Постановление Европейского Суда по правам человека от 21 декабря 2006 г. Дело "Петров (Petrov) против Российской Федерации" (жалоба N 7061/02) (Первая Секция)

Европейский Суд по правам человека
(Первая Секция)


Дело "Петров (Petrov)
против Российской Федерации"
(Жалоба N 7061/02)


Постановление Суда


Страсбург, 21 декабря 2006 г.


Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), заседая Палатой в составе:

Х.Л. Розакиса, Председателя Палаты,

Л. Лукаидеса,

Ф. Тюлькенс,

Н. Ваич,

А. Ковлера,

Э. Штейнер,

Х. Гаджиева, судей,

а также при участии С. Нильсена, Секретаря Секции Суда,

заседая за закрытыми дверями 30 ноября 2006 г.,

вынес в тот же день следующее Постановление:


Процедура


1. Дело было инициировано жалобой N 7061/02, поданной против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее - Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) гражданином Российской Федерации Виталием Сергеевичем Петровым (далее - заявитель) 9 августа 2001 г.

2. Интересы заявителя, которому была предоставлена бесплатная правовая помощь, представлял С. Кирюхин - адвокат, практикующий в г. Орске. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека П.А. Лаптевым.

3. Заявитель, в частности, утверждал, что постановление президиума Оренбургского областного суда об отмене судебного решения, вынесенного в его пользу, и о направлении дела на новое рассмотрение нарушило его право на справедливое судебное разбирательство и лишило его возможности воспользоваться благоприятным для него исходом судебного разбирательства.

4. Решением от 10 ноября 2005 г. Европейский Суд объявил жалобу частично приемлемой для рассмотрения по существу.


Факты


I. Обстоятельства дела


5. Заявитель, 1948 года рождения, проживает в г. Орске Оренбургской области. Заявитель является предпринимателем без образования юридического лица.

6. В июле 1998 года заявитель приобрел квартиру на первом этаже жилого дома с целью последующего переоборудования ее в продовольственный магазин. В августе 1998 г. он начал строительные работы по переоборудованию квартиры для использования ее в коммерческих целях. В период с 1998 по 1999 год в связи с несанкционированным переоборудованием квартиры заявитель неоднократно штрафовался органом местного самоуправления. В 1999 году по данному основанию органами внутренних дел было возбуждено уголовное дело в отношении заявителя, однако в 2000 году суд признал его невиновным. Суд установил, что заявитель осуществлял работы без соответствующего разрешения, тем не менее его действия не содержали состава преступления.

7. Купленная заявителем квартира относилась к категории "жилое помещение" и не могла использоваться в иных целях, кроме как для проживания в ней. Для оборудования магазина заявителю необходимо было официально перевести квартиру в нежилой фонд. С этой целью заявитель обратился в межведомственную комиссию по переводу жилых помещений в нежилой фонд при администрации г. Орска (далее - межведомственная комиссия), местный орган исполнительной власти, с заявлением о переводе квартиры в нежилой фонд. 23 марта 2000 г. его требование было оставлено без удовлетворения.

8. Заявитель обжаловал отказ межведомственной комиссии в судебном порядке. 8 сентября 2000 г. Ленинский районный суд г. Орска удовлетворил требования заявителя и обязал администрацию г. Орска издать распоряжение о переводе квартиры заявителя в нежилой фонд. Судебное решение не было обжаловано и вступило в законную силу десять дней спустя. 23 сентября 2000 г. судебным приставом-исполнителем вынесено постановление о возбуждении исполнительного производства.

9. 16 октября 2000 г. администрация г. Орска выдала разрешение на использование квартиры заявителя в коммерческих целях, в связи с чем 4 ноября 2000 г. исполнительное производство было окончено. Тем не менее заявитель не смог начать ведение коммерческой деятельности, поскольку не были выполнены некоторые формальности и необходимо было получить дополнительные разрешения. В частности, межведомственная комиссия отказала заявителю в выдаче утвержденного плана квартиры, утверждая, что разрешение от 16 октября 2000 г. было недостаточно ясным. Заявитель обжаловал этот отказ в судебном порядке. 25 мая 2001 г. Ленинский районный суд г. Орска отказал заявителю в удовлетворении его жалобы, указав, что судебное решение от 8 сентября 2000 г. было исполнено надлежащим образом, а постановление судебных приставов об окончании исполнительного производства было законным. Решение Ленинского районного суда г. Орска было оставлено без изменений определением судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 28 июня 2001 г.

10. 18 октября 2001 г. прокурором Оренбургской области был принесен надзорный протест на решение Ленинского районного суда г. Орска от 8 сентября 2000 года. 10 декабря 2001 г. президиум Оренбургского областного суда отменил в порядке надзора указанное судебное решение. В частности, президиум установил, что в соответствии со статьей 9 Жилищного кодекса РСФСР решение об изменении статуса помещения из квартиры в коммерческое помещение может быть принято только на уровне субъекта Российской Федерации, а городская администрация не имела на это полномочий. Президиум также установил, что нижестоящий суд не учел мнения других жильцов дома, в котором находилась квартира заявителя. Более того, администрация г. Орска не дала оценку возможному экологическому влиянию работы магазина и не получила заключение компетентного органа власти. Дело было направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

11. Тем временем 24 октября 2001 г. Орский городской совет депутатов принял новые правила относительно статуса нежилых помещений. В соответствии с этими правилами разрешение на использование квартиры в коммерческих целях должно выдаваться городским советом депутатов, а не городской администрацией. 28 марта 2002 г. заявитель отозвал свой иск к администрации г. Орска, находившийся на рассмотрении в Ленинском районном суде г. Орска, и направил новое заявление о переводе квартиры в нежилой фонд в Орский городской совет депутатов. 24 апреля 2002 г. Орский городской совет депутатов отказал заявителю в переводе принадлежащего ему жилого помещения в нежилое на том основании, что непосредственные соседи заявителя возражали против открытия магазина в их доме.

12. Заявитель подал иск к Орскому городскому совету депутатов в Ленинский районный суд г. Орска. 11 июня 2002 г. Ленинский районный суд г. Орска отказал заявителю в удовлетворении его иска в связи с тем, что его соседи возражали против открытия магазина. 16 июля 2002 г. судебная коллегия по гражданским делам Оренбургского областного суда оставила без изменений решение суда первой инстанции.


II. Применимое внутригосударственное законодательство


13. Статья 11 Гражданского процессуального кодекса РСФСР 1964 года, действовавшего на момент событий, устанавливала, что областные, республиканские, окружные и краевые суды и Верховный Суд Российской Федерации вправе пересматривать решения нижестоящих судов в порядке надзора. В соответствии со статьями 319, 320 и 327 Гражданского процессуального кодекса РСФСР это означает, что определенные высшие должностные лица судов (судьи) и прокуроры в любое время по обращению стороны или по своей собственной воле могли принести в суд протест в порядке надзора об отмене вступившего в силу решения нижестоящего суда по любому вопросу фактического и правового характера. После принесения протеста судебное разбирательство возобновляется, а исполнение вступившего в силу судебного решения приостанавливается (статья 323 кодекса). Более подробно о надзорном производстве см. Постановление Европейского Суда по делу "Рябых против Российской Федерации" (Ryabykh v. Russia) (жалоба N 52854/99, ECHR 2003-IX, §§ 31-42* (*Опубликовано в "Путеводителе по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека за 2003 год".)).


Право


I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции


14. Заявитель утверждал, что постановление президиума Оренбургского областного суда от 10 декабря 2001 г. об отмене решения Ленинского районного суда г. Орска от 8 сентября 2000 г. и направлении дела на новое рассмотрение нарушило его право на справедливое рассмотрение дела. Данная жалоба подлежит рассмотрению в свете пункта 1 статьи 6 Конвенции, которая в части, применимой к настоящему делу, предусматривает следующее:


"Каждый при определении его гражданских прав и обязанностей... имеет право на справедливое... разбирательство дела в разумный срок... судом...".


A. Доводы сторон


15. Власти Российской Федерации утверждали, что постановление Оренбургского областного суда, на которое жалуется заявитель, было вынесено с целью исправления судебной ошибки, допущенной судом нижестоящей инстанции. В частности, суд нижестоящей инстанции не принял во внимание законные интересы жильцов здания, где заявитель намеревался открыть магазин. Следовательно, отмена решения Ленинского районного суда Оренбургской области от 8 сентября 2000 г. не нарушила принцип "правовой определенности", гарантированный пунктом 1 статьи 6 Конвенции (см. Постановление Европейского Суда по делу "Рябых против Российской Федерации" (Ryabykh v. Russia) от 24 июля 2003 г., жалоба N 52854/99, § 52).

16. Заявитель поддержал свою первоначальную жалобу.


B. Мнение Европейского Суда


17. Европейский Суд напоминает свою неизменную прецедентную практику, согласно которой отмена в порядке надзора вступившего в законную силу судебного решения может сделать право стороны по делу на суд иллюзорным и нарушить принцип правовой определенности (см. Постановление Большой палаты Европейского Суда по делу "Брумареску против Румынии" (Brumarescu v. Romania), жалоба N 28342/95, § 62, ECHR 1999-VII; Постановление Европейского Суда по делу "Рябых против Российской Федерации" (Ryabykh v. Russia) от 24 июля 2003 г., жалоба N 52854/99, §§ 56-58, и Постановление Европейского Суда по делу "ОАО "Росэлтранс'' против Российской Федерации" (Roseltrans v. Russia) от 21 июля 2005 г., жалоба N 60974/00, §§ 27-28* (*Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 3/2006.)). Действительно, вступившее в законную силу и обязательное для исполнения судебное решение может быть пересмотрено, однако полномочие по пересмотру не должно быть использовано произвольно (см. упомянутое Постановление Европейского Суда по делу "Рябых против Российской Федерации", § 52; см. также, mutatis mutandis* (*Mutatis mutandis (лат.) - с соответствующими изменениями (прим. переводчика).), Постановление Европейского Суда по делу "Никитин против Российской Федерации" (Nikitin v. Russia), жалоба N 50178/99, §§ 57 и 59, ECHR 2004-VIII* (*Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 3/2005.)). Возникает вопрос, могут ли обстоятельства, названные властями Российской Федерации, явиться основанием пересмотра данного дела в порядке надзора.

18. Власти Российской Федерации сослались на то обстоятельство, что суд нижестоящей инстанции не принял во внимание интересы соседей заявителя. Кроме того, президиум Оренбургского областного суда отметил, что орган местного самоуправления не обладал компетенцией, чтобы разрешить использование квартиры в коммерческих целях. Тем не менее, по мнению Европейского Суда, даже учитывая названные обстоятельства, власти Российской Федерации злоупотребили своим правом инициировать пересмотр в порядке надзора предположительно ошибочного судебного решения.

19. Во-первых, Европейский Суд отмечает, что надзорный протест был принесен прокурором, который не являлся стороной по делу, и что его полномочие по пересмотру дела не ограничивалось каким-либо сроком (см. упомянутое Постановление Европейского Суда по делу "Рябых против Российской Федерации", § 54). В данном деле пересмотр состоялся почти 15 месяцев спустя после вступления судебного решения в законную силу. Во-вторых, решение суда первой инстанции не было оспорено в порядке обычной процедуры, то есть в кассационном порядке. Власти Российской Федерации не указали ни одного исключительного обстоятельства, которое воспрепятствовало органу местного самоуправления обжаловать судебное решение своевременно в обычном порядке. В-третьих, судебное решение было исполнено, а исполнительное производство стало предметом контроля судов двух инстанций, в том числе областного суда, до того, как дело было передано в президиум этого суда для пересмотра по существу. В итоге даже учитывая, что интересы соседей заявителя являлись важным доводом, власти Российской Федерации не защитили их приемлемым образом.

20. Принимая во внимание обстоятельства дела, Европейский Суд не усматривает оснований, чтобы отклониться в данном деле от своей прецедентной практики, и полагает, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции в связи с отменой в порядке надзора вступившего в законную силу и обязательного для исполнения судебного решения, вынесенного по делу заявителя.


II. Предполагаемое нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции


21. Заявитель также жаловался, что постановление президиума Оренбургского областного суда от 10 декабря 2001 г. об отмене судебного решения от 8 сентября 2000 г., вынесенного в его пользу, и о направлении дела на новое рассмотрение лишило его возможности воспользоваться благоприятным для него исходом судебного разбирательства. Данная жалоба подлежит рассмотрению в свете статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции, предусматривающей следующее:


"Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.

Предыдущие положения не умаляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов".


22. Власти Российской Федерации утверждали, что имуществом заявителя по смыслу статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции являлась его квартира. Ограничение его права по использованию данной квартиры, в частности запрет на использование ее в иных целях, кроме как для проживания, присущ данному виду собственности. Заявитель сохранил свое право на квартиру, и, следовательно, в данном деле не было вмешательства в его имущественные права.

23. Заявитель в ответ повторил свои доводы.

24. Учитывая свой вывод в отношении пункта 1 статьи 6 Конвенции, Европейский Суд полагает при данных обстоятельствах, что им уже был дан ответ на жалобу заявителя. Следовательно, нет необходимости отдельно рассматривать факты, обжалуемые также в соответствии со статьей 1 Протокола N 1 к Конвенции.


III. Применение статьи 41 Конвенции


25. В соответствии со статьей 41 Конвенции:


"Если Европейский Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".


26. Заявитель утверждал, что если бы он использовал свою квартиру в качестве магазина, то к 2005 году его чистая прибыль составила бы 67 038 евро. Он основывал свои расчеты на сумме "вмененного дохода", учитываемого налоговыми органами в отношении таких малых предприятий, как магазин, который заявитель планировал открыть.

27. Власти Российской Федерации утверждали, что расчеты суммы справедливой компенсации, приведенные заявителем, основывались на упущенной выгоде, которую он мог бы получить, если бы использовал свою квартиру в коммерческих целях. Тем не менее данный расчет является исключительно теоретическим и не может служить основанием для присуждения требуемой суммы.

28. Европейский Суд отмечает, что, несмотря на то, что переоборудование помещения заявителя явилось важным шагом для развития его дела, оно не могло быть единственным условиям для начала предпринимательской деятельности. Другими словами, открытие магазина зависело от многих факторов, неподконтрольных заявителю, таких, например, как получение разрешения на переоборудование жилого помещения в нежилое в коммерческих целях (см. выше, § 6 настоящего Постановления). Следовательно, в данном случае отсутствует причинно-следственная связь между отменой судебного решения, позволявшего использовать квартиру заявителя в коммерческих целях, и упущенной выгодой, возмещения которой требует заявитель, предполагая, что его дело было бы успешным. Следовательно, Европейский Суд приходит к выводу, что требование заявителя подлежит отклонению.


На основании изложенного Суд единогласно:

1) постановил, что в данном деле имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции в связи с отменой в порядке надзора вступившего в законную силу судебного решения, вынесенного в пользу заявителя;

2) постановил, что в данном деле отсутствует необходимость рассматривать жалобу заявителя на нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции;

3) отклонил требования заявителя по справедливой компенсации.


Совершено на английском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 21 декабря 2006 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.


Серен Нильсен
Секретарь Секции Суда

Христос Розакис
Председатель Палаты Суда



Постановление Европейского Суда по правам человека от 21 декабря 2006 г. Дело "Петров (Petrov) против Российской Федерации" (жалоба N 7061/02) (Первая Секция)


Текст Постановления опубликован в Бюллетене Европейского Суда по правам человека. Российское издание. N 12/2008.


Перевод для издания предоставлен Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека


Текст документа на сайте мог устареть

Вы можете заказать актуальную редакцию полного документа и получить его прямо сейчас.

Или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(1 документ в сутки бесплатно)

(До 55 млн документов бесплатно на 3 дня)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение