Постановление Европейского Суда по правам человека от 18 октября 2007 г. Дело "Стадухин (Stadukhin) против Российской Федерации" (жалоба N 6857/02) (Третья секция)

Европейский Суд по правам человека
(Третья секция)


Дело "Стадухин (Stadukhin) против Российской Федерации"
(Жалоба N 6857/02)


Постановление Суда


Страсбург, 18 октября 2007 г.


Европейский Суд по правам человека (Третья Секция), заседая Палатой в составе:

Б. Цупанчича, Председателя Палаты,

К. Бырсана,

А. Ковлера,

Э. Фура-Сандстрем,

А. Гюлумян,

Э. Мийера,

И. Зимеле, судей,

а также при участии С. Кесады, Секретаря Секции Суда,

заседая за закрытыми дверями 27 сентября 2007 г.,

вынес в указанный день следующее Постановление:


Процедура


1. Дело было инициировано жалобой N 6857/02, поданной против властей Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее - Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) гражданином Российской Федерации Русланом Александровичем Стадухиным (далее - заявитель) 29 июня 2001 г.

2. Власти Российской Федерации были первоначально представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека П.А. Лаптевым.

3. Заявитель утверждал, что он не был уведомлен о заседании суда кассационной инстанции при рассмотрении его уголовного дела.

4. Решением от 8 декабря 2005 г. Европейский Суд признал жалобу частично приемлемой для рассмотрения по существу.

5. И заявитель, и власти Российской Федерации представили письменные замечания по делу (пункт 1 правила 59 Регламента Суда).


Факты


I. Обстоятельства дела


6. Заявитель родился в 1970 году и проживает в Ставропольском крае.

7. Приговором от 5 декабря 2000 г. Ставропольский краевой суд на основании обвинительного вердикта присяжных заседателей признал заявителя и второго обвиняемого по делу виновными в убийстве, разбойном нападении и незаконном приобретении, хранении и ношении огнестрельного оружия. Заявитель был приговорен к 16 годам лишения свободы с конфискацией имущества, и с него была взыскана в пользу потерпевшего компенсация материального ущерба и морального вреда.

8. Заявитель, который находился под стражей, обжаловал приговор в Верховный Суд Российской Федерации. Он утверждал, inter alia* (*Inter alia (лат.) - в числе прочего, в частности (прим. переводчика).), что приговор был основан на доказательстве, которое не было должным образом исследовано, что органы следствия не проверили показания другого обвиняемого путем проведения следственного эксперимента, что суд первой инстанции отклонил его ходатайство о вызове дополнительных свидетелей, что не были проведены психиатрическая и психологическая экспертизы и что у него (заявителя) не было мотива совершать убийство и разбойное нападение. Заявитель просил суд кассационной инстанции отменить приговор и направить дело на новое судебное рассмотрение.

9. 21 февраля 2001 г. Верховный Суд Российской Федерации рассмотрел кассационную жалобу заявителя. Суд заслушал прокурора, который полагал оставить приговор без изменения. Заявитель, который не был уведомлен о судебном заседании, не присутствовал при рассмотрении жалобы. Его адвокат также не присутствовал.

10. Определением от 21 февраля 2001 г. Верховный Суд Российской Федерации отклонил кассационную жалобу заявителя и оставил приговор суда первой инстанции без изменения. Верховный Суд Российской Федерации определил, что председательствующий судья провел судебное разбирательство беспристрастно и обеспечил тщательное рассмотрение дела. От следственных органов не требовалось проведение следственного эксперимента, поскольку было достаточно собранных по делу доказательств. Отклоненное ходатайство заявителя об исследовании доказательств не касалось доказательства, которое могло бы оказать существенное влияние на итог рассмотрения дела. Доводы заявителя о том, что у него не было мотивов совершать убийство и разбойное нападение, не могли случить# основанием для отмены вердикта присяжных заседателей, и заявитель был уведомлен об этом судом первой инстанции. Жалоба заявителя на непроведение властями психиатрической и психологической экспертиз не была основана на положениях закона, поскольку ни органы следствия, ни суд не сомневались в психическом здоровье заявителя, а сам заявитель не обращался с ходатайством о таких экспертизах ни до, ни во время судебного разбирательства.


II. Соответствующее внутригосударственное законодательство и правоприменительная практика


А. Право присутствовать при рассмотрении кассационной жалобы


11. В соответствии со статьей 335 действовавшего в рассматриваемое время Уголовно-процессуального кодекса РСФСР 1960 года в заседании суда кассационной инстанции прокурор давал заключение о законности и обоснованности приговора. В указанном заседании мог участвовать защитник. Вопрос об участии осужденного в заседании суда, рассматривающего дело в кассационном порядке, разрешался этим судом. Явившийся в судебное заседание подсудимый во всех случаях допускался к даче объяснений.

12. Постановлением от 10 декабря 1998 г. N 27-П Конституционный Суд Российской Федерации признал положения части второй статьи 335 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР не соответствующим Конституции Российской Федерации в той мере, в какой она позволяет суду кассационной инстанции в случае, если он отклоняет ходатайство осужденного о рассмотрении дела с его участием, принимать окончательное решение по делу, не предоставив такому осужденному возможности ознакомиться с материалами судебного заседания и письменно изложить свою позицию по рассмотренным судом вопросам.

13. В статье 336 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР было закреплено, что лица, подавшие кассационные жалобы, должны были быть извещены о дне рассмотрения дела в кассационном порядке в судах, являющихся нижестоящими по отношению к Верховному Суду Российской Федерации. Если жалоба должна была быть рассмотрена Верховным Судом Российской Федерации, то участники процесса уведомляются о дне рассмотрения дела в кассационном порядке, если просили об этом в кассационных жалобах либо в возражениях на жалобу. Не позднее чем за трое суток до рассмотрения дела в кассационном порядке в суде должно быть вывешено объявление о времени его рассмотрения.

14. Определением от 17 октября 2001 г. N 200-О Конституционный Суд Российской Федерации установил, что положения части второй статьи 336 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР не могут служить основанием для неизвещения участников процесса, наделенных правом подачи кассационных жалоб, о дне рассмотрения их дела в суде кассационной инстанции любого уровня.

15. Согласно статьи 338 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР перед началом заседания суда кассационной инстанции председательствующий судья удостоверялся, кто явился по делу, после чего суд решал вопрос о возможности рассмотрения дела.

16. Положения статей 332, 335, 336 и 338 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, касающиеся жалоб на приговоры, вынесенные обычным составом суда, также регулировали порядок подачи и рассмотрения жалоб на приговоры, вынесенные судом с участием присяжных заседателей (статья 420 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР).


В. Полномочия суда кассационной инстанции


17. На основании материалов дела и дополнительно представленных материалов суды кассационной инстанции рассматривали законность и обоснованность приговора суда первой инстанции. Суды не были связаны доводами кассационной жалобы и пересматривали дело в полном объеме (статья 332 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР).

18. В соответствии со статьей 465 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР основаниями для изменения или отмены судебных решений, вынесенных судом с участием присяжных заседателей, являлись следующие:

(i) неполное рассмотрение дела в результате нерассмотрения судом или отказа в рассмотрении допустимых доказательств или исследования недопустимых доказательств в случаях, когда указанные доказательства могли бы иметь существенное значение для исхода дела;

(ii) существенное нарушение уголовно-процессуального закона;

(iii) неправильное применение закона;

(iv) назначение несправедливого наказания.

19. Кассационные суды были вправе отменить или изменить соответствующее судебное решение, если это не ухудшало положение подсудимого. Они не могли отменить оправдательный приговор или решение о прекращении производства по делу или иное решение в пользу подсудимого по мотивам существенного нарушения прав последнего (статья 465 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР).


Право


I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции


20. Заявитель обжаловал неуведомление его судебными органами о рассмотрении кассационной жалобы. Заявитель ссылался на пункт 1 статьи 6 Конвенции, которая в части, применимой к настоящему делу, звучит следующим образом:


"Каждый... при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое... разбирательство дела... судом...".


А. Доводы сторон


1. Власти Российской Федерации


21. Власти Российской Федерации утверждали, что заявитель не уведомил суд о своем желании присутствовать в заседании суда кассационной инстанции. Ни в кассационной жалобе заявителя, ни в каком-либо отдельном письменном ходатайстве не содержалось отдельной просьбы уведомить заявителя о месте и дате рассмотрения кассационной жалобы.

22. Согласно статье 336 действовавшего в рассматриваемое время Уголовно-процессуального кодекса РСФСР только то лицо, которое просило проинформировать его или ее о [месте и времени] рассмотрения кассационной жалобы в самой жалобе или замечаниях на нее, подлежало уведомлению о дате рассмотрения жалобы в Верховном Суде Российской Федерации. Поскольку заявитель не просил уведомить его о кассационном рассмотрении его жалобы, как требовали нормы уголовно-процессуального законодательства, Верховный Суд Российской Федерации не нарушил право заявителя на справедливое судебное разбирательство, когда провел судебное заседание в отсутствие заявителя. Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 17 октября 2001 г. N 200-О, которое сделало обязательным уведомлять любое лицо, подающее кассационную жалобу, о дате рассмотрения жалобы, было вынесено после рассмотрения дела заявителя.

23. Отсутствие заявителя в заседании суда кассационной инстанции не оказало влияния на определение суда об оставлении приговора без изменения. Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 21 февраля 2001 г. следовало, что все доводы, представленные заявителем в его кассационной жалобе, были рассмотрены и все выводы были мотивированы. Законность и обоснованность приговора были также подтверждены при пересмотре дела в порядке надзора.


2. Заявитель


24. Заявитель утверждал, что из следственного изолятора он направил отдельные письменные ходатайства уведомить его о дате рассмотрения кассационной жалобы: 10 января и 9 февраля 2001 г. - в Ставропольский краевой суд, а 31 января 2001 г. - в Верховный Суд Российской Федерации. Заявитель ссылался на извлечение из журнала исходящей корреспонденции следственного изолятора за 2000-2001 годы, датированное 5 июля 2006 г. Ссылаясь на определение Конституционного Суда Российской Федерации от 17 октября 2001 г. N 200-О, заявитель утверждал, что Верховный Суд Российской Федерации должен был напрямую применить Конституцию Российской Федерации и в любом случае уведомить его (заявителя) о заседании по рассмотрению кассационном жалобы.

25. В своих замечаниях по существу дела заявитель представил новую жалобу относительно предполагаемых бесчеловечных условиях содержания под стражей в следственном изоляторе в г. Ставрополе, в котором он находился в 2000 и 2001 годах. Он также представил жалобы, касавшиеся производства по его уголовному делу, которые были частично новыми, а частично повторяли жалобы, признанные Европейским Судом неприемлемыми для рассмотрения по существу в решении от 8 декабря 2005 г. Так, заявитель обжаловал те обстоятельства, что его действия были неправильно квалифицированы по статьям Уголовного кодекса Российской Федерации, что он не располагал временем, чтобы подготовиться к допросу свидетелей, что его ходатайство о допросе дополнительных свидетелей и исследовании других доказательств было отклонено, что один из его адвокатов ненадлежащим образом представлял его интересы, что третьи стороны не были обязаны по закону предоставлять адвокату информацию, что ему не было обеспечено полноценное рассмотрение его дела судом надзорной инстанции и что он отбыл часть своего наказания в тюрьме вместо исправительной колонии, как было указано в приговоре. Заявитель ссылался на статью 3, пункт 1, подпункты "b" и "d" пункта 3 статьи 6, статьи 7 и 13 Конвенции и статьи 2 и 4 Протокола N 7 к Конвенции.


В. Мнение Европейского Суда


1. Пределы рассмотрения дела


26. Европейский Суд отмечает, что в своих замечаниях по существу дела заявитель сформулировал новые жалобы, касающиеся факта признания его виновным, и повторил некоторые из своих жалоб, которые были признаны Европейским Судом неприемлемыми для рассмотрения по существу в решении от 8 декабря 2005 г. (см. выше, §25).

27. Европейский Суд повторяет, что решение о приемлемости определяет пределы рассмотрения жалобы (см. Постановление Европейского Суда по делу "Станков и Объединенная македонская организация "Илинден" против Болгарии" (Stankov and the United Macedonian Organisation Ilinden v. Bulgaria), жалобы N 29221/95 и 29225/95, ECHR 2001-IX, §59). Следовательно, Европейский Суд не может принять во внимание новые жалобы в рамках рассмотрения настоящего дела. Европейский Суд также не может пересмотреть жалобы, которые ранее были признаны неприемлемыми.


2. Существо жалобы


28. Концепция справедливого судебного разбирательства, закрепленная в пункте 1 статьи 6 Конвенции, требует, чтобы соблюдались право на защиту и принцип равенства сторон в смысле "справедливого баланса" между сторонами (см. Постановление Европейского Суда по делу "Боргерс против Бельгии" (Borgers v. Belgium) от 30 октября 1991 г., Series A, N 214-B, p. 31, §24, и Постановление Европейского Суда по делу "Домбо Бехеер Б.В. против Нидерландов" (Dombo Beheer B.V. v. Netherlands) от 27 октября 1993 г., Series A, N 274, p. 19, §33). В этом контексте внимание уделяется присутствию сторон, а также повышенной чувствительности общественности к справедливому отправлению правосудия (см. приведенное выше Постановление Европейского Суда по делу "Боргерс против Бельгии" (Borgers v. Belgium), там же).

29. Европейский Суд отмечает довод властей Российской Федерации о том, что заявитель не проинформировал судебные органы о своем желании быть уведомленным о кассационном рассмотрении дела, как этого требовали нормы уголовно-процессуального законодательства. Заявитель утверждал, что он проинформировал власти.

30. Европейский Суд отмечает, что действовавший в рассматриваемое время Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР освобождал Верховный Суд Российской Федерации от обязанности уведомлять лицо, подавшее кассационную жалобу [о месте и времени рассмотрения жалобы], если только указанное лицо не заявляло соответствующее прямое ходатайство. Однако, по-видимому, Верховный Суд Российской Федерации располагал свободой усмотрения относительно обеспечения участия заявителя в судебном заседании, несмотря на отсутствие ходатайства о присутствии в суде (см. выше, §11). Европейский Суд также отмечает, что извлечение из журнала учета корреспонденции следственного изолятора, представленное заявителем, не позволяет уточнить, содержалось ли указанное ходатайство в обращениях заявителя в краевой суд и в Верховный Суд Российской Федерации. Тем не менее Европейский Суд не считает необходимым разрешать это расхождение между утверждениями сторон. По причинам, изложенным ниже, Европейский Суд полагает, что, даже если предположить, что заявитель не выразил явно свою просьбу уведомить его о дне рассмотрения его кассационной жалобы, судебные органы были обязаны осуществить такое уведомление для обеспечения справедливости судебного разбирательства (см., mutatis mutandis* (*Mutatis mutandis (лат.) - с соответствующими изменениями (прим. переводчика).), Постановление Европейского Суда по делу "Кремцов против Австрии" (Kremzow v. Austria) от 21 сентября 1993 г., Series A, N 268-B, p. 45, §§67-69).

31. В данном деле сторона защиты не была никем представлена в кассационном заседании Верховного Суда Российской Федерации.

32. Верховный Суд Российской Федерации рассмотрел жалобу заявителя, в которой он оспаривал приговор на том основании, что суд первой инстанции предположительно неправильно исследовал доказательства и что у него (заявителя) отсутствовал мотив совершения преступления. Заявитель требовал отмены приговора и повторного рассмотрения дела судом первой инстанции (см. выше, §8).

33. Верховный Суд Российской Федерации имел право отменить приговор Ставропольского краевого суда и вернуть дело на новое рассмотрение или изменить приговор по таким причинам, как неправильное рассмотрение доказательств, неправильное применение закона или несправедливое наказание. Верховный Суд Российской Федерации не был связан пределами жалобы и должен был пересмотреть дело во всем объеме, чтобы оценить, был ли приговор законным и обоснованным (см. выше, §§17-19).

34. Верховный Суд Российской Федерации осуществил указанные полномочия в деле заявителя, оставив вердикт и приговор без изменения.

35. Сторона обвинения присутствовала в заседании суда кассационной инстанции и в устной форме представила свои доводы на рассмотрение Верховного Суда Российской Федерации. Сторона обвинения просила оставить приговор без изменения.

36. Европейский Суд полагает, что в данных обстоятельствах имело место нарушение права на защиту и принципа равенства сторон (см. Постановление Европейского Суда по делу "Экбатани против Швеции" (Ekbatani v. Sweden) от 26 мая 1988 г., Series A, N 134, p. 14, §30, и Постановление Европейского Суда по делу "Моннелл и Моррис против Соединенного Королевства" (Monnell and Morris v. United Kingdom) от 2 марта 1987 г., Series A, N 115, pp. 23-24, §62).

37. В заключение Европейский Суд полагает, что кассационное разбирательство в Верховном Суде Российской Федерации не отвечало требованию справедливости. Следовательно, в данном деле имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.

38. Ввиду этого вывода Европейский Суд не полагает необходимым отдельное рассмотрение вопроса о том, свидетельствовало ли производство по делу о дальнейшей несправедливости в связи с тем фактом, что заявитель лично не присутствовал в заседании Верховного Суда Российской Федерации.


II. Применение статьи 41 Конвенции


39. Статья 41 Конвенции гласит:


"Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".


А. Ущерб


40. Заявитель требовал компенсации материального ущерба, состоящего из 50 000 евро за утрату заявителем квартиры в г. Ставрополе, 6 800 и 6 600 евро, являющимися стоимостью продуктов питания и одежды, которые родственники заявителя передали ему во время его пребывания в следственном изоляторе и исправительном учреждении после постановления приговора, а также 500 евро за утрату зуба в следственном изоляторе, предположительно в результате ненадлежащей медицинской помощи. Заявитель также требовал 1 500 000 евро в качестве компенсации морального вреда.

41. Власти Российской Федерации оспорили требования заявителя. Они утверждали, что требования компенсации материального ущерба были необоснованными и не имели связи с предполагаемыми нарушениями Конвенции.

42. Европейский Суд полагает, что отсутствует причинно-следственная связь между установленным нарушением и заявленным материальным ущербом. Следовательно, он не видит оснований присуждать заявителю какую-либо компенсацию по этому пункту.

43. Европейский Суд согласен, что заявителю был причинен моральный вред, который не может быть компенсирован должным образом одним фактом установления нарушения. Принимая решение на основании принципа справедливости, Европейский Суд присуждает 1 000 евро по данному пункту, плюс любые налоги, которые могут быть взысканы с этой суммы.


В. Судебные расходы и издержки


44. Заявитель требовал 10 000 евро в качестве компенсации расходов на оплату услуг адвокатов, почтовых расходов, связанных с перепиской с представителями и с судами Российской Федерации, стоимости юридической литературы и расходов на проезд. Заявитель требовал 653 рубля 45 копеек в качестве компенсации расходов на переписку с Европейским Судом.

45. Власти Российской Федерации утверждали, что эти требования являются необоснованными.

46. Европейский Суд указывает, что согласно правилу 60 Регламента Суда любое требование справедливой компенсации должно быть изложено по пунктам и представлено в письменном виде с соответствующими подтверждающими документами или квитанциями; "в противном случае Палата вправе отказать в удовлетворении требования полностью или частично". Согласно установившейся практике Европейского Суда заявитель имеет право на возмещение расходов и издержек, только если продемонстрировано, что указанные затраты были понесены в действительности и по необходимости и являлись разумными по количеству. В данном деле Европейский Суд полагает, что только почтовые расходы заявителя на переписку с Европейским Судом отвечают указанным критериям. Так, заявитель не предоставил Европейскому Суду никакой информации или документов относительно работы, предположительно проведенной адвокатами, и соответствующих расходов, предположительно понесенных им самим. Европейский Суд присуждает заявителю 19 евро в качестве компенсации почтовых расходов, плюс любые налоги, которые могут быть взысканы с этой суммы.


C. Процентная ставка при просрочке платежей


47. Европейский Суд счел уместным, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента.


На основании изложенного Суд единогласно:


1) постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции;

2) постановил,

(a) что государство-ответчик обязано в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявителю следующие суммы, подлежащие переводу в российские рубли по курсу, установленному на день оплаты:

(i) 1 000 (одну тысячу) евро в качестве компенсации морального вреда;

(ii) 19 (девятнадцать) евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек;

(iii) любые налоги, которые могут быть взысканы с этих сумм;

(b) что с даты истечения вышеуказанного трехмесячного срока и до момента выплаты простые проценты должны начисляться на эти суммы в размере предельной годовой ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента;

3) отклонил оставшуюся часть требований заявителя о справедливой компенсации.


Совершено на английском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 18 октября 2007 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.


Сантъяго Кесада
Секретарь Секции Суда

Боштьян М. Цупанчич
Председатель Палаты Суда



Постановление Европейского Суда по правам человека от 18 октября 2007 г. Дело "Стадухин (Stadukhin) против Российской Федерации" (жалоба N 6857/02) (Третья секция)


Текст Постановления опубликован в Бюллетене Европейского Суда по правам человека. Российское издание. N 2/2008.


Перевод редакции Бюллетеня Европейского Суда по правам человека


Откройте нужный вам документ прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.