• ТЕКСТ ДОКУМЕНТА
  • АННОТАЦИЯ
  • ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Бюллетень Европейского Суда по правам человека. Российское издание. N 1/2002

Бюллетень Европейского Суда по правам человека
Российское издание
N 1/2002


Читайте европейские прецеденты на русском языке


Люциус Вильдхабер

Председатель Европейского Суда по правам человека:


Одобряю инициативу Московского клуба юристов


Дорогие друзья! Мне доставляет огромное удовольствие выступить с кратким приветственным словом на страницах первого номера российского издания "Бюллетеня Европейского Суда по правам человека", который впервые на русском языке воспроизводит ежемесячный вестник, издаваемый Секретариатом Суда. Я поздравляю вас с выходом в свет Бюллетеня и выражаю поддержку этому начинанию.

Одним из главнейших способов пропаганды идеалов и принципов охраны воплощенных в европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод в государствах - участниках Конвенции - а потому и надлежащего их соблюдения и уважения к ним на внутригосударственном уровне - является максимально широкое распространение норм прецедентной практики Европейского Суда на национальном языке среди органов власти страны, в частности, среди судей, а также адвокатов и других юристов. Но при этом важно, чтобы с этой практикой знакомились бы и люди вообще, или, говоря иными словами, о ней должны знать возможные жертвы нарушений прав человека.

Поэтому я полностью одобряю инициативу Московского клуба юристов по изданию - при поддержке Совета Европы - настоящего Бюллетеня. Русский перевод кратких изложений постановлений и решений Европейского Суда, которые публикуются его Секретариатом, сделает доступной прецедентную практику Суда россиянам. У меня нет ни тени сомнения, что данный проект станет значительным вкладом в дело охраны прав и свобод человека внутри России, а тем самым и вкладом в дело достижения цели обеспечения прав человека и его основных свобод на всем нашем континенте.


Вячеслав Лебедев

Председатель Верховного Суда Российской Федерации:


Доступ к правосудию расширился до европейских масштабов


Уважаемые коллеги! Представляя новый проект Московского клуба юристов, - издание "Бюллетеня Европейского Суда по правам человека" на русском языке - должен отметить, прежде всего, своевременность этой инициативы и ее актуальность.

Европейский Суд уже вынес первые решения по жалобам российских граждан. И дело даже не в сути этих решений, а в том, что пределы доступа российских граждан к правосудию вышли за рамки национальной границы и расширились до европейских масштабов. Права и свободы российских граждан определяются не только внутринациональным законодательством, но и европейской Конвенцией о защите прав человека и основных свобод.

Прошедшие годы со времени вступления России в Совет Европы и признания юрисдикции Европейского Суда по правам человека показали значительный интерес отечественных юристов: судей и адвокатов, прокуроров и следователей, работников органов государственной власти и управления, ученых-юристов и простых граждан, - к официальным документам Совета Европы и решениям Европейского Суда по правам человека.

До последнего времени интерес к международным правовым стандартам, в том числе и решениям Европейского Суда, сдерживается языковым барьером. В этой связи отрадно, что усилиями Московского клуба юристов барьер, наконец-то, будет преодолен. И мне остается только поздравить всю юридическую общественность России со столь знаменательным событием, каковым является издание первого номера "Бюллетеня Европейского Суда по правам человека" на русском языке, и пожелать, чтобы приобщение к стандартам европейской Конвенции проходило активно.


Анатолий Ковлер

судья Европейского Суда по правам человека:


Российское издание
Бюллетеня Европейского Суда - первое


Дорогие друзья! Выход первого номера "Бюллетеня Европейского Суда по правам человека" на русском языке, полностью воспроизводящего официальный Бюллетень Суда - уникальное явление. Насколько мне известно, других подобных изданий на национальных языках государств - участников европейской Конвенции пока не выходит.

Отрадно, что такая информация о практике Европейского Суда востребована в России. На мой взгляд, это существенно приближает нас к европейскому правовому полю, позволяя оперативно, без существенных задержек во времени, получать объективное представление о наиболее значимых прецедентах Европейского Суда, о характере направляемых в него заявлений, их динамике как с точки зрения количества, так и правовой тематики. Сравнительный подход позволит соизмерить российские правовые реалии с общеевропейскими. Желаю продолжительного успешного выпуска Бюллетеня. В добрый путь!


Павел Лаптев

Уполномоченный Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека:


Читайте европейские прецеденты на русском языке


Уважаемые коллеги! Не будет преувеличением сказать, что 5 мая 1998 года - дата вступления для России в силу Конвенции о защите прав человека и основных свобод - для нашей правовой системы является датой переломного, по-своему революционного момента. Мы, по существу, перешли (или обязаны перейти) к совсем иным оценкам нашего права, новыми глазами взглянуть на многие аспекты практики его применения. Российская Федерация вошла в европейское правовое пространство (применительно к праву Совета Европы) и должна стремиться к тому, чтобы глубоко осваивать для себя это пространство.

На русском языке впервые выходит в свет "Бюллетень Европейского Суда по правам человека" - неадаптированный, полный, периодический вестник всех (в том числе "технико-процедурных") решений и постановлений Европейского Суда. Не беда, что материал в этом бюллетене изложен в суммарной форме (полный же текст иного постановления может достигать семидесяти-восьмидесяти страниц). Главное то, что заинтересованные читатели теперь имеют возможность обращаться к основам прецедентного права, создаваемого Европейским Судом, и, не открывая забытые со школьной скамьи словари, быть постоянно в курсе происходящего во Дворце прав человека во французском городе Страсбурге.

Выход в свет "Бюллетеня Европейского Суда по правам человека" на русском языке - событие в правовой жизни России актуальное и своевременное.


Редакционная: необходимые пояснения и краткие замечания


Валерий Руднев,

президент Московского клуба юристов:


Добро пожаловать на правовые пространства Европы

Когда шесть лет назад Россия вступила в Совет Европы, а четыре года назад ратифицировала европейскую Конвенцию о защите прав человека и основных свобод, она присоединилась к общеевропейской контрольной системе защиты прав человека, центральное место в которой занимает Европейский Суд по правам человека. Для подавляющего большинства россиян этот суд, заседающий во французском городе Страсбурге, был абсолютно абстрактным и невообразимо далеким судебным учреждением, однако при этом в нем видели последнюю надежду на восстановление справедливости и защиту своих прав. Прошло совсем немного времени, и сегодня не только профессиональные юристы: судьи, прокуроры, следователи, адвокаты, нотариусы, но и чиновники, бизнесмены, ученые, правозащитники, рядовые граждане, - проявляют к деятельности Европейского Суда живейший и совершенно практический интерес.

Европейский Суд работает на основе норм прецедентного права, создаваемых им же самим при рассмотрении конкретных жалоб. Эффективно защищать свои права и интересы в Страсбурге невозможно без знания и тщательного анализа документов, вырабатываемых Европейским Судом - решений и постановлений по конкретным делам. Между тем число таких документов после реформы Суда в 1998 году растет как снежный ком и насчитывает уже тысячи и тысячи единиц. Разобраться в этой массе сложнейших юридических текстов без квалифицированной помощи и без знания двух официальных языков Суда - английского и французского - просто невозможно. Именно для оказания такой поддержки российским гражданам, преодоления ими языкового барьера мы и задумали издавать настоящий Бюллетень.

Это издание представляет собой перевод на русский язык информационного ежемесячника "Information note", выпускаемого Секретариатом Европейского Суда. Содержащийся в нем суммарный правовой анализ формально не является официальной позицией Суда, однако он готовится теми же юристами, которые в качестве сотрудников Секретариата Европейского Суда участвуют в работе по конкретным делам и, соответственно, хорошо знают логику, которой придерживался Суд при вынесении своих решений и постановлений. Твердое следование в нашем Бюллетене "страсбургскому" оригиналу выгодно, на наш взгляд, отличает его от других попыток информирования российских правоприменителей и граждан о развитии страсбургского прецедентного права.

Перед тем, как вы приступите к чтению, дадим несколько необходимых редакционных пояснений. Наш Бюллетень отличается от "Information note" лишь тем, что мы снабдили русский перевод краткими комментариями на полях, которые помогут читателю ориентироваться в тексте. Кроме того, в наиболее сложных случаях мы давали небольшие пояснения переводчика, необходимые для правильного понимания правовых систем различных европейских стран, упоминаемых в тексте. Перевод "Information Note" на русский язык базируется на официальном переводе текста Конвенции (см. Собрание законодательства Российской Федерации N 2 за 2002 год) и на откорректированной версии перевода Регламента Суда (опубликованной в журнале "Российская юстиция" N 5 за 2002 г.). Кроме того, для удобства читателей при упоминании статей европейской Конвенции мы пишем слово "Статья" (как и в оригинале) всякий раз с заглавной буквы, что позволит отличать его от упоминания статей других конвенций и национальных правовых актов.

В тексте вы будете часто встречать словосочетание "коммуницировать жалобу", что в процессуальной практике Европейского Суда означает процедуру направления поступившей в Суд жалобы государству, действия которого обжалуются, для ознакомления и представления по ней письменных замечаний в Суд.

Необходимо отметить, что пока предусмотрен выпуск шести номеров Бюллетеня до конца 2002 года. Мы надеемся (во всяком случае, так записано в Административном соглашении, заключенном Московским клубом юристов с Советом Европы), что с 2003 года удастся организовать постоянный ежемесячный выпуск Бюллетеня. Для этого нам, безусловно, будет необходима ваша поддержка. Мы будем признательны вам за предложения и советы, в том числе и критику. Присылайте также заявки на дополнительные экземпляры Бюллетеня - это поможет нам совместно с Советом Европы точнее определить потребности в тираже.

В заключение хотели бы поблагодарить сотрудников Генерального секретариата Совета Европы, которые приложили много усилий для того, чтобы наш Бюллетень вышел в свет: Марджори Фаркарсон, Кристину Пенчеву, Миреллу Лукчик и руководство Генерального директората Совета Европы по правам человека: Пьера-Анри Амбера, Джейн Динсдейл и Александра Владыченко - которые на всех этапах поддерживали этот проект Московского клуба юристов.

В добрый путь, уважаемые читатели!


Статистические сведения*


Постановления, вынесенные в январе 2002 года


Большая Палата 1
I Секция 7
II Секция 3
III Секция 1
IV Секция 1
Всего 13

  По существу
дела
Заключено
мировое
соглашение
Исключено
из списка
подлежа-
щих
рассмот-
рению дел
Прочие Всего
Большая Палата 1 0 0 0 1
I Секция 6 1 0 0 7
II Секция 2 1 0 0 3
III Секция 1 0 0 0 1
IV Секция 0 1 0 0 1
Всего 10 3 0 0 13

Вынесенные решения За январь С начала 2002 года
I. Жалобы, признанные приемлемыми
Большая Палата 1 1
I Секция 22 22
II Секция 4 4
III Секция 11 11
IV Секция 6 6
Всего 44 44
II. Жалобы, признанные неприемлемыми
I Секция Палата 7 (21) 7 (21)
Комитет 434 434
II Секция Палата 16 16
Комитет 345 345
III Секция Палата 13 13
Комитет 322 322
IV Секция Палата 27 27
Комитет 164 164
Всего 1328 (1342) 1328 (1342)
III. Жалобы, исключенные из списка подлежащих рассмотрению дел
I Секция Палата 2 2
Комитет 8 8
II Секция Палата 2 2
Комитет 1 1
III Секция Палата 0 0
Комитет 4 4
IV Секция Палата 5 5
Комитет 0 0
Всего 22 22
Всего Решений об исключении жалобы, из списка подлежащих
рассмотрению дел (не включая частичных решений)
1394 (1408) 1394 (1408)

Количество жалоб коммуницированных властям государства, на действия которого подана жалоба


  За январь С начала 2002 года
I Секция 29 29
II Секция 21 21
III Секция 25 (26) 25 (26)
IV Секция 14 (27)  
Общее количество коммуницированных жалоб 89 (103) 89 (103)

______________________________

* Статистические сведения предварительны. То или иное Постановление или Решение Европейского Суда может быть вынесено в отношении нескольких жалоб (в скобках приводится количество жалоб, в отношении которых вынесено Постановление или Решение). Употребляемый - в Бюллетене значок * означает, что Постановление не является окончательным.


Суммарное изложение постановлений Европейского Суда готовятся Секретариатом Суда и не имеет обязательной силы для Суда


По жалобам о нарушениях Статьи 2 Конвенции


Вопрос о позитивных обязательствах государства


Кальвелли и Чильо против Италии
[Calvelli and Ciglio - Italy] (N 32967/96)


Постановление от 17 января 2002 г. [вынесено Большой палатой]


Факты


В 1987 году новорожденный ребенок заявителя умер через два дня после своего рождения. Заявители подали жалобу на врача, принимавшего роды, и в 1989 году их проинформировали, что против него будет возбуждено уголовное дело. Заявители принимали участие в уголовном процессе по делу этого врача в качестве гражданских истцов. В 1991 году дело врача назначили к слушанию по обвинению в неумышленном убийстве. В декабре 1993 года он был заочно осужден. Поданную им жалобу на приговор суда отклонили, но в декабре 1994 года решением Кассационного суда обвинительный приговор был отменен, дело возвращено в Апелляционный суд на новое рассмотрение. В июле 1995 года Апелляционный суд вынес определение об истечении срока давности рассмотрения данного дела. За это время в отношении врача заявителями был возбужден гражданский иск, в результате чего ими было заключено мировое соглашение со страховой компанией врача, в рамках которого им выплатили компенсацию в размере 95 млн. лир.


Вопросы и права


Европейский Суд рассмотрит предварительные возражения властей Италии вместе с рассмотрением жалобы по существу.

По статье 2 Конвенции позитивные обязательства по охране прав человека, лежащие на государствах, требуют, чтобы государства разрабатывали и вводили в действие такие нормы и правила, которые обязывают государственные и частные клиники принимать соответствующие меры для охраны жизни пациентов. Кроме того, требуется создание действенной независимой судебной системы, обращение к которой по соответствующим делам позволило бы устанавливать причины смерти больного и привлекать виновных к ответственности. Поэтому в настоящем деле Статья 2 Конвенции применима. Несмотря на то, что Конвенция не гарантирует права на возбуждение уголовного дела в отношении третьих лиц, действенная судебная система, наличие которой требуется положениями Статьи 2 Конвенции, может, а в некоторых случаях и должна включать возможность применения уголовного закона по такого рода делам. Соответственно, подлежат отклонению предварительные возражения властей Италии, состоящие в том, что заявители не вправе утверждать, что являются жертвами нарушения положений Конвенции в этом смысле. Однако в связи с непреднамеренным вмешательством в реализацию права на жизнь обязательство создания действенной судебной системы не всегда предполагает наличие в каждом случае средств привлечения к уголовной ответственности. В специфической сфере, где речь идет о проявлениях медицинской халатности, данное требование может быть удовлетворено, если потерпевшие имеют возможность воспользоваться средствами правовой защиты в гражданском суде, установив с его помощью объем ответственности правонарушителя и получив соответствующее удовлетворение. Правовая система Италии предусматривает для потерпевших возможность и обязательного преследования в уголовном порядке, и возбуждения гражданского иска. В случае признания ответственности врача в гражданско-правовом порядке он может быть привлечен и к дисциплинарной ответственности. Следовательно, правовая система Италии предоставляет в распоряжение сторон средства "правовой защиты, которые - теоретически - соответствуют требованиям Статьи 2 Конвенции. Однако такая защита и на практике должна действовать эффективно в пределах сроков, позволяющих судам завершить рассмотрение каждого отдельного дела по существу.

В данном деле из-за процедурных проволочек истек срок давности уголовного преследования, Однако заявители имели право возбудить гражданский иск и этим правом воспользовались. Ответственность врача так и не была установлена решением суда лишь потому, что заявители заключили мировое соглашение со страховой компанией ответчика. Тем самым заявители добровольно отказались от права на продолжение производства по делу, результатом которого могло бы стать, в частности, решение, обязывающее врача возместить нанесенный ущерб. Таким образом, они сами отказались от наиболее эффективной возможности установления степени ответственности врача за смерть ребенка, а эта возможность, с учетом особых обстоятельств дела, обеспечила бы выполнение требований о позитивных обязательствах государства, вытекающих из смысла Статьи 2 Конвенции. Данный вывод исключил необходимость рассмотрения вопроса о том, соответствует ли действие нормы об истечении срока давности уголовного преследования положениям Статьи 2 Конвенции.


Постановление


Положения Статьи 2 Конвенции не нарушены (14 голосов - "за", 3 - "против").


По пункту 1 Статьи 6 Конвенции (продолжительность судебного разбирательства): хотя уголовное дело касалось лишь уголовной ответственности врача, оно могло иметь последствия и для претензий заявителей в качестве гражданских истцов. Положения Статьи 6 Конвенции применялись лишь к уголовному делу, но решающим фактором стало то, что с момента вступления заявителей в процесс в качестве гражданских истцов и до завершения производства по делу гражданско-правовая часть производства была тесно переплетена с уголовно-правовой ее частью. Производство по делу длилось более шести лет и трех месяцев. Однако это дело, несомненно, было сложным, и, несмотря на досадные задержки в его рассмотрении, период производства по делу, с учетом рассмотрения его судами четырех уровней, нельзя считать необоснованно длительным.


Постановление


Положения Статьи 6 Конвенции не нарушены (16 голосов - "за", 1 - "против").


Вопрос о праве на жизнь


Отказ властей принять на себя обязательство не преследовать в судебном порядке супруга заявительницы, страдающей смертельным заболеванием, в случае, если супруг окажет ей содействие в совершении самоубийства: жалоба коммуницирована властям Соединенного Королевства.


Претти против Соединенного Королевства
[Pretty - United Kingdom] (N 2346/02)


[IV Секция]


Суть жалобы


Заявительница страдает заболеванием двигательных нейронов. Эта болезнь связана с прогрессирующим ослаблением произвольных мышц тела. Исходом этого заболевания является смерть в результате ослабления мышц дыхательной системы при ослаблении мышц речевого аппарата и глотательных мышц, что приводит к нарушению дыхания и к пневмонии. Развитие болезни невозможно остановить никакими методами лечения. В данном случае заболевание находится уже на поздней стадии, но при этом больная сохраняет полную ясность рассудка и способность принимать решения. Жить ей осталось несколько недель, может быть, несколько месяцев, и женщина выразила желание иметь возможность контролировать, каким образом она скончается, и определить срок собственной смерти, чтобы избавить себя от мучений и унизительного положения, через которые ей придется пройти, если болезнь будет развиваться естественным образом. Но состояние ее здоровья таково, что она не может совершить самоубийство без посторонней помощи.

Пункт 1 статьи 2 Закона 1961 года "О самоубийствах" гласит, что оказание содействия в совершении самоубийства является уголовно наказуемым деянием. В июле 2001 года адвокат заявительницы обратился к Директору публичных преследований с просьбой дать обязательство не подвергать супруга заявительницы судебному преследованию в случае, если тот окажет ей помощь в совершении самоубийства. Директор публичных преследований отказался дать такое обязательство. Заявительница обратилась с ходатайством о пересмотре этого решения в судебном порядке и о предоставлении следующих средств судебной защиты - судебного приказа об аннулировании решения Директора публичных преследований; заявления о том, что его решение об отказе является незаконным, либо о том, что действия Директора в случае принятия им искомого обязательства будут правомерны; обязательного к исполнению приказа Директору о предоставлении искомого обязательства либо заявления о том, что пункт 1 статьи 2 Закона 1961 года "О самоубийствах" противоречит положениям Статей 2, 3, 8, 9 и 14 Конвенции. В октябре 2001 года решением Апелляционного присутствия отделения королевской скамьи Высокого суда ходатайство было отклонено, а поданная впоследствии апелляционная жалоба после тщательного рассмотрения обстоятельств дела была отклонена Палатой лордов.


[Вопрос о данной жалобе был рассмотрен в приоритетном порядке на основании Правила 41 Регламента Суда]


Процессуальное действие


Жалоба коммуницирована властям Соединенного Королевства в отношении Статей 2, 3, 8, 9 и 14 Конвенции.


По жалобам о нарушениях Статьи 5 Конвенции


Пункт 1 Статьи 5 Конвенции


Вопрос о законности содержания под стражей


Содержание под стражей в помещении пограничной полиции в здании аэропорта в ожидании депортации: жалоба коммуницирована властям Польши.


Шамса (Абдель Салам) против Польши
[Shamsa (Abdel Salam) - Poland] (N 45355/99)


Шамса (Анвар) против Польши
[Shamsa (Anwar) - Poland] (N 45357/99)


Решение от 10 января 2002 г. [III Секция]


Суть жалобы


В мае 1997 года оба заявителя (родные братья, граждане Ливии) были задержаны, так как при проверке документов не смогли предъявить документы, удостоверяющие личность, или действующий вид на жительство. Префектом было издано распоряжение об их депортации, подлежавшее исполнению в 90-дневный срок. В период с 24 августа 1997 г. (это последний день содержания братьев под стражей и установленного законом срока депортации) по 11 сентября 1997 г. власти предприняли три попытки депортировать их в Ливию, но безуспешно. Прямых рейсов в Ливию не было, поэтому - заявителей сажали на самолеты, вылетавшие в Прагу, Каир и Тунис, где они -должны были пересесть на какой-либо самолет, следующий в Ливию. Но каждый раз власти стран транзита отправляли их обратно, так как братья отказывались лететь на родину. В период между этими попытками депортации и после возвращения из Туниса заявители содержались под стражей представителями иммиграционной службы аэропорта г. Варшавы. 23 сентября 1997 г. они объявили голодовку и 3 октября 1997 г. были помещены в больницу. В течение указанного периода решение префекта было поддержано руководителем профильного министерства. Заявители подали жалобу, и 9 сентября 1997 г. Высшим административным судом было вынесено постановление о приостановлении исполнения распоряжения о депортации. Жалоба первого заявителя была отклонена 28 октября 1997 г., жалоба второго заявителя - 7 декабря 1997 г. В январе 1998 г. местный прокурор вынес постановление об отсутствии оснований для судебного преследования представителей иммиграционной службы по жалобе заявителей в связи с их содержанием под стражей в период с 25 августа по 23 октября 1997 г. Прокурор счел Положение о должностных лицах иммиграционной службы аэропорта г. Варшавы надлежащим юридическим основанием для содержания заявителей под стражей. Положение предусматривает, что пассажиры, подлежащие депортации, должны находиться в помещении иммиграционной службы вплоть до передачи их представителям соответствующей авиакомпании. Прокурор также отметил, что попытка исполнить распоряжение о депортации была предпринята в последний день срока, установленного для этого законом, но эта попытка не удалась из-за противодействия заявителей. По жалобе заявителей прокурор воеводства отменил указанное решение и вернул дело на повторное рассмотрение. Однако местный прокурор вновь вынес постановление об отсутствии оснований для судебного преследования. Он отметил, что в любом международном аэропорту имеется зона, специально выделенная для лиц, не имеющих права въезда на территорию страны. Эти зоны уже не считаются местами содержания под стражей в период до момента депортации, так как лица, направленные в такую зону, считаются высланными с территории страны. Прокурор заключил, что, отказавшись от депортации в Ливию, заявители добровольно предпочли находиться в помещении иммиграционной службы, - хотя это помещение не было приспособлено для долговременного пребывания. Законность и обоснованность этого решения были подтверждены общим судом, заседавшим в качестве последней апелляционной инстанции. В настоящее время заявители находятся на свободе, на территории Польши.


Процессуальное действие


Жалоба коммуницирована властям Польши в отношении пункта 1 Статьи 5 Конвенции.


По жалобам о нарушениях Статьи 6 Конвенции
Пункт 1 Статьи 6 Конвенции
[гражданско-правовой аспект]


Вопрос о доступе к правосудию


Отказ властей обеспечить принудительное исполнение решения суда, предписывающее закрыть электростанции: жалоба признана приемлемой.


Окиай и другие против Турции
[Okyay and others - Turkey] (N 36220/97)


Решение от 17 января 2002 г. [III Секция]


Суть жалобы


В 1993 и 1994 гг. заявители возбуждали иски с требованием вынести распоряжение о закрытии трех тепловых электростанций, работающих на угле, которые находились в ведении министерства энергетики и природных ресурсов и государственной энергокомпании, но безрезультатно. Заявители утверждали, что электростанции представляют собой угрозу для здоровья населения и для окружающей среды. По их искам в Административном суде было возбуждено разбирательство в отношении упомянутых министерства и государственной компании, а также в отношении министерства по охране окружающей среды и ведомства губернатора. Заявители требовали отмены решения об отказе от закрытия электростанций, а в качестве временной меры приостановить их работу. В феврале 1996 года Административному суду были представлены заключения экспертов. В них отмечалась, что в выбросах электростанций содержатся ядовитые газы, а дымоходы не оборудованы необходимыми фильтрами. В июне 1996 года суд вынес распоряжение о приостановлении работы электростанций. Ответчики подали жалобу на это решение, но она была оставлена без удовлетворения. В сентябре 1996 года Совет министров принял решение об отказе от закрытия этих электростанций. В декабре 1996 года Административный суд аннулировал эти ведомственные решения. В июне 1998 года Государственный совет* (* В Турции систему органов административной юстиции возглавляет орган, именуемый Государственный совет (Даныштай), функционирующий как высшая кассационная инстанция и как суд первой инстанции но определенной законом категории дел (прим. перев.)) поддержал решение нижестоящего суда, а в апреле 1999 года отказал в ходатайстве о принятии мер в отношении органов власти, являющихся ответчиками по делу. Тем не менее три упомянутые электростанции по-прежнему работают.


Решение


Жалоба признана приемлемой, что касается пункта 1 Статьи 6 Конвенции (вопрос о применимости пункта 1 Статьи 6 Конвенции будет решаться одновременно с рассмотрением жалобы по существу).


Вопрос о доступе к правосудию


В связи с тем, что заявительница не получила вызова в суд в качестве заинтересованной стороны, результат судебного процесса неблагоприятно отразился на интересах заявительницы: жалоба признана приемлемой.


Каньете де Гоньи против Испании
[Canete de Goni - Spain] (N 55782/00)


Решение от 15 января 2002 г. [IV Секция]


Суть жалобы


Заявительница - преподаватель истории и географии, сдала конкурсный экзамен и была назначена на должность старшего преподавателя в одном из учебных заведений. Некоторые кандидаты, не прошедшие по конкурсу, заявили ходатайство о судебной проверке итогов конкурса; по данному ходатайству в марте 1995 года Высший суд Андалузии вынес определение о признании недействительными результатов экзамена, в результате чего заявительница лишилась своей должности. Она подала жалобу в Конституционный суд, в которой отметила, что" будучи лицом, заинтересованным в итогах рассмотрения спора, не была уведомлена о слушании по ходатайству о судебной проверке итогов конкурса в Высшем суде Андалузии в порядке, предусмотренном пунктом 1 статьи 64 Закона "О судебном обжаловании решений административных органов". Поданная заявительницей жалоба в Конституционный суд была принята им к рассмотрению. Однако в сентябре 1999 года Конституционный суд, рассмотрев жалобу по существу, отказал в ее удовлетворении, постановив, что заявительница знала о проведении слушания, и потому невручение ей повестки с вызовом в суд не привело к нарушению статьи 24 Конституции Испании (предусматривающей право на справедливое судебное разбирательство).


Решение


Жалоба признана приемлемой, что касается пункта 1 Статьи 6 Конвенции.


Вопрос о доступе к правосудию


Невозможность в течение длительного времени получить окончательное решение суда, определяющее места проживания детей: жалоба признана приемлемой.


Ковецци и Морселли против Италии
[Covezzi and Morselli - Italy] (N 52763/99)


Решение от 24 января 2002 г. {II Секция}

(См. ниже изложение данной жалобы в контексте Статьи 8 Конвенции.)


Вопрос о доступе к правосудию


О приостановлении производства по делу в суде в связи с тем, что одна из сторон, которой была предоставлена юридическая помощь бесплатно, не выбрала себе адвоката: жалоба признана неприемлемой.


Ренда Мартинc против Португалии
[Renda Martins - Portugal] (N 50085/99)


Решение от 10 января 2002 г. [IV Секция]


Суть жалобы


Заявитель пострадал в результате несчастного случая на производстве. Он обратился с ходатайством об оказании юридической помощи бесплатно и, в частности, о выделении ему адвоката для предъявления бывшему работодателю иска о возмещении причиненного ущерба. После того, как ему была предоставлена юридическая помощь, заявитель обратился в Совет адвокатуры с просьбой о выделении адвоката для представительства его интересов в суде. В течение почти двухлетнего периода ему выделялись поочередно четыре адвоката, но каждый из них просил освободить его от обязанностей представительства заявителя в суде. Наконец, пятый адвокат, назначенный представлять интересы заявителя, подал гражданский иск, но затем также отказался от исполнения дальнейших обязанностей. Наконец, когда седьмой по счету адвокат попросил освободить его от обязанностей по представительству интересов заявителя, председатель Совета адвокатуры сообщил судье, что в качестве причин отказов от ведения дела заявителя назначенные адвокаты называли "прежде всего" то, что заявитель отказывался оказывать им содействие и явно страдал отклонениями в психике. Один из этих адвокатов жаловался на то, что заявитель оскорблял его и угрожал ему физической расправой. В заключение председатель Совета адвокатуры заявил, что не станет больше назначать адвокатов для представительства интересов заявителя в суде. Тогда судья предложил заявителю поручить ведение его дела любому адвокату на свой выбор. В дальнейшем, ввиду того, что заявитель не выбрал себе адвоката, судья вынес распоряжение о приостановлении производства по делу.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается пункта 1 Статьи 6 Конвенции. Государство, действуя через посредника - Совет адвокатуры - предоставило заявителю право на помощь адвоката. Решение о прекращении производства по делу заявителя было вынесено, "прежде всего", потому, что заявитель отказывался оказывать содействие адвокатам и не смог подыскать адвоката, который был бы готов представлять его интересы в этом процессе. Таким образом, это решение не было вынесено произвольно. Главное заявитель все равно имел возможность вести дело в суде, если нашел бы адвоката, который был бы готов представлять его интересы, и для этой цели со стороны государства ему была оказана юридическая помощь бесплатно. Кроме того, заявитель не мог жаловаться на чрезмерную продолжительность судопроизводства, так как главной причиной задержек был его отказ оказывать содействие адвокатам, назначенным в рамках программы оказания юридической помощи, которой заявитель воспользовался. Жалоба явно необоснованна.


Вопрос о доступе к правосудию


Отказ Апелляционного дуда в выдаче разрешения на подачу апелляционной жалобы: жалоба признана неприемлемой.


Де Понте Насименто против Соединенного Королевства
[De Ponte Nascimento - United Kingdom] (N 55331/00)


Решение от 31 января 2002 г. [III Секция]


Суть жалобы


В июне 1994 года заявитель, гражданин Португалии, ехал на велосипеде и был сбит автомобилем. В июне 1997 года он подал в суд иск против водителя автомобиля. Затем он уехал из Соединенного Королевства. В октябре 1997 года Суд графства распорядился, чтобы заявитель в течение 28 дней представил дополнительные медицинские справки, подтверждающие предъявленные претензии, в противном случае любые сведения о нанесенных увечьях, не подкрепленные медицинскими справками, будут признаны не имеющими юридического значения. Дополнительные медицинские справки были представлены от имени заявителя, некоторые в указанный 28-дневный срок, некоторые -позднее. По ходатайству ответчика судья признал подробные сведения о нанесенных увечьях не имеющими юридического значения на том основании, что распоряжение суда от октября 1997 года выполнено не было. Заявитель обжаловал это решение, но его жалоба была оставлена без удовлетворения. Тогда он обратился с ходатайством в Апелляционный суд о предоставлении ему возможности подать апелляционную жалобу. Апелляционный суд, сославшись на Положение о судебной практике, согласно которому по гражданским делам разрешение на подачу апелляционной жалобы в апелляционную инстанцию второго уровня может быть предоставлено лишь в том случае, если имеются реальные перспективы ее удовлетворения и если жалоба касается принципиального вопроса либо указаны иные особые причины в пользу ее рассмотрения. Двое из троих судей состава Апелляционного суда, рассмотрев ходатайство, вынесли решение отказать в разрешении на подачу апелляционной жалобы.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается пункта 1 Статьи 6 Конвенции. При рассмотрении вопроса о том, является ли решение Апелляционного суда об отказе в разрешении на подачу апелляционной жалобы определением гражданских прав и обязанностей заявителя, суд в течение двух дней заслушивал прения сторон, в том числе по существу дела, и двое из троих судей в своих выводах представили тщательный анализ существа обращения. Кроме того, как следствие этого постановления Апелляционного суда большая часть исковых требований заявителя была удовлетворена. Такое детальное рассмотрение дела представляло собой определение гражданских прав и обязанностей заявителя по смыслу пункта 1 Статьи 6 Конвенции. Что касается вопроса о том, было ли решение об отказе в разрешении на подачу апелляции произвольным или несправедливым и не означало ли оно отказа в праве на доступ к правосудию, то с учетом допустимых для государства рамок усмотрения в сфере обеспечения прав человека следует признать: требования сводной судебной практики о том, что разрешение на подачу апелляционной жалобы в апелляционную инстанцию второго уровня может быть предоставлено лишь в том случае, если имеются реальные перспективы ее удовлетворения и если апелляционная жалоба касается принципиального вопроса либо указаны иные особые причины в пользу ее рассмотрения, представляются обоснованными и пропорциональными мерами в целях обеспечения справедливого и эффективного отправления правосудия. Несмотря на утверждения заявителя, лишь один их трех судей пришел к выводу о том, что суд, ранее рассматривавший данное дело, вынес неверное решение по его существу. Решение Апелляционного суда об отказе в разрешении на подачу апелляционной жалобы не было произвольным и несправедливым. Это решение было вынесено в силу того, что, по мнению большинства судей, не было реальных перспектив удовлетворения апелляционной жалобы, и интересы правосудия были бы соблюдены подтверждением ранее вынесенного судебного решения. Жалоба признана явно необоснованной.


Вопрос о разбирательстве дела в суде в разумный срок


Продолжительность производства по делу в суде в связи с ликвидацией компании: требование Конвенции о праве на разбирательство дела в разумный срок нарушено.


Лэн против Франции
[Laine - France] (N 41476/98)


*Постановление от 17 января 2002 г. [I Секция]


Факты


В феврале 1981 года в отношении заявителя, имевшего собственную транспортную фирму, Торговый трибунал вынес распоряжение о введении внешнего управления. Суд назначил управляющего конкурсной массой и судью по делам о несостоятельности. По ходатайству управляющего конкурсной массой судья по делам о несостоятельности в феврале 1981 года выдал санкцию на увольнение персонала фирмы, в апреле 1981 года и в 1982 году - санкции на реализацию принадлежавших фирме автотранспортных средств, а в мае 1995 года - разрешение на продажу участка земли. В середине ноября 1981 года управляющий конкурсной массой представил судье по делам о несостоятельности краткий баланс фирмы с изложением причин ее несостоятельности. В середине марта 1992 года на должность судьи по делам о несостоятельности было назначено другое лицо. В указанный период управляющий конкурсной массой предпринял ряд шагов: было подготовлено несколько документов, включая отчет о задолженности фирмы. В октябре 1995 года Торговый трибунал вынес постановление о замене процедуры конкурсного управления процедурой принудительного банкротства, но это постановление было обжаловано и отменено. Год спустя суд вынес в отношении заявителя распоряжение о банкротстве. Параллельно управляющий конкурсной массой и судья по делам о несостоятельности предприняли ряд действий, главным образом, касавшихся кредиторов фирмы. В середине ноября 1997 года Торговый трибунал объявил о завершении ликвидации имущества банкрота.


Вопросы права


По пункту 1 Статьи 6 Конвенции: подлежащий рассмотрению период продолжался с момента вынесения постановления Торговым трибуналом в феврале 1981 года до момента вынесения постановления тем же судом в середине ноября 1997 года, то есть почти 16 лет и 9 месяцев. Дело не представляло особой сложности, и подобные задержки не были связаны с действиями заявителя. Однако в бездействии, затянувшемся почти на десять лет и четыре месяца - с середины ноября 1981 года до середины марта 1992 года, - повинны судебные органы страны. Ввиду отсутствия каких-либо разъяснений со стороны властей Франции указанный период бездействия по вине государства представлял собой нарушение требования пункта 1 Статьи 6 о разбирательстве дел в суде в "разумный срок".


Постановление


Допущено нарушение положения пункта 1 Статьи 6 Конвенции (принято единогласно).


По Статье 41: в результате чрезвычайно длительного срока производства по его делу заявитель понес материальный ущерб. Поэтому выплата заявителю денежных средств в порядке компенсации ущерба в результате невозможности реализации имущества является обоснованной. Сумма компенсации подлежала переоценке на момент вынесения решения о завершении производства по делу. Европейский Суд, действуя на основе права справедливости, вынес решение о выплате денежных средств в порядке компенсации морального ущерба, а также на покрытие судебных расходов и издержек.


Вопрос о разбирательстве дела беспристрастным судом


Один и тот же судья проводил расследование, предъявлял обвинение, а затем председательствовал во время прений сторон в заседании морского отделения Суда воеводства: жалоба коммуницирована властям Польши.


Брудницка и другие против Польши
[Brudnicka and others - Poland] (N 54723/00)


[III Секция]


Факты


Заявительницы - вдовы и матери погибших моряков судна, затонувшего в Балтийском море. Они участвовали в расследовании причин гибели судна, проводившегося морским отделением Щецинского воеводского суда. В заседании морского отделения суда председательствовал тот же судья, который проводил расследование. Суд определил, что ответственность за гибель судна несут капитан и экипаж судна" а также Морской регистр судоходства Польши (представители которого проверяли состояние судна перед кораблекрушением) и спасательные службы Польши. Это решение было отменено морским апелляционным отделением Гданьского воеводского суда. И снова один и тот же судья проводил расследование и председательствовал в судебном заседании. Впоследствии решением морского отделения Гданьского воеводского суда было определено, что ответственность за аварию частично несет экипаж судна, кроме того, владелец судна виновен в том, что не были произведены все необходимые ремонтные работы, сыграли свою роль и неблагоприятные погодные условия. Морское апелляционное отделение Гданьского воеводского суда признало владельца судна невиновным в аварии и указало в своем решении, что причиной аварии стало недобросовестное выполнение обязанностей членами команды. Некоторые члены суда, участвовавшие в заседании морского отделения, в прошлом работали в пароходстве, которому принадлежало затонувшее судно. На заседаниях морского отделения суда не были заслушаны показания ряда свидетелей.


Процессуальное действие


Жалоба коммуницирована властям Польши в отношении пункта 1 Статьи 6 Конвенции (право человека на справедливое разбирательство дела независимым и беспристрастным судом).


Вопрос о разбирательстве дела беспристрастным судом


Вопрос о беспристрастности судей, ранее работавших в организациях ответчиков по делу: жалоба коммуницирована властям Польши.


Брудницка и другие против Польши
[Brudnicka and others - Poland] (N 54723/00)


[III Секция] (См. выше)


Вопрос о разбирательстве дела беспристрастным судом


Беспристрастность Торгового трибунала ввиду совмещения функций председателя суда и судьи по делу о несостоятельности (juge-commissaire) при вынесении решения о признании частных лиц несостоятельными: жалоба признана неприемлемой.


Делаж и Мажистрелло против Франции
[Delage and Magistrello - France] (N 40028/98)


Решение от 24 января 2002 г. [I Секция]


Факты


Г-жа Делаж работала менеджером частной компании - товарищества с ограниченной ответственностью (societe a responsabilite limitee), и эта компания, столкнувшись с финансовыми трудностями, оказалась не в состоянии погасить свои долги. Торговый трибунал под председательством судьи М.К. вынес распоряжение о реорганизации компании по судебному решению в соответствии с упрощенной процедурой и назначил М.К. исполняющим обязанности судьи по делу о несостоятельности. Впоследствии трибунал, заседавший в ином составе, вынес распоряжение о ликвидации компании, продлил полномочия судей по делу о несостоятельности и назначил ликвидатора. Позднее трибунал по собственной инициативе вынес распоряжение о проведении аудиторской проверки компании и назначил М.К. судьей по делу о несостоятельности. Ликвидатор возбудил иск в том же трибунале в отношении г-жи Делаж в качестве de jure менеджера компании и г-на Мажистрелло в качестве de facto менеджера компании, ходатайствуя о вынесении распоряжения о назначении внешнего управляющего их имуществом, о признании их солидарной ответственности за компенсацию недостающих активов компании и о вынесении определения о признании личной несостоятельности указанных лиц. В судебном заседании представитель прокуратуры ходатайствовал о вынесении распоряжения о признании заявителей лично несостоятельными. Торговый трибунал, заседавший в составе трех судей под председательством М.К., вынес распоряжение о введении внешнего управления имуществом заявителей и - на основании отчета судьи по делу о несостоятельности - распоряжение о ликвидации их имущества. Наконец, трибунал объявил заявителей лично несостоятельными сроком на 30 лет. Жалобы заявителей в Апелляционный суд и в Кассационный суд были отклонены на том основании, что участие судьи по делу о несостоятельности в рассмотрении дела по первой инстанции не противоречило внутреннему законодательству страны, а его участие в составе судебного органа, вынесшего распоряжение о ликвидации имущества заявителей, не противоречило Статье 6 Конвенции, несмотря на то, что он одновременно являлся судьей по делу о несостоятельности, ответственным за осуществление надзора за ликвидацией компании.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается пункта 1 Статьи 6. Поскольку личная беспристрастность судьи под сомнение не ставилась, Европейский Суд должен был установить наличие фактов, которые могли бы привести к возникновению сомнений в объективной беспристрастности коллегиального суда, которые вынес решение по данному делу. Во-первых, судья М.К. действительно председательствовал в заседании суда, вынесшем распоряжение о реорганизации компании заявителей по решению судебных властей, но это было на начальной стадии производства по данному делу. Кроме того, в качестве исполняющего обязанности судьи по делу о несостоятельности М.К. не участвовал в составе суда, вынесшем распоряжение о ликвидации компании, а на должность судьи по делу о несостоятельности на постоянной основе М.К. был назначен позднее, таким образом, фактические обстоятельства дела не содержали признаков нарушения Статьи 6 Конвенции. В оставшейся части жалоба касалась того обстоятельства, что один и тот же судья являлся председателем суда и судьей по делу о несостоятельности в момент вынесения определения о личной несостоятельности заявителей. Данное обстоятельство могло вызвать у заявителей сомнения в беспристрастности суда. Европейский Суд должен был рассмотреть вопрос об объективной обоснованности подобных сомнений. Ответ на указанный вопрос зависел от обстоятельств дела. То, что тот или иной судья выносил решения до начала судебного разбирательства, знал материалы дела во всех деталях или проводил предварительный анализ имеющейся информации, само по себе являлось основанием для опасений по поводу отсутствия беспристрастности. Необходимо было определить, проявлял ли данный судья какую-либо пристрастность в отношении решения, которое предстояло вынести в ходе рассмотрения дела в суде, учитывая характер и объем функций данного судьи и ранее принятые меры. Подобное утверждение было бы обоснованным, если вопросы, которыми занимался данный судья по делу о несостоятельности, были бы аналогичны вопросам, по которым он выносил решения в качестве члена суда. В данном же случае, действуя в качестве судьи по делу о несостоятельности, М.К. вынес лишь одно из семи отданных распоряжений, и вынесенное им распоряжение не касалось действий заявителей в качестве менеджеров компании, а также вопросов, которые рассматривались судом при объявлении заявителей лично несостоятельными. Что касается решения суда, заседавшего под председательством М.К., о проведении аудиторской проверки компании, несложные следственные действия подобного рода нельзя признать достаточными для объективно обоснованного беспокойства. Кроме того, суд, заседавший под председательством М.К., не принял к производству рассмотрение вопроса о ненадлежащих действиях заявителей, хотя имел на это право, а вынес решение по этому вопросу в ходе рассмотрения иска, поданного в отношении заявителей со стороны ликвидатора, после рассмотрения доводов представителя прокуратуры в ходе того же судебного заседания. Постановление о признании обоснованными обвинения заявителей в совершении ненадлежащих действий суд вынес на основании заключения эксперта и представленных ликвидатором документов. Мотивирующая часть постановления не содержит никаких ссылок на отчет судьи по делу о несостоятельности и на вынесенное им распоряжение. Кроме того, решение было вынесено судом лишь после того, как стороны получили возможность выступить перед судом с замечаниями в ходе прений и представить дополнительные доказательства. Заявители не выдвинули возражений по поводу того, что председатель Торгового трибунала являлся и судьей по делу о несостоятельности, - ни в судебном заседании, в котором председательствовал сам судья М.К., ни в своих замечаниях в адрес суда в ходе прений. При определении степени ответственности заявителей суд не ссылался на доклад судьи по делу о несостоятельности. Наконец, постановление Торгового трибунала было подтверждено судом апелляционной инстанции по итогам разбирательства, проведенного в состязательном порядке. Соответственно, не было объективных оснований полагать, что характер и объем функций судьи по делу о несостоятельности на досудебной стадии производства могли привести к пристрастности по отдельному вопросу, связанному с действиями заявителей, который подлежал разрешению Торговым трибуналом. Даже если предположить, что внутригосударственные средства правовой защиты были исчерпаны, хотя заявители не заявляли отвод данному судье, опасения заявителей не имели под собой объективных оснований по данному делу. Жалоба признана явно необоснованной.


[Данное решение вынесено на основе принципов, установленных Европейским Судом в Постановлении по делу "Морел против Франции" (Morel v.France) от 6 июня 2000 г., которое будет опубликовано в Сборнике Постановлений Европейского Суда по правам человека за 2000 год (ECHR 2000-VI).]


По жалобам о нарушениях Статьи 6 Конвенции
Пункт 1 Статьи 6
[уголовно-правовой аспект]


Вопрос о справедливом разбирательстве дела судом


Новые доказательства, представленные обвиняемым по делу об изнасиловании, не были приняты Апелляционным судом: жалоба признана неприемлемой.


Ойстон против Соединенного Королевства
[Oyston - United Kingdom] (N 42011/98)


Решение от 22 января 2002 г. [IV Секция]


Суть жалобы


В мае 1996 г. заявитель был осужден по обвинению в изнасиловании молодой женщины Дж. и совершении непристойного нападения на нее и приговорен к лишению свободы. На суде Дж. представила доказательства и разъяснения в связи с изнасилованием, совершенным в отношении нее заявителем в 1992 году. После того, как ее допросил представитель стороны обвинения, адвокат заявителя попросил у суда разрешения (на основании подпункта 1 статьи 2 Закона 1976 года "О половых преступлениях (дополнение)") провести перекрестный допрос Дж. по поводу ее половой связи с другим мужчиной - М., - который и познакомил ее с заявителем, и, в частности, о том, как М. изнасиловал Дж., и о том, что он якобы держал ее под контролем. Разрешение было дано. Доводы защиты сводились к тому, что Дж. была одержима ненавистью к М., и именно это заставило ее выдвинуть обвинения против заявителя. Другая молодая женщина - Л., которая присутствовала в момент предполагаемого изнасилования, в котором обвиняли заявителя, дала показания в качестве свидетеля защиты и отрицала факт изнасилования Дж. заявителем. В ходе перекрестного допроса ей были заданы вопросы по поводу ее половых связей и об аборте, который она сделала приблизительно в рассматриваемый период. В июне 1997 года заявителю было предоставлено разрешение обжаловать обвинительный приговор суда и назначенное наказание. Одновременно им было подано ходатайство о представлении новых доказательств и о вызове ряда новых свидетелей по делу. Одним из них был молодой человек, с которым Дж. имела половую связь в 1992 году. Адвокат заявителя утверждал, что характер отношений Дж. с этим молодым человеком указывал на то, что Дж. вовсе не так слаба и беззащитна, как кажется. В декабре 1997 года Апелляционный суд оставил жалобу заявителя без удовлетворения. В своем решении суд указал, что намерение представить эти доказательства лишь для того, чтобы развеять то впечатление, которое Дж. произвела во время дачи показаний в качестве свидетеля, соответствовало той схеме поведения, против которой были направлены положения статьи 2 Закона 1976 года, а то обстоятельство, что у Дж. были непродолжительные отношения с другим молодым человеком до или после инкриминируемого заявителю преступления, само по себе не имеет значения в связи с вопросом о том, подверглась ли она изнасилованию и непристойному нападению со стороны заявителя. По мнению суда, в остальной части новые доказательства также не имели большого значения.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается пункта 1 и подпункта d пункта 3 Статьи 6 Конвенции. Обвиняемый должен располагать адекватной и надлежащей возможностью давать отводы свидетелям обвинения и ставить под сомнение их показания, но бывают обстоятельства, когда определенные ограничения доступа к доказательствам или тому или иному свидетелю необходимы и неизбежны. В подобных случаях положения пункта 1 Статьи 6 Конвенции в сочетании с положениями пункта 3 Статьи 6 Конвенции требуют, чтобы ограничения в отношении действий защиты в достаточной степени уравновешивались теми процедурами, которыми руководствуются судебные власти. Хотя в Статье 6 Конвенции непосредственно не идет речь об интересах потерпевших и свидетелей, можно считать, что защита их интересов обеспечивается другими материальными нормами Конвенции. Уголовное судопроизводство должно быть организовано таким образом, чтобы интересы потерпевших и свидетелей не подвергались необоснованным угрозам, а это может потребовать обеспечения справедливого баланса между интересами защиты и интересами свидетелей и потерпевших, которых вызывают в суд для дачи показаний. В данном случае заявитель не мог жаловаться на неравенство сторон в суде при допросе свидетелей. Закон 1976 года действительно налагает определенные ограничения на проведение в ходе судебного разбирательства перекрестного допроса потерпевших по делам об изнасиловании, однако никто не утверждал, что адвокат заявителя не имел возможности задать Дж. вопросы, которые были признаны необходимыми для осуществления защиты заявителя. Европейский Суд не был готов вынести Постановление - в абстрактном смысле - о том, что положения пункта 1 статьи 2 Закона 1976 года по-разному действуют в отношении женщин, подвергшихся изнасилованию, и женщин, выступавших в качестве свидетелей защиты, причем это не противоречило положениям Статьи 6 Конвенции. Хотя относимость вопроса к Л. по поводу сделанного ею аборта была не столь очевидной, нельзя считать, что этот вопрос придал судебному разбирательству несправедливый характер. На суде была возможность заявить возражения по поводу ненадлежащего характера вопросов, задаваемых Л. Кроме того, имелись и другие ограничения в отношении вопросов к Л.: любой из вопросов мог быть отклонен по усмотрению судьи. Таким образом, нет оснований полагать, что в ходе судебного разбирательства были нарушены какие-либо принципы Статьи 6 Конвенции. Кроме того, заявитель жаловался на то, что решения и действия Апелляционного суда в отношении поданной им жалобы на обвинительный приговор придали всему разбирательству несправедливый характер. По словам заявителя, вопрос о доверии к Дж имел первостепенное значение, так как присяжные, в сущности, должны были определить, кто из двух женщин - Дж. или Л. - дает ложные показания. Заявитель утверждал, что Апелляционный суд не должен был строить предположений о том, какое воздействие на мнения присяжных оказали бы дополнительно представленные доказательства. В этой связи он сослался на решение по делу "Кондрон против Соединенного Королевства" (Condron v. the United Kingdom), в котором Европейский Суд отметил: то обстоятельство, что судья первой инстанции не напутствовал присяжных должным образом, не могло быть исправлено на стадии апелляционного производства. Однако фактические обстоятельства данного дела больше похожи на обстоятельства дела "Эдварде против Соединенного Королевства" (Edwards v. the United Kingdom), когда, как и в данном случае, Апелляционный суд рассмотрел доказательства, появившиеся уже после суда над заявителем. Тогда Европейский Суд счел, что права защиты были обеспечены при рассмотрения дела в Апелляционном суде, где адвокат заявителя имел полную возможность попытаться убедить суд, что в свете новых сведений обвинительный приговор должен быть отменен, а Апелляционный суд имел возможность самостоятельно оценить значение новых доказательств и определить, могли ли эти новые сведения повлиять на вердикт присяжных, если бы они были известны во время судебного разбирательства по делу. В данном случае не было оснований для иного вывода. Критерии, которые использовал Апелляционный суд для проверки справедливости и обоснованности обвинительного приговора с учетом обстоятельств дела заявителя, не противоречили требованиям Статьи 6 Конвенции. В целом порядок рассмотрения дела заявителя в суде первой инстанции и в апелляционной инстанции не противоречил положениям Статьи 6 Конвенции. Жалоба признана явно необоснованной.


Вопрос о справедливом разбирательстве дела судом


Использование в судебном процессе магнитофонных записей, сделанных частным образом и без ведома обвиняемого: жалоба признана неприемлемой.


Тюркен против Франции
[Turquin - France] (N 43467/98)


Решение от 24 января 2002 г. [I Секция]


Суть жалобы


Заявитель обратился в полицию по поводу пропажи его малолетнего сына. В ходе дознания было установлено, что заявитель и его супруга подали на развод и у них натянутые отношения. В ходе дознания также возникло подозрение, что, возможно, мальчика похитил кто-то из родственников, и на основании этого подозрения было начато судебное расследование. Супруга заявителя, вступившая в процесс в качестве гражданского истца, предъявила судье, проводившему расследование, магнитофонные записи разговоров с заявителем, сделанные без ведома последнего, в которых он признавался в убийстве их сына. Расшифровка записей была приобщена к делу. Заявителю было предъявлено обвинение в убийстве, и он был заключен под стражу до суда. Заявитель утверждал, что запись сфабрикована, но его утверждения были опровергнуты экспертом. Тогда заявитель признал, что запись подлинная, и попытался объяснить, что его слова были обусловлены ходом разговора с супругой, подразумевая при этом, что эти слова не соответствовали действительности, а были тактическим ходом с целью заставить супругу вернуться к нему. Обвинительная камера Апелляционного суда оставила без удовлетворения ходатайство заявителя о признании недействительными представленных гражданским истцом записей и вынесла решение о предании заявителя суду по обвинению в умышленном убийстве с передачей дела на рассмотрение суда присяжных* (* Во Франции суды присяжных, к исключительной компетенции которых относится рассмотрение уголовных дел по обвинению а совершении тяжких преступлений, заседают посессионно в Париже и в каждом департаменте, и имеют соответствующие названия (прим.перев.)) Жалоба заявителя на решение о предании его суду была оставлена без удовлетворения. Он подал заявление о преступлении супруги, обвиняя ее в том, что она без его ведома записала разговор с ним на магнитофон и передала записи властям, но это заявление было оставлено без рассмотрения. И хотя тело ребенка так и не было обнаружено, заявитель был осужден и приговорен к лишению свободы сроком на 20 лет. Он подал жалобу в Кассационный суд, в которой, в частности, указал, что суд присяжных не принял в качестве доказательств кассеты с записями по другому делу, подтверждающими доводы защиты, но эта жалоба была оставлена без удовлетворения.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается пункта 1 Статьи 6 Конвенции. Национальные суды не сочли, что магнитофонные записи были сделаны в нарушение права заявителя на неприкосновенность частной жизни; напротив, они сочли данное обстоятельство важным для установления истины по уголовному делу. Отсутствие норм внутригосударственного законодательства, регулирующих допустимость доказательств, предъявляемых сторонами в процессе, а также то, что на основе таких доказательств формируется мнение суда о виновности или невиновности подсудимого, само по себе не противоречит требованиям пункта 1 Статьи 6 Конвенции - по всей видимости, заявитель ни на какой стадии производства по делу не отрицал содержания записей, имел возможность выступить с заявлениями в ходе допроса, а также высказать суду замечания по поводу подлинности записи и ее использования. Подлинность записи была подтверждена экспертом, суд дал ответ на доводы заявителя, и, наконец, заявитель не представил никаких замечаний или претензий относительно подлинности записи при представлении ее в качестве доказательства в суде присяжных. В силу перечисленных причин обвинительный приговор заявителю был вынесен в результате процесса, основанного на принципе состязательности. Кроме "того, необходимо отметить, что магнитофонная запись - не единственная улика, которую имели в своем распоряжении судья и присяжные при вынесении вердикта. Причем вердикт присяжных выносился без каких-либо навязываемых извне ограничений их усмотрения. Наконец, решение суда присяжных об отказе в удовлетворении ходатайства заявителя об отложении рассмотрения дела не было произвольным. Жалоба признана явно необоснованной.


Подпункт d пункта 3 Статьи 6 Конвенции


Вопрос о допросе свидетелей


Ограничения в отношении проведения перекрестного допроса предполагаемых потерпевших по делам об изнасиловании: жалоба признана неприемлемой.


Ойстон против Соединенного Королевства
[Oyston - United Kingdom] (N 42011/98)


Решение от 22 января 2002 г. [IV Секция]

(См. выше изложение Решения IV Секции по данной жалобе, рассмотренной в контексте пункта 1 Статьи 6 Конвенции (уголовно-правовой аспект].)


По жалобам о нарушениях Статьи 8 Конвенции


Вопрос об уважении частной жизни


Отказ властей принять обязательство не преследовать в судебном порядке супруга заявительницы, страдающей смертельным заболеванием, в случае, если супруг окажет ей содействие в совершении самоубийства: жалоба коммуницирована властям Соединенного Королевства.


Претти против Соединенного Королевства
[Pretty - United Kingdom] (N 2346/02)


[IV Секция]

(См. выше изложение жалобы в разделе о жалобах по Статье 2 Конвенции.)


Вопрос об уважении частной жизни


Осмотр дома, санкционированный и произведенный на основании пункта В Статьи L.16 Положения о порядке налогообложения: жалоба признана неприемлемой.


Кесласси против Франции
[Keslassy - France] (N 51578/99)


Решение от 8 января 2002 г. [II Секция] (См. ниже.)


Вопрос об уважении семейной жизни


Родители четырех детей лишены контактов с ними в результате вынесения судебных решений о помещении детей в четыре разных детских дома: жалоба признана приемлемой.


Ковецци и Морселли против Италии
[Covezzi and Morselli - Italy] (N 52763/99)


Решение от 24 января 2002 г. [II Секция]


Суть жалобы


Заявители - муж и жена, родители четырех несовершеннолетних детей. Одна из двоюродных сестер их детей заявила прокурору, что в отношении нее, ее брата и двоюродных сестер совершались развратные действия ее родителями и другими взрослыми, в том числе родителями заявителей. В ноябре 1998 года трибунал по делам несовершеннолетних, не заслушав показания заявителей, определил, что заявители пренебрегали родительскими обязанностями, не замечая, что их дети неоднократно подвергались развратным действиям, и позволяя им по-прежнему жить с дедом и бабкой. В связи с этим суд вынес распоряжение об удалении детей из родительского дома, о временном лишении их родителей родительских прав и о передаче детей под опеку Департамента социальных услуг. Родителям были запрещены любые контакты с детьми "вплоть до того момента, когда будет восстановлена их роль по защите своих детей". Заявителям не сообщили, куда именно поместили их детей. Впоследствии они узнали, что их отправили в четыре разных детских дома. В начале 1999 года заявители встречались с детьми под надзором социальных работников, состоялись и встречи с представителями социальных служб. В марте 1999 года был подготовлен отчет эксперта-психиатра, в котором подтверждалось, что дети были жертвами развратных действий. Затем заявители дали показания в трибунале по делам несовершеннолетних, причем, по их словам, в крайне неблагоприятной обстановке. Трибунал по делам несовершеннолетних вынес распоряжение о проведении экспертизы с целью психологического освидетельствования заявителей, установления их пригодности для выполнения родительских обязанностей и об их отношениях с детьми. Заявители обжаловали решение о передаче детей под опеку и заключение психиатра, но их жалоба была оставлена без удовлетворения. Кроме того, они подали ходатайства о передаче детей под опеку другого местного органа власти, о помещении их в один и тот же детский дом и о предоставлении им права навещать детей, но эти ходатайства были оставлены без удовлетворения. В тот же период один из детей заявил, что подвергался развратным действиям со стороны г-на Ковецци при участии г-жи Морселли. По данному заявлению было начато расследование. В октябре 1999 года по ходатайству прокурора срок предварительного следствия был продлен до апреля 2000 года. На март 2001 года было назначено судебное разбирательство по делу заявителей. Ходатайства заявителей о помещении детей в один детский дом решением суда по делам несовершеннолетних были оставлены без удовлетворения. Заявители также обратились с ходатайством о вынесении окончательного решения о положении их детей. Поданная ими жалоба на решение трибунала по делам несовершеннолетних от декабря 1999 года об отказе в ходатайстве была признана неприемлемой на том основании, что вынесенное решение представляло собой временную неотложную меру и не подлежало обжалованию. В 2000 году трибунал по делам несовершеннолетних вынес постановление о лишении заявителей родительских прав. Поданная ими жалоба была оставлена без удовлетворения. В сентябре 2000 года трибунал по делам несовершеннолетних вынес распоряжение, запретившее заявителям что-либо посылать и передавать детям. На момент вынесения этого распоряжения решения по существу дела еще не было.


Решение


Жалоба признана приемлемой, что касается пункта 1 Статьи 6, Статей 8 и 13 Конвенции. В предварительных возражениях со стороны властей Италии в контексте положений Статьи 34 Конвенции отмечается, что на момент подачи жалобы заявители были лишены родительских прав лишь временно (решение об окончательном лишении их родительских прав было принято позднее), таким образом, в соответствии с судебным прецедентом, установленным по делу "Скоццари и Джиунта против Италии" (Scozzari and Giunta v. Italy), заявители, будучи фактическими родителями детей, могли претендовать на то, чтобы выступать перед Европейским Судом от имени своих детей и от своего собственного имени. Действительно, именно потому, что дело еще не было решено по существу, возможность того, чтобы заявители выступали в защиту интересов собственных детей, не могла быть исключена заранее. Возражение отклонено.


Вопрос об уважении жилища


Осмотр дома, санкционированный и произведенный на основании пункта В Статьи L.16 Положения о порядке налогообложения: жалоба признана неприемлемой.


Кесласси против Франции
[Keslassy - France] (N 51578/99)


Решение от 8 января 2002 г. [II Секция]


Суть жалобы


Заявитель являлся владельцем компаний, в помещениях которых были произведены обыски на основании судебного ордера. Обыски, в ходе которых были изъяты документы, производились старшими сотрудниками правоохранительных органов в помещениях компаний, причем некоторые из этих помещений были расположены в доме заявителя. Ордер на обыски был выдан на основании пункта В статьи L.16 Положения о порядке налогообложения с целью обнаружения доказательств нарушения компаниями обязательств по уплате налогов. В целях установления, презумпции совершения мошенничества со стороны компаний судья, выдавший ордер на обыск, сослался, в частности, на некое письмо, отпечатанное на машинке, на анонимное заявление, а также на ранее проведенное разбирательство по жалобе Департамента по борьбе с уклонениями от уплаты налогов, поданной в связи с итогами аудиторской проверки одной из компаний. Кассационный суд отказал заявителю в ходатайстве об отмене ордера, заявив, что у судьи было достаточно оснований предполагать, что компании совершали мошенничество при уплате налогов, поэтому выдача ордера на обыск признана обоснованной.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается Статьи 8 Конвенции. Утверждение заявителя о том, что он стал "жертвой" вмешательства в реализацию своего права на уважение жилища в значении Статьи 8 Конвенции, было обоснованным в части, касающейся его личного места проживания, которое использовалось и для нужд компании, и для частных нужд заявителя. Европейскому Суду не было необходимости отвечать на вопрос, мог ли заявитель утверждать, что стал "жертвой" в личном плане в связи с производством обысков в помещениях, использовавшихся компаниями, которые в тот период находились под его прямым или косвенным контролем, так как жалоба в любом случае была необоснованной. Обыски и изъятие документов приравниваются к "вмешательству" в реализацию его права на уважение частной жизни и жилища. Это "вмешательство" было осуществлено в соответствии с законом и преследовало законные целей - защиту благосостояния страны и предупреждение преступности. Орган судебной власти был вправе полагать - в пределах допустимых для государства рамок усмотрения в сфере обеспечения прав человека - что обыск был необходим для получения доказательств предполагаемых нарушений налогового законодательства, и мотивы для такого предположения были обоснованными и достаточными. Обыск производился при строгом соблюдением гарантий, предусмотренных внутригосударственными процедурами, прежде всего, с обоснованным предварительным получением санкции суда и при обеспечении надзора суда за проведением обыска и изъятия документов, с участием старших сотрудников правоохранительных органов. Судья вынес мотивированное распоряжение, в котором указал факторы, способствовавшие возникновению предположения о совершении мошеннических действий. Он также сформулировал особые указания относительно производства обыска и сам осуществлял над ним контроль. Соответственно, учитывая наличие строгих требований норм внутригосударственного права, регламентирующих порядок производства обыска, а также то, что эти нормы были соблюдены, осуществленное вмешательство в реализацию права на уважение жилища было соразмерно законным целям предпринятых мер и необходимо в демократическом обществе. Жалоба признана явно необоснованной.


Вопрос об уважении корреспонденции


Контроль над перепиской заключенного, в частности, с его адвокатом и с Европейской комиссией по правам человека: требование Конвенции о праве на уважение корреспонденции нарушено.


А.Б. против Нидерландов
[A.B. - Netherlands] (N 37328/97)


Постановление от 29 января 2002 г. [II Секция]


Факты


Заявитель был приговорен к лишению свободы с отбыванием наказания на территории Нидерландских Антильских островов. Его адвокат, в прошлом отбывавший срок в том же месте заключения и не представлявший его интересы по уголовному делу, жаловался в различные инстанции, что его письма заявителю вскрывали и не доставляли адресату, хотя на конвертах стояла пометка "письмо адвоката клиенту". Письма заявителя в Европейскую комиссию по правам человека и письма Комиссии заявителю также вскрывались администрацией тюремного учреждения.


Вопросы права


Предварительное возражение со стороны властей Нидерландов: как явствует из ряда докладов, в том числе из докладов Европейского Комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания (ЕКПП), положение дел в местах заключения Нидерландских Антильских островов характеризовалось и по-прежнему характеризуется наличием серьезных проблем обустройства помещений и организации условий содержания заключенных. Существует средство правовой защиты со стороны судов по гражданским делам, благодаря которому заключенные могут заручиться постановлением суда о несоответствии действий административных властей с правами заключенных, предусмотренных Конвенцией, и при необходимости добиваться вынесения запретительных судебных приказов, но заявитель не воспользовался этим средством. Однако документы со всей очевидностью свидетельствуют о том, что власти Нидерландских Антильских островов более года не принимали абсолютно никаких мер по исполнению запретительных судебных приказов, предписывавших им устранить довольно серьезные недостатки в обустройстве мест заключения, связанные с элементарными гигиеническими и гуманитарными условиями содержания заключенных. Ввиду отсутствия убедительных объяснений со стороны властей Нидерландов по поводу непринятия в разумно обоснованные сроки необходимых мер по устранению проблем, отмеченных в отчетах, и по выполнению судебных приказов возникли особые обстоятельства, освободившие заявителя от обязанности исчерпать вышеупомянутое средство правовой защиты до подачи жалобы.* (* Согласно Статье 35 Конвенции, предписывающей условия приемлемости жалобы Европейским Судом, этот Суд может принять дело к рассмотрению "только после того, как были исчерпаны все внутренние средства правовой защиты" (прим. перев.).)

В отношении предполагаемого нарушения Статьи 8 Конвенции. Утверждение о том, что администрация места заключения вмешивалась в реализацию права заявителя на уважение к его корреспонденции, не оспаривалось. Более того, под указанное вмешательство в реализацию данного права подводилась правовая база.

(а) в отношении переписки с Комиссией: никакие причины для оправдания контроля над перепиской заявителя с органом Конвенции, тайна которой подлежит соблюдению, не были изложены и обоснованы.


Постановление


Требование Конвенции о праве на уважение корреспонденции нарушено (принято единогласно).

(b) в отношении переписки с адвокатом: действовавшие в рассматриваемый период нормы запрещали заключенным переписываться с бывшими заключенными; но хотя, возможно, такую переписку следует контролировать ввиду обычных и обоснованных требований режима отбывания наказания в тюрьме, оснований для безусловного запрета не существовало.


Постановление


Требование Конвенции о праве на уважение корреспонденции нарушено (принято единогласно).

(с) в отношении переписки с иными лицами: утверждения заявителя абсолютно необоснованны, и, хотя в соответствии с действовавшими в рассматриваемый период нормами переписка заявителя подлежала контролю, при отсутствии конкретных доказательств приведенные обстоятельства не содержат признаков нарушения Конвенции.


Постановление


Требование Конвенции о праве на уважение корреспонденции не нарушено (принято единогласно).

(d) в отношении ограниченности условий для написания писем и разговоров по телефону: согласно действовавшим в рассматриваемый период нормам, заключенным позволялось отправлять два-три письма в неделю и получать письма в любое время, причем стоимость письменных принадлежностей и почтовые расходы оплачивала администрация тюремного учреждения. В этих условиях возможности заявителя переписываться с лицами за пределами тюрьмы не подвергались произвольным и необоснованным ограничениям. Что касается телефонных разговоров, то положения Статьи 8 Конвенции не могут толковаться как гарантии права заключенных на телефонные разговоры, особенно в отношении учреждений, где имеются достаточные условия для переписки. Там, где имеются телефоны, заключенным может предоставляться возможность пользоваться ими с определенными обоснованными ограничениями.


Постановление


Требование Конвенции о праве на уважение корреспонденции не нарушено (принято единогласно).


В отношении Статьи 13 Конвенции. С учетом сделанных выводов в связи с предварительными возражениями властей Нидерландов, в частности, по поводу непринятия властями надлежащих мер по исполнению приказов суда об устранении недостатков в местах лишения свободы, а также по поводу невыполнения рекомендаций ЕКПП заявитель был лишен эффективного средства правовой защиты в связи с его жалобами на нарушения Конвенции.


Постановление


Требование Конвенции о праве на эффективное средство правовой защиты в государственном органе нарушено (принято единогласно).

Статья 41 Конвенции: Европейский Суд принял решение о выплате заявителю компенсации морального ущерба в размере 3500 евро.


По жалобам о нарушениях Статьи 10 Конвенции


Вопрос о свободе выражения мнения


Руководитель политической партии не имел возможности посетить юго-восточную часть Турции, где должны были состояться мероприятия его партии: жалоба коммуницирована властям Турции.


Каракоч и Партия демократии и мира против Турции
[Karacoc and Demokrasi Baris Partisi - Turkey] (N 43609/98)


[III Секция]


Суть жалобы


Первый заявитель является председателем Партии демократии и мира (Democrasi Baris Partisi), которая выступает вторым заявителем. Руководители партии приняли решение, что первый заявитель вместе с членами руководящего комитета должен посетить ряд городов в юго-восточной части Турции, чтобы встретиться с местным населением и представителями общественных организаций. Программа поездки была направлена губернаторам соответствующих городов с целью получения необходимых разрешений. Когда руководители партии прибыли в пункт назначения, им сообщили, что в связи с введением в вилайете (провинции) чрезвычайного положения губернатор вилайета запретил им въезжать в данный вилайет на основании подпункта к статьи 11 Закона N 2935, в котором речь идет "об объявлении того или иного вилайета зоной чрезвычайного положения". Эта норма закона гласит, что любому лицу или группе лиц может быть запрещен въезд в вилайет или часть вилайета, где действует чрезвычайное положение, а также они могут быть высланы из такого вилайета.


Процессуальное действие


Жалоба коммуницирована властям Турции в отношении Статей 10, 11, 13 и 14 Конвенции.


Вопрос о свободе выражения мнения


Запрет на выступления перед широкой общественностью по вопросу о том, что микроволновые печи опасны для здоровья, что якобы является научно доказанным фактом, без упоминания об имеющихся расхождениях во мнениях по данному вопросу: жалоба признана неприемлемой.


Хертель против Швейцарии
[Hertel - Switzerland] (N 53440/99)


Решение от 17 января 2002 г. [III Секция]


Суть жалобы


Заявитель исследовал влияние на человеческий организм потребления пищи, приготовленной в микроволновых печах, и опубликовал доклад, в котором сделал вывод о том, что после потребления пищи, приготовленной в микроволновой печи, наблюдаются заметные изменения в крови, сравнимые с изменениями на начальной стадии рака. Впоследствии статья о результатах исследования, включая само исследование, была опубликована в одном из периодических печатных изданий. Статья называлась "Микроволновые печи: опасно для здоровья. Неопровержимые научные доказательства", а в качестве иллюстрации был помещен рисунок: старуха смерть с микроволновой печью вместо косы. В марте 1993 года по жалобе Ассоциации производителей и поставщиков электробытовых приборов Швейцарии Торговый суд на основании Закона "О недобросовестной конкуренции" издал запретительный приказ, воспрещающий заявителю выступать с публичными заявлениями о том, что пища, приготовленная в микроволновой печи, опасна для здоровья, так как является канцерогенной. Законность и обоснованность запретительного приказа были подтверждены решением Федерального суда в феврале 1994 года. 25 августа 1998 г. в связи с первой жалобой, поданной заявителем в органы Конвенции, Европейский Суд пришел к выводу, что запретительный приказ суда является нарушением Статьи 10 Конвенции. В октябре 1998 года заявитель обратился в Федеральный суд с ходатайством о повторном рассмотрении и отмене решения, принятого в феврале 1994 года. В постановлении, принятом в марте 1999 года Федеральный суд указал, что заявителю было запрещено только выступать с заявлениями перед широкой аудиторией о том, что вредное действие пищи, приготовленной в микроволновых печах, является научно доказанным фактом, не упоминая при этом, что в настоящее время по этому вопросу имеются различные мнения. Кроме того, заявителю было запрещено использовать в публикациях и лекциях изображения символов смерти. Суд указал, что заявителю не запрещается участвовать в дискуссиях по поводу последствий для здоровья потребления пищи, приготовленной в микроволновых печах, и свободно выражать свои взгляды, но в публичных выступлениях он не должен делать это таким образом, чтобы создавать у людей ложное впечатление, будто эти взгляды отражают научно обоснованные выводы.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается Статьи 10 Конвенции. Оспариваемый запретительный приказ суда запрещает заявителю выступать с заявлениями перед широкой аудиторией о том, что вредное действие пищи, приготовленной в микроволновых печах, является научно доказанным фактом, не упоминая при этом, что в настоящее время по этому вопросу имеются различные мнения, а также использовать в связи с данным вопросом изображения символов смерти. Такое решение является вмешательством в реализацию свободы выражения мнения заявителя. В ранее вынесенном Постановлении Европейский Суд отмечал, что рассматриваемый запретительный приказ суда был издан в соответствии с законодательством, в частности, Законом "О недобросовестной конкуренции", ради обоснованной цели защиты прав других лиц. Оставалось определить, было ли такое вмешательство в реализацию свободы выражения мнения необходимым в демократическом обществе. Свобода выражения мнения заявителя должна была рассматриваться в сопоставлении с необходимостью защиты прав членов Ассоциации производителей и поставщиков электробытовых приборов. Сначала следовало рассмотреть, насколько серьезно было вмешательство в реализацию свободы выражения мнения заявителя. Запретительный приказ суда, изданный на основании постановления Федерального суда, принятого в марте 1999 года, уже не препятствовал заявителю в распространении собственных мнений, но требовал, чтобы он, рассказывая широкой аудитории о научно доказанных результатах, делал оговорки о "существующих различных мнениях на этот счет". Такое ограничение его права было незначительным по своему характеру, так как уже не касалось его возможности выражать свои взгляды перед широкой аудиторией. Запретительным приказом суда заявителю было воспрещено использовать образ смерти как символ, выражающий его отрицательное мнение о микроволновых печах. Однако, учитывая утверждение заявителя о том, что он не несет ответственности за использование этого символа в журнале, указанная оговорка носила ограниченный характер. Что касается интересов Ассоциации производителей и поставщиков электробытовых приборов, то Ассоциация вполне обоснованно была заинтересована в обеспечении добросовестной конкуренции. Нельзя считать необоснованным утверждение, содержащееся, в частности, в постановлении Федерального суда, принятом в марте 1999 года, о том, что обязательство упоминать о наличии различных мнений позволяет не допустить обнародование заявлений, которые содержат неточную информацию, вводят в заблуждение, наносят необоснованный вред и являются несправедливыми по отношению к Ассоциации как конкуренту. Поскольку Федеральный суд в своем постановлении, принятом в марте 1999 года, учел различные интересы, вмешательство в реализацию прав заявителя, по-видимому, является соразмерным преследуемым государством целям и может обоснованно считаться необходимым в демократическом обществе. Жалоба признана явно необоснованной.


По жалобам о нарушениях Статьи 11 Конвенции


Вопрос о создании профессиональных союзов и вступлении в таковые для защиты своих интересов


Запрет на проведение забастовки, организованной профсоюзом: жалоба признана неприемлемой.


Юнисон против Соединенного Королевства
[Unison - United Kingdom] (N 53574/99)


Решение от 10 января 2002 г. [III Секция]


Суть жалобы


Заявитель - профсоюз, объединяющий работников сферы общественного обслуживания. В 1998 году администрация больницы "Юниверсити-Колледж" Лондонского университета вела переговоры о передаче некоторых своих отделений частным компаниям, которые должны были построить новую больницу и обеспечить ее работу. В случае такой передачи многие работники больницы должны были перейти на работу в эти частные компании. Профсоюз пытался добиться от администрации больницы "Юниверсити-Колледж" гарантий того, что частные компании предоставят работникам тот же уровень социальной защиты и те же права, которыми пользуются работники больницы колледжа, но администрация отказалась выполнить это требование. Профсоюз призвал к проведению забастовки, но забастовка была запрещена решением Высокого суда по ходатайству администрации больницы. Высокий суд, в частности, отметил, что предметом конфликта являются будущие условия и споры с неназванным работодателем, а подобные конфликты не предусмотрены законодательством о забастовках. Поданная профсоюзом жалоба была оставлена без удовлетворения, а Палата лордов отказала в удовлетворении ходатайства о разрешении на подачу апелляционной жалобы.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается Статьи 11 Конвенции. Статьей 11 предусмотрена защита профсоюзных прав и свобод как особой формы свободы объединений и не гарантируется какое-либо особое отношение к членам профсоюзов со стороны государства. Эта Статья не содержит однозначных указаний на то, что ею гарантировано право на забастовку и предусмотрено обязательство работодателей по ведению коллективных переговоров. В лучшем случае можно считать, что Статья 11 Конвенции гарантирует право профсоюзов на защиту профессиональных интересов своих членов. Право на забастовку - одно из важнейших средств выполнения этой функции профсоюзов, но имеются и другие средства. Кроме того, государствам - участникам Конвенции предоставлена возможность выбора средств обеспечения защиты профсоюзных прав и свобод. В данном случае запрет на забастовку следовало рассматривать как ограничение права заявителя на защиту профессиональных интересов членов профсоюза и, значит, ограничение свободы объединений. То обстоятельство, что эта мера предписана законом, не оспаривалось в Европейском Суде. Что касается обоснованности целей оспариваемых мер, работодатель - администрация больницы - мог заявить, что действия заявителя могли отрицательно сказаться на его возможности эффективно выполнять свои функции, в том числе исполнять договоры С другими лицами, таким образом, предпринятые меры по предупреждению забастовки были направлены на защиту прав других лиц, а именно, прав больницы. Предстояло установить необходимость принятой меры. Заявитель утверждал, что новый работодатель сможет направить всем работникам уведомление об увольнении и предложить им заключить договоры на менее выгодных условиях; если же новая компания примет обязательства в отношении признания профсоюза и действующих коллективных договоров, нынешний работодатель сможет отменить эти условия. Что касается первого довода заявителя, то новому работодателю пришлось бы нести ответственность по искам за несправедливое увольнение, которые могли бы возбудить любые работники, оказавшиеся перед угрозой такого увольнения. В связи со вторым доводом заявителя следует отметить, что любой работодатель, в том числе и администрация больницы, имеет возможность при определенных обстоятельствах отказаться от признания профсоюза и аннулировать коллективный договор, исполнение которого не обеспечено силой закона. Так что с указанным риском сталкиваются все профсоюзы и члены профсоюзов в условиях действующего законодательства. Кроме того, в рамках недавно вступившего в силу законодательства (Приложение 1А к Сводному Закону "О профсоюзных и трудовых отношениях" 1992 г.) заявитель имел возможность - при соблюдении определенных условий - добиться, чтобы работодатель признал его в качестве партнера для ведения переговоров о заключении коллективных договоров. Заявитель решительно возражал против политики государства, способствующей тому, чтобы государственные учреждения пользовались услугами частных фирм или передавали им часть своих функций. Понятно, что работники государственной сферы, которых переводят в частную компанию, чувствуют себя уязвимыми, но Европейский Суд не вправе определять, приносит ли подобный метод предоставления обслуживания пользу или вред. Заявитель мог объявить забастовку в случае, если бы администрация больницы предприняла шаги по увольнению работников или изменения договоров найма до перевода работников в частную фирму, мог и принять меры против будущего работодателя, который в дальнейшем попытается уволить членов профсоюза или откажется признать сам профсоюз. Заявитель указал, что, возможно, в дальнейшем для этого придется организовывать несколько забастовок против нескольких разных компаний, а не одну забастовку против администрации крупной больницы до начала перевода работников в частные фирмы, но это не означало, что в будущем профсоюз лишится возможности принимать действенные меры. Что касается довода о том, что заинтересованность заявителя в защите членов профсоюза должна иметь большее значение, чем экономические интересы больницы, заявитель не показал, что из-за ущемления его возможностей по организации забастовок члены профсоюза подвергнутся реальной или непосредственной угрозе и лишатся защиты от возможных попыток ухудшения условий оплаты труда и найма. Когда члены профсоюза будут переведены в новую фирму (если это вообще произойдет), заявитель, будучи признанным профсоюзом, сможет продолжать действовать от имени своих членов и вести переговоры с новым работодателем в рамках действующего механизма заключения коллективных договоров. При этом заявитель не может утверждать, что, согласно требованиям Конвенции, работодатель обязан признать тот или иной механизм ведения коллективных переговоров или придерживаться его, а также выполнять требования заявителя, выдвигаемые от имени его членов. Таким образом, государство-ответчик не вышло за рамки допустимого усмотрения в сфере обеспечения прав человека при регулировании профсоюзных действий, и запрет на проведение инициированной профсоюзом забастовки можно считать соразмерной мерой, необходимой в демократическом -обществе для защиты прав других лиц, а именно, больницы "Юниверсити-Колледж". Жалоба признана явно необоснованной.


Вопрос о свободе мирных собраний


Руководители политической партии не имели возможности посетить юго-восточную часть Турции, где должны были состояться мероприятия их партии: жалоба коммуницирована властям Турции.


Каракоч и Партия демократии и мира против Турции
[Karacoc and Demokrasi Baris Partisi - Turkey] (N 43609/98)


[III Секция]


(См. выше изложение жалобы в разделе о жалобах по Статье 10 Конвенции.)


По жалобам о нарушениях Статьи 34 Конвенции


Вопрос о признании жертвой нарушения Конвенции


О признании жертвой нарушения Конвенции заявителя, подавшего жалобу на осмотр помещения его компании, расположенного в его жилище, с выемкой документов.


Кесласси против Франции
[Keslassy - France] (N 51578/99)


Решение от 8 января 2002 г. [II Секция]


(См. выше изложение Решения II Секции по данной жалобе, рассмотренной в контексте Статьи 8 Конвенции.)


Вопрос о праве обращения в суд


О праве обращения в суд (locus standi) заявителей, временно лишенных родительских прав, в связи с жалобой, поданной предположительно в том числе и от имени их детей.


Ковецци и Морселли против Италии
[Covezzi and Morselli - Italy] (N 52763/99)


Решение от 24 января 2002 г. [II Секция]


(См. выше изложение Решения II Секции по данной жалобе, рассмотренной в контексте Статьи 8 Конвенции.)


По жалобам о нарушениях Статьи 35 Конвенции
Пункт 1 Статьи 35 Конвенции


Вопрос об исчерпании внутренних средств правовой защиты


Заявительница не обжаловала отказ прокурора в возбуждении уголовного дела в отношении бойцов сил защиты деревни в юго-восточной части Турции, виновных в гибели ее супруга: жалоба признана неприемлемой.


Эпездемир против Турции
[Epozdemir - Turkey] (N 57039/00)


Решение от 31 января 2002 г. [III Секция]


Суть жалобы


В июне 1998 года супруг заявительницы не вернулся домой. В сентябре 1998 года заявительница подала заявление прокурору г. Сиирта о факте исчезновения ее супруга. Она также сообщила прокурору, что ее супруг испытывал серьезные психические проблемы. В марте 1999 года прокурор прекратил расследование но факту исчезновения супруга заявительницы. Прокурор пришел к заключению, что его исчезновение не связано с подозрительными обстоятельствами и что никаких признаков преступления не обнаружено. В апреле 1999 года дядя супруга заявительницы получил в местном бюро записи актов гражданского состояния копию документа, касающегося данной семьи (в связи с другим делом). В документе было указано, что супруг заявительницы был убит в июле 1998 года. В дальнейшем дядя обратился за разъяснениями к прокурору г. Даргеджита. Прокурор заявил ему, что место захоронения супруга заявительницы неизвестно и что власти не обязаны передавать его тело родственникам. Кроме того, он сообщил, что после гибели супруга заявительницы материалы его дела были направлены в Суд государственной безопасности г. Диярбакыра для решения вопроса о привлечении его к уголовной ответственности как члена Рабочей партии Курдистана. Было принято решение не привлекать его к уголовной ответственности посмертно. Позднее заявительница получила копию отчета о результатах вскрытия тела ее мужа, датированного июлем 1998 года. К отчету прилагалось заявление одного из бойцов сил самообороны деревни, в котором говорилось, что супруг заявительницы погиб в бою между отрядом Рабочей партии Курдистана и силами самообороны деревни, в котором он участвовал на стороне курдов. В мае 1999 года заявительница запросила в Суде государственной безопасности г. Диярбакыра копию следственного дела ее мужа. В июне 1999 года она обратилась в суд с ходатайством о привлечении к ответственности за убийство ее супруга бойцов отряда самообороны деревни, фамилии которых упоминались в отчете о вскрытии. Она заявила, что ее супруг никогда не был связан с Рабочей партией Курдистана, а в рассматриваемый период он страдал психическим заболеванием. В сентябре 1999 года прокурор Суда государственной безопасности отказал в возбуждении уголовного дела в отношении бойцов отряда защиты деревни. Заявительница не обжаловала это решение.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается Статей 2 и 13 Конвенции. Заявительница утверждала, что не должна была использовать дальнейшие средства правовой защиты, так как ввиду административной практики, сложившейся в юго-восточных районах Турции, любые средства правовой защиты были нереальными. Однако она воспользовалась внутригосударственным средством правовой защиты, обратившись в прокуратуру с заявлением о расследовании причины гибели ее супруга и о привлечении к уголовной ответственности виновных в его гибели. Кроме того, она не представила достаточных обоснований своих заявлений о том, что ей угрожали, не представила конкретных фактов, указывающих на то, что в случае обжалования решения прокурора она рискует подвергнуться репрессиям и угрозам. К тому же, в случае отсутствия эффективных средств правовой защиты в соответствии с требованиями пункта 1 Статьи 35 Конвенции она должна была подать жалобу в течение шести месяцев с момента получения известия о гибели ее супруга. Она этого не сделала, и считалось, что обращение к прокурору является соответствующим внутригосударственным средством правовой защиты. В условиях правовой системы Турции в подобном случае расследование проводил бы тот же прокурор, и он же принимал бы решение о привлечении предполагаемых преступников к ответственности. В случае отказа в возбуждении уголовного дела, как в данном случае, Статьей 165 Уголовно-процессуального кодекса Турции предусмотрена возможность обжалования этого решения в суде, причем право на обжалование в таких случаях предоставляется в безусловном порядке, и все заинтересованные стороны уведомляются о возможности обжалования решения. Таким образом, решение об отказе в возбуждении уголовного дела не является окончательным до истечения срока обжалования. Поскольку можно было утверждать, что решение прокурора не было обосновано имеющимися сведениями, заявительница располагала возможностью воспользоваться этим обычным и доступным средством правовой защиты, а также обратиться с жалобой в Основной уголовный суд, который мог распорядиться о том, чтобы было возбуждено уголовное дело или предприняты иные следственные меры. Хотя решение об отказе в возбуждении уголовного преследования бойцов отряда защиты деревни, фамилии которых были известны, указывает на то, что прокурор проигнорировал четко сформулированное положение Статьи 463 Уголовного кодекса Турции, заявительница имела возможность довести этот факт до сведения судьи апелляционной инстанции, тем самым существенно увеличив шансы на успех; то, что подача такой жалобы не привела бы к успеху, не является установленным обстоятельством. Следовательно, нельзя считать, что заявительница выполнила требование Конвенции об исчерпании внутригосударственных средств правовой защиты. Вывод: внутригосударственные средства правовой защиты не исчерпаны.


Вопрос о подаче жалоб в течение шести месяцев с момента вынесения национальными органами окончательного решения по делу


Шестимесячный срок подачи жалоб исчисляется с момента, когда заявителям стало известно или должно было стать известно об обстоятельствах, в силу которых внутригосударственные средства правовой защиты стали неэффективными: жалоба признана неприемлемой.


Хазар и другие против Турции
[Hazar and others - Turkey] (N 62566/00-62577/00 и 62579-62581/00)


Решение от 10 января 2002 г. [I Секция]


Суть жалобы


В октябре 1993 года произошли боестолкновения между силами безопасности и бойцами Рабочей партии Курдистана в районе населенного пункта Лице в юго-восточной части Турции. В результате этих столкновений погибли 16 человек, 35 получили ранения, было уничтожено много зданий, в том числе жилища и магазины, принадлежавшие заявителям. После указанных событий заявители обратились в Мировой суд с заявлениями об оценке причиненного ущерба. Уголовное дело по указанным фактам до сих пор не рассмотрено прокуратурой Суда государственной безопасности.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается Статей 3, 5, 6, 8, 13, 14 и 18 Конвенции и Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции. При отсутствии эффективных внутригосударственных средств правовой защиты шестимесячный срок подачи жалоб, в принципе, исчисляется с момента вынесения обжалуемого решения или действия. Однако в исключительных случаях могут приниматься во внимание особые обстоятельства, когда заявители, воспользовавшись тем или иным внутригосударственным средством правовой защиты, лишь позднее узнали или должны были узнать об обстоятельствах, в силу которых использованное средство правовой защиты стало неэффективным. В подобных случаях указанный шестимесячный срок может исчисляться с момента получения информации о таких обстоятельствах. В данном случае заявители знали о том, что их имущество уничтожено, с 23 октября 1993 г. По их ходатайствам в ноябре 1993 года Мировым судом был определен объем нанесенного ущерба. Дальнейшие средства правовой защиты заявители не использовали, так как сочли их неэффективными. 29 ноября 1994 г. представителем от их имени в органы Конвенции была подана 201 жалоба в связи с одними и теми же событиями; в них также содержалось утверждение об отсутствии эффективных средств правовой защиты. Исходя из вышеизложенного и полагая, что эффективных средств правовой защиты нет, и заявители, и их представитель, очевидно, узнали об этом не позднее 29 ноября 1994 г. и должны были подать жалобы в течение шести месяцев после указанного срока. Жалобы были поданы в Европейский Суд 6 октября 2000 г., то есть не в пределах указанного шестимесячного срока.


Вопрос о подаче жалоб в течение шести месяцев с момента вынесения национальными органами окончательного решения по делу


Шестимесячный фок подачи жалоб исчисляется с момента, когда заявителям стало известно или должно было стать известно об обстоятельствах, в силу которых внутригосударственные средства правовой защиты стали неэффективными: жалоба признана неприемлемой.


Байрам и Ильдирим против Турции
[Bayram and Yildirim - Turkey] (N 38587/97)


Решение от 29 января 2002 г. [IV Секция]


Суть жалобы


В апреле 1994 года супруг первой заявительницы и сын второй заявительницы во время поездки в автомобиле подорвались на мине, установленной на шоссе. При взрыве оба погибли. Прокурором по данному факту было проведено расследование. В мае 1994 года им было вынесено решение, согласно которому данное происшествие было отнесено к компетенции прокуратуры при Суде государственной безопасности г. Диярбакыр, так как расследовавший дело прокурор подозревал, что ответственность за преступление несут неустановленные члены Рабочей партии Курдистана. В сентябре 1997 года заявительницы обратились в вышеупомянутую прокуратуру Суда государственной безопасности с просьбой о предоставлении информации о ходе следствия. В тот же день прокурор ответил им, что следствие продолжается. С тех пор никаких сведений о ходе следствия они не получали.


Решение


Жалоба признана неприемлемой, что касается Статей 2, 6 и 13 Конвенции. При отсутствии эффективных внутригосударственных средств правовой защиты шестимесячный срок подачи жалоб, в принципе, исчисляется с момента вынесения обжалуемого решения или действия. Однако в исключительных случаях могут приниматься во внимание особые обстоятельства, когда заявители, воспользовавшись тем или иным внутригосударственным средством правовой защиты, лишь позднее узнали или должны были узнать об обстоятельствах, в силу которых использованное средство правовой защиты стало неэффективным. В подобных случаях указанный шестимесячный срок может исчисляться с момента получения информации о таких обстоятельствах. В данном случае событие, ставшее предметом жалобы, произошло в апреле 1994 года, а обращение к прокурору г. Диярбакыра последовало в сентябре 1997 года, то есть почти три с половиной года спустя. По утверждению заявительниц, они поняли, что использованные внутригосударственные средства правовой защиты неэффективны, когда получили ответ на свое ходатайство. Однако если согласиться с тем, что эффективных внутригосударственных средств правовой защиты не существовало, заявительницы должны были знать о том, что реальное следствие по уголовному делу не проводится, задолго до того, как ими было подано ходатайство прокурору. Если же, как они утверждают, они узнали об этом лишь в сентябре 1997 года, это объясняется только их халатностью. Кроме того, заявительницы не смогли обосновать наличие особых обстоятельств, в силу которых они не имели возможности соблюсти шестимесячный срок подачи жалоб, установленный пунктом 1 Статьи 35 Конвенции.


По жалобам о нарушениях Статьи 41 Конвенции Вопрос о справедливой компенсации


Длительность гражданского судопроизводства: решение о признании материального ущерба.


Лейн против Франции
[Laine - France] (N 41476/98)


Решение от 17 января 2002 г. [I Секция]


(См. выше изложение Постановления I Секции по данной жалобе, рассмотренной в контексте пункта 1 Статьи 6 Конвенции.)


По жалобам о нарушениях Статьи 44 Конвенции


Подпункт b пункта 2 Статьи 44 Конвенци


Перечисленные ниже Постановления вступили в силу в соответствии с подпунктом b пункта 2 Статьи 44 Конвенции (в связи с истечением трехмесячного срока, установленного для подачи обращений о передаче дел в Большую Палату) (см. Информационный бюллетень N 35).


Станков и Объединенная македонская организация "Илинден" против Болгарии
[Stankov and the United Macedonian Organization Ilinden - Bulgaria] (N 29221/95 и N 20225/95)


Постановление от 2 октября 2001 г. [I Секция]


Г.Б. против Франции
[G.B. - France] (N 44069/98)


Постановление от 2 октября 2001 г. [III Секция]


Илиовецки против Польши
[Iliowecki - Poland] (N 27504/95)


Бейер против Польши
[Bejer - Poland] (N 38328/97)


Постановления от 4 октября 2001 г. [IV Секция]


Пареж против Франции
[Parege - France] (N 40868/98)


Швейгофер и другие против Австрии
[Schweighofer and others - Austria] (N 35673/97, N 35674/97, N 6082/97 и N 37579/97)


Постановления от 9 октября 2001 г. [III Секция]


Хофман против Германии
[Hoffmann - Germany] (N 34045/96)


Х.Т. против Германии
[Н.Т. - Germany] (N 38073/97)


Родригес Вален против Испании
[Rodriguez Valin - Spain] (N 47792/99)


Диас Апарисио против Испании
[Diaz Aparicio - Spain] (N 49468/99)


Калантари против Германии
[Kalantari - Germany] (N 51342/99)


Постановления от 11 октября 2001 г. [IV Секция]


Элиазер против Нидерландов
[Eliazer - Netherlands] (N 38055/97)


Постановление от 16 октября 2001 г. [I Секция]


Бреннан против Соединенного Королевства
[Brennan - United Kingdom] (N 39846/98)


О'Хара против Соединенного Королевства
[O'Hara - United Kingdom] (N 37555/97)


Постановления от 16 октября 2001 г. [III Секция]


Инделикато против Италии
[Indelicato - Italy] (N 31143/96)


Постановление от 18 октября 2001 г. [II Секция]


Триподи против Италии
[Tripodi - Italy] (N 40946/98)


Постановление от 23 октября 2001 г. [III Секция]


Саджио против Италии
[Saggio - Italy (N 41879/98)


Постановление от 25 октября 2001 г. [II Секция]


Пирес против Португалии
[Pires - Portugal] (N 43654/98)


Постановление от 25 октября 2001 г. [IV Секция]


Бюркев против Турции
[Burkev - Turkey] (N 26480/95)


Бюркев против Турции
[Burkev - Turkey] (N 26480/95)


Канбур против Турции
[Kanbur - Turkey] (N 28291/95)


Башпинар против Турции
[Baspinar - Turkey] (N 29280/95)


Хасан Ягиз против Турции
[Hasan Yagiz - Turkey] (N 31834/96)


Адияман против Турции
[Adiyaman - Turkey] (N 31880/96)


Генч против Турции
[Gene- Turkey) (N 31891/96)


Пекдаш против Турции
[Pekdas - Turkey) (N 31960/96)


Акджам против Турции
[Akcam - Turkey] (N 32964/96)


Кескин против Турции
[Keskin - Turkey] (N 32987/96)


Карадемир против Турции
[Karademir - Turkey] (N 32990/96)


Акьязи против Турции
[Akyazi - Turkey] (N 33362/96)


Инан против Турции
[Inan - Turkey] (N 39428/98)


Постановления от 30 октября 2001 г. [I Секция]


Девлин против Соединенного Королевства
[Delvin - United Kingdom] (N 29545/95)


Паннулло и Форте против Франции
[Pannullo and Forte - France] (N 37794/97)


Постановления от 30 октября 2001 г. [III Секция]


Соуза Миранда против Португалии
[Sousa Miranda - Portugal] (N 43658/98)


Постановление от 30 октября 2001 г. [IV Секция]


Солаков против бывшей Югославской Республики Македонии
[Solakov - Former Yugoslav Republic of Macedonia] (N 47023/99)


Постановление от 31 октября 2001 г. [III Секция]


111 Постановлений по жалобам против Италии (см. приложение)


По жалобам о нарушениях Статьи 3 Протокола N 1 к Конвенции


Вопрос о свободных выборах


Ограничение права заключенного на участие в выборах: жалоба коммуницирована властям Соединенного Королевства.


Херст против Соединенного Королевства
[Hirst - United Kingdom] (N 74025/01)


[III Секция]


Суть жалобы


Заявитель - заключенный, отбывающий пожизненное заключение по дискреционному приговору суда за непредумышленное убийство. Данное наказание ему было назначено (в установленных законом пределах) по усмотрению суда. Обязательный, не подлежащий сокращению срок заключения - считающийся сроком, необходимым для кары за содеянное и предупреждения совершения им новых преступлений - истек примерно в 1993 году, и в настоящее время заявитель содержится в заключении на том основании, что он считается общественно опасным элементом. Согласно Статье 3 Закона "О народном представительстве" 1983 года, заявитель лишен права участвовать в парламентских выборах Им был возбужден иск на основании Статьи 4 Закона "О правах человека" 1998 года с требованием о признании положений Статьи 3 Закона "О представительстве народа" несовместимыми с положениями Конвенции, но Апелляционное присутствие отделения королевской скамьи Высокого суда отказало в удовлетворении его требований. Его ходатайство о подаче апелляционной жалобы было оставлено без удовлетворения единоличным решением судьи Апелляционного суда, и поданное впоследствии новое ходатайство было оставлено без удовлетворения решением того же судьи.


Процессуальное действие


Жалоба коммуницирована властям Соединенного Королевства в отношении Статьи 3 Протокола N 1 к Конвенции отдельно, а также в отношении Статьи 3 Протокола N 1 к Конвенции совместно со Статьей 14 Конвенции и в отношении Статьи 13 Конвенции.


Другие Постановления, вынесенные в январе 2002 года


По жалобе о нарушении Статьи 3 Конвенции


Езбей против Турции
[Ozbey - Turkey] (N 31883/96)


Постановление от 31 января 2002 г. [I Секция]


Дело касается предполагаемого жестокого обращения с заключенным. Заключено мировое соглашение.


По жалобе о нарушении Статьи 5 Конвенции


З.Р. против Польши
[Z.R. - Poland] (N 32499/96)


Постановление от 15 января 2002 г. [IV Секция]


Дело касается длительности срока предварительного заключения и отказа заключенному в праве участвовать в судебном заседании. Заключено мировое соглашение.


По жалобе о нарушениях Статей 5 и 6 Конвенции


Ланц против Австрии
[Lanz - Austria] (N 24430/94)


*Постановление от 31 января 2002 г. [I Секция]


Власти не известили задержанного о доводах обвинения в отношении обжалования им решения об отказе в ходатайстве об освобождении из-под стражи до суда; свидание задержанного с адвокатом проводилось под наблюдением представителей полиции; задержанному не сообщили о доводах генерального прокурора по поводу ходатайства обвиняемого о рассмотрении Верховным Судом вопроса о законности действий властей, а также доводов старшего прокурора в отношении поданной жалобы. Допущены нарушения.


По жалобам о нарушениях Статьи 6 Конвенции


Мачиньски против Польши
[Maczyn'ski - Poland] (N 43779/98)


*Постановление от 15 января 2002 г. [II Секция]


Голлнер против Австрии
[Gollner - Austria] (N 49455/99)


*Постановление от 17 января 2002 г. [I Секция]


Геррейро против Португалии
[Guerreiro v. Portugal] (N 45560/99)


*Постановление от 31 января 2002 г. [III Секция]


Эти дела касаются сроков гражданского судопроизводства. Допущены нарушения.


Маурер против Австрии
[Maurer - Austria] (N 50110/99)


*Постановление от 17 января 2002 г. [I Секция]


Данное дело касается сроков уголовного судопроизводства. Допущено нарушение.


Йозеф Фишер против Австрии
[Josef Fischer - Austria] (N 33382/96)


*Постановление от 17 января 2002 г. [I Секция]


Податель кассационной жалобы не был проинформирован о доводах Генерального прокурора, представленных по его делу Верховному Суду. Допущено нарушение.


По жалобе о нарушениях Статьи 6 Конвенции и Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции


Цирикакис против Греции
[Tsirikakis - Greece] (N 46355/99)


*Постановление от 17 января 2002 г. [I Секция]


Дело о сроках гражданского судопроизводства, о длительной задержке выплаты компенсаций за конфискованное имущество, претензия государства на имущество, не подлежащее конфискации. Допущено нарушение.


По жалобе о нарушении Статьи 14 Конвенции


Фйлдинг против Соединенного Королевства
[Fielding - United Kingdom] (N 36940/97)


Постановление от 29 января 2002 г. [II Секция]


Жалоба по поводу того, что некоторые виды пособий выплачиваются только вдовам, а вдовцам - нет. Заключено мировое соглашение.


Приложение


111 Постановлений в отношении Италии, вступившие в силу


Сканнелла против Италии
[Scannella - Italy] (N 44489/98),


23.10.2001 г. [III Секция]


Гycco и Грассо против Италии
[Gusso and Grasso - Italy] (N 44502/98),


23.10.2001 г. [III Секция]


Скилланте против Италии
[Squillante - Italy] (N 44503/98),


23.10.2001 г. [III Секция]


Греко против Италии
[Greco - Italy] (N 44512/98),


23.10.2001 г. [III Секция]


Йецци и Черрителли против Италии
[Iezzi and Cerritelli - Italy] (N 44514/98),


23.10.2001 г. [III Секция]


В.Л. против Италии
V.L. - Italy (N 44515/98),


23.10.2001 г. [III Секция]


Карроне против Италии
[Carrone - Italy] (N 44516/98),


23.10.2001 г. [III Секция]


Рагас против Италии
[Ragas-Italy] (N 44524/98),


23.10.2001 г. [III Секция]


Р.П. и другие против Италии
[R.P. and others - Italy] (N 44526/98),


23.10.2001 г. [III Секция]


Пеццутто против Италии
[Pezzutto - Italy] (N 44529/98),


23.10.2001 г. [III Секция]


Г.Д.И. против Италии
[G.D.I. - Italy] (N 44533/98),


23.10.2001 г. [III Секция]


Арезу против Италии
[Aresu - Italy] (N 44628/98),


23.10.2001 г. [III Секция]


Тарталья против Италии
[Tartaglia - Italy) (N 48402/99),


23.10.2001 г. [III Секция]


Миничи против Италии
[Minici - Italy] N 48403/99),


23.10.2001 г. [III Секция]


Драгонетти против Италии
[Dragonetti - Italy] (N 48404/99),


23.10.2001 г. [III Секция]


Катильо против Италии
[Catillo - Italy] (N 48405/99),


23.10.2001 г. [III Секция]


Стефануччи против Италии
[Stefanucci - Italy] (N 48406/98),


23.10.2001 г. [III Секция]


Кало против Италии
[Calo - Italy] (N 48408/99),


23.10.2001 г. [III Секция]


Рейно против Италии
[Reino - Italy] (N 48409/99),


23.10.2001 г. [III Секция]


Тоцци против Италии
[Tozzi - Italy] (N 48410/99),


23.10.2001 г. [III Секция]


Ар.М. против Италии
[Ar.M. - Italy] (N 48412/99),


23.10.2001 г. [III Секция]


Морезе против Италии
[Morese - Italy] (N 2) (N 48413/99),


23.10.2001 г. [III Секция]


Карлуччи против Италии
[Carluccl - Italy] (N 48414/99),


23.10.2001 г. [III Секция]


Сиена против Италии
[Siena-Italy] (N 48415/99),


23.10.2001 г. [III Секция]


Корчелли против Италии
[Corcelli - Italy] (N 48416/99),


23.10.2001 г. [III Секция]


Моле против Италии
[Mole-Italy] (N 48417/99),


23.10.2001 г. [III Секция]


Чезаро против Италии
[Cesaro - Italy] (N 48417/99),


23.10.2001 г. [III Секция]


Буонокоре против Италии
[Buonocore - Italy] (N 48419/99),


23.10.2001 г. [III Секция]


Пизано против Италии
[Pisano - Italy] (N 48420/99),


23.10.2001 г. [III Секция]


Альтомонте против Италии
[Altomonte - Italy] (N 48421/99),


23.10.2001 г. [III Секция]


Э.И. против Италии
[E.I. - Italy] (N 48422/99),


23.10.2001 г. [III Секция]


Кампанья против Италии
[Сатрапа - Italy] (N 48423/99),


23.10.2001 г. [III Секция]


Массимо против Италии
[Massimo - Italy] (N 1) (N 44343/98),


25.10.2001 г. [II Секция]


Ринаудо и другое против Италии
[Rinaudo and others - Italy] (N 44345/98),


25.10.2001 г. [II Секция]


Вентурини против Италии
[Venturini - Italy] (N 44346/98),


25.10.2001 г. [II Секция]


Массимо против Италии
[Massimo - Italy] (N 2) (N 44352/98),


25.10.2001 г. [II Секция]


Чентинео против Италии
[Centineo - Italy] (N 44377/98),


25.10.2001 г. [II Секция]


Финесси против Италии
[Finessi - Italy] (N 44379/98),


25.10.2001 г. [II Секция]


Раффа против Италии
[Raffa - Italy] (N 44381/98),


25.10.2001 г. [II Секция]


Аличино против Италии
[Alicino - Italy] (N 44383/98),


25.10.2001 г. [II Секция]


Вальво и Бранка против Италии
[Valvo and Branca - Italy] (N 44384/98),


25.10.2001 г. [II Секция]


Скарфоне против Италии
[Scarfone - Italy] (N 44389/98),


25.10.200l г. [II Секция]


Серводидио против Италии
[Servodidio - Italy] (N 44402/98),


25.10.2001 г. [II Секция]


Геррера против Италии
[Guerrera - Italy] (N 1) (N 44403/98),


25.10.2001 г. [II Секция]


Риццо против Италии
[Rizzo - Italy] (N 44409/98),


25.10.2001 г. [II Секция]


Каттроне против Италии
[Quattrone - Italy] (N 44412/98),


25.10.2001 г. [II Секция]


Ди Систо против Италии
[Di Sisto - Italy] (N 44414/98),


25.10.2001 г. [II Секция]


Наполитано против Италии
[Napolitano - Italy] (N 44415/98),


25.10.2001 г. [II Секция]


Виола против Италии
[Viola - Italy] (N 44416/98),


25.10.2001 г. [II Секция]


"И.П.Э.А. С.р.л." против Италии
[I.P.E.A. S.r.l. - Italy] (N 44418/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Галассо против Италии
[Galasso - Italy] (N 44421 /98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Геррера против Италии
[Guerrera - Italy] (N 2) (N 44423/98),


25.10.2001 г. [II Секция]


Фолло против Италии
[Folio - Italy] (N 44424/98),


25.10.2001 г. [II Секция]


"Мель Сюд С.р.л." против Италии
[Mel Sud S.r.l. - Italy] (N 44438/98),


25.10.2001 г. [II Секция]


Пасторе против Италии
[Pastore - Italy] (N 44444/98),


25.10.2001 г. [II Секция]


Ди Джироламо и другие против Италии
[Di Girolamo and others - Italy] (N 44446/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Кастроджованни против Италии
[Castrogiovanni - Italy] (N 44448/98),


25.10.2001 г. [II Секция]


Порчелли против Италии
[Porcelli - Italy] (N 44454/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Де Симине против Италии
[De Simine - Italy] (N 44455/98),


25.10.2001 г. [II Секция]


Атцори против Италии
[Atzori - Italy] (N 44456/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Бартолини против Италии
[Bartolini - Italy] (N 44458/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Вайрано против Италии
[Vairano - Italy] (N 44459/98),


25.10.2001 г. [II Секция]


"Кондоминио Читта ди Прато" против Италии
[Condominio Citta di Prato - Italy) (N 44460/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Паолелли против Италии
[Paolelli - Italy] (N 2) (N 44463/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Семинара против Италии
[Semihara - Italy] (N 44467/98),


25.10.2001 г. [II Секция]


Асколинио против Италии
[Ascolinio - Italy] (N 44469/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Трояни против Италии
[Troiani - Italy] (N 44478/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Розетти и "Чуччи энд К°." против Италии
[Rosetti and Ciucci & С. - Italy] (N 44479/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Э.Г. против Италии
[E.G. - Italy] (N 44480/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Спера против Италии
[Spera - Italy] (N 44487/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


"Сипер С.р.л." против Италии
[Siper S.r.l. - Italy] (N 44493/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Ди Франческо против Италии
[Di Francesco - Italy] (N 44495/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Масала против Италии
[Masala - Italy] (N 44496/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Гальяни и де Маттейс против Италии
[Galgani and de Matteis - Italy] (N 2) (N 44497/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Мантини против Италии
[Mantini - Italy] (N 2) (N 44498/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Поманте Паппалепоре против Италии
[Pomante Pappalepore - Italy] (N 44499/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


"Иль Мессаджеро" против Италии
[Il Messaggero S.a.s. - Italy] (N 6) (N 44501/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


О.Б. против Италии
[О.В. - Italy] (N 44506/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Мусти и Яросси против Италии
[Musti and Iarossi - Italy] (N 44507/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


"Иль Месседжеро" против Италии
[Il Messaggero S.a.s. - Italy] (N 7) (N 44508/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Д'Аммасса и Фреода против Италии
[D'Ammassa and Frezza - Italy] (N 44513/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Стефанини против Италии
[Stefanini - Italy] (N 44518/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Г.Ф. и другие против Италии
[G.F. and others - Italy] (N 44522/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Фи. К. и Ф.Г. против Италии
[Fi.C and F.G. - Italy] (N 44523/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Феррари против Италии
[Ferrari - Italy] (N 2) (N 44525/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Яковелли против Италии
[Iacovelli - Italy] (N 44530/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Ронгони против Италии
[Rongoni - Italy] (N 44531/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Вентурини против Италии
[Venturini - Italy] (N 2) (N 44535/98),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Ан. М. и СИ. против Италии
[Аn.М. and S.I. - Italy] (N 49353/99),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Морелли и Левантези против Италии
[Morelli and Levantesi - Italy] (N 49354/99),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Ди Фабио против Италии
[Di Fabio - Italy] (N 49355/99),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Валенти против Италии
[Valenti- Italy] (N 49356/99),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Рицио против Италии
[Rizio - Italy] (N 49357/99),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Бини против Италии
[Bini - Italy] (N 49358/99),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Яннетти против Италии
[Iannetti - Italy] (N 49359/99),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Роза против Италии
[Rosa - Italy] (N 49361/99),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Бальди против Италии
[Baldi - Italy] (N 49362/99),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Маринелли против Италии
[Maririelli - Italy] (N 49364/99),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Мари против Италии
[Mari - Italy] (N 2) (N 49365/99),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Де Сантис против Италии (N 1)
[De Santis - Italy] (N 1) (N 49366/99),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Де Сантис против Италии (N 2)
[De Santis - Italy] (N 2) (N 49367/99),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Саванна и Ла Сельва против Италии
[Savanna and La Selva - Italy] (N 49368/99),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Барони и Мичинелли против Италии
[Baroni and Michinelli - Italy] (N 49369/99),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Маркантони против Италии
[Marcantoni - Italy] (N 49370/99),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Альфонсетти против Италии
[Alfonsetti - Italy] (N 49371/99),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Де Пилья против Италии
[De Pilla - Italy] (N 49372/99),


25.10.2901 г. [IV Секция]


Франка против Италии
[Franco - Italy] (N 49373/99),


25.16.2001 г. [IV Секция]


Чинничи против Италии
[Chinnici - Italy] (N 49374/99)


25.102001 г. [IV Секция]


Консальво против Италик
[Consahro - Italy] (N 49375/99


25.10.2001 г. [IV Секция]


Лилья Сантилли против Италии
[Lilla Santilli - Italy] (N 49376/99),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Барнаба против Италии
[Bamaba - Italy] (N 49377/99),


25.10.2001 г. [IV Секция]


Статьи Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов N 1, 4, 6 и 7 к Конвенции


Статьи Конвенции


Статья 2 Право на жизнь

Статья 3 Запрещение пыток

Статья 4 Запрещение рабства и принудительного труда

Статья 5 Право на свободу и личную неприкосновенность

Статья 6 Право на справедливое судебное разбирательство

Статья 7 Наказание исключительно на основании закона

Статья 8 Право на уважение частной и семейной жизни

Статья 9 Свобода мысли, совести и религии

Статья 10 Свобода выражения мнения

Статья 11 Свобода собраний и объединений

Статья 12 Право на вступление в брак

Статья 13 Право на эффективное средство правовой защиты

Статья 14 Запрещение дискриминации

Статья 34 Жалобы от физических лиц, неправительственных организаций и групп частных лиц


Протокол N 1


Статья 1 Защита собственности

Статья 2 Право на образование

Статья 3 Право на свободные выборы


Протокол N 4


Статья 1 Запрещение лишения свободы за долги

Статья 2 Свобода передвижения

Статья 3 Запрещение высылки граждан

Статья 4 Запрещение коллективной высылки иностранцев


Протокол N 6


Статья 1 Отмена смертной казни


Протокол N 7


Статья 1 Процедурные гарантии в случае высылки иностранцев

Статья 2 Право на обжалование приговоров по уголовным делам во второй инстанции

Статья 3 Компенсация в случае судебной ошибки

Статья 4 Право не быть судимым или наказанным дважды

Статья 5 Равноправие супругов


Бюллетень Европейского Суда по правам человека. Российское издание. N 1/2002


Совместный проект Московского клуба юристов и издательства "ЛексЭст"


Перевод: Власихин В.А.


Данный выпуск "Бюллетеня Европейского Суда по правам человека" основан на английской версии бюллетеня "Information note N 38 on the case-law of the Court", January, 2002"


Текст издания представлен в СПС Гарант на основании договора с РОО "Московский клуб юристов"


Текст документа на сайте мог устареть

Заинтересовавший Вас документ доступен только в коммерческой версии системы ГАРАНТ.

Вы можете приобрести документ за 54 рубля или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(Документ будет доступен в личном кабинете в течение 3 дней)

(Бесплатное обучение работе с системой от наших партнеров)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение