Постановление Европейского Суда по правам человека от 6 июля 2006 г. Дело "Жигалев (Zhigalev) против Российской Федерации" (жалоба N 54891/00) (Первая секция)

Европейский Суд по правам человека
(Первая секция)


Дело "Жигалев (Zhigalev) против Российской Федерации"
(Жалоба N 54891/00)


Постановление Суда


Страсбург, 6 июля 2006 г.


По делу "Жигалев против Российской Федерации" Европейский Суд по правам человека (Первая секция), заседая Палатой в составе:

X.Л. Розакиса, Председателя Палаты,

Л. Лукайдеса,

П. Лоренсена,

Н. Ваич,

С. Ботучаровой,

А. Ковлера,

Х. Гаджиева, судей,

а также при участии С. Кесады, заместителя Секретаря Секции Суда,

заседая 15 июня 2006 г. за закрытыми дверями,

принял следующее Постановление:


Процедура


1. Дело было инициировано жалобой (N 54891/00), поданной 28 января 2000 г. в Европейский Суд против Российской Федерации гражданином России Владимиром Алексеевичем Жигалевым (далее - заявитель) в соответствии со статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.

2. Интересы заявителя, которому была предоставлена правовая помощь, в Европейском Суде представляли М.Р. Воскобитова и К.А. Москаленко, юристы из Центра содействия международной защите, г. Москва. Власти Российской Федерации в Европейском Суде были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека П.А. Лаптевым.

3. Заявитель утверждал, в частности, что его право на беспрепятственное пользование своим имуществом было нарушено в результате отмены в ходе судебного разбирательства, инициированного прокурором, документов, удостоверявших его право на земельный участок, выделенный для формирования крестьянско-фермерского хозяйства "Луч". Заявитель также утверждал, что его ходатайство о предполагаемом истечении срока давности не было рассмотрено в ходе данного судебного разбирательства в нарушение статьи 6 Конвенции.

4. Жалоба была передана на рассмотрение в Первую секцию Европейского Суда (пункт 1 правила 52 Регламента Суда). В рамках данной секции Палата, рассматривающая дело (пункт 1 статьи 27 Конвенции), была сформирована в соответствии с пунктом 1 правила 26 Регламента.

5. 1 ноября 2004 г. Европейский Суд изменил состав своих секций (пункт 1 правила 25 Регламента Суда). Дело было передано на рассмотрение в Первую секцию в новом составе (пункт 1 правила 52 Регламента Суда).

6. Слушания по делу состоялись на открытом заседании во Дворце прав человека в г. Страсбурге 20 января 2005 г. (пункт 3 правила 59 Регламента Суда).

В Европейский Суд явились:


(а) от властей Российской Федерации:

П. Лаптев, Уполномоченный Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека,

Ю. Берестнев, советник,

М. Виноградов, эксперт,


(b) от заявителя:

М. Воскобитова,

К. Москаленко, представители.


Европейский Суд заслушал обращения П. Лаптева, М. Воскобитовой и К. Москаленко.

7. После проведения слушаний по вопросу приемлемости и по существу (пункт 3 правила 54 Регламента Суда) Европейский Суд объявил жалобу приемлемой.

8. Заявитель и власти Российской Федерации представили дополнительные доводы по делу (пункт 1 правила 59 Регламента Суда). Кроме того, комментарии третьей стороны были получены от следующих членов крестьянско-фермерского хозяйства "Луч": А.В. Герасимова, С.В. Капустина, А.Ф. Капустина, наследницы А.Н. Казюлькина С.Н. Казюлькиной и наследницы Н.Н. Белова В.А. Беловой. Их интересы представляла Г. Замбровская, юрист из г. Курска. Председатель Палаты позволил им представить письменные доводы по делу (пункт 2 статьи 36 Конвенции и пункт 2 правила 44 Регламента Суда). Стороны представили свои комментарии к доводам третьей стороны (пункт 5 правила 44 Регламента Суда).


Факты


I. Обстоятельства дела


9. Заявитель - 1949 года рождения, проживает в деревне Немча Курской области.

10. Заявитель является агрономом по образованию. Когда шла приватизация колхозов, он вышел из колхоза им. Капустина Большесолдатского района Курской области и стал главой частного крестьянско-фермерского хозяйства "Луч". В 1992 году постановлениями главы администрации Большесолдатского района Курской области крестьянско-фермерскому хозяйству "Луч" было выделено два участка сельскохозяйственных земель - площадью 31 га земли, ранее принадлежавшей колхозу им. Капустина, и площадью 315 га земли из специального государственного земельного фонда. Поскольку заявитель считал себя единственным собственником земли, а остальные пять членов крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" не соглашались с этим, между ними начались разногласия. Крестьянско-фермерское хозяйство "Луч" участвовало в различных судебных разбирательствах начиная с 1997 года, и с тех пор земля не обрабатывалась.


А. Судебное разбирательство в отношении постановления главы администрации Большесолдатского района Курской области N 157


11. Решением от 10 апреля 1997 г. Арбитражный суд Курской области отметил нарушения закона при создании и регистрации крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" и предложил администрации Большесолдатского района Курской области принять меры к устранению нарушений. 23 июля 1997 г. глава администрации Большесолдатского района Курской области принял постановление N 157, которым, inter alia, государственный акт на землю 30020006, выданный на имя В.А. Жигалева, был отменен как выданный с нарушением законодательства и прав других членов крестьянско-фермерского хозяйства "Луч". Постановление главы администрации Большесолдатского района Курской области N 112 от 14 апреля 1992 г. (которым было зарегистрировано крестьянско-фермерское хозяйство "Луч", а В.А. Жигалев был указан как глава хозяйства) было дополнено указанием других пяти членов хозяйства, а именно А.В. Герасимова, С.В. Капустина, Н.Н. Белова, А.Н. Казюлькина и А.Ф. Капустина.

12. Выступая в качестве главы крестьянско-фермерского хозяйства "Луч", Жигалев от имени хозяйства обратился в Арбитражный суд Курской области с заявлением об отмене постановления N 157. Данное судебное разбирательство завершилось вынесением постановления Федеральным арбитражным судом Центрального округа от 10 декабря 1997 г., которым заявление крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" было удовлетворено на том основании, что глава администрации Большесолдатского района Курской области не имел полномочий выносить такое постановление, поскольку оно только суд мог вынести решение по вопросу отмены государственного акта на землю, а относительно включения списка членов крестьянско-фермерского хозяйства в постановление о регистрации хозяйства - на основании соответствующих документов, принятых хозяйством.


В. Разбирательство по уголовному делу, возбужденному в отношении председателя комитета по земельной реформе и земельным ресурсам администрации Большесолдатского района Курской области


13. 25 мая 1998 г. на основании заявления главы администрации Большесолдатского района Курской области следователь прокуратуры Большесолдатского района Курской области возбудил уголовное дело на основании того факта, что две копии государственного акта на землю, выданные крестьянско-фермерскому хозяйству "Луч", - одна - выданная Жигалеву комитетом по земельной реформе и земельным ресурсам администрации Большесолдатского района Курской области, другая - находящаяся в комитете по земельной реформе и земельным ресурсам администрации Большесолдатского района Курской области, которая должна была быть подписана бывшим главой администрации Большесолдатского района Курской области - содержат подписи двух разных лиц.

14. В результате проведенного расследования было установлено, что на основании постановления N 111 о выделении земли крестьянско-фермерскому хозяйству "Луч", вынесенного главой администрации Большесолдатского района Курской области 14 апреля 1992 г., бывший председатель комитета по земельной реформе и земельным ресурсам администрации Большесолдатского района Курской области Колков подготовил государственный акт на землю N 300200006 в отношении 30.9 га земли. Следователем было установлено, что в результате халатного выполнения своих обязанностей Колков не указал в государственном акте на землю, что земля выделена крестьянско-фермерскому хозяйству "Луч", а не одному Жигалеву. Колков также не зарегистрировал государственный акт на землю в комитете по земельной реформе и земельным ресурсам администрации Большесолдатского района Курской области.

15. Впоследствии на основании постановления главы администрации Большесолдатского района Курской области N 167 от 14 июля 1992 г. о внесении изменений в указанное постановление главы администрации Большесолдатского района Курской области N 111 Колков подготовил другой государственный акт на землю N 30020006 в отношении того же участка площадью 30,9 га и участка площадью 315 га. Этот акт был надлежащим образом зарегистрирован в кадастре комитета по земельной реформе и земельным ресурсам администрации Большесолдатского района Курской области под номером 7. Следователем было установлено, что в результате халатного выполнения своих обязанностей Колков снова не указал в государственном акте на землю, что земельные участки выделяются крестьянско-фермерскому хозяйству "Луч", включающему всех его членов, а не одному Жигалеву. Другим упущением было то, что в этом государственном акте на землю не было сделано указание на постановление главы администрации Большесолдатского района Курской области N 167 от 14 июля 1992 г., на основании которого он был выдан. Более того, оригинал государственного акта на землю, который должен был остаться в комитете по земельной реформе и земельным ресурсам администрации Большесолдатского района Курской области, был утерян, и остался лишь еще один оригинал, выданный Жигалеву. Тогда Колков составил еще один экземпляр государственного акта на землю, не содержавший номера, идентичный государственному акту на землю N 30020006 за исключением того, что он был выписан крестьянско-фермерскому хозяйству "Луч". Этот экземпляр хранился в архиве комитета по земельной реформе и земельным ресурсам администрации Большесолдатского района Курской области. Следователем было установлено, что данный экземпляр государственного акта на землю являлся незаконным, поскольку он не был подписан главой администрации Большесолдатского района Курской области и не был скреплен печатью администрации Большесолдатского района Курской области.

16. Как пояснил сам Колков, выдавая государственные акты на землю на имя Жигалева, он полагал, что в действительности выдает их крестьянско-фермерскому хозяйству "Луч", поскольку Жигалев являлся его главой.

17. 17 сентября 1998 г. следователь прокуратуры Большесолдатского района Курской области вынес постановление, согласно которому он установил, что действия Колкова содержат признаки халатности, представляющей собой преступление, наказуемое в соответствии со статьей 293 Уголовного кодекса Российской Федерации. Однако поскольку двухлетний срок давности привлечения к уголовной ответственности за правонарушение, совершенное в 1992 году, истек, оно было погашено давностью. Соответственно, уголовное дело в связи с этим было прекращено. 13 октября 1998 г. копия постановления была вручена Жигалеву.


С. Разбирательство по вопросу увольнения членов крестьянско-фермерского хозяйства "Луч"


18. 18 сентября 1996 г. глава крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" решил уволить из хозяйства А.Н. Казюлькина и С.В. Капустина. 3 октября 1996 г. он также решил уволить А.В. Герасимова. Указанные члены хозяйства оспорили в судебном порядке законность их увольнений.

19. Решением от 28 декабря 1998 г. Большесолдатский районный суд Курской области установил, что указанные лица всегда являлись членами крестьянско-фермерского хозяйства "Луч", а не его наемными работниками. Соответственно, суд установил, что Жигалев не имел права их уволить.


D. Судебное разбирательство относительно постановлений главы администрации Большесолдатского района Курской области NN 153, 154 и 157


20. Выступая в качестве главы крестьянско-фермерского хозяйства "Луч", Жигалев от имени хозяйства подал иск в Арбитражный суд Курской области к администрации Большесолдатского района Курской области о компенсации ущерба, причиненного принятием постановлений администрации Большесолдатского района Курской области 153 и 154 от 29 октября 1996 г. и постановления администрации Большесолдатского района Курской области N 157 от 23 июля 1997 г. Жигалев утверждал, что принятие этих постановлений воспрепятствовало хозяйству обрабатывать земли. Он потребовал компенсацию расходов, которые хозяйство бы неминуемо понесло для восстановления своего положения, а также компенсацию упущенной выгоды.

21. Решением от 5 февраля 1999 г. Арбитражный суд Курской области установил следующие обстоятельства дела.

22. Постановлением главы администрации Большесолдатского района Курской области N 111 от 14 апреля 1992 г. крестьянско-фермерскому хозяйству "Луч" был выделен земельный участок площадью 31 га из земель бывшего колхоза им. Капустина и земельный участок площадью 315 га в аренду сроком на пять лет. В этом постановлении В.А. Жигалев указан в качестве главы крестьянско-фермерского хозяйства "Луч", а А.В. Герасимов, С.В. Капустин, Н.Н. Белов, А.Н. Казюлькин и А.Ф. Капустин - в качестве членов хозяйства.

23. Постановлением главы администрации Большесолдатского района Курской области N 112 от 14 апреля 1992 г. крестьянско-фермерское хозяйство "Луч" было зарегистрировано в качестве юридического лица.

24. Государственный акт на землю N 30020006 был выдан В.А. Жигалеву на основании постановления об учреждении крестьянско-фермерского хозяйства "Луч".

25. Постановлением главы администрации Большесолдатского района Курской области N 167 от 14 июля 1992 г. постановление N 111 было изменено в целях указания размера земельного участка, выделенного в пожизненно наследуемое владение каждому члену хозяйства.

26. Постановление главы администрации Большесолдатского района Курской области N 153 от 29 октября 1996 г. касалось переименования крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" в крестьянско-фермерское хозяйство "Волна" самими членами хозяйства и переизбрания главы хозяйства после выражения его членами недоверия В.А. Жигалеву. В постановлении также было дано указание комитету по земельной реформе и земельным ресурсам администрации Большесолдатского района Курской области отменить государственные акты на землю, выданные крестьянско-фермерскому хозяйству "Луч", и, соответственно, подготовит новые документы. Постановлением главы администрации Большесолдатского района Курской области N 154 от 29 октября 1996 г. крестьянско-фермерское хозяйство "Луч" было перерегистрировано как крестьянско-фермерское хозяйство "Волна". Постановления главы администрации Большесолдатского района Курской области NN 153 и 154 были впоследствии отменены главой администрации Большесолдатского района Курской области, и после вынесения Арбитражным судом Курской области своего решения от 5 февраля 1999 г. постановления NN 111 и 112 от 14 апреля 1992 г. стали вновь действительными в их предыдущих редакциях.

27. Постановлением главы администрации Большесолдатского района Курской области N 157 от 23 июля 1997 г. государственный акт на землю N 30020006 был отменен, а постановление N 112 от 14 апреля 1992 г. стало более точным относительно вопроса о членах крестьянско-фермерского хозяйства. Постановлением Федерального арбитражного суда Центрального округа от 10 декабря 1997 г. постановление главы администрации Большесолдатского района Курской области было объявлено недействительным.

28. Исследовав обстоятельства дела, Арбитражный суд Курской области установил, что не имеется ни одного документа, из которого бы следовало, что Жигалев является единственным основателем крестьянско-фермерского хозяйства "Луч". Суд установил, что хозяйство создано шестью фермерами (В.А. Жигалевым, А.В. Герасимовым, С.В. Капустиным, Н.Н. Беловым, А.Н. Казюлькиным и А.Ф. Капустиным), а имущество хозяйства было сформировано из их имущественных долей. В соответствии с Законом Российской Федерации "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" имущество хозяйства принадлежит его членам на праве общей долевой или совместной собственности, если решение о последней форме было единогласно принято общим собранием хозяйства. В соответствии с законодательством Российской Федерации (Гражданский кодекс Российской Федерации), действовавшим на момент событий, имущество хозяйства являлось общей совместной собственностью.

29. Суд не усмотрел причинно-следственной связи между принятием постановлений NN 153, 154 и 157 и невозможностью для фермеров обрабатывать землю. Суд установил, что ничто не препятствовало крестьянско-фермерскому хозяйству "Луч" обрабатывать землю. Суд также отметил, что Жигалев не обосновал свои требования и что в действительности именно его собственные действия привели к возможности причинения ущерба крестьянско-фермерскому хозяйству.

30. Своим решением от 5 февраля 1999 г. Арбитражный суд Курской области оставил исковые требования Жигалева без удовлетворения как явно необоснованные. Это судебное решение было оставлено без изменения постановлением Федерального арбитражного суда Центрального округа от 5 мая 1999 г.


Е. Судебное разбирательство по вопросу действительности государственных актов на землю


31. 16 февраля 1999 г. прокурор Курской области обратился в Арбитражный суд Курской области с иском к администрации Большесолдатского района Курской области и комитету по земельной реформе и земельным ресурсам администрации Большесолдатского района Курской области в защиту публичных интересов.

32. Прокурор Курской области потребовал объявить недействительными государственный акт на землю N 300200006, касающийся права собственности на земельный участок площадью 30,9 га, выданный комитетом по земельной реформе и земельным ресурсам администрации Большесолдатского района Курской области на имя Жигалева. Это же требование было выдвинуто в отношении государственного акта на землю N 30020006, также выданного комитетом по земельной реформе и земельным ресурсам администрации Большесолдатского района Курской области на имя Жигалева, о праве собственности на этот же земельный участок площадью 30,9 га и о праве пожизненно наследуемого владения в отношении земельного участка площадью 315 га. Прокурором указывалось, inter alia, что выдача государственных актов на землю с указанием Жигалева как единственного собственника земли нарушила права других пяти членов крестьянско-фермерского хозяйства, каждый из которых имел имущественное право в отношении его части земли.

33. Прокурор Курской области также потребовал признать недействительными постановление главы администрации Большесолдатского района Курской области N 111 от 14 апреля 1992 г. о выделении земельного участка для организации крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" и постановление главы администрации Большесолдатского района Курской области N 167 от 14 июля 1992 г. о внесении изменений в постановление N 111. Прокурором указывалось, что размер земельного участка, выделенного крестьянско-фермерскому хозяйству "Луч", превышал установленные законом нормы.

34. Прокурором Курской области также было заявлено ходатайство о привлечении главы крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" в качестве третьего лица на стороне ответчика.

35. 10 марта 1999 г. Арбитражный суд Курской области определил привлечь в качестве третьего лица главу крестьянско-фермерского хозяйства "Луч", поскольку поданный иск непосредственно затрагивал интересы заявителя. Суд сослался на статью 39 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации 1995 года, регламентирующую процессуальный статус третьих лиц, не имеющих самостоятельных требований по предмету спора.

36. Этим же определением суд предложил сторонам представить документарные доказательства, назначив судебное заседание на 31 марта 1999 г.

37. 31 марта 1999 г. суд перенес судебное заседание на 21 апреля 1999 г. в связи с тем, что комитет по земельной реформе и земельным ресурсам не представил документарные доказательства.

38. 21 апреля 1999 г. суд в составе трех судей провел заседание по делу. Представители ответчиков признали иск прокурора в полном объеме. Представитель комитета по земельной реформе и земельным ресурсам администрации Большесолдатского района Курской области пояснил, что ни один из рассматриваемых государственных актов на землю не соответствует постановлениям главы администрации Большесолдатского района Курской области NN 111 и 167, на основании которых они были выданы.

39. Жигалев заявил ходатайство о привлечении его в судебное разбирательство в качестве соответчика. Своим решением от 21 апреля 1999 г. суд отклонил это ходатайство на том основании, что иск прокурора касался актов, принятых администрацией Большесолдатского района Курской области и комитетом по земельной реформе и земельным ресурсам администрации Большесолдатского района Курской области.

40. Глава крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" утверждал, что чтобы иск прокурора Курской области должен быть оставлен без удовлетворения ввиду истечения соответствующего срока исковой давности.

41. Прокурор Курской области заявил, что срок исковой давности был прерван принятием главой администрации Большесолдатского района Курской области постановления N 153 от 29 октября 1996 г. о внесении изменений в постановления NN 111 и 167. Постановление N 153 было отменено главой администрации Большесолдатского района Курской области 30 апреля 1998 г.

42. Суд установил, что в соответствии с частью второй статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, вопрос о применении срока исковой давности мог быть рассмотрен только по ходатайству стороны дела. Будучи главой крестьянско-фермерского хозяйства "Луч", Жигалев не был стороной судебного разбирательства в соответствии со статьей 34 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и суд, таким образом, не мог применить это основание для отклонения иска прокурора.


1. Постановление Арбитражного суда Курской области от 21 апреля 1999 г.


43. Постановлением от 21 апреля 1999 г. Арбитражный суд Курской области признал, что постановление администрации Большесолдатского района Курской области N 111 в редакции постановления N 167 являлось законным. Суд также установил, что относительно участка земли в 31 га постановление N 111 должно читаться как выделение участка земли каждому из шести членов хозяйства, включая самого заявителя, в равных долях, по 5,15 га каждому согласно соответствующему решению администрации колхоза. При таких обстоятельствах суд отклонил иск прокурора о признании недействительными постановлений N 111 и N 167. Относительно акта на землю суд признал, что данный документ не имеет даты выдачи и что, поскольку заявитель указан в нем как единственный собственник земли, то это свидетельство не соответствует постановлению 111 и Закону Российской Федерации "О крестьянском (фермерском) хозяйстве", согласно которому собственность фермерского хозяйства принадлежит всем его членам на праве общей собственности. Таким образом, суд объявил свидетельство на землю недействительным.

44. 9 марта 1992 г. Жигалев В.А. подал заявление в администрацию Большесолдатского района Курской области о выделении 500 гектаров сельскохозяйственных земель в пожизненно наследуемое владение для образования крестьянско-фермерского хозяйства "Луч", к котором помимо него самого состояли его партнеры: Герасимов А.В., Капустин С.В., Белов Н.Н., Казюлькин А.Н. и Капустин А.Ф.

45. На основании заявления членов колхоза им. Капустина, а именно Жигалева В.А., Герасимова А.В., Капустина С.В., Белова Н.Н., Казюлькина А.Н. и Капустина А.Ф. о выходе из колхоза и о выделении им участков земли 11 апреля 1992 г. администрация колхоза им. Капустина приняла решение, согласно которому указанным лицам было разрешено выйти из колхоза и каждому их них был выделен земельный участок площадью 5,15 гектаров.

46. 14 апреля 1992 г. глава администрации Большесолдатского района Курской области вынес постановление N 111, в котором указывалось, что на основании указанного решения администрации колхоза им. Капустина для основания крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" выделяется в собственность хозяйства бесплатно земельный участок площадью 31 гектаров из земель колхоза им. Капустина. Этим же постановлением администрация Большесолдатского района Курской области постановила выделить 315 гектаров пашни крестьянско-фермерскому хозяйству "Луч" в аренду сроком на пять лет. Далее в постановлении указывалось, что Жигалев В.А. является главой крестьянско-фермерского хозяйства "Луч", а остальными членами хозяйства являются Герасимов А.В., Капустин С.В., Белов Н.Н., Казюлькин А.Н. и Капустин А.Ф. В постановлении указывалось, что комитет по земельным ресурсам и земельной реформе администрации Большесолдатского района Курской области выделить земельные участки в натуре и выдать государственный акт на право пользования землей.

47. Комитет по земельным ресурсам и земельной реформе администрации Большесолдатского района Курской области выделил 30,9 гектаров земли в натуре, составил план земельного участка и подготовил государственный акт на землю N 300200006, которым удостоверялось право собственности на указанный участок и в котором Жигалев В.А. был указан как единственный собственник земли.

48. Рассмотрев заявление главы крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" Жигалева В.А. от 9 июня 1992 г. о выделении участка земли в пожизненно наследуемое владение, а не в аренду, глава администрации Большесолдатского района Курской области вынес постановление N 167 от 14 июня 1992 г., которым ранее принятое постановление N 111 было изменено в части, касающейся участка земли размером 315 гектаров. Теперь это постановление было изложено следующим образом:


"Передать из специального земельного фонда 315 гектаров пашни крестьянскому (фермерскому) хозяйству "Луч" в пожизненное наследуемое владение в следующих размерах:


     1. Жигалев В.А.            52,5 га
     2. Герасимов А.В.          52,5 га
     3. Капустин С.В.           52,5 га
     4. Белов Н.Н.              52,5 га
     5. Казюлькин А.А.          52,5 га
     6. Капустин А.Ф.           52,5 га".

49. На основании постановления N 167 комитет по земельным ресурсам и земельной реформе администрации Большесолдатского района Курской области выдал новый государственный акт на землю N 30020006, которым удостоверялось право собственности на тот же самый участок земли площадью 30,9 гектаров земли и право пожизненно наследуемого владения на участок земли площадью 315 гектаров, в котором Жигалев В.А. снова был указан как единственный собственник и владелец обоих земельных участков.

50. На основании описанных выше фактов Арбитражный суд Курской области признал, что тот факт, что государственный акт на землю N 30020006 не указывает, что доли в размере 5,15 гектаров земли принадлежат каждому члену крестьянско-фермерского хозяйства "Луч", противоречит положениям постановления N 111 и законодательства Российской Федерации, в частности положениям статьи 15 Закона Российской Федерации "О крестьянском (фермерском) хозяйстве", которая предусматривает, что имущество крестьянско-фермерского хозяйства принадлежит всем его членам на праве общей долевой собственности или на праве общей совместной собственности. Далее суд установил, что такое же упущение - отсутствие информации относительно выделения земельных участков каждому члену крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" - в государственном акте на землю N 30020006 являлось незаконным по этим же основаниям.

51. Своим постановлением от 21 апреля 1999 г. Арбитражный суд Курской области объявил государственные акты на землю NN 300200006 и 30020006 недействительными. Суд отказал в удовлетворении остальных требований прокурора относительно отмены постановлений главы администрации Большесолдатского района Курской области N 111 от 14 апреля 1992 г. и N 167 от 14 июля 1992 г., поскольку суд не усмотрел оснований для признания их незаконными.


2. Решение апелляционной инстанции Арбитражного суда Курской области от 8 июня 1999 г.


52. Глава крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" Жигалев обжаловал постановление от 21 апреля 1999 г. на том основании, что суд первой инстанции отказался рассматривать его довод относительно срока исковой давности. 8 июня 1999 г. апелляционная инстанция Арбитражного суда Курской области в слушании, на котором присутствовали стороны и Жигалев как третье лицо, привлеченное к рассмотрению дела, заседая в составе трех судей, рассмотрела данную апелляционную жалобу.

53. Суд отметил, что на основании постановлений главы администрации Большесолдатского района Курской области NN 111 и 167 каждому члену крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" были выделены земельные участки. Государственные акты на землю NN 300200006 и 30020006, выданные на основании указанных постановлений только на имя Жигалева, были признаны незаконными судом первой инстанции.

54. Далее суд отметил, что, как следует из апелляционной жалобы заявителя, единственным основанием для отмены решения суда первой инстанции им указывался отказ в рассмотрении довода заявителя о применении срока исковой давности. Однако суд установил, что согласно статье 39 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 199 Гражданского кодекса Российской Федерации только сторона судебного разбирательства вправе требовать применения срока исковой давности. Поскольку заявитель не являлся стороной судебного разбирательства, он не мог подать заявление по данному вопросу. Суд отклонил апелляционную жалобу заявителя и оставил судебное решение от 21 апреля 1999 г. без изменения.


3. Постановление Федерального арбитражного суда Центрального округа от 29 июля 1999 г.


55. Заявитель подал кассационную жалобу, в которой он потребовал отменить решения нижестоящих судов как предположительно вынесенные в нарушение норм процессуального и материального права. В частности, он утверждал, что его ходатайство о привлечении его соответчиком было незаконно отклонено, что предположительно лишило его возможности доказывать свое право на землю. Кассационная жалоба была рассмотрена Федеральным арбитражным судом Центрального округа, заседавшим в составе трех судей, 29 июля 1999 г. в присутствии сторон и Жигалева как третьего лица. Суд изложил свои выводы следующим образом.

56. Как следует из материалов дела, в соответствии с постановлениями главы администрации Большесолдатского района Курской области NN 111 и 167 земельные участки были выделены каждому члену крестьянско-фермерского хозяйства "Луч".

57. Тем не менее, государственные акты на землю были выданы на имя Жигалева как единственного собственника и владельца земли, без указания долей остальных пяти членов хозяйства.

58. Поскольку данные государственные акты на землю противоречили постановлению N 111 и статье 15 Закона Российской Федерации "О крестьянском (фермерском) хозяйстве", которая предусматривает, что имущество крестьянско-фермерского хозяйства принадлежит его членам на праве общей долевой собственности и общей совместной собственности, решение суда первой инстанции об объявлении указанных государственных актов, выданных на имя Жигалева, недействительными является обоснованным.

59. Постановления главы администрации Большесолдатского района Курской области NN 111 и 167, согласно которым для образования крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" были выделены земельные участки, приняты в соответствии с положениями законодательства Российской Федерации.

60. Относительно жалобы заявителя на непривлечение его судом для участия в судебном разбирательстве в качестве соответчика суд кассационной инстанции отметил, что суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении данного ходатайства и привлек заявителя для участия в судебном разбирательстве в качестве третьего лица, поскольку спор по делу касался документов, принятых администрацией Большесолдатского района Курской области и выданных комитетом по земельной реформе и земельным ресурсам администрации Большесолдатского района Курской области. Исковые требования были признаны ответчиком. Стороны судебного разбирательства не поднимали вопроса об истечении срока исковой давности. Жигалев не являлся стороной судебного разбирательства и, таким образом, не обладал правом на заявление ходатайства о применении срока исковой давности.

61. При данных обстоятельствах постановление суда первой инстанции и решение суда апелляционной инстанции были признаны законными и обоснованными.

62. Постановлением от 29 июля 1999 г. Федеральный арбитражный суд Центрального округа оставил без изменения постановление Арбитражного суда Курской области от 21 апреля 1999 г. и решение апелляционной инстанции Арбитражного суда Курской области от 8 июня 1999 г.


F. Судебные разбирательства относительно постановления N 35 и государственного акта на землю N 300200167


63. После окончания описанного выше судебного разбирательства 14 февраля 2000 г. главой администрации Большесолдатского района Курской области было принято постановление N 35, которым государственные акты на землю NN 300200006 и 30020006 были отменены и было установлено выдать новый государственный акт на землю крестьянско-фермерскому хозяйству "Луч" в соответствии с постановлением главы администрации Большесолдатского района Курской области N 167 от 14 июля 1992 г.  и Законом Российской Федерации "О крестьянском (фермерском) хозяйстве". В соответствии с постановлением N 35 комитет по земельной реформе и земельным ресурсам администрации Большесолдатского района Курской области выдал новый государственный акт на землю N 300200167, в котором указывалось, что крестьянско-фермерское хозяйство "Луч" владеет 315 гектарами земли и сто каждый из шести членов крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" владеет долей в размере 52,5 гектаров земли.

64. 16 февраля 2001 г. Жигалев как глава крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" подал иск от имени хозяйства в Арбитражный суд Курской области к администрации Большесолдатского района Курской области. Он потребовал отменить постановление N 35, которым он предположительно был лишен права собственности на землю, и государственного акта на землю N 300200167.

65. Постановлением N 127 от 14 июня 2001 г. глава администрации Большесолдатского района Курской области отменил постановление N 35, поскольку счел, что оно принято ошибочно. 27 сентября 2001 г. суд прекратил производство в части требований заявителя об отмене постановления N 35 на том основании, что это постановление и так уже было отменено.


1. Судебное разбирательство относительно государственного акта на землю N 300200167


66. Арбитражный суд Курской области рассмотрел требование заявителя об отмене государственного акта на землю N 300200167 и удовлетворил его на основаниях, указанных в постановлении от 27 сентября 2001 г.

67. Постановление N 35, на основании которого был выдан государственный акт на землю, был отменен.

68. В соответствии с применимым законодательством Российской Федерации, действовавшим на момент событий, (Федеральный закон "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" и Указы Президента Российской Федерации от 27 октября 1993 г. N 1767 и от 25 января 1999 г. N 112) надлежащим документом, удостоверяющим право лица на землю, являлось свидетельство о государственной регистрации прав на землю, а не государственный акт на землю.

69. Далее суд рассмотрел требование заявителя об отмене постановления главы администрации Большесолдатского района Курской области N 167 от 14 июля 1992 г. о выделении земли каждому члену крестьянско-фермерского хозяйства в равных долях как предположительно вынесенного с нарушением закона. Суд установил, что данный вопрос уже рассматривался в рамках другого судебного разбирательства, завершившегося вынесением постановления Арбитражного суда Курской области от 21 апреля 1999 г., оставленного без изменения вышестоящими судами, которым заявление об отмене постановления N 167 было отклонено. В соответствии с частью второй статьи 58 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 13 от 31 октября 1996 г. данное судебное решение было окончательным, а факты, установленные в ранее разрешенных делах, не подлежали повторному доказыванию по делу с участием этих же лиц.


2. Судебное разбирательство относительно постановления N 35


70. 21 марта 2002 г. Федеральный арбитражный суд Центрального округа отменил определение Арбитражного суда Курской области от 27 сентября 2001 г. о прекращении производства в части требования заявителя об отмене постановления N 35.

71. В ходе нового судебного разбирательства дела в данной части в Арбитражном суде Курской области заявитель уточнил свои исковые требования. Он утверждал, что постановление N 35 нарушило права крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" и его собственные права как основателя хозяйства, поскольку хозяйство было лишено права собственности на 30,9 гектаров земли и права пожизненно наследуемого владения на 315 гектаров земли. Жигалев утверждал, что все указанные земельные участки должны принадлежать ему как главе хозяйства, поскольку он был единственным лицом, указанным в государственных актах на землю NN 30020006 и 300200006. В подтверждение своих доводов заявитель ссылался на незаконность постановлений главы администрации Большесолдатского района Курской области N 111 от 14 апреля 1992 г. и N 167 от 14 июня 1992 г., законность государственных актов на землю NN 30020006 и 300200006, выданных на его имя, и на тот факт, что администрация Большесолдатского района Курской области превысила свои полномочия, принимая постановление N 35 от 14 февраля 2000 г.

72. Представитель ответчика (то есть администрации Большесолдатского района Курской области) утверждал, что оспариваемое постановление N 35 представляло собой лишь исполнение постановления Арбитражного суда Курской области от 21 апреля 1999 г., оставленного без изменения вышестоящими судами, в то время как государственные акты на землю NN 30020006 и 300200006, выданные на имя Жигалева, были объявлены недействительными. Постановление N 35 было отменено как принятое ошибочно. Далее представитель ответчика утверждал, что к этому времени у заявителя отсутствовали документы, удостоверяющие его право собственности, и ни администрация Большесолдатского района Курской области, ни комитет по земельной реформе и земельным ресурсам администрации Большесолдатского района Курской области не принимали никаких мер для изъятия земли у крестьянско-фермерского хозяйства "Луч", которое могло продолжать ее обрабатывать.

73. Суд отметил, что постановлением Арбитражного суда Курской области от 27 сентября 2001 г. государственный акт на землю N 300200167, выданный на основании постановления N 35, был объявлен недействительным, поскольку в соответствии действовавшим на тот момент законодательством надлежащим юридическим документом, удостоверяющим прав на землю, являлось свидетельство о государственной регистрации прав на землю, выдаваемое Управлением Министерства юстиции Российской Федерации по регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

74. Суд отметил, что юридическими документами, удостоверяющими права на землю, в настоящем деле являлись постановления главы администрации Большесолдатского района Курской области NN 111 и 167 1992 года. Данные постановления были признаны законными вступившим в силу постановлением Арбитражного суда Курской области от 21 апреля 1999 г., оставленным без изменения вышестоящими судами. Таким образом, доводы заявителя о незаконности указанных постановлений являются необоснованными.

75. Далее суд отметил, что государственные акты на землю NN 30020006 и 300200006, которые являлись юридическими документами, удостоверяющими права на землю, были объявлены незаконными указанным выше вступившим в силу судебным решением. Таким образом, утверждение заявителя о законности данных государственных актов на землю также является необоснованным.

76. Относительно утверждения заявителя о том, что постановлением N 35 нарушены права крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" на земельные участки площадью 30,9 гектаров и 315 гектаров, суд установил, что ни администрация Большесолдатского района Курской области, ни комитет по земельной реформе и земельным ресурсам администрации Большесолдатского района Курской области не принимали никаких мер для изъятия земли у крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" или иные меры, направленные не воспрепятствование хозяйству в обработке земли. Данный факт не оспаривался заявителем, который утверждал в суде, что оспариваемая земля не обрабатывается годами, поскольку он участвует в судебных разбирательствах.

77. Суд установил, что постановление N 35 не имело неблагоприятных последствий относительно прав на землю крестьянско-фермерского хозяйства "Луч". Относительно прав самого Жигалева суд по данному вопросу уже выносил решения, имеющие обязательную силу, и арбитражные суды более не обладают юрисдикцией по рассмотрению таких исков.

78. Таким образом, постановлением от 10 июня 2002 г. Арбитражный суд Курской области отклонил иск заявителя. Данное судебное решение было оставлено без изменения постановлением Федерального арбитражного суда Центрального округа от 26 декабря 2002 г.


G. Иные судебные разбирательства


79. Крестьянско-фермерское хозяйство "Луч" участвовало в других различных судебных разбирательствах в 1997 - 2005 годах, в том числе по налоговым спорам. В суде его интересы представлял Жигалев как глава хозяйства.


H. Постановление главы администрации Большесолдатского района Курской области N 111 от 14 апреля 1992 г.


80. Постановление главы администрации Большесолдатского района Курской области N 111 от 14 апреля 1992 г. гласит:


"Глава администрации
Большесолдатского района Курской области
Постановление


14.04.1992 N 111

с. Большесолдатское


"О выделении земельного

участка для образования крестьянского

(фермерского) хозяйства "Луч"


Рассмотрев заявление гр. Жигалева В.А. о выделении земельного участка для организации крестьянского (фермерского) хозяйства "Луч" и руководствуясь Законом РСФСР "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" постановлением Президиума Верховного Совета РСФСР и Совета Министров РСФСР с 15 марта 1991 года N 891-I "О дополнительных мерах по ускорению проведения земельной реформы в РСФСР", Земельным кодексом РСФСР,

Постановляю:


1. Предоставить для организации крестьянского (фермерского) хозяйства "Луч" из земель бывшего колхоза им. Капустина в собственность бесплатно земельный участок общей площадью 31 га, в т.ч. 31 пашни (согласно поданным заявлением в правление кооператива имени Капустина и на основании решения правления сельскохозяйственного кооператива о выходе их членов колхоза с паем земли и фондовым паем гр. Жигалева Владимира Алексеевича, Герасимова Алексея Валентиновича, Капустина Сергея Викторовича, Белова Николая Николаевича, Давыдова Владимира Архиповича, Казюлькина Анатолия Николаевича, Капустина Алексея Федоровича).

Передать из специального фонда в аренду крестьянскому (фермерскому) хозяйству "Луч" сроком на пять лет земельный участок общей площадью 315 гектаров, из них 315 гектаров пашни.

2. Утвердить главой крестьянского (фермерского) хозяйства "Луч" Жигалева Владимира Алексеевича, членами хозяйства:

1. Герасимова А.В.

2. Капустина С.В.

3. Белова Н.Н.

4. Казюлькина А.Н.

5. Капустина А.Ф.

3. Районному комитету по земельной реформе и земельным ресурсам в срок до 15 апреля 1992 года провести землеустроительные работы по ограничению земельного участка в натуре (по местности) и подготовить государственный акт на право пользования землей.

/.../


Глава администрации

/подпись/ Д.Шаталов".


I. Постановление главы администрации Большесолдатского района Курской области N 167 от 14 июля 1992 г.


81. Постановление главы администрации Большесолдатского района Курской области N 167 от 14 июля 1992 г. гласит:


"Глава администрации
Большесолдатского района Курской области
Постановление


14.07.1992 N 167

с. Большое Солдатское


"Об изменении постановления Главы администрации от 14.04.92 г. N 111"


На основании заявления Главы крестьянского (фермерского) хозяйства "Луч" т. Жигалева В.А. о предоставлении 315 га пашни в пожизненное наследуемое владение ПОСТАНОВЛЯЮ:

1. Пункт N 1 абзац второй в постановлении Главы администрации от 14.04.92 г. N 111 "О выделении земельного участка для образования крестьянского (фермерского) хозяйства "Луч" считать утратившим силу и изложить в следующей редакции "Передать из специального земельного фонда 315 гектаров пашни крестьянскому (фермерскому) хозяйству "Луч" в пожизненное наследуемое владение в следующих размерах:


     1. Жигалев В.А.            52,5 га
     2. Герасимов А.В.          52,5 га
     3. Капустин С.В.           52,5 га
     4. Белов Н.Н.              52,5 га
     5. Казюлькин А.А.          52,5 га
     6. Капустин А.Ф.           52,5 га"

За Главу администрации
Первый заместитель
Главы администрации

/подпись/ С. Новосильцев".


J. Государственный акт на землю N 30020006


82. Заявитель представил в Европейский Суд копию государственного акта на землю N 30020006, который гласит:


"Государственный
акт


на право собственности на землю, пожизненного наследуемого владения, бессрочного (постоянного) пользования землей


N 30020006


Государственный акт выдан Жигалеву Владимиру Алексеевичу крестьянско-фермерского хозяйства "Луч", Курская обл., Б-Солдатский район, с. Извеково, администрацией Б-Солдатского района в том, что указанному собственнику, владельцу, пользователю земли решением от 14.04.1992 г. N 111 администрацией Б-Солдатского района предоставляется всего 30,9 гектаров, из них бесплатно 30,9 гектаров, в пожизненно наследуемое владение 315 гектаров, в бессрочное (постоянное) пользование ______ гектаров в границах, указанных на чертеже, для организации крестьянско-фермерского хозяйства "Луч".

Настоящий Государственный акт составлен в двух экземплярах, из которых первый выдан Жигалеву Владимиру Алексеевичу, второй хранится в администрации Б-Солдатского района.

Акт зарегистрирован в Книге записей Государственных актов прав собственности, владения, пользования землей за N 7.

/.../


Председатель администрации
Б-Солдатского района

/подпись/ Д.Ф. Шаталов


/.../


Количественная характеристика земель, предоставляемых в собственность, владение, пользование


Жигалев В.А.
(Ф.И.О. собственника, владельца, пользователя земли)


Всего
земель
В том
числе
сельскохо-
зяйствен-
ных угодий
Из них Под
постройками
, лесами и
другими
угодьями
пашни многолет.
насажд.
Кормовых
угодий
В собственность
30,9 30,9 30,9 - - -
В пожизненное наследуемое владение
315 315 315 - - -

Председатель комитета
по земельной реформе
и земельным ресурсам
Б-Солдатского района (города)

/подпись/ В.Н. Колков


/.../".


II. Применимое национальное законодательство


А. Крестьянские (фермерские) хозяйства


83. На момент образования крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" создание и деятельность крестьянских (фермерских) хозяйств регулировалась Законом Российской Федерации от 22 ноября 1990 г. N 348-I "О крестьянском (фермерском) хозяйстве".

84. В соответствии со статьей 1 Закона крестьянское (фермерское) хозяйство могло состоять из одного человека, семьи или группы лиц. Главой крестьянского (фермерского) хозяйства мог являться один из дееспособных членов хозяйства. Глава хозяйства представляет его в отношениях с предприятиями, организациями, гражданами и государственными органами.

85. Согласно статье 5 Закона на основании заявления лица, желающего создать фермерское хозяйство, решением органа местного самоуправления ему выделяется участок земли в пользование, пожизненно наследуемое владение или в собственность. При определении размера земельного участка, выделяемого для создания крестьянского (фермерского) хозяйства, должно приниматься во внимание количество членов хозяйства.

Если земля передается в собственность, решение органа местного самоуправления служит основанием для выделения участка и для выдачи акта о праве на землю, удостоверяющего право собственности в отношении участка земли.

Земельный участок для создания крестьянского (фермерского) хозяйства выделяется в собственность бесплатно по нормам, установленным законодательством, и за него может взиматься плата, в случае если площадь участка превышает установленные нормы.

86. Согласно статье 6 Закона местный, районный и городской орган исполнительной власти создают земельные фонды для создания крестьянских (фермерских) хозяйств, inter alia, забирая земли у колхозов при получении заявлений лиц, желающих создать крестьянское (фермерское) хозяйство. Член коллективного хозяйства (колхоза) имеет право выйти из него, забрав при этом часть своей земли, и основать крестьянское (фермерское) хозяйство. Их заявления рассматриваются администрацией колхоза, а затем местным районным или городским органом исполнительной власти, который принимает окончательное решение (статья 8 Закона).

87. Согласно статье 14 Закона имущество крестьянского (фермерского) хозяйства включает в себя семена, жилые и хозяйственные строения, скот, технику и оборудование, автомобильный транспорт и иную собственность, необходимую для ведения его деятельности.

88. Согласно статье 15 Закона имущество крестьянского (фермерского) хозяйства принадлежит его членам на праве общей долевой собственности или общей совместной собственности, если решение о последней форме было единогласно принято членами хозяйства.

89. Согласно положениям Земельного кодекса РСФСР 1991 года некоторые категории земли могут находиться только на праве пожизненного наследуемого владения, что означает, что землей можно владеть, ее можно использовать и наследовать, но ее нельзя продать никому, кроме как государству.


В. Третьи лица в судебном процессе


90. Согласно статье 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации 1995 года, действовавшего на момент событий, в судебном разбирательстве две стороны имеют полные равные процессуальные права - истец и ответчик.

91. Согласно статье 38 Кодекса до вынесения решения судом по существу иска в судебное разбирательство могут войти третьи лица, имеющие самостоятельные требования по существу спора. Они пользуются практически всеми правами истца.

92. Согласно статье 39 Кодекса до вынесения решения судом по существу иска в судебное разбирательство могут войти третьи лица, не имеющие самостоятельных требований по существу спора, на стороне истца или ответчика при условии, если решение по спору может повлиять на их права и обязанности по отношению к одной из сторон дела. Они пользуются процессуальными правами стороны судебного разбирательства, за исключением того, что они не могут отказаться от иска, увеличить или уменьшить сумму искового требования, признать иск, заключить мировое соглашение и требовать принудительного исполнения судебного решения.


С. Срок исковой давности


93. Согласно статье 199 Гражданского кодекса Российской Федерации судом применяется срок исковой давности только по соответствующему ходатайству стороны судебного разбирательства, которое заявляется до вынесения судебного решения по существу спора. В случае подачи такого ходатайства истечение срока исковой давности служит основанием отклонения иска.

94. Согласно статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года.

95. Согласно статье 181 Гражданского кодекса Российской Федерации иск о применении последствий ничтожной сделки может быть подан в течение десяти лет с момента начала исполнения такой сделки.


Право


I. Предварительные возражения властей Российской Федерации


96. В ходе слушаний по делу власти Российской Федерации утверждали в отношении жалобы заявителя, поданной на основании статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции, что после вынесения Арбитражным судом Курской области его постановления от 21 апреля 1999 г. заявитель мог подать отдельный иск с требованием о признании его права собственности на землю. Однако он этого не сделал.

97. В своих доводах, представленных после того, как жалоба была объявлена приемлемой для рассмотрения по существу, власти Российской Федерации дополнили довод о неисчерпании ссылками на статьи 301, 303 и 305 Гражданского кодекса Российской Федерации.

98. До того как жалоба была объявлена приемлемой для рассмотрения по существу, власти Российской Федерации также утверждали в отношении жалобы заявителя, поданной на основании пункта 1 статьи 6 Конвенции, что заявитель мог подать отдельный иск о признании его права собственности на землю и в рамках этого судебного разбирательства пользоваться всем кругом процессуальных прав истца. Поскольку заявитель не воспользовался этим правом, жалоба должна быть объявлена неприемлемой для рассмотрения по существу на основании неисчерпания им внутренних средств правовой защиты.

99. Далее, после того как жалоба была объявлена приемлемой для рассмотрения по существу, власти Российской Федерации выдвинули вопрос о наличии у заявителя статуса "жертвы". Они указывали, что в своем интервью курской газете "Друг для друга" (номер от 22 февраля 2005 г.) Жигалев утверждал:


"Когда я только составлял заявление, "добрые люди" советовали: мол, где ты видел, чтобы кому-нибудь удавалось обмануть государство? Видимо, так же думали и представители России в Суде".


Власти Российской Федерации утверждали, что, как следует из этого утверждения заявителя, целью его жалобы в Европейский Суд было обмануть государство, соответственно, заявитель злоупотребил правом на подачу жалобы в Европейский Суд. Таким образом, продолжали власти Российской Федерации, заявитель не являлся "жертвой" предполагаемых нарушений Конвенции, а его жалоба должна быть исключена из списка рассматриваемых Европейским Судом дел.

100. Заявитель не согласился с властями Российской Федерации. Он утверждал, что власти Российской Федерации не указали с достаточной ясностью на те эффективные средства правовой защиты, которые он предположительно не исчерпал. Ссылаясь на его участие в различных судебных разбирательствах, описанных в разделе "ФАКТЫ" настоящего Постановления, заявитель утверждал, что исчерпал все относящиеся к делу и достаточные средства правовой защиты.

101. Европейский Суд счел, что ему нет необходимости рассматривать возражения властей Российской Федерации ввиду следующих выводов.


II. Предполагаемое нарушение Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции


102. Заявитель жаловался на то, что его право на беспрепятственное пользование своим имуществом - земельным участком площадью 30,9 гектаров, предоставленным ему в собственность, и земельным участком площадью 315 гектаров, предоставленным ему в пожизненно наследуемое владение - было нарушено в результате судебного разбирательства, инициированного прокурором. Он ссылался на статью 1 Протокола N 1 к Конвенции, которая гласит:


"Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.

Предыдущие положения не умаляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов иди других сборов или штрафов".


А. Доводы сторон


1. Власти Российской Федерации


103. Власти Российской Федерации утверждали, что статья 1 Протокола N 1 к Конвенции гарантирует защиту имущества, находящегося в законном владении лица. Самого факта, согласно которому государственные акты на землю NN 30020006 и 300200006 были выданы на имя Жигалева, не достаточно, чтобы считать его законным владельцем земельных участков площадью 30,9 и 315 гектаров.

104. В соответствии со статьей 15 Закона Российской Федерации от 22 ноября 1990 г. N 348-I "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" имущество крестьянского (фермерского) хозяйства принадлежит членам хозяйства на праве общей долевой собственности или общей совместной собственности, если о последнем было принято единогласное решение членов хозяйства. Крестьянско-фермерское хозяйство "Луч" состояло из главы хозяйства Жигалева и пяти других членов хозяйства, а именно Герасимова А.В., Капустина С.В., Белова Н.Н., Казюлькина А.Н. и Капустина А.Ф. Представляя крестьянско-фермерское хозяйство "Луч" в судебных разбирательствах и уплачивая налоги, заявитель всегда действовал в качестве главы хозяйства, от имени хозяйства, а не в личном качестве физического лица. Утверждения заявителя о том, что остальные пять членов хозяйства являются наемными работниками крестьянско-фермерского хозяйства "Луч", а не его членами, не имеет подтверждения ни в фактах дела, ни в праве. Власти Российской Федерации сослались на постановления главы администрации Большесолдатского района Курской области NN 111 и 167 и на судебное разбирательство по вопросу увольнения Жигалевым остальных членов крестьянско-фермерского хозяйства, в результате которого решением Большесолдатского районного суда Курской области от 28 декабря 1998 г. было установлено, что данные фермеры являются членами крестьянско-фермерского хозяйства "Луч", а не его наемными работниками.

105. Указанные государственные акты на землю были выданы в нарушение указанных выше положения статьи 15 Закона Российской Федерации "О крестьянском (фермерском) хозяйстве", и этот факт был подтвержден в ходе судебного разбирательства национальными судами трех инстанций, инициированного заявлением прокурора, поданного на основании жалоб членов крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" в десятилетний срок исковой давности, установленный статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации для оспаривания ничтожных сделок. Указанный Закон был официально опубликован. Как глава крестьянско-фермерского хозяйства "Луч", Жигалев был проинформирован о положениях Закона при создании крестьянско-фермерского хозяйства "Луч". Данные положения Закона являлись достаточно точными и предсказуемыми для заявителя и преследовали законную цель в виде справедливого распределения имущественных прав между членами крестьянско-фермерского хозяйства.

106. Поскольку государственные акты на землю, выданные на имя Жигалева, были объявлены недействительным ab initio как выданные незаконно, заявитель не имел законного имущества по смыслу статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции, которое могло бы влечь применение данного положения Конвенции в настоящем деле.

107. Далее власти Российской Федерации утверждали, что отмена государственных актов на землю NN 30020006 и 300200006 не лишила заявителя его законной доли в земельном участке, выделенном для создания крестьянско-фермерского хозяйства "Луч". Заявитель вправе зарегистрировать его право на свою долю в земельном участке крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" и получить соответствующий документ о праве на землю. Однако заявитель, будучи несогласным с результатом судебного разбирательства, в результате которого указанные государственные акты на землю были объявлены недействительными, так и не сделал этого. Другие пять членов крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" также этого не сделали во избежание дальнейшего конфликта с заявителем. В результате земля, которую никто не изымал, не обрабатывается.

108. Власти Российской Федерации подчеркнули, что никто никогда не пытался оспорить долю Жигалева в крестьянско-фермерском хозяйстве "Луч". Напротив, именно Жигалев пытался захватить имущество других членов хозяйства, которое никогда ему не принадлежало.

109. Вмешательство в права заявителя было законным и соразмерным, никогда не влекло лишение имущества и не налагало чрезмерного бремени на заявителя в обстоятельствах настоящего дела. Заявитель, который неправомерно завладел землей, принадлежащей другим членам крестьянско-фермерского хозяйства "Луч", не имея на то законных оснований и не произведя за это каких-либо выплат, был обязан вернуть незаконно захваченное имущество. Во-первых, власти Российской Федерации утверждали, что отменяя государственные акты на землю NN 30020006 и 300200006, государство, действуя в общественных интересах, осуществляло надзор за справедливым распределением имущественных прав между членами крестьянско-фермерского хозяйства "Луч". Ссылаясь на Постановление Европейского Суда по делу "Бакли против Соединенного Королевства" (Buckley v. United Kingdom) (см. Постановление Европейского Суда от 25 сентября 1996 г., Reports of Judgments and Decisions 1996-IV), власти Российской Федерации подчеркнули, что национальные суды сами были в состоянии решить, что должно было пониматься под общественными интересами при осуществлении распределения земель и ведении политики сельскохозяйственного развития. Во-вторых, вмешательство являлось законным, поскольку соответствовало положениям статьи 15 Закона Российской Федерации "О крестьянском (фермерском) хозяйстве".

110. Отмена государственных актов на землю NN 30020006 и 300200006 не повлекла неблагоприятных материальных последствий для заявителя, который никогда не утверждал в национальных судах или иных органах власти, что отмена указанных государственных актов на землю причинила ему ущерб и, таким образом, никогда не просил компенсации в связи с этим.

111. Власти Российской Федерации пришли к выводу, что в настоящем деле отсутствует нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.


2. Заявитель


112. Заявитель не согласился с доводами властей Российской Федерации. Он утверждал, что именно он получил указанные земельные участки. Другие пять фермеров, участвовавших в разбирательстве по делу, являлись лишь наемными работниками крестьянско-фермерского хозяйства "Луч", а не его членами. Они никогда не обращались с заявлениями о предоставлении им оспариваемой земли. Поэтому Федеральный арбитражный суд Центрального округа в своем постановлении от 10 декабря 1997 г. признал, что указанные фермеры были незаконно включены в список членов крестьянско-фермерского хозяйства "Луч".

113. Заявитель утверждал, что он подал два отдельных заявления о выделении земли для создания крестьянско-фермерского хозяйства "Луч". В первом заявлении он просил выделить землю ему и еще десяти лицам для создания крестьянско-фермерского хозяйства "Луч". Во втором, в котором он указывал, что шесть других лиц будут его работниками, он просил выделить землю только ему самому. Именно второе заявление было удовлетворено. Далее, как утверждал заявитель, существовало два варианта постановления N 111 от 14 апреля 1992 г., в одном из которых указывалось, что помимо заявителя существуют еще пять членов крестьянско-фермерского хозяйства "Луч". В другом варианте постановления предположительно указывалось, что земельные участки выделялись исключительно ему самому. Заявитель представил неподписанную копию второго варианта постановления.

114. Заявитель утверждал, что не склонен рассматривать вопрос о законности приобретения им земельных участков, поскольку в любом случае на момент подачи иска прокурором трехлетний срок исковой давности уже истек. Законной целью срока исковой давности являлось установление определенности права на землю и владения.

115. Заявитель утверждал, что он успешно обрабатывал землю. Иск прокурора и результат последовавшего судебного разбирательства представляли собой вмешательство в его беспрепятственное владение своей землей. Другие фермеры никогда не подавали каких-либо исков. Прокурор не указывал, каким образом должно быть организовано владение землей и должно ли крестьянско-фермерское хозяйство "Луч" сохранить свои земли. Национальные суды также не разрешили данный вопрос. При данных обстоятельствах целью иска прокурора было лишь изъятие земли, которой владело крестьянско-фермерское хозяйство "Луч", а не восстановление государственных или общественных интересов. Такое вмешательство не было законным и соразмерным и налагало чрезмерное бремя на крестьянско-фермерское хозяйство "Луч". Данное вмешательство уничтожило крестьянско-фермерское хозяйство "Луч" и ухудшило состояние земли, которая с тех пор не обрабатывается. Национальные суды не нашли справедливого баланса между действительными общественными интересами и частными интересами крестьянско-фермерского хозяйства "Луч". Чрезмерное индивидуальное бремя было возложено на самого заявителя в результате неопределенности относительно правового статуса владения землей, предоставленной крестьянско-фермерскому хозяйству "Луч", поскольку над ним висела постоянная угроза экспроприации результатов его собственных усилий, например выращенного урожая, другими лицами, участвовавшими в деле. Таким образом, национальные суды нарушили права заявителя, гарантируемые статьей 1 Протокола N 1 к Конвенции.

116. Далее заявитель утверждал, что он был лишен своего имущества незаконно. Закон Российской Федерации "О крестьянском (фермерском) хозяйстве", регулировавший порядок создания крестьянских (фермерских) хозяйств в рассматриваемое время, не содержал достаточно четких положений относительно создания хозяйств несколькими лицами. Таким образом, Законом не было установлено, когда и каким образом должно быть заключено соглашение между членами крестьянского (фермерского) хозяйства. Гражданский кодекс Российской Федерации также не дает ответов на эти вопросы. Во время создания хозяйства также не существовало законодательства на законодательном уровне, равно как не была сформирована административная или судебная практика по данному вопросу, поскольку к этому времени Закон Российской Федерации "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" был еще совсем новым. Таким образом, заявитель не мог знать с достаточной степенью определенности, даже получив соответствующую юридическую консультацию, являлось ли создание крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" надлежащим или незаконным, и заявитель не мог предвидеть последствий своих действий.

117. Заявитель отметил, что никакого соглашения о создании крестьянско-фермерского хозяйства "Луч", заключенного между членами хозяйства, не существовало, и не имелось никаких оснований для того, чтобы оно вообще существовало, поскольку он в одиночку организовал это хозяйство. Несмотря на его заявление об этом, в ходе судебного разбирательства по данному вопросу, инициированному прокурором, национальные суды так и не рассмотрели его довод о том, что он являлся единственным основателем крестьянско-фермерского хозяйства "Луч".

118. Заявитель утверждал, что вмешательство в его права представляло собой контроль за использованием имущества и что пункт 2 статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции применим к его делу.

119. Заявитель утверждал, что он принимал участие в нескольких судебных разбирательствах в целях защиты своих имущественных прав. Он прекратил обрабатывать землю ввиду последовавшей в связи с этим нехваткой времени и ресурсов. Однако национальные суды не вынесли с достаточной определенностью решения по основанному вопросу, а именно по вопросу формы собственности земель крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" и по вопросу надлежащего подхода ее использования заявителем и членами его семьи и заявителем и другими лицами, участвовавшими в деле.

120. Заявитель утверждал, что он не просил компенсации в связи с вмешательством в его права в отношении оспариваемой земли, поскольку это бы означало его согласие с решением национальных судов об отмене государственных актов на землю, что было для него неприемлемым. Далее заявитель пояснил, что не мог обратиться за компенсацией, поскольку с точки зрения национальных судов действия администрации Большесолдатского района Курской области и прокуратуры являлись законными и обоснованными. Это означало, что в соответствии с положениями применимого законодательства Российской Федерации (статьи 16, 1064 и 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации) заявитель не имел законных оснований требовать компенсации.

121. Заявитель отметил, что, будучи главой крестьянско-фермерского хозяйства "Луч", от имени хозяйства он инициировал судебное разбирательство о взыскании компенсации с администрации Большесолдатского района Курской области в связи с ущербом, причиненным незаконным принятием постановлений NN 153, 154 и 157. Его иск был оставлен без удовлетворения постановлением Федерального арбитражного суда Центрального округа от 5 мая 1999 г.

122. Заявитель пришел к выводу, что его права собственности были нарушены, поскольку вмешательство в его права не было предусмотрено законом по смыслу статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции, так как положения законодательства не были достаточно четкими и предсказуемыми, а такое вмешательство возложило на него чрезмерное персональное бремя и оно не соответствовало требованию "справедливого баланса", поскольку заявитель не имел права на компенсацию.


3. Третья сторона


123. Члены крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" Герасимов А.В., Капустин С.В., Капустин А.Ф., наследница Казюлькина А.Н. Казюлькина С.Н. и наследница Белова Н.Н. Белова В.А. представили свои доводы по фактам дела, которые в основном совпали с выводами Арбитражного суда Курской области, отраженными в его постановлении от 21 апреля 1999 г.

124. Они утверждали, что причиной различных споров между ними и Жигалевым являлся тот факт, что Жигалев считал себя единственным владельцем имущества крестьянско-фермерского хозяйства "Луч", а других членов хозяйства - наемными работниками, что в действительности не имело оснований. Жигалев не позволял другим членам хозяйства принимать участие в управлении хозяйством и распределять доходы хозяйства. Фермеры неоднократно направляли жалобы прокурору Курской области на нарушения Жигалевым их прав. В результате таких обращений 16 февраля 1999 г. прокурор в государственных и общественных интересах инициировал производство в Арбитражном суде Курской области, потребовав, в частности, признать недействительными государственные акты на землю, ошибочно выданные комитетом по земельной реформе и земельным ресурсам администрации Большесолдатского района Курской области на имя одного Жигалева. Постановлением от 21 апреля 1999 г. указанный суд объявил эти государственные акты на землю недействительными.

125. Ни указанное постановление суда, ни другие решения национальных судов или местных органов власти не лишали Жигалева его прав на долю в земельных участках, выделенных крестьянско-фермерскому хозяйству "Луч". Ничто не препятствовало крестьянско-фермерскому хозяйству "Луч" обрабатывать землю, кроме разногласий между главой хозяйства и его членами.

126. Фермеры крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" утверждали, что у Жигалева не было законных оснований утверждать, что он является единственным собственником всей земли, выделенной крестьянско-фермерскому хозяйству "Луч". Они ссылались на положения Закона Российской Федерации "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" в редакции, действовавшей в 1992 году, которым определялся порядок создания и деятельности крестьянско-фермерского хозяйства. В частности, они указывали, что собственность хозяйства принадлежит его членам на праве общей долевой собственности (доли определялись только в случае разделения хозяйства, когда один из членов хозяйства принимал решение выйти из хозяйства), или общей совместной собственности, если об этом принимали решение члены хозяйства.

127. Далее фермеры ссылались на Федеральный закон "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним", указывая, что в соответствии со статьей 6 указанного Федерального закона права на недвижимое имущество, возникшие до момента вступления в силу данного Федерального закона, признаются юридически действительными при отсутствии их государственной регистрации, введенной настоящим Федеральным законом. Крестьянско-фермерское хозяйство "Луч" было зарегистрировано как юридическое лицо до 1 июля 2002 г. на основании постановления главы администрации Большесолдатского района Курской области N 112 от 14 апреля 1992 г. В соответствии со статьей 23 Закона Российской Федерации "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" крестьянско-фермерское хозяйство "Луч" может сохранять статус юридического лица до 1 января 2010 г. В соответствии со статьей 35 Конституции Российской Федерации никто не может быть лишен своего имущества, иначе как на основании решения суда. В настоящем деле подобного судебного решения принято не было.

128. Члены крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" утверждали, что целью подачи Жигалевым жалобы в Европейский Суд было завладение землей, принадлежащей другим членам хозяйства. Его жалоба не имела оснований ни по вопросам фактов, ни по вопросам права и, соответственно, должна быть отклонена.

129. В своих комментариях к доводам третьей стороны власти Российской Федерации отметили, права других лиц, чьи интересы затронуты по делу, должны быть соблюдены. Власти Российской Федерации попросили Европейский Суд дать должную оценку доводам пяти членов крестьянско-фермерского хозяйства "Луч", чтобы не допустить нарушения их прав при вынесении постановления по существу дела.

130. Заявитель утверждал, что доводы третьей стороны не имеют отношения к вопросам, поднимаемым по делу. Он заявил, что его оппоненты не доказали, что использовании надлежащие правовые методы для оспаривания его действий и для защиты их прав собственности. Они также не доказали, что когда-либо пытались обрабатывать оспариваемую землю.


В. Мнение Европейского Суда


1. Общие принципы


131. Европейский Суд напомнил, что статья 1 Протокола N 1 к Конвенции не гарантирует право на получение собственности (см. Постановление Европейского Суда по делу "Ван дер Мюсселе против Бельгии" (Van der Mussele v. Belgium) от 23 ноября 1983 г., Series А, N 70, р.23, §48; Постановление Большой Палаты Европейского Суда "Копецки против Словакии" (Kopeckэ v. Slovakia), жалоба N 44912/98, ECHR 2004-IX, §35). Данное положение только закрепляет право каждого на беспрепятственное пользование "своим" имуществом и, соответственно, применяется только к существующему имуществу лица (см. Постановление Европейского Суда по делу "Маркс против Бельгии" (Marckx v. Belgium) от 13 июня 1979 г., Series А, N 31, р. 23, §50). Лицо может утверждать, что имеет "имущество" по смыслу статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции, если оно действительно владело имуществом и рассматривалось как его владелец во всех правовых аспектах (см. Постановление Европейского Суда по делу "Бечварж и Бечваржова против Чехии" (Becvar and Becvarovб v. Czech Republic) от 14 декабря 2004 г., жалоба N 58358/00, §131). "Имущество" по смыслу статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции может представлять собой имущество, в том числе требования, в отношении которых заявитель может утверждать, что обладает в отношении него, как минимум, "законным ожиданием" получения эффективного пользования правом собственности (см. упоминавшееся выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Копецки против Словакии", ibid., §35). Для сравнения, надежда получить имущественное право, которое не имелось возможности эффективно осуществлять, не может рассматриваться как "имущество" по смыслу статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции. "Законное ожидание" должно иметь более конкретную форму, нежели простая надежда, и оно должно основываться на положениях закона или правовом акте, таком, как судебное решение (см. упоминавшееся выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Копецки против Словакии", ibid., §35 и 49). Лицо, жалующееся на нарушение его имущественного права, должно прежде всего доказать, что такое право существует (см. Постановление Европейского Суда по делу "Пишторова против Чехии" (Pistorovб v. Czech Republic) от 26 октября 2004 г., жалоба N 73578/01, §130).


2. Применение указанных принципов в настоящем деле


132. Европейский Суд отметил, что стороны заняли различные позиции относительно того, обладал ли заявитель правом собственности на оспариваемую землю. В частности, заявитель утверждал, что вопрос законности приобретения им прав на земельные участки не должен рассматриваться вообще, поскольку трехлетний срок исковой давности для оспаривания этих прав, предусмотренный национальным законодательством, истек. В свете принципов Конвенции, описанных выше, Европейский Суд не может согласиться с этим доводом. С учетом всех соответствующих положений права и фактов необходимо определить, предоставляют ли обстоятельства дела, взятые вместе, заявителю материальный интерес, охраняемый статьей 1 Протокола N 1 к Конвенции.

133. Жалоба заявителя, поданная в Европейский Суд, основана на выводе национальных судов о недействительности государственных актов на землю NN 30020006 и 300200006, выданных комитетом по земельной реформе и земельным ресурсам администрации Большесолдатского района Курской области (постановление Арбитражного суда Курской области от 21 апреля 1999 г., оставленное без изменения вышестоящими судами). Данные государственные акты на землю были выданы в отношении земельных участков площадью 30,9 и 315 гектаров, которые были выделены органами местного самоуправления для создания крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" и которые, по мнению заявителя, принадлежали ему одному как главе хозяйства. Заявитель основывал это свое утверждение в основном на том факте, что государственные акты на землю были выданы на его имя и не содержали информации о правах на землю других пяти лиц, затронутых в споре. По мнению заявителя, эти лица являлись не членами крестьянско-фермерского хозяйства "Луч", а его наемными работниками, поэтому они не имели прав на выделенную хозяйству землю.

134. Европейский Суд отметил, что эти разногласия должны прежде всего быть предметом оценки национальных судов на основании соответствующих доказательств и при применении национального законодательства.

135. Европейский Суд установил, что, как следует из выводов Арбитражного суда Курской области, содержащихся в его постановлении от 21 апреля 1999 г. в отношении фактов настоящего дела, которое было оставлено без изменения вышестоящими судами (см. выше §§43 - 62), крестьянско-фермерское хозяйство "Луч" состояло из шести членов: главы хозяйства Жигалева В.А. и членов хозяйства Герасимова А.В., Капустина С.В., Белова Н.Н., Казюлькина А.Ф. и Капустина А.Ф. Земельный участок площадью 31 гектар был выделен крестьянско-фермерскому хозяйству "Луч", таким образом что каждый член хозяйства получил в собственность из земель бывшего колхоза им. Капустина, членами которого они до этого являлись, по 5,15 гектаров земли. Земельный участок площадью 315 гектаров был выделен крестьянско-фермерскому хозяйству "Луч", таким образом что каждый член хозяйства получил на праве пожизненно наследуемого владения земельный участок площадью 52,5 гектаров.

136. Арбитражный суд Курской области установил в указанном постановлении, что комитет по земельной реформе и земельным ресурсам администрации Большесолдатского района Курской области ошибочно выдал государственные акты на землю NN 300200006 и 30020006 на имя только Жигалева, не указав остальных пять членов хозяйства. Таким образом, он нарушил соответствующие положения национального законодательства и решение соответствующего органа местного самоуправления, которым было установлено, что данные земельные участки были выделены для создания крестьянско-фермерского хозяйства "Луч", и которым была установлена обязанность комитета по земельной реформе и земельным ресурсам администрации Большесолдатского района Курской области исполнить указанное решение посредством выделения земельного участка в натуре и выдачи государственного акта на землю (постановление главы администрации Большесолдатского района Курской области N 111 от 14 апреля 1992 г. с изменениями, внесенными постановлением главы администрации Большесолдатского района Курской области N 167 от 14 июля 1992 г.). Указанными постановлениями предусматривалось, что земля предоставляется в равных долях каждому из шести членов крестьянско-фермерского хозяйства "Луч". Впоследствии Арбитражный суд Курской области установил, что неуказание комитетом по земельной реформе и земельным ресурсам администрации Большесолдатского района Курской области в государственных актов на землю прав на землю всех членов хозяйства представляло собой нарушение положений Закона Российской Федерации "О крестьянском (фермерском) хозяйстве". Статьей 15 указанного Закона прямо предусматривалось, что имущество хозяйства принадлежит всем членам хозяйства на праве общей собственности.

137. Европейский Суд отметил, что указанные выводы были сделаны национальными судами в ходе судебного разбирательства, в отношении которого заявитель также жаловался в рамках настоящей жалобы на то, что при этом имело место нарушение статьи 6 Конвенции. Однако единственным моментом относительно статьи 6 Конвенции, который подпадает под рассмотрение Европейским Судом, является отсутствие у него возможности заявлять ходатайство о применении срока давности в связи с его статусом третьего лица. Этот вопрос, как таковой, не сеет сомнения относительно указанных выше выводов судов. Более того, Европейский Суд принял во внимание, что в рамках других судебных разбирательств с участием крестьянско-фермерского хозяйства "Луч", в которых заявитель как глава хозяйства пользовался всеми процессуальными правами стороны судебного разбирательства, национальные суды пришли к этим же выводам.

138. Таким образом, утверждение заявителя о том, что Герасимов А.В., Капустин С.В., Белов Н.Н., Казюлькин А.Н. и Капустин А.Ф. являлись наемными работниками крестьянско-фермерского хозяйства "Луч", а не членами хозяйства, рассматривалось в ходе различных судебных разбирательств. В ходе судебного разбирательства по вопросу законности постановления главы администрации Большесолдатского района Курской области N 157 перед Федеральным арбитражным судом Центрального округа был поставлен вопрос о том, имела ли администрация района полномочие на внесение изменений в решение о государственной регистрации крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" посредством дополнения его списком членов хозяйства (см. выше §§11 и 12). Таким образом, суд не рассматривал как таковой статус этих лиц. Данный вопрос был рассмотрен в рамках судебного разбирательства по вопросу увольнения Герасимова А.В., Капустина С.В. и Казюлькина А.Н., в ходе которого Большесолдатский районный суд Курской области установил, что эти лица являются членами крестьянско-фермерского хозяйства "Луч", а не его наемными работниками, и что, таким образом, Жигалев как глава хозяйства не имел полномочий уволить их (см. выше §§18 и 19). В ходе судебного разбирательства о взыскании ущерба, предположительно причиненного принятием постановлений NN 153, 154 и 157, Арбитражный суд Курской области установил, что отсутствуют какие-либо доказательства, что Жигалев основал крестьянско-фермерское хозяйство "Луч" один. Суд установил, что хозяйство было создано шестью его членами: Жигалевым В.А., Герасимовым А.В., Капустиным С.В., Беловым Н.Н., Казюлькиным А.Н. и Капустиным А.Ф., последние пятеро, таким образом, являлись членами хозяйства (см. выше §28).

139. Далее, относительно утверждений заявителя о том, что земля для создания крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" была выделена ему одному, Европейский Суд отметил, что в рамках различных судебных разбирательств национальные суды единодушно приходили к выводу о том, что решения администрации Большесолдатского района Курской области о выделении земли для создания крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" (постановление N 111 с изменениями, внесенными постановлением N 167), являвшиеся юридическими документами, устанавливающими права на рассматриваемые земельные участки, устанавливали в отношении земельного участка площадью 31 гектар, что каждый из шести членов хозяйства (Жигалев В.А., Герасимов А.В., Капустин С.В., Белов Н.Н., Казюлькин А.Н. и Капустин А.Ф.) получает бесплатно в собственность земельный участок площадью 5,15 гектаров, и в отношении участка площадью 315 гектаров, что каждый из шести членов хозяйства получает на праве пожизненно наследуемого владения земельный участок площадью 52,5 гектаров (см. выше §§22, 25, 45, 46, 48, 51, 53, 56, 59 и 74). Европейский Суд отметил, что заявитель никогда не подавал заявлений о признании незаконными постановлений NN 111 и 167. Впервые он стал утверждать об их предполагаемой незаконности в 2001 году после того, как государственные акты на землю были признаны незаконными. Напротив, суды указали, что законность указанных постановлений была проверена и подтверждена в рамках предыдущего судебного разбирательства, инициированного прокурором и завершившегося вынесением постановления Арбитражного суда Курской области от 21 апреля 1999 г., оставленного без изменения вышестоящими судами (см. выше §§69 и 74).

140. Европейскому Суду не представлено доказательств, которые бы позволили отклониться от выводов национальных судов. Таким образом, он счел, что Жигалев не имел иных юридических оснований для установления его прав на землю, кроме как постановление N 111 с изменениями, внесенными постановлением N 167, в котором прямо установлено, что Жигалеву как главе крестьянско-фермерского хозяйства "Луч" выделено не более чем 5,15 гектаров земли в собственность и 52,5 гектаров земли на праве пожизненно наследуемого владения.

141. Относительно государственных актов на землю NN 30020006 и 300200006, на которые заявитель в основном ссылался, утверждая, что он является единственным собственником земли крестьянско-фермерского хозяйства "Луч", Европейский Суд счел необходимым отметить, что именно постановление N 111 с изменениями, внесенными постановлением N 167, являлось основанием для выдачи этих государственных актов на землю. Соответственно, в постановлении указывалось, что комитет по земельной реформе и земельным ресурсам администрации Большесолдатского района Курской области должен выделить в натуре земельный участок, предоставленный крестьянско-фермерскому хозяйству "Луч", и выдать государственный акт на землю (см. выше §§46 и 80). Оценка постановления и государственных актов на землю, данная национальными судами, несомненно указывает на то, что постановление как документ, устанавливающий право на землю, имеет большую юридическую силу по отношению к государственному акту на землю (см. выше §§22 - 24, 46 - 50, 53, 56 - 58 и 74 - 75). Соответственно, государственные акты на землю должны были быть выданы вследствие указанных постановлений и в полном соответствии с ними. Тот факт, что они не являлись таковыми и что они не содержали информацию относительно прав на землю других членов хозяйства, не давал оснований Жигалеву утверждать, что земля была выделена ему одному, что представляло бы собой нарушение решений, содержащихся в указанных постановлениях. Таким образом, Европейский Суд счел, что довод Жигалева о том, что земельные участки площадью 30,9 и 315 гектаров принадлежали ему одному, не имел оснований при обстоятельствах дела.

142. Другой причиной, по которой национальные суды пришли к выводу о недействительности указанных государственных актов на землю, являлось их несоответствие положениям Закона Российской Федерации "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" (статья 15), в котором указывалось, что имущество хозяйства принадлежит всем его членам на праве общей собственности (см. выше §§50, 58 и 88). На указанный Закон содержится ссылка в постановлении N 111 о выделении земли для образования крестьянско-фермерского хозяйства "Луч". Как глава хозяйства, Жигалев знал или должен был знать об этом. Его довод о том, что Закон не был достаточно точным и предсказуемым неубедителен. Так, он утверждал, что ситуация, при которой хозяйство образовано несколькими членами, не была в достаточной степени урегулирована. Однако эти доводы не свидетельствуют о том, что его требования относительно прав на землю имели основания в законодательстве.

143. Далее Европейский Суд установил, что заявитель не продемонстрировал, что он рассматривался как собственник земельного участка площадью 30.9 гектаров и владельцем земельного участка площадью 315 гектаров в правовых отношениях. Собственником оспариваемой земли во всех правовых отношениях всегда рассматривался не заявитель в личном качестве, а крестьянско-фермерское хозяйство "Луч". Так, информация, предоставленная Европейскому Суду, подтверждает, что именно крестьянско-фермерское хозяйство "Луч" платило налоги, выступало стороной судебных разбирательств и указывалось в решениях органов местного самоуправления. Более того, необходимо отметить, что национальные суды принимали меры, как минимум, с 1997 года, чтобы исправить ситуацию, вызванную мнением заявителя о том, что он является единственным собственником земли (см. выше §§11 - 19 и 28). Заявитель знал или должен был знать о том, что существовала возможность отмены государственных актов на землю, выданных на его имя.

144. Европейский Суд не усмотрел ничего, что могло бы свидетельствовать о том, что выводы национальных судов были произвольными или необоснованными.

145. С учетом представленной ему информации и того, что он обладает лишь ограниченными полномочиями по рассмотрению предполагаемых ошибок при оценке фактов и права, совершенных национальными судами (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда Большой Палаты по делу "Гарсиа Руис против Испании" (Garcнa Ruiz v. Spain), жалоба N 30544/96, ECHR 1999-I, §28; и Постановление Европейского Суда по делу "Копп против Швейцарии" (Kopp v. Switzerland) от 25 марта 1998 г., Reports 1998-II, р. 540, §59), Европейский Суд счел, что он не может подменять своим мнением мнение национальных судов относительно рассмотренных выше вопросов.

146. Европейский Суд пришел к выводу, что по смыслу статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции заявитель не может рассматриваться как имеющий "существующее имущество" или требование, представляющее собой "законное ожидание" по смыслу прецедентного права Европейского Суда. Заявитель имел надежду получить такое "имущество", которое было слишком неопределенным, чтобы на его основании можно было установить правомерно защищаемое законное ожидание, которое бы могло рассматриваться как "имущество" по смыслу статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции (см. Постановление Европейского Суда по делу "Пайн Велли Девелопмент Лимитед" и другие против Ирландии" (Pine Valley Development Ltd. and Others v. Ireland) от 29 ноября 1991 г., Series А, N 222, р. 23, §51; Постановление Европейского Суда по делу "Прессос Компаниа Навьера С.А." и другие против Бельгии" (Pressos Compania Naviera S.A. and Others v. Belgium) от 20 ноября 1995 г., Series А, N 332, р. 21, §31; Решение Большой Палаты Европейского Суда по делу "Малгоуш против Чехии" (Malhous v. Czech Republic), жалоба N 33071/96, ECHR 2000-XII; и Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Принц Ханс-Адам II Лихтенштейнский против Германии" (Prince Hans-Adam II Liechtenstein v. Germany), жалоба N 42527/98, ECHR 2001-VIII, §83).

147. Таким образом, решения российских судов и то, каким образом они применили национальное законодательство, не может рассматриваться в качестве вмешательства в "имущество" заявителя по смыслу статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.

148. Соответственно, Европейский Суд пришел к выводу, что нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции отсутствовало.


III. Предполагаемое нарушение пункта 1 Статьи 6 Конвенции


149. Заявитель жаловался, ссылаясь на пункт 1 статьи 6 Конвенции, на то, что при определении его гражданских прав отсутствовало справедливое судебное разбирательство по причине его ограниченного статуса третьего лица в судебном разбирательстве, инициированном прокурором. В частности, национальные суды не рассмотрели его довод о применении срока исковой давности. Пункт 1 статьи 6 Конвенции в части, применимой к настоящему делу, гласит:


"Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях ... имеет право на справедливое ... разбирательство дела ... судом ...".


А. Доводы сторон


1. Власти Российской Федерации


150. Власти Российской Федерации утверждали, что судебное разбирательство, инициированное прокурором в настоящем деле, относилось к особой категории судебных разбирательств, нацеленных на судебный надзор над принятием административных актов государственных и муниципальных органов. Ответчиком в таких судебных разбирательствах выступает орган, принявший соответствующий акт, а не выгодоприобретатель или иное лицо, интересы которого затрагиваются таким актом. Судебное разбирательство по настоящему делу имело целью защиту законных прав и свобод других лиц, которые были нарушены действиями органов власти, а не действиями заявителя. Однако поскольку спор о законности государственных актов на землю косвенно касался вопроса о правах заявителя на землю, он представлял собой спор о гражданских правах и обязанностях заявителя по смыслу статьи 6 Конвенции.

151. Власти Российской Федерации утверждали, что по заявлению прокурора Арбитражный суд Курской области привлек заявителя к участию в судебном разбирательстве в качестве третьего лица, поскольку результат судебного разбирательства мог затронуть его права и интересы. Участие заявителя в судебном разбирательстве в качестве ответчика было процессуально невозможно, поскольку данное судебное разбирательство было инициировано прокурором по иску к администрации Большесолдатского района Курской области в целях признания недействительным акта районной администрации.

152. Власти Российской Федерации отметили, что статус заявителя как третьего лица предоставлял ему все возможности представлять свою позицию в суде практически в том же объеме, что и сторона судебного разбирательства, поскольку положения статей 38 и 39 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации 1995 года предоставляли третьим лицам процессуальные права, практически идентичные правам истца и ответчика. Заявитель мог в полном объеме пользоваться правом на доступ к правосудию и на состязательное судебное производство посредством участия в судебных заседаниях и представления доводов и жалоб на судебные решения. Таким образом, по делу заявителя имело место справедливое судебное разбирательство, как того требует пункт 1 статьи 6 Конвенции.

153. Далее власти Российской Федерации утверждали, что в связи с его процессуальным статусом третьего лица заявитель не мог поднимать вопрос о применении срока исковой давности. Это стало результатом толкования национальными арбитражными судами законодательства (часть вторая статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 34 и части с первой по третью статьи 44 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации 1995 года), что было подтверждено постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 2001 года N 18, которым судам было дано указание о том, что срок исковой давности применяется только по ходатайству стороны судебного разбирательства, то есть истца или ответчика, а что это право не предоставляется третьим лицам. При этом власти Российской Федерации заявили, что такое ограничение является обоснованным и законным и отражено в законодательстве других Высоких Договаривающихся Государств - членов Конвенции. Они ссылались на статью 67 Гражданского процессуального кодекса Германии и слелали общие ссылки на положения процессуального права, применимые в Англии и Уэльсе. Власти Российской Федерации отметили, что иск прокурора был подан в десятилетний срок исковой давности, применимый к искам о признании сделок ничтожными.


2. Заявитель


154. Заявитель утверждал, что в настоящем деле имел место спор о его гражданских правах и обязанностях и что, таким образом, пункт 1 статьи 6 Конвенции применим к рассматриваемому судебному разбирательству.

155. Заявитель отметил, что его ходатайство о признании его соответчиком в рамках рассматриваемого судебного разбирательства было отклонено судом. Он утверждал, что владел и пользовался оспариваемой землей на протяжении семи лет и что он, несомненно, имел собственные независимые требования в рамках судебного разбирательства, инициированного по иску прокурора к органу местного самоуправления. Таким образом, суд должен был предоставить ему статус стороны по делу. Суд санкционировал его участие в судебном разбирательстве в качестве третьего лица без собственного требования по предмету иска, что предполагало ограниченный круг процессуальных прав. Ограниченный круг прав воспрепятствовал, например, тому, чтобы его ходатайство о применении срока исковой давности было рассмотрено судом.

156. Далее заявитель утверждал, что в соответствии с положениями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации 1995 года и постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 2001 года третье лицо не имеет права заявлять ходатайства о применении срока исковой давности. Заявителю было произвольно отказано в праве быть заслушанным.

157. Заявитель утверждал, что, будучи ответчиками, органы местного самоуправления не оспаривали позицию истца по делу и полностью признали иск прокурора. Таким образом, органы они действовали совместно с прокурором против интересов заявителя, процессуальные права которого были ограничены. Заявитель пришел к выводу, что данное судебное разбирательство не было состязательным, а его право на обращение в суд было нарушено. Заявитель утверждал, что отказ национальных судов рассмотреть его ходатайство о применении срока исковой давности нарушил принцип равенства сторон и сделал судебное разбирательство несправедливым.


3. Третья сторона


158. Доводы третьей стороны изложены выше в §§123 - 128. Фермеры не привели отдельных доводов относительно жалобы, поданной на основании пункта 1 статьи 6 Конвенции.


В. Мнение Европейского Суда


159. Европейский Суд напомнил, что пункт 1 статьи 6 Конвенции распространяется только на споры (contestation) о "гражданских правах", которые можно рассматривать, хотя бы на доказуемых основаниях, как признаваемые в национальном законодательстве. Спор должен быть реальным и существенным; он может относиться не только к наличию права, но и его объему и способу его осуществления; и, наконец, результат судебного разбирательства должен иметь решающее значение для такого права (см. Постановление Европейского Суда по делу "Хамер против Франции" (Hamer v. France) от 7 августа 1996 г., Reports 1996-III, рр. 1043 - 1044, §73).

160. Настоящее дело касается спора между прокурором и заявителем. Прокурор счел, что государственные акты на землю, выданные комитетом по земельной реформе и земельным ресурсам администрации Большесолдатского района Курской области, должны быть отменены, поскольку они, inter alia, не соответствовали решениям органов местного самоуправления о выделении земли крестьянско-фермерскому хозяйству "Луч", поскольку были выданы на имя одного Жигалева и в них не были указаны права других членов хозяйства на землю. Жигалев полагал, что комитет по земельной реформе и земельным ресурсам администрации Большесолдатского района Курской области правильно выдал государственные акты на землю только на его имя, поскольку земля (участки площадью 30,9 и 315 гектаров) предположительно были выделены или должны были быть выделены ему одному.

161. Однако с учетом вывода Европейского Суда в отношении части жалобы Жигалева на основании статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции (см. выше §§132 - 146) данное требование не имеет подтверждения ни в фактах дела, ни в праве. В свете этого вывода Европейский Суд счел, что по смыслу статьи 6 Конвенции заявитель не обладал "гражданским правом", признаваемым в национальном законодательстве. Таким образом, у него не было оснований для возникновения прав, гарантируемых пунктом 1 статьи 6 Конвенции.

162. Таким образом, нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции отсутствовало.


На этих основаниях Суд единогласно:


1) постановил, что нет необходимости рассматривать предварительные возражения властей Российской Федерации;

2) постановил, что нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции отсутствовало;

3) постановил, что нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции отсутствовало.


Совершено на английском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 6 июля 2006 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.


Заместитель Секретаря Секции Суда

Сантьяго Кесада


Председатель Палаты

Христос Розакис


Постановление Европейского Суда по правам человека от 6 июля 2006 г. Дело "Жигалев (Zhigalev) против Российской Федерации" (жалоба N 54891/00) (Первая секция)


Текст Постановления опубликован в Бюллетене Европейского Суда по правам человека. Российское издание. N 4/2007.


Перевод для издания предоставлен Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека П. Лаптевым


Откройте нужный вам документ прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.