Апелляционное определение СК по административным делам Московского городского суда от 16 ноября 2018 г. по делу N 33а-8411/2018

 

Судебная коллегия по административным делам Московского городского суда в составе

председательствующего В.В. Ставича,

судей А.Н. Пономарёва, А.В. Тиханской,

при секретаре Ю.Е. Щербаковой,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи А.Н. Пономарёва административное дело по апелляционной жалобе представителя В.М. Шмидта - С.Б. Анчугова и апелляционной жалобе ФКУ ОИК-40 ГУФСИН России по Красноярскому краю на решение Чертановского районного суда города Москвы от 24 июля 2017 года по административному иску В.М. Шмидта к начальнику ФКЛПУ КБТ-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю О.Ю. Стыка, начальнику ЛИУ-37 ФКУ ОИК-40 ГУФСИН России по Красноярскому краю К.А. Вернеру, ГУФСИН России по Красноярскому краю, Красноярскому прокурору по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях об оспаривании отказа в предоставлении рабочих встреч с осуждённым К.Г. Борисовым с использованием средств связи, наедине, восстановлении нарушенного права,

заслушав доклад судьи А.Н. Пономарёва, объяснения В.М. Шмидта, представителей начальника ЛИУ-37 ФКУ ОИК-40 ГУФСИН России по Красноярскому краю И.В. Орехова, В.Н. Диденко, представляющую также интересы ГУФСИН России по Красноярскому краю,

установила:

В.М. Шмидт обратился в суд с указанным выше административным иском к начальнику ФКЛПУ КБТ-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю О.Ю. Стыка, начальнику ГУФСИН России по Красноярскому краю К.А. Вернеру, ГУФСИН России по Красноярскому краю, Красноярскому прокурору по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, полагая нарушенным своё право на рабочие встречи с осуждённым К.Г. Борисовым на основании представленного им документа - протокольного постановления Наро-Фоминского городского суда Московской области от 26 апреля 2016 года, в соответствии с которым он наряду с адвокатом допускался к защите К.Г. Борисова в суде при рассмотрении уголовного дела.

Кроме того, по мнению административного истца, Красноярский прокурор по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях не принял мер к восстановлению его прав.

Решением Чертановского районного суда города Москвы от 24 июля 2017 года постановлено: признать незаконным отказ начальника ЛИУ-37 ФКУ ОИК-40 ГУФСИН России по Красноярскому краю Вернера К.А. на проведение наряду с адвокатом рабочих встреч (свиданий) защитника Шмидт В.М. с осужденным Борисовым К.Г. с использованием средств связи; в остальной части требований отказать.

В апелляционной жалобе представителя В.М. Шмидта - С.Б. Анчугова, по доверенности от 8 февраля 2017 года, ставится вопрос об отмене решения.

В апелляционной жалобе ФКУ ОИК-40 ГУФСИН России по Красноярскому краю ставится вопрос об отмене решения в части удовлетворения административного иска.

В соответствии с апелляционным определением судебной коллегии по административным делам Московского городского суда от 30 октября 2017 года решение Чертановского районного суда города Москвы от 24 июля 2017 года в части удовлетворения административных исковых требований о признании незаконным отказа начальником ФКУ ОИК-40 ГУФСИН России по Красноярскому краю В.М. Шмидту в проведении рабочих встреч (свиданий) с осужденным К.Г. Борисовым с использованием средств связи отменено и в этой части постановлено новое решение об отказе в удовлетворении административного иска. В остальной части решение Чертановского районного суда города Москвы от 24 июля 2017 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба представителя В.М. Шмидта - без удовлетворения.

Кассационным определением Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда РФ от 29 августа 2018 года апелляционное определение судебной коллегии по административным делам Московского городского суда от 30 октября 2017 года отменено. Дело направлено в суд апелляционной инстанции на новое рассмотрение в ином составе судей. При новом рассмотрении дела надлежит исследовать вопрос о том, исчерпаны ли К.Г. Борисовым на момент обращения В.М. Шмидта к должностным лицам учреждений службы исполнения наказаний с заявлениями о предоставлении свиданий в целях работы над материалами уголовного дела все предусмотренные действующим уголовно-процессуальным законодательством способы обжалования приговора суда от 17 мая 2016 года, обусловлены ли данные заявления оказанием защитником юридической помощи осуждённому в судебном разбирательстве его уголовного дела на соответствующих стадиях производства, о чём утверждал административный истец, не допущено ли с его стороны злоупотребления правом.

В заседании судебной коллегии В.М. Шмидт, представляющий также интересы К.Г. Борисова на основании доверенности от 9 октября 2015 года, доводы апелляционной жалобы поддержал, представив дополнительные доказательства во исполнение кассационного определения Верховного Суда РФ.

Представители начальника ЛИУ-37 ФКУ ОИК-40 ГУФСИН России по Красноярскому краю И.В. Орехов, по доверенности от 17 апреля 2018 года, В.Н. Диденко, по доверенности от 13 ноября 2018 года, представляющая ГУФСИН России по Красноярскому краю на основании доверенности от 24 апреля 2018 года, просили решение суда оставить без изменения с учётом письменных возражений ГУФСИН России по Красноярскому краю и дополнительно представленных доказательств.

Судебная коллегия на основании статьи 150, статьи 152 КАС РФ сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие К.Г. Борисова, начальника ФКЛПУ КБТ-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю, начальника ЛИУ-37 ФКУ ОИК - 40 ГУФСИН России по Красноярскому краю, ГУФСИН России по Красноярскому краю, Красноярского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, извещённых о времени и месте судебного заседания.

Заслушав доклад, выслушав В.М. Шмидта, представителей начальника ЛИУ-37 ФКУ ОИК-40 ГУФСИН России по Красноярскому краю И.В. Орехова и В.Н. Диденко, представителя ГУФСИН России по Красноярскому краю В.Н. Диденко, исследовав приобщённые в соответствии с протокольным определением судебной коллегии в порядке части 2 статьи 308 КАС РФ дополнительно представленные стороной документы, проверив материалы дела в соответствии с частью 1 статьи 308 КАС РФ в полном объёме, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии предусмотренных частью 2 статьи 310 КАС РФ оснований для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке в части отказа в удовлетворении заявленных требований. В остальной части решение суда в соответствии с пунктами 1, 4 части 2 статьи 310 КАС РФ подлежит отмене, как постановленное без учета всех обстоятельств, имеющих значение, и с нарушением норм материального и процессуального права.

Конституция Российской Федерации признает и гарантирует каждому право на судебную защиту его прав и свобод как основное неотчуждаемое право человека (статья 17, части 1 и 2; статья 46, часть 1; статья 47, часть 1).

Именно конституционный принцип равенства - в силу своего универсального характера - оказывает, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, регулирующее воздействие на все сферы общественных отношений и выступает конституционным критерием оценки законодательного регулирования не только прав и свобод, закреплённых непосредственно в Конституции Российской Федерации, но и прав, приобретаемых на основании закона.

В соответствии с этим в целях реализации прав лиц, участвующих в деле, а также возможности исполнения ими своих процессуальных обязанностей, закреплённых в статье 45 КАС РФ, суд в силу пункта 7 статьи 6, статьи 14 КАС РФ, проявляя активную роль, обеспечивает состязательность и равноправие сторон, не только проверяет, чтобы последние были извещены о месте и времени судебного заседания по правилам главы 9 КАС РФ, но и применительно к части 9, части 11 статьи 226, части 3 статьи 62 КАС РФ распределяет бремя доказывания между сторонами и устанавливает имеющие значение для дела обстоятельства согласно нормам права, регулирующим спорные правоотношения.

Суд, удовлетворяя административный иск и признавая незаконным отказ на проведение свиданий В.М. Шмидта с осуждённым К.Г. Борисовым с использованием средств связи, нарушил приведённые законоположения, поскольку не применил их целесообразно части 1 статьи 218, части 2 статьи 227 КАС РФ, согласно которым необходимым условием для удовлетворения административного иска, рассматриваемого в порядке главы 22 КАС РФ, является наличие обстоятельств, свидетельствующих о несоответствии обжалуемого решения, действий (бездействия) административного ответчика требованиям действующего законодательства и нарушение прав административного истца в результате принятия такого решения, совершения действий (бездействия). При этом на административного истца процессуальным законом возложена обязанность по доказыванию обстоятельств, свидетельствующих о нарушении его прав, а также соблюдению срока обращения в суд за защитой нарушенного права. Административный ответчик обязан доказать, что принятое им решение, действия (бездействие) соответствуют закону.

Такие условия для удовлетворения административного иска в этой части по данному делу в решении не установлены.

В остальной части правовых оснований для отмены судебного акта при рассмотрении дела судом второй инстанции не выявлено.

Согласно части 1 статьи 308 КАС РФ суд апелляционной инстанции рассматривает административное дело в полном объёме и не связан основаниями и доводами, изложенными в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Никем из лиц, участвующих в деле, не оспариваются обстоятельства, установленные судом первой инстанции на основании имеющихся в деле доказательств, в соответствии с которыми при рассмотрении уголовного дела Наро-Фоминским городским судом Московской области по ходатайству подсудимого К.Г. Борисова на основании статьи 49 Уголовно-процессуального кодекса РФ вынесено постановление от 26 апреля 2016 года о допуске В.М. Гладкова в качестве защитника К.Г. Борисова наряду с адвокатом.

При этом в протокольном определении суда не указаны полное имя и отчество Гладкова, дата его рождения, паспортные данные. Имеется отметка о том, что В.М. Гладков за 4 дня до того, как он был допущен в качестве защитника по указанному уголовному делу, имел непогашенную судимость (л.д. 267-268).

По приговору Наро-Фоминского городского суда Московской области от 17 мая 2016 года, вступившему в законную силу 20 сентября 2016 года, К.Г. Борисов отбывает наказание в виде лишения свободы. Конец срока отбывания наказания - 24 ноября 2018 года.

В период с февраля по июнь 2017 года В.М. Шмидт, как защитник, допущенный наряду с адвокатом, неоднократно обращался к начальнику ЛИУ-37 ФКУ ОИК-40 ГУФСИН России по Красноярскому краю и начальнику ФКЛПУ КТБ-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю с заявлениями о разрешении рабочих встреч (свиданий) с осужденным К.Г. Борисовым для составления и подачи кассационной жалобы на судебные постановления по уголовному делу с использованием средств связи (мобильного телефона), фотоаппарата, видеокамеры и диктофона, а также наедине (конфиденциально), приложив к данным заявлениям копии: выписки из протокола судебного заседания от 26 апреля 2016 года; доверенности от 9 октября 2015 года; свидетельства о заключении брака между Гладковым В.М. и Шмидт, присвоении Гладкову В.М. фамилии *** - Шмидт.

Также В.М. Шмидт указывал в своих заявлениях, что он с 9 октября 2015 года является представителем К.Г. Борисова по доверенности. Постановлением Московского областного суда от 20 сентября 2016 года постановлено считать, что В.М. Гладков имеет фамилию Шмидт В.М, однако, указанное постановление Московского областного суда к заявлениям не было приложено и в деле отсутствует (л.д. 19, 20, 21, 22, 25, 26, 27, 29, 30, 31, 32, 33,34, 35, 36).

В материалах дела также имеются заявления К.Г. Борисова от 15 февраля 2017 года, от 7 марта 2017 года, от 21 марта 2017 года на имя начальника ЛИУ-37 ФКУ ОИК-40 ГУФСИН России по Красноярскому краю о разрешении на основании части 4 статьи 89 Уголовно-исполнительного кодекса РФ рабочей встречи (свидания) с защитником В.М. Шмидтом наедине (конфиденциально).

Врио начальника ФКУ ОИК-40 ГУФСИН России по Красноярскому краю письмами от 6 апреля 2017 года, от 24 мая 2017 года (N 38 и N 39) известил административного истца о рассмотрении его заявлений, разъяснил право осуждённого на свидания с адвокатом наедине, а также с использованием технических средств, и сообщил, что документов, подтверждающих, что В.М. Шмидт является адвокатом осуждённого К.Г. Борисова, не представлено.

Письмом от 21 марта 2017 года N 60ж-2017 заместитель Красноярского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях сообщил В.М. Шмидту о рассмотрении его жалобы на действия сотрудников администрации ЛИУ-37 ФКУ ОИК-40 ГУФСИН России по Красноярскому краю, выразившиеся в отказе предоставления свидания с осужденным К.Г. Борисовым наедине, и об отсутствии оснований для удовлетворения данного обращения и принятия мер прокурорского реагирования в связи с тем, что заявителем не подтверждён статус адвоката.

Красноярский прокурор по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях сообщением от 24 апреля 2017 года N 60ж-2017 известил В.М. Шмидта о рассмотрении его жалоб от 1 и 20 апреля 2017 года на указанное выше письмо прокуратуры и правильности вывода в нём об отсутствии оснований для принятия мер прокурорского реагирования, разъяснил заявителю положения уголовно-исполнительного законодательства, а также Федерального закона от 31 мая 2002 года N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации".

Разрешая спор и признавая нарушенными права В.М. Шмидта на использование средств связи и отказывая в удовлетворении заявленных требований в остальной части, суд пришёл к выводу, что право В.М. Шмидта на пользование мобильным телефоном, оснащённым функциями диктофона, видео-, фотокамеры, не основано на законе. Вместе с тем суд признал, что свидания В.М. Шмидту с К.Г. Борисовым были предоставлены в общем порядке, ограничение на предоставление таких свиданий не допускалось. Так как В.М. Шмидт не представил документов, предоставляющих ему право на свидания с осужденным наедине в порядке части 4 статьи 89 Уголовно-исполнительного кодекса РФ, обжалуемые решения действия (бездействие) административных ответчиков основаны на законе.

Судебная коллегия находит выводы суда первой инстанции в части соблюдения прав В.М. Шмидта правильными, мотивированными, подтверждёнными имеющимися в деле доказательствами, получившими оценку по правилам статьи 84 КАС РФ. В то же время судебная коллегия не соглашается с доводами апелляционной жалобы, направленными на отмену обжалуемого постановления в этой части. В остальном решение суда подлежит отмене в силу следующего.

Законодательство Российской Федерации, закрепляя право на свидание с защитником, гарантирует его, в частности, лицам, имеющим статус обвиняемого, допуская, что число свиданий и их продолжительность не могут быть ограничены (пункт 9 части 4 статьи 47 УПК РФ).

При этом под "защитником" понимается лицо, осуществляющее в установленном настоящим Кодексом порядке защиту прав и интересов подозреваемых и обвиняемых и оказывающее им юридическую помощь при производстве по уголовному делу.

В качестве защитников участвуют адвокаты. По определению или постановлению суда в качестве защитника могут быть допущены наряду с адвокатом один из близких родственников обвиняемого или иное лицо, о допуске которого ходатайствует обвиняемый (часть 1, часть 2 статьи 49 КАС РФ).

Согласно статье 18 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" подозреваемым и обвиняемым предоставляются свидания с защитником с момента фактического задержания. Свидания предоставляются наедине и конфиденциально без ограничения их числа и продолжительности, за исключением случаев, предусмотренных уголовно - процессуальным кодексом Российской Федерации. Свидания предоставляются защитнику по предъявлении удостоверения адвоката и ордера. Истребование у адвоката иных документов запрещается. Если в качестве защитника участвует иное лицо, то свидание с ним предоставляется по предъявлении соответствующего определения или постановления суда, а также документа, удостоверяющего его личность.

В Постановлении Конституционного Суда РФ от 28.01.1997 N 2-П "По делу о проверке конституционности части четвертой статьи 47 Уголовно - процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами граждан Б.В. Антипова, Р.Л. Гитиса и С.В. Абрамова" отмечено, что по своему содержанию право на самостоятельный выбор адвоката (защитника) не означает право выбирать в качестве защитника любое лицо по усмотрению подозреваемого или обвиняемого и не предполагает возможность участия в уголовном процессе любого лица в качестве защитника. Закреплённое в статье 48 (часть 2) Конституции Российской Федерации право пользоваться помощью адвоката (защитника) является одним из проявлений более общего права, гарантированного статьёй 48 (часть 1) Конституции Российской Федерации каждому человеку, - права на получение квалифицированной юридической помощи. Поэтому положения части 2 статьи 48 Конституции Российской Федерации не могут быть истолкованы в отрыве и без учёта положений части 1 этой же статьи.

Таким образом, функцию защиты в уголовном процессе могут выполнять не только адвокаты, но и иные лица на основании соответствующего постановления суда, однако, действие их допуска ограничено определённой целью, а также функциональными, пространственными и временными рамками и, в частности, не распространяется на стадию дознания и предварительного следствия.

Кроме того, такие лица действуют наряду с адвокатом, что означает наличие у них, как самостоятельных субъектов уголовно-процессуальных отношений, равного с адвокатами права на осуществление функции защиты подсудимых при представлении их интересов в суде по уголовному делу, по которому они были допущены в качестве защитников, но не приравнивание их правового положения к статусу адвоката, потому что последний может быть получен исключительно в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 31 мая 2002 города N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации".

Нормы пункта 5 статьи 9 названного Федерального закона только адвокату предоставляет право осуществлять адвокатскую деятельность на всей территории Российской Федерации без какого-либо дополнительного разрешения.

Изменение статуса подсудимого на статус лица, отбывающего наказание в виде лишения свободы, влечёт за собой и иное правовое регулирование порядка оказания юридической помощи, включая осуществление защиты.по уголовному делу.

В соответствии с частью 4 статьи 89 Уголовно-исполнительного кодекса РФ для получения юридической помощи осуждённым предоставляются свидания с адвокатами или иными лицами, имеющими право на оказание юридической помощи, без ограничения их числа продолжительностью до четырёх часов. По заявлению осуждённого свидания с адвокатом предоставляются наедине, вне пределов слышимости третьих лиц и без применения технических средств прослушивания.

Цели оказания юридической помощи применительно к данной норме уголовно-исполнительного законодательства шире цели защиты в уголовном процессе, потому что юридическая помощь осуждённым может оказываться не только по уголовным делам, но также, среди прочего, по гражданским, административным делам.

Помимо этого, нормы уголовно-исполнительного законодательства предусматривают определённые ограничения, обусловленные режимом содержания под стражей, обеспечивающие безопасность места содержания под стражей, соблюдение прав обвиняемых, осуждённых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, включая предотвращение преступлений, передачи сведений, могущих помешать установлению истины по уголовному делу или способствовать совершению преступления, недопущение угроз свидетелю, другим участникам уголовного судопроизводства, уничтожения доказательств, воспрепятствования иным путём производству по уголовному делу (часть первая статьи 15 и статья 32 Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", часть первая статьи 97 и статья 108 УПК Российской Федерации), а потому такое регулирование преследует, как указал Конституционный Суд Российской Федерации, конституционно значимые цели. При этом само по себе использование или неиспользование адвокатом технических средств не образует содержания его деятельности, в том числе в качестве защитника в уголовном процессе, не является содержательной частью и права задержанного, заключенного под стражу, обвиняемого в совершении преступления пользоваться помощью адвоката и, следовательно, не может рассматриваться в качестве оказания или неоказания юридической помощи, оценки её как квалифицированной или неквалифицированной.

Соответственно, установленные законом запрет проносить на территорию места содержания под стражей технические средства связи, а также технические средства (устройства), позволяющие осуществлять киносъемку, аудио- и видеозапись, и право проносить копировально-множительную технику и фотоаппаратуру только для снятия копий с материалов уголовного дела, компьютеры и пользоваться ими лишь в отсутствие подозреваемого, обвиняемого в отдельном помещении не могут расцениваться как ограничивающие права, гарантируемые статьями 46, 48 и 123 Конституции Российской Федерации. (Определение Конституционного Суда РФ от 25.01.2012 N 231-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан Анищенко Евгения Александровича, Плотникова Игоря Валентиновича, Сидорова Сергея Викторовича и Хырхырьяна Максима Арсеновича на нарушение их конституционных прав частью первой статьи 18 Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений").

Соответственно, нормы уголовно-исполнительного законодательства, не ограничивая гарантированное нормами уголовно-процессуального закона права лица, допущенного к защите на основании постановления судьи по уголовному делу, вместе с тем, не предусматривают под видом оказания такой помощи предоставление такому лицу иной юридической помощи и не освобождают администрацию места содержания под стражей соблюдать требования безопасности при решении вопросов, по поводу которых возник спор.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, лицо, участвующее в качестве защитника в уголовном судопроизводстве и наделённое уголовно-процессуальным законом правами, необходимыми для защиты интересов представляемого им лица, в этом качестве преследует интересы доверителя, а не свои личные интересы (определения от 20 октября 2011 года N 1474-О-О, от 23 апреля 2013 года N 556-О, от 21 ноября 2013 года N 1899-О и др.), т.е. обеспечивает реализацию предусмотренного законом права защищаемого лица на обращение в суд кассационной инстанции, которое, как правило, обусловлено волеизъявлением самого этого лица.

В Определении Конституционного Суда РФ от 25 января 2018 города N 236-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан Карташовой Татьяны Борисовны, Корнеева Юрия Борисовича и Курносова Александра Сергеевича на нарушение их конституционных прав положениями части второй статьи 49 и части первой статьи 401.2 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" разъяснено, что одним из способов защиты от предъявленного обвинения, который прямо закреплён частью второй статьи 49 УПК Российской Федерации, является приглашение для участия в судебном заседании по ходатайству обвиняемого в качестве защитника наряду с адвокатом одного из его близких родственников или иного лица, которое допускается к такому участию по определению или постановлению суда; при производстве у мирового судьи указанное лицо допускается и вместо адвоката.

С момента вступления в уголовное дело защитник вправе участвовать в судебном разбирательстве уголовного дела в судах первой, второй, кассационной и надзорной инстанций; приносить жалобы на действия (бездействие) и решения суда (пункты 9 и 10 части первой статьи 53 УПК Российской Федерации).

При этом по смыслу статей 49, 51, 52 и 72 УПК Российской Федерации и в силу правовых позиций, изложенных в решениях Конституционного Суда Российской Федерации, лицо, допущенное к участию в уголовном деле в качестве защитника, сохраняет свои уголовно-процессуальные права и обязанности на всех стадиях производства по делу, в том числе до тех пор, пока судом не будет принят отказ обвиняемого от данного защитника или суд не примет решение о его отводе (определения от 24 июня 2008 года N 453-О-О, от 28 мая 2009 года N 803-О-О, от 13 октября 2009 года N 1107-О-О, от 25 сентября 2014 года N 1916-О и от 26 апреля 2016 года N 708-О).

Согласно же части первой статьи 401.2 УПК Российской Федерации вступившее в законную силу судебное решение может быть обжаловано в суд кассационной инстанции не только осужденным, оправданным, но и их защитниками.

В соответствии с пунктом 8 статьи 12 Уголовно - исполнительного кодекса РФ от 08.01.1997 N 1-ФЗ для получения юридической помощи осуждённые могут пользоваться услугами адвокатов, а также иных лиц, имеющих право на оказание такой помощи.

Данное положение распространяется и на осуждённых к лишению свободы, привлекаемых к участию в следственных действиях или судебном разбирательстве (статья 77.1 Уголовно - исполнительного кодекса РФ).

В Определении Конституционного Суда РФ от 29 сентября 2016 города N 2258-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Рыжова Евгения Валерьевича на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 125, частью первой статьи 389.1 и частью первой статьи 401.2 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" обращено внимание на необходимость установления воли лица, в отношении которого было возбуждено уголовное дело, на составление процессуальных документов.

В частности, отмечено, что положения статьи 125 УПК Российской Федерации не исключают возможность отказа суда в принятии жалобы к рассмотрению на основании того, что у суда имеются неустранимые сомнения в том, что подозреваемый или обвиняемый, чьё местонахождение неизвестно, действительно поручал адвокату представление его интересов, если эти сомнения не связаны исключительно с самим фактом нахождения подозреваемого или обвиняемого в розыске.

Часть первая статьи 389.1 и часть первая статьи 401.2 УПК Российской Федерации, устанавливая круг лиц, уполномоченных на подачу апелляционных и кассационных жалоб, прямо гарантируют право обжалования судебного решения всем лицам, чьи права и законные интересы затрагивает обжалуемое решение. При этом апелляционная жалоба должна содержать подпись лица, её подавшего (пункт 6 части первой статьи 389.6 данного Кодекса); кассационная жалоба должна быть подписана подавшим её лицом; к жалобе, поданной защитником, прилагается ордер или другой удостоверяющий его полномочия документ (часть четвертая статьи 401.4 данного Кодекса).

Данные требования направлены на обеспечение конституционных прав участников уголовного судопроизводства, отвечают интересам правосудия в принятии законных и обоснованных решений.

Таким образом, обстоятельствами, имеющими значение по данному делу, являются представление административным истцом доказательств того, что он был допущен к защите в установленном законом порядке по конкретному уголовному делу, его встреча с осуждённым К.Г. Борисовым соответствовала воле последнего и имела целью получение последним квалифицированной юридической помощи, оказываемой в установленном Уголовно-процессуальном кодексе РФ порядке, то есть с целью составления кассационной жалобы по уголовному делу, по которому В.М. Шмидт был допущен в качестве защитника, и, кроме того, при обращении с заявлением о предоставлении встречи административный истец представил необходимые документы, не вызывающие у администрации исправительного учреждения сомнений в том, что именно В.М. Шмидт, а не иное лицо, в установленном законом порядке был допущен к защите К.Г. Борисова в порядке, предусмотренном уголовно-процессуальным законодательством.

Из материалов дела усматривается, что В.М. Шмидт, не являясь адвокатом, требовал предоставления свидания с осуждённым К.Г. Борисовым наедине, с использованием технических средств, включая мобильный телефон, вне пределов слышимости третьих лиц и без применения технических средств прослушивания, то есть тех прав, которые согласно буквальному толкованию части 4 статьи 89 Уголовно - исполнительного кодекса РФ предоставлены исключительно адвокату.

При этом гражданином В.М. Шмидтом для получения разрешения на рабочую встречу с осуждённым К.Г. Борисовым было представлено упомянутое выше судебное постановление, вынесенное в отношении В.М. Гладкова, в котором имя и отчество Гладкова, иные данные, позволяющие его идентифицировать с В.М. Шмидтом, не указаны.

Постановление Московского областного суда от 20 сентября 2016 года, в котором, якобы "постановлено считать, что В.М. Гладков имеет фамилию Шмидт В.М.", на что ссылался В.М. Шмидт в своих обращениях к руководству исправительных учреждений, также не было представлено В.М. Шмидтом и, как уже было отмечено выше, в материалах дела отсутствует.

Данных о том, что К.Г. Борисов просил административного истца оказать ему юридическую помощь исключительно в написании кассационной жалобы по уголовному делу, в деле не имеется.

В то же время положения части 4 статьи 89 Уголовно-исполнительного кодекса РФ допускают оказание К.Г. Борисову иной юридической помощи, не связанной с уголовным процессом, что в действительности и происходило. Как это видно из дополнительно представленных В.М. Шмидтом документов.

Дополнительно представленные сторонами доказательства, свидетельствуют о том, что В.М. Шмидт добивался встреч с К.Г. Борисовым не для написания кассационной жалобы по уголовному делу, по которому К.Г. Борисов осуждён к лишению свободы, а с целью оказания иной юридической помощи - представления интересов К.Г. Борисова по вопросам, связанным с административными правоотношениями, либо по вопросу возбуждения уголовного дела о защите чести и достоинства.

Об этом же свидетельствует и тот факт, что сам В.М. Шмидт в своих заявлениях о предоставлении рабочих встреч ссылался на то, что с 2015 года оказывает К.Г. Борисову иного рода помощь, не связанную с уголовным делом, по которому К.Г. Борисов был осуждён.

Данных о том, что К.Г. Борисов поручал подготовить кассационную жалобу на приговор Наро-Фоминского городского суда Московской области от 26 апреля 2016 года и апелляционное определение Московского областного суда от 20 сентября 2016 года, административным истцом не представлено и в деле не имеется.

Напротив, дополнительно представленные ЛИУ-37 ФКУ ОИК-40 ГУФСИН России по Красноярскому краю документы подтверждают, что в кассационном порядке К.Г. Борисов приговор суда не обжаловал.

В.М. Шмидт в уголовном судопроизводстве представляет интересы К.Г. Борисова, и в этом качестве не вправе преследовать свои личные интересы, потому что не имел их в рамках рассмотренного судом уголовного дела.

Требование предоставить конфиденциальные свидания наедине с осужденным с целью оказания юридической помощи, не связанной с составлением кассационной жалобы, является злоупотреблением правом.

Кроме того, в деле отсутствуют и доказательства, подтверждающие, что К.Г. Борисов применительно к статье 77.1 Уголовно - исполнительного кодекса РФ привлекался к участию в следственных действиях или судебном разбирательстве на период рабочей встречи, о которой просил В.М. Шмидт.

Таким образом, действия (бездействие) должностных лиц, по поводу которых возник спор, основаны на действующем законодательстве, вследствие чего доводы апелляционной жалобы представителя В.М. Шмидта о нарушении прав последнего, как лица, допущенного к защите наряду с адвокатом, не могут быть приняты во внимание.

Дополнительно судебная коллегия принимает во внимание, что должностные лица, принимавшие решение о возможности организации встреч с осуждённым К.Г. Борисовым в заявленном В.М. Шмидте формате, действовали в соответствии с нормативными актами, которые они обязаны исполнять.

В соответствии с положениями Приказа Министерства юстиции РФ от 16 декабря 2016 города N 295 "Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений" основанием для приёма в ИУ является вступивший в законную силу обвинительный приговор либо изменяющее его определение или постановление суда, вынесенное в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Наличие указанных документов в личных делах осуждённых проверяется уполномоченным на то сотрудником отдела специального учёта ИУ непосредственно в день их прибытия (пункт 4).

Пунктом 13 Правил определено, что осуждённые, в частности, имеют право пользоваться услугами адвокатов, иных лиц, имеющих право на оказание юридической помощи;

Порядок предоставления осуждённым свиданий урегулирован разделом XIV названных Правил.

Осуждённым предоставляются краткосрочные свидания продолжительностью четыре часа и длительные свидания продолжительностью трое суток на территории ИУ (пункт 69 Правил).

Краткосрочные свидания предоставляются с родственниками или иными лицами в присутствии администрации ИУ. Длительные свидания предоставляются с правом совместного проживания с супругом (супругой), родителями, детьми, усыновителями, усыновлёнными, родными братьями и сёстрами, дедушками, бабушками, внуками, а с разрешения начальника ИУ - с иными лицами.

Количество лиц, допускаемых на длительное свидание, определяется с учётом вместимости комнат длительных свиданий и графика предоставления свиданий (пункт 70 Правил).

Разрешение на свидание даётся начальником ИУ, лицом, его замещающим либо назначенным приказом начальника ИУ ответственным по ИУ, в выходные и праздничные дни по заявлению (в том числе посредством электронной записи) осуждённого либо лица, прибывшего к нему на свидание.

Длительные свидания с супругом (супругой), родителями, детьми, усыновителями, усыновлёнными, родными братьями и сёстрами, дедушками, бабушками предоставляются по документам, подтверждающим их родство (свойство) с осуждёнными (пункт 71 Правил).

Лица, прибывшие на свидание с осуждёнными, после разъяснения им администрацией ИУ порядка проведения свидания сдают запрещённые к использованию в ИУ вещи, деньги и ценности на хранение до окончания свидания младшему инспектору по проведению свиданий под роспись в специальном журнале. После чего одежда и вещи граждан, прибывших на свидание, подлежат досмотру. В случае обнаружения запрещённых вещей администрация ИУ принимает меры в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации и настоящих Правил.

В случае отказа лица, прибывшего на длительное свидание, от досмотра длительное свидание не предоставляется, однако ему может быть предоставлено краткосрочное свидание (пункт 77, пункт 78 Правил).

Для получения юридической помощи осуждённым предоставляются свидания с адвокатами, иными лицами, имеющими право на оказание такой помощи, без ограничения их числа продолжительностью до четырёх часов. По заявлению осуждённого свидания с адвокатом предоставляются наедине, вне пределов слышимости третьих лиц и без применения технических средств прослушивания.

В случае передачи либо попытки передачи осуждённому или осуждённым лицам, прибывшим на свидание, или лицу, прибывшему на свидание, запрещённых к хранению и использованию предметов, веществ и продуктов питания свидание немедленно прекращается.

При нарушении прибывшими или осуждённым установленного Правилами порядка проведения свидания оно немедленно прекращается (пункт 79, пункт 80 Правил).

Правила обязательны для администрации ИУ, содержащихся в них осуждённых, а также иных лиц, посещающих ИУ. Нарушение Правил влечёт ответственность, установленную законодательством Российской Федерации (пункт 3 Правил).

Учитывая данные положения закона, применительно к установленным выше конкретным обстоятельствам, действия должностных лиц исправительных учреждений, несущих персональную ответственность за обеспечение правопорядка и законности в вверенном им Учреждении, безопасность осуждённых, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на его территории, в полной мере соответствовали вышеуказанным правовым нормам.

Осуществляя полномочия по допуску на территорию, уполномоченное лицо предотвращает возможность посещения специального объекта, функционирующего в режиме исправительного учреждения случайными лицами и, соответственно, несёт бремя ответственности за возможное наступление нежелательных последствий, связанных с нарушением нормальной деятельности учреждения.

Как видно из вышеприведённых правовых норм, адвокату, как лицу, соответствующему требованиям статей 9, 17 Федерального закона от 31.05.2002 N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" не требуется специальное разрешение на проведение рабочих встреч, поскольку приобретение статуса адвоката предполагает отсутствие у лица непогашенной или неснятой судимости за совершение умышленного преступления, исключает сомнения в установлении личности, а также в дееспособности, праве действовать на всей территории России, а также подтверждает соответствие иным критериям, приведённым в указанных статьях закона.

В.М. Шмидт адвокатом не является, сомнения в том, что он был намерен оказать юридическую помощь К.Г. Борисову в написании кассационной жалобы, явились неустранимыми и требовали обеспечения только тех прав, которые в действительности защищались В.М. Шмидтом. Такие права при предоставлении свиданий с К.Г. Борисовым без ограничений их числа В.М. Шмидту были обеспечены.

Соответственно, действия (бездействие) прокурора также направлены на соблюдение приведённых законоположений.

С учётом вышеизложенных обстоятельств, судебная коллегия пришла к выводу о правильном толковании судом норм материального права и правильном их применении при решении вопроса об отказе в удовлетворении административного иска и ошибочным - при решении вопроса о предоставлении В.М. Шмидту возможности пользоваться мобильным телефоном, производить аудио- и видеозаписи, фотографирование.

Напротив, В.М. Шмидт не доказал факт нарушения своих прав, свобод и законных интересов.

Руководствуясь статьёй 311, пунктами 1, 4 части 2 статьи 310 КАС РФ, судебная коллегия по административным делам Московского городского суда

определила:

решение Чертановского районного суда города Москвы от 24 июля 2017 года в части признания незаконным отказа начальника ЛИУ-37 ФКУ ОИК-40 ГУФСИН России по Красноярскому краю Вернера К.А. на проведение наряду с адвокатом рабочих встреч (свиданий) защитника Шмидт В.М. с осужденным Борисовым К.Г. с использованием средств связи отменить и постановить в этой части новое решение, которым в удовлетворении административного иска В.М. Шмидта к начальнику ФКЛПУ КБТ-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю О.Ю. Стыка, ЛИУ-37 ФКУ ОИК-40 ГУФСИН России по Красноярскому краю К.А. Вернеру, ГУФСИН России по Красноярскому краю, Красноярскому прокурору по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях отказать; в остальной части указанное решение Чертановского районного суда города Москвы от 24 июля 2017 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя В.М. Шмидта - С.Б. Анчугова без удовлетворения.

 

Председательствующий

 

Судьи

 

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.