (государство добровольно возместило ущерб, высказало сожаление и взяло на себя обязательство принять соответствующие меры).


Гюлер и другие против Турции
[Guler and others - Turkey] (N 46649/99)


Постановление от 22 апреля 2003 г. [вынесено II Секцией]


Дело военнослужащего, застрелившего овчарку в 1994 году, и вопрос об эффективности расследования инцидента. Заключено мировое соглашение (государство добровольно возместило ущерб, высказало сожаление и взяло на себя обязательство принять соответствующие меры).


По жалобам о нарушениях Статьи 3 Конвенции


Йилдиз против Турции
[Yildiz - Turkey] (N 28308/95)


Постановление от 22 апреля 2003 г. [вынесено II Секцией]


Предположительно дурное обращение тюремных служащих с лицом, заключенным под стражу. Заключено мировое соглашение (государство добровольно возместило ущерб, высказало сожаление и взяло на себя обязательство принять соответствующие меры).


Е. Е. и С. М. против Турции
[O.O. and S.M. - Turkey] (N 31865/96)


Постановление от 29 апреля 2003 г. [вынесено IV Секцией]


Предположительно дурное обращение с лицом, заключенным под стражу в 1992 году. Заключено мировое соглашение (государство добровольно возместило ущерб, высказало сожаление и взяло на себя обязательство принять соответствующие меры).


По жалобам о нарушениях Статей 3, 8 и 13 Конвенции и Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции


Атеш против Турции
[Ates - Turkey] (N 28292/95)


Постановление от 22 апреля 2003 г. [вынесено II Секцией]


Заявление об уничтожении имущества и разрушении жилища военнослужащими сил безопасности. Заключено мировое соглашение (государство добровольно возместило ущерб, высказало сожаление и взяло на себя обязательство принять соответствующие меры).


По жалобам о нарушениях пунктов 3 и 4 Статьи 5 и Статьи 8 Конвенции


Кламецкий против Польши (N 2)
[Klamecki - Poland] (no. 2) (N 31583/96)


Постановление от 3 апреля 2003 г. [Секция I]


Постановление о заключении под стражу до суда, вынесенное прокурором; продолжительность предварительного заключения; отсутствие возможности участвовать или быть представленным во время судебного заседания по вопросу о заключении под стражу; вскрытие корреспонденции задержанного; длительный запрет на свидания с женой или телефонные разговоры с ней. Допущены нарушения пунктов 3 и 4 Статьи 5 и Статьи 8 Конвенции.


По жалобам о нарушениях пункта 1 Статьи 6 Конвенции


Баккер против Австрии
[Bakker - Austria] (N 43454/98)


Постановление от 10 апреля 2003 г. [вынесено I Секцией]


В ходе производства по делу в Административном суде не были проведены слушания сторон. Допущено нарушение пункта 1 Статьи 6 Конвенции.


Колб и другие против Австрии
Kolb and others - Austria (N 35021/97, 45774/99)


Постановление от 17 апреля 2003 г. [вынесено I Секцией]


Вопрос о продолжительности производства по делу об укрупнении землевладений; в ходе производства по делу не были проведены слушания сторон. Допущено нарушение пункта 1 Статьи 6 Конвенции.


Эстевес против Португалии
[Esteves - Portugal] (N 53534/99)


Постановление от 3 апреля 2003 г. [вынесено III Секцией]


Ришар-Луна против Франции
[Richart-Luna - France] (N 48566/99)


Шимко против Венгрии
[Simko - Hungary] (N 42961/98)


Постановления от 8 апреля 2003 г. [вынесены II Секцией]

Виллекенс против Бельгии
[Willekens - Belgium] (N 50859/99)


Жилле против Бельгии
[Gillet - Belgium] (N 52229/99)


Постановления от 24 апреля 2003 г. [вынесены I Секцией]


Коста Рибейро против Португалии
[Costa Ribeiro - Portugal] (N 54926/00)


Постановление от 30 апреля 2003 г. [вынесено III Секцией]


Вопрос о продолжительности производства по гражданскому делу. Допущено нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.


Марсьал Лемуан против Франции
[Martial Lemoine - France] (N 65811/01)


Постановление от 29 апреля 2003 г. [вынесено II Секцией]


Вопрос о продолжительности производства по гражданскому делу. Допущено нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.


Моси против Франции
[Mocie - France] (N 46096/99)


Постановление от 8 апреля 2003 г. [вынесено II Секцией]


Жарлан против Франции
[Jarlan - France] (N 62274/00)


Постановление от 15 апреля 2003 г. [вынесено II Секцией]


Вопрос о продолжительности производства по административному делу. Допущено нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.


Незбеда против Словакии
[Nezbeda - Slovakia] (N 56452/00)


Постановление от 29 апреля 2003 г. [вынесено IV Секцией]


Вопрос о продолжительности производства по гражданскому делу. Заключено мировое соглашение.


Петчар против Австрии
[Petschar - Austria] (N 36519/97)


Постановление от 17 апреля 2003 г. [вынесено I Секцией]


Диар против Франции
[Diard - France] (N 42279/98)


Постановление от 22 апреля 2003 г. [вынесено II Секцией]


Вопрос о продолжительности производства по административному делу. Заключено мировое соглашение.


Хутт-Клаусс против Франции
[Hutt-Clauss - France] (N 44482/98)


Постановление от 10 апреля 2003 г. [вынесено III Секцией]


Вопрос о продолжительности нотариального производства по наследственному делу. Допущено нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.


Жусси против Франции
[Jussy - France] (N 42277/98)


Жульен против Франции
[Julien - France] (N 50331/99)


Леваи и Надь против Венгрии
[Levai and Nagy - Hungary] (N 43657/98)


Постановления от 8 апреля 2003 г. [вынесены II Секцией]


Вопрос о продолжительности производства по трудовому спору. Допущены нарушения пункта 1 статьи 6 Конвенции.


Ланц против Словакии
[Lancz - Slovakia] (N 62171/00)


Ротрекл против Словакии
[Rotrekl - Slovakia] (N 65640/01)


Постановления от 8 апреля 2003 г. [вынесены IV Секцией]


Вопрос о продолжительности производства по гражданскому делу. Заключены мировые соглашения.


Гарон против Франции
[Garon - France] (N 49613/01)


Жарро против Франции
[Jarreau - France] (N 50975/99)


Постановления от 8 апреля 2003 г. [вынесены II Секцией]


Вопрос о продолжительности производства по трудовому спору. Заключены мировые соглашения.


Шиеттекат против Франции
[Schiettecate - France] (N 49198/99)


Постановление от 8 апреля 2003 г. [вынесено II Секцией]


Вопрос о продолжительности производства по делу в коммерческих судах. Допущено нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.


Де Суса Мариньо и Мариньо Мейрелеш Пинто против Португалии
[De Sousa Marinho and Marinho Meireles Pinto - Portugal] (N 50775/99)


Постановление от 3 апреля 2003 г. [вынесено III Секцией]


Вопрос о продолжительности производства по уголовному делу, в котором заявители участвовали в качестве экспертов. Допущено нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.


Китов против Болгарии
[Kitov - Bulgaria] (N 37104/97)


Постановление от 3 апреля 2003 г. [вынесено I Секцией]


Рабла против Франции
[Rablat - France] (N 49285/99)


Барийо против Франции
[Barillot - France] (N 49533/99)


Постановления от 29 апреля 2003 г. [вынесены II Секцией]


Вопрос о продолжительности производства по уголовному делу. Допущено нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.


Мотсник против Эстонии
[Motsnik - Estonia] (N 50533/99)


Постановление от 29 апреля 2003 г. [вынесено IV Секцией]


Вопрос о продолжительности производства по уголовному делу. Допущено нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.


По жалобам о нарушениях пункта 1 Статьи 6 и Статьи 13 Конвенции


Луаен и другие против Франции
[Loyen and others - France] (N 55926/00)


Постановление от 29 апреля 2003 г. [вынесено II Секцией]


Вопрос о продолжительности производства по гражданскому делу (в отношении которого Европейская Комиссия по правам человека установила нарушение в 1994 году). Допущено нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.


По жалобам о нарушениях пункта 1 Статьи 6 и Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции


Попа и другие против Румынии
[Popa and others - Romania] (N 31172/96)


Гитеску против Румынии
[Ghitescu - Romania] (N 32915/96)


Отмена Верховным судом вступившего в силу и обязательного для исполнения постановления, предписывающего возвращение ранее национализированной собственности; исключение из юрисдикции суда дел о национализации и отчуждении собственности. Допущены нарушения пункта 1 Статьи 6 Конвенции и Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.


Зангуропол против Румынии
[Zanguropol - Romania] (N 29959/96)


Постановление от 8 апреля 2003 г. [вынесено II Секцией]


Отмена Верховным судом вступившего в силу и обязательного для исполнения постановления, предписывающего возвращение ранее национализированной собственности; исключение из юрисдикции суда дел о национализации и отчуждении собственности. Жалоба исключена из списка подлежащих рассмотрению Европейским Судом дел (заявитель не намерен продолжать производство по своей жалобе).


К. Спа против Италии
[C. Spa - Italy] (N 34999/97)


Фегателли против Италии
[Fegatelli - Italy] (N 39735/98)


Дель Беато против Италии
[Del Beato - Italy] (N 41427/98)


Л. М. против Италии
[L.M. - Italy] (N 41610/98)


Малесция против Италии
[Malescia - Italy] (N 42343/98)


Г. Г. против Италии
[G.G. - Italy] (N 43580/98)


Капурсо против Италии
[Capurso - Italy] (N 45006/98)


Постановления от 3 апреля 2003 г. [вынесены I Секцией]


П. М. против Италии
[P.M. - Italy] (N 34998/97)


Нигиотти и Мори против Италии
[Nigiotti and Mori - Italy] (N 35024/97)


Лозанно и Ванакоре против Италии
[Losanno and Vanacore - Italy] (N 36149/97)


Массимо Роса против Италии
[Massimo Rosa - Italy] (N 36249/97)


Ключер против Италии
[Clucher - Italy] (N 36268/97)


Занетти против Италии
[Zanetti - Italy] (N 36377/97)


Панноккия против Италии
[Pannocchia - Italy] (N 37008/97)


Де Бенедеттис против Италии
[De Benedettis - Italy] (N 3717/97)


Апонте против Италии
[Aponte - Italy] (N 3801/97)


Пепе против Италии
[Pepe - Italy] (N 46161/99)


Фаби против Италии
[Faby - Italy] (N 48145/99)


Пульчини против Италии
[Pulcini - Italy] (N 59539/00)


Постановления от 17 апреля 2003 г. [вынесены I Секцией]


Дела касаются составления графика оказания полицией содействия в исполнении судебных приказов о выселении жильцов, длительного неисполнения судебного решения и отсутствия возможности судебной проверки решения префектуры о составлении графика оказания полицией содействия в исполнении судебных приказов о выселении жильцов. Допущены нарушения Конвенции.


Тамма против Италии
[Tamma - Italy] (N 43616/98)


Зито и Корси против Италии
[Zito and Corsi - Italy] (N 54612/00)


Матта против Италии
[Matta - Italy] (N 55674/00)


Джанни против Италии
[Gianni - Italy] (N 64450/01)


Постановления от 10 апреля 2003 г. [вынесены I Секцией]


Джианнатьемпо против Италии
[Giannatiempo - Italy] (N 35969/97)


Постановление от 17 апреля 2003 г. [вынесено I Секцией]


Дело касается составления графика оказания полицией содействия в исполнении судебных приказов о выселении жильцов, длительного неисполнения судебного решения и отсутствия возможности судебной проверки решения префектуры о составлении графика оказания полицией содействия в исполнении судебных приказов о выселении жильцов. Заключено мировое соглашение.


По жалобам о нарушениях Статьи 8 Конвенции


Йилмаз против Германии
[Yilmaz - Germany] (N 52853/99)


Постановление от 17 апреля 2003 г. [вынесено III Секцией]


Высылка из страны лица - иммигранта во втором поколении. Допущено нарушение Конвенции.


По жалобам о нарушениях Статьи 14 Конвенции


Аткинсон против Соединенного Королевства
[Atkinson - United Kingdom] (N 65334/01)


Постановление от 8 апреля 2003 г. [вынесено IV Секцией]


Недоступность вдовцам пособий для вдов. Заключено мировое соглашение.


По жалобам о нарушениях Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции


Компания "Йилташ Йилдиз Туристик Тесислери А. Ш." против Турции
[YiltaX Yildiz Turistik Tesisleri A.Ф. - Turkey] (N 30502/96)


Постановление от 24 апреля 2003 г. [вынесено III Секцией]


Вопрос об адекватности компенсации за отчуждение имущества: допущено нарушение Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.


Постановления, вынесенные в порядке пересмотра дела


Перирен и другие против Франции
[Perhirin and others - France] (N 44081/98)


Постановление от 8 апреля 2003 г. [вынесено II Секцией]


Армандо Грассо против Италии
[Armando Grasso - Italy] (N 48411/99)


Постановление от 29 апреля 2003 г. [вынесено II Секцией]


Статьи Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов N 1, 4, 6 и 7 к Конвенции

Статьи Конвенции

Статья 2 Право на жизнь

Статья 3 Запрещение пыток

Статья 4 Запрещение рабства и принудительного труда

Статья 5 Право на свободу и личную неприкосновенность

Статья 6 Право на справедливое судебное разбирательство

Статья 7 Наказание исключительно на основании закона

Статья 8 Право на уважение частной и семейной жизни

Статья 9 Свобода мысли, совести и религии

Статья 10 Свобода выражения мнения

Статья 11 Свобода собраний и объединений

Статья 12 Право на вступление в брак

Статья 13 Право на эффективное средство правовой защиты

Статья 14 Запрещение дискриминации

Статья 34 Жалобы от физических лиц, неправительственных организаций и групп частных лиц

Протокол N 1 к Конвенции

Статья 1 Защита собственности

Статья 2 Право на образование

Статья 3 Право на свободные выборы

Протокол N 4 к Конвенции

Статья 1 Запрещение лишения свободы за долги

Статья 2 Свобода передвижения

Статья 3 Запрещение высылки граждан

Статья 4 Запрещение коллективной высылки иностранцев

Протокол N 6 к Конвенции

Статья 1 Отмена смертной казни

Протокол N 7 к Конвенции

Статья 1 Процедурные гарантии в случае высылки иностранцев

Статья 2 Право на обжалование приговоров по уголовным делам во второй инстанции

Статья 3 Компенсация в случае судебной ошибки

Статья 4 Право не быть судимым или наказанным дважды

Статья 5 Равноправие супругов



"Бюллетень Европейского Суда по правам человека. Российское издание" N 9/2003


Совместный проект Московского клуба юристов и издательства "ЛексЭст"


Перевод: Власихин В.А.


Данный выпуск "Бюллетеня Европейского Суда по правам человека" основан на английской версии бюллетеня "Information note N 52 on the case-law of the Court. April, 2003"


Текст издания представлен в СПС Гарант на основании договора с РОО "Московский клуб юристов"


Заинтересовавший Вас документ доступен только в коммерческой версии системы ГАРАНТ. Вы можете приобрести документ за 54 рубля или получить полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня.

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.