Решение Европейского Суда по правам человека от 13 мая 2004 г. по вопросу приемлемости жалобы N 53203/99, поданной Григорием Аркадьевичем Ваньян (Grigoriy Arkadyevich VANYAN) против Российской Федерации (Первая секция)

Решение Европейский Суд по правам человека* от 13 мая 2004 г.
по вопросу приемлемости жалобы N 53203/99,
поданной Григорием Аркадьевичем Ваньян (Grigoriy Arkadyevich VANYAN) против Российской Федерации*
(Первая секция)

ГАРАНТ:

См. Постановление Европейского Суда по правам человека от 15 декабря 2005 г. Дело "Ваньян (Vanyan) против Российской Федерации" (жалоба N 53203/99) (Первая секция)

См. комментарий к настоящему решению


Европейский Суд по правам человека (Первая секция), заседая 13 мая 2004 г. Палатой в составе:

П. Лоренсена, Председателя Палаты,

Ф. Тюлькенс,

Н. Ваич,

С. Ботучаровой,

А. Ковлера,

В. Загребельского,

Э. Штейнер, судей,

а также при участии С. Нильсена, Секретаря Секции Суда,

принимая во внимание вышеуказанную жалобу, поданную 16 ноября 1999 г.,

принимая во внимание доводы, представленные властями Российской Федерации 2 февраля и 11 июня 2002 г., и возражения на них, представленные заявителем,

заседая за закрытыми дверями,

вынес следующее Решение:


Факты

Заявитель, Григорий Аркадьевич Ваньян - гражданин России, 1971 года рождения, проживает в г. Москве. В Европейском Суде его интересы представляли К. Москаленко и М. Воскобитова, адвокаты из Центра содействия международной защиты г. Москвы. Власти Российской Федерации в Европейском Суде представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека П. Лаптевым.


А. Обстоятельства дела

Сотрудники милиции Е.Ф. и М.Б. вошли в контакт с О.З., которая, как им было известно, была наркоманкой. Сотрудники милиции предложили О.З. принять участие в "проверочной закупке" наркотических веществ, чтобы установить лицо, поставляющее ей наркотики. О.З. согласилась сотрудничать с органами милиции. Сотрудники милиции выдали ей определенную сумму наличных денег для покупки наркотиков.

Вечером 2 июня 1998 г. О.З. позвонила заявителю по телефону и попросила достать ей наркотики. О.З. сказала заявителю, что ей очень нужны наркотики и что у нее была ломка. Они договорились встретиться у дома, где проживал С.З. Сделка должна была произойти в квартире С.З. После этого в тот же день О.З. пришла на место встречи, находясь при этом под наблюдением Е.Ф. и М.Б. Она передала заявителю 200 рублей наличными. Заявитель поднялся в квартиру С.З. и получил от него 0,318 грамма героина в двух маленьких упаковках, заплатив при этом 400 рублей. Затем заявитель ушел из квартиры и отдал одну упаковку О.З., оставив вторую себе. После того как заявитель и О.З. вышли из дома, О.З. дала знак Е.Ф. и М.Б. о том, что она получила наркотики. Сотрудники милиции попытались задержать заявителя, но он бежал.

Заявитель был арестован 3 июня 1998 г. Его обыскали и нашли у него пакетик героина. На следующий день в отношении заявителя было возбуждено административное производство по факту мелкого хулиганства. Заявителю предписали уплатить штраф. Его освободили из-под стражи 5 июня 1998 г.

5 июня 1998 г. в отношении заявителя было возбуждено уголовное дело, а 11 июня 1998 г. ему было предъявлено обвинение в незаконном приобретении и сбыте наркотических веществ.

2 апреля 1999 г. Люблинский районный суд г. Москвы признал заявителя виновным в незаконном приобретении и сбыте наркотических веществ в крупном размере на основании показаний свидетеля О.З., второго обвиняемого С.З. и сотрудников милиции Е.Ф. и М.Б. При установлении виновности заявителя суд также сослался на показания других свидетелей и экспертов, которые подтвердили, что 2 июня 1998 г. заявитель действительно приобрел у С.З. героин и продал часть его О.З. Ссылаясь на показания Е.Ф. и М.Б., суд отметил, inter alia:

"Свидетель_ пояснил суду, что милиция располагала оперативными данными о том, что Ваньян сбывает наркотики. Для проверки этой информации была выбрана [О.З.], которая общалась с Ваньяном и могла приобрести у него наркотики. [О.З.] согласилась участвовать в проверочной закупке наркотиков. С этой целью [О.З.] выдали деньги_ Затем [О.З.] назначила встречу Ваньяну. За [О.З.] проводилось постоянное оперативное наблюдение, в ходе которого [Е.Ф.] видел, как Ваньян и [О.З.] встретились и зашли в подъезд дома [С.З.]_ и через некоторое время вышли. [О.З.] дала условный знак, означавший, что она купила наркотики у Ваньяна".

Заявитель был приговорен к лишению свободы сроком на семь лет с конфискацией имущества.

Заявитель подал кассационную жалобу на решение суда первой инстанции, утверждая, inter alia, что сотрудники милиции Е.Ф. и М.Б., а также О.З., действовавшая в качестве агента милиции, спровоцировали его совершить преступление.

17 мая 1999 г. Московский городской суд оставил кассационную жалобу заявителя без удовлетворения на том основании, что факт сбыта наркотиков и преступное намерение заявителя совершить приобретение и сбыт наркотиков были установлены. Что касается роли сотрудников милиции и О.З. в настоящем деле, суд кассационной инстанции отметил:

"[О.З.] добровольно помогала сотрудникам милиции изобличить Ваньяна Г.А. в сбыте героина, попросила его достать героин, для приобретения которого ей в милиции выдали деньги. Она встретилась с Ваньяном Г.А., который за деньги сбыл ей героин_".

10 ноября 2000 г. заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации принес протест о пересмотре в порядке надзора постановления Люблинского районного суда г. Москвы от 2 апреля 1999 г. и определения Московского городского суда от 17 мая 1999 г. 16 ноября 2000 г. дело было пересмотрено президиумом Московского городского суда в порядке надзора. Суд установил, inter alia:

"Таким образом, правильно установив фактические обстоятельства дела, суд в приговоре дал им неправильную юридическую оценку.

Ваньян Г.А. _ действовал не в целях сбыта и сбыта не совершал, а являлся соисполнителем [О.З.], приобретшей героин для личного потребления".

Московский городской суд пришел к выводу, что заявитель мог быть осужден только за незаконное приобретение наркотических веществ, не имея намерения их сбывать (ч. 1 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации), а не за более тяжкое преступление в виде незаконного сбыта наркотических веществ (ч. 4 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации). Соответственно, Московский городской суд изменил приговор, отменив его в части осуждения заявителя по ч. 4 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации и осудив его по ч. 1 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации. Суд сократил срок лишения свободы заявителя до двух лет. В связи с актом амнистии суд принял решение об освобождении заявителя от отбытия наказания.

Заявитель и его адвокат не были проинформированы о рассмотрении дела в порядке надзора 16 ноября 2000 г. Соответственно, они не присутствовали на нем. Как представляется, органы прокуратуры принимали участие в слушании дела в порядке надзора.


В. Применимое национальное законодательство

Часть 1 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации предусматривает наказание за незаконное приобретение наркотических средств без цели их последующего сбыта. Часть 4 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации предусматривает наказание за незаконный сбыт наркотических средств в крупных размерах.

В статье 6 Федерального закона от 5 июля 1995 г. "Об оперативно-розыскной деятельности" перечислены провокационные методы, которые могут применяться правоохранительными органами и органами безопасности в целях расследования преступлений. Согласно п. 4 ч. 1 ст. 6 указанного Федерального закона органы милиции имеют право проводить "проверочные закупки".

Часть 3 ст. 377 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР 1960 г., действовавшего на момент событий, предусматривала, что суд надзорной инстанции мог при необходимости вызвать в судебное заседание осужденного и его адвоката. Вызванным в суд лицам давалась возможность принимать участие в судебном разбирательстве по жалобе или протесту о пересмотре дела в порядке надзора и делать устные заявления. 14 февраля 2000 г. Конституционный Суд Российской Федерации вынес постановление, согласно которому указанное положение закона несовместимо с Конституцией Российской Федерации, если основания для пересмотра дела в порядке надзора могут повлечь ухудшение положения осужденного.

Краткое изложение соответствующих положений законодательства Российской Федерации относительно пересмотра дел в порядке надзора см. также в Решении Европейского Суда о приемлемости жалобы "Никитин против Российской Федерации" (см. Решение Европейского Суда по делу "Никитин против Российской Федерации" (Nikitin v. Russia) от 13 декабря 2003 г., жалоба N 50178/99).


Суть жалобы

1. Ссылаясь на ст. 68 и 13 Конвенции, заявитель жаловался на то, что сотрудники милиции Е.Ф. и М.Б., действуя через своего агента О.З., спровоцировали его совершить преступление в виде приобретения и сбыта наркотических веществ в нарушение ч. 1 и 4 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации.

2. Заявитель также подал 19 марта 2001 г. жалобу на то, что рассмотрение его дела в порядке надзора в Московском городском суде не было справедливым по смыслу ст. 6 Конвенции, принимая во внимание, что ни он, ни его адвокат предположительно не были проинформированы о том, что по делу заявителя был принесен протест о пересмотре дела в порядке надзора, и о дате слушаний дела в порядке надзора, а также на то, что они не смогли принять участие в судебном заседании, состоявшемся 16 ноября 2000 г., в отличие от прокурора. Далее заявитель жаловался на то, что он был осужден 16 ноября 2000 г. по ч. 1 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации в нарушение статьи 6 Конвенции, поскольку ему не было предъявлено обвинение в совершении преступления по этой части статьи и он не мог осуществлять свою защиту в отношении этого обвинения.

3. Ссылаясь на ст. 5 и 13 Конвенции, заявитель жаловался на то, что административный арест и содержание под стражей с 3 по 5 июня 1998 г. были незаконными и что он не имел средств правовой защиты, чтобы оспорить незаконность этих мер.


Право

1. Заявитель жаловался, ссылаясь на ст. 68 и 13 Конвенции, на то, что его спровоцировали совершить преступление. Статья 6 Конвенции в части, применимой к настоящему делу, гласит:

"Каждый_ при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое_ разбирательство дела_ судом_".

Статья 8 Конвенции в части, применимой к настоящему делу, гласит:

"1. Каждый имеет право на уважение его личной_ жизни_

2. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц".

Статья 13 Конвенции гласит:

"Каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве".

Власти Российской Федерации утверждали, что 16 ноября 2000 г. Московский городской суд пересмотрел дело заявителя в порядке надзора. Согласно пересмотренному приговору заявитель был признан виновным только в незаконном приобретении наркотических веществ, которые он приобрел для личного пользования. Поскольку суд не основывал изменение приговора на показаниях сотрудников милиции и О.З., права заявителя не были нарушены. Тот факт, что заявитель приобрел наркотики в результате "проверочной закупки", никак не влияет на его право на справедливое судебное разбирательство, поскольку заявитель сознательно приобрел наркотики для личного пользования, совершив тем самым преступление. По мнению властей Российской Федерации, заявитель в любом случае приобрел бы наркотики для личного использования независимо от действий сотрудников милиции и О.З. (см., для сравнения, Постановление Европейского Суда по делу "Тейшейра де Кастру против Португалии" (Teixeira de Castro v. Portugal) от 9 июня 1998 г., Reports 1998-IV). Власти Российской Федерации пришли к выводу, что в отношении данной части жалобы заявитель более не может утверждать, что он является жертвой нарушения ст. 6 Конвенции.

Заявитель утверждал, что он все еще может утверждать о том, что является жертвой нарушения ст. 6 Конвенции, учитывая то, что суд при изменении приговора при пересмотре дела в порядке надзора прямо не признал нарушения Конвенции в отношении жалобы заявителя о провокации со стороны сотрудников милиции совершить преступление и не устранил данное нарушение.

Европейский Суд придерживается того мнения, что эти доводы близко соотносятся с сущностью жалобы заявителя. Соответственно, они должны быть приобщены к рассмотрению жалобы по существу.

Европейский Суд счел, что данная часть жалобы поднимает сложные вопросы фактов и права согласно Конвенции, разрешение которых требует рассмотрения дела по существу. Поэтому Европейский Суд пришел к выводу, что данная часть жалобы не является явно необоснованной по смыслу п. 3 ст. 35 Конвенции. Иных оснований для объявления жалобы неприемлемой не установлено.

2. Далее заявитель жаловался на то, что решение об изменении квалификации преступления на незаконное приобретение наркотических веществ без намерения их сбыта, вынесенное по делу при его пересмотре в порядке надзора в его отсутствие и отсутствие его адвоката по той причине, что они не были проинформированы о слушаниях, лишило его права надлежащим образом осуществлять свою защиту, сделав несправедливым судебное разбирательство по его делу. Статья 6 Конвенции в части, применимой к настоящему делу, гласит:

"1. Каждый_ при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое_ разбирательство дела_ судом_

/_/

3. Каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления имеет как минимум следующие права:

(a) быть незамедлительно и подробно уведомленным на понятном ему языке о характере и основании предъявленного ему обвинения;

(b) иметь достаточное время и возможности для подготовки своей защиты_".

Власти Российской Федерации с этим не согласились. Они утверждали, что никаких новых обвинений при пересмотре дела в порядке надзора заявителю предъявлено не было, поскольку первоначальный приговор за сбыт наркотических веществ был лишь переквалифицирован применительно к менее тяжкому наказанию за незаконный оборот наркотических веществ. Власти Российской Федерации подчеркивали тот факт, что заявитель никогда не отрицал, что он приобрел наркотики для собственного употребления.

Что касается жалобы на рассмотрение дела в порядке надзора in absentia, власти Российской Федерации утверждали, ссылаясь на ст. 377 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР с изменениями, внесенными Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2000 г.**, что вызов в суд сторон при пересмотре дела в порядке надзора оставался на усмотрении соответствующего суда, поскольку пересмотр дела в порядке надзора не должен был ухудшить положение заявителя. Учитывая, что в настоящем деле пересмотр дела в порядке надзора был в пользу заявителя, поскольку ему был сокращен срок лишения свободы, и что соответствующий суд рассматривал лишь вопросы права, власти Российской Федерации придерживались того мнения, что необеспечение Московским городским судом явки заявителя и его адвоката в суд не представляло собой нарушение ст. 6 Конвенции.

Заявитель настаивал на том, что Московский городской суд не предоставил ему гарантии справедливого судебного разбирательства на стадии пересмотра его дела в порядке надзора. По его мнению, изменение квалификации преступления, совершенного заявителем, представляло собой новое обвинение, а не обвинение в незаконном обороте наркотических веществ с менее тяжким наказанием, как утверждали власти Российской Федерации. Он также указывал на то, что он не был проинформирован о протесте, принесенном заместителем Председателя Верховного Суда Российской Федерации, о пересмотре дела в порядке надзора и о сущности нового обвинения, равно как ему не было предоставлено достаточно времени и условий для подготовки своей защиты.

Далее заявитель утверждал, что изменение квалификации преступления, в совершении которого обвинялся заявитель, влекло рассмотрение вопросов и права, и фактов. Он утверждал в связи с этим, что в зависимости от количества имеющихся наркотических веществ их незаконное приобретение может рассматриваться и как преступление, и как административное правонарушение с менее тяжким наказанием. Заявитель утверждал, что он был лишен возможности явиться в суд и высказать свою позицию по этому вопросу. Принимая во внимание вышесказанное и тот факт, что прокурор принимал участие в рассмотрении дела в порядке надзора, заявитель полагал, что имело место нарушение ст. 6 Конвенции и в отношении данной части жалобы.

В свете представленных сторонами доводов Европейский Суд счел, что данная часть жалобы поднимает сложные вопросы фактов и права согласно Конвенции, разрешение которых требует рассмотрения дела по существу. Поэтому Европейский Суд пришел к выводу, что данная часть жалобы не является явно необоснованной по смыслу п. 3 ст. 35 Конвенции. Иных оснований для объявления жалобы неприемлемой не установлено.

3. Заявитель жаловался, ссылаясь на ст. 5 Конвенции, на то, что административный арест и содержание под стражей с 3 по 5 июня 1998 г. были незаконными, и он не имел средств правовой защиты в нарушение ст. 13 Конвенции, чтобы оспорить незаконность этих мер.

Не рассматривая вопрос об исчерпании внутренних средств правовой защиты, Европейский Суд отмечает, что данная часть жалобы была подана в Европейский Суд 16 ноября 1999 г., то есть спустя более шести месяцев после того, как произошли указанные события. Таким образом, данная часть жалобы должна быть отклонена в соответствии с п. 1 и 4 ст. 35 Конвенции.


На этих основаниях Суд единогласно:

Решил присоединить возражения властей Российской Федерации относительно статуса жертвы заявителя применительно к его части жалобы на провокацию совершить преступление к рассмотрению дела по существу;

Объявил приемлемой, не предрешая по существу, часть жалобы заявителя относительно провокации совершить преступление и несправедливости пересмотра его дела в порядке надзора;

Объявил неприемлемой остальную часть жалобы.


Серен Нильсен
Секретарь
Секции Суда

Пер Лоренсен
Председатель
Палаты


______________________________

* Перевод с английского М. Виноградова.

** Так в тексте. - Примеч. перев.


Решение Европейского Суда по правам человека от 13 мая 2004 г. по вопросу приемлемости жалобы N 53203/99, поданной Григорием Аркадьевичем Ваньян (Grigoriy Arkadyevich VANYAN) против Российской Федерации (Первая секция)


Текст решения опубликован в журнале "Журнал российского права", N 8, 2004 г.


Перевод в английского Ю.Ю.Берестнева, М.В.Виноградова


Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.