Апелляционное определение СК по уголовным делам Ставропольского краевого суда от 15 января 2018 г. по делу N 22-603/2018

 

Судебная коллегия по уголовным делам Ставропольского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Мисикова В.С,

судей Саркисяна В.Г. и Шайгановой Ф.О,

при секретаре Донцовой М.С,

с участием прокуроров Попова Т.О. и Леонова А.А, осужденного (оправданного) Тимошенко В.В. в режиме видеоконференц-связи, его защитников-адвокатов Чубанова М.С. и Таняриковой Л.В. и защитника наряду с адвокатом Тимошенко Виктора В.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного Тимошенко В.В. и его защитников адвокатов Чубанова М.С. и Таняриковой Л.В. на приговор Буденновского городского суда Ставропольского края от 01 сентября 2017 г, которым

Тимошенко Владимир Викторович, родившийся **********, зарегистрированный по месту жительства по адресу: *********, проживающий по адресу: ********, несудимый,

оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ, на основании п. 1 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за неустановлением события преступления;

осужден по ч. 1 ст. 139 УК РФ к обязательным работам на срок 300 часов и освобожден от наказания на основании п. "а" ч. 1 ст. 78 УК РФ и п. 2 ч. 5, ч. 8 ст. 302 УПК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования;

осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ к лишению свободы на срок 8 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

срок отбывания наказания исчислен с 01 сентября 2017 г, зачтено в указанный срок время предварительного содержания осужденного под стражей в периоды с 11 февраля 2014 г. по 19 января 2015 г. и с 22 декабря 2016 г. по 01 сентября 2017 г.;

мера пресечения в отношении осужденного до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения - в виде заключения под стражу;

разрешен вопрос о вещественных доказательствах;

Заслушав доклад судьи Саркисяна В.Г, изложившего кратко содержание приговора и существо апелляционных жалоб, выступления осужденного (оправданного), адвокатов и защитника в поддержку жалоб, мнение прокурора об оставлении приговора без изменения, судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

приговором суда Тимошенко В.В.:

признан невиновным и оправдан по предъявленному органом предварительного расследования обвинению в том, что в период с 23 часов 55 минут 21 ноября 2013 г. до 8 часов 22 ноября 2013 г. в ************* непосредственно после убийства С. тайно похитил ее денежные средства в сумме *** рублей;

при обстоятельствах, изложенных в приговоре, признан виновным в совершении в период с 23 часов 55 минут 21 ноября 2013 г. до 8 часов 22 ноября 2013 г. в ***************:

- незаконного проникновения в жилище С. против её воли;

- убийства С, т.е. умышленного причинения смерти другому человеку.

В своих апелляционных жалобах осужденный (оправданный) и адвокаты Чубанов М.С. и Танярикова Л.В. считают приговор незаконным и необоснованным ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела и нарушения требований уголовно-процессуального закона, приводя следующие доводы:

адвокат Чубанов указывает на следующее. Обвинительный приговор в отношении Тимошенко основан только на предположениях и непроверенных показаниях свидетелей и сотрудников ОМВ России по Буденновскому району, которые стали тем известны со слов самого Тимошенко в период временного психического расстройства личности Тимошенко во время нахождения в изоляторе временного содержания. Иные доказательства причастности Тимошенко к преступлениям не представлены. Приговор основан на противоречивых выводах. Оправдывая Тимошенко по ч. 1 ст. 158 УК РФ, суд, указав, что о краже денежных средств свидетелям стало известно от самого Тимошенко, пришел к выводу о том, что обвинение по данной статье построено на предположениях, не подкрепленных какими-либо значимыми для дела допустимыми доказательствами. В то же время суд вынес обвинительный приговор по ч. 1 ст. 105 УК РФ, основываясь на показаниях тех же свидетелей и сотрудников полиции об обстоятельствах убийства, которые стали известны тем со слов Тимошенко. Не понятно, основываясь на какие обстоятельства, суд пришел к выводу, что Тимошенко проник в жилище вопреки воле С, с которой был знаком и мог с согласия той войти в жилище. Судом необоснованно отклонены обоснованные ходатайства защитников о вызове и допросе свидетелей, специалистов, составивших заключения по делу, об исключении доказательств как недопустимых и проведении дополнительных экспертиз. Суд проигнорировал разъяснения постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г..N 1 о неукоснительном соблюдении требований закона о всестороннем, полном и объективном исследовании обстоятельств дела при рассмотрении дел об убийстве. Судом не принято во внимание, что органом предварительного следствия не была установлена форма вины, не были выяснены мотивы и цель причинения Тимошенко смерти С. Обстоятельства убийства не могли иметь место в силу добрососедских отношений Тимошенко с потерпевшей.

Суд принял без проверки версию органа предварительного следствия о том, что Тимошенко, работая в фирме, осуществляющей услуги такси, в ночное время проехал около 25 км, чтобы заправиться низкокачественным топливом, а С. увидела это. Даже с учетом такого возможного события суд, сославшись на первоначальные показания Тимошенко, не учел, что в них Тимошенко говорил, что имел цель напугать, а не убить С. Первоначальные показания Тимошенко дал в период своего временного психического расстройства, а показания свидетелей Ивенского и Хачатурова - сотрудников полиции, Ильясова и Ломакина - понятых в ходе проверки показаний Тимошенко на месте являются пересказом показаний Тимошенко.

Основными доказательствами обвинения являлись протокол явки с повинной Тимошенко и показания подозреваемого Тимошенко от 10 февраля 2014 г, а также протокол проверки показаний Тимошенко на месте от 11 февраля 2014 г..Согласно заключению комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы N 879 от 23 сентября 2014 г..у Тимошенко имелось шизотипическое личностное расстройство. В заключении указано, что в феврале 2014 г..у Тимошенко развилось временное психическое расстройство, что лишало его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в период деяний, предусмотренных ч. 1 ст. 111, п. "в" ч. 2 ст. 158 и ст. 161 УК РФ. В то же время эксперты отметили, что ввиду недостаточности объективных сведений не представляется возможным дифференцировано оценить психическое состояние Тимошенко в период с ноября 2013 г..по январь 2014 г..и ответить на вопрос о способности Тимошенко осознать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими во время деяний, предусмотренных ч. 1 ст. 105 и п. "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ. С учетом данного заключения протокол явки с повинной Тимошенко и его показания Тимошенко от 10 февраля 2014 г, а также протокол проверки показаний на месте от 11 февраля 2014 г..не могли быть приняты судом в качестве доказательств вины. Тимошенко в силу своего психического состояния не мог понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, самостоятельно осуществлять свои процессуальные права и давать показания. При таких обстоятельствах суд необоснованно проигнорировал ходатайство стороны защиты об исключении данных доказательств. В ходе предварительного расследования был проведен ряд психиатрических экспертиз в отношении Тимошенко, с помощью которых следствие пыталось доказать, что Тимошенко в феврале не страдал психическим заболеванием и не страдает им в настоящее время.

Однако все проведенные в последующем экспертизы не выдерживают критики, поскольку были проведены спустя продолжительное время и в тот момент, когда психическое состояние Тимошенко было иным после проведенного лечения в условиях стационара. В силу этого эти заключения не могли быть приняты во внимание, а суд должен был критически отнестись к показаниям свидетелей, основанных на указанных показаниях Тимошенко. Суд необоснованно отказал в проведении почерковедческой экспертизы по образцам почерка свидетеля Ильясова, который пояснил суду, что не все подписи поставлены им в протоколе проверки показаний Тимошенко. Необоснованно отказано и в проведении почерковедческой экспертизы по образцам почерка свидетеля Козлова, который подозревался в совершении убийства С. и пояснил в суде, что подписи в протоколе очной ставки с Муравлевым поставлены не им. Суд не проверил обстоятельства написания Тимошенко явки с повинной. Доводы Тимошенко о том, что явку с повинной он давал под психологическим воздействием сотрудников полиции, судом не проверены. Явка с повинной дана в отсутствие адвоката. Суд не выполнил требования Пленума Верховного Суда РФ о необходимости принятия судом достаточных мер по проверке заявления подсудимого о применении к нему недозволенных методов расследования дела (Адвокат ошибочно ссылается на п. 10, 12, 13, 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 апреля 1996 г..N 1 "О судебном приговоре", которые содержатся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2015 г..N 55 "О судебном приговоре"). В соответствии с ч. 2 ст. 77 УПК РФ признание обвиняемым своей вины в совершении преступления может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении его виновности совокупностью имеющихся по делу доказательств. Суд не учел, что все иные доказательства, которые были представлены в обвинительном заключении и якобы подтверждали вину Тимошенко в инкриминируемых ему преступлениях, не выдерживают никакой критики.

Показания свидетелей Ивенского, Хачатурова, Ильясова и Ломакина являются ничем иным, как пересказом первоначальных показаний Тимошенко. Судом не принято во внимание, что протокол осмотра места происшествия и заключение судебно-медицинской экспертизы N 217 от 19 февраля 2014 г..по трупу С. не содержат сведений о причастности Тимошенко к убийству. Суд не усмотрел, что заключение экспертизы N 217 не выдерживает критики в части произведенных описаний, что подтверждается заключением специалиста N 055/17 от 05 июня 2017 г..Из выводов специалиста следует, что при сравнении изображений на фотографиях фототаблицы к протоколу осмотра места происшествия с видеозаписью к протоколу проверки показаний Тимошенко на месте усматривается несоответствие места расположения трупа и положения одеяла на трупе, которое указано Тимошенко и значится в протоколе осмотра места происшествия. Не доверять заключению специалиста, имеющего стаж экспертной работы 21 год в отличие от эксперта, проводившей судмедэкспертизу и имеющей стаж 2 года, нет оснований. Суд не обратил внимания, что согласно заключению эксперта N 3301-э от 30 января 2014 г..на орудии преступления - ноже не были обнаружены какие-либо следы, а именно отпечатки рук или биологические следы Тимошенко. Согласно заключениям экспертиз N 1229/5-1 от 17 июля 2014 г..и N 1230/5-1 от 11 июля 2014 г..не обнаружены следы волокон от предметов одежды Тимошенко. Отсутствие указанных следов, происходящих о Тимошенко и его одежды, опровергает нахождение Тимошенко в домовладении потерпевшей. Наличие звонков с абонентского номера, которым пользовался Тимошенко, вблизи базовой станции в период с 01 часа 35 минут по 02 часа 17 минут 22 ноября 2013 г..Тимошенко пояснил приездом к себе домой.

Таким образом, признание обвиняемым Тимошенко своей вины в преступлении в тот период, когда он находился в состоянии психического расстройства, не могло быть положено в основу приговора, поскольку это признание в силу ч. 2 ст. 77 УПК РФ не подтверждается совокупностью имеющихся по делу доказательств. Эти доказательства никоим образом не доказывают факт причастности Тимошенко к преступлениям. Суд не учел, что в постановлении Буденновского городского суда от 15 июля 2015 г..о применении принудительных мер медицинского характера в отношении Тимошенко по другому делу достоверность выводов заключения комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизе N 879 от 23 сентября 2014 г..не вызвала сомнений. В этом постановлении суд пришел к выводу, что Тимошенко в феврале 2014 г..находился в состоянии невменяемости. В силу ст. 14 УПК РФ все сомнения подлежат толкованию в пользу подсудимого Тимошенко. Просит приговор отменить, оправдать Тимошенко по ч. 1 ст. 139, ч. 1 ст. 105 и ч. 1 ст. 158 УК РФ в связи с его непричастностью к преступлениям, признав за ним право на реабилитацию;

адвокат Танярикова Л.В, приводя отдельные аналогичные доводы о незаконности приговора, указывает также на следующее. Оценивая протокол явки с повинной, суд указал в приговоре, что отвергает доводы Тимошенко о написании явки под диктовку сотрудника полиции, так как оперативный сотрудник Ивенский в судебном заседании показал, что на место убийства не выезжал. Такой вывод суда необоснован, поскольку ни одно доказательство не имеет заранее установленной силы, а Ивенский наряду с другими сотрудниками полиции проводил оперативно-розыскные мероприятия, направленные на раскрытие убийства. Сотрудники полиции на причастность к убийству еще до явки с повинной Тимошенко проверяли Муравлева и Козлова. Из показаний Муравлева следует, что Козлов, находясь в полиции, признался ему в убийстве С. Сторона защиты обращала внимание суда на несоответствие времени допроса Тимошенко с участием адвоката Решетиловой Т.Н, указанного в протоколе допроса, со временем вывода Тимошенко следователем в следственную комнату Буденновского изолятора временного содержания. По показаниям от 11 февраля 2014 г. и видеозаписи своего допроса Тимошенко пояснил, что читал показания с листа. Вызывают вопросы сами видеозаписи к допросу Тимошенко. Нет ясности, почему видеозаписей одного следственного действия - допроса две, а адвокат Решетилова не реагировала на эти обстоятельства. Протокол осмотра места происшествия не содержит описаний и каких-либо подробностей. Показания подозреваемого не могут признаваться допустимыми доказательствами, если на момент их дачи подозреваемый не мог сознавать фактический характер своих действий и руководить ими, адекватно воспринимать значимые обстоятельства по делу и давать показания. Несмотря на заключение судебной психолого-психиатрической экспертизы N 879 от 23 сентября 2014 г, суд на основе заключения судебной психолого-психиатрической экспертизы N 753 от 02 августа 2016 г. сделал вывод о том, что Тимошенко психически здоров и никогда никакими заболеваниями не страдал. Анализирую сложившуюся ситуацию, связанную с наличием вступившего в силу постановления Буденновского городского суда от 15 июля 2015 г, сторона защиты считает, что один и тот же суд (Буденновский городской суд) не может давать разную оценку одного и того же доказательства, общего для уголовных дел. С учетом противоположных выводов экспертов ФГБУ "ФМИЦПН им. В.П. Сербского" по двум заключениям экспертиз сторона защиты ходатайствовала о допросе экспертов с помощью видеоконференцсвязи, но суд отказал в удовлетворении ходатайства. Вызывает сомнения время проведения следователем осмотра места происшествия, указанного в протоколе осмотра с 13 часов до 17 часов 30 минут 23 ноября 2017 г, так как следователь выносил еще постановление о назначение судебно-медицинской экспертизы по трупу, которое с трупом было направлено на экспертизу. Согласно же заключению судмедэкспертизы экспертизы N 217 от 23 ноября 2013 г. - 19 февраля 2014 г. производство экспертизы начато с исследования трупа в 16 часов 23 ноября 2013 г. Тем самым нарушены требования ст. 199 УПК РФ по направлению материалов на экспертизу. Экспертиза по трупу назначена и проведена вопреки ст. 199 УПК РФ. В заключении отсутствует поручение руководителя экспертного учреждения конкретному эксперту. Никто такого поручения эксперту не давал. Кроме того, подписка эксперта в заключении N 217 с разъяснением ей прав и ответственности содержится на титульном листе самого заключения вверху фирменного бланка. Под подпиской стоит дата 19 февраля 2014 г. В то же время на том же листе ниже излагается само заключение с указание даты начала и окончания производства экспертизы. Это означает, что подпись и печать выполнены 19 февраля 2014 г. в один день после распечатки заключения, а потому права и ответственность эксперту могли быть разъяснены только после распечатки заключения, а не до проведения экспертизы. Такие нарушения влекут недопустимость экспертизы. В судебном заседании эксперт Золочева на вопрос стороны защиты о том, почему один из выводов заключения не дописан, пояснила, что в ее экземпляре этот пункт дописан и представила свой экземпляр заключения. Не получило подтверждения в суде время совершения преступления. Не проверена органом предварительного расследования причастность Козлова и Муравлева к убийству, не выполнены необходимые следственные действия. Хотя, продлевая срока содержания под стражей Тимошенко на предварительном следствии, суд указал, что не поступили истребованные биллинговые соединения с места убийства и не проведены назначенные психофизиологические экспертизы в отношении Козлова и Муравлева. Однако эти материалы в деле так и отсутствуют. Просит приговор в части осуждения Тимошенко по ч. 1 ст. 139 и ч. 1 ст. 105 УК РФ отменить, оправдать Тимошенко по ним в связи с его непричастностью к преступлениям, признав за ним право на реабилитацию;

осужденный (оправданный) в своей жалобе и в двух дополнениях к ней, приводя отдельные аналогичные доводы с адвокатами о незаконности приговора, отмечает также следующее. Суд незаконно огласил показания свидетелей Ломакина и Ильясова якобы в связи с расхождениями в их показаниях. Однако расхождений не было, а в суде было озвучено, что те якобы забыли свои показания. Суд не дал оценку имеющемуся в деле его (осужденного) письменному отказу от явки с повинной, которой он оговорил себя. Является странным, что он совершал убийство и в то же самое время по телефону производил звонки и направлял СМС-сообщения. Суд не привел мотивы, почему принимает заключения психиатрических экспертиз N 111 от 28 апреля 2015 г, N 214 от 08 сентября 2015 г. и N 753 от 02 августа 2016 г, но не принимает заключение психиатрической экспертизы N 879 от 23 сентября 2014 г. Заключение N 111 составлено по дополнительной экспертизе, которой эксперты Ставропольской психиатрической больницы опровергают заключение N 879 экспертов института им Сербского. Является абсурдным вывод заключения N 753 о том, что 10 февраля 2014 г. он (осужденный) был здоров, в то время как 09 февраля 2014 г. он был в болезненном состоянии. Не понятно, каким образом показания А. подтверждают его виновность. Является сомнительным, что совершено спонтанное убийство и не оставлено следов на месте преступления. Заключения экспертиз не выявили его (осужденного) следов на месте преступления. Вывод суда о том, что между заключением судмедэкспертизы N 217 от 19 февраля 2014 г. и заключением специалиста N 055/17 от 05 июня 2017 г. нет расхождений, не соответствуют материалам дела, исследованным в судебном заседании. Свидетели Ивенский и Хачатуров были на месте преступления, о чем свидетельствует рапорт Хачатурова, содержащий подробные сведения. Поэтому вывод суда о том, что они не выезжали на место происшествия и не могли ему (осужденному) продиктовать подробности совершенного преступления, является необоснованным. 21 января 2015 г. следователем он был помещен в психиатрическую больницу, что свидетельствует о том, что следователь соглашался с выводами заключения экспертизы N 879. Данная экспертиза была принята за основу постановления Буденновского городского суда от 15 июля 2015 г. Свидетели Хачатуров и Ивенский в суде показали, что на месте преступления обнаружили отпечатки пальцев Бреевой, которая является родственницей С. После смерти С. та вступила в наследство на землю и продала ее, что свидетельствует о наличии мотива убийства у Бреевой. Просит приговор отменить, оправдать его (осужденного) по всем преступлениям в связи с его непричастностью к ним, признав за ним право на реабилитацию.

В ходе апелляционного рассмотрения дела осужденный и его защитники поддержали доводы жалоб. При этом адвокат Танярикова дополнительно обратила внимание на следующее. Суд сослался в приговоре, что Тимошенко характеризуется удовлетворительно. Но такая характеристика имела место в 2014 г, когда Тимошенко был задержан. Из данного уголовного дела было выделено уголовное дело, которое было направлено для применения принудительных мер медицинского характера. Поэтому, вынося обжалуемый приговор, суду следовало запросить новые сведения, характеризующие Тимошенко. Из данного дела неоднократно выделялись материалы в копиях по вопросам о продлении срока содержания под стражей, но в последующем эти выделенные материалы не приобщались к материалам уголовного дела. При таких обстоятельствах не понятно, каким образом суд засчитал в срок отбывания под стражей осужденного, время его содержания под стражей. Кроме того, в срок отбывания наказания следовало засчитать и время нахождения Тимошенко на лечении в психиатрическом стационаре, в котором тот находился по постановлению суда. Представление экспертом Золочевой своего экземпляра заключения N 217, не соответствующего тому экземпляру, который в деле, незаконно. Основной мотив того, что Тимошенко зашел в жилище для хищения денег, является абсурдным.

В силу ч. 7 ст. 389.13 УПК РФ апелляционное рассмотрение произведено без проверки доказательств, исследованных судом первой инстанции, что, однако, не лишает суд апелляционной инстанции права ссылаться на них.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия считает следующее

Вопреки жалобам выводы суда первой инстанции о виновности Тимошенко в незаконном проникновении в жилище потерпевшей и в ее умышленном убийстве соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на относимых, допустимых и достоверных доказательствах, подробно изложенных и надлежаще оцененных судом в приговоре.

Несмотря на то, что подсудимый в судебном заседании вину в этих преступлениях не признал, суд в обоснование доказанности вины по ним правомерно сослался на:

протокол явки Тимошенко с повинной от 10 февраля 2017 г. (т. 4, л.д. 12);

показания Тимошенко, данные в ходе предварительного расследования при допросах в качестве подозреваемого от 11 февраля 2014 г, и проверку его же показаний об обстоятельствах преступлений (т. 4, л.д. 37-40; 41-45, 48-53).

Положив в основу приговора показания Тимошенко, данные в ходе предварительного расследования при производстве следственных действий с ним, суд с соблюдением п. 2 ст. 307 УПК РФ обоснованно отверг показания подсудимого, данные в судебном заседании, признав достоверными показания подозреваемого в присутствии защитника.

В приговоре дана надлежащая оценка доводам стороны защиты относительно признательных показаний, изложены мотивы по их отклонению.

Суд проанализировал заключения судебно-психиатрических экспертиз N 111 от 28 апреля 2014 г, N 214 от 08 сентября 2014 г. и N 753 от 02 августа 2016 г, сопоставил их друг с другом и с заключением судебно-психиатрической экспертизы N 879 от 23 сентября 2014 г.

Отклоняя в этой связи доводы о том, что суд необоснованно учел явку с повинной от 10 февраля 2014 г, протоколы допроса подозреваемого Тимошенко и проверки его показаний на месте от 11 февраля 2014 г. при наличии заключения N 879 и постановления от 15 июня 2015 г, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Заключение N 879 было составлено по результатам судебно-психиатрической экспертизы для установления психического состояния Тимошенко на момент совершения им 05 февраля и 09 февраля 2014 г. инкриминируемых ему деяний, предусмотренных ч. 1 ст. 111, п. "в" ч. 2 ст. 158 и ст. 161 УК РФ. Согласно заключению N 879 в феврале 2014 г. у Тимошенко развилось временное психическое расстройство в форме психического состояния галлюцинаторно-бредовой структуры (квази-психотический эпизод), характеризовавшееся зрительными и зрительными галлюцинациями, бредовыми идеями, психомоторным возбуждением, что лишало его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в период совершения указанных деяний.

Уголовное дело в отношении Тимошенко по деяниям, совершенным 05 февраля и 09 февраля 2014 г, было выделено из настоящего уголовного дела. В рамках выделенного дела постановлением Буденновского городского суда от 15 июня 2015 г. Тимошенко был освобожден от уголовной ответственности от общественно опасных деяний, предусмотренных п. "в" ч. 2 ст. 158, п. "в" ч. 2 ст. 115, ч. 1 ст. 118, ч. 1 ст. 161 и ч. 1 ст. 127 УК РФ, ввиду их совершения в состоянии невменяемости.

Заключение N 753 от 02 августа 2016 г. составлено по результатам экспертизы для установления психического состояния Тимошенко на период с 10 по 21 февраля 2014 г, включающий дни явки с повинной, допросов в качестве подозреваемого и проверки показаний на месте от 11 февраля 2014 г.

Согласно заключению N 753 Тимошенко в период выполнения с ним указанных следственных действий по своему психическому состоянию мог правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать показания, понимать характер и значение уголовного судопроизводства (сущность процессуальных действий и получаемых посредством их доказательств) и своего процессуального положения (содержание своих прав и обязанностей). Данный вывод экспертами сделан на основе представленных материалов уголовного дела и видеозаписи допроса в качестве подозреваемого и проверки показаний подозреваемого на месте. При этом экспертами отмечено, что Тимошенко осмысливал обращенную к нему речь, давал последовательные, в плане спрашиваемого ответы, периодически уточнял свои высказывания, каких-либо нарушений восприятия в поведении не было, внешне адекватно реагировал на ситуацию, вокруг него.

Заключения N 879 от 23 сентября 2014 г. и N 753 от 02 августа 2016 г. выполнены по итогам соответственно стационарной комплексной судебной психолого-психиатрической и повторной (по отношению к дополнительной - заключение N 214 от 08 сентября 2015 г.) стационарной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертиз, проведенных экспертами федерального экспертного учреждения им. В.П. Сербского.

Таким образом, в ситуации, когда заключением N 879 был разрешен вопрос о психическом состоянии Тимошенко на момент деяний от 05 и 09 февраля 2014 г, а заключением N 753 вопрос о его психическом состоянии в момент проведения 11 февраля 2014 г. следственных действий по преступлениям ноября 2013 г, выводы экспертов по названным заключениям не содержат противоречий, ставящих под сомнение достоверность показаний Тимошенко, данных на предварительном следствии при его допросах в качестве подозреваемого и проверке показаний на месте по преступлениям, в совершении которых он признан виновным обжалуемым приговором.

При этом на достоверность заключения N 753 не влияет то обстоятельство, что данная экспертиза была проведена по истечении длительного времени после экспертизы, по результатам которой было составлено заключение N 879, так как эксперты пришли к выводам на основании исследования и оценки видеозаписи следственных действий. Причем вопреки доводам стороны защиты согласно материалам уголовного дела видеозапись применялась в ходе второго допроса в качестве подозреваемого от 11 февраля 2014 г. и проверки показаний на месте от 11 февраля 2014 г, а допрос подозреваемого 10 февраля 2014 г. не производился.

В силу этого доводы стороны защиты о необходимости производства допроса экспертов в суде первой инстанции нельзя признать состоятельными, а решение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении ходатайства о таком допросе является правомерным.

С учетом изложенного постановление Буденновского городского суда от 15 июня 2015 г, вынесенное по выделенному уголовному делу, не может повлечь недостоверность заключения N 753.

Вопреки жалобам производство допросов Тимошенко и проверки его показаний на месте с участием адвоката исключало воздействие на него со стороны сотрудников правоохранительного органа, а само присутствие адвоката являлось гарантией добровольности этих показаний.

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции не было оснований сомневаться в показаниях подозреваемого на предварительном следствии.

Ввиду наличия в протоколах допроса подозреваемого подписи адвоката Решетиловой Т.Н, реально участвовавшей в следственных действиях, неточности во времени проведения следственного действия, отраженном в протоколах, не опровергают данное доказательство.

Отклоняя доводы жалоб о недопустимости явки с повинной Тимошенко от 10 февраля 2014 г, судебная коллегия отмечает следующее.

УПК РФ не предусматривает присутствие адвоката при даче лицом явки с повинной, так как согласно ст. 142 УПК РФ явка с повинной это добровольное сообщение лица о совершенном им преступлении и исходит от самого лица.

Последующие же показания Тимошенко, данные в присутствии адвоката при двух допросах его в качестве подозреваемого и проверке показаний на месте и подтверждающие содержание его явки с повинной, опровергают доводы о нарушении принципа добровольности явки с повинной.

А потому в ситуации, когда допросы были произведены с соблюдением п. 2 ч. 4 ст. 46 УПК РФ, то невыполнение положений ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ по разъяснению Тимошенко права не свидетельствовать против себя при даче явки с повинной не влечет недопустимость явки как доказательства по делу.

Вопреки доводам стороны защиты протокол осмотра места происшествия отражает место совершения преступления, включающий способ незаконного проникновения в жилище, а заключение судмедэкспертизы N 217 от 19 февраля 2014 г. отражает характер, локализацию и механизм образования телесных повреждений, полученных потерпевшей и повлекших ее смерть.

Тем самым, они подтверждают обстоятельства, подлежащие доказыванию в силу ст. 73 УПК РФ и отраженные в соответствии с п. 1 ст. 307 УПК РФ в описании преступных деяний, признанных судом доказанными.

На установление этих же обстоятельств направлены показания потерпевшей Агуловой В.В.

Опровергая в этой связи доводы о недопустимости и недостоверности заключения экспертизы N 217, судебная коллегия отмечает следующее.

Суд первой инстанции с достаточной полнотой, с учетом представленного стороной защиты заключения специалиста N 055/17 от 05 июня 2017 г, дал оценку заключению судмедэкспертизы N 217, правомерно признав его допустимым и достоверным.

При этом то, что разъяснение прав и предупреждение ответственности эксперта Золочевой О.А. отражены на первом листе заключения экспертизы, проведенной в период с 23 ноября 2013 г. по 19 февраля 2014 г, не означает, что эксперту были разъяснены права, а она была предупреждена об ответственности в момент распечатки заключения.

Из заключения усматривается, что экспертиза проведена на основании постановления следователя. Само заключение является итоговым документом, выносимым по результатам проведения экспертизы, а потому его техническое оформление путем одномоментной распечатки не свидетельствует о том, что экспертиза была проведена без соблюдения экспертом требований уголовно-процессуального закона. При этом отдельное поручение руководителя о проведении экспертизы является внутренним документом экспертного учреждения, а поручением на проведение экспертизы соответствующим экспертным учреждением является постановление следователя.

Направление же трупа на экспертизу до окончания осмотра места происшествия, как и вынесение в ходе осмотра постановления о назначении экспертизы, не влекут недопустимость заключения экспертизы.

Вопреки доводам стороны защиты наличие в заключении экспертизы N 217 технической ошибки, касающейся отсутствия окончания п. 4.1 заключения, и внесение ясности в содержание заключения в ходе допроса эксперта не являются основаниями для признания заключения недопустимым доказательством, а выводов эксперта недостоверными.

Сопоставление протокола осмотра места происшествия и заключения экспертизы N 217 не опровергают установленные в приговоре обстоятельства события преступлений. При этом подробность описания места происшествия является оценочным понятием, а содержание протокола осмотра места происшествия в совокупности с другими доказательствами по уголовному делу доказывает установленные судом первой инстанции обстоятельства.

Обстоятельства незаконного проникновения в жилище потерпевшей вопреки ее воле подтверждаются, как показаниями подозреваемого Тимошенко, данными в ходе предварительного расследования, так и протоколом осмотра места происшествия относительно оконного проема.

Совокупность изложенных в приговоре доказательств, позволила суду первой инстанции признать доказанным совершение Тимошенко вышеуказанных преступлений и правильно квалифицировать действия Тимошенко по ч. 1 ст. 139 и ч. 1 ст. 105 УК РФ.

При этом доводы об отсутствии мотивов у осужденного на совершение преступлений не могут быть признаны состоятельными.

Суд обоснованно сослался на заключение стационарной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы N 111 от 28 апреля 2015 г, согласно которому, как в период совершения преступлений, так и в момент проведения экспертизы Тимошенко мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

Вопреки жалобе осужденного заключение N 111 было составлено по результатам первичной стационарной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы для установления его психического состояния на момент совершения инкриминируемых преступлений, совершенных в период с 23 часов 55 минут 21 ноября 2013 г. до 8 часов 22 ноября 2013 г, и производства по настоящему уголовному делу.

Подтверждение признания Тимошенко своей вины в совершении преступлений, отраженного в его явке с повинной, протоколах допросов в качестве подозреваемого и проверки показаний на месте, совокупностью других доказательствах свидетельствует о соблюдении судом первой инстанции положений ч. 2 ст. 77 УПК РФ.

При таких обстоятельствах необнаружение на месте происшествия и на орудии преступления следов рук, биологических следов и следов одежды Тимошенко не опровергает доказанность вины осужденного.

Приведенные в приговоре доказательства опровергают доводы о постановлении обвинительного приговора на предположениях.

Вопреки доводам осужденного установленные в приговоре временные рамки с 23 часов 55 минут 21 ноября 2013 г. до 8 часов 22 ноября 2013 г. совершения преступлений в отношении потерпевшей не исключали вероятность осуществления им телефонных звонков в этот же период после окончания преступных действий.

Решения суда первой инстанции по ходатайствам стороны защиты, заявленным в ходе судебного разбирательства, обоснованы, мотивированы и не противоречат требованиям УПК РФ.

В ситуации, когда протокол проверки показаний на месте от 11 февраля 2014 г. содержит подписи других участников следственного действия, в том числе адвоката подозреваемого, заявление одного из участников следственного действия о несхожести всех подписей в протоколе с его подписью, не является основанием для проведения судебно-почерковедческой экспертизы.

Оснований полагать, что судом допущены нарушения требований ст. ст. 87, 88 УПК РФ по проверке и оценке доказательств по делу, не имеется.

Оценку суда получили и показания лиц, допрошенных по ходатайству стороны защиты.

Вопреки доводам стороны защиты суд в соответствии со ст. 252 УПК РФ осуществлял судебное разбирательство только в отношении подсудимого Тимошенко и лишь по предъявленному обвинению.

Одновременно суд первой инстанции правомерно оправдал Тимошенко по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ, за неустановлением события преступления.

В обоснование такого решения суд правильно указал на то, что показания подозреваемого относительно тайного хищения ***А рублей, принадлежащих С, не подтверждаются совокупностью доказательств.

Вопреки жалобам такая ссылка суда не противоречит его же выводам по оценке показаний подозреваемого Тимошенко по обоснованию доказанности вины осужденного по ч. 1 ст. 139 и ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Данный подход суда апелляционной инстанции основан на том, что стороной обвинения не были представлены суду первой инстанции другие, кроме показаний Тимошенко, доказательства о том, что в момент совершения убийства у потерпевшей имелись денежные средства.

Находя обвинительный приговор основанным на относимых, допустимых и достоверных доказательствах, судебная коллегия одновременно считает, что судом допущены нарушения уголовно-процессуального закона при обосновании доказанности вины Тимошенко отдельными доказательствами.

Суд правомерно допросил в качестве свидетелей сотрудников правоохранительного органа И. и Х. относительно волеизъявления Тимошенко при даче явки с повинной.

Однако вопреки правовой позиции Конституционного Суда РФ, содержащейся в Определении от 06 февраля 2004 г. N 44-О, суд положил в доказательства вины осужденного и показания названных свидетелей в той части, в которой они излагают содержание пояснений Тимошенко при написании явки и даче объяснений об обстоятельствах преступлений.

Вопреки этой же правовой позиции Конституционного Суда РФ суд в доказательство виновности осужденного привел показания свидетелей-понятых И. и Л. в судебном заседании и на предварительном следствии в той части, в которой указанные свидетели воспроизводят показания подозреваемого Тимошенко в ходе проверки показаний на месте.

Между тем указанные свидетели могли быть допрошены только относительно процедуры проведения проверки показаний на месте и отсутствия давления на Тимошенко. Иные же данные подлежали оценке судом, исходя из того, что отражено в протоколе следственного действия.

Причем вопреки доводам осужденного показания Ильясова и Ломакина, данные в указанных частях в ходе предварительного расследования, правомерно были оглашены в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, так как к такому основанию оглашения относятся и обстоятельства, когда свидетель дает показания, которые ввиду неполноты противоречат показаниям, данным ранее.

В доказательство виновности осужденного суд сослался на рапорт следователя Сухачева об обнаружении признаков преступления.

Между тем суд не учел, что рапорт, будучи сообщением о преступлении, в силу п. 3 ч. 1 ст. 140 УПК РФ служит поводом для возбуждения дела.

При этом указанный рапорт, являясь выводом следователя по ставшему ему известным событию, не может быть с точки зрения ст. 74 УПК РФ доказательством по уголовному делу.

Названные существенные нарушения уголовно-процессуального закона являются в соответствии с п. 2 ст. 389.15 и ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ основаниями исключения из числа доказательств, изложенных в приговоре, показаний указанных свидетелей в приведенных частях и рапорта следователя.

Такое исключение не опровергает доказанность вины осужденного, подтверждаемой совокупностью других доказательств.

Правильно квалифицировав действия осужденного по преступлениям, в совершении которых Тимошенко был признан виновным, суд с соблюдением ст. ст. 6, 43, 60, 61 УК РФ, с учетом наличия смягчающих наказание обстоятельств и отсутствия отягчающих обстоятельств назначил ему справедливые наказания за виновные деяния.

При этом суд учел нынешнее семейное положение осужденного и его удовлетворительную характеристику, а сторона защиты не была лишена права представить суду дополнительные данные, характеризующие его личность.

Обоснованно сославшись на то, что Тимошенко возражает против прекращения дела по ч. 1 ст. 139 УК РФ по нереабилитирующим основаниям, суд, назначив осужденному наказание по ч. 1 ст. 139 УК РФ в виде обязательных работ, правомерно освободил его от данного наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Назначая осужденному наказание по ч. 1 ст. 105 УК РФ в виде лишения свободы, суд учел положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, правомерно не усмотрев оснований для применения ст. ст. 64, 73 УК РФ.

В соответствии с п. "в" ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание лишения свободы обоснованно назначено в исправительной колонии строгого режима.

Находя правильным вывод суда об отсутствии оснований для изменения категории особо тяжкого преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, судебная коллегия исходит из того, что препятствием этому является назначение лишения свободы на срок более 7 лет.

Вопреки доводам адвоката Таняриковой, засчитывая в срок лишения свободы Тимошенко время предварительного содержания его под стражей, суд исходил также из копий постановлений о продлении срока содержания под стражей, имеющихся в материалах уголовного дела.

В то же время вопреки требованиям п. 9 ч. 1 ст. 308 УПК РФ и ч. 3 ст. 72 УК РФ суд не засчитал в срок отбывания осужденным лишения свободы иные периоды его нахождения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях.

Названные нарушения уголовно-процессуального закона и требований Общей части УК РФ влекут в силу п.п. 2, 3 ст. 389.15, ч. 1 ст. 389.17 и п. 1 ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ внесение соответствующего изменения в приговор.

В срок лишения свободы подлежит зачету время нахождения Тимошенко в психиатрическом стационаре с 21 января 2015 г. по 30 апреля 2015 г, с 18 августа 2015 г. по 11 сентября 2015 г, с 06 июля 2016 г. по 02 августа 2016 г.

При определении этих периодов судебная коллегия исходит из сведений, имеющихся в материалах уголовного дела, которые усматриваются также из заключений стационарных судебно-психиатрических экспертиз и касаются периода производства по делу с 20 января 2015 г. до 22 декабря 2016 г.

При этом суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что в ситуации, когда заключение стационарной судебно-психиатрической экспертизы N 753 датировано 02 августа 2016 г, являющимся днем окончания экспертизы, Тимошенко находился в стационаре по 02 августа 2016 г.

В случае выявления иных периодов нахождения Тимошенко в психиатрическом стационаре по данному уголовному делу с 20 января 2015 г. до 22 декабря 2016 г. вопрос о зачете времени содержания под стражей в срок отбывания наказания подлежит разрешению в порядке главы 47 УПК РФ.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора, по делу не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, п.п. 2, 3 ст. 389.15 и ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Буденновского городского суда Ставропольского края от 01 сентября 2017 г. в отношении Тимошенко Владимира Викторовича изменить:

исключить из описательно-мотивировочной части из числа доказательств виновности осужденного:

- показания свидетелей И. и Х. в той части, в которой указанные свидетели излагают содержание пояснений Тимошенко В.В. при написании явки с повинной и даче объяснений об обстоятельствах совершения преступлений;

- показания свидетелей И.К. и Л. в судебном заседании и на предварительном следствии в той части, в которой указанные свидетели излагают показания Тимошенко В.В. в ходе проверки показаний на месте;

- рапорт следователя Сухачева С.О. об обнаружении признаков преступления;

зачесть в срок отбывания наказания осужденного время его нахождения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, в периоды с 21 января 2015 г. по 30 апреля 2015 г, с 18 августа 2015 г. по 11 сентября 2015 г, с 06 июля 2016 г. по 02 августа 2016 г.

В остальном приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного и адвокатов - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

 

Председательствующий

 

Судьи

Мотивированное решение с учетом ч. 2 ст. 128 УПК РФ вынесено 26 февраля 2018 г.

 

Председательствующий

 

Судьи

 

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.