• ТЕКСТ ДОКУМЕНТА
  • АННОТАЦИЯ
  • ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Бюллетень Европейского Суда по правам человека. Российское издание. N 3/2007

Бюллетень Европейского Суда по правам человека
Российское издание
N 3/2007


Редакционная: необходимые замечания и пояснения


Конституционный Суд России воздержался от признания надзорной инстанции вне закона


Надзорная инстанция российского судопроизводства, в основном гражданского, давно вызывает критику со стороны Комитета министров Совета Европы и Европейского Суда по правам человека. Еще в феврале 2004 года при рассмотрении вопроса об исполнении Постановления Европейского Суда по делу "Рябых против России"* (* Постановление опубликовано в "Путеводителе по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" за 2003 г.) Комитет министров отметил, что само существование института надзора представляет собой структурную проблему, приводящую к нарушениям пункта 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и подрывающую принцип стабильности и неизменности вступивших в законную силу судебных решений, являющийся одним из основных в правовом государстве. Затем последовали аналогичные резолюции по делам "Праведная против России"* (* Постановление опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 5 за 2005 г.), "Волкова против России"* (* Постановление опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 11 за 2006 г.) и другим. Комитет министров обратил внимание Российской Федерации на опыт других государств, таких как Румыния и Украина, фактически ликвидировавших институт надзора после соответствующих постановлений Европейского Суда по делам "Брумареску против Румынии" и "Совтрансавто Холдинг против Украины".

Учитывая, что никаких существенных изменений в институт надзора Российская Федерация не внесла, Комитет министров 8 февраля 2006 года принял промежуточную резолюцию, в которой отметил, что сохраняются сомнения, что надзор в существующем в России виде способен предотвратить дальнейшие нарушения принципа правовой определенности, закрепленного в Конвенции. Комитет министров подчеркнул, что реформирование надзора, направленное на уменьшение его роли, должно сопровождаться совершенствованием российской судебной системы в целом. Комитет министров попросил российские власти представить соответствующий план действий в течение года и решил вернуться к рассмотрению этого вопроса в первом полугодии 2007 года.

Столь пристальное внимание Совета Европы к институту надзора вызвало ответную реакцию российских правозащитников. Несколько граждан, юридических лиц и Кабинет министров Республики Татарстана обратились с жалобой в Конституционный Суд Российской Федерации по поводу надзорного порядка при рассмотрении гражданских дел. Одни заявители поставили под сомнение конституционность самого института надзора, который, по их мнению, является "пережитком советской системы" и не соответствует международным обязательствам России. Другие оспорили конституционность конкретных норм, в частности, возможность пересмотра вступивших в законную силу решений судов, не ограниченную конкретными сроками, а также право председателя Верховного Суда России и его заместителей по своей инициативе истребовать дела, решения по которым уже вступили в законную силу, и передавать их для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции.

Конституционный Суд России, рассмотрев указанные жалобы, "воздержался от признания неконституционными" ряда положений главы 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующей производство в суде надзорной инстанции. Вместе с тем Конституционный Суд напомнил законодателю о его обязанности "в разумные сроки" провести реформирование института надзора, чтобы привести его в соответствие с международно-правовыми стандартами.

По сообщению газеты "Коммерсанть", Председатель Конституционного Суда Валерий Зорькин заявил, что надзорное производство - "это способ исправления фундаментальных судебных ошибок", без которого пока обойтись нельзя. По его словам, в Европе эти функции выполняют верховные и конституционные суды, но российское конституционное правосудие с этой задачей справиться не в состоянии. В качестве примера он привел Армению, Азербайджан и Украину, которые "пошли по европейскому пути" и отменили советскую систему надзора. В итоге конституционные суды этих стран оказались завалены жалобами по конкретным делам.

В. Зорькин подчеркнул, что "главной опорой" для подготовки решения Конституционного Суда России была не критика Европейского Суда, а Конституция Российской Федерации. "Основным средством судебной защиты должна оставаться национальная система, и надо сделать все, чтобы граждане нашли защиту в своей стране, а лишь потом шли в Страсбург", - заявил он. Вместе с тем, по его словам, "мы не сидим в стеклянном здании, ведь существуют Европа и конвенция по правам человека". Поэтому Конституционный Суд указал, что не снимает с законодателя обязанность привести регулирование надзора в соответствие с международно-правовыми обязательствами Российской Федерации.

"Коммерсанть" отмечает, что сейчас в российской судебной системе надзорное производство максимально приблизилось к европейским нормам в арбитражных судах. В них оно существенно отличается от процесса в судах общей юрисдикции: президиум Высшего Арбитражного Суда действует как исключительная судебная инстанция, пересматривая дела в строго определенных случаях. Дела в президиум этого суда передают не Председатель или его заместители, а коллегия из трех судей, что призвано исключить вмешательство руководителей суда. Кроме того, Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации установил трехмесячный срок для пересмотра дел в порядке надзора.

Буквально на следующий день после принятия комментируемого постановления Конституционного Суда России Пленум Верховного Суда Российской Федерации выступил с законодательной инициативой о внесении изменений и дополнений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации. В частности, предлагается установить срок на обжалование судебных постановлений в порядке надзора в три месяца.

Бюллетень Европейского Суда по правам человека вернется к этой теме в следующих номерах.


По жалобам о нарушениях статьи 1 Конвенции


Вопрос об ответственности государства по защите прав человека относительно событий, имевших место вне пределов его территории


По делу обжалуется убийство в Северном Кипре демонстранта из числа греков-киприотов, совершенное во время столкновения с контрдемонстрацией турок-киприотов и полицией. Жалоба признана приемлемой.


Исаак и другие против Турции
[Isaak and others v. Turkey] (N 44587/98)


Решение от 28 сентября 2006 г. [вынесено III Секцией]


(См. ниже изложение обстоятельств данного дела, жалоба по которому была рассмотрена в контексте статьи 2 Конвенции.)


Вопрос об ответственности государства по защите прав человека относительно событий, имевших место вне пределов его территории


Принцип, предусматривающий, что Высокая Договаривающаяся Сторона может быть привлечена к ответственности в связи с событиями за пределами ее территории, если она осуществляет "эффективный контроль", не заменяет систему заявлений в соответствии со статьей 56 Конвенции. Жалоба признана неприемлемой.


"Куарк фишинг лимитед" против Соединенного Королевства
[Quark Fishing Limited v. United Kingdom] (N 15305/06)


Решение от 19 сентября 2006 г. [вынесено IV Секцией]


(См. ниже изложение обстоятельств данного дела, жалоба по которому была рассмотрена в контексте статьи 56 Конвенции.)


Вопрос об ответственности государства по защите прав человека относительно событий, имевших место вне пределов его территории


По делу обжалуются предполагаемые притеснения со стороны властей, а также закрытие школы заявителей в "Приднестровской Молдавской Республике" по причине их несогласия прекратить обучение на основе латиницы. Жалоба коммуницирована властям государств-ответчиков.


Катан и 27 других против Молдавии и России
[Catan and 27 Others v. Moldova and Russia] (N 43370/04)


[Решение о коммуницировании жалобы вынесено IV Секцией]


(См. ниже изложение обстоятельств данного дела, жалоба по которому была рассмотрена в контексте статьи 14 Конвенции.)


По жалобам о нарушениях статьи 2 Конвенции


Вопрос о правомерности высылки гражданина иностранного государства в страну, в которой ему угрожает вынесение смертного приговора


По делу обжалуется экстрадиция в Алжир осужденного заочно террориста после получения гарантий властей страны о том, что к нему не будут применены смертная казнь или не допускающее смягчения наказания пожизненное лишение свободы. Жалоба признана неприемлемой.


Сауди против Испании
[Saoudi v. Spain] (N 22871/06)


Решение от 18 сентября 2006 г. [вынесено V Секцией]


Обстоятельства дела


В 2000 году алжирский суд по уголовным делам заочно приговорил заявителя к пожизненному заключению за создание вооруженной террористической группы. В 2003 году заявитель был задержан в Испании и помещен под стражу в ожидании экстрадиции на основании международного ордера на арест, выданного алжирским следственным судьей. Генеральный прокурор Алжира направил формальное требование об экстрадиции заявителя. В 2004 году испанские суды дали согласие на экстрадицию заявителя, поскольку удостоверились, что максимальным наказанием в связи с предъявленными обвинениями является пожизненное заключение, а не смертная казнь. Однако они потребовали от алжирских властей дополнительных гарантий - выполнения обязательства по организации нового судебного процесса, на котором мог бы присутствовать заявитель и соблюдались бы права защиты, а наказание в виде пожизненного лишения свободы не исключало бы смягчения. В 2005 году министр юстиции Алжира дал заверения, которые испанские суды сочли адекватными и совместимыми с выдвинутыми условиями, о том, что будет проведено новое судебное разбирательство и что пожизненное лишение свободы не будет несмягчаемым, то есть не будет охватывать всю жизнь заявителя, не допуская возможности досрочного освобождения. В 2006 году испанские власти распорядились о немедленной передаче заявителя под контроль алжирских властей. Испанские суды имели возможность заслушать непосредственные заявления сторон в ходе состязательного и всестороннего рассмотрения требования об экстрадиции и получили гарантии от алжирских властей. Соответственно, испанские суды имели основания прийти к выводу о том, что такие гарантии устраняют опасность того, что в результате нового судебного разбирательства в Алжире заявитель может быть приговорен к смертной казни или к не допускающему смягчения пожизненному лишению свободы. Жалоба признана явно необоснованной.


Вопрос о соблюдении государством своих позитивных обязательств по защите права человека на жизнь


По делу обжалуется убийство демонстранта из числа греков-киприотов, совершенное во время столкновения с контрдемонстрацией турок-киприотов и полицией. Жалоба признана приемлемой.


Исаак и другие против Турции
[Isaak and others v. Turkey] (N 44587/98)


Решение от 28 сентября 2006 г. [вынесено III Секцией]


Обстоятельства дела


В августе 1996 года Федерация мотоциклетного спорта Кипра провела в окрестностях Никосии демонстрацию, ставшую предметом доклада Вооруженных сил ООН на Кипре (ВСООНК) и Генерального секретаря ООН. Согласно этим докладам греки-киприоты вошли в буферную зону ООН, приблизились к линии прекращения огня турецких войск и вступили в столкновение с турецкими войсками и полицией турок-киприотов, а также с контрдемонстрацией турок-киприотов. Турецкие войска позволили контрдемонстрантам и полиции турок-киприотов пересечь военную режимную зону и войти в буферную зону ООН. Последние стали избивать греков-киприотов палками и железными прутьями. Исаак, родственник заявителей и один из участников демонстрации греков-киприотов, был забит насмерть участниками демонстрации турок-киприотов, среди которых находились сотрудники полиции турок-киприотов и военнослужащие. По данным вскрытия, причиной смерти явились многочисленные травмы головы, нанесенные тупым предметом. Один из греков-киприотов сделал 20 фотоснимков этого происшествия. В видеозаписях, показанных в новостях "Евроньюс", "Уорлдвайд телевижн ньюс" и "Рейтерс", отчетливо видны убийство господина Исаака и вмешательство двух полицейских ООН, пытавшихся спасти его. ВСООНК в сотрудничестве с кипрской полицией приступила к расследованию, собрав доказательства на месте преступления, а также допросив служащих ООН и других свидетелей. На основе этой информации и сравнения с фотографиями инспектор кипрской полиции смог установить личность шести причастных к убийству Исаака.

Европейскому Суду следует убедиться, подпадал ли Исаак под влияние и/или эффективный контроль и, следовательно, под юрисдикцию государства-ответчика в результате действий военнослужащих и должностных лиц Турции и так называемой Турецкой Республики Северного Кипра. При этом Европейский Суд исходит из показаний полицейских ВСООНК, соответствующих докладов ВСООНК и Генерального секретаря ООН, видеозаписей и фотографий, представленных заявителями, которые подтверждают, что военнослужащие и полицейские турецкой части Кипра принимали участие в избиении Исаака гражданскими демонстрантами. Кроме того, из материалов дела следует, что, несмотря на присутствие в зоне турецких военнослужащих и полицейских турецкой части острова, ничего не было предпринято, чтобы предотвратить или пресечь нападение или помочь потерпевшему. Европейский Суд приходит к выводу, что обжалуемые обстоятельства подпадают под "юрисдикцию" Турции для целей статьи 1 Конвенции и могут возложить на государство-ответчика конвенционную ответственность.


Решение


Жалоба признана приемлемой, что касается статей 2, 8 и 14 Конвенции. Возражения государства-ответчика о неисчерпании внутригосударственных средств защиты будут исследованы при рассмотрении дела по существу.


Вопрос о соблюдении государством своих позитивных обязательств по защите права человека на жизнь


По делу обжалуется отсутствие эффективного расследования убийства участника гражданской демонстрации греков-киприотов, совершенного в процессе столкновения с контрдемонстрацией турок-киприотов и полицией. Жалоба признана приемлемой.


Исаак и другие против Турции
[Isaak and others v. Turkey] (N 44587/98)


Решение от 28 сентября 2006 г. [вынесено III Секцией]


(См. выше.)


По жалобам о нарушениях статьи 3 Конвенции


Вопрос о соблюдении запрета на бесчеловечное или унижающее достоинство обращение


По делу обжалуются личные обыски с раздеванием членов семьи при посещении тюрьмы. По делу не было допущено нарушение требований статьи 3 Конвенции.


Уэйнрайт против Соединенного Королевства
[Wainwright v. United Kingdom] (N 12350/04)


Постановление от 26 сентября 2006 г. [вынесено IV Секцией]


(См. ниже изложение обстоятельств данного дела, жалоба по которому была рассмотрена в контексте статьи 8 Конвенции (вопрос о праве на неприкосновенность личной жизни).)


Вопрос о правомерности высылки гражданина иностранного государства в страну, в которой ему угрожает вынесение смертного приговора


По делу обжалуется экстрадиция в Алжир осужденного заочно террориста после получения гарантий властей страны о том, что к нему не будут применены смертная казнь или не допускающее смягчения наказания пожизненное лишение свободы. Жалоба признана неприемлемой.


Сауди против Испании
[Saoudi v. Spain] (N 22871/06)


Решение от 18 сентября 2006 г. [вынесено V Секцией]


(См. выше изложение обстоятельств данного дела, жалоба по которому была рассмотрена в контексте статьи 2 Конвенции.)


По жалобам о нарушениях статьи 6 Конвенции


По жалобе о нарушении пункта 1 статьи 6 Конвенции [уголовно-правовой аспект]


Вопрос о применимости по делу положений пункта 1 статьи 6 Конвенции


По делу обжалуется арест активов в процессе расследования по уголовному делу с целью обеспечения требований потерпевших. Статья 6 Конвенции не применима.


Догмох против Германии
[Dogmoch v. Germany] (N 26315/03)


Решение от 8 сентября 2006 г. [вынесено V Секцией]


Обстоятельства дела


В 2000 году, во время следствия по делу третьих лиц, подозреваемых в предпринимательском преступлении в крупном размере, участковый суд вынес постановление о наложении ареста на принадлежащие заявителю активы в размере, превышающем 60 миллионов немецких марок. Позднее земельный суд уменьшил сумму арестованных средств до 39 миллионов немецких марок. Суды выразили сильные подозрения в том, что заявитель в качестве предпринимателя получал денежные средства, происходящие от заведомо обманных сделок, и осуществлял их легализацию. В судебных актах заявитель прямо именовался лицом, обвиняемым в совершении преступления. Постановление об аресте мотивировалось риском того, что заявитель может пытаться сокрыть и передать активы за границу, чтобы исключить исполнение требований, которые впоследствии могут предъявить потерпевшие третьи лица. Суды отклонили ходатайство заявителя о личном участии в деле. Поскольку позиция заявителя была ясно и недвусмысленно изложена в письменной форме, устное разбирательство не требовалось по закону и не было необходимым для обеспечения права заявителя на справедливое судебное разбирательство. В 2003 году прокурор предъявил заявителю обвинение. В 2006 году уголовное дело было приостановлено из-за невозможности участия заявителя. Постановление об аресте активов заявителя остается в силе.

Европейский Суд отметил, что постановление об аресте активов представляло собой временную меру, принятую в контексте уголовного расследования и имеющую целью обеспечение требований, которые могли быть впоследствии предъявлены потерпевшими третьими лицами. В отсутствие таких требований постановление позднее могло обеспечить конфискацию активов. Однако конфискация могла быть применена в рамках самостоятельного разбирательства после осуждения в уголовно-правовом порядке. Данные о том, что постановление об аресте как таковое могло оказать влияние на судимость заявителя, отсутствуют. При этих обстоятельствах оспариваемые решения не могут трактоваться как "рассмотрение уголовного обвинения" против заявителя. Следовательно, пункт 1 статьи 6 Конвенции в его уголовно-правовом аспекте не применим.

Что касается применимости пункта 1 статьи 6 Конвенции в его гражданско-правовом аспекте, постановление об аресте имело целью обеспечить претензии третьих лиц по отношению к активам заявителя. Оно не подразумевало какое-либо рассмотрение таких претензий, содержание которых должно было быть предметом самостоятельного разбирательства. Оно также не давало какому-либо третьему лицу возможности распоряжаться указанными активами. Следовательно, наложение ареста на активы заявителя имело чисто временную природу и не совпадало или не предвосхищало окончательного решения в основном разбирательстве. Соответственно, пункт 1 статьи 6 Конвенции в его гражданско-правовом аспекте также неприменим.


Решение


Жалоба не совместима ratione materiae* (* Ratione materiae - "ввиду обстоятельств, связанных с предметом рассмотрения" (лат.), критерий существа обращения, применяемый при оценке приемлемости жалобы Европейским Судом (прим. перев.).) с положениями Конвенции.


По жалобе о нарушении пункта 1 статьи 6 Конвенции [гражданско-правовой аспект]


Вопрос о соблюдении права на справедливое судебное разбирательство


По делу обжалуется отмена решения о назначении пенсии вследствие обнаружения органом социального обеспечения ошибки. Жалоба коммуницирована властям государства-ответчика.


Москаль против Польши
[Moskal v. Poland] (N 10373/05)


[Вынесено IV Секцией]


(См. ниже изложение обстоятельств данного дела, жалоба по которому была рассмотрена в контексте статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.)


Вопрос о соблюдении права человека на разбирательство по делу в разумный срок


По делу обжалуется предположительно недостаточная сумма возмещения, присужденного в качестве компенсаторного средства защиты, доступного жертвам чрезмерно длительного разбирательства. Жалоба признана неприемлемой.


Калайзич против Хорватии
[Kalajzic v. Croatia] (N 15382/04)


Решение от 8 сентября 2006 г. [вынесено I Секцией]


(См. ниже изложение обстоятельств данного дела, жалоба по которому была рассмотрена в контексте статьи 34 Конвенции.)


По жалобе о нарушении пункта 1 статьи 6 Конвенции [уголовно-процессуальный аспект]


Вопрос о соблюдении права обвиняемого на справедливое разбирательство


По делу обжалуются предполагаемое нарушение определенных норм права Европейского Союза и отказ французских судов в передаче дела на рассмотрение Суда Европейских Сообществ для предварительного рассмотрения в контексте разбирательства о несоблюдении таможенных правил. Жалоба признана неприемлемой.


Грифхорст против Франции
[Grifhorst v. France] (N 28336/02)


Решение от 7 сентября 2006 г. [вынесено I Секцией]


(См. ниже изложение обстоятельств данного дела, жалоба по которому была рассмотрена в контексте статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.)


По жалобам о нарушениях подпункта "а" пункта 3 статьи 6 Конвенции


Вопрос о соблюдении права обвиняемого на уведомление о характере и основаниях предъявленного ему обвинения


По делу обжалуется осуждение за изнасилование заявителя, которому при рассмотрении дела в суде присяжных предъявлялось обвинение в совершении другого преступления - покушения на изнасилование. По делу допущено нарушение требований пункта 1 статьи 6, подпункта "a" пункта 3 статьи 6 Конвенции.


Миро против Франции
[Miraux v. France] (N 73529/01)


Постановление от 26 сентября 2006 г. [вынесено II Секцией]


Обстоятельства дела


Заявитель был арестован по подозрению в изнасиловании и насильственных действиях сексуального характера в отношении несовершеннолетних. Судья, который вел расследование, предъявил заявителю обвинение в насильственных действия сексуального характера в отношении несовершеннолетних. При рассмотрении дела в суде присяжных действия заявителя были окончательно квалифицированы как попытка изнасилования и насильственные действия сексуального характера. По завершении слушания дела председательствующий огласил вопросы, подлежащие разрешению судом и присяжными заседателями. Среди прочих был зачитан дополнительный вопрос о том, виновен ли заявитель в изнасиловании. Заявитель был осужден за изнасилование и насильственные действия сексуального характера при отягчающих обстоятельствах. Кассационный суд отклонил его жалобу на том основании, что он имел возможность оспорить изменение обвинения.


Вопросы права


По поводу соблюдения пункта 1 статьи 6, подпункта "а" и подпункта "b" пункта 3 статьи 6 Конвенции. Заявитель не имел возможности представить доводы в свою защиту, когда предъявленное ему обвинение было изменено. Он не предвидел, что будет осужден за изнасилование. Обвинение в изнасиловании является более серьезным, чем в покушении на изнасилование, и это не могло не оказать влияния на присяжных, удалившихся для оценки фактических обстоятельств дела и вынесения вердикта. Это тем более верно, что присяжные, как правило, с сочувствием относятся к потерпевшим вообще и к жертвам преступлений против половой свободы и неприкосновенности в особенности. Хотя за покушение на преступление предусмотрено то же максимальное наказание, что и за оконченное преступление, нельзя исключать, что суд присяжных мог принять во внимание при определении меры наказания отличия покушения от оконченного преступления, с точки зрения действительной серьезности и опасности последствий. Таким образом, можно обоснованно утверждать, что изменение обвинения в суде присяжных привело к более суровому приговору при невозможности подготовить и представить защиту против нового обвинения и его последствий, в том числе, в случае необходимости, в отношении вынесенного приговора, подлежащего применению. Тем самым было нарушено право заявителя на подробное уведомление о характере и основаниях обвинения, а также право иметь достаточное время и возможности для подготовки своей защиты.


Постановление


По делу допущено нарушение требований пункта 1 статьи 6, подпунктов "а" и "b" пункта 3 статьи 6 Конвенции (вынесено шестью голосами "за" и одним голосом "против").


Компенсация


В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил выплатить заявителю компенсацию в счет причиненного ему материального ущерба и морального вреда, а также возмещение судебных издержек и иных расходов, понесенных в связи с рассмотрением дела.


Вопрос о соблюдении права обвиняемого на уведомление о характере и основаниях предъявленного ему обвинения


По делу обжалуется изменение обвинения перед заключительными выступлениями сторон в апелляционном суде. Жалоба признана неприемлемой.


Бекстрем и Андерссон против Швеции
[Backstrom and Andersson v. Sweden] (N 67930/01)


Решение от 5 сентября 2006 г. [вынесено II Секцией]


Обстоятельства дела


Заявители обвинялись в ряде преступлений, включая покушение на разбой при отягчающих обстоятельствах. Суд лена* (* Лен - административно-территориальная единица Швеции (прим. переводчика).) признал их виновными в этом преступлении. В конце слушания в Апелляционном суде, когда оставались только заключительные речи сторон, председатель суда предложил им высказать мнение о том, не подразумевает ли обвинение в разбое оконченное преступление. Вследствие этого прокурор в своей речи уточнил обвинение, предусматривавшее, во-первых, разбой при отягчающих обстоятельствах, а, во-вторых, покушение на разбой при отягчающих обстоятельствах. Апелляционный суд согласился принять уточнение и утвердил приговор, но указал, что заявители виновны в разбое при отягчающих обстоятельствах (поскольку разбой представляет собой оконченное преступление, а не покушение)* (* В уголовном праве Российской Федерации и некоторых других стран разбой (нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением либо угрозой применения насилия, опасного для жизни или здоровья) является преступлением с формальным составом, в котором исключены стадии приготовления и покушения, поскольку уже первый акт деятельности представляет собой оконченное преступление (прим. переводчика).).

Жалоба неприемлема в отношении пункта 1 статьи 6 и подпунктов "а" и "b" пункта 3 статьи 6 Конвенции. Заявители узнали, что могут быть осуждены за оконченный разбой, а не за покушение на него, лишь в предпоследний день разбирательства в Апелляционном суде. Однако все фактические обстоятельства дела, лежавшие в основе уточненного обвинения, были известны заявителям задолго до этого. Кроме того, адвокат второго заявителя придерживался мнения о том, что обвинение в разбое при отягчающих обстоятельствах охватывалось первоначальным обвинением. Адвокаты обоих заявителей изложили их позицию по уточненному обвинению в тот же день, когда они были предъявлены. Они не высказали дополнительных доводов по данному вопросу на следующий день, в последний день разбирательства, хотя имели такую возможность. Они также не ходатайствовали об отложении разбирательства с целью получения дополнительного времени для рассмотрения этого вопроса. В итоге факты, к которым заявителям приходилось обращаться, оставались теми же на протяжении всего разбирательства; уточнение прокурором обвинения в разбое изменяло не описания событий, а лишь правовую оценку преступления, и адвокаты заявителей могли изложить свою позицию в отношении уточненного обвинения и сделали это.


Решение


Жалоба признана явно необоснованной (в отличие от дела "Миро против Франции" [Miraux v. France] (N 73529/01), см. выше.)


По жалобам о нарушениях подпункта "b" пункта 3 статьи 6 Конвенции


Вопрос о соблюдении права обвиняемого на получение достаточного времени и возможностей для подготовки своей защиты


По делу обжалуется переквалификация вердиктом присяжных покушения на изнасилование на оконченное изнасилование. По делу допущено нарушение требований пункта 1 статьи 6, подпункта "b" пункта 3 статьи 6 Конвенции


Миро против Франции
[Miraux v. France] (N 73529/01)


Постановление от 26 сентября 2006 г. [вынесено II Секцией]


(См. выше изложение обстоятельств данного дела, жалоба по которому была рассмотрена в контексте подпункта "а" пункта 3 статьи 6 Конвенции".)


Вопрос о соблюдении права обвиняемого на получение достаточного времени и возможностей для подготовки своей защиты


По делу обжалуется уточнение обвинения перед заключительными речами сторон в апелляционном суде. Жалоба признана неприемлемой.


Бекстрeм и Андерссон против Швеции
[Backstrom and Andersson v. Sweden] (N 67930/01)


Решение от 5 сентября 2006 г. [вынесено II Секцией]


(См. выше изложение обстоятельств данного дела, жалоба по которому была рассмотрена в контексте подпункта "а" пункта 3 статьи 6 Конвенции.)


По жалобе о нарушении подпункта "d" пункта 3 статьи 6 Конвенции


Вопрос о соблюдении права обвиняемого при рассмотрении уголовного дела в отношении него на допрос свидетелей


По делу обжалуется невозможность личного допроса основного свидетеля обвинения, которому власти запретили лично свидетельствовать в суде. Жалоба признана неприемлемой.


Сапунареску против Германии
[Sapunarescu v. Germany] (N 22007/03)


Решение от 1 сентября 2006 г. [вынесено V Секцией]


Обстоятельства дела


В 2001 году при содействии осведомителя земельного управления криминальных расследований заявитель был задержан и заключен под стражу по подозрению в незаконном обороте наркотиков. В 2002 году в отношении заявителя и двух других обвиняемых начался процесс по обвинению в распространении наркотиков. Осведомитель не мог выступить в качестве свидетеля лично, поскольку земельное министерство внутренних дел отказало ему в разрешении участвовать в процессе из опасения мести со стороны наркодельцов. Однако он отвечал в письменной форме на вопросы заявителя, передаваемые ему полицейским куратором. В своих письменных показаниях, оглашенных на процессе, осведомитель заявлял, что во время поездки в Румынию к своему другу он встречался с различными лицами, которые предлагали ему продать наркотики. После этой поездки и возвращения в Германию он встретил заявителя, который предложил, а затем доставил ему таблетки "экстази". Осведомитель отказался раскрыть личность своего друга также из опасения мести. Адвокат заявителя ходатайствовал перед судом о допросе осведомителя по поводу личности друга последнего и о допросе этого друга в качестве свидетеля, что позволило бы доказать незаконную провокацию сбыта наркотиков в соответствии с инструкциями полиции Германии. Это ходатайство было отклонено, так как оно могло бы повлечь раскрытие личности осведомителя и причинить ущерб Федеративной Республике Германия или одной из ее земель.

В июле 2002 года заявитель был признан виновным в незаконном обороте наркотиков и приговорен к лишению свободы. Суд мотивировал приговор признанием заявителя и двух других обвиняемых, а также показаниями двух свидетелей, которым было отказано в разрешении выступать в суде лично. При оценке их достоверности суд принимал во внимание устные показания курировавшего их полицейского. Назначая наказание заявителю, суд учел в качестве смягчающего вину обстоятельства, что сбыт наркотиков проходил под контролем полиции, поскольку было маловероятно, чтобы эти наркотики поступили в незаконный оборот.

Европейский Суд нашел убедительными доводы приговора о необходимости ограничения права заявителя на защиту и отсутствии правовых средств для принуждения осведомителя к даче показаний в условиях запрета на выступление в суде. Более того, указанные препятствия частично уравновешивались судом, обязавшим осведомителя отвечать на вопросы заявителя в письменной форме. Хотя осведомитель был основным свидетелем обвинения, его показания не имели решающего значения для осуждения заявителя. Выводы судов страны фактически опирались на признание заявителя и двух других обвиняемых. Без допроса осведомителя было бы невозможно установить, был ли сбыт наркотиков спровоцирован им, и если да, то в какой степени, в то время как этот вопрос имел решающее значение для назначения наказания, соответствующего вине заявителя. Однако суды страны с осторожностью отнеслись к письменным показаниям осведомителя и подвергли допросу курировавшего его полицейского с целью установить их достоверность. С учетом способа получения этих показаний в целом права защиты не были ограничены до степени, не совместимой с гарантиями пункта 1 и подпункта "d" пункта 3 статьи 6 Конвенции.


Решение


Жалоба признана явно необоснованной.


По жалобе о нарушении статьи 7 Конвенции


По жалобе о нарушении пункта 1 статьи 7 Конвенции


Вопрос о запрещении уголовной ответственности за деяние, не являющееся преступлением


По делу обжалуется применимость требования французского Таможенного кодекса о декларировании денежных средств, ценных бумаг и активов к нидерландскому подданному, осужденному за несоблюдение этого требования. Жалоба признана неприемлемой.


Грифхорст против Франции
[Grifhorst v. France] (N 28336/02)


Решение от 7 сентября 2006 г. [вынесено I Секцией]


(См. ниже изложение обстоятельств данного дела, жалоба по которому была рассмотрена в контексте статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.)


По жалобам о нарушениях статьи 8 Конвенции


Вопрос о соблюдении права человека на уважение его частной жизни


По делу обжалуется пренебрежение процедурой личных обысков посетителей тюрьмы. По делу допущено нарушение требований статьи 8 Конвенции.


Уэйнрайт против Соединенного Королевства
[Wainwright v. United Kingdom] (N 12350/04)


Постановление от 26 сентября 2006 г. [вынесено IV Секцией]


Обстоятельства дела


Заявителями являются Мэри Уэйнрайт и ее сын Алан Уэйнрайт, страдающий корковым параличом и задержкой социального и интеллектуального развития. В 1996 году другой сын Мэри Уэйнрайт, О'Нейл (единоутробный брат Алана Уэйнрайта), был арестован по подозрению в убийстве и заключен под стражу. Поскольку он подозревался в сбыте и использовании наркотиков в тюрьме, начальник последней распорядился подвергать всех его посетителей личным обыскам с раздеванием. Не зная об этом распоряжении, заявители в январе 1997 г. прибыли в тюрьму для свидания со своим родственником. После предварительной проверки их поставили в известность, что они будут подвергнуты личному обыску, так как имелись основания полагать, что они намереваются передать наркотики. Они были предупреждены, что в случае отказа они не будут допущены на свидание с О'Нейлом. Две женщины из числа служащих отвели Мэри Уэйнрайт в небольшую комнату, примыкающую к служебным помещениям, где заставили полностью раздеться и подвергли осмотру ее половые органы и анус. Под конец осмотра она дрожала и проявляла признаки беспокойства. Поскольку шторы на окнах не были опущены, ей казалось, что снаружи ее могут видеть неодетой. После того как ей разрешили одеться, одна из служащих предложила ей подписать заявление о согласии на личный обыск. К формуляру заявления прилагалось описание процедуры, предусмотренной распорядком. Заявительница подписала формуляр.

Алана Уэйнрайта отвели в отдельную комнату служащие мужчины, которые предложили ему снять одежду с верхней части тела. Ощупав его туловище, включая подмышечные впадины, тюремные служащие потребовали снять остальную одежду. В это время заявитель плакал и дрожал. Ему велели расставить ноги, и один из служащих осмотрел его тело, приподнял пенис и оттянул крайнюю плоть. Затем Алану Уэйнрайту предложили подписать заявление о согласии на обыск. Он объяснил, что не может его прочесть, и хотел, чтобы мать предварительно прочитала его. Служащие проигнорировали его просьбу и заявили, что если он не подпишет, ему не разрешат увидеться с братом. После этого он подписал формуляр.

После этого происшествия Мэри Уэйнрайт не посещала О'Нейла четыре месяца. В 1998 году она побывала на приеме у психиатра. Врач пришел к выводу, что серьезное потрясение, которое она пережила в тюрьме, усилило существующую у нее депрессию. Тот же врач осмотрел Алана Уэйнрайта и заключил, что он страдает от посттравматического шокового расстройства и депрессивной болезни. Врач предположил, что обыск с раздеванием явился причиной обоих заболеваний.

В процессе разбирательства, которое заявители возбудили против Министерства внутренних дел, Апелляционный суд установил, что обстоятельства дела заявителей не отвечают признакам правонарушения против личности, и по отношению к ним не совершалось противоправных действий (если не считать оскорбления, нанесенного Алану Уэйнрайту, в пользу которого было взыскано возмещение убытков).


Вопросы права


По поводу соблюдения требований статей 3 и 8 Конвенции. С учетом остроты проблемы употребления наркотиков в тюрьме и подозрений тюремной администрации в том, что О'Нейл принимает наркотики, обыск посетителей мог считаться законной профилактической мерой. Однако применение такой насильственной и потенциально унизительной процедуры к лицам, не являющимся осужденными или обоснованно подозреваемыми в совершении преступления, должно осуществляться в строгом соответствии с процедурой и надлежащим уважением к человеческому достоинству. Суды страны установили, что тюремные служащие, проводившие обыски, не исполняли собственные правила и проявили "небрежность". В частности, они, по-видимому, не предоставили заявителям до проведения обысков копии формуляра, раскрывающего содержание применимой процедуры, который уведомил бы их о том, чего следует ожидать, и мог обеспечить информированное согласие. Тюремный персонал также пренебрег правилом о том, что обыскиваемое лицо в любой момент времени должно быть обнажено не более чем наполовину. Представляется также, что Мэри Уэйнрайт могли видеть через окно в нарушение порядка. Обеспечивать соблюдение этого порядка должны были представители власти, а не посетители. При достойном сожаления недостатке вежливости следует отметить, что тюремные служащие не допускали словесных оскорблений, за исключением случая с Аланом Уэйнрайтом, в пользу которого были взысканы убытки за оскорбление. В связи с этим Европейский Суд исключил этот эпизод из пределов своей оценки. Такое обращение, несомненно, причинило заявителям потрясение, но не достигло минимального уровня суровости, запрещенного статьей 3 Конвенции. Данное дело, скорее, относится к сфере действия статьи 8 Конвенции. В этой связи Европейский Суд находит, что обыски преследовали законную цель разрешения проблемы использования наркотиков в тюрьме. Вместе с тем он не убежден, что обыски были пропорциональны этой цели, с учетом способа их проведения. Поскольку процедура надлежащего проведения обыска была установлена в отношении посетителей тюрьмы, которые могли быть не причастны к каким-либо правонарушениям, тюремная администрация была обязана строго соблюдать эти гарантии и с помощью мер предосторожности защищать достоинство обыскиваемых, насколько возможно. Европейский Суд полагает, что в деле заявителей это сделано не было, и проведенные в их отношении обыски не могут рассматриваться как "необходимые в демократическом обществе".


Постановление


По делу не было допущено нарушение требований статьи 3 Конвенции (принято единогласно), но было допущено нарушение требований статьи 8 Конвенции (принято единогласно).

По поводу соблюдения требований статьи 13 Конвенции. Возбужденные заявителями разбирательства в судах страны о возмещении ущерба в связи с обысками и их последствиями не имели успеха, если не считать эпизод с оскорблением Алана Уэйнрайта. Что касается других элементов обысков, Палата лордов установила, что небрежность, проявленная тюремными служащими, не дает оснований для гражданской ответственности, в частности, в силу отсутствия деликта вмешательства в личную жизнь. При таких обстоятельствах Европейский Суд находит, что заявителям не были доступны средства получения возмещения за вмешательство в их права, гарантированные статьей 8 Конвенции.


Постановление


По делу допущено нарушение требований статьи 13 Конвенции (принято единогласно).


Компенсация


В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил выплатить заявителям компенсацию в размере 6000 евро в возмещение причиненного им морального вреда и возмещение издержек и иных расходов.


Вопрос о соблюдении права человека на уважение его частной и семейной жизни


По делу обжалуются прослушивание телефонных линий при расследовании уголовного дела и последующее использование соответствующих записей в судебном разбирательстве. Жалоба признана неприемлемой.


Чобан против Испании
[Coban v. Spain] (N 17060/02)


Решение от 25 сентября 2006 г. [вынесено V Секцией]


Обстоятельства дела


Заявитель - гражданин Турции, привлекавшийся в качестве подозреваемого в широкомасштабном деле о сбыте наркотиков, которое расследовалось испанской полицией. Следователями было получено разрешение на прослушивание нескольких телефонных линий, в том числе принадлежащих заявителю. В результате следственных действий 19 октября 1996 г. заявитель и несколько его сообщников были арестованы полицией, изъявшей несколько килограммов героина из автомобиля, который использовался членами преступной группы, а также значительную денежную сумму. 21 октября 1996 г. заявитель был допрошен вышестоящими сотрудниками полиции в присутствии назначенного адвоката. 22 октября он предстал перед следственным судьей Национального судебного присутствия (Audiencia Nacional), пользуясь услугами адвоката и переводчика, назначенного секретарем суда. Заявитель подписал протокол, выразив согласие с его содержанием.

После судебного следствия дело заявителя и еще нескольких лиц, участвовавших в торговле наркотиками, было рассмотрено палатой по уголовным делам Национального суда. В состоявшемся 10 декабря 1998 г. состязательном и гласном судебном разбирательстве заявитель был признан виновным в торговле наркотиками и подделке официальных документов. Он был приговорен к лишению свободы на срок 19 лет и к штрафу. В основу приговора Национального суда были положены сделанные полицией записи телефонных переговоров на испанском языке, показания обвиняемого, заключения экспертов и иные доказательства, полученные в ходе расследования. Кроме того, суд указал, что прослушивание телефонных переговоров на всех стадиях производства по делу осуществлялось в строгом соответствии с практикой Верховного и Конституционного судов.

Заявитель обжаловал приговор по мотиву его незаконности в Верховном суде, ссылаясь на нарушение ряда конституционных принципов, в частности, принципа презумпции невиновности и права использовать в свою защиту относимые к делу доказательства. Кроме того, он жаловался на то, что прослушивание, которое проводилось во время судебного и полицейского расследования, нарушало тайну телефонных переговоров. Он также ссылался на то, что при аресте не был уведомлен незамедлительно и на понятном ему языке о своих правах и основаниях ареста. В постановлении от 18 июля 2000 г., принятом после состязательного разбирательства, Верховный суд подробно рассмотрел доводы заявителя и оставил обжалуемый приговор в силе. На основании статьи 24 (право на справедливое судебное разбирательство и презумпция невиновности), пункта 3 статьи 18 (уважение тайны телефонных сообщений) и пункта 3 статьи 17 (право быть уведомленным незамедлительно и на понятном языке о правах и основаниях ареста) Конституции Испании заявитель подал заявление в Конституционный суд в соответствии с процедурой amparo (специальный порядок обращения в суд по поводу нарушения органами государственной власти прав человека). Названный суд решением от 25 февраля 2002 г., содержащим подробную мотивировку, установил отсутствие нарушений при осуществлении или использовании записей телефонных переговоров и признал жалобу недопустимой как явно необоснованную.


Вопросы права


Жалоба признана неприемлемой, что касается статьи 8 Конвенции.

Прослушивание телефонных переговоров представляет собой вмешательство в осуществление права, гарантированного статьей 8 Конвенции. Поэтому необходимо проверить, производилось ли данное вмешательство "в соответствии с законом", имело ли одну или несколько законных целей и было ли необходимо в демократическом обществе для достижения этих целей.

Что касается первого условия, то обжалуемое вмешательство, безусловно, имеет обоснование в испанском законодательстве. Речь идет о статье 579 Уголовно-процессуального кодекса в редакции Органического закона от 25 мая 1988 г. Последний является общедоступным, но законодательство нуждается в уточнении с учетом смысла и характера подлежащих применению мер. В соответствии с нормами прецедентного права Европейского Суда, "закон" действует в соответствии с его толкованием, данным компетентными судами. Кроме того, учитывая негласный характер наблюдения или прослушивания сообщений властями, отсутствие общественного контроля, а также риск превышения полномочий представителями властей, законы страны должны обеспечивать защиту личности против произвольного вмешательства в права, гарантированные статьей 8 Конвенции. Таким образом, законодательство должно содержать четкие правила с целью обеспечить в интересах граждан адекватное определение обстоятельств и условий, при которых государственные власти уполномочены принимать такие негласные меры.

В настоящем деле прослушивание телефонных переговоров было санкционировано судом между декабрем 1995 года и октябрем 1996 года, то есть намного позже изменений законодательства 1988 года. Изменения были постепенно развиты практикой Верхового и Конституционного судов, которыми были подробно определены необходимые в таких случаях меры безопасности. В частности, решение Верховного суда от 18 июня 1992 г., дополненное позднейшей практикой Конституционного суда, заполнило правовой вакуум, который ранее отмечался этими судами. С этого момента исчерпывающий характер правого регулирования, в широком смысле, не может быть поставлен под сомнение. Таким образом, хотя желательно закрепление в законе принципов прецедентного права Европейского Суда, статьей 579 Уголовно-процессуального кодекса, дополненной Органическим законом от 25 мая 1988 г. (Закон N 4/1988) и развитой практикой Верховного и Конституционного судов, еще до событий настоящего дела были установлены ясные и подробные правила, определяющие с надлежащей четкостью рамки и условия свободы действия властей в данном вопросе. Более того, вмешательство имело законную цель предотвращения правонарушений.

С точки зрения необходимости прослушивание телефонных переговоров, представляется одним из важнейших следственных действий, с помощью которого было доказано участие различных лиц, в том числе заявителя, в широкомасштабной торговле наркотиками. Заявитель также воспользовался средствами "эффективного контроля" прослушивания телефонных переговоров: он обращался в Верховный суд со ссылкой на незаконность решения по причине, в том числе, такого прослушивания и подал в Конституционный суд заявление в соответствии с процедурой amparo. Эти суды постановили, что прослушивание телефонных переговоров было санкционировано хорошо обоснованными решениями и тщательно контролировалось в соответствии с установленными правилами.

Что касается судебного надзора за прослушиванием телефонных переговоров и, в частности, довода, что такой контроль невозможен, если переговоры ведутся на иностранном языке, в совокупности с отсутствием их расшифровки приведенным к присяге переводчиком и тем фактом, что записи телефонных переговоров были приобщены к материалам дела, Европейский Суд находит допустимым участие в расшифровке переводчика с заслуживающим доверия уровнем знания языка оригинала, даже если перевод сделан в форме краткого изложения или содержит выдержки из диалогов.

В настоящем деле судом были заслушаны оригинальные записи. Переговоры, представленные обвинением в качестве доказательства, прослушивались в гласном судебном заседании и являлись предметом прений в соответствии с принципом состязательности при разбирательстве дела. Более того, эти переговоры были на испанском языке. Таким образом, была установлена подлинность прослушанных переговоров путем проверки записей и сравнения их с расшифровкой.

Следовательно, заявитель воспользовался средствами "эффективного контроля" в соответствии с нормами права, требующими, чтобы обжалуемое вмешательство ограничивалось до "необходимого в демократическом обществе". В данном деле ничто не свидетельствует о нарушениях со стороны судов Испании права на уважение частной жизни, гарантированного статьей 8 Конвенции.


Решение


Жалоба признана явно необоснованной.


По жалобе о нарушении статьи 10 Конвенции


Вопрос о соблюдении права человека на свободу выражения мнения


По делу обжалуется принуждение журналистов единственных телеканала и радиостанции, вещающих на всю страну, к осуществлению деятельности в условиях цензуры. Жалоба признана приемлемой.


Маноле и другие против Молдавии
[Manole and Others v. Moldova] (N13936/02)


Решение от 26 сентября 2006 г. [вынесено IV Секцией]


Обстоятельства дела


Заявителями по настоящему делу выступают телевизионные журналисты, работающие или работавшие в государственной компании "Телерадио-Молдова", которая управляет единственными в Молдавии общественными телеканалом и радиостанцией с вещанием на всю страну. Заявители утверждают, что на протяжении всего существования компании ее деятельность подвергалась цензуре, ситуация с которой стала нетерпимой после февраля 2001 года, когда на парламентских выборах победила Коммунистическая партия. Устные цензурные указания исходили от президента компании и доводились до сведения редакторов.

С января по май 2002 года парламентской фракцией Христианско-демократической народной партии напротив здания правительства проводились ежедневные массовые демонстрации, собиравшие десятки тысяч участников. На протяжении долгого времени любые упоминания об этих событиях в выпусках новостей были запрещены. В конце февраля 2002 года более 300 сотрудников компании подписали декларацию протеста против цензуры. В тот же день в вечернем выпуске новостей одного из заявителей заменили другим журналистом, поскольку заявитель отказался представить прошедшую цензуру версию новостей об акциях протеста перед зданием компании. В студии присутствовали военнослужащие. Попытка новостной команды дать в эфир полную версию специального репортажа не удалась, поскольку через несколько минут выпуск новостей был прерван документальным фильмом.

Сотрудники компании решили объявить пассивную забастовку и избрали забастовочный комитет, который предъявил администрации компании и правительству ряд требований, касающихся отмены цензуры. В то же время редакторы и дикторы, несмотря на давление со стороны администрации компании, начали давать в эфир новости "без цензуры". Президент Молдавии встретился с представителями забастовочного комитета. Он отверг обвинения, касающиеся политического вмешательства в деятельность компании. Вместе с тем он якобы пообещал положить конец цензуре. Кроме того, он отклонил требование о предоставлении оппозиционным силам одного часа эфирного времени на том основании, что их протесты носят незаконный характер.

Во время трансляции выпуска новостей один из заявителей сообщил аудитории о том, что новости подвергаются цензуре, и продемонстрировал текст выпуска с внесенными правками, подписанный его начальником. Глава управления новостных программ немедленно приказал звукооператору отключить звук. В течение двух минут сообщение заявителя транслировалось беззвучно.

Позже в компании ввели чрезвычайное положение, в ее здании были размещены военные. Лидеров забастовочного движения одного за другим увольняли с должностей различными способами и подвергали дисциплинарным взысканиям. Компания отказалась исполнить решение суда, которым было отменено взыскание, наложенное на одного из заявителей. В марте и апреле 2002 года лидеры забастовочного комитета были допрошены следователями в связи с акциями протеста, организованными ими перед зданием компании.

В 2002 году парламентом был принят закон, в соответствии с которым "Телерадио-Молдова" стала "государственной компанией". Согласно новому закону для принятия на работу в государственную компанию имеющиеся сотрудники должны были пройти аттестацию. Аттестация была проведена в 2004 году. В результате потеряли работу все заявители, работавшие в управлении новостных программ, и большая часть людей, проявлявших активность во время забастовки 2002 года. Журналисты, не получившие работу, организовали пресс-конференцию, на которой говорилось о политических причинах их увольнения. Специальный репортаж об этой прес-сконференции должен был пройти в вечернем выпуске новостей, но его заменили документальным фильмом. В тот же день президент новой компании подписал приказ об отстранении от работы участников пресс-конференции и запрещении им доступа на территорию компании. Отдельные заявители обращались в Апелляционный суд с жалобами на незаконность проведенной аттестации. Суд отклонил жалобы на том основании, что их рассмотрение находится вне его юрисдикции.


Решение


Жалоба признана приемлемой, что касается статьи 10 Конвенции. Возражения государства-ответчика о неисчерпании заявителями внутригосударственных средств правовой защиты были приобщены к делу для рассмотрения по существу.


По жалобе о нарушении статьи 13 Конвенции


Вопрос о доступности заявителю эффективного средства правовой защиты


По делу обжалуется то обстоятельство, что халатность должностных лиц тюрьмы не повлекла гражданскую ответственность за осуществление личного обыска с раздеванием, в частности, по причине отсутствия генерального деликта* (* Деликт (лат. Delictum) - юр., правонарушение, т.е. незаконное действие, проступок, преступление (прим. переводчика).) нарушения неприкосновенности личной жизни. По делу допущено нарушение требований статьи 13 Конвенции.


Уэйнрайт против Соединенного Королевства
[Wainwright v. United Kingdom] (N 12350/04)


Постановление от 26 сентября 2006 г. [вынесено IV Секцией]


(См. выше изложение обстоятельств данного дела, жалоба по которому была рассмотрена в контексте статьи 8 Конвенции (вопрос о праве на неприкосновенность личной жизни).)


По жалобе о нарушении статьи 14 Конвенции


Вопрос о соблюдении запрета на дискриминацию (в контексте статьи 8 Конвенции и статьи 2 Протокола N 1 к Конвенции)


По делу обжалуются предполагаемые притеснения со стороны властей, а также закрытие школы заявителей в "Приднестровской Молдавской Республике" по причине их несогласия прекратить обучение на основе латиницы. Жалоба коммуницирована властям государств-ответчиков.


Катан и 27 других против Молдавии и России
[Catan and 27 Others v. Moldova and Russia] (N 43370/04)


[Вынесено IV Секцией]


Обстоятельства дела


Заявителями по настоящему делу выступают граждане Молдавии, проходящие обучение в лицее "Эврика" в г. Рыбница, их родители и учитель. Школа является одной из шести школ, обучение в которых ведется на молдавском (румынском) языке на основе латиницы. Она была основана в 1997 году и занимала здание, построенное за счет бюджетных средств Молдавии. Школа прошла регистрацию в Министерстве образования Молдавии и использовала учебные программы на основе латиницы, утвержденные этим министерством.

В 1999 году власти "Приднестровской Молдавской Республики" (далее - ПМР) постановили, что все школы, принадлежащие иностранным государствам и функционирующие на территории ПМР, должны быть зарегистрированы властями ПМР, в противном случае они не признаются и лишаются прав. Школа отказалась проходить регистрацию, поскольку эта процедура предполагала использование учебных программ на основе кириллицы, разработанных властями ПМР, и лишала бы школу права на получение финансирования со стороны Министерства образования Молдавии.

В июле 2004 года власти ПМР закрыли все школы, использующие латиницу. Учитывая инциденты, происходившие в других школах на территории Приднестровья, ведущих обучение на румынском языке, учащиеся, родители и учителя школы "Эврика" организовали в школе круглосуточное дежурство. В том же месяце здание школы захватила милиция ПМР, женщины и дети были выдворены из него. Пятеро мужчин, находившихся в здании, были задержаны и впоследствии приговорены к административному аресту вместе с мужем директора школы. Позднее представители приднестровской милиции и департамента образования г. Рыбницы посещали родителей учащихся, предлагая им забрать детей из школы и перевести в зарегистрированную властями ПМР школу. В противном случае им угрожали увольнением с работы и даже лишением родительских прав.

В результате такого давления многие родители, забрав детей, перевели их в другую школу. В октябре 2004 года власти ПМР разрешили снова открыть школу, как утверждается, в недостроенном и не подходящем для этих целей здании. Вновь открытая школа была обязана использовать учебную программу на основе кириллического алфавита, разработанную властями ПМР, и была лишена телефонной связи. Заявители безуспешно обращались с рядом ходатайств и жалоб к властям Российской Федерации и Молдавии.


Решение


Жалоба коммуницирована властям обоих государств-ответчиков, что касается статей 8 и 14 Конвенции, а также статьи 2 Протокола N 1 к Конвенции, с вопросами, затрагивающими сферы их ответственности согласно статье 1 Конвенции. Принято решение о рассмотрении жалобы в приоритетном порядке согласно правилу 41 Регламента Суда.

См. также дело "Калдаре и 16 других против Молдавии и России" [Caldare and 16 Others v. Moldova and Russia] (N 8252/05) и дело "Черкавский и 52 других против Молдавии и России" [Cercavschi and 52 Other v. Moldova and Russia] (N 18454/06), затрагивающие те же вопросы. Жалобы также коммуницированы обоим государствам-ответчикам и будут рассмотрены в приоритетном порядке.


По жалобе о нарушении статьи 34 Конвенции


Вопрос о наличии у заявителя статуса "жертвы" предполагаемого нарушения Конвенции


По делу обжалуется достаточная сумма возмещения, присужденного в контексте компенсаторного средства защиты, доступного жертвам чрезмерно длительного разбирательства. Жалоба признана неприемлемой.


Калайзич против Хорватии
[Kalajzic v. Croatia] (N 15382/04)


Решение от 8 сентября 2006 г. [вынесено I Секцией]


Обстоятельства дела


В 1991 году заявитель возбудил гражданское разбирательство о восстановлении на работе и взыскании компенсации вынужденного прогула. После двух передач дела из одной инстанции в другую муниципальный суд в 1997 году вынес решение о восстановлении заявителя на работе. Производство было закончено определением Верховного суда в 2002 году. Что касается компенсации вынужденного прогула, окончательное решение вступило в силу в 2005 году.

В 2002 году заявитель подал конституционную жалобу по поводу длительности разбирательства. В 2005 году Конституционный суд установил нарушение права заявителя на определение его гражданских прав и обязанностей в разумный срок и присудил ему сумму, эквивалентную 1 130 евро в качестве справедливой компенсации.

Европейский Суд исходил из того, что заявитель может считаться "жертвой" по смыслу статьи 34 Конвенции в зависимости оттого, признали ли власти страны, прямо или по существу, предполагаемое нарушение Конвенции и предоставили ли при необходимости соответствующее возмещение. Европейский Суд полагал, что признание Конституционным судом нарушения права заявителя на рассмотрение его иска в разумный срок удовлетворяет первому из этих условий. Европейский Суд также отметил, что компенсация, присужденная Конституционным судом, уступает суммам, назначаемым Европейским Судом за аналогичные задержки. Является ли присужденная сумма обоснованной, должно оцениваться с учетом всех обстоятельств дела. Они включают не только длительность разбирательства дела в каждом конкретном случае, но реальный размер присужденной компенсации с учетом уровня жизни в заинтересованном государстве, а также тот факт, что в соответствии с системами государств-ответчиков компенсации назначаются и выплачиваются быстрее, чем в случае, если соответствующее решение должен принять Европейский Суд. С учетом имеющихся материалов и принимая во внимание обстоятельства дела, Европейский Суд полагает, что сумма, присужденная заявителю, может считаться достаточной, и решение Конституционного суда не противоречит прецедентному праву Европейского Суда. Поэтому Европейский Суд приходит к выводу, что заявитель более не может по смыслу статьи 34 Конвенции считаться "жертвой" предполагаемого нарушения его права на разбирательство дела в разумный срок.


Решение


Жалоба признана явно необоснованной.

См. также: "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" [Information Note on the Caselaw of European Court of Human Rights] N 85* (* "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европей-ского Суда по правам человека" [Information Note on the Case-law of the European Court of Human Rights] N 81 соответствует "Бюллетеню Европейского Суда по правам человека" N 11 за 2006 год.), п. 19, (дела "Скордино против Италии" [Scordino v. Italy] (N 36813/97) и "Кокьярелла против Италии" [Cocchiarella v. Italy] (N 64886/01), по которым допущены нарушения требований Конвенции).


По вопросам применения статьи 35 Конвенции


По жалобам о нарушениях пункта 1 статьи 35 Конвенции


Вопрос о правилах исчисления шестимесячного срока для подачи жалобы в Европейский Суд


По делу обжалуется исчисление шестимесячного периода с уведомления адвоката заявителя об окончательном решении судов страны, даже если сам заявитель был уведомлен о нем позже. Жалоба признана неприемлемой.


Андорка и Вавра против Венгрии
[Andorka and Vavra v. Hungary] (N25694/03 и 28338/03)


Решение от 12 сентября 2006 г. [вынесено II Секцией]


Обстоятельства дела


Заявители были признаны виновными во взяточничестве и приговорены к штрафу. Окончательное решение судов страны было вначале доведено до сведения их адвоката. Заявители жаловались в соответствии с пунктом 1 статьи 6 Конвенции на затягивание уголовного дела.


Решение


Жалоба признана неприемлемой в связи с пропуском срока. Шестимесячный срок исчисляется с момента вручения окончательного решения, включая мотивировочную часть, адвокату заявителей, несмотря на то, что сами заявители получили копии решения позже.


Вопрос об исчерпании внутригосударственных средств правовой защиты в целях подачи жалобы в Европейский Суд


По делу обжалуется заключение заявителем соглашения с властями страны об отказе от права обжалования в судах страны. Жалоба признана неприемлемой.


Агбови против Германии
[Agbovi v. Germany] (N 71759/01)


Решение от 25 сентября 2006 г. [вынесено V Секцией]


Обстоятельства дела


Заявитель, гражданин Того, имел двух детей от первого брака в Германии и вновь женился в этой стране после развода. Он безуспешно ходатайствовал о продлении вида на жительство. Жалоба в Федеральный конституционный суд была признана неприемлемой на том основании, что обжалуемые решения и основные документы, необходимые для надлежащей конституционной проверки, были получены по истечении давностного срока без указания уважительных причин его пропуска. Было издано распоряжение о высылке заявителя из Германии. Период высылки был ограничен одним годом. В процессе разбирательства в административном суде административный орган обязался отменить решение о высылке на определенный срок в случае, если Европей-ский Суд по правам человека вынесет решение в пользу заявителя. При неблагоприятном решении заявитель должен был покинуть Германию добровольно, а в случае уклонения подлежал высылке. В качестве предварительного условия ограничения срока высылки заявитель должен был оплатить в течение года расходы по его высылке, составлявшие примерно 63 000 евро. Впоследствии заявителю был предоставлен двухлетний вид на жительство по гуманитарным основаниям.

Жалоба признана неприемлемой, что касается статьи 8 Конвенции, в связи с неисчерпанием внутригосударственных средств правовой защиты. В части обжалования заявителем решения о высылке его конституционная жалоба была признана неприемлемой в связи с тем, что он не представил в срок требуемые документы. Следовательно, он не исчерпал внутригосударственных средств правовой защиты.

Что касается его жалобы на получение временного вида на жительство, возникает вопрос, сохраняет ли он статус "жертвы" для целей статьи 34 Конвенции. В любом случае Европейский Суд отметил, что в соответствии с соглашением, заключенным с административным органом в рамках административного судебного разбирательства, заявитель обязался покинуть Германию добровольно и оплатить расходы по его высылке. По мнению Европейского Суда, заключая это соглашение, заявитель отказался от своего права на обжалование в судах Германии и, следовательно, не исчерпал внутригосударственные средства правовой защиты, предусмотренные законодательством Германии.


По вопросам применения статьи 56 Конвенции


По жалобе о нарушении пунктов 1 и 4 статьи 56 Конвенции


Территориальная сфера применения Конвенции
Заявление о признании компетенции Европейского Суда ratione loci*


(* Ratione loci - "ввиду обстоятельств, связанных с местом" (лат.), критерий обстоятельства места, применяемый при оценке приемлемости жалобы Европейским Судом. Подразумевает оценку того, имел ли факт нарушения место на территории, которая находится под юрисдикцией одного из государств-участников (прим. переводчика).)


По делу обжалуется невозможность привлечения Высокой Договаривающейся Стороны к ответственности в отсутствие заявления в соответствии со статьей 56 Конвенции, распространяющего действие Протокола N 1 на заморские территории. Жалоба признана неприемлемой.


"Куарк фишинг лимитед" против Соединенного Королевства
[Quark Fishing Limited v. United Kingdom] (N 15305/06)


Решение от 19 сентября 2006 г. [вынесено IV Секцией]


Обстоятельства дела


Заявитель владеет рыболовным судном, которое эксплуатируется под флагом Фолклендских островов и специально оборудовано для ловли патагонского клыкача* (* Клыкач патагонский (Dissostichus eleginoides) водится у Огненной Земли и Фолклендских островов, был обнаружен экспедициями также у Южной Георгии и субантарктических островов. Их ловят тралами у Ю. Георгии и Кергелена. Мясо их отличается высокой жирностью (до 30%) и отличными вкусовыми качествами. Наибольшие из до сих пор известных экземпляров клыкачей хранятся в Зоологическом музее в Санкт-Петербурге: патагонский клыкач длиной 193 см и весом 70 кг и антарктический клыкач лишь на 10 кг меньше (прим. переводчика).), обитающего в водах Южной Георгии и Южных Сандвичевых островов (SGSSI). Рыболовство в этих водах регулируется Конвенцией по сохранению морских живых ресурсов в Антарктиде (CCAMLR), участницей которой является Соединенное Королевство. Ежегодный общий допустимый улов устанавливается Комиссией CCAMLR для определенных секторов океана. Для SGSSI прибрежным государством, контролирующим соблюдение этих лимитов, является Соединенное Королевство. С 1997 года оно обеспечивает действие лицензионной системы, ограничивающей количество рыбы, выловленной каждым лицензированным судном.

Судно компании-заявителя ежегодно с 1997 по 2001 год получало лицензии, когда ее ходатайство было отклонено властями Южной Георгии и Южных Сандвичевых островов без объяснения причин. Компания-заявитель потребовала судебной проверки отказа в Верховном суде Фолклендских островов. Было установлено, что Министерство иностранных дел и по делам Содружества (МИДДС) потребовало уменьшения количества лицензий, предоставляемых судам под флагом Соединенного Королевства, в пользу судов других прибрежных государств во избежание дипломатических осложнений в этом чувствительном вопросе и указало, что лицензии должны предоставляться судам Соединенного Королевства, имеющим наилучшие показатели сохранения рыбных запасов, в число которых судно заявителя, по его мнению, не входило. Если бы не данный шаг, комиссар Южной Георгии и Южных Сандвичевых островов выдал бы лицензию заявителю. В июне 2001 года главный судья заявил, что решение Южной Георгии и Южных Сандвичевых островов не учитывало все обстоятельства, которые следовало принять во внимание, и, соответственно, было незаконным. Дело было возвращено на новое рассмотрение. В том же месяце статс-секретарь МИДДС в Лондоне дал формальное указание комиссару Южной Георгии и Южных Сандвичевых островов предоставить лицензии двум судам, плавающим под флагом Соединенного Королевства (в число которых судно заявителя не входило).

Заявитель оспорил законность этого указания в Высоком суде. В декабре 2001 года судья Высокого суда пришел к выводу, что критерии предоставления лицензий не были ясными или прозрачными, и способ издания указаний МИДДС об отстранении заявителя отличался явной несправедливостью. Указание, соответственно, было признано незаконным и отменено. Апелляционный суд оставил решение нижестоящего суда без изменений. Заявитель обратился с иском о возмещении убытков в связи с потерями сезона 2001 года, и производство по этому требованию, приостановленное в предыдущем разбирательстве, было возобновлено со ссылкой на статью 1 Протокола N 1 к Конвенции. Требование о возмещение убытков было исключено, поскольку судья согласился с доводом статс-секретаря о том, что применение положений Протокола N 1 не распространяется на территорию Южной Георгии и Южных Сандвичевых островов. Апелляционный суд отклонил жалобу заявителя на том основании, что тот был не вправе предъявлять требование о возмещении убытков, ссылаясь на статью 1 Протокола N 1 к Конвенции, поскольку Соединенное Королевство не распространило действие этого положения на территорию Южной Георгии и Южных Сандвичевых островов. Он пришел к выводу, что вопрос контроля над территорией не имеет значения в подобном деле, так как для применения указанного положения требуется заявление. Палата лордов отклонила жалобу заявителя.

В Европейском Суде компания-заявитель жаловалась на незаконное вмешательство в право беспрепятственного пользования имуществом, в частности, в право на получение лицензии на рыболовство, ссылаясь на статью 1 Протокола N 1 к Конвенции. Европейский Суд отметил, что суды единодушно признали ответственность Соединенного Королевства за территорию Южной Георгии и Южных Сандвичевых островов по смыслу статьи 56 Конвенции. Соединенное Королевство не делало заявления о распространении Протокола N 1 к Конвенции на эту территорию. Заявители ссылались также на конвенционное прецедентное право, указывая, что при определенных обстоятельствах ответственность Высокой Договаривающейся Стороны может распространяться за пределы ее территории, если она осуществляет эффективный контроль за ее пределами. Данный принцип "эффективного контроля" не заменяет, однако, систему заявлений, с помощью которых государства-участники принимают решение о распространении Конвенции на заморские территории, за международные отношения которых они несут ответственность.

Заявители утверждали также, что система заявлений, предусмотренная статьей 56, устарела, поскольку она была предназначена для колониальной системы по окончании Второй мировой войны. Европейский Суд признает, что ситуация в значительной степени изменилась по сравнению с периодом, когда Высокие Договаривающиеся Стороны принимали Конвенцию включая статью 56 (бывшую статью 63). Однако, если государства-участники намерены положить конец системе заявлений, это может быть сделано только путем внесения изменений в Конвенцию, требующих подписания и ратификации этими государствами. Тот факт, что Соединенное Королевство распространило саму Конвенцию на Южную Георгию и Южные Сандвичевы острова, не дает оснований полагать, что Протокол N 1 к Конвенции также распространяется на эту территорию и не позволяет Европейскому Суду требовать от Соединенного Королевства обоснования нераспространения этого Протокола. Конвенция не предусматривает для любой Высокой Договаривающейся Стороны обязанности ратифицировать тот или иной протокол или приводить основания своих решений в отношении своей юрисдикции. Такие обязанности отсутствуют и в отношении территорий, регулируемых статьей 56 Конвенции. При данных обстоятельствах статья 1 Протокола N 1 к Конвенции не применима, и Европейский Суд не обладает юрисдикцией для рассмотрения жалоб в контексте этого положения.


Решение


Жалоба не совместима со статьей 56 Конвенции.


По жалобам о нарушениях статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции


Вопрос о соблюдении права человека на беспрепятственное пользование своим имуществом


По делу обжалуется соразмерность удержания таможенными органами крупной суммы денег и распоряжения о конфискации этой суммы и наложении штрафа в связи с уклонением от обязанности декларирования. Жалоба признана частично неприемлемой и частично приемлемой.


Грифхорст против Франции
[Grifhorst v. France] (N 28336/02)


Решение от 7 сентября 2006 г. [вынесено I Секцией]


Обстоятельства дела


Заявитель, подданный Королевства Нидерланды, был остановлен французскими таможенниками 29 января 1996 года на границе Франции и Андорры. Таможенники задали ему вопрос о наличии валюты для декларирования, на который он ответил отрицательно. Однако при обыске таможенники обнаружили крупную сумму в голландских гульденах, которая была конфискована. В своем приговоре от 8 октября 1998 года суд по уголовным делам, руководствуясь соответствующими положениями Таможенного кодекса, признал заявителя виновным в уклонении от декларирования денег или ценных бумаг. Помимо конфискации всей изъятой суммы суд наложил на заявителя штраф в размере половины незадекларированной суммы. 4 ноября 1999 года при заочном рассмотрении жалобы приговор был оставлен без изменения. 11 октября 2000 года заявитель подал жалобу, в которой просил об отмене приговора. Он ссылался на ошибочное применение закона, указывая, что европейская директива устранила все ограничения на перемещение капитала лицами, проживающими в государствах-участниках. Он также утверждал, что действовал добросовестно, не имея намерения обмана, просил об оправдании и возврате конфискованной суммы, а в качестве альтернативы просил Апелляционный суд о передаче дела в Суд Европейских Сообществ для предварительной оценки соответствия норм Таможенного кодекса правилу о свободном перемещении капитала.

Постановлением от 20 марта 2001 года Апелляционный суд признал жалобу приемлемой, но отклонил ее, указав, в частности, что с учетом поведения на таможенном посту заявитель не вправе ссылаться на то, что он действовал добросовестно, или ссылаться на ошибочное применение закона; что обязанность по декларированию, не препятствующая свободному перемещению капитала, должна исполняться всяким лицом, как резидентом, так и нерезидентом Франции, и что соответствующие положения Таможенного кодекса не противоречат принципу соразмерности права Европейского Союза, поскольку они введены в целях воспрепятствования легализации денежных средств. Суд пришел к выводу, что необходимость в передаче дела в Суд Европейских Сообществ отсутствует.

Заявитель подал кассационную жалобу, ссылаясь, в частности, на нарушение пункта 1 статьи 7 Конвенции в связи с тем, что суд по уголовным делам признал его виновным в уклонении от обязанности декларирования, в то время как согласно прецедентному праву, существовавшему в момент спора (особенно постановление Кассационного суда от 25 июня 1998 года), эта обязанность возлагалась лишь на жителей Франции. Он также ссылался на пункты 1 и 2 статьи 6 Конвенции и статью 1 Протокола N 1 к Конвенции, утверждая, что суровость наказаний, назначенных за простое административное правонарушение, нарушала принцип соразмерности.

Жалоба в Кассационный суд была отклонена 30 января 2002 года. Суд пришел к выводу о том, что, поскольку изменения уголовного законодательства не было, принцип, не допускающий придания обратной силы, не может применяться к толкованию прецедентного права и что оспариваемые таможенные санкции, которые введены в качестве меры, препятствующей отмыванию денег, соответствуют принципу соразмерности права Европейского Союза и не противоречат положениям Конвенции, на которые ссылался заявитель.

Что касается статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции:

(i) решение таможенных властей об отказе от взыскания штрафа, наложенного на заявителя, после списания задолженности по счетам, могло оказать влияние на его статус жертвы. Поэтому решено исследовать этот вопрос одновременно с рассмотрением дела по существу.

(ii) Жалоба признана неприемлемой, что касается обжалования заявителем временного удержания денежных средств. Такое удержание, предусмотренное Таможенным кодексом, представляло собой превентивную меру, обеспечивающую возможность конфискации денежных средств, в отношении которых имелись основания полагать, что они приобретены в результате незаконной деятельности, опасной для общества, или что их назначение могло противоречить публичным интересам. Поэтому такая мера не выглядит непропорциональной для целей статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции. Жалоба признана явно необоснованной.

(iii) Жалоба признана приемлемой, что касается обжалования решения о конфискации суммы и наложенного штрафа.

Жалоба признана неприемлемой, что касается пункта 1 статьи 7 Конвенции. В отношении жалобы заявителя на придание Кассационным судом обратной силы более позднему прецеденту, которое, по его мнению, было для него неблагоприятно, отмечено, что судя по тексту, применявшемуся в период спора, подлежащее применению положение Таможенного кодекса распространяло действие на "лиц, осуществляющих переводы", - это широкое понятие, как можно было предвидеть, относилось как к жителям Франции, так и к нерезидентам. Кроме того, постановления Кассационного суда, на которые ссылался заявитель, относили к более позднему сроку обстоятельства настоящей жалобы и были вынесены по одному и тому же делу, второе постановление было вынесено вследствие жалобы таможенного органа и отменяло первое постановление.


Решение


Жалоба признана явно необоснованной.

Жалоба признана неприемлемой, что касается пунктов 1 и 2 статьи 6 Конвенции. Заявитель утверждал, что разбирательство было несправедливым на том основании, что были нарушены некоторые нормы права Европейского Союз, а его ходатайство о передаче дела в Суд Европейских Сообществ для предварительного рассмотрения было отклонено Апелляционным судом.

Европейский Суд не может рассматривать жалобы, основанные на предполагаемом нарушении права Европейского Союза.


Решение


Жалоба не совместима ratione materiae* (* Ratione materiae - "ввиду обстоятельств, связанных с предметом рассмотрения" (лат.), критерий существа обращения, применяемый при оценке приемлемости жалобы Европейским Судом (прим. переводчика).) с положениями Конвенции.

Что касается вопроса о предварительном рассмотрении, пункт 1 статьи 6 Конвенции не гарантирует абсолютного права на передачу дела в Суд Европейских Сообществ для предварительного рассмотрения даже с учетом того, что при определенных обстоятельствах отказ суда страны, рассматривающего дело в последней инстанции, может затронуть принцип справедливости разбирательства, особенно если отказ выглядит произвольным. Однако в настоящем деле ходатайство о передаче дела в Суд Европейских Сообществ было представлено в Апелляционный суд на альтернативной основе и не было повторно представлено в Кассационный суд. Кроме того, нарушение обязанности декларирования, которое не оспаривается заявителем, составляет правонарушение, в отношении которого он был признан виновным. Соответственно, в настоящем деле не усматривается признаков нарушения его прав, вытекающих из презумпции невиновности.


Решение


Жалоба признана явно необоснованной.


Вопрос о соблюдении имущественных прав лица при лишении его имущества


По делу обжалуется принудительная передача сельскохозяйственной земли в аренду с последующим переходом прав на нее к арендаторам. Жалоба признана приемлемой.


"Урбарска обец тренчанске бискупице" и Ян Краткий против Словакии
[Urbarska Obec Trencianske Biskupice and Jan Kratky v. Slovakia] (N 74258/01)


Решение от 12 сентября 2006 года [вынесено IV Секцией]


Обстоятельства дела


Заявителями по настоящему делу выступают объединение землевладельцев и заместитель председателя данного объединения. При социалистическом строе в бывшей Чехословакии собственники земли в большинстве случаев были обязаны передавать ее в распоряжение государственных или кооперативных сельскохозяйственных ферм или, как в случае заявителя, садоводческих товариществ, состоящих из индивидуальных садоводов. Формально они оставались собственниками земли, но не имели практической возможности воспользоваться принадлежащим им имуществом. При переходе Чехословакии к рыночной экономике, последовавшем за падением социалистического режима, парламент принял в 1991 и 1997 годах законы, предусматривающие принудительную передачу земли частными собственниками в аренду членам садоводческих товариществ. Арендаторы могли приобрести право собственности на данную землю, тогда как собственники могли требовать предоставления взамен земельного участка сравнимой площади и качества или денежной компенсации.

В 1999 году садоводческое товарищество, использующее землю заявителей, передало право собственности на нее индивидуальным садоводам. Жалобы со стороны заявителей были отклонены. В 2002 году объединение-заявитель получило землю общей площадью около 1,4 гектара в качестве компенсации за ранее принадлежавший им участок, площадь которого превышала 2,5 гектара. По мнению властей, предоставленная в качестве компенсации земля, хотя и была меньше по площади, относилась к пахотным землям высокого качества и обладала более высокой стоимостью. Однако при определении размера компенсации властями была принята во внимание стоимость прежней земли заявителей на момент, когда садоводческое объединение впервые заняло ее. В то время данная земля была истощена. В 2005 году по запросу государства-ответчика была произведена экспертная оценка обоих участков земли на дату сделки в году. Согласно заключению, оценочная стоимость земли садоводческого объединения составляла более 1 тысячи словацких крон за квадратный метр, а земли, полученной заявителями в качестве компенсации - примерно 100 словацких крон за квадратный метр.


Решение


Жалоба признана приемлемой, что касается требований объединения землевладельцев в отношении принудительной передачи земли в аренду и в отношении ее последующей передачи членам садоводческого объединения.


Вопрос о соблюдении имущественных прав лица при лишении его имущества


По делу обжалуется отмена решения о назначении пенсии вследствие обнаружения органом социального обеспечения ошибки. Жалоба коммуницирована властям государства-ответчика.


Москаль против Польши
[Moskal v. Poland] (N 10373/05)


[Вынесено IV Секцией]


Обстоятельства дела


В августе 2001 года заявительница подала в орган социального обеспечения заявление о досрочном назначении ей пенсии, полагающейся лицам, которые воспитывают детей, нуждающихся по состоянию здоровья в постоянном уходе. С этой целью она представила медицинское заключение, в соответствии с которым ее семилетний сын страдал, в том числе, бронхиальной астмой и нуждался в постоянном уходе со стороны матери. Орган социального обеспечения назначил заявительнице пенсию, но приостановил ее выплату, поскольку она продолжала работать. После этого заявительница уволилась с работы на условиях полной занятости и с сентября 2001 года начала получать пенсию. В июле 2002 года отдел по социальному обеспечению, пересмотрев в рамках своих полномочий дело заявительницы, отменил свое первоначальное решение и отказал ей в назначении пенсии на том основании, что возникли сомнения в правильности представленного медицинского заключения. Заявительница обжаловала это решение в суд, который назначил новую медицинскую экспертизу состояния здоровья ее сына. По ее завершении суд отказал заявительнице со ссылкой на заключение эксперта, согласно которому ее ребенок действительно страдал астмой, но нуждался в уходе лишь время от времени, а не постоянно. Апелляционный суд оставил в силе это решение, указав, что в случае заявительницы выполнены не все условия, дающие право на получение такой пенсии. В отношении вопроса о правомерности пересмотра дела апелляционный суд отметил, что решение о назначении пенсии может быть проверено даже с учетом существовавших на тот момент обстоятельств, которые были известны, но не приняты во внимание вследствие ошибки или небрежности уполномоченного органа. В данном деле значимые обстоятельства были обнаружены позже, в результате дополнительного изучения медицинской документации ребенка врачом органа социального обеспечения.


Решение


Жалоба коммуницирована властям государства-ответчика в отношении статей 6 и 8 Конвенции, а также статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции самостоятельно и в связи со статьей 14 Конвенции.


Вопрос о соблюдении права на беспрепятственное пользование своим имуществом


По делу обжалуются изъятие здания для нужд государства-ответчика и установление квазиарендных отношений, длящихся в течение 65 лет. По делу допущено нарушение требований статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.


Флери Солер и Камиллери против Мальты
[Fleri Soler and Camilleri v. Malta] (N 35349/05)


Постановление от 26 сентября 2006 г. [вынесено IV Секцией]


Обстоятельства дела


В 1941 году имущество, принадлежавшее отцу заявителей в г. Валетта, было изъято для нужд государства-ответчика путем принудительной передачи в аренду на неопределенный срок. Заявители получают в качестве арендной платы примерно 817 евро в год. В 1997 году заявители обратились в суд по гражданским делам, доказывая, что длительное изъятие принадлежащего им здания фактически является экспроприацией. Суд отклонил их требования. Конституционный суд отклонил жалобу заявителей, указав, что они сохранили право собственности и получают арендную плату, поэтому обжалуемая мера не может рассматриваться в качестве экспроприации, а представляет собой ограничение использования имущества, установленное в общественных интересах.


Вопросы права


Принимая во внимание низкую арендную плату, получаемую заявителями, минимальную выгоду, приносимую им зданием, тот факт, что изъятие недвижимости продолжается почти 65 лет, ограниченность их прав как арендодателей и отсутствие надлежащих процессуальных гарантий, Европейский Суд признает, что на заявителей возложено несоразмерное и избыточное бремя. Более того, они обязаны нести большую часть финансовых затрат на обеспечение условий труда служащих органов власти и/или государственных учреждений, которые осуществляют свои обязанности в интересах всего общества. Таким образом, государство-ответчик не обеспечило необходимый справедливый баланс между требованиями соблюдения всеобщих интересов и требованием защиты основных прав заявителей.


Постановление


По делу допущено нарушение требований статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции (принято единогласно).


Компенсация


В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил выплатить заявителям определенную сумму в возмещение судебных издержек и иных расходов и отложил рассмотрение вопроса о возмещении материального ущерба и морального вреда.


Вопрос о праве на беспрепятственное своим имуществом


По делу обжалуются изъятие властями здания в пользу третьих лиц и установление квазиарендных отношений, длящихся в течение 22 лет. По делу допущено нарушение требований статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.


Гиго против Мальты
[Ghigo v. Malta] (N 31122/05)


Постановление от 26 сентября 2006 г. [вынесено IV Секцией]


Обстоятельства дела


В 1984 году принадлежащее заявителю здание было изъято государством-ответчиком в соответствии с решением об изъятии, принятым уполномоченным по обеспечению социальным жильем, и передано в аренду третьим лицам. Заявитель утверждает, что никогда не получал какой-либо арендной платы или компенсации. Он обращался в суд, но несколько разбирательств закончились не в его пользу, включая дело, рассмотренное Конституционным судом, перед которым заявитель ссылался на то, что годовая арендная плата по официальной оценке составляла примерно 55 евро. Конституционный суд постановил, что заявитель не доказал наличия затруднений, на которые ссылался, а равно нарушения властями своего права собственности.


Вопросы права


Принимая во внимание крайне низкую официальную оценку арендной платы, тот факт, что изъятие недвижимости продолжается более 22 лет, а также ограниченность прав заявителя как арендодателя, Европейский Суд пришел к выводу, что на него было возложено несоразмерное и избыточное бремя. Он был обязан нести большую часть социальных и финансовых затрат по содержанию жилья третьего лица и его семьи. Отсюда следует, что государство-ответчик не обеспечило необходимый справедливый баланс между требованиями соблюдения общественных интересов и требованием защиты права собственности заявителя.


Постановление


По делу допущено нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции (принято единогласно).


Компенсация


В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил выплатить заявителю определенную сумму в возмещение судебных издержек и иных расходов и отложил рассмотрение вопроса о возмещении материального ущерба и морального вреда.


По жалобам о нарушениях статьи 2 Протокола N 2 к Конвенции


Вопрос о соблюдении права человека на образование


По делу обжалуется закрытие школы заявителей в "Приднестровской Молдавской Республике" по причине их несогласия прекратить обучение на основе латиницы. Жалоба коммуницирована властям государств-ответчиков.


Катан и 27 других против Молдавии и России
[Catan and 27 Others v. Moldova and Russia] (N43370/04)


[Вынесено IV Секцией]


(См. выше изложение обстоятельств данного дела, жалоба по которому была рассмотрена в контексте статьи 14 Конвенции.)


Вопрос о праве на уважительное отношение к религиозным убеждениям родителей в процессе образования детей


По делу обжалуется отказ властей удовлетворить просьбу родителей об освобождении их детей от обязательного посещения начальной школы по религиозным мотивам. Жалоба признана неприемлемой.


Конрад против Германии
[Konrad v. Germany] (N 35504/03)


Решение от 11 сентября 2006 г. [вынесено V Секцией]


Обстоятельства дела


По настоящему делу заявителями выступают родители, принадлежащие к христианской общине, которые считают неприемлемым посещение их детьми частных и государственных школ, поскольку в них осуществляется сексуальное воспитание, во время занятий изучаются волшебные сказки, растет уровень физического и психологического насилия среди учащихся. Заявители обучали своих детей в домашних условиях в соответствии с учебной программой организации, помогающей в этом благочестивым христианским родителям, но не признанной властями в качестве частной школы. Родители-заявители от имени своих детей направили просьбу об их освобождении от обязательного посещения начальной школы по религиозным мотивам. Орган управления школьным образованием отказал в удовлетворении этой просьбы. Данный отказ был подтвержден германскими судами со ссылкой на следующие обстоятельства. В силу малолетнего возраста дети заявителей были не способны оценить последствия решения родителей о домашней форме обучения, и вряд ли можно предположить, что они приняли самостоятельное решение. Хотя в соответствии с Основным законом родители имеют право обучать детей в соответствии со своими философскими и религиозными убеждениями, это право не является абсолютным, поскольку на государство возложена обязанность обеспечить образование на равных началах. Эта обязанность касается не только овладения знаниями, но также и воспитания ответственных граждан - членов демократического и плюралистического общества. Приобретение социальной компетентности, предполагающей общение с людьми, имеющими иные взгляды, и отстаивание мнения, отличающегося от мнения большинства, возможно лишь посредством постоянных контактов с обществом. Ежедневный опыт общения с другими детьми, приобретаемый при регулярном посещении школы, является более эффективным средством достижения этой цели, чем домашнее обучение. Принимая во внимание всеобщую заинтересованность в интеграции меньшинств и избежании опасности, связанной с маргинальными группами, вмешательство в основные права заявителей было соразмерным и обоснованным, поскольку они не лишались возможности обучать детей до и после школы, а также в выходные. Они также могли отдать детей в религиозную школу. Более того, принцип независимости школы от церкви защитил бы детей заявителей от внушения им идей против их воли, а также от религиозных предрассудков. Что касается насилия, то родители-заявители не приводят доводы в пользу того, что школьные власти не будут принимать необходимых мер для предотвращения враждебных отношений между детьми.

Европейский Суд напоминает, что родителям не может быть отказано в праве давать детям образование, соответствующее своим убеждениями. Право на образование по своей природе нуждается в государственном регулировании, при этом государство пользуется определенной свободой усмотрения в установлении и толковании правил для своей образовательной системы. Очевидно, что между Высокими Договаривающимися Сторонами отсутствует единое мнение по поводу домашнего обучения и обязательного посещения начальной школы. Европейский Суд не считает ошибочным предположение, что для достижения целей интеграции в общество и получения социального опыта домашнее обучение менее эффективно, чем посещение начальной школы. Это заключение немецких судов лежит в рамках допустимого для государства усмотрения в сфере регламентации прав и свобод человека и совместимо с установленными Европейским Судом нормами прецедентного права, утверждающими важность плюрализма для демократического общества. Более того, право родителей давать детям образование, соответствующее их религиозным убеждениям, не подверглось несоразмерному ограничению.


Решение


Жалоба признана явно необоснованной.


Другие постановления, вынесенные в сентябре 2006 года


Гринхал против Соединенного Королевства
[Greenhalgh v. United Kingdom] (N 61956/00)


Постановление от 5 сентября 2006 г. [вынесено IV Секцией] (мировое соглашение)


Хайд против Соединенного Королевства
[Hyde v. United Kingdom] (N 63287/00)


Постановление от 5 сентября 2006 г. [вынесено IV Секцией] (мировое соглашение)


Динч и другие против Турции
[Dinc and Others v. Turkey] (N 32597/96)


Постановление от 19 сентября 2006 г. [вынесено IV Секцией]


Карабулут против Турции
[Karabulut v. Turkey] (N 45784/99)


Постановление от 19 сентября 2006 г. [вынесено II Секцией]


Эрдем против Турции
[Erdem v. Turkey] (N 49574/99)


Постановление от 19 сентября 2006 г. [вынесено IV Секцией]


Кабасакал и Атар против Турции
[Kabasakal and Atar v. Turkey] (N 70084/01 и 70085/01)


Постановление от 19 сентября 2006 г. [вынесено IV Секцией]


Четин Адаш против Турции
[Getin Agdas v. Turkey] (N 77331/01)


Постановление от 19 сентября 2006 г. [вынесено II Секцией]


Лубина против Словакии
[Lubina v. Slovakia] (N 77688/01)


Постановление от 19 сентября 2006 г. [вынесено IV Секцией]


Мопа против Франции
[Maupas v. France] (N 13844/02)


Постановление от 19 сентября 2006 г. [вынесено II Секцией]


Уайт против Швеции
[White v. Sweden] (N 42435/02)


Постановление от 19 сентября 2006 г. [вынесено II Секцией]


Матияшевич против Сербии
[Matijasevic v. Serbia] (N 23037/04)


Постановление от 19 сентября 2006 г. [вынесено II Секцией]


Вюймен против Франции
[Vuillemin v. France] (N 3211/05)


Постановление от 19 сентября 2006 г. [вынесено II Секцией]


Сeйлемез против Турции
[Soylemez v. Turkey] (N 46661/99)


Постановление от 21 сентября 2006 г. [вынесено III Секцией]


Макхьюго против Швейцарии
[McHugo v. Switzerland] (N 55705/00)


Постановление от 21 сентября 2006 г. [вынесено III Секцией]


Эролу против Турции
[Eroglu v. Turkey] (N 59769/00)


Постановление от 21 сентября 2006 г. [вынесено III Секцией]


Масни против Румынии
[Maszni v. Romania] (N 59892/00)


Постановление от 21 сентября 2006 г. [вынесено I Секцией]


Гюнеш против Турции
[Ghnes v. Turkey] (N 61908/00)


Постановление от 21 сентября 2006 г. [вынесено III Секцией]


Арач против Турции
[Arac v. Turkey] (N 69037/01)


Постановление от 21 сентября 2006 г. [вынесено III Секцией]


Монна против Швейцарии
[Monnat v. Switzerland] (N 73604/01)


Постановление от 21 сентября 2006 г. [вынесено III Секцией]


Угланова против России
[Uglanova v. Russia] (N 3852/02)


Постановление от 21 сентября 2006 г. [вынесено I Секцией]


Грабчук против Украины
[Grabchuk v. Ukraine] (N 8599/02)


Постановление от 21 сентября 2006 г. [вынесено V Секцией]


Энел против Турции
[Onel v. Turkey] (N 9292/02)


Постановление от 21 сентября 2006 г. [вынесено III Секцией]


Гассер против Италии
[Gasser v. Italy] (N 10481/02)


Постановление от 21 сентября 2006 г. [вынесено III Секцией]


Мозер против Австрии
[Moser v. Austria (N 12643/02)


Постановление от 21 сентября 2006 г. [вынесено I Секцией]


Панди против Бельгии
[Pandy v. Belgium] (N 13583/02)


Постановление от 21 сентября 2006 г. [вынесено I Секцией]


Крочи и другие против Италии
[Croci and Others v. Italy] (N 14828/02)


Постановление от 21 сентября 2006 г. [вынесено III Секцией]


АО "Гецо" против Чехии
[Geco A.S. v. Czech Republic] (N 4401/03)


Постановление от 21 сентября 2006 г. [вынесено V Секцией]


Борщевский против России
[Borshchevskiy v. Russia] (N 14853/03)


Постановление от 21 сентября 2006 г. [вынесено I Секцией]


Дедда и Фрагасси против Италии
[Dedda and Fragassi v. Italy] (N 19403/03)


Постановление от 21 сентября 2006 г. [вынесено III Секцией]


Далидис против Греции
[Dalidis v. Greece] (N 26763/04)


Постановление от 21 сентября 2006 г. [вынесено I Секцией]


H.K. против Финляндии
[H.K. v. Finland] (N 36065/97)


Постановление от 26 сентября 2006 г. [вынесено IV Секцией]


Мюрвет Фидан и другие против Турции
[Murvet Fidan and Others v. Turkey] (N 48983/99)


Постановление от 26 сентября 2006 г. [вынесено II Секцией]


Шидлова против Словакии
[Sidlova v. Slovakia] (N 50224/99)


Постановление от 26 сентября 2006 г. [вынесено IV Секцией]


АО "Сосьете де жестьон дю пор де Камполоро" и АО "Сосьете фермьер де Камполоро" против Франции
[Societe de Gestion du Port de Campoloro and Societe Fermiere de Campoloro v. France] (N 57516/00)


Постановление от 26 сентября 2006 г. [вынесено II Секцией]


Невядомский против Польши
[Niewiadomski v. Poland] (N 64218/01)


Постановление от 26 сентября 2006 г. [вынесено IV Секцией]


Блейк против Соединенного Королевства
[Blake v. United Kingdom] (N 68890/01)


Постановление от 26 сентября 2006 г. [вынесено IV Секцией]


Лабержер против Франции
[Labergere v. France] (N 16846/02)


Постановление от 26 сентября 2006 г. [вынесено II Секцией]


Басьен-Капса против Франции
[Bassien-Capsa v. France] (N 25456/02)


Постановление от 26 сентября 2006 г. [вынесено II Секцией]


Жерар Бернар против Франции
[Gerard Bernard v. France] (N 27678/02)


Постановление от 26 сентября 2006 г. [вынесено II Секцией]


Эло против Финляндии
[Elo v. Finland] (N 30742/02)


Постановление от 26 сентября 2006 г. [вынесено IV Секцией]


Ватевы против Болгарии
[Vatevi v. Bulgaria] (N 55956/00)


Постановление от 28 сентября 2006 г. [вынесено V Секцией]


Каяджиева против Болгарии
[Kayadjieva v. Bulgaria] (N 56272/00)


Постановление от 28 сентября 2006 г. [вынесено V Секцией]


Карачева и Штарбова против Болгарии
[Karacheva and Shtarbova v. Bulgaria] (N 60939/00)


Постановление от 28 сентября 2006 г. [вынесено V Секцией]


Чернышов против России
[Chernyshov v . Russia] (N 10415/02)


Постановление от 28 сентября 2006 г. [вынесено I Секцией]


Андандонский против России
[Andandonskiy v. Russia] (N 24015/02)


Постановление от 28 сентября 2006 г. [вынесено III Секцией]


Корнев против России
[Kornev v. Russia] (N 26089/02)


Постановление от 28 сентября 2006 г. [вынесено I Секцией]


Мартеллаччи против Италии
[Martellacci v. Italy (N 33447/02)


Постановление от 28 сентября 2006 г. [вынесено III Секцией]


Рейз против Румынии
[Reiz v. Romania] (N 37292/02)


Постановление от 28 сентября 2006 г. [вынесено III Секцией]


Лицков против бывшей Югославской Республики Македонии
[Lickov v. Former Yugoslav Republic of Macedonia] (N 38202/02)


Постановление от 28 сентября 2006 г. [вынесено V Секцией]


Иверсен против Дании
[Iversen v. Denmark] (N 5989/03)


Постановление от 28 сентября 2006 г. [вынесено V Секцией]


Сильченко против России
[Silchenko v. Russia] (N 32786/03)


Постановление от 28 сентября 2006 г. [вынесено I Секцией]


У против Италии
[Hu v. Italy] (N 5941/04)


Постановление от 28 сентября 2006 г. [вынесено III Секцией]


Тарасов против России
[Tarasov v. Russia] (N 13910/04)


Постановление от 28 сентября 2006 г. [вынесено I Секцией]


Присяжникова против России
[Prisyazhnikova v. Russia] (N 24247/04)


Постановление от 28 сентября 2006 г. [вынесено I Секцией]


Направление дел на рассмотрение Большой Палаты


В порядке применения пункта 2 статьи 43 Конвенции


Следующие дела были направлены в Большую палату в соответствии с пунктом 2 статьи 43 Конвенции:


Штоль против Швейцарии
[Stoll v. Switzerland] (N 69698/01)


[Решение о направлении дела на рассмотрение Большой Палаты от 25 апреля 2006 г. вынесено IV Секцией]


Арванитаки-Роботи и другие против Греции
[Arvanitaki-Roboti and Others v. Greece] (N 27278/03)


[Решение о направлении дела на рассмотрение Большой Палаты от 18 мая 2006 г. вынесено I Секцией]


Леже против Франции
[Leger v. France] (N19324/02)


[Решение о направлении дела на рассмотрение Большой Палаты от 11 апреля 2006 г. вынесено II Секцией]


Диксон против Соединенного Королевства
[Dickson v. United Kingdom] (N44362/04)


[Решение о направлении дела на рассмотрение Большой Палаты от 18 апреля 2006 г. вынесено IV Секцией]


Уступка юрисдикции в пользу Большой палаты


В порядке применения статьи 30 Конвенции


E.B. против Франции
[E.B. v. France] (N 43546/02)


Жалоба связана с просьбой о разрешении на усыновление ребенка, поданной женщиной, состоящей в постоянных однополых отношениях. Государственный совет (Conseil d'Etat) отказал в удовлетворении просьбы со ссылкой на "условия жизни" заявительницы, не приняв во внимание ее бесспорные человеческие качества и способность воспитать ребенка. Заявительница ссылается на статью 8 Конвенции в связи со статьей 14 Конвенции. Жалоба коммуницирована властям 30 ноября 2004 г.


Раманаускас против Литвы
[Ramanauskas v. Lithuania] (N 74420/01)


По делу обжалуется предполагаемое подстрекательство со стороны переодетых агентов к совершению преступления. Заявитель, являвшийся прокурором, ссылается на подстрекательство к злоупотреблению должностными полномочиями путем получения взятки с целью обеспечения благоприятного исхода дела третьего лица.

26 апреля 2005 года жалоба признана приемлемой, что касается статьи 6 Конвенции.


Постановления, вступившие в силу


В порядке применения подпункта "b" пункта 2 статьи 44 Конвенции


Следующие постановления вступили в силу в соответствии с подпунктом "b" пункта 2 статьи 44 Конвенции в связи с истечением трехмесячного срока для подачи обращения о рассмотрении дела Большой Палатой (см. "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" [Information Note on the Case-law of European Court of Human Rights] N 87* (* "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" [Information Note on the Case-law of the European Court of Human Rights] N 81 соответствует "Бюллетеню Европейского Суда по правам человека" N 1 за 2007 год.)):


Эбру и Тайфун Энгин Чолак против Турции
[Ebru and Tayfun Engin Golak v. Turkey] (N 60176/00)


Кeкмен против Турции
[Kokmen v. Turkey] (N. 2) (N 903/03)


Ибрахим Ялчинкая против Турции
[Ibrahim Yalcinkaya v. Turkey] (N 14788/03)


Постановления от 30 мая 2006 г. [вынесены II Секцией]


R. против Финляндии
[R. v. Finland] (N 34141/96)


Веншталь против Польши
[Wiensztal v. Poland] (N 43748/98)


Квек против Польши
[Kwiek v. Poland](N 51895/99)


SARL Aborcas против Франции
[SARL Aborcas v. France] (N 59423/00)


Барщ против Польши
[Barszcz v. Poland] (N 71152/01)


Постановления от 30 мая 2006 г. [вынесены IV Секцией]


Буй против Хорватии
[Buj v. Croatia] (N 24661/02)


Таис против Франции
[TaVs v. France] (N 39922/03)


Куценко против России
[Kutsenko v. Russia] (N 12049/02)


Гавриэлидис против Кипра
[Gavrielides v. Cyprus] (N 15940/02)


Беднов против России
[Bednov v. Russia] (N 21153/02)


Шатунов против России
[Shatunov v. Russia] (N 31271/02)


Майский против Хорватии
[Majski v. Croatia] (N 33593/03)


Омерович против Хорватии
[Omerovi... v. Croatia] (N 36071/03)


Гридин против России
[Gridin v. Russia] (N 4171/04)


Атанасиу против Греции
[Athanasiou v. Greece] (N 10691/04)


Циотрас против Греции
[Tsiotras v. Greece] (N 13464/04)


Корчагин против России
[Korchagin v. Russia] (N 19798/04)


Постановления от 1 июня 2006 г. [вынесены I Секцией]


Москони против Италии
[Mosconi v. Italy] (N 68011/01)


Чуччи против Италии
[Ciucci v. Italy] (N 68345/01)


Магерини против Италии
[Magherini v. Italy] (N 69143/01)


Антолич против Словении
[Antolic v. Slovenia] (N 71476/01)


Кержина-Куковец против Словении
[Kerсina-Kukovec v. Slovenia] (N 75574/01)


Нахтигаль против Словении
[Nahtigal v. Slovenia] (N 75777/01)


Рожич против Словении
[Roсic v. Slovenia] (N 75779/01)


Бендич против Словении
[Bendic v. Slovenia] (N 77519/01)


Стакне против Словении
[Stakne v. Slovenia] (N 77543/01)


Елен против Словении
[Jelen v. Slovenia] (N 5044/02)


Урбания против Словении
[Urbanija v. Slovenia] (N 6552/02)


Межан против Словении
[Meсan v. Slovenia] (N 27102/02)


Врбанец против Словении
[Vrbanec v. Slovenia] (N 33549/02)


Мушич против Словении
[MuУic v. Slovenia] (N 37294/02)


Водеб против Словении
[Vodeb v. Slovenia] (N 42281/02)


Ирголич против Словении
[Irgolic v. Slovenia] (N 42857/02)


Требовц против Словении
[Trebovc v. Slovenia] (N 42863/02)


Миятович против Словении
[Mijatovic v. Slovenia] (N 43548/02)


Бошкович против Словении
[Boskovic v. Slovenia] (N 21462/04)


Ателшек против Словении
[Atelsek v. Slovenia] (N 26342/04)


Постановления от 1 июня 2006 г. [вынесены III Секцией]


Дульский против Украины
[Dulskiy v. Ukraine] (N 61679/00)


Крячков против Украины
[Kryachkov v. Ukraine] (N 7497/02)


Федоренко против Украины
[Fedorenko v. Ukraine] (N 25921/02)


Астанков против Украины
[Astankov v. Ukraine] (N 5631/03)


Синко против Украины
[Sinko v. Ukraine] (N 4504/04)


Постановления от 1 июня 2006 г. [вынесены V Секцией]


Сегерстедт-Виберг против Швеции
[Segerstedt-Wiberg v. Sweden] (N 62332/00)


Бокер против Франции
[Beaucaire v. France] (N 22945/02)


Клеман против Франции
[Clement v. France] (N 37876/02)


Постановления от 6 июня 2006 г. [вынесены II Секцией]


Кая против Австрии
[Kaya v. Austria] (N 54698/00)


Влася Григоре Василеску против Румынии
[Vlasia Grigore Vasilescu v. Romania] (N 60868/00)


Корчуганова против России
[Korchuganova v. Russia] (N 75039/01)


Пыриков против России
[Pyrikov v. Russia] (N 2703/02)


Постановления от 8 июня 2006 г. [вынесены I Секцией]


Коллариле против Италии
[Collarile v. Italy] (N 10644/02)


Дзиккарди против Италии
[Ziccardi v. Italy] (N 27394/02)


Маттеони против Италии
[Matteoni v. Italy] (N 42053/02)


Лупса против Румынии
[Lupsa v. Romania] (N 10337/04)


Постановления от 8 июня 2006 г. [вынесены III Секцией]


Гробова против Словакии
[Hrobova v. Slovakia] (N 2010/02)


Лехтинен против Финляндии
[Lehtinen v. Finland] (N. 2) (N 41585/98)


Вос против Польши
[Wos v. Poland] (N 22860/02)


Постановления от 8 июня 2006 г. [вынесены IV Секцией]


V.M. против Болгарии
[V.M. v. Bulgaria] (N 45723/99)


Хаджибакалов против Болгарии
[Hadjibakalov v. Bulgaria] (N 58497/00)


Бонев против Болгарии
[Bonev v. Bulgaria] (N 60018/00)


Постановления от 8 июня 2006 г. [вынесены V Секцией]


Чалар и другие против Турции
[Gaglar and Others v. Turkey] (N 57647/00)


Кутал и Ураш против Турции
[Kutal and Ugras v. Turkey] (N 61648/00)


Башбоа против Турции
[Basboga v. Turkey] (N 64277/01)


Титиз и другие против Турции
[Titiz and Others v. Turkey] (N 67144/01)


Долгун против Турции
[Dolgun v. Turkey] (N 67255/01)


Топакгeз против Турции
[Topakgoz v. Turkey] (N 76481/01)


Кара и Мидилли против Турции
[Kara and Midilli v. Turkey] (N 76498/01)


Окур против Турции
[Okur v. Turkey] (N 76567/01)


Тулумбаджи и другие против Турции
[Tulumbaci and Others v. Turkey] (N 76571/01)


Фатма Бакир против Турции
[Fatma Bakir v. Turkey] (N 76603/01)


Кавраолу против Турции
[Kavraroglu and Others v. Turkey] (N 76698/01)


Мустафа Йилдырым против Турции
[Mustafa Yildirim v. Turkey] (N 76719/01)


Юсуф Сари против Турции
[Yusuf Sari v. Turkey] (N 76797/01)


Каракаш против Турции
[Karakas v. Turkey] (N 76991/01)


Постановления от 13 июня 2006 г. [вынесены II Секцией]


Богулак против Польши
[Bogulak v. Poland] (N 33866/96)


Истрате против Молдавии
[Istrate v. Moldova] (N 53773/00)


Гажикова против Словакии
[Gaсikova v. Slovakia] (N 66083/01)


Кваснова против Словакии
[Kvasnova v. Slovakia] (N 67039/01)


Сика против Словакии
[Sika v. Slovakia] (N 2132/02)


Мучкова против Словакии
[Mdckova v. Slovakia] (N 21302/02)


Магура против Словакии
[Magura v. Slovakia] (N 44068/02)


Лехтонен против Финляндии
[Lehtonen v. Finland] (N 11704/03)


Постановления от 13 июня 2006 г. [вынесены IV Секцией]


Ликурезос против Греции
[Lykourezos v. Greece] (N 33554/03)


Корнаков против Латвии
[Kornakovs v. Latvia] (N 61005/00)


Юрьев против Латвии
[Jurjevs v. Latvia] (N 70923/01)


Чевкин против России
[Chevkin v. Russia] (N 4171/03)


Шкаре против Хорватии
[Skare v. Croatia] (N 17267/03)


Бакиевец против России
[Bakiyevets v. Russia] (N 22892/03)


Кукса против России
[Kuksa v. Russia] (N 35259/04)


Постановления от 15 июня 2006 г. [вынесены I Секцией]


Марио Федеричи против Италии
[Mario Federici v. Italy] (N 2) (N 67917/01 и 68859/01)


Закрытая компания с ограниченной ответственностью "Дигитель" против Словении
[Digitel d.o.o. v. Slovenia] (N 70660/01)


Абалута против Румынии
[Abaluta v. Romania] (N 77195/01)


Пэнтя против Румынии
[Pentea v. Romania] (N 5050/02)


Постановления от 15 июня 2006 г. [вынесены III Секцией]


Общество с ограниченной ответственностью "Злинсат" против Болгарии
[Zlinsat, spol. s.r.o. v. Bulgaria] (N 57785/00)


Казмина против России
[Kazmina v. Russia] (N 72374/01)


Костовская против бывшей Югославской Республики Македонии
[Kostovska v. Former Yugoslav Republic of Macedonia] (N 44353/02)


Недбаев против Украины
[Nedbayev v. Ukraine] (N 18485/04)


Постановления от 15 июня 2006 г. [вынесены V Секцией]


Вайич против Турции
[Vayic v. Turkey] (N 18078/02)


Эрс против Турции
[...rs and Others v. Turkey] (N 46213/99)


Национальный синдикат специалистов коллективных процедур против Франции
[Syndicat National des Professionels des ProcJdures Collectives v. France] (N 70387/01)


Мехмет Кючук против Турции
[Mehmet KhHhk v. Turkey] (N 75728/01)


Жуа против Франции
[Joye v. France] (N 5949/02)


Малькарти против Франции
[Malquarti v. France] (N 39269/02)


Зарб Адами против Мальты
[Zarb Adami v. Malta] (N 17209/02)


Постановления от 20 июня 2006 г. [вынесены II Секцией]


Бабилонова против Словакии
[Babylonova v. Slovakia] (N 69146/01)


Облук против Словакии
[Obluk v. Slovakia] (N 69484/01)


Терени против Словакии
[Tereni v. Slovakia] (N 77720/01)


Драбек против Польши
[Drabek v. Poland] (N 5270/04)


Элахи против Соединенного Королевства
[Elahi v. United Kingdom] (N 30034/04)


Постановления от 20 июня 2006 г. [вынесены IV Секцией]


Авакова против России
[Avakova v. Russia] (N 30395/04)


Гийюри против Франции
[Guilloury v. France] (N 62236/00)


Кирсанова против России
[Kirsanova v. Russia] (N 76964/01)


Чеботарев против России
[Chebotarev v. Russia] (N 23795/02)


Мавроматис против Греции
[Mavromatis v. Greece] (N 6225/04)


Постановления от 22 июня 2006 г. [вынесены I Секцией]


Учкан против Турции
[Uckan v. Turkey] (N 42594/98)


Кeйлюолу против Турции
[Koyluoglu v. Turkey] (N 45742/99)


Йилмаз и Барим против Турции
[Yilmaz and Barim v. Turkey] (N 47874/99)


Конук против Турции
[Konuk v. Turkey] (N 49523/99)


Гeкче и Демирель против Турции
[Gokce and Demirel v. Turkey] (N 51839/99)


"Эйтишим Лтд. Шти." против Турции
[Eytisim Ltd. Sti. v. Turkey] (N 69763/01)


Хюсейн Каракаш против Турции
[Huseyin Karakas v. Turkey] (N 69988/01)


Серткая против Турции
[Sertkaya v. Turkey] (N 77113/01)


Кeмюрджю против Турции
[Komurcu v. Turkey] (N 77432/01)


Аяз и другие против Турции
[Ayaz and Others v. Turkey] (N 11804/02)


Постановления от 22 июня 2006 г. [вынесены III Секцией]


Бянки против Швейцарии
[Bianchi v. Switzerland] (N 7548/04)


Казакова против Болгарии
[Kazakova v. Bulgaria] (N 55061/00)


Диас Очоа против Испании
[Diaz Ochoa v. Spain] (N 423/03)


Уччи против Италии
[Ucci v. Italy] (N 213/04)


Постановления от 22 июня 2006 г. [вынесены V Секцией]


Авджи и другие против Турции
[Avci and Others v. Turkey] (N 70417/01)


Дениз против Турции
[Deniz v. Turkey] (N 71355/01)


Чаириджи против Турции
[Cagirici v. Turkey] (N 74325/01)


Сасси против Франции
[Sassi v. France] (N 19617/02)


Симонавичус против Литвы
[Simonavicius v. Lithuania] (N 37415/02)


Постановления от 27 июня 2006 г. [вынесены II Секцией]


Быжиковский против Польши
[Byrzykowski v. Poland] (N 11562/05)


Сайгылы и Сейман против Турции
[Saygili and Seyman v. Turkey] (N 51041/99)


Ешилгeз и Фирик против Турции
[Yesilgoz and Firik v. Turkey] (N 58459/00 и 62224/00)


Габай против Турции
[Gabay v. Turkey] (N 70829/01)


(пересмотр - жалоба исключена из списка дел, подлежащих рассмотрению)


Четинкая против Турции
[Cetinkaya v. Turkey] (N 75569/01)


Дзержановский против Польши
[Dzierуanowski v. Poland] (N 2983/02)


Табор против Польши
[Tabor v. Poland] (N 12825/02)


Постановления от 27 июня 2006 г. [вынесены IV Секцией]


Эллингер против Австрии
[Ollinger v. Austria] (N 76900/01)


Ольшанникова против России
[Olshannikova v. Russia] (N 77089/01)


Шилова и Байкова против России
[Shilova and Baykova v. Russia] (N 703/02)


Васильева и другие против России
[Vasilyeva and Others v. Russia] (N 8011/02)


Цеман против Австрии
[Zeman v. Austria] (N 23960/02)


Почуча против Хорватии
[Pocuca v. Croatia] (N 38550/02)


Постановления от 29 июня 2006 г. [вынесены I Секцией]


Брунталер против Австрии
[Brunnthaler v. Austria] (N 45289/99)


Крайнц против Словении
[Krajnc v. Slovenia] (N 75616/01)


Цокан против Словении
[Cokan v. Slovenia] (N 76525/01)


Виола против Италии
[Viola v. Italy] (N 8316/02)


Скорцолини против Италии
[Scorzolini v. Italy] (N 15483/02)


Арсенич против Словении
[Arsenic v. Slovenia] (N 22174/02 и 23666/02)


Превальник против Словении
[Prevalnik v. Slovenia] (N 25046/02)


Хусейнович против Словении
[Husejinovic v. Slovenia] (N 41513/02)


Стеванчевич против Словении
[Stevancevic v. Slovenia] (N 41514/02)


Мулей против Словении
[Mulej v. Slovenia] (N 42252/02)


Лампрет против Словении
[Lampret v. Slovenia] (N 42260/02)


Раканович против Словении
[Rakanovic v. Slovenia] (N 42306/02)


Вукович против Словении
[Vukovic v. Slovenia] (N 43365/02)


Тоганел и Градинару против Румынии
[Toganel and Gradinaru v. Romania] (N 5691/03)


Жужеску против Румынии
[Jujescu v. Romania] (N 12728/03)


Постановления от 29 июня 2006 г. [вынесены III Секцией]


В порядке применения подпункта "с" пункта 2 статьи 44 Конвенции


13 сентября 2006 г. Комитетом Большой палаты были отклонены обращения о передаче дел на рассмотрение Большой Палаты, вследствие чего следующие постановления вступили в силу:


L'R. против Словакии
[L'R. v. Slovakia] (N52443/99)


Постановление от 29 ноября 2005 г. [вынесено IV Секцией]


Бертен против Франции
[Bertin v. France] (N 55917/00)


Постановление от 24 мая 2006 г. [вынесено I Секцией]


Джорджи против Румынии
[Georgi v. Romania] (N 58318/00)


Постановление от 24 мая 2006 г. [вынесено III Секцией]


Маркин против России
[Markin v. Russia] (N 59502/00)


Постановление от 30 марта 2006 г. [вынесено I Секцией]


Коновалов против России
[Konovalov v. Russia] (N 63501/00)


Постановление от 23 марта 2006 г. [вынесено I Секцией]


Везон против Франции
[Vezon v. France] (N 66018/01)


Постановление от 18 апреля 2006 г. [вынесено II Секцией]


Акилли против Турции
[Akilli v. Turkey] (N 71868/01)


Постановление от 11 апреля 2006 г. [вынесено II Секцией]


Ценбауэр против Хорватии
[Cenbauer v. Croatia] (N 73786/01)


Постановление от 9 марта 2006 г. [вынесено I Секцией]


Черницын против России
[Chernitsyn v. Russia] (N 5964/02)


Постановление от 6 апреля 2006 г. [вынесено I Секцией]


Раффи против Франции
[Raffi v. France] (N 11760/02)


Постановление от 28 марта 2006 г. [вынесено II Секцией]


Эксамилиотис (N 2) против Греции
[Examiliotis (N 2) v. Greece] (N 28340/02)


Постановление от 4 мая 2006 г. [вынесено I Секцией]


Чик против Венгрии
[Csik v. Hungary] (N 33255/02)


Постановление от 11 апреля 2006 г. [вынесено II Секцией]


Дефальк против Бельгии
[Defalque v. Belgium (N 37330/02)


Постановление от 20 апреля 2006 г. [вынесено I Секцией]


Ковач против Венгрии
[Kovaс v. Hungary] (N 37492/02)


Постановление от 18 апреля 2006 г. [вынесено II Секцией]


Карта против Италии
[Carta v. Italy] (N 4548/02)


Постановление от 20 апреля 2006 г. [вынесено I Секцией]


Машар против Франции
[Machard v. France] (N 42928/02)


Постановление от 25 апреля 2006 г. [вынесено II Секцией]


Дудек против Польши
[Dudek v. Poland] (N 633/03)


Постановление от 4 мая 2006 г. [вынесено IV Секцией]


Фееш против Венгрии
[Fejes v. Hungary] (N 7873/03)


Постановление от 11 апреля 2006 г. [вынесено II Секцией]


Варга против Венгрии
[Varga v. Hungary] (N 14338/03)


Постановление от 28 марта 2006 г. [вынесено II Секцией]


Эрдоган и другие против Турции
[Erdogan and Others v. Turkey] (N 19807/92)


Постановление от 25 апреля 2006 г. [вынесено IV Секцией]


Кур против Турции
[Kur v. Turkey] (N 43389/98)


Постановление от 23 марта 2006 г. [вынесено III Секцией]


Эчкан и другие против Турции
[Ockan and Others v. Turkey] (N 46771/99)


Постановление от 28 марта 2006 г. [вынесено II Секцией]


Турек против Словакии
[Turek v. Slovakia] (N 57986/00)


Постановление от 14 февраля 2006 г. [вынесено IV Секцией]


Вуйчик против Словакии
[Vujcik v. Slovakia] (N 67036/01)


Постановление от 13 декабря 2006 г. [вынесено IV Секцией]


Федотова против России
[Fedotova v. Russia] (N 73225/01)


Постановление от 13 апреля 2006 г. [вынесено I Секцией]


Саннино против Италии
[Sannino v. Italy] (N 30961/03)


Постановление от 27 апреля 2006 г. [вынесено III Секцией]


Актуальная тема


Среди текущих решений и постановлений Европейского Суда по правам человека порой встречаются такие, которые выбиваются из общего юридического ряда статей и пунктов национального законодательства, Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а претендуют на общественную значимость по иным, скажем, неюридическим основаниям. Поэтому мы решили такие решения и постановления также выделить отдельной рубрикой.

Вот как обозначил тему публикуемого решения Конституционный Суд Российской Федерации: "Конкуренция партий, образованных по национальному или религиозному признаку (...) способна привести вместо консолидации общества к расслоению многонационального народа России, противопоставлению этнических и религиозных ценностей, возвеличению одних и принижению других и, в конечном счете - к приданию доминирующего значения не общенациональным ценностям, а какой-либо этнической идеологии или религии, что противоречило бы Конституции Российской Федерации, ее статьям 13 и 14". Тема для многонациональной и многоконфессиональной России более чем актуальная.

Впрочем, не будем пересказывать содержание решения Европейского Суда. Его аргументы изложены ниже и комментария, как говорится, не требуют.


Дело "Игорь Владимирович Артемов (Igor Vladimirovich
Artyomov) против Российской Федерации"


В Комитете министров Совета Европы


После публикации Регламента Комитета министров Совета Европы о порядке надзора за исполнением постановлений Европейского Суда по правам человека и условий мировых соглашений (Бюллетень Европейского Суда по правам человека, N 2/2007 год) естественным выглядит наше желание открыть новую рубрику "В Комитете министров Совета Европы". Что мы с удовольствием и делаем на этой полосе.

Конечно, в первую очередь здесь будут публиковаться решения Комитета министров, касающиеся исполнения постановлений Европейского Суда по жалобам против Российской Федерации. Во вторую очередь - иные общественно значимые решения Комитета министров, касающиеся как исполнения постановлений Европейского Суда, так и общих принципов соблюдения Конвенции о защите прав человека и основных свобод в странах - членах Совета Европы.

Открыть же нашу новую рубрику мы решили с первой резолюции Комитета министров, касающейся Российской Федерации - исполнению Постановления Европейского Суда по делу "Бурдов против России". Постановление по этому делу стало, во-первых, знаковым для наших правоохранительных и судебных систем и часто упоминается в качестве прецедента в других постановлениях Европейского Суда. Во-вторых, это редкий для нынешних времен пример, когда один из высших органов Совета Европы констатировал: власти Российской Федерации полностью выполнили свои обязательства, предусмотренные пунктом 2 статьи 46 Конвенции, по настоящему делу.

Закончим же нашу публикацию в этом номере одним из последних решений Комитета министров, касающихся Российской Федерации - Меморандумом "Нарушение Конвенции о защите прав человека и основных свобод в Чеченской Республике: исполнение постановлений Европейского Суда по правам человека", где не все так благополучно, как при исполнении постановления по делу "Бурдов против России".


Постановления и решения по жалобам против Российской Федерации*


(* Переводы полных текстов постановлений и решений по жалобам против Российской Федерации предоставлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека П.А. Лаптевым.)


Николаев против Российской Федерации
[Nikolayev v. Russia]


Заявитель жаловался, что исполнение с просрочкой судебных решений по иску о выплате задолженности в возмещение вреда здоровью, полученного при ликвидации последствий аварии на Чернобыльской атомной электростанции, нарушил его "право на суд" и его право на беспрепятственное пользование имуществом.

Суд постановил, что имели место нарушения пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции, и обязал власти государства-ответчика выплатить заявителю 4 500 евро в счет компенсации морального вреда.


Сухобоков против Российской Федерации
[Sukhobokov v. Russia]


Заявитель жаловался на неисполнение решения об установлении "индивидуального коэффициента пенсионера", вынесенного в его пользу национальным судом.

Суд постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции, и обязал государство-ответчика выплатить заявителю справедливую компенсация возмещения материального ущерба в сумме 150 евро и морального вреда в сумме 1000 евро.


Засурцев против Российской Федерации
[Zasurtsev v Russia]


Заявитель жаловался, что пересмотр в порядке надзора решения районного суда, вынесенного в его пользу по иску о выплате задолженности в возмещение вреда здоровью, полученного при ликвидации последствий аварии на Чернобыльской атомной электростанции, нарушил его право на справедливое судебное разбирательство.

Суд постановил, что имело место нарушение статьи 6 Конвенции, и обязал государство-ответчика выплатить заявителю 23 280 рублей в возмещение судебных расходов и издержек.


Шатунов против Российской Федерации
[Shatunov v. Russia]


Заявитель утверждал, в частности, что судебные решения, вынесенные в его пользу национальными судами, не были исполнены в надлежащие сроки.

Ленинским районным судом г. Курска заявитель был признан виновным в совершении преступления, но впоследствии оправдан президиумом Курского областного суда за отсутствием состава преступления. По иску заявителя приняты судебные решения о возмещении ему материального ущерба и морального вреда, причиненного в рамках производства по уголовному делу.

Суд постановил, что имели место нарушения пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции, и обязал государство-ответчика обеспечить всеми возможными средствами исполнение судебных решений, вынесенных в отношении заявителя, а также выплатить ему компенсацию морального вреда в сумме 3000 евро.


Васильева против Российской Федерации
[Vasilyeva v. Russia]


Заявительница жаловалась на длительное неисполнение судебного решения о погашении задолженности по выплатам пенсии, вынесенного в ее пользу. После смерти заявительницы желание продолжить рассмотрение жалобы выразила ее дочь.

Суд постановил, что в отношении Васильевой нарушены пункт 1 статьи 6 Конвенции и статья 1 Протокола N 1 к Конвенции, и обязал государство-ответчика выплатить дочери заявительницы компенсацию материального ущерба в сумме 7346 рублей 54 копейки и морального вреда в сумме 2700 евро.


Марченко против Российской Федерации
[Marchenko v Russia]


Заявитель жаловался на то, что продолжительность судебного разбирательства по его иску о возмещении вреда здоровью, причиненного ему медицинской халатностью, не соответствовала требованию "разумного срока".

Суд постановил, что в данном деле имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции в связи с чрезмерной длительностью судебного разбирательства, но нет необходимости присуждать заявителю "справедливую компенсацию".


Тытарь против Российской Федерации
[Tytar v. Russia]


Заявитель жаловался на длительное неисполнение судебного решения о возмещении вреда, причиненного здоровью увечьем, полученным им во время военной службы в Афганистане.

Европейский Суд единогласно постановил, что по данному делу государство-ответчик нарушило требования пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 11 Протокола N 1 к Конвенции. Суд обязал Российскую Федерацию выплатить заявителю в качестве компенсаций материального ущерба 183 502 рубля и морального вреда в сумме 3100 евро.


Шамаев и другие против Грузии и Российской Федерации
[Shamayev and Others v. Georgia and Russia]


Заявители утверждали, что их выдача в Российскую Федерацию противоречила бы статьям 2 и 3 Конвенции. Они требовали приостановления процедуры по их экстрадиции из Грузии в Россию.

Европейский Суд констатировал нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции и постановил, что сам факт установления нарушения представляет собой достаточно справедливую компенсацию любого морального вреда, причиненного заявителю.



Бюллетень Европейского Суда по правам человека. Российское издание. N 3/2007


Проект Московского клуба юристов и редакционно-издательского объединения "Новая юстиция"


Перевод: Николаев Г.А.


Данный выпуск "Бюллетеня Европейского Суда по правам человека" основан на английской версии бюллетеня "Information Note N 89 on the case-law. September 2006"


Текст издания представлен в СПС Гарант на основании договора с РИО "Новая юстиция"


Актуальная версия заинтересовавшего Вас документа доступна только в коммерческой версии системы ГАРАНТ. Вы можете приобрести документ за 54 рубля или получить полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня.

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.