Постановление Европейского Суда по правам человека от 29 ноября 2007 г. Дело "Исмаилова (Ismailova) против Российской Федерации" (жалоба N 37614/02) (Первая Секция)

Европейский Суд по правам человека
(Первая Секция)


Дело "Исмаилова (Ismailova)
против Российской Федерации"
(Жалоба N 37614/02)


Постановление Суда


Страсбург, 29 ноября 2007 г.


Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), заседая Палатой в составе:

Л. Лукаидеса, Председателя Палаты,

Н. Ваич,

А. Ковлера,

Э. Штейнер,

Х. Гаджиева,

Д. Шпильманна,

С.Э. Йебенса, судей,

а также при участии А. Вампака, заместителя Секретаря Секции Суда,

принимая во внимание решение о рассмотрении жалобы в приоритетном порядке в соответствии с правилом 41 Регламента Суда,

заседая за закрытыми дверями 8 ноября 2007 г.,

вынес в тот же день следующее Постановление:


Процедура


1. Дело было инициировано жалобой N 37614/02, поданной против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее - Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) гражданкой Российской Федерации Курбанкиз Исмаиловой (далее - заявительница) 5 октября 2002 г. Интересы заявительницы были представлены А. Леонтьевым и Р. Даниэлом, адвокатами, практикующими соответственно в г. Санкт-Петербурге и в графстве Норфолк (Англия).

2. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека П.А. Лаптевым.

3. Заявительница утверждала, что решение [властей] о проживании двух ее детей с их отцом противоречило статьям 8, 9 и 14 Конвенции.

4. Решением от 31 августа 2006 г. Европейский Суд признал жалобу частично приемлемой для рассмотрения по существу.

5. Заявительница и власти Российской Федерации представили свои письменные замечания по существу дела (пункт 1 правила 59 Регламента Суда). После того как, проконсультировавшись со сторонами, Палата приняла решение, что не было необходимости в проведении устных слушаний (пункт 3 правила 59 Регламента Суда in fine* (* In fine (лат.) - в конце (прим. переводчика).)), стороны в письменной форме ответили на замечания друг друга.


Факты


I. Обстоятельства дела


6. Заявительница родилась в 1972 году и проживает в г. Махачкале.


А. События, имевшие место до судебного разбирательства 2001 года по вопросу об определении места жительства детей заявительницы*


(* В английском тексте употреблен термин "custody", который в контексте семейных отношений переводится как "право опеки" или "родительские права". Однако в данном деле, как следует из Постановления, речь идет не о лишении родительских прав, а об "определении, с кем из родителей будут проживать несовершеннолетние дети после развода" (см. пункт 2 статьи 24 Семейного кодекса Российской Федерации). Таким образом, здесь и далее по тексту термин "custody" будет переводиться именно как определение места жительства детей заявительницы (прим. переводчика).)


7. Заявительница вступила в брак в 1990 году. Заявительница и ее муж номинально являлись мусульманами, но они не осуществляли религиозные обряды на практике в то время.

8. Двое их детей, мальчик и девочка, родились в 1993 и 1997 годах соответственно.

9. По-видимому, семья проживала в доме родителей мужа заявительницы в населенном пункте Новомугри Сергокалинского района Республики Дагестан.

10. Будучи расстроенной различными сложностями во взаимоотношениях с мужем, который был моряком и часто отсутствовал дома, поскольку находился в плавании, в июне 1999 г. заявительница начала общаться с представителями организации "Свидетелей Иеговы".

11. В июне 2000 г. растущая напряженность в отношениях между супругами в связи с религиозными интересами заявительницы привела к тому, что заявительница решила покинуть супружеский дом вместе с детьми. Заявительница и ее дети стали жить у родителей заявительницы.

12. В декабре 2000 г. заявительница прошла обряд посвящения в члены организации "Свидетели Иеговы".

13. По-видимому, в период с июня 2000 г. по июль 2001 г. имели место весьма редкие контакты между мужем заявительницы и детьми. В связи с тем, что муж заявительницы систематически не предоставлял ей денежные средства для воспитания детей, в начале 2001 г. заявительница обратилась в суд, требуя взыскания алиментов. 26 апреля 2001 г. суд обязал мужа заявительницы выплачивать денежные средства на содержание детей.

14. 1 июля 2001 г. дети поехали навестить своих дедушку и бабушку по отцовской линии, и 26 августа 2001 г. родители отца отказались вернуть детей заявительнице. Заявительница утверждает, что с того времени она не имеет возможности регулярно встречаться со своими детьми.


В. Разбирательство дела в суде первой инстанции


15. 17 сентября 2001 г. отец детей обратился в Ленинский районный суд г. Махачкалы с заявлением о разводе.

16. Он также утверждал, что готов обеспечить детям лучшие условия для проживание и более спокойную психологическую обстановку, чем заявительница; что заявительница берет детей с собой на религиозные собрания для того, чтобы обратить их в веру Свидетелей Иеговы, что дети стали раздражительными и не хотят возвращаться к матери, и потребовал от суда установить, что оба ребенка будут проживать с ним.

17. В ответ заявительница согласилась с тем, что ее брак с отцом детей окончательно распался, но она оспорила требование мужа о передаче ему детей.


1. Заключение органа опеки и попечительства


18. В ходе предварительного слушания по делу Ленинский районный суд г. Махачкалы обратился к органу опеки и попечительства при администрации Ленинского района г. Махачкалы с просьбой представить заключение по вопросу места проживания детей.

19. Письмо-поручение Ленинского районного суда г. Махачкалы от 24 октября 2001 г. содержало просьбу о подготовке заключения о жилищных условиях заявительницы, а также заключения о "возможности оставления детей с заявительницей с учетом того, что заявительница посещает секту "Свидетели Иеговы"".

20. 4 декабря 2001 г. чиновник У. составил заключение о первоначальном обследовании жилищных условий [заявительницы]. В заключении описывалась квартира площадью 68,5 кв. метра, в которой проживала заявительница, ее родители и трое братьев. Далее в заключении указывалось следующее:


"...Дополнительная информация о семье [заявительницы]: [заявительница] посещает [собрания] организации "Свидетелей Иеговы", члены организации иногда проводят встречи в ее доме, они изучают соответствующую литературу. Родители [заявительницы] критично относятся к ее религии.

Я полагаю, в интересах несовершеннолетних детей, более целесообразно для них жить с их отцом [...] в населенном пункте Новомугри, Сергокалинского района."


21. Неустановленного числа Ленинский районный суд г. Махачкалы приобщил заключение от 4 декабря 2001 г. к материалам дела.


2. Заключение администрации Ленинского района г. Махачкалы


22. 11 декабря 2001 г. в ответ на запрос Ленинского районного суда г. Махачкалы администрация Ленинского района г. Махачкалы представила в указанный суд заключение, в котором она рекомендовала передать детей на воспитание их отцу.

23. Администрация Ленинского района г. Махачкалы отметила, что:


"Орган опеки и попечительства при администрации Ленинского района г. Махачкалы установил, что [заявительница] проживала в доме своих родителей... В 1990 году она вышла замуж за Магомеда Газимагомедова, от которого родила двух детей: Абдулу Газимагомедова, 1993 года рождения, и Аминат Газимагомедову, 1997 года рождения.

Супруги проживали в селе Новомугри Сергокалинского района. Заявительница работала в соседнем селе учительницей. Работа ее мужа была связана с морскими поездками.

К июню 2000 г. супруги Газимагомедовы фактически прекратили семейные отношения. Дети стали жить с матерью в г. Махачкале.

Задолго до развода [заявительница] стала посещать [собрания] религиозной организации "Свидетели Иеговы". Посещение собраний организации, поездки в связи с этим [в другие города, стали причиной разногласий в семье и ее распада. Односельчане и родственники осуждали поведение [заявительницы].

Проживая с детьми в г. Махачкале, вопреки воле родителей, [заявительница] не переставала регулярно посещать собрания организации "Свидетели Иеговы". Она стала активным пропагандистом идей этой организации. Иногда ее единомышленники собираются в ее родительском доме и изучают соответствующую литературу. На собрания [заявительница] также водила и своих детей. Дети после посещения этих сборищ стали пугливыми, нервными, воспринимали окружающий мир и явления природы в той форме, в какой ее преподносит учение "Свидетелей Иеговы" (дети при дожде боялись Всемирного потопа, свекровь [заявительницы] называли "сатаной", не посещали дни рождения сверстников и праздники, так как отмечать их по вере "Свидетелей Иеговы" не разрешалось).

Отец детей... серьезно опасался, что общение детей с матерью таило в себе угрозу воспитанию детей. Он был против возвращения детей в г. Махачкалу.

В настоящее время несовершеннолетние дети проживают у отца. [Мальчик] успешно обучается в [школе]...

На основании вышеизложенного, учитывая, что родители должны предоставлять каждому ребенку возможность расти физически и духовно здоровым, исходя из интересов несовершеннолетних детей, орган опеки и попечительства считает целесообразным проживание детей с отцом".


3. Судебное решение от 15 марта 2002 г.


24. 15 марта 2002 г. Ленинский районный суд г. Махачкалы вынес решение, которым расторг брак между заявительницей и ее мужем и установил, что дети будут проживать с отцом.

25. Решение от 15 марта 2002 г. было мотивировано следующим образом:


"...[Супруги] поженились 6 декабря 1990 г., затем проживали по разным адресам, а с 1997 года проживают в частном доме в селе Новомугри Сергокалинского района Республики Дагестан.

У них есть дети: Абдула, родился 30 мая 1993 г., и Аминат, родилась 15 января 1997 г.

В июне 2000 года, приехав в гости к своим родителям, [заявительница] вступила в организацию "Свидетели Иеговы". В семье возникли конфликты, и с тех пор стороны не живут семейной жизнью. Семья распалась. Судом был дан срок на примирение, однако стороны не помирились и просят расторгнуть брак.

Следовательно, сохранить семью невозможно и брак следует расторгнуть.

Из показаний [заявительницы], ее матери... усматривается, что члены организации "Свидетели Иеговы" несколько раз в неделю приходят в квартиру, где проживает [заявительница] с родителями, и проводят там свои мероприятия. Кроме того, [заявительница] ходит еженедельно на собрания "Свидетелей Иеговы".

[Мать заявительницы] в ходе допроса в суде подтвердила, что сначала ее внуки очень пугались дождя и ветра и говорили о наступлении Всемирного потопа и землетрясении. Именно тогда [мать заявительницы] узнала о том, что [заявительница] берет детей на собрания в секту "Свидетели Иеговы".

Из материалов дела, пояснений сторон усматривается, что в настоящее время [муж заявительницы] проживает в селе Новомугри, в двухэтажном доме. Дом и хозяйство фактически принадлежат ему. Он работает несколько месяцев на море и столько же времени находится дома.

Дети проживали и в настоящее время проживают с ним и его родителями.

Согласно справке Новомугринской средней школы [сын заявительницы] учится на отлично.

[Заявительница] работает учительницей, и о ней хорошие отзывы.

Из акта обследования [ее] жилищных условий усматривается, что в квартире..., состоящей из трех комнат, проживают она, ее родители и трое ее братьев.

Там же собираются члены организации "Свидетели Иеговы", изучают соответствующую литературу. Согласно акта обследования жилищных условий, заключения органа опеки и попечительства "родители должны предоставить каждому ребенку возможность расти физически и духовно здоровым; исходя из интересов несовершеннолетних детей, орган опеки и попечительства считает целесообразным проживание [обоих детей] с отцом".

Суд также считает, что с учетом того, что дети... более пяти лет проживали с отцом, им еще нет десяти лет, а также принимая во внимание их интересы, в соответствии со статьями 54-56 и 61-66 Семейного кодекса Российской Федерации целесообразно определить их место жительства с отцом...".


С. Рассмотрение дела судом кассационной инстанции


26. Заявительница и ее представитель подали кассационную жалобу на решение суда от 15 марта 2002 г. в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда Республики Дагестан.

27. В своей кассационной жалобе заявительница утверждала, что решение суда первой инстанции носило дискриминационный характер, поскольку было основано на причастности заявительницы к организации "Свидетели Иеговы", что выводы суда первой инстанции были ошибочны, необоснованны и связаны с неверным толкованием фактов, что суд не учел всех обстоятельств, имеющих значение для дела в соответствии с пунктом 3 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации (длительное отсутствие отца в связи с работой в море, доказанная педагогическая компетентность заявительницы как профессионального школьного учителя, предшествующая и настоящая история участия обоих родителей в воспитании их детей, предположительно аморальное поведение отца, связанное с супружеской изменой и тому подобное), а также что суд первой инстанции действовал исходя из предположения, что организация "Свидетели Иеговы" представляет опасность.

28. Заявительница также привела цитаты из законодательства Российской Федерации по вопросу установления опеки над детьми и из Постановления Европейского Суда по делу "Хоффманн против Австрии" (Hoffmann v. Austria) от 23 июня 1993 г.

29. 17 апреля 2002 г. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Республики Дагестан в составе трех профессиональных судей, рассмотрев кассационную жалобу заявительницы, двумя голосами против одного отклонила ее как необоснованную.

30. В частности, большинство судей согласились с тем, что:


"Принимая решение об оставлении несовершеннолетних детей для проживания с отцом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что это отвечает интересам детей. Решение суда основано на заключении органа опеки и попечительства и обстоятельствах дела, установленных в судебном заседании.

Так, судом установлено, что мать детей... являющаяся членом организации "Свидетели Иеговы", брала детей на собрания секты, вовлекала их в общение с членами секты на дому. Тем самым она нарушила требования статьи 28 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждому гарантируется свобода совести и свобода вероисповедания. Согласно части второй статьи 17 Конституции Российской Федерации основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. [Судебная коллегия] находит несостоятельными доводы [заявительницы] о том, что суд лишает ее своим решением права на воспитание детей в связи с ее вероисповеданием и принадлежность к организации "Свидетелей Иеговы". Согласно части третьей статьи 17 Конституции Российской Федерации и пункту 1 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации осуществление [заявительницей] своих конституционных прав, в том числе права исповедовать любую религию и родительских прав, не должно нарушать права и свободы других лиц или противоречить интересам детей. Право родителя, проживающего отдельно от ребенка, на участие в его воспитании гарантировано статьей 66 Семейного кодекса Российской Федерации, определяющей порядок осуществления таким родителем своих родительских прав.

Судом также установлено, что материальное положение [мужа заявительницы], его жилищно-бытовые условия лучше условий [заявительницы]. [Муж заявительницы] имеет работу, проживает со своими родителями и имеет в собственности двухэтажный жилой дом, где имеются необходимые для проживания детей условия. Родители [мужа заявительницы] против совместного проживания с ними внуков не возражают. [Заявительница] работает преподавателем истории [в школе] в г. Махачкале. Она проживает в трехкомнатной квартире родителей, жилой площадью 48 кв.м, где кроме нее, отца и матери, проживают три ее брата: 1977, 1983 и 1985 годов рождения.

Орган опеки и попечительства пришел к выводу о том, что, исходя из интересов несовершеннолетних детей, местом их жительства следует определить место жительства их отца... Доводы [заявительницы] о том, что передача детей отцу негативно в будущем отразится на их эмоциональном состоянии, не подтверждены доказательствами. Доводы о наличии государственной регистрации религиозной организации "Свидетелей Иеговы", о пользе, оказываемой этой организацией обществу и другие, не могут быть приняты во внимание, поскольку не относятся к предмету судебного разбирательства по данному делу. Оснований к отмене состоявшегося по делу решения по доводам кассационной жалобы [заявительницы] не имеется".


31. Судья, не согласившийся с большинством, представил следующее особое мнение:


"...Полагаю решение суда первой инстанции подлежало отмене ввиду неисследованности обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации".


32. Последующие попытки заявительницы инициировать пересмотр дела в порядке надзора оказались безрезультатными.

33. Все соответствующие жалобы, поданные заявительницей, были отклонены как необоснованные.

34. Последнее определение суда в связи с этим было вынесено Верховным судом Республики Дагестан 28 ноября 2003 г.


D. События, имевшие место после судебного разбирательства по вопросу об определении места жительства детей заявительницы


35. Заявительница утверждала, что ее бывший муж вновь женился и что его новая жена не предпринимала попыток взять на себя роль или обязанности приемной матери. В отсутствие отца, который часто уходил в море, бабушка стала единственным лицом, заботящимся о детях.

36. Заявительница также утверждала, что ей было разрешено навестить детей только несколько раз и что она никогда не могла остаться с ними наедине.

37. Власти Российской Федерации утверждали, что согласно информации, предоставленной главой администрации Сергокалинского района Республики Дагестан, дети заявительницы проживали со своим отцом, с бабушкой и дедушкой по отцовской линии в частном двухэтажном доме. Они располагали всеми необходимыми возможностями для воспитания и образования детей* (* Так в тексте. Видимо, речь идет о родственниках детей, с которыми они проживали (прим. переводчика).). Их отец повторно женился, и у него был третий ребенок. Дети заявительницы эмоциональной# привязались к этому ребенку.


II. Соответствующее внутригосударственное законодательство


38. Статья 28 Конституции Российской Федерации от 12 декабря 1993 г. предусматривает:


"Каждому гарантируется свобода совести, свобода вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними".


39. В статье 65 Семейного кодекса Российской Федерации (Осуществление родительских прав) закреплено следующее:


"3. Место жительства детей при раздельном проживании родителей устанавливается соглашением родителей.

При отсутствии соглашения спор между родителями разрешается судом исходя из интересов детей и с учетом мнения детей. При этом суд учитывает привязанность ребенка к каждому из родителей, братьям и сестрам, возраст ребенка, нравственные и иные личные качества родителей, отношения, существующие между каждым из родителей и ребенком, возможность создания ребенку условий для воспитания и развития (род деятельности, режим работы родителей, материальное и семейное положение родителей и другое)".


40. Статья 66 Семейного кодекса Российской Федерации (Осуществление родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка) предусматривает следующее:


"1. Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет права на общение с ребенком, участие в его воспитании и решении вопросов получения ребенком образования.

Родитель, с которым проживает ребенок, не должен препятствовать общению ребенка с другим родителем, если такое общение не причиняет вред физическому и психическому здоровью ребенка, его нравственному развитию.

2. Родители вправе заключить в письменной форме соглашение о порядке осуществления родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка.

Если родители не могут прийти к соглашению, спор разрешается судом с участием органа опеки и попечительства по требованию родителей (одного из них).

3. При невыполнении решения суда к виновному родителю применяются меры, предусмотренные гражданским процессуальным законодательством. При злостном невыполнении решения суда суд по требованию родителя, проживающего отдельно от ребенка, может вынести решение о передаче ему ребенка исходя из интересов ребенка и с учетом мнения ребенка.

4. Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на получение информации о своем ребенке из воспитательных учреждений, лечебных учреждений, учреждений социальной защиты населения и других аналогичных учреждений. В предоставлении информации может быть отказано только в случае наличия угрозы для жизни и здоровья ребенка со стороны родителя. Отказ в предоставлении информации может быть оспорен в судебном порядке".


Право


I. Предварительные возражения властей Российской Федерации


41. В своих замечаниях по существу дела власти Российской Федерации утверждали, что в решении о приемлемости от 31 августа 2006 г. Европейский Суд не рассмотрел полностью довод властей о неисчерпании внутригосударственных средств правовой защиты. В частности, Европейский Суд не принял во внимание тот факт, что правовая система Российской Федерации предоставляла заявительнице возможность обратиться в суд с заявлением о пересмотре решения об определении места жительства детей, если изменились условия воспитания детей.

42. Европейский Суд отмечает, что в своем решении от 31 августа 2006 г. он рассмотрел и отклонил заявление властей Российской Федерации о неисчерпании внутригосударственных средств правовой защиты. Европейский Суд полагает, что процедура определения права родителя, проживающего отдельно от ребенка, на общение с ребенком и участие в его воспитании, на которую ссылались власти Российской Федерации, могла бы оказать некоторое воздействие на взаимоотношения заявительницы с ее детьми, однако не могла исправить персональную ситуацию заявительницы и принести ей облегчение в связи с ее жалобой на решения, которыми место жительства детей был определен дом их отца. Европейский Суд полагает, что аналогичные доводы применимы и к утверждению властей Российской Федерации о том, что правовая система Российской Федерации предоставляла возможность пересмотра решения об определении места жительства детей в случае изменения условий воспитания детей. Если бы заявительницы# обратилась за пересмотром судебных решений, установивших местом проживания детей дом их отца, это разбирательство могло бы оказать некоторое воздействие на взаимоотношения заявительницы с детьми в будущем. Однако выводы и предписание, изложенные в судебных решениях от 15 марта и 17 апреля 2002 г. остались бы без изменения, и заявительница не получила бы никакого возмещения за предполагаемые нарушения ее конвенционных прав, допущенные в прошлом.

43. В свете изложенного Европейский Суд полагает, что процедура, на которую ссылались власти Российской Федерации, не являлась средством правовой защиты, предназначенном для исчерпания, как это указано в пункте 1 статьи 35 Конвенции. Следовательно, Европейский Суд отклоняет предварительное возражение властей Российской Федерации.


II. Предполагаемое нарушение Статьи 8 Конвенции, рассмотренной в совокупности со Статьей 14 Конвенции


44. Заявительницу не устраивали решения судов Российской Федерации, которыми местом жительства двух ее детей был определен дом отца детей. Она утверждала, что такое решение противоречило статье 8 Конвенции, рассмотренной в совокупности со статьей 14 Конвенции. Указанные положения в части, применимой к настоящему делу, звучат следующим образом:


Статья 8 Конвенции

"1. Каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

2. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц".


Статья 14 Конвенции

"Пользование правами и свободами, признанными в настоящей Конвенции, должно быть обеспечено без какой бы то ни было дискриминации по... религии... или по любым иным признакам".


А. Доводы сторон


1. Доводы властей Российской Федерации


45. В своих замечаниях о приемлемости жалобы власти Российской Федерации утверждали, что решение об определении места жительства детей с их отцом было законным, обоснованным и принятым в интересах детей, а также что детям с заявительницей было намного хуже не только из-за встреч с представителями организации "Свидетели Иеговы" и незнакомых людей в квартире заявительницы, но и из-за плохого материального положения заявительницы. Власти утверждали, что доход отца детей и имевшиеся у него условия для проживания были намного лучше, чем у матери детей, и что дети не хотели жить с матерью. Власти Российской Федерации также ссылались на заключение местной администрации от 11 декабря 2002 г., из которого следовало, что после посещения религиозных собраний дети стали нервными, пугливыми и утратили связь с реальностью. В итоге власти Российской Федерации утверждали, что рассматриваемыми судебными решениями не было нарушено право заявительницы, гарантированное статьей 8 Конвенции, и что, в любом случае, вмешательство было оправдано согласно второй части указанной статьи Конвенции. Кроме того, власти Российской Федерации утверждали, что, по сведениям главы местной администрации по месту жительства отца детей, дети жили в доме своего отца и учились в очень хороших условиях. В замечаниях по существу дела власти Российской Федерации также отметили, что религиозная принадлежность заявительницы не была решающим фактором или фактором, имеющим какое-либо значение, при вынесении решения об определении места жительства детей и что, в любом случае, рассматриваемое решение было принято в лучших интересах детей. Власти утверждали, что заявительница не была лишена родительских прав и что она свободно могла участвовать в образовании и воспитании детей.


2. Доводы заявительницы


46. Заявительница утверждала, что ссылка властей Российской Федерации на события или факты, имевшие место после рассматриваемой процедуры, была некорректной, поскольку эти обстоятельства не имели отношения к сути дела. Заявительница полагала, что судебные решения об определении места жительства ее детей противоречили пункту 3 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации и, следовательно, являлись незаконными. Она также утверждала, что судебные решения были необоснованными, недоказанными и явно дискриминационными.


В. Мнение Европейского Суда


47. Европейский Суд повторяет, что статья 14 Конвенции дополняет другие положения Конвенции и Протоколов к ней. Она не существует отдельно, поскольку применяется только по отношению к "пользованию правами и свободами", гарантированными указанными положениями. Хотя применение статьи 14 Конвенции не предполагает нарушение указанных положений - и в этой степени эта статья самостоятельна, - она не может быть применена, если рассматриваемые факты не попадают в сферу действия одного или более положений Конвенции (см. среди других примеров Постановление Европейского Суда по делу "Ван Раальте против Нидерландов (Van Raalte v. Netherlands) от 21 февраля 1997 г., Reports 1997-I, р. 184, §33, и Постановление Европейского Суда по делу "Кэмп и Бурими против Нидерландов" (Camp and Bourimi v. Netherlands), жалоба N 28369/95, ECHR 2000-X, §34).


1. Рассмотрение вопроса о том, попадают ли обстоятельства данного дела в сферу действия статьи 8 Конвенции


48. Для начала следует отметить, что в данном деле двое детей проживали со своей матерью, после того как она ушла из дома мужа в июне 2000 г. и до августа 2001 г., когда родители мужа отказались вернуть приехавших к ним детей. При таких обстоятельствах Европейский Суд полагает, что последующее судебное решение, определившее, что дети должны проживать с отцом, являлось вмешательством в право заявительницы на уважение ее семейной жизни и не может рассматриваться только как судебное вмешательство, необходимое при любом разводе. Поэтому дело попадает в сферу действия статьи 8 Конвенции (см. Постановление Европейского Суда по делу "Хоффманн против Австрии" (Hoffmann v. Austria) от 23 июня 1993 г., Series A, N 255-C, p. 58, §29, и Постановление Европейского Суда по делу "Пало-Мартинес против Франции" (Palau-Martinez v. France), жалоба N 64927/01, ECHR 2003-XII, §30).


2. Рассмотрение вопроса о том, находились ли заявительница и ее бывший муж в одинаковой или сравнимой по сути ситуации и относились ли к ним одинаково


49. Европейский Суд также напоминает, что статья 14 Конвенции применяется, только если заявитель продемонстрирует, что с ним или с ней обращались по-другому по сравнению с лицом в аналогичной ситуации применительно к материальному праву, гарантированному Конвенцией (см. Постановление Европейского Суда по делу "Фредин против Швеции (N 1)" (Fredin v. Sweden (no. 1) от 18 февраля 1991 г., Series A, N 192, §61).

50. Поэтому Европейский Суд должен сначала рассмотреть, может ли заявительница утверждать, что с ней обращались иным образом, чем с ее мужем, и что они находились в одинаковой ситуации.

51. Определяя местом жительства детей дом их отца, районный суд отметил условия, в которых заявительница и ее бывший муж соответственно воспитывали детей. Поступая таким образом, районный суд, с одной стороны, принял во внимание следующие факторы относительно бывшего мужа заявительницы:


"Из материалов дела, пояснений сторон усматривается, что в настоящее время [муж заявительницы] проживает в селе Новомугри в двухэтажном доме. Дом и хозяйство фактически принадлежат ему. Он работает несколько месяцев на море и столько же времени находится дома. ...

Дети проживали и в настоящее время проживают с ним и его родителями.

Согласно справке Новомугринской средней школы [сын заявительницы] учится на отлично".


52. С другой стороны, в отношении заявительницы районный суд отметил, что:


"Из показаний [заявительницы], ее матери... усматривается, что члены организации "Свидетели Иеговы" несколько раз в неделю приходят в квартиру, где проживает [заявительница] с родителями, и проводят там свои мероприятия. Кроме того, [заявительница] ходит еженедельно на собрания "Свидетелей Иеговы".

[Мать заявительницы] в ходе допроса в суде подтвердила, что сначала ее внуки очень пугались дождя и ветра и говорили о наступлении Всемирного потопа и землетрясении. Именно тогда [мать заявительницы] узнала о том, что [заявительница] берет детей на собрания в секту "Свидетели Иеговы". ...

[Заявительница] работает учительницей, и о ней хорошие отзывы.

Из акта обследования [ее] жилищных условий усматривается, что в квартире... состоящей из трех комнат, проживают она, ее родители и трое ее братьев.

Там же собираются члены организации "Свидетели Иеговы", изучают соответствующую литературу. Согласно акта обследования жилищных условий, заключения органа опеки и попечительства "родители должны предоставить каждому ребенку возможность расти физически и духовно здоровым; исходя из интересов несовершеннолетних детей..."".


53. Районный суд пришел к следующему выводу:


"...орган опеки и попечительства считает целесообразным проживание [обоих детей] с отцом...

Суд также считает, что с учетом того, что дети... более пяти лет проживали с отцом, им еще нет десяти лет, а также принимая во внимание их интересы, в соответствии со статьями 54-56 и 61-66 Семейного кодекса Российской Федерации целесообразно определить их место жительства с отцом...".


54. Рассмотрев дело в кассационном порядке, Верховный суд Республики Дагестан определил:


"Принимая решение об оставлении несовершеннолетних детей для проживания с отцом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что это отвечает интересам детей. Решение суда основано на заключении органа опеки и попечительства и обстоятельствах дела, установленных в судебном заседании.

Так, судом установлено, что мать детей... являющаяся членом организации "Свидетели Иеговы", брала детей на собрания секты, вовлекала их в общение с членами секты на дому. Тем самым она нарушила требования статьи 28 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждому гарантируется свобода совести и свобода вероисповедания. Согласно части второй статьи 17 Конституции Российской Федерации основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. [Судебная коллегия] находит несостоятельными доводы [заявительницы] о том, что суд лишает ее своим решением права на воспитание детей в связи с ее вероисповеданием и принадлежность к организации "Свидетелей Иеговы". Согласно части третьей статьи 17 Конституции Российской Федерации и пункту 1 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации осуществление [заявительницей] своих конституционных прав, в том числе права исповедовать любую религию и родительских прав, не должно нарушать права и свободы других лиц или противоречить интересам детей. Право родителя, проживающего отдельно от ребенка, на участие в его воспитании гарантировано статьей 66 Семейного кодекса Российской Федерации, определяющей порядок осуществления таким родителем своих родительских прав.

Судом также установлено, что материальное положение [мужа заявительницы], его жилищно-бытовые условия лучше условий [заявительницы]. [Муж заявительницы] имеет работу, проживает со своими родителями и имеет в собственности двухэтажный жилой дом, где имеются необходимые для проживания детей условия. Родители [мужа заявительницы] против совместного проживания с ними внуков не возражают. [Заявительница] работает преподавателем истории [в школе] в г. Махачкале. Она проживает в трехкомнатной квартире родителей, жилой площадью 48 кв. м, где кроме нее, отца и матери, проживают три ее брата: 1977, 1983 и 1985 годов рождения.

Орган опеки и попечительства пришел к выводу о том, что, исходя из интересов несовершеннолетних детей, местом их жительства следует определить место жительства их отца... Доводы [заявительницы] о том, что передача детей отцу негативно в будущем отразится на их эмоциональном состоянии, не подтверждены доказательствами. Доводы о наличии государственной регистрации религиозной организации "Свидетелей Иеговы", о пользе, оказываемой этой организацией обществу и другие, не могут быть приняты во внимание, поскольку не относятся к предмету судебного разбирательства по данному делу. Оснований к отмене состоявшегося по делу решения по доводам кассационной жалобы [заявительницы] не имеется".


55. Европейский Суд полагает, что в отличие от упомянутого выше Постановления Европейского Суда по делу "Пало-Мартинес против Франции" (Palau-Martinez v. France) (§§33-38), нельзя сказать, что суды Российской Федерации приняли решение в данном деле, руководствуясь исключительно или принципиально религиозной принадлежностью заявительницы. Фактически суды Российской Федерации ясно дали понять, что заявительница и ее муж находились в абсолютно разных ситуациях в том, что касалось существенных для дела факторов, таких как финансовое положение и условия проживания. Действительно, суды Российской Федерации рассмотрели доводы о степени воздействия и последствиях религиозных предпочтений заявительницы на воспитание ее детей, но ничто в мотивировке судов Российской Федерации не заставляет предположить, что дело могло бы быть решено иным образом, если бы не религиозные убеждения заявительницы (см. также для сравнения Постановление Европейского Суда по делу "Хоффманн против Австрии" (Hoffmann v. Austria), §29, и Постановление Европейского Суда по делу "Фретт против Франции" (Frettе v. France), жалоба N 36515/97, ECHR 2002-I, §32).

56. В любом случае Европейский Суд не полагает, что он должен разрешать этот вопрос, особенно поскольку доводы о воздействии религиозной принадлежности заявительницы на ее детей имеют отношение к определению того, была ли оправданной разница в обращении. Европейский Суд будет исходить из того, что заявительница и ее муж находились в аналогичной ситуации и что с ними обращались по-разному.


3. Рассмотрение вопроса о том, было ли расхождение в обращении оправданным


57. Разница в обращении считается дискриминационной в целях статьи 14 Конвенции, если она "не имеет объективного или разумного оправдания", то есть если она не преследует "законную цель" или если отсутствует "обоснованное соотношение пропорциональности между использованными средствами и поставленной целью". Договаривающиеся Государства пользуются определенной свободой усмотрения при оценке того, в какой степени расхождения в ситуациях, в остальном схожих, оправдывают разницу в обращении (см. Постановление Европейского Суда по делу "Карлхайнц Шмидт против Германии" (Karlheinz Schmidt v. Germany) от 18 июля 1994 г., Series A, N 291-B, pp. 32-33, §24, и приведенное выше Постановление Европейского Суда по делу "Кэмп и Бурими против Нидерландов" (Camp and Bourimi v. Netherlands), §37).

58. Европейский Суд полагает, что в данном деле поставленная цель, а именно защита интересов детей, является законной.

59. Относительно того, имелось ли обоснованное соотношение пропорциональности между использованными средствами и поставленной целью, Европейский Суд отмечает, что, в отличие от упомянутого Постановления Европейского Суда по делу "Пало-Мартинес против Франции" (Palau-Martinez v. France) (§§ 42 и 43), в данном деле суды Российской Федерации сделали вывод о воздействии религиозной принадлежности заявительницы на воспитание ее детей на основании прямых конкретных доказательств, демонстрировавших влияние религии заявительницы на развитие ее двоих детей и их повседневную жизнь.

60. Европейский Суд согласен в этом отношении со ссылкой властей Российской Федерации на выводы из заключения районной администрации от 11 декабря 2001 г., использованные властями в ходе внутригосударственных процедур. В соответствующей части указанное заключение звучало следующим образом:


"...Дети после посещения этих сборищ стали пугливыми, нервными, воспринимали окружающий мир и явления природы в той форме, в какой ее преподносит учение "Свидетелей Иеговы" (дети при дожде боялись Всемирного потопа, свекровь [заявительницы] называли "сатаной", не посещали дни рождения сверстников и праздники, так как отмечать их по вере "Свидетелей Иеговы" не разрешалось)...".


61. Европейский Суд также отмечает следующий вывод из решения районного суда от 15 марта 2002 г.:


"...члены организации "Свидетели Иеговы" несколько раз в неделю приходят в квартиру, где проживает [заявительница] с родителями, и проводят там свои мероприятия. Кроме того, [заявительница] ходит еженедельно на собрания "Свидетелей Иеговы". ...

[Мать заявительницы] в ходе допроса в суде подтвердила, что сначала ее внуки очень пугались дождя и ветра и говорили о наступлении Всемирного потопа и землетрясении. Именно тогда [мать заявительницы] узнала о том, что [заявительница] берет детей на собрания в секту "Свидетели Иеговы". ...

Там же собираются члены организации "Свидетели Иеговы", изучают соответствующую литературу....".


62. Мотивировка судов Российской Федерации свидетельствует, что они сфокусировались исключительно на интересах детей. Суды ссылались не то обстоятельство, что мать детей являлась членом организации "Свидетели Иеговы", а на действия, которыми она исповедовала свою религию, к которой она приобщила и своих детей, не защитив их. По мнению судов Российской Федерации, это привело к социальным и психологическим последствиям для детей заявительницы. Суды полагали, что такая ситуации негативно скажется на развитии детей. Кроме того, это был только один из элементов в мотивировке судов, которая была в значительной степени основана на возрасте детей, на финансовом положении их родителей и на условиях проживания и иных условиях для жизни, которые им могли обеспечить родители. Ничто не заставляет предположить, что выводы судов Российской Федерации были бы произвольными или необоснованными.

63. При таких обстоятельствах Европейский Суд не может не прийти к выводу о том, что имелось обоснованное соотношение пропорциональности между использованными средствами и поставленной законной целью (см. приведенные выше Постановление Европейского Суда по делу "Хоффманн против Австрии" (Hoffmann v. Austria), §36, и Постановления Европейского Суда по делу "Пало-Мартинес против Франции" (Palau-Martinez v. France), §§42-43). Следовательно, Европейский Суд приходит к выводу, что отсутствовало нарушение статьи 8 Конвенции в совокупности со статьей 14 Конвенции.


III. Предполагаемое нарушение Статьи 8 Конвенции, рассмотренной отдельно, и Статьи 9 Конвенции, рассмотренной отдельно или в совокупности со Статьей 14 Конвенции


64. Заявительница утверждала, что имело место вмешательство в ее свободу религии по смыслу статьи 9 Конвенции и что это вмешательство было дискриминационным по смыслу статьи 9 Конвенции, рассмотренной в совокупности со статьей 14 Конвенции. Она также утверждала, что имело место нарушение статьи 8 Конвенции, рассмотренной отдельно.

65. Европейский Суд полагает, что не возникает отдельного вопроса о нарушении статьи 8 Конвенции, рассмотренной отдельно, и статьи 9 Конвенции, рассмотренной отдельно или в совокупности со статьей 14 Конвенции, поскольку фактические обстоятельства, на которые ссылается заявительница, являются теми же, что и в ее жалобе на нарушение статьи 8 Конвенции, рассмотренной в совокупности со статьей 14 Конвенции, в отношении которой нарушение установлено не было.


На основании изложенного Суд:

1) отклонил единогласно предварительное возражение властей Российской Федерации;

2) постановил четырьмя голосами против трех, что отсутствовало нарушение статьи 8 Конвенции, рассмотренной в совокупности со статьей 14 Конвенции;

3) постановил единогласно, что не возникает отдельного вопроса о нарушении статьи 8 Конвенции, рассмотренной отдельно, и статьи 9 Конвенции, рассмотренной отдельно или в совокупности со статьей 14 Конвенции.


Совершено на английском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 29 ноября 2007 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.


Андре Вампак
Заместитель Секретаря Секции Суда

Лукис Лукаидес
Председатель Палаты Суда


В соответствии с пунктом 2 статьи 45 Конвенции и пунктом 2 правила 74 Регламента Суда к настоящему Постановлению прилагается несовпадающее мнение судей Н. Ваич, Э. Штейнер и Х. Гаджиева.


Несовпадающее мнение судьи Х. Гаджиева, к которому присоединились судьи Н. Ваич и Э. Штейнер


К нашему сожалению, мы не можем согласиться с мнением большинства судей Палаты о том, что в данном деле отсутствовало нарушение статьи 8 Конвенции, рассмотренной в совокупности со статьей 14 Конвенции.

Большинство судей Палаты Суда сослались на мотивировку судов Российской Федерации, которая, по их мнению, была обусловлена исключительно интересами детей, а не принадлежностью матери детей к организации "Свидетели Иеговы".

Однако по нашему мнению, в решениях судов Российской Федерации не содержится достаточное оправдание такого безапелляционного вывода. Наоборот, мы полагаем, что, как в постановлениях Европейского Суда по делам "Хоффманн против Австрии" (Hoffmann v. Austria) (жалоба N 12875/87) и "Пало-Мартинес против Франции" (Palau-Martinez v. France) (жалоба N 64927/01), имело место различное обращение [с участниками процесса] по признаку религиозных убеждений, основанное на принадлежности матери детей к организации "Свидетели Иеговы". Наш вывод подтверждается тоном и формулировкой выводов относительно практических последствий религии заявительницы, в то время как общество, проповедующее терпимость, должно относиться с уважением к религиозным убеждениям матери, которые, как следствие, могут повлиять на воспитание ее детей. Более того, в решениях властей Российской Федерации не были учтены все обстоятельства дела, особенно касавшиеся воспитания детей, а рассуждения были сконцентрированы, в основном, на особенных последствиях, которые повлекла религиозная деятельность заявительницы для ее повседневной жизни (см. выше, §§ 23 и 25).

В связи с этом также следует отметить, что суды Российской Федерации не приняли во внимание возраст детей, в частности возраст четырехлетней дочери, которая должна была оставаться с матерью и которую нельзя было забирать от матери, если только не имелись убедительные доказательства, подтверждающие [возможность причинения] тяжкого вреда ребенку. Кроме того, при вынесении решений суды Российской Федерации не сбалансировали должным образом интересы обоих родителей. Например, суды не сослались ни на одно обстоятельство, которое бы свидетельствовало, что мать детей в целом была неспособна заниматься их воспитанием: ни разу не заявлялась жалоба, в которой бы оспаривались родительские и воспитательские навыки заявительницы (которая была профессиональной учительницей), ставился бы вопрос о том, была ли она любящей и заботливой матерью, способной воспитывать своих детей, или бы утверждалось, что заявительница пренебрегала детьми. Кроме того, суды Российской Федерации не исследовали то обстоятельство, что отец детей являлся моряком и отсутствовал дома по полгода или что до развода, с июня 2000 г. по июль 2001 г., он не оказывал финансовой помощи для воспитания детей, в связи с чем 26 апреля 2001 г. суд был вынужден обязать отца детей выплачивать указанное денежное содержание.

В этом отношении мы также хотели бы подчеркнуть значение особого мнения судьи Верховного суда Республики Дагестан о неисследованности обстоятельств дела, определенных законодательством Российской Федерации.

Таким образом, суды Российской Федерации, в основном, сбалансировали, с одной стороны, финансовые возможности и условия проживания, которые предоставлял детям их отец, и, с другой стороны, религиозную деятельность матери детей, которую порицали члены ее семьи и односельчане. Поэтому даже если в решениях судов Российской Федерации и не содержалось прямых негативных заявлений об организации "Свидетели Иеговы", доводы, касающиеся влияния религиозной принадлежности заявительницы на воспитание ее детей, заставляют предположить, что, если бы речь не шла о религиозных убеждениях заявительницы, дело могло бы быть разрешено иным образом (см., mutatis mutandis* (* Mutatis mutandis (лат.) - с соответствующими изменениями (прим. переводчика).), Постановление Европейского Суда по делу "Хоффманн против Австрии" (Hoffmann v. Austria), §33).

Поэтому, мы полагаем, что имело место расхождение в отношении [к сторонам] и что это расхождение было основано на религии и не было оправданным. Таким образом, указанное решение являлось дискриминационным вмешательством в родительские (материнские) права и обязанности заявительницы.

На основании изложенного мы, в отличие от большинства судей Палаты, за установление нарушения статьи 8 Конвенции в совокупности со статьей 14 Конвенции.



Постановление Европейского Суда по правам человека от 29 ноября 2007 г. Дело "Исмаилова (Ismailova) против Российской Федерации" (жалоба N 37614/02) (Первая Секция)


Текст Постановления опубликован в приложении к Бюллетеню Европейского Суда по правам человека. Специальный выпуск. N 4/2008.


Перевод редакции Бюллетеня Европейского Суда по правам человека


Откройте нужный вам документ прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.