Решение Европейского Суда по правам человека от 5 апреля 2005 г. по вопросу приемлемости жалобы N 73043/01 "Зинаида Аршинчикова (Zinaida Arshinchikova) против Российской Федерации" (Третья секция)

Европейский Суд по правам человека
(Третья секция)


Решение по вопросу приемлемости
жалобы N 73043/01
"Зинаида Аршинчикова (Zinaida Arshinchikova)
против Российской Федерации"*

ГАРАНТ:

См. постановление Европейского Суда по правам человека от 29 марта 2007 г. Дело "Аршинчикова (Arshinchikova) против Российской Федерации" (жалоба N 73043/01) (Третья Секция)

См. комментарий к настоящему Решению


Европейский Суд по правам человека (Третья секция), заседая 5 апреля 2005 г. Палатой в составе:

Б.М. Цупанчича, Председателя Палаты,

Л. Кафлиша,

К. Бырсана,

А. Ковлера,

А. Гюлумян,

Р. Йегер,

Э. Мийера, судей,

а также при участии М. Виллигера, заместителя Секретаря Секции Суда,

принимая во внимание жалобу, поданную 15 января 2001 г.,

принимая во внимание доводы, представленные властями Российской Федерации, и возражения на них, представленные заявителем,

заседая за закрытыми дверями,

принял следующее Решение:


Факты


Заявитель, Зинаида Павловна Аршинчикова - гражданка России, 1940 года рождения, проживает в г. Саратове. Заявитель является главой и представителем крестьянского хозяйства "Катюша", находящегося в Саратовской области. Власти Российской Федерации в Европейском Суде были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека П. Лаптевым.


А. Обстоятельства дела


1. Аренда и покупка строений и земли


(а) Аренда и покупка строений


15 марта 1991 г. заявитель от имени хозяйства заключила договор аренды с правом выкупа с Саратовским ДРСУ ПРСО "Саратовавтодор" (далее - дорожная компания), предметом которого были некоторые строения, включая 12-квартирный дом, расположенный рядом с дорожно-ремонтным пунктом с. Полчаниновка (далее - строения). В частности, договор предусматривал возможность выкупа указанных строений, после перечисления арендной платы в размере, равном остаточной стоимости указанного имущества, которая в соответствующее время равнялась 383 944 руб.

1 июля 1993 г. в договор аренды с правом выкупа были внесены дополнения. Комитет по управлению имуществом Саратовской области (далее - Комитет по управлению имуществом) произвел замену первоначального арендодателя в договоре. Остальные условия договора не претерпели изменений.

19 августа 2003 г. хозяйство воспользовалось возможностью выкупа, предусмотренной упомянутым договором. Оно перевело 306 339 руб. на банковский счет Комитета по управлению имуществом.


(b) Покупка земли


27 февраля 1991 г. президиум Татищевского районного Совета народных депутатов Саратовской области предоставил заявителю 30 га земли.

2 декабря 1993 г. заявитель подписала договор купли-продажи земли с Комитетом земельных ресурсов и планирования Татищевского района Саратовской области о передаче прав собственности на земельный участок.

26 июня 1998 г. право собственности заявителя на земельный надел было оформлено Комитетом земельных ресурсов и планирования Татищевского района Саратовской области.

Как представляется, строения находятся на земельном участке, принадлежащем заявителю на праве собственности.


2. Исковое производство о признании недействительным договора аренды


(а) Исковые требования


6 июля 1999 г. Комитет по управлению имуществом обратился с гражданским иском к хозяйству. Комитет утверждал, что согласно Государственной программе приватизации 1992 г. имущество, находящееся в управлении государственных дорожных компаний, не может быть приватизировано, и, соответственно, договор от 1 июля 1993 г. был ничтожным ab initio, поскольку противоречил требованиям законодательства. Комитет просил суд признать недействительным соглашение 1993 г.

23 июля 1999 г. заявитель направила письменный отзыв на исковое заявление. Она утверждала, что, по ее мнению, сделка не была недействительной с момента заключения, но была оспоримой, и поэтому при подаче иска был пропущен срок исковой давности (согласно закону он составляет десять лет для ничтожных сделок и один год для оспоримых сделок).

30 августа 1999 г. Комитет по управлению имуществом представил дополнение к исковому заявлению. Он просил суд обязать заявителя вернуть все доходы от ничтожной сделки настоящему собственнику - Комитету по дорожно-транспортному строительству и эксплуатации дорог Саратовской области (далее - Комитет по дорогам).


(b) Решение суда первой инстанции


27 сентября 1999 г. Арбитражный суд Саратовской области удовлетворил иск Комитета по управлению имуществом. Арбитражный суд Саратовской области постановил, что предметом договора от 1 июля 1993 г. являлось государственное имущество, которое не подлежало приватизации согласно п. 2.1.14 Государственной программы приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации на 1992 год. Исходя из этого, суд пришел к выводу, что договор был недействительным, поскольку не соответствовал законодательству, и ничтожным ab initio. Суд обязал хозяйство вернуть все полученное по договору 1993 г. имущество Комитету по дорогам и возместить половину судебных расходов.

15 октября 1999 г. представитель заявителя обратился в суд с ходатайством разъяснить правовые основания для реституции имущества, определить предметы имущества, подлежащие возврату, а также разъяснить процедуру реституции.

19 октября 1999 г. Арбитражный суд Саратовской области в своем постановлении указал, что решение от 27 сентября 1999 г. основывалось на ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации ("Недействительность сделки, не соответствующей закону или иным правовым актам"), обязал хозяйство вернуть имущество, указанное в приложении к договору 1993 г. и признал неприменимым положение о реституции в данном случае, поскольку хозяйство получило государственную собственность.


(с) Постановление суда апелляционной инстанции


25 октября 1999 г. представитель заявителя подал жалобу на решение суда первой инстанции. Он утверждал, в частности, что суд первой инстанции не высказался по вопросу о том, был ли договор, который являлся предметом рассмотрения, ничтожным или оспоримым.

15 декабря 1999 г. апелляционная инстанция Арбитражного суда Саратовской области оставила без изменения решение от 27 сентября 1999 г. Суд апелляционной инстанции согласился с доводами, приведенными судом первой инстанции, и вынес решение, исходя из положений Указа Президента Российской Федерации от 29 декабря 1991 г., которым была утверждена Государственная программа приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации на 1992 год.

10 января 2000 г. судебный пристав-исполнитель Татищевского района возбудил исполнительное производство. Заявителю было предложено вернуть имущество до 15 января 2000 г.

14 января 2000 г. заявитель подала ходатайство о приостановлении исполнительного производства, ссылаясь на неясность судебных решений по делу. Она утверждала, в частности, что строения были расположены на земле, на которую она имела бесспорное право собственности, и способ их возврата оставался непонятным.

18 января 2000 г. исполнительное производство было приостановлено до 27 января 2000 г.


(d) Постановление Федерального арбитражного суда Поволжского округа


12 января 2000 г. представитель заявителя подал кассационную жалобу. Он также ходатайствовал о приостановлении исполнительного производства по делу.

20 января 2000 г. Федеральный арбитражный суд Поволжского округа удовлетворил ходатайство о приостановлении исполнительного производства и назначил дату слушания дела.

31 января 2000 г. судебный пристав-исполнитель наложил на заявителя штраф за неисполнение решения суда в размере 50 руб. (приблизительно 1,5 евро). Как представляется, штраф был отменен после того, как заявитель представила определение Федерального арбитражного суда Поволжского округа от 20 января 2000 г.

10 февраля 2000 г. заместитель прокурора Татищевского района порекомендовал заявителю обратиться в суд с иском о возмещении стоимости улучшений, произведенных в спорных строениях, если таковые были.

15 февраля 2000 г. Федеральный арбитражный суд Поволжского округа отменил решения судов от 27 сентября и 15 декабря 1999 г. и принял новое решение по делу. Суд постановил, что договор от 1 июля 1993 г. не представлял собой новую сделку, а являлся новацией договора от 16 марта 1991 г., предусматривающей замену арендодателя. Что касается договора 1991 г., то он был заключен до того, как вступили в силу нормативные акты, на которые ссылались суды первой и апелляционной инстанций. Соглашение 1991 г. регламентировалось Основами законодательства СССР об аренде от 23 ноября 1989 г., которые не предусматривали каких-либо ограничений в отношении приобретения и аренды имущества. Суд подчеркнул, что ранее упоминаемые ограничения были введены после 16 марта 1991 г. - даты подписания договора, являющегося предметом спора, а Комитет по управлению имуществом мог не подписывать изменения к договору 1993 г., и мог требовать его прекращения. Наконец, суд установил, что согласно Закону Российской Федерации от 3 июля 1991 г. N 1531-1 "О приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации" договоры о приватизации являлись оспоримыми, и, следовательно, нижестоящие суды должны были установить нарушение срока исковой давности при подаче иска, о чем ходатайствовал заявитель. Федеральный арбитражный суд Поволжского округа отклонил исковые требования Комитета по управлению имуществом.

Постановление вступило в силу и не может быть обжаловано в обычном порядке*(1).


(е) Пересмотр решений в порядке надзора


13 июня 2000 г. заместитель Председателя Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации А.А. Арифуллин принес протест в порядке надзора на постановление от 15 февраля 2000 г. Протест был основан на доводах, первоначально выдвигаемых Комитетом по управлению имуществом в обоснование своих исковых требований, и дословно повторял постановление суда апелляционной инстанции от 15 декабря 1999 г.

Заявитель представила свои замечания на протест. Она утверждала, что протест не должен рассматриваться, поскольку он не раскрывает каких-либо новых оснований, которые бы оправдывали пересмотр существующих судебных решений, а также потому, что заместитель Председателя Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не имел полномочий для внесения такого протеста.

5 сентября 2000 г. Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в порядке надзора отменил постановление от 15 февраля 2000 г. и оставил в силе решение от 27 сентября и постановление от 15 декабря 1999 г. Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации постановил, что Государственная программа приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации 1992 г. запрещала приватизацию дорожных строений, и, соответственно, договор аренды 1993 г. был недействительным и ничтожным ab initio.


3. Регистрация права собственности заявителя на строения


В неустановленный день заявитель обратилась с заявлением о государственной регистрации ее права собственности на дом, который представлял собой неотъемлемую часть строений, являвшихся предметом спора.

9 октября 2000 г. Саратовская областная регистрационная палата выдала официальное свидетельство, закрепляющее право собственности заявителя на дом, приобретенное на основании договора аренды с правом выкупа, заключенного в 1993 году.


4. Последовавшее исполнительное производство


(а) Попытки заявителя выплатить стоимость имущества


5 октября 2000 г. хозяйство перевело 306 руб. 34 коп. на счет Комитета по управлению имуществом. Цель платежа была обозначена как "возмещение стоимости имущества в соответствии с решением арбитражного суда".

4 декабря 2000 г. судебный пристав-исполнитель Татищевского района Саратовской области возбудил исполнительное производство на основании исполнительного листа от 30 ноября 2000 г. и обязал заявителя вернуть строения до 12 декабря 2000 г.

19 и 20 декабря 2000 г. заявитель уведомила судебного пристава-исполнителя и Арбитражный суд Саратовской области о том, что исполнительный лист не подлежит исполнению, поскольку заявитель уже возместила Комитету по имуществу стоимость имущества.


(b) Первое наложение штрафа на заявителя


3 января 2001 г. судебный пристав-исполнитель наложил на заявителя штраф в размере десяти минимальных размеров оплаты труда (приблизительно 35 евро) за неисполнение решения суда и установил новый срок для исполнения - 9 января 2001 г.

5 января 2001 г. заявитель вновь написала судебному приставу-исполнителю о том, что решение суда было исполнено путем возмещения и что Комитет по имуществу согласился с таким исполнением, поскольку 10 октября 2000 г. выдал ей свидетельство о собственности.

10 января 2002 г. судебный пристав-исполнитель составил акт о невозможности взыскания. Акт подтверждал, что возвращение имущества в натуре невозможно, так как заявитель уже исполнила решение суда, перечислив сумму возмещения.


(с) Попытки судебного пристава-исполнителя внести изменения в резолютивную часть решения суда


25 января 2001 г. судебный пристав-исполнитель Татищевского района подал ходатайство об изменении способа и процедуры исполнения судебного решения. Судебный пристав-исполнитель полагал, что в действительности заявитель исполнила решение суда, так как перечислила сумму, равную стоимости имущества, на счет Комитета по управлению имуществом, на основании чего она получила свидетельство о собственности на упомянутый дом. Судебный пристав-исполнитель также отметил, что заявитель выразила согласие на возврат всех остальных строений при условии, что они будут убраны с принадлежащего ей земельного участка.

20 апреля 2001 г. Арбитражный суд Саратовской области отклонил ходатайство судебного пристава-исполнителя. Суд постановил, что служба судебных приставов не проявила достаточного усердия при исполнении решения суда, и, в любом случае, обстоятельства, на которые ссылается судебный пристав, не препятствуют исполнительному производству.


(d) Вторая попытка возместить стоимость имущества


23 апреля 2001 г. хозяйство снова произвело банковский перевод суммы в размере 304 руб. 36 коп. на счет Комитета по управлению имуществом. Заявитель письменно проинформировала Комитет по управлению имуществом о том, что это являлось "совершенно действенной формой" исполнения решения суда от 27 сентября 1999 г., и напомнила должностным лицам государства о том, что они никогда не возвращали ей суммы, которые она уплатила при осуществлении права выкупа.

10 мая 2001 г. судебный пристав-исполнитель предложил заявителю исполнить решение суда от 27 сентября 1999 г. до 15 мая 2001 г.

25 мая 2001 г. заявитель проинформировала судебных приставов-исполнителей о том, что возврат имущества "в натуре" невозможен и что они хорошо осведомлены об этом, и хотя их ходатайство было отклонено судом, они вообще не пытались добросовестно решить практические вопросы исполнения соответствующего решения суда. Сложившуюся ситуацию она также описала в своей жалобе прокурору Саратовской области.

1 июня 2001 г. Комитет по управлению имуществом проинформировал заявителя о том, что решение от 27 сентября 1999 г. предписывало вернуть имущество Комитету по дорогам, а возмещение его стоимости не являлось допустимой формой исполнения решения суда. Соответственно, заявителю напомнили о том, что она должна соблюдать решение суда, в противном случае она могла быть привлечена к уголовной ответственности.


(е) Второе наложение штрафа на заявителя


5 июня 2001 г. судебный пристав-исполнитель наложил на заявителя штраф в размере 100  минимальных размеров оплаты труда (400 евро) и изъял металлические трубы с территории хозяйства в качестве обеспечения уплаты штрафа. Заявитель оскорбляла судебного пристава-исполнителя и физически препятствовала его доступу к трубам в сарае на территории хозяйства.


(f) Первое производство по уголовному делу против заявителя в связи с неисполнением решения суда


19 июня 2001 г. было возбуждено уголовное дело по факту отказа заявителя от исполнения решения суда. 17 июля 2001 г. заявителю было предъявлено обвинение по ст. 315 Уголовного кодекса Российской Федерации ("Неисполнение приговора суда, решения суда или иного судебного акта").

9 августа 2001 г. мировой судья Татищевского района Саратовской области определил произвести дополнительное расследование по обвинению против заявителя. Прокурор обжаловал указанное определение. 30 января 2002 г. Татищевский районный суд Саратовской области прекратил производство по уголовному делу в отношении заявителя, руководствуясь общим актом амнистии в отношении женщин и несовершеннолетних, принятым Государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации 30 ноября 2001 г.


(g) Гражданский иск в отношении судебных приставов-исполнителей в связи с неисполнением решения суда


20 декабря 2001 г. Комитет по дорогам*(2) подал гражданский иск против службы судебных приставов-исполнителей в связи с неисполнением решения суда.

31 января 2002 г. судебный пристав-исполнитель снова предложил заявителю исполнить решение суда к 6 февраля 2002 г. Заявитель ответила, что она уже исполнила решение суда, перечислив денежные средства, и в любом случае строения не могут быть возвращены, поскольку расположены на земельном участке, находящемся в ее собственности.

После неоднократного отложения по ходатайствам Комитета по дорогам 15 июля 2002 г. Арбитражный суд Саратовской области удовлетворил иск Комитета по дорогам к судебным приставам-исполнителям и обязал их полностью исполнить решение суда в отношении заявителя.

18 июля 2002 г. судебный пристав-исполнитель Татищевского района Саратовской области предложил заявителю исполнить решение суда до 23 июля 2002 г. В ответ заявитель выдвинула те же возражения, на которые ссылалась ранее.


(h) Третье и четвертое наложение штрафа на заявителя


23 июля 2002 г. судебный пристав-исполнитель повторно наложил на заявителя штраф в размере 100  минимальных размеров оплаты труда (около 400 евро). 30 июля 2002 г. судебный пристав-исполнитель снова наложил на заявителя штраф в том же размере. 6 августа 2002 г. судебный пристав-исполнитель изъял металлические трубы, принадлежащие заявителю, в качестве обеспечения уплаты штрафа.


(i) Второе производство по уголовному делу против заявителя


16 сентября 2002 г. судебный пристав-исполнитель направил заявителю официальное предупреждение о том, что неисполнение решения суда может привести к возбуждению в отношении заявителя уголовного дела по ст. 315 Уголовного кодекса Российской Федерации.

7 октября 2002 г. исполняющий обязанности прокурора Татищевского района Саратовской области возбудил уголовное дело в отношении заявителя и передал дело следователю Г. Заявитель подала жалобу в связи с передачей дела следователю Г., поскольку Г. ранее являлся судебным приставом-исполнителем и поэтому был заинтересован, по ее мнению, в исходе дела. Указанная жалоба была отклонена как необоснованная. 17 октября 2002 г. заявителю было предъявлено обвинение по ст. 315 Уголовного кодекса Российской Федерации.

11 ноября 2002 г. мировой судья Татищевского района Саратовской области вынес оправдательный приговор в отношении заявителя по предъявленному обвинению. Судья установил, что заявитель была индивидуальным предпринимателем (особый статус согласно законодательству Российской Федерации) и поэтому заявитель не может быть привлечена к ответственности ratione personae за преступление, предусмотренное ст. 315 Уголовного кодекса Российской Федерации. Оправдательный приговор был оставлен без изменения 25 декабря 2002 г. Татищевским районным судом Саратовской области и 27 февраля 2003 г. судебной коллегией по уголовным делам Саратовского областного суда.


(j) Прекращение исполнительного производства


21 ноября 2002 г. судебный пристав-исполнитель Татищевского района прекратил исполнительное производство в отношении заявителя и вернул исполнительный лист Комитету по управлению имуществом.


5. Оспаривание права собственности заявителя


4 марта 2002 г. Комитет по управлению имуществом подал гражданский иск против Саратовской областной регистрационной палаты и хозяйства. Комитет по управлению имуществом требовал признания недействительной регистрации права собственности заявителя на дом, произведенной 9 октября 2002 г., поскольку она была основана на договоре, который уже был признан недействительным.

12 апреля 2002 г. заявитель представила свой отзыв на исковое заявление.

После нескольких отложений разбирательства 18 ноября 2002 г. Комитет по управлению имуществом отозвал свой иск. 2 декабря 2002 г. Арбитражный суд Саратовской области прекратил производство по делу.


В. Применимое национальное законодательство и правоприменительная практика


Согласно ст. 1 Закона Российской Федерации 1990 г. N 348-I "О крестьянском (фермерском) хозяйстве", действовавшего на момент событий, фермерское хозяйство является независимым коммерческим предприятием, представляемым лицом, семьей или группой лиц, деятельность которых состоит в производстве, выращивании и сбыте сельскохозяйственной продукции с использованием собственности, которая находится в их собственности или на праве in rem. Согласно ст. 257 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности членов фермерского хозяйства находится в общей собственности членов хозяйства, если не установлено иное.

Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации от 5 мая 1995 г. N 70-ФЗ, действовавшим на момент событий, предусматривалось, что вступившие в законную силу решения и постановления всех арбитражных судов Российской Федерации могли быть пересмотрены в порядке надзора на основании протеста, принесенного Председателем Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации или его заместителями или Генеральным прокурором Российской Федерации или его заместителями (ст. 180 и 181). В Кодексе не были перечислены основания принесения протеста о пересмотре судебных решений в порядке надзора, а лишь указывалось, что протест мог быть принесен "также в связи с обращением стороны судебного разбирательства" (ч. 1 ст. 185). Вызов сторон в судебное заседание в Президиуме Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации являлся дискреционным правом Президиума (ч. 2 ст. 186).


Суть жалобы


Заявитель жаловалась, ссылаясь на ст. 6 Конвенции, на то, что решения национальных судов, и в частности постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, не были основаны на соответствующих и достаточных доказательствах.

Заявитель жаловалась, ссылаясь на ст. 1 Протокола N 1 к Конвенции, на то, что суды Российской Федерации обязали ее вернуть имущество, не приняв в расчет то, что соответствующие строения не могли быть отделены от земельного участка, на которое заявитель имела бесспорное право собственности.

Заявитель жаловалась, ссылаясь на ст. 14 Конвенции, на то, что она подвергалась дискриминации как глава крестьянского хозяйства.


Право


1. Заявитель жаловалась, ссылаясь на п. 1 ст. 6 Конвенции, на несправедливость судебных решений, вынесенных по ее делу, в частности на постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. Пункт 1 ст. 6 Конвенции в части, применимой к настоящему делу, гласит:


"1. Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях_ имеет право на справедливое_ разбирательство дела_ судом_".


Власти Российской Федерации утверждали, что действовавший на момент событий Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации предусматривал оспаривание и пересмотр вступивших в силу судебных решений в порядке надзора. В настоящем деле надзорное производство было инициировано по обращению стороны судебного разбирательства - Комитета по управлению имуществом Саратовской области. Заявитель должна была знать о возможности пересмотра судебных решений по ее делу в порядке надзора и имела право обратиться в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. Власти Российской Федерации утверждали, что в правовой системе Российской Федерации, в частности, по хозяйственным спорам, судебные решения становятся окончательными только после завершения надзорного рассмотрения дела. В настоящем деле судебное разбирательство продолжилось, поскольку решение о возбуждении исполнительного производства было вынесено в июне 2000 г., то есть через четыре месяца после вынесения Федеральным арбитражным судом Поволжского округа своего решения.

Заявитель утверждала, что национальными судами, в частности Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации неверно были применены положения законодательства Российской Федерации. Она утверждала, что в постановлении Федерального арбитражного суда Поволжского округа прямо указывалось на то, что оно не подлежало обжалованию, и что она не могла предвидеть инициирование надзорного производства. В любом случае, ее доводы в отношении надзорного протеста не были рассмотрены, а она сама не была проинформирована о дате судебного заседания Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. Заявитель сочла, что таким образом ее право на справедливое судебное разбирательство было нарушено.

Европейский Суд счел, что в свете доводов сторон данная часть жалобы поднимает сложные вопросы фактов и права в соответствии с Конвенцией, разрешение которых требует рассмотрения дела по существу. Таким образом, Европейский Суд пришел к выводу, что данная часть жалобы не является явно необоснованной по смыслу п. 3 ст. 35 Конвенции. Иных оснований для объявления ее неприемлемой не установлено.

2. Заявитель жаловалась, ссылаясь на ст. 1 Протокола N 1 к Конвенции, на то, что вынесение решений национальными судами нарушило ее право на уважение ее собственности. Статья 1 Протокола N 1 к Конвенции гласит:


"Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.

Предыдущие положения не умаляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов и штрафов".

Власти Российской Федерации утверждали, что требования заявителя в отношении оспариваемой собственности не имели законных оснований, поскольку договор аренды явно нарушал законодательство Российской Федерации о приватизации и, таким образом, не был действительным ab initio. Решения российских судов были основаны на соответствующих положениях национального законодательства, а именно Государственной программы приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации на 1992 год и Указа Президента Российской Федерации от 24 декабря 1993 г. N 2284. В строгом соблюдении законодательства о приватизации, запрещающего передачу автомобильных дорог и собственности дорожных организаций в частную собственность, заключался "явный общественный интерес". Власти Российской Федерации сочли, что в настоящем деле ст. 1 Протокола N 1 к Конвенции не применима, поскольку заявитель не являлась собственником оспариваемого имущества.

Заявитель сочла, что решения национальных судов были неправильными и незаконными. На момент событий фермерское хозяйство являлось законным собственником строений, а постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации оно было лишено их. Вынесение неправильных судебных решений привело к парадоксальной ситуации, поскольку они физически неисполнимы. Более того, ими было наложено чрезмерное бремя на заявителя, поскольку их исполнение неизбежно приведет к распаду фермерского хозяйства, прекращению сельскохозяйственной деятельности и бедности ее семьи.

Европейский Суд счел, что в свете доводов сторон данная часть жалобы поднимает сложные вопросы фактов и права в соответствии с Конвенцией, разрешение которых требует рассмотрения дела по существу. Таким образом, Европейский Суд пришел к выводу, что данная часть жалобы не является явно необоснованной по смыслу п. 3 ст. 35 Конвенции. Иных оснований для объявления ее неприемлемой не установлено.

3. Наконец, заявитель жаловалась, ссылаясь на ст. 14 Конвенции, на то, что она подвергалась дискриминации как глава фермерского хозяйства. Статья 14 Конвенции гласит:


"Пользование правами и свободами, признанными в настоящей Конвенции, должно быть обеспечено без какой бы то ни было дискриминации по признаку пола, расы, цвета кожи, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, принадлежности к национальным меньшинствам, имущественного положения, рождения или по любым иным признакам".


Прежде всего, Европейский Суд напомнил, что ст. 14 Конвенции дополняет другие материальные положения Конвенции и Протоколов к ней. Она не существует независимо, поскольку она применяется только относительно прав и свобод, гарантируемых указанными положениями. Статья 14 Конвенции не может быть применена, если только факты по делу не подпадают под применение одного или нескольких таких материальных положений (см. Постановление Европейского Суда по делу "Инце против Австрии" (Inze v. Austria) от 28 октября 1987 г., Series А, N 126, § 36). Даже если предположить, что заявитель намеревалась ссылаться на ст. 14 Конвенции, взятую в совокупности либо со ст. 6 Конвенции, либо со ст. 1 Протокола N 1 к Конвенции, Европейский Суд не усматривает в доводах заявителя никаких указаний на дискриминацию.

Следовательно, данная часть жалобы является явно необоснованной и должна быть отклонена в соответствии с п. 3 и 4 ст. 35 Конвенции.


На этих основаниях Суд единогласно:

объявил приемлемой, не предрешая дело по существу, часть жалобы заявителя на отмену в порядке надзора окончательного судебного решения, вынесенного в ее пользу;

объявил неприемлемой остальную часть жалобы.


_____________________________

* Перевод с английского М. Виноградова.

*(1) Так в тексте, очевидно, речь идет о возможности обжалования только в надзорном порядке. - Примеч. перев.

*(2) Так в тексте. На самом деле речь, по-видимому, идет о Государственном унитарном предприятии "Дорожник" г. Саратова. - Примеч. перев.

Заявитель по делу "Аршинчикова против Российской Федерации" жалуется на то, что национальные суды обязали ее вернуть имущество, не приняв в расчет то, что соответствующие строения не могли быть отделены от земельного участка, на которое заявитель имела бесспорное право собственности. Кроме того, указывается на нарушение ст. 14 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (недопустимость дискриминации при осуществлении прав и свобод).

Европейский Суд, объявляя часть жалобы приемлемой, поскольку вопросы собственности поднимают сложные проблемы фактов и права, пояснил, что ст. 14 Конвенции дополняет другие материальные положения Конвенции и Протоколов к ней. Она не существует независимо, поскольку она применяется только относительно прав и свобод, гарантируемых указанными положениями. Ст. 14 Конвенции не может быть применена, если только факты по делу не подпадают под применение одного или нескольких таких материальных положений.

Суд не усмотрел в доводах заявителя никаких указаний на дискриминацию по признаку того, что заявитель является главой фермерского хозяйства, поэтому данная часть жалобы признана необоснованной.


Решение Европейского Суда по правам человека от 5 апреля 2005 г. по вопросу приемлемости жалобы N 73043/01 "Зинаида Аршинчикова (Zinaida Arshinchikova) против Российской Федерации" (Третья секция)


Перевод с английского М. Виноградова


Текст Решения опубликован в "Журнале российского права", 2005 г., N 5


Откройте нужный вам документ прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.