Постановление Европейского Суда по правам человека от 22 сентября 2005 г. Дело "Соколов (Sokolov) против Российской Федерации" (жалоба N 3734/02) (Первая секция)

Европейский Суд по правам человека
(Первая секция)


Дело "Соколов (Sokolov)
против Российской Федерации"
(Жалоба N 3734/02)


Постановление Суда


Страсбург, 22 сентября 2005 г.


По делу "Соколов против Российской Федерации" Европейский Суд по правам человека (Первая секция), заседая Палатой в составе:

X.Л. Розакиса, Председателя Палаты,

Ф. Тюлькенс,

С. Ботучаровой,

А. Ковлера,

Х. Гаджиева,

Д. Шпильманна,

С.Э. Йебенса, судей,

а также при участии С. Нильсена, Секретаря Секции Суда,

заседая 30 августа 2005 г. за закрытыми дверями,

вынес следующее Постановление:


Процедура


1. Дело было инициировано жалобой (N 3734/02), поданной в Европейский Суд 25 декабря 2001 г. против Российской Федерации гражданином России Михаилом Александровичем Соколовым (далее - заявитель) в соответствии со статьей 34 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

2. Власти Российской Федерации в Европейском Суде были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека П. Лаптевым.

3. 5 января 2004 г. Европейский Суд решил коммуницировать жалобу властям Российской Федерации. В соответствии с пунктом 3 статьи 29 Конвенции Европейский Суд решил рассмотреть данную жалобу одновременно по вопросу приемлемости и по существу.


Факты


Обстоятельства дела


4. Заявитель родился в 1956 году и проживает в г. Москве.


1. Судебное разбирательство по трудовому спору заявителя


5. В июле 1996 года заявитель подал гражданский иск против своего бывшего работодателя с требованием о выплате задолженности по заработной плате и компенсации морального ущерба.

6. 31 января 1997 г. и 4 декабря 1997 г. Никулинский районный суд г. Москвы выносил решения по делу заявителя, которые были впоследствии отменены судом кассационной инстанции.

7. Заявитель изменил свои исковые требования, требуя восстановления на работе, поскольку к этому времени его уволили.

8. В период с 13 июля 1998 г. по 18 мая 1999 г. Никулинский районный суд г. Москвы назначил тринадцать судебных заседаний, из которых заседание от 13 июля 1998 г. было перенесено по причине неявки заявителя, а восемь заседаний были перенесены в целях предоставления возможности бывшему работодателю заявителя представить дополнительные доказательства или ознакомится с материалами, представленными заявителем. Судебные заседания от 3 и 18 марта 1998 г. были перенесены по причине неявки ответчика.

9. 8 июня 1999 г. Никулинский районный суд г. Москвы частично удовлетворил иск заявителя.

10. В неустановленный день заявитель подал жалобу на действия службы судебных приставов, не обеспечивших исполнение судебного решения от 8 июня 1999 г. 17 ноября 1999 г. Никулинский районный суд г. Москвы подтвердил факт неисполнения службой судебных приставов судебного решения в установленные национальным законодательством сроки.

11. 26 ноября 1999 г. судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда оставила в силе судебное решение от 8 июня 1999 г. Данное судебное решение не было исполнено.

12. 14 декабря 2000 г. президиум Московского городского суда отменил судебные решения от 8 июня и 26 ноября 1999 г. и направил дело на рассмотрение в тот же суд в ином составе.

13. 23 января 2001 г. председатель Никулинского районного суда г. Москвы передал дело новому судье для рассмотрения.

14. Из 19 судебных заседаний, назначенных в период с 7 февраля 2001 г. по 19 декабря 2002 г., два судебных заседания были перенесены по ходатайству заявителя. Шесть судебных заседаний были перенесены по причине неявки ответчика и пять судебных заседаний - в целях предоставления ответчику времени для представления дополнительных доказательств. Три судебных заседания были перенесены по причине нахождения председательствующего судьи в отпуске или участия в других судебных процессах.

15. 22 января 2003 г. Никулинский районный суд г. Москвы вынес свое решение, которым он обязал ответчика восстановить заявителя на работе, выплатить ему заработную плату за период вынужденного прогула и удовлетворил частично требования заявителя о компенсации морального вреда.

16. 28 июля 2003 г. судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда оставила судебное решение от 22 января 2003 г. без изменения.


2. Исполнительное производство


17. 6 марта 2003 г. службой судебных приставов было возбуждено исполнительное производство по судебному решению от 22 января 2003 г.

18. 15 апреля 2003 г. Никулинский районный суд г. Москвы по запросу службы судебных приставов приостановил исполнительное производство до прояснения судебного решения от 22 января 2003 г.

19. Заявитель направил в Никулинский районный суд г. Москвы жалобу на то, что судебное решение от 22 января 2003 г., оставленное без изменения определением от 28 июля 2003 г., не было исполнено. 13 августа 2003 г. Никулинский районный суд г. Москвы отклонил жалобу заявителя, установив, что исполнительное производство было приостановлено на законных основаниях.

20. 4 сентября 2003 г. Никулинский районный суд г. Москвы вынес определение о пояснении судебного решения от 22 января 2003 г., оставленного без изменения определением от 28 июля 2003 г., и установил, что заявитель должен быть незамедлительно восстановлен на работе в своей бывшей должности. Суд возобновил исполнительное производство.

21. 9 февраля 2004 г. работодатель заявителя издал приказ о восстановлении заявителя на работе в его бывшей должности. 17 февраля 2004 г. заявитель попросил своего работодателя предоставить ему ежегодный отпуск за все годы его отсутствия на работе начиная с 1996 года и уволить его после выхода из отпуска.

22. 19 февраля 2004 г. служба судебных приставов обратилась в Никулинский районный суд г. Москвы с ходатайством о приостановлении исполнительного производства до возвращения заявителя из отпуска.

23. 14 апреля 2004 г. Никулинский районный суд г. Москвы приостановил исполнительное производство до окончания отпуска заявителя. 7 июня 2004 г. заявитель обжаловал данное судебное решение.

24. 15 июня 2004 г. Никулинский районный суд г. Москвы отказал заявителю в передаче его кассационной жалобы на рассмотрение, поскольку заявитель пропустил срок для ее подачи.


Право


I. Предполагаемое нарушение пункта 1 Статьи 6 Конвенции


25. Заявитель жаловался на то, что длительность судебного разбирательства по его делу была несовместимой с требованием о "разумном сроке", установленном в пункте 1 статьи 6 Конвенции, который гласит:


"Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях ... имеет право на ... разбирательство дела в разумный срок ... судом ...".


А. Приемлемость


26. Власти Российской Федерации утверждали, что заявитель более не является жертвой нарушения, поскольку национальные суды удовлетворили его иск.

27. Заявитель не согласился с доводами властей Российской Федерации.

28. Однако даже если предположить, что частичное удовлетворение иска заявителя может рассматриваться как благоприятный результат судебного разбирательства, Европейский Суд отметил, что такой результат прямо не связан с длительностью судебного разбирательства и, таким образом, не может прямо или косвенно рассматриваться как признание нарушения статьи 6 Конвенции или как компенсация ущерба, предположительно причиненного заявителю чрезмерной длительностью судебного разбирательства (см., mutatis mutandis, Решение Европейской Комиссии по делу "Бюрн против Дании" (Byrn v. Denmark) от 1 июля 1992 г., жалоба N 13156/87, Decisions and Reports (DR) 74, р. 5). Соответственно, возражения властей Российской Федерации должны быть отклонены.

29. Европейский Суд отметил, что данная часть жалобы не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Далее он отметил, что она не является неприемлемой по иным основаниям. Таким образом, данная часть жалобы объявляется приемлемой.


В. По существу


1. Период времени, принимаемый во внимание


30. Власти Российской Федерации утверждали, что судебное разбирательство началось в июле 1996 года и закончилось 28 июля 2003 г. вынесением окончательного решения судебной коллегией по гражданским делам Московского городского суда.

31. Заявитель утверждал, что ни одно из судебных решений по его делу, включая решение от 28 июля 2003 г., не было исполнено. По его мнению, длительность исполнительного производства должна быть включена в общую длительность судебного разбирательства.

32. Европейский Суд придерживается мнения, что период времени с июля 1996 года по 9 февраля 2004 г. должен рассматриваться целиком, поскольку на государстве лежит обязанность исполнить судебное решение с момента его вынесения. Таким образом, период времени, в который имело место исполнительное производство, должен рассматриваться как неотъемлемая часть "судебного разбирательства" по смыслу статьи 6 Конвенции и должен быть включен в общую длительность судебного разбирательства (см. Решение Европейского Суда по делу "Кравчук против Российской Федерации" (Kravchuk v. Russia) от 1 февраля 2005 г., жалоба N 72749/01, и Решение Европейского Суда по делу "Иванова против Российской Федерации" (Ivanova v. Russia) от 1 апреля 2004 г., жалоба N 74705/02). Европейский Суд счел, что судебное разбирательство продолжалось с июля 1996 года по 9 февраля 2004 г., когда работодатель заявителя издал приказ о восстановлении заявителя на работе.

33. Таким образом, судебное разбирательство длилось более семи лет и семи месяцев. Европейский Суд счел, что принимаемый во внимание период времени начался 5 мая 1998 г., когда Конвенция вступила в силу в отношении России. Соответственно, в настоящем деле как минимум пять лет и девять месяцев подпадают под компетенцию Европейского Суда ratione temporis.


2. Обоснованность длительности судебного разбирательства


34. Власти Российской Федерации утверждали, что задержки при рассмотрении иска заявителя имели место по причине систематических неявок заявителя на судебные заседания. Двадцать три судебных заседания были перенесены по причине его отсутствия. Более того, заявитель неоднократно изменял свои исковые требования. По этой причине было перенесено тринадцать судебных заседаний для предоставления ответчику времени для представления суду новых доказательств.

35. Заявитель утверждал, что он являлся на все судебные заседания, за исключением заседания от 13 июля 1998 г., поскольку он не был на него вызван повесткой. Заявитель указал, что власти Российской Федерации не указали конкретные даты судебных заседаний, на которые он предположительно не явился, за исключением заседания от 13 июля 1998 г. Изменение исковых требований нельзя ему ставить в вину, поскольку он был вынужден сделать это по причине своего увольнения и изменения правового статуса работодателя.

36. Европейский Суд напомнил, что обоснованность длительности судебного разбирательства должна оцениваться в свете всех обстоятельств дела и со ссылкой на следующие критерии: сложность дела, действия заявителя и соответствующих органов власти и важность рассматриваемого в рамках дела вопроса для заявителя (см., среди прочих прецедентов, Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Фридлендер против Франции" (Frydlender v. France), жалоба N 30979/96, ECHR 2000-VII, §43).

37. Европейский Суд отметил, что дело не было особенно сложным для вынесения по нему решения по существу. Соответственно, Европейский Суд счел, что общий период времени более семи лет не может сам по себе считаться удовлетворяющим требованию "разумного срока" пункта 1 статьи 6 Конвенции.

38. Европейский Суд отметил, что у сторон имеются разногласия по вопросам фактов относительно явки заявителя на судебные заседания. Как следует из списка судебных заседаний, указанных властями Российской Федерации в их меморандуме, заявитель присутствовал на всех судебных заседаниях, за исключением заседания от 13 июля 1998 г. Власти Российской Федерации не указали других судебных разбирательств, на которые заявитель не явился. Таким образом, Европейский Суд счел установленным, что заявитель отсутствовал на судебном заседании от 13 июля 1998 г. Независимо от причин отсутствия заявителя задержка от такой неявки была незначительной. Относительно довода властей Российской Федерации о том, что заявитель несет ответственность за задержки в судебном заседании, изменяя свои исковые требования, Европейский Суд напомнил, что заявителю нельзя ставить в вину использование всех выгод средств, предоставляемых ему национальным законодательством при защите своих интересов (см., mutatis mutandis, Постановление Европейского Суда по делу "Ягчи и Саргин против Турции" (Yagci and Sargin v. Turkey) от 8 июня 1995 г., Series А, N 319-А, §66).

39. Однако Европейский Суд счел, что по вине национальных властей имели место значительные периоды бездействия, в отношении которых власти Российской Федерации не привели убедительных объяснений. Более года, с 26 ноября 1999 г. по 14 декабря 2000 г., исполнительное производство тянулось без видимого прогресса. Национальные суды установили, что служба судебных приставов была ответственна за бездействие при исполнении судебного решения. Общая длительность задержек, возникшая по причине отсутствия судьи и его участия в других судебных разбирательствах, составляет примерно семь месяцев. Европейский Суд также счел, что необычно, чтобы в не особенно сложном деле такое большое количество судебных заседаний было перенесено в целях предоставления ответчику дополнительного времени для представления дополнительных доказательств (см., для сравнения, Постановление Европейского Суда по делу "Ди Педе против Италии" (Di Pede v. Italy) от 26 сентября 1996 г., Reports of Judgments and Decisions 1996-IV).

40. Более того, Европейский Суд отметил, что действия ответчика являлись одно из причин затягивания судебного разбирательства. По мнению Европейского Суда, национальные власти не предприняли адекватных мер для обеспечения явки ответчика в суд. Ответчик не явился, как минимум, восемь раз, что привело к задержке примерно в семь месяцев. Ничто не свидетельствует о том, что суд каким-либо образом отреагировал на такие действия ответчика. Соответственно, Европейский Суд счел, что национальные суды не предприняли мер, предусмотренных национальным законодательством, для применения санкций к участникам судебного разбирательства и для обеспечения того, чтобы дело было рассмотрено в разумный срок (см., mutatis mutandis, Постановление Европейского Суда по делу "Кушмерек против Польши" (Kusmierek v. Poland) от 21 сентября 2004 г., жалоба N 10675/02, §65).

41. Наконец, Европейский Суд напомнил, что трудовые споры обычно требуют особого усердия со стороны национальных судов (см. Постановление Европейского Суда по делу "Руотоло против Италии" (Ruotolo v. Italy) от 27 февраля 1992 г., Series А, N 230-D, р. 39, §17). Принимая во внимание общую длительность судебного разбирательства, Европейский Суд пришел к выводу о том, что дело заявителя не было рассмотрено в разумный срок. Соответственно, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.


II. Предполагаемое нарушение Статьи 13 Конвенции


42. Далее заявитель жаловался на то, что в России не существует органа власти, в который можно было бы подать жалобу на чрезмерную длительность судебного разбирательства. Данная часть жалобы должна быть рассмотрена в свете статьи 13 Конвенции, которая гласит:


"Каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве".


43. Власти Российской Федерации утверждали, что неоднократно заявитель успешно обжаловал судебные решения, вынесенные по его делу, в вышестоящие суды.


А. Приемлемость жалобы


44. Европейский Суд отметил, что данная часть жалобы не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Далее Европейский Суд отметил, что не является она неприемлемой и по иным основаниям. Таким образом, она должна быть объявлена приемлемой.


В. По существу


45. Европейский Суд напомнил, что статья 13 Конвенции гарантирует наличие эффективных средств правовой защиты ввиду предполагаемого нарушения требования пункта 1 статьи 6 Конвенции о рассмотрении дела в разумный срок (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Кудла против Польши" (Kudla v. Poland), жалоба N 30210/96, ECHR 2000-XI, §156). Европейский Суд отметил, что власти Российской Федерации не указали средство правовой защиты, которое могло бы ускорить рассмотрение дела заявителя или предоставить ему адекватную компенсацию за задержку при рассмотрении, уже имеющую место (см. Постановление Европейского Суда по делу "Кормачева против Российской Федерации" (Kormacheva v. Russia) от 29 января 2004 г., жалоба N 53084/99, §64). В частности, власти Российской Федерации не пояснили, каким образом обжалование судебного решения по существу дела могло ускорить судебное разбирательство или как заявитель мог добиться соблюдения его прав - превентивно или компенсационно - посредством обжалования судебного решения по существу дела в вышестоящие суды.

46. Соответственно, Европейский Суд счел, что в настоящем деле имеет место нарушение статьи 13 Конвенции по причине отсутствия в национальном законодательстве средств правовой защиты, с помощью которых заявитель мог бы добиться вынесения судебного решения, подтверждающего его право на рассмотрение его дела в разумный срок, как это установлено в пункте 1 статьи 6 Конвенции.


III. Иные предполагаемые нарушения Конвенции


47. Наконец, Европейский Суд рассмотрел остальную часть жалобы, поданную заявителем. Однако принимая во внимание представленные ему материалы дела, Европейский Суд счел, что данная часть жалобы не раскрывают признаков нарушения прав и свобод, гарантируемых Конвенцией или Протоколами к ней. Следовательно, данная часть жалобы должна быть отклонена как явно необоснованная в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.


IV. Применение Статьи 41 Конвенции


48. Статья 41 Конвенции гласит:


"Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".


А. Ущерб


49. Заявитель потребовал присудить ему сумму в размере 930 141 рубля 64 копейки в качестве компенсации материального ущерба и 435 341 рубля 12 копеек в качестве компенсации морального вреда.

50. Власти Российской Федерации сочли такие требования чрезмерными и необоснованными.

51. Европейский Суд не усмотрел причинно-следственной связи между установленным нарушением и предполагаемым материальным ущербом; таким образом, он отклонил это требование. Вместе с тем, Европейский Суд согласился с тем, что заявителю причинены страдания, чувство беспокойства и разочарования, обостренные необоснованной длительностью судебного разбирательства и отсутствием эффективных средств правовой защиты в отношении нарушения требования о рассмотрении его дела в разумный срок. Исходя из принципа справедливости, Европейский Суд присудил заявителю 2400 евро в качестве компенсации морального вреда плюс сумму любых налогов, которые могут быть установлены к этой сумме.


В. Судебные расходы и издержки

ГАРАНТ:

Нумерация пунктов приводится в соответствии с источником


51. Заявитель не предъявил требований в отношении судебных расходов и издержек, понесенных в национальных судах и в Европейском Суде.

52. Соответственно, Европейский Суд не присудил заявителю компенсацию в связи с этим.


С. Процентная ставка при просрочке платежа


53. Европейский Суд счел, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента.


На этих основаниях Суд единогласно:


1) объявил часть жалобы, касающуюся длительности судебного разбирательства и отсутствия эффективных средств правовой защиты в связи с этим, приемлемой, а остальную часть жалобы неприемлемой;

2) постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции;

3) постановил, что имело место нарушение статьи 13 Конвенции;

4) постановил,

(а) что государство-ответчик должно выплатить заявителю в трехмесячный срок после вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции 2400 (две тысячи четыреста) евро в качестве компенсации морального вреда, подлежащие переводу в российские рубли, плюс сумма любого налога, который может быть начислен на указанную сумму;

(b) что простые проценты по предельным годовым ставкам по займам Европейского центрального банка плюс три процента подлежат выплате по истечении вышеупомянутых трех месяцев и до момента выплаты;

5) отклонил остальные требования заявителя о справедливой компенсации.


Совершено на английском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 22 сентября 2005 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 Правила 77 Регламента Суда.


Секретарь Секции Суда

Серен Нильсен


Председатель Палаты

Христос Розакис



Постановление Европейского Суда по правам человека от 22 сентября 2005 г. Дело "Соколов (Sokolov) против Российской Федерации" (жалоба N 3734/02) (Первая секция)


Текст Постановления опубликован в Бюллетене Европейского Суда по правам человека. Российское издание. N 5/2006.


Перевод для издания предоставлен Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека П. Лаптевым


Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.