Постановление Европейского Суда по правам человека от 23 сентября 2004 г. Дело "Еманакова (Yemanakova) против Российской Федерации" (жалоба N 60408/00) (Первая секция)

Европейский Суд по правам человека
(Первая секция)


Дело "Еманакова (Yemanakova)
против Российской Федерации"
(Жалоба N 60408/00)


Постановление Суда


Страсбург, 23 сентября 2004 г.


По делу "Еманакова против Российской Федерации" Европейский Суд по правам человека (Первая секция), заседая Палатой в составе:

Х.Л. Розакиса, Председателя Палаты,

П. Лоренсена,

Дж. Бонелло,

Н. Ваич,

С. Ботучаровой,

А. Ковлера,

В. Загребельского, судей,

а также при участии С. Нильсена, Секретаря Секции Суда,

заседая за закрытыми дверями 2 сентября 2004 г.,

принял следующее Постановление:


Процедура


1. Дело было инициировано жалобой (N 60408/00), поданной в Европейский Суд по правам человека против Российской Федерации гражданкой Украины Юлией Александровной Еманаковой (далее - заявитель) в соответствии со Статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.

2. Интересы заявителя, которой предоставили правовую помощь, представляла О. Панченко, адвокат из г. Бердянска, Украина. Власти Российской Федерации в Европейском Суде были представлены П.А. Лаптевым, Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека.

3. Заявитель утверждала, что судебное разбирательство по гражданскому делу, в котором она была стороной, было необоснованно длительным в нарушение пункта 1 Статьи 6 Конвенции. Она также утверждала, что у нее не было эффективных средств правовой защиты в отношении указанного предполагаемого нарушения, что противоречит Статье 13 Конвенции.

4. Жалоба была передана во Вторую секцию Суда (пункт 1 Правила 52 Регламента Суда). В рамках секции Палата, рассматривающая дело (пункт 1 Статьи 27 Конвенции), была сформирована в соответствии с пунктом 1 Правила 26 Регламента.

5. 1 ноября 2001 г. Европейский Суд изменил состав своих секций (пункт 1 Правила 25 Регламента), Дело было передано во вновь образованную Первую секцию (пункт 1 Правила 52 Регламента).

6. Решением от 6 ноября 2003 г. Европейский Суд признал жалобу приемлемой для рассмотрения по существу.

7. Заявитель и власти Российской Федерации представили свои замечания по существу дела (пункт 1 Правила 59 Регламента).


Факты


I. Обстоятельства дела


8. Заявитель родилась в 1919 году и проживает в г. Бердянске, Украина.

9. Факты по делу частично оспариваются сторонами.


1. Первоначальные разбирательства в 1990-1992 годах

10. Отец заявительницы был подвергнут репрессиям в 1929-1930 годах как богатый крестьянин (кулак). В 1930 году имущество семьи, включая двухэтажный дом в г. Сорочинске, Оренбургская область, Россия, было конфисковано. В 1989 году отец заявителя был посмертно реабилитирован. Дом семьи остается нетронутым в г. Сорочинске, где он используется Сорочинским ветеринарным колледжем для размещения его работников. В определенный момент в ходе разбирательства семьи, которые проживали в доме, приватизировали свои квартиры и стали собственниками жилья.

11. Заявительница проживает в г. Бердянске, Украина, а поездка поездом до г. Сорочинска занимает два с половиной дня.

12. В 1990 году заявитель и ее сестра Михайлишина начали судебное разбирательство с целью признания их права собственности на упомянутый дом. 26 октября 1990 г. Сорочинский городской суд отказал им в их заявлении. Вместо этого суд порекомендовал им обратиться с требованием о компенсации за конфискованное имущество к Департаменту финансов Оренбургской области. Как представляется, департамент отказал им в заявлении о компенсации как на не имеющее оснований в национальном законодательстве.

13. В январе 1992 года сестра заявителя скончалась, и заявитель осталась единственной истицей по делу.


2. Разбирательства в 1992-2002 годах

14. В марте 1992 года заявитель подала новый иск в Ленинский районный суд г. Оренбурга. 24 сентября 1992 г. Ленинский районный суд г. Оренбурга отклонил как жалобу заявителя на действия департамента финансов Оренбургской области, так и заявления о признании ее права на дом. 6 мая 1993 г. Оренбургский областной суд отменил решение от 24 сентября 1992 г. и направил дело на новое рассмотрение в районный суд. 15 сентября 1993 г. Ленинский районный суд принял решение о передаче дела в Сорочинский городской суд Оренбургской области согласно территориальной подсудности по спору об упомянутом доме.

15. 20 января 1995 г. Сорочинская городская администрация издала распоряжение, требуя от ветеринарного колледжа выплаты заявителю максимально допустимой согласно национальному законодательству компенсации, которая позднее будет возмещена колледжу за счет средств областного бюджета. Распоряжение не было исполнено. 10 апреля 1995 г. Сорочинский городской суд Оренбургской области прекратил дело по иску заявителя, указав на то, что заявителю была присуждена компенсация. 25 сентября 1995 г. президиум Оренбургского областного суда, действуя в качестве надзорной инстанции, отменил определение от 10 апреля 1995 г. о прекращении дела и направил дело на новое рассмотрение в Сорочинский городской суд Оренбургской области.

16. 27 декабря 1995 г. Сорочинский городской суд Оренбургской области отклонил жалобу заявителя на действия Сорочинской городской администрации, указав, что она не основана на нормах национального законодательства и что ей уже была присуждена максимального размера компенсация за дом. 9 апреля 1996 г. Оренбургский областной суд отменил решение Сорочинского городского суда Оренбургской области от 27 декабря 1995 г. и направил дело на новое рассмотрение в тот же суд.

17. 24 июля 1996 г. Сорочинский городской суд Оренбургской области установил, что семья заявителя была собственником спорного имущества и подтвердил, что его конфискация имела место, но отказал заявителю в удовлетворении требования о возврате дома. 27 августа 1996 г. Оренбургский областной суд отменил указанное решение суда.

18. 13 февраля 1997 г. Сорочинский городской суд Оренбургской области снова подтвердил, что семья заявителя была собственником спорного имущества и подтвердил, что его конфискация имела место, но отказал заявителю в удовлетворении требования о возврате дома. 24 апреля 1997 г. Оренбургский областной суд отменил решение от 13 ноября 1997 г. Затем заявительница была проинформирована о том, что Оренбургский областной суд будет рассматривать ее дело в качестве суда первой инстанции.

19. 28 апреля 1998 г. судебная коллегия по гражданским делам Оренбургского областного суда отказала в удовлетворении требований заявителя к департаменту финансов Оренбургской области о компенсации, а также отказала в возвращении дома в натуре. Она обязала Сорочинскую городскую администрацию выплатить заявителю максимальную компенсацию за конфискованное имущество в размере 8349 рублей (100 минимальных размеров оплаты труда), дорожные расходы и судебные издержки в размере 3540 рублей. Заявитель получила решение 6 мая 1998 г.

20. 7 мая 1998 г. заявитель получила от Сорочинской городской администрации сумму в размере 3540 рублей в возмещение дорожных расходов и судебных издержек.

21. 14 мая 1998 г. заявитель подала кассационную жалобу в Оренбургский областной суд для последующего направления вместе с материалами дела в Верховный Суд Российской Федерации. Далее 21 августа 1998 г. и 24 марта 1999 г. заявитель письменно обращалась в Оренбургский областной суд, пытаясь узнать судьбу ее дела, однако не получила ответа. Она также несколько раз, 21 августа и 26 ноября 1998 г., 6 мая, 21 июня, 2 августа, 18 августа и 16 декабря 1999 г., напрямую писала в Верховный Суд Российской Федерации. Она получила стандартные ответы из Верховного Суда Российской Федерации 5 ноября 1998 г., 19 июля 1999 г. и 19 января 2000 г. о том, что ее жалоба не может быть рассмотрена, поскольку к ней не приложены материалы дела. По крайней мере однажды, в мае 1999 года, заявительница лично сделала копии решений судов и ее жалобы и направила их в Верховный Суд Российской Федерации. Ее письма в другие государственные органы, включая Министерство юстиции Российской Федерации, Высшую квалификационную коллегию судей Российской Федерации, Администрацию Президента Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации, органы прокуратуры различных уровней либо остались без ответа, либо были направлены в Оренбургский областной суд. Заявительница утверждала, что не имела информации о каких-либо процессуальных решениях, принятых Оренбургским областным судом в отношении ее кассационной жалобы.

22. По утверждению властей Российской Федерации, направленных после того, как им было направлено уведомление о рассмотрении жалобы, Оренбургский областной суд 28 апреля 1998 г. в краткой форме (без мотивировочной части) объявил свое решение, а затем 29 апреля 1998 г. - полностью. Судебное решение было вручено заявителю 6 мая 1998 г. Заявительница пропустила установленный десятидневный срок для подачи кассационной жалобы, которая была подана только 15 мая 1998 г. и поступила в Оренбургский областной суд только 25 мая 1998 г. В результате 1 июня 1998 г. Оренбургский областной суд вынес определение об отложении рассмотрения ее кассационной жалобы и попросил заявителя указать причины пропуска установленного срока. Это определение было направлено заявителю письмом от 3 июня 1998 г.

23. 21 июня 1998 г. Оренбургский областной суд снова отложил рассмотрение упомянутой жалобы заявителя и попросил ее разъяснить причины пропуска установленного срока. Об этом заявителю было направлено письмо, по ошибке датированное 21 июля 1998 г. Заявительница ответа не направила.

24. Власти Российской Федерации также утверждали, что решение суда было полностью исполнено в апреле 2000 года, когда сумма в размере 8349 рублей (100 минимальных размеров оплаты труда) была перечислена на счет заявителя в Сорочинском отделении Сберегательного Банка Российской Федерации. Об этом заявительница была проинформирована письмом. До этого заявительница получила присужденную ей сумму денег для покрытия дорожных расходов в размере 3 539 856 рублей.

25. В феврале 2004 года власти Российской Федерации представили по запросу Европейского Суда копии документов, подтверждающих их утверждения. Эти документы включали, в частности, определение Оренбургского областного суда от 1 июня 1998 г., письмо этого же суда от 21 июля 1998 г., которым заявителя проинформировали о приостановлении производства по делу, и документы из Сорочинской городской администрации, касающиеся исполнения судебного решения в апреле 2000 года.

26. Заявительница утверждала, что она не получала письма от 3 и 21 июня (июля) 1998 г. Что касается присужденной ей денежной компенсации, заявительница утверждала, что она узнала о денежном переводе на банковский счет, открытый на ее имя, в 2002 году, после получения меморандума властей Российской Федерации.


3. Новое разбирательство в 2002 году

27. Жалоба была официально направлена властям Российской Федерации в сентябре 2001 года.

28. 21 января 2002 г. президиум Оренбургского областного суда, рассмотрев протест прокурора Оренбургской области о пересмотре дела в порядке надзора, отменил определение Сорочинского городского суда от 26 октября 1990 г. в связи с допущенными процессуальными нарушениями и направил дело на новое рассмотрение. 30 января 2002 г. заявительница была уведомлена об отмене упомянутого решения.

29. 12 февраля 2002 г. Сорочинский городской суд Оренбургской области обязал заявительницу и ее сестру до 15 марта 2002 г. обновить их заявление 1990 года и представить свидетельство о рождении сестры заявительницы. 13 февраля 2002 г. соответствующее определение суда было направлено заявителю. 26 апреля 2002 г. заявительница сообщила Сорочинскому городскому суду Оренбургской области, что ее сестра умерла в 1992 году, и направила копию свидетельства о смерти. 16 мая 2002 г. судья Сорочинского городского суда Оренбургской области подтвердил получение ее письма и снова попросил обновить заявление, первоначально поданное в 1990 году, а также уточнить ее позицию о том, согласна ли она на рассмотрение дела в ее отсутствие. Как представляется, судебное заседание было назначено на 22 августа 2002 г. В июле 2002 года заявительница сообщила, что она не заинтересована в новом пересмотре дела, поскольку оно утратило для нее значение. Ее новые требования к ответчикам были представлены в 1992 году в Сорочинский городской суд Оренбургской области, и производство по соответствующему гражданскому делу и было предметом ее жалобы.

30. 18 сентября 2002 г. Оренбургский областной суд вынес определение (и информационное сообщение о нем) об отложении заседания по иску заявителя к Сорочинской городской администрации до 27 сентября 2002 г. в связи с неявкой истца. 14 октября 2002 г. заявительница обратилась в Сорочинский городской суд с ходатайством о прекращении производства по соответствующему гражданскому делу.


II. Применимое национальное законодательство


31. Статья 283 Гражданского процессуального кодекса РСФСР, действовавшего на момент событий, предусматривала, что кассационные жалобы подаются в суд, который рассматривал дело в качестве суда первой инстанции. Подача жалобы непосредственно в кассационную инстанцию не может препятствовать ее рассмотрению.

32. Часть 1 статьи 284 Гражданского процессуального кодекса РСФСР устанавливала срок в один месяц для рассмотрения кассационных жалоб Верховным Судом Российской Федерации.


Право


I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции


33. Заявительница жаловалась, ссылаясь на пункт 1 Статьи 6 Конвенции, на то, что длительность судебного разбирательства по ее делу нарушала требование "разумного срока". Пункт 1 Статьи 6 Конвенции в части, применимой к настоящему делу, гласит:

"Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях (_), имеет право на _ разбирательство дела в разумный срок _ судом."

34. Власти Российской Федерации утверждали, что кассационная жалоба заявителя была оставлена без рассмотрения 1 июня 1998 г. ввиду несоблюдения заявителем требования о подаче жалобы в установленный срок. Заявителя уведомляли об этом в письмах от 3 и 21 июня 1998 г. По мнению властей Российской Федерации, вопрос о получении ею указанного определения суда не относится к вопросу об исчислении срока длительности судебного разбирательства. Более того, судебное решение от 28 апреля 1998 г. было исполнено частично в мае 1998 года и полностью в апреле 2000 года, когда денежная сумма была переведена на банковский счет заявителя.

35. Заявительница утверждала, что до получения меморандума властей Российской Федерации в 2002 году она не знала об определении Оренбургского областного суда о приостановлении рассмотрения ее кассационной жалобы. Она указывала, что в 1998-2000 годах ни один из органов власти не уведомлял ее об этом судебном решении. Далее она утверждала, что ей никогда не сообщали об исполнении судебного решения от 28 апреля 1998 г. в отношении денежной компенсации, и она узнала об этом только из меморандума властей Российской Федерации в 2002 году. Документы, подтверждающие приостановление рассмотрения ее кассационной жалобы и об исполнении судебного решения, были впервые ей представлены властями Российской Федерации в феврале 2004 года. Заявительница полагала, что этот период должен быть включен в общую продолжительность судебного разбирательства.


А. Период времени, который следует учитывать


36. В отношении России Конвенция вступила в силу 5 мая 1998 г. Европейский Суд не обладает компетенцией рассматривать жалобы относительно событий, имевших место до указанной даты. Однако по делам, в которых по причине своей компетенции ratione temporis и рассматривать только часть судебного разбирательства, он может принимать во внимание, в целях оценки всей длительности, стадию рассмотрения дела, достигнутую к началу рассматриваемого им периода (см., среди прочих прецедентов, Постановление Европейского Суда по делу "Войнович против Польши" (Wojnowicz v. Poland) от 21 сентября 2000 г., жалоба N 33082/96, §46).

37. Данное судебное разбирательство по делу началось в марте 1992 года, когда заявительница подала иск в Ленинский районный суд г. Оренбурга. Дата окончания судебного разбирательства оспаривается сторонами. Однако вопрос состоит не в том, имело ли место судебное разбирательство, а была ли заявительница о нем уведомлена, и если да, то когда.

38. Европейский Суд напомнил свою прецедентную практику относительно исчисления шестимесячного периода, согласно которой цели пункта 1 Статьи 35 Конвенции достигаются наилучшим образом при исчислении срока со дня вручения письменного документа по делам, в которых заявитель в соответствии с национальным законодательством имеет право на получение письменной копии окончательного судебного решения независимо оттого, было ли судебное решение до этого оглашено устно (см. Постановление Европейского Суда по делу "Ворм против Австрии" (Worm v. Austria) от 29 августа 1997 г., Reports 1997-V, р. 1547, §33; и Решение Европейского Суда по делу "Дросопулос против Греции" (Drosopoulos v. Greece) от 7 декабря 2000 г., жалоба N 40442/98).

39. Европейский Суд придерживается того мнения, что его прецедентное право, указанное выше, применяется по аналогии. Если эти принципы применимы, когда сторона судебного разбирательства, будучи в целом в курсе о сущности судебного решения, тем не менее имеет право на получение письменной копии решения, прежде чем будет исчисляться установленный срок, они тем более применимы в случаях, когда нет оснований полагать, что сторона вообще знала о судебном разбирательстве. Европейский Суд отметил, в частности, что заявительница продолжала обращаться в Оренбургский областной суд, Верховный Суд Российской Федерации и иные органы власти с запросами относительно ее кассационной жалобы в июне 1998 года - 2000 году. Однако помимо копий писем от 1 и 27 июня (июля) 1998 г., представленных властями Российской Федерации в феврале 2004 года и которые, как утверждает заявитель, никогда не были ею получены, не представлено никаких других доказательств, которые бы позволили Европейскому Суду прийти к выводу, что заявительница, действительно, была уведомлена о ходе судебного разбирательства. Из содержания запросов заявителя в Оренбургский областной суд, Верховный Суд Российской Федерации и иные органы власти становится ясно, что заявительница не знала о вынесенном определении о приостановлении рассмотрения ее кассационной жалобы. Тем не менее ничто не свидетельствует о том, что после 21 июня 1998 г. предпринимались какие-либо шаги, направленные на надлежащее информирование заявителя.

40. Принимая во внимание указанные выводы, равно как и обстоятельства настоящего дела - а именно значительное расстояние между Оренбургом и местом жительства заявителя на Украине, общую продолжительность судебного разбирательства, а также возраст заявителя, - Европейский Суд признал установленным тот факт, что заявительница не была надлежащим образом уведомлена об определении Оренбургского областного суда об оставлении ее кассационной жалобы без рассмотрения от 1 июня 1998 г. как минимум до февраля 2002 года, когда она получила копию меморандума властей Российской Федерации.

41. Соответственно, рассматриваемый период времени начал течь 5 мая 1998 г., когда Конвенция вступила в силу в отношении России. К этому моменту судебное разбирательство уже длилось с марта 1992 года с перерывом с 10 апреля по 25 сентября 1995 г., когда судебное разбирательство не проводилось. Судебное разбирательство окончилось в феврале 2002 года, когда заявителя уведомили о его результате. Таким образом, Европейский Суд должен рассмотреть период времени длительностью три года и десять месяцев, которые последовали за почти шестью годами судебного разбирательства до 5 мая 1998 г.


В. Обоснованность длительности судебного разбирательства


42. В соответствии с прецедентной практикой Европейского Суда разумность срока судебного разбирательства должна оцениваться в свете обстоятельств дела с учетом критериев, установленных Европейским Судом, в частности, сложность дела и действия заявителя и органов власти, рассматривавших дело (см., среди прочих прецедентов, Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Фридлендер против Франции" (Frydlender v. France), жалоба N 30979/96, §43, ECHR 2000-VII).

43. Что касается сложности дела, Европейский Суд установил, что оно было достаточно сложным и вытекало из событий 1930 года. При этом Европейский Суд отметил небольшой размер оспариваемого имущества, ограниченное количество документов в материалах дела и отсутствие свидетелей, которых необходимо было заслушать. С учетом этого Европейский Суд не может прийти к выводу, что рассмотренные в рамках дела заявителя правовые и фактические вопросы были настолько сложны, чтобы обосновать длительность судебного разбирательства.

44. Европейский Суд установил, что почти весь рассматриваемый период времени состоял из периода неуведомления заявителя о приостановлении рассмотрения ее кассационной жалобы с 1 июня 1998 г. и как минимум до февраля 2002 года. В этот период со стороны судебных органов не было предпринято никаких действий.

45. Принимая во внимание указанное выше, а также положение заявительницы и важность дела для нее, Европейский Суд счел, что судебное разбирательство по делу не было проведено в "разумный срок", указанный в пункте 1 Статьи 6 Конвенции. Соответственно, имело место нарушение пункта 1 Статьи 6 Конвенции.


II. Предполагаемое нарушение статьи 13 Конвенции


46. Заявительница также жаловалась на то, что она не имела эффективных средств правовой защиты в отношении задержек при рассмотрении ее дела. Европейский Суд рассмотрел данную часть жалобы в контексте Статьи 13 Конвенции, которая гласит:

"Каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве".

47. Заявительница утверждала, что в ее распоряжении не было эффективных средств правовой защиты от затягивания разбирательств. Она ссылалась на то, что ее многочисленные запросы в различные судебные и административные органы относительно отсутствия у нее информации по ее делу были оставлены без ответов по существу.

48. Власти Российской Федерации не затрагивали вопрос национальных средств правовой защиты в своих доводах.

49. Европейский Суд напомнил, что Статья 13 Конвенции гарантирует эффективные средства правовой защиты в национальных органах в отношении предполагаемого нарушения требования по пункту 1 Статьи 6 Конвенции о рассмотрении дела заявителя в разумный срок (см. Постановление Европейского Суда по делу "Кудла против Польши" (Kudla v. Poland), жалоба N 30210/96, ECHR 2000-XI, §156). Европейский Суд отметил, что власти Российской Федерации не указали средства правовой защиты, с помощью которых можно было бы ускорить рассмотрение дела заявителя или надлежащим образом компенсировать образовавшиеся в рассмотрении дела задержки (см. Постановление Европейского Суда по делу "Кормачева против Российской Федерации" (Kormacheva v. Russia) от 29 января 2004 г., жалоба 53084/99, §64).

50. Соответственно, Европейский Суд счел, что в настоящем деле имело место нарушение Статьи 13 Конвенции ввиду отсутствия закрепленных законодательством Российской Федерации средств правовой защиты, которыми заявительница могла бы воспользоваться для защиты своего права на рассмотрение дела в разумный срок, как это предусмотрено пунктом 1 Статьи 6 Конвенции.


III. Применение статьи 41 Конвенции


51. Статья 41 Конвенции гласит:

"Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне."


А. Ущерб


52. Заявительница утверждала, что в результате длительного срока судебного разбирательства она не получила судебное решение по спору относительно дома ее отца. Заявительница потребовала компенсацию материального ущерба в размере 25 540 евро. Она также потребовала компенсации морального вреда в размере 100 000 евро за моральные страдания, причиненные ей ввиду отсутствия окончательного судебного решения по ее делу.

53. Власти Российской Федерации расценили требования заявителя как чрезмерные и необоснованные.

54. Европейский Суд отметил, что судебное решение в пользу заявителя, вынесенное в апреле 1998 года, было исполнено, а денежные суммы, присужденные судом, перечислены на банковский счет, открытый на имя заявителя. Таким образом, он отклонил требования заявителя относительно компенсации материального ущерба. Вместе с тем, по мнению Европейского Суда, заявитель, несомненно, перенесла душевные страдания, беспокойство и разочарование, усугубленные необоснованно длительным сроком судебного разбирательства. Исходя из принципа справедливости, Европейский Суд присудил заявителю 1000 евро в качестве компенсации морального вреда.


В. Судебные расходы и издержки


55. В дополнение судебных расходов, покрытых по схеме оказания правовой помощи, заявительница потребовала компенсировать ей сумму в размере 260 украинских гривен за расходы и издержки, понесенные в ходе рассмотрения жалобы в Европейском Суде.

56. Власти Российской Федерации воздержались от комментариев в этой части требований.

57. Европейский Суд отметил, что он предоставил заявителю правовую помощь по схеме оказания Европейским Судом правовой помощи на представление ее доводов и дополнительных комментариев и на канцелярские расходы. Заявительница не представила обоснования ее дополнительных расходов. Соответственно, Европейский Суд не должен присуждать заявителю компенсацию в связи с этим.


C. Процентная ставка при просрочке платежей


58. Европейский Суд счел, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента.

На этих основаниях суд единогласно:

1) постановил, что имело место нарушение пункта 1 Статьи 6 Конвенции;

2) постановил, что имело место нарушение Статьи 13 Конвенции;

3) постановил:

(a) что государство-ответчик обязано выплатить заявителю в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в законную силу в соответствии с пунктом 2 Статьи 44 Конвенции 1000 (одну тысячу) евро в качестве компенсации морального вреда в пересчете на украинские гривны по курсу на день выплаты плюс любые возможные налоги;

(b) что простые проценты по предельным годовым ставкам по займам Европейского центрального банка плюс три процента подлежат выплате по истечении вышеупомянутых трех месяцев и до момента выплаты;

4) отклонил остальные требования заявителя о справедливой компенсации.


Совершено на английском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 23 сентября 2004 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 Правила 77 Регламента Суда.


Заместитель Секретаря Секции Суда

Серен Нильсен


Председатель Палаты

Христос Розакис

Заявитель жалобы по делу "Еманакова (Yemanakova) против Российской Федерации" утверждала, что длительностью судебного разбирательства по ее делу, рассматриваемому в суде РФ, нарушено требование "разумного срока", а также то, что она не имела эффективных средств правовой защиты в отношении задержек при рассмотрении ее дела.

Европейский Суд признал установленным тот факт, что заявительница не была надлежащим образом уведомлена об определении об оставлении ее кассационной жалобы без рассмотрения.

В соответствии с прецедентной практикой Европейского Суда разумность срока судебного разбирательства должна оцениваться в свете обстоятельств дела с учетом критериев, установленных Европейским Судом, в частности, сложность дела и действия заявителя и органов власти, рассматривавших дело.

Европейский Суд пришел к выводу, что рассмотренные в рамках дела заявителя правовые и фактические вопросы не были настолько сложны, чтобы обосновать длительность судебного разбирательства.

Европейский Суд счел, что судебное разбирательство по делу не было проведено в "разумный срок", указанный в пункте 1 Статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Европейский Суд счел, что имело место нарушение Статьи 13 вышеуказанной Конвенции ввиду отсутствия закрепленных законодательством РФ средств правовой защиты, которыми заявительница могла бы воспользоваться для защиты своего права на рассмотрение дела в разумный срок.

По мнению Европейского Суда, заявитель перенесла душевные страдания, беспокойство и разочарование, усугубленные необоснованно длительным сроком судебного разбирательства. Исходя из принципа справедливости, Европейский Суд присудил заявителю компенсацию морального вреда.


Постановление Европейского Суда по правам человека от 23 сентября 2004 г. Дело "Еманакова (Yemanakova) против Российской Федерации" (жалоба N 60408/00) (Первая секция)


Текст Постановления опубликован в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека. Российское издание", N 3, 2005


Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.