Обзор решений Европейского Суда по правам человека по российским жалобам за сентябрь 2006 г.

Обзор
решений Европейского Суда по правам человека по российским жалобам за сентябрь 2006 г.
(подготовлен юристами Центра содействия международной защите и Центра "Демос")


Общие сведения о принятых Европейским судом в сентябре 2006 г. постановлениях


В сентябре Европейский суд вынес 8 постановлений по существу жалоб в отношении РФ.

Большинство постановлений касается вопросов длительности судебного разбирательства и пересмотра вступивших в законную силу судебных решений в порядке надзора. В частности, эти вопросы были подняты в жалобе Uglanova v. Russia. Заявительница в 1996 году инициировала гражданский иск, касавшийся определения наследственных прав на квартиру. Свердловский районный суд г. Иркутска 6 мая 1998 года вынес решение по иску, 30 декабря 1998 это решение было оставлено в силе кассационным определением Иркутского областного суда. Впоследствии по данному делу в порядке надзора приносился четыре раза, в результате чего, первоначальное решение иркутских судов четыре раза пересматривалось. Окончательное судебное решение было принято 7 апреля 2003 г. в надзорном порядке Президиумом Иркутского областного суда. Заявительница стремилась обжаловать длительность судебного разбирательства по ее делу. Она обращалась к председателю Свердловского районного суда г. Иркутска, в Иркутский областной суд, в Комиссию по правам человека при губернаторе Иркутской области, в квалификационную коллегию Иркутского областного суда, в квалификационную коллегию Верховного Суда РФ, в Верховный Суд РФ. Так же она жаловалась в Законодательное собрание Иркутской области, Уполномоченному по правам человека РФ и Президенту РФ.

При рассмотрении дела заявительницы в Европейском суде Государство-ответчик утверждало, что рассмотрение было затянуто по вине второй стороны процесса, которая не являлась на судебные заседания. Суд не согласился с этой позицией. По мнению Суда, одна из сторон дела не должна страдать из-за неявок второй стороны. Суд также счел, что дело не относилось к разряду сложных, поскольку оно касалось спора только двух лиц. Суд так же отметил, что протяженность разбирательства во многом была обусловлена ненадлежащими действиями властей, поскольку пересмотр дела в надзорном порядке производился из-за того, что суд первой инстанции рассмотрел доказательства ненадлежащим образом. На этом основании Суд признал нарушение права на справедливое судебное разбирательство в разумный срок и присудил заявительнице компенсацию морального вреда в размере 2400 евро и 30 евро компенсации судебных издержек.

В деле Kornev v. Russia заявитель обжаловал неисполнение двух судебных решений, вынесенных в его пользу. Первым решением ему была присуждена денежная компенсация за незаконное привлечение к уголовной ответственности. Это решение не исполнялось в течение 13 месяцев. Вторым решением заявителю было предоставлено право льготного получения жилья. Через три года после вынесения решения о предоставлении квартиры, Верховный Суд РФ по просьбе заявителя изменил форму исполнения решения, заменив право на получение квартиры денежной выплатой в размере 290 400 рублей. Эта сумма была выплачена заявителю еще через год. Таким образом, первоначальное решение суда не исполнялось 4 года. Государство-ответчик утверждало, что решение не было исполнено в срок по вине заявителя, который трижды отказывался от предложенных ему квартир, поскольку они не соответствовали санитарным требованиям, а также отказался от предоставленного ему займа на покупку квартиры. Суд не принял этот аргумент и признал нарушение права на справедливое судебное разбирательство в совокупности с правом собственности. Суд присудил заявителю 3100 евро компенсации морального вреда.

В жалобе Tarasov v. Russia заявитель также обжаловал длительное неисполнение судебного решения о выделении квартиры. Решение было вынесено 17 июня 2002 г., и вступило в силу 12 августа 2002 г. Решение не исполнялось в течение двух лет. Ответственная за исполнение решения администрация г. Дубны не исполняла решения ссылаясь на отсутствие квартир в ее распоряжении. Заявитель пытался обжаловать бездействие администрации в судебном порядке. 24 февраля 2005 г. администрация подписала мировое соглашение с заявителем, согласно которому обещала предоставить ему квартиру в 2005 г., а он отозвал свои жалобы. В августе 2005 г. администрация города купила заявителю квартиру. Несмотря на то, что решение о предоставлению заявителю квартиры в конечном счете было исполнено, Европейский суд признал, что право на справедливое судебное разбирательство и право собственности в данном случае были нарушены, поскольку решение не было исполнено в течение почти трех лет, и государство-ответчик не вправе ссылаться на отсутствие средств в бюджете в качестве оправдания неисполнения судебных решений. Суд назначил заявителю компенсацию морального вреда в размере 2400 евро и 30 евро компенсации судебных издержек.

По жалобе Chernyshov and 11 Others v. Russia Суд признал нарушение разумности сроков исполнения судебных решений в отношении заявителей: все решения были вынесены в 2000-2001 годах и к моменту рассмотрения дела в Страсбурге исполнены не были. Суд обязал Государство-ответчика выплатить присужденные суммы в трехмесячный срок. При этом Суд не назначил никакой компенсации заявителям, так как они не представили своих требований по справедливой компенсации.

Среди принятых в сентябре постановлений о сроках судебного разбирательства, применения надзорных процедур и исполнения судебных решений наиболее примечательными являются постановления по делам Borshchevskiy v. Russia, Prisyazhnikova and Dolgopolov v. Russia и Silchenko v. Russia. Также внимания заслуживает постановление по делу Andandonskiy v. Russia, в котором рассматривается вызов свидетелей в контексте справедливости судебного разбирательства по уголовному делу. Анализу этих постановлений посвящены специальные разделы обзора.


Обзор решений по вопросу приемлемости


К 10 октября на сайте Европейского суда было размещено 9 решений по вопросу приемлемости: 4 жалобы были вычеркнуты из списка, две были признаны неприемлемыми, и три частично приемлемыми.

Жалоба Raguzina v Russia была вычеркнута из списка рассматриваемых Судом дел. Суд пришел к выводу, что заявительница не может быть признана жертвой нарушения Конвенции. Сын заявительницы был незаконно привлечен к уголовной ответственности. В связи с этом 4 апреля 2002 года ему была присуждена компенсация. 19 июня 2002 года суд выдал исполнительный лист, а 20 июня 2002 года сын заявительницы умер. 22 июля 2002 года судебные приставы возвратили заявительницы исполнительный лист, указав, что ей необходимо выслать его в адрес Министерства Финансов. Но заявительница не сделала этого. Решение не было исполнено. Суд вычеркнул жалобу из списка, поскольку решение национальных судов напрямую не затрагивало ее права, и она не предприняла необходимых действий, чтобы ее признали правопреемницей ее сына. Жалобы Slavnaya v Russia и Kalinkin v Russia были вычеркнуты из списка, поскольку заявители отозвали жалобы далее: им выплатили задолженности по судебным решениям, в результате чего предмет спора был исчерпан. Жалоба Pyatko and others v Russia была также вычеркнута из списка, поскольку заявители и Государство-ответчик заключили мировое соглашение.

Жалобы Sirotin v Russia и Kholodovy v Russia были признаны неприемлемыми. В деле Sirotin v Russia заявитель обжаловал длительное неисполнение судебного решения. Как следовало из обстоятельств дела, решение в пользу заявителя было исполнено в течение пяти месяцев. По мнению Европейского Суда и такая задержка не отразилось существенно на правах заявителя.

Жалоба Kholodovy v Russia была подана родителями журналиста Дмитрия Холодова, убитого в 1994 году. Они жаловались на то, что убийство их сына и последующее расследование, являлись нарушением статьи 2 и 13 Конвенции (право на жизнь и право на эффективное средство защиты). Так же заявители утверждали, что судебное разбирательство по делу об убийстве сына производилось с нарушениями и не соответствовало принципам справедливости. Они также полагали, что было нарушено их право на доступ к правосудию, поскольку национальное законодательство не предоставляет возможности взыскать компенсацию материального и морального вреда за причиненный преступлением ущерб в случае оправдания обвиняемого. Кроме того, они жаловались на нарушение права на свободу слова в отношении их сына.

Суд признал неприемлемыми все пункты жалобы. Суд счел, что не вправе рассматривать убийство Холодова и последующее расследование, так как предполагаемое нарушение и имело место в 1994 году, задолго до того, как Россия признала юрисдикцию Суда. Более того, национальные органы начали расследование так же задолго ратификации Конвенции Россией. Суд так же отметил, что родители Холодова не оформили статус гражданских истцов в уголовном процесса по делу о смерти сына. Таким образом, действие статьи 6 Конвенции, гарантирующей справедливое судебное разбирательство, если речь идет об уголовном обвинении в отношении заявителя или о его гражданских правах и обязанностях, на них не распространяется. Кроме того, неоформление статуса гражданских истцов в уголовном процессе означает, что они не исчерпали внутренних средств защиты применительно к жалобе на нарушение права на доступ к правосудию. Суд также отклонил жалобу на нарушение свободы слова, поскольку это право принадлежало непосредственно Дмитрию Холодову и не могло быть передано заявителями.

Частично приемлемыми были признаны жалобы Bykov v Russia, Medov v Russia, Silin v Russia. Все три жалобы касаются вопросов уголовного судопроизводства. По жалобе Bykov v Russia Суд признал приемлемыми вопросы обоснованности и длительности его содержания под стражей, вопросы соответствия требованиям справедливого судебного разбирательства доказательств, полученных в результате милицейской операции, а также вопросы вмешательства в частную жизнь Быкова. Жалоба Medov v Russia касается вопросов задержания и заявителя и применения пыток к нему на территории Чечни. Суд признал приемлемыми вопросы применения пыток и отсутствия эффективных средств защиты. Остальные пункты жалобы были отклонены. Жалоба Silin v Russia была признана приемлемой в части, касающейся длительности судебного разбирательства по его делу.


Дело Borshchevskiy v. Russia: Суд счел, что существует причинно-следственная связь между отменой решения в надзорном порядке и материальным ущербом, причиненным заявителю


Это постановление Европейского Суда показывает позицию этого органа относительно долговых обязательств государства перед своими гражданами. В постановлении рассматривались следующие фактические обстоятельства.

Заявитель был работником промышленного объединения "Мосэнергострой", и участвовал в ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС. В 1989 году он был признан инвалидом 2 группы. Ему выплачивалась и выплачивается компенсация за потерю трудоспособности. До 2 марта 1996 года эти компенсации выплачивались работодателем. Со 2 марта 1996 года до 1 февраля 2002 года - Ступинским отделением Пенсионного фонда, а с 1 февраля 2002 года до настоящего времени - Комитетом социального обеспечения Ступинского района.

В 1997 году заявитель подал иск, в связи с тем, что с 1989 года по март 1996 года ему неправильно начислялась компенсация. Иск был частично удовлетворен судом 15 апреля 1997 года. Однако 7 июля 1997 года вышестоящая инстанция отменила это решение в связи с тем, что ответчиком должны были быть признаны органы социального страхования. Дело было направлено на новое рассмотрение. 18 декабря 1997 года в повторном решении суд указал, что ежемесячные платежи заявителю должны составлять 15 035 рублей. В 2002 году заявитель обратился в суд с просьбой дополнительно указать в решении, что Ступинский пенсионный фонд со 2 марта 1996 года является преемником его работодателя в части выплаты ему компенсации в связи с утерянным заработком. Решением от 5 апреля 2002 года суд изменил решение от 18 декабря 1997 года, и указал, что со 2 марта 1996 года Ступинский пенсионный фонд обязан платить заявителю вместо его бывшего работодателя присужденную ему сумму с учетом увеличивающегося уровня минимальной месячной оплаты труда. Это решение не было обжаловано в кассационном порядке. Однако Ступинский пенсионный фонд компенсацию не выплачивал, и заявитель обратился в суд за исполнительным листом.

14 октября 2002 года суд вынес решение, что Ступинский пенсионный фонд из средств казны обязан выплатить 5 412 251 рубль 81 копейку в счет погашения всех задолженностей перед заявителем. Заявитель направил исполнительный лист в Министерство Финансов, которое переадресовало его Министерству труда и социального обеспечения. Министерство труда, в свою очередь, направило лист в Московский областной Комитет социального страхования. Московский областной комитет социального страхования 13 февраля 2003 года сообщил заявителю, что он принял исполнительный лист к производству, но выплата задолженности возможна только в порядке очереди и только в рамках имеющихся бюджетных средств.

9 июня 2003 года служба судебных приставов Московской области возбудила исполнительное производство и предписала комитету выплатить задолженность в течение 5 дней. Районный суд 13 августа 2003 года вынес решение о том, что разрешается растянуть выплату задолженности на двадцать месяцев. 1 сентября 2003 года суд разъяснил решение от 13 августа, указав, что платежи должны быть произведены равными суммами, и решение вступает в силу незамедлительно.

28 октября 2003 года решение от 13 августа 2003 было отменено. По результатам повторного рассмотрения, 10 декабря 2003 года районный суд отказал в удовлетворении заявления Ступинского пенсионного фонда об изменении должника и оставил решение в силе. Ступинский пенсионный фонд 2 февраля 2004 года обратился в Московский пенсионный фонд с просьбой выделить необходимые средства для выплаты задолженности заявителю. В своем ответе от 5 февраля 2004 года Московский пенсионный фонд сообщил, что он в свою очередь обратился в Министерство труда и социального обеспечения, чтобы оно выделило необходимые суммы компенсации в размере 5 412 251 рублей 81 копейки.

6 февраля 2004 года Верховный Суд РФ принял к своему надзорному производству жалобу на решение районного суда от 5 апреля 2002 года, которым обязанность по выплате компенсационных сумм возлагалась на Ступинский пенсионный фонд. Решениям Верховного Суда исполнительное производство было приостановлено.

21 мая 2004 года Верховный Суд РФ принял решение о направлении дела на рассмотрение в порядке надзора в суд субъекта федерации. 22 июля 2004 года решение от 5 апреля 2002 года было отменено и дело вернулось на рассмотрение в районный суд. В решении от 13 сентября 2004 года районный суд, что его предыдущее решение от 5 апреля 2002 года было принято за рамками полномочий суда, поскольку ГПК РФ не предусматривает возможности вынесения решения в такой ситуации.

В Европейском суде заявитель настаивал, что отмена решения от 5 апреля 2002 года в надзорном порядке через два года после того, как оно вступило в силу, нарушает его право на справедливое судебное разбирательство и право на защиту имущества. Государство-ответчик в качестве возражения указывало, что рассмотрение в надзорном порядке не было исключительным, поскольку оно было возбуждено по жалобе одной из сторон дела.

Европейский суд в данном случае учел, что надзорное производство было возбуждено спустя два года с момента вынесения решения, а новый ГПК, позволил обжаловать в надзорном порядке в течение года любые решения, вступившие в силу до 1 февраля 2003 года. Суд еще раз подчеркнул, что вступившее в законную силу решение может быть пересмотрено только в исключительных обстоятельствах. При этом пенсионный фонд не исчерпал обычный порядок обжалования, поскольку не использовал возможность обжаловать в кассационном порядке решение от 5 апреля 2002 года и решение от 14 октября 2002 года. Более того, представитель пенсионного фонда не присутствовал на судебном заседании 14 октября 2002 года, хотя был надлежащим образом уведомлен. Кроме того, Суд отметил, что заявитель не был проинформирован об обращениях пенсионного фонда с просьбой инициировать надзорные процедуры. Таким образом, у заявителя не было возможности представить свои возражения. В связи с этим, Суд счел, что был нарушен принцип устойчивости судебных решений, являющийся неотъемлемым элементом права на справедливое судебное разбирательство.

Суд также указал, что определенная судебным решением сумма компенсации является "имуществом" с точки зрения защищающей право собственности статьи 1 Протокола 1 к Конвенции. С этой точки зрения отмена вступившего в силу законного решения суда привела к тому, что заявитель не смог своевременно получить присужденную ему сумму, что является нарушением права собственности. Суд также счел, что неисполнением решения нарушен принцип разумности сроков рассмотрения дела, гарантированный статьей 6 Конвенции.

Требования заявителя о компенсации материального вреда включали в себя сумму, полагающуюся ему по решению национального суда (эквивалентную 154 500 Евро), а так же проценты с этой суммы. Государство-ответчик утверждало, что эти требования необоснованны, поскольку судебное решение о назначении заявителю компенсационных выплат было отменено в порядке надзора. Однако Суд усмотрел прямую причинно-следственную связь между нарушением требований Конвенции и отсутствием у заявителя возможности получить назначенные ему компенсационные выплаты. Таким образом, Суд постановил выплатить заявителю суммы, полагающиеся по решению национального суда, а так же компенсацию за пользование его денежными средствами в размере 6 100 Евро. Общая сумма компенсации материального вреда составила, таким образом, 160 000 Евро. Кроме того, Суд назначил заявителю 3000 Евро компенсации морального вреда. Безусловно, не следует полагать, что в каждом случае Суд будет присуждать такую материальную компенсацию. Меж тем, это означает, что использование надзорного производства не может использоваться с целью уменьшения долговых обязательств государства перед гражданами.


Дело Prisyazhnikova and Dolgopolov v. Russia: Суд выявил еще ряд недостатков в процедуре надзорного пересмотра судебных решений


Основанием для обращения заявителей в Страсбург послужили следующие фактические обстоятельства. 17 марта 2003 года в пользу заявителей было вынесено решение о выплате по обязательствам государственного займа. В соответствии с решением, на Министерство Финансов возлагалось обязательство уплатить 112  441 рублей 80 копеек в пользу Присяжниковой и 107 327 рублей 82 копейки в пользу Долгополова. Министерство Финансов подало кассационную жалобу. Однако 23 апреля 2003 года Верховный Суд Якутии оставил решение первой инстанции без изменения, а жалобу без удовлетворения. После вступления решения в законную силу, 15 мая 2003 года было возбуждено исполнительное производство. Следует отметить, что на момент рассмотрения дела Европейским судом решение в пользу Присяжниковой и Долгополова так и не было исполнено.

В 2003-2004 годах Министерства Финансов неоднократно подавало надзорные жалобы по делу. Верховный Суд Якутии отказал в приеме первой жалобы 11 августа 2003 года, в приеме второй жалобы - 20 октября 2003 года. Третья жалоба была принята к производству председателем Верховного Суда Якутии 30 сентября 2004 года. 14 октября 2004 г. Президиум Верховного Суда Якутии в составе пяти судей пришел к выводу, что были допущены ошибки в расчетах возмещения по обязательствам государственного займа. В результате иск заявителей был отклонен как не основанный на законодательстве.

При рассмотрении данного дела Европейский суд отметил, что надзорное производство было начато через исключительно длительный период времени - тринадцать месяцев. При этом ГПК РФ устанавливает ограничительный срок равный одному году для подачи надзорной жалобы, начиная с той даты, когда решение вступило в силу. Однако "судебными решениями" являются не только решения по существу, но и промежуточные решения (в качестве таковых могут рассматриваться и решения об отказе в приеме надзорной жалобы). Такие промежуточные решения могут считаться основанием для "обновления" отсчета пресекательного срока для подачи надзорной жалобы. Эта неопределенность в исчислении сроков позволила ответчику - Министерству Финансов - добиться рассмотрения соей надзорной жалобы, несмотря на то, что она была подана по истечению года с момента вступления в силу решения по существу дела. Более того, все жалобы содержали одинаковые основания для пересмотра решения. При этом первая из них рассматривалась и была отклонена судьей Верховного Суда республики, а вторая и третья рассматривались Председателем Верховного Суда республики, который сначала отказал в принятии жалобы, а потом принял решение о ее рассмотрении. По нормам действующего закона председатель суда имеет право пересмотреть решение любого судьи о принятии или отклонении надзорной жалобы, и ГПК РФ не устанавливает каких-либо временных ограничений для этого. ГПК РФ также не определяет никаких пределов для такого пересмотра. Председатель суда имеет неограниченные полномочия по пересмотру решений судьи о надзорном производстве, и простое несогласие с позицией судьи является достаточным основанием для отмены решения.

Рассмотрев все эти особенности, Европейский суд пришел к выводу, что отмена решения от 17 марта 2003 года в надзорном порядке нарушила принцип правовой определенности. Суд также признал нарушение разумности сроков исполнения судебных актов и права собственности.

Суд назначил заявителям компенсацию материального вреда в размере суммы, которая им полагалась по решению российского суда от 17 марта 2003 года. Кроме того, Суд постановил уплатить каждому из заявителей компенсацию морального вреда в размере 2400 Евро.

На наш взгляд, это постановление имеет принципиальный характер и показывает наличие определенной тенденции в практике Европейского суда. Во-первых, Суд продолжает изучать и оценивать нормы, касающиеся надзорного производства, и выявлять все новые и новые пробелы российского законодательства в этой области. Во-вторых, Суд явно выразил свое недоумение по поводу неограниченных полномочий председателей судов. Данное решения является первым в череде решений о роли председателей судов, но есть все основания полагать, что не последним.


Дело Silchenko v. Russia: несвоевременное исполнение решения национальных судов может быть рассмотрено Европейским судом как причинение материального вреда


Заявитель был участником ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС. В его пользу было вынесено четыре судебных решения о компенсации неправильно рассчитанных социальных платежей, а также о размере ежемесячных социальных выплат. Эти решения не исполнялись, в связи с чем, заявитель направил жалобу в Европейский суд. К моменту рассмотрения дела в Европейском суде задолженность перед заявителем была ликвидирована. Государство-ответчик предлагало заявителю заключить мировое соглашение, но он отказался, сославшись на то, что не доверяет Государству-ответчику, которое многократно не исполняло свои обязательства.

При рассмотрении жалобы Суд установил, что задержки в исполнении решений по искам заявителя объяснялись тем, что пенсионный фонд не располагал достаточными средствами. Суд еще раз указал, что Государство-ответчик не вправе таким образом оправдывать неисполнение своих долговых обязательств. На этом основании Суд пришел к выводу о нарушении права заявителя на справедливое судебное разбирательство и права собственности.

Заявитель представил в Суд не только требования о компенсации морального вреда. Он попросил материальной компенсации за то, что Государство-ответчик пользовалось его денежными средствами. Свои требования заявитель обосновывал нормами ГК РФ. Суд принял его аргументы, хотя существенно уменьшил саму сумму компенсации материального вреда. В итоге, заявителю было назначено 13 000 Евро компенсации материального вреда и 4 000 Евро компенсации морального вреда.


Дело Andandonskiy v. Russia: отказ в вызове свидетеля в суд не во всех случаях влечет признание нарушения статьи 6 Конвенции


В рамках данного дела Европейский суд рассматривал следующие фактические обстоятельства. 13 июня 2000 года в отношении заявителя было возбуждено уголовное дело по подозрению в покушении на убийство. Заявитель был признан виновным в умышленном причинением тяжкого вреда здоровью и приговорен к двум годам лишения свободы 31 января 2002 года. На основании акта об амнистии, заявитель был освобожден от отбывания наказания. При этом, в соответствии с приговором суда он был обязан возместить материальный и моральный вред потерпевшему.

Из приговора в отношении заявителя следует, что 7 апреля 2000 года в 20.00 в ходе ссоры с Н. заявитель напал на него, сбил его с ног, сел на него и несколько раз ударил его головой об асфальт. В результате Н. получил серьезные травмы головы, включая трещины обеих теменных костей, гематому и ссадину теменно-затылочной борозды, сотрясения мозга, ссадины и синяки на лице. Трещины обеих теменных костей, гематому и ссадину теменно-затылочной борозды были признаны тяжким вредом, а остальные повреждения - вредом средней тяжести.

Сам заявитель утверждал, что он гулял со своим годовалым внуком, когда Н. и его жена, ранее ему не знакомые, подошли к ним и начали обвинять его в том, что он неправильно смотрит за ребенком. В ходе ссоры, возникшей между заявителем и Н., который был в состоянии опьянения, последний начал угрожать заявителю пытался его ударить. Заявителю удалось схватить Н. за ногу, после чего Н. повалился на землю, и в результате падения получил повреждения. Заявитель утверждал, что он никогда не был Н. головой об асфальт.

Суд отклонил версию заявителя, основываясь на показаниях Н., его жены, протоколе проведенной в ходе предварительного расследования очной ставки между женой Н. и заявителем, показаниях свидетелей Е. и К., заключениях судебно-медицинской экспертизы. Во время судебного разбирательства Н. заявил, что они с женой гуляли и увидели ребенка одного, позвали его, потому что сочли, что тот может пораниться. Заявитель напал на него сзади, и потом он не помнит, что произошло. Жена Н. также подтвердила, что они гуляли и увидели ребенка. Обеспокоенные безопасностью ребенка они подошли к заявителю, который был пьян. Заявитель начал ругаться матом и попытался ударить ее мужа. Потом они пошли дальше, но заявитель кинулся на ее мужа сзади, повалил его и ударил раз пять головой об асфальт. Потом вскочил на ноги и убежал. После этого вызвали скорую помощь и ее мужа отвезли в больницу. В ходе очной ставки во время предварительного расследования жена Н. утверждала, что именно заявитель начал ссору, сбил ее мужа с ног и ударил его пять раз об асфальт. Свидетельница Е. во время предварительного следствия сообщила, что она видела, как заявитель сбил с ног Н., повалил его на землю и несколько раз ударил его об асфальт головой. Н. после этого остался лежать без сознания и его увезла скорая. Во время судебного разбирательства она письменно уведомила суд, что не может присутствовать в судебном заседании по состоянию здоровью и подтверждает свои показания, данные на предварительном следствии. Судья несколько спрашивал заявителя и его адвоката, есть ли у них возражения против проведения судебного следствия без свидетельницы Е., но заявитель и его адвокат не возражали против этого. Свидетельница К. показала, что она была на встрече жильцов дома, когда прибежала Е. и сказала, что заявитель убил мужчину. Все побежали посмотреть, и увидели Н. на скамейке, на его голове была кровь, и она не заметила, чтобы Н. был пьян. Его быстро увезла скорая. Также свидетельница К. указала, что узнала от Е. о том, что заявитель бил Н. головой об асфальт. Согласно судебно-медицинской экспертизе травмы Н. были получены от ударов кулаком и от удара об асфальтовое покрытие. Суд счел, что заявитель утверждает, что он не бил Н. с целью уйти от ответственности. Суд также отверг показания троих свидетелей, которые утверждали, что Н. и его жена были в состоянии опьянения. По-мнению суда эти показания не подтверждались другими собранными доказательствами, например результатами анализа крови.

Заявитель был не согласен в приговором и подал кассационную жалобу. В ней он в частности, указывал, что в суде не была допрошена свидетельница Е. Однако 19 марта 2002 года городской суд Санкт-Петербурга оставил приговор без изменения. Кассационная инстанция рассмотрела позицию заявителя, его адвоката, а так же позицию Н. и его жены. Суд, пришел к выводу, что вызов свидетельницы Е. 1920 года рождения был невозможен. Кроме того, суд обратил внимание на то, что Е. и жена Н., ранее не зная друг друга, показали, что заявитель ударил Н. головой об асфальт более чем один раз. И их показания совпадают с выводами судебно-медицинской экспертизы. В связи с этим, суд признал, что в приговоре правильно оценены доказательства. Заявитель не был согласен и с этим решением и подавал жалобы в порядке надзора. Однако надзорные жалобы не дали результата.

В обращении в Европейский суд заявитель жаловался на нарушение права на справедливое судебное разбирательство, включая право допрашивать лиц, свидетельствующих против него. В обоснование своей жалобы заявитель указывал, что приговор по его делу был основан на показаниях жены потерпевшего, свидетельницы К., которая не была очевидцем событий, и свидетельницы Е., которая не была допрошены в суде. Государство-ответчик возражало, что свидетельница Е. не могла быть вызвана в суд в силу преклонного возраста.

Рассматривая данное дело, Суд, прежде всего, обратил внимание на то, что заявитель и его адвокат не представляли возражений на протокол судебного заседания. Исходя из этого, Суд признал протокол корректным. Суд повторил, что в рамках состязательной процедуры обвиняемому должна быть предоставлена возможность допросить свидетеля, которые показывает против него, однако неисполнение этого требования может рассматриваться как нарушение только в том случае, если показания этого свидетеля являются единственным или решающим доказательством. Суд отметил, что было бы предпочтительнее, если бы свидетельница Е., была допрошена в судебном заседании, поскольку очная ставка между ней и заявителем на предварительном следствии не проводилась. Однако Суд указал, что приговор Московского районного суда г. Санкт-Петербурга был постановлен не только на основании этого доказательства. Следовательно, тот факт, что свидетельница Е. не была допрошена в суде, не отразилось существенно на справедливости судебного разбирательства. Более того, заявитель и его адвокат не возражали против рассмотрения дела в отсутствии этого свидетеля - то есть, заявитель отказался от своего права на перекрестный допрос свидетеля обвинения. Исходя из этого, Суд пришел к выводу о том, что права заявителя не были нарушены.


Представлен доклад об исполнении решений Европейского суда Государствами-участниками Европейской конвенции прав человека и основных свобод


30-31 мая в России с визитом находился Эрик Юргенс - специальный докладчик ПАСЕ по исполнению решений Европейского суда. Этот визит проводился в рамках исследования вопроса об исполнении решений в различных Государствах-участниках Конвенции. 18 сентября 2006 года был опубликован доклад, составленный по результатам этого исследования.

В докладе отмечено, что пять стран Совета Европы - Великобритании, Италии, России, Турции и Украине - допускают наиболее существенные задержки в исполнении решений Суда, включая решения, касающиеся системных правовых проблем. Ряд проблем с исполнением решений так же имеются у Болгарии, Франции, Германии, Греции, Латвии, Молдовы, Польши и Румынии. В докладе рассматриваются как вопросы, связанные с исполнением конкретных решений Европейского суда по правам человека, так и вопросы создания эффективных внутригосударственных механизмов по исполнению решений Суда.

Докладчик отметил позитивные шаги по исполнению некоторых решений Суда, вызывавших особую озабоченность Совета Европы. В частности, указывается, что власти Латвии, следуя решению Суда по делу Slivenko v. Latvia, восстановили право русской семьи Сливенко на проживание в стране. Во исполнение решения по делу Broniowski v. Poland, Парламент Польши принял новое законодательство, касающееся права на компенсацию за земли у реки Буг, которые были вынужденно оставлены владельцами в результате пересмотра границ между государствами после II мировой войны. Турция, исполняя решение по делу Dogan v. Turkey, приняла закон о компенсации ущерба внутренне-перемещенным лицам.

В докладе так же уделяется внимание тем системным нарушениям Конвенции, которые не были устранены государствами и являются причиной подачи однотипных жалоб в Европейский суд. В частности, отмечена проблема чрезмерных сроков рассмотрения дел в судах Италии. В докладе указано на ряд проблем в устройстве судебной власти и организации судебных процедур в России. Среди них названы: хроническое неисполнение решений Российских судов по искам против государственных органов; нарушение принципа устойчивости судебных решений широким использованием надзорного порядка пересмотра дел; недостатки судебной практики по рассмотрению вопроса об аресте, которые приводят к чрезмерным срокам содержания под стражей и переполненности следственных изоляторов. По мнению докладчика, сходные проблемы существуют и на Украине, однако там они усиливаются из-за серьезного вмешательства в независимость судей.

В докладе указано на то, что Греция до сих пор не разработала плана, чтобы решить проблему переполненности мест лишения свободы. В Италии не решена проблема косвенной конфискации собственности со стороны местных властей. В Румынии замедлилась реформа законодательства в области национальной безопасности.

В докладе отмечено, что в Италии, на Украине и в Великобритании были созданы специальные механизмы для исполнения решений, что можно рассматривать в качестве позитивного изменения. Например, в Италии были созданы правовые основания для контроля за исполнением решений Европейского суда со стороны Правительства и Парламента. На Украине был приняты законы, который обязывает судей использовать прецеденты Европейского суда при принятии решений, а так же создает условия для координации исполнения решений Суда со стороны Представителя Украины в Суде. В Великобритании была введена практика составления периодических отчетов об исполнении решений Суда парламентским Комитетом по правам человека.

Так же докладчик проанализировал системные недостатки, препятствующие полному и эффективному исполнению решений Европейского суда. Например, законодательство Италии и Турции не позволяют возобновлять процедуру рассмотрения по тем уголовным делам, в которых Суд нашел нарушения принципов справедливого судебного разбирательства. В докладе отмечено, что в ряде стран механизмы контроля за исполнением решений Европейского суда отсутствуют.

К докладу прилагается проект резолюции Парламентской Ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ). Этот документ подчеркивает, что длительная или недостаточно тщательная работа по исполнению решений Европейского суда должна получить должную политическую оценку, как в рамках Совета Европы, так и внутри государств-участников. В связи с этим ПАСЕ должна не оставлять этот вопрос своим вниманием, чтобы обеспечить парламентский контроль исполнения решений. Там же отмечается, что основной причиной неисполнения решений Европейского суда является отсутствие эффективных национальных механизмов и процедур, которые обеспечивали бы быструю реализацию необходимых мер и часто необходимую координацию между различными государственными структурами. В проекте резолюции ПАСЕ так же содержится ряд рекомендаций. Например, национальным парламентам предлагается создать механизмы контроля исполнения решений Европейского суда внутри своей страны, в том числе регулярно заслушивать отчеты о мерах, предпринятых органами исполнительной власти. Так же предлагается создавать на самом высшем политическом уровне специальные структуры, которые осуществляли бы координацию усилий различных органов власти по исполнению решений Суда. Национальным парламентским делегациям из тех 13 стран, которые имеют самые серьезные проблемы с исполнением решений Европейского суда, предлагается в течение шести месяцев представить информацию о мерах, предпринимаемых для решения этих проблем.



Обзор решений Европейского Суда по правам человека по российским жалобам за сентябрь 2006 г. (подготовлен юристами Центра содействия международной защите и Центра "Демос")


Предлагаемый вниманию читателей обзор посвящен вопросам рассмотрения Европейским судом по правам человека жалоб, поступающих из Российской Федерации, а также государственных и общественных инициатив, направленных на имплементацию решений, принятых Судом. Обзор выходит в рамках исследовательских и информационных программ Центра "Демос". Дополнительные аналитические материалы по вопросам взаимодействия Европейского суда и России можно найти на сайте Центра "Демос" www.demos-center.ru


Авторы выпуска: Воскобитова Мария, директор программы содействия реформе уголовной юстиции представительства Американской Ассоциации Адвокатов и Шепелева Ольга, юрист Центра "Демос"


Текст документа на сайте мог устареть

Вы можете заказать актуальную редакцию полного документа и получить его прямо сейчас.

Или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(1 документ в сутки бесплатно)

(До 55 млн документов бесплатно на 3 дня)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение