• ТЕКСТ ДОКУМЕНТА
  • АННОТАЦИЯ
  • ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Определение Московского городского суда от 26 ноября 2018 г. по делу N 4г-14668/2018

 

Судья Московского городского суда Ермилова В.В., рассмотрев кассационную жалобу истца Антоновой, поданную в суд кассационной инстанции 25 октября 2018 года, на решение Тимирязевского районного суда города Москвы от 16 мая 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 4 сентября 2018 года по гражданскому делу по иску Антоновой к Александрову, Шевляковой, Хомякову, Александровой о признании договора дарения недействительным,

УСТАНОВИЛ:

Антонова обратилась в суд с исковым заявлением к Александрову, Шевляковой, Александровой, ссылаясь на нарушение своих прав по вине ответчиков, уточнив исковые требования, просила признать недействительным договор дарения квартиры по адресу: адрес, заключенный между Шевляковым и Шевляковой 5 октября 2014 года; признать недействительным договор купли-продажи квартиры по адресу: г. Москва, ул. Ангарская, д.22, корп.1, кв.279, заключенный между Шевляковой и Хомяковым 8 декабря 2017 года.

Решением Тимирязевского районного суда города Москвы от 16 мая 2018 года постановлено:

- В удовлетворении исковых требований Антоновой к Александрову, Шевляковой, Хомякову, Александровой о признании договора дарения недействительным, - отказать;

- Отменить меры обеспечения иска в виде наложения ареста на квартиру, расположенную по адресу: адрес, с запретом производить действия по отчуждению квартиры и совершении регистрационных действий по отчуждению квартиры, принятые определением Тимирязевского районного суда г. Москвы от 09 января 2018 года по настоящему гражданскому делу.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 4 сентября 2018 года решение суда изменено, постановлено:

- Дополнить резолютивную часть решения указанием о том, что в удовлетворении исковых требований Антоновой к Александрову, Шевляковой, Хомякову, Александровой о признании договора купли-продажи квартиры недействительным отказать;

- В остальной части решение Тимирязевского районного суда г.Москвы от 16 мая 2018 года оставить без изменения, апелляционную жалобу с дополнениями истца Антоновой - без удовлетворения.

В кассационной жалобе Антонова выражает несогласие с решением суда и апелляционным определением судебной коллегии, считая их незаконными и необоснованными.

Изучив кассационную жалобу, исследовав представленные документы, судья приходит к следующим выводам.

В силу статьи 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Подобных нарушений в настоящем случае по доводам кассационной жалобы не усматривается.

Из представленных документов следует и судом установлено, что 31 октября 2013 года скончалась наследодатель ФИО, являвшаяся собственником квартиры по адресу: адрес.

За принятием наследства к ее имуществу в установленный законом срок обратился двоюродный дядя наследодателя Шевляков в порядке наследования по закону шестой очереди. 25 февраля 2014 года между Шевляковым (заказчик) и Антоновой, Александровой (исполнители) был заключен договор возмездного оказания услуг, по условиям которого Антонова и Александрова обязались оказать Шевлякову услуги по оформлению наследства, открывшегося после смерти ФИО, которое состояло из квартиры по адресу: адрес. 22 ноября 2013 года, то есть до заключения указанного выше договора возмездного оказания услуг от 25 февраля 2014 года, Шевляковым на имя Антоновой была выдана нотариально удостоверенная доверенность на право принять наследство и вести наследственное дело с правом получения свидетельства о праве на наследство к имуществу умершей 31 октября 2013 года ФИО 25 сентября 2014 года доверенность, выданная от имени Шевлякова на имя Антоновой 22 ноября 2013 года на право принять наследство и вести наследственное дело с правом получения свидетельства о праве на наследство к имуществу умершей 31 октября 2013 года ФИО, была Шевляковым отменена в соответствии с п.1 ст.188 ГК РФ, о чем им, Шевляковым, составлено нотариально удостоверенное распоряжение. В тот же день 25 сентября 2014 года Шевляковым в адрес Антоновой было направлено уведомление с предложением представить доказательства исполнения договора возмездного оказания услуг от 25 февраля 2014 года, которое было получено Антоновой. В ответ на уведомление, Антонова информационным письмом от 30 сентября 2014 года предложила Шевлякову прибыть 5 октября 2014 года в 14.00 часов в помещение нотариальной конторы нотариуса Резникова для подписания акта приема-передачи документов, подтверждающего выполнение с ее стороны условий договора возмездного оказания услуг от 25 февраля 2014 года; однако, доказательств направления в адрес Шевлякова информационного письма от 30 сентября 2014 года Антоновой суду представлено не было; при этом акт приема-приема

передачи выполненных работ по договору от 25 февраля 2014 года между Шевляковым и Антоновой подписан не был, доказательств обратного истцом суду не представлено. После получения свидетельства о праве на наследство по закону от 11 июля 2014 года в отношении спорной квартиры по адресу: адрес, - и государственной регистрации права собственности, Шевляков произвел отчуждение спорной квартиры в пользу Шевляковой по договору дарения от 5 октября 2014 года.

Решением Тимирязевского районного суда г. Москвы от 12 февраля 2015 года по гражданскому делу N2-313/15 по иску Чекрыжова к Шевлякову, Шевляковой о признании сделок недействительными, восстановлении срока для принятия наследства, признании права собственности в порядке наследования по закону, в удовлетворении иска, в том числе и о признании договора дарения квартиры от 17 октября 2014 года недействительным, Чекрыжову было отказано; решение вступило в законную силу 18 июня 2015 года на основании апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда. Вступившим в законную силу решением Тимирязевского районного суда г. Москвы от 19 июля 2017 года по гражданскому делу N2-990/17 по иску Чекрыжова к Шевляковой, Александрову о признании договора дарения недействительным, прекращении права собственности на квартиру, признании права собственности на квартиру, в удовлетворении иска, в том числе и о признании договора дарения квартиры от 17 октября 2014 года недействительным по основаниям ст.170 ГК РФ, Чекрыжову было отказано.

5 октября 2014 года между Шевляковым (даритель) и Шевляковой (одаряемая) был заключен договор дарения квартиры, в соответствии с которым даритель подарил одаряемой принадлежащую ему квартиру, находящуюся по адресу: адрес, - общей площадью 58 кв.м, кадастровый N * (п.1 договора дарения); указанная квартира принадлежит дарителю на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 11 июля 2014 года (п.2 договора); одаряемая указанную квартиру в дар от дарителя принимает (п.3); право собственности на указанную квартиру возникает у одаряемой с момента регистрации перехода права по настоящему договору в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве (п.5); даритель гарантирует, что до подписания настоящего договора указанная квартира никому другому не продана, не подарена, не заложена, в споре и под арестом (запрещением) не состоит (п.4); договор подписан сторонами, право собственности Шевляковой зарегистрировано в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве, номер регистрации *, дата регистрации 17 октября 2014 года.

29 ноября 2016 года даритель Шевляков умер; наследником по завещанию к имуществу умершего Шевлякова, принявшим наследство, является Александров А.П.

8 декабря 2017 года между Шевляковой (продавец) и Хомяковым (покупатель) был заключен договор купли-продажи спорной квартиры по адресу: адрес, - по условиям которого Хомяков купил у Шевляковой указанную выше квартиру за 8 200 000 рублей, денежные средства были переданы продавцу покупателем полностью до подписания договора (п.2.2 договора); право собственности Хомякова С.В. на квартиру зарегистрировано в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве 19 декабря 2017 года, запись регистрации N *.

Обратившись в суд с указанным исковым заявлением, Антонова С.Н. исходила из того, что 25 февраля 2014 года между ней, Шевляковым и Александровой был заключен договор возмездного оказания услуг, по условиям которого Антонова и Александрова (исполнители) обязались оказать Шевлякову (заказчик) услуги по оформлению наследства, открывшегося после смерти ФИО. Согласно разделу 3 указанного договора, Шевляков обязался в течение пяти рабочих дней после продажи квартиры по адресу: адрес, и получения денежных средств - оплатить услуги исполнителей в размере 4 700 000 рублей, по 2 370 000 рублей каждому; указанная сумма в размере 4 700 000 рублей составляла 30% стоимости квартиры, которая в момент наследования составляла 7 900 000 рублей; оставшейся суммой в размере 3 160 000 рублей Шевляков мог распоряжаться по своему усмотрению. Истец условия договора возмездного оказания услуг исполнила полностью, 11 июля 2014 года нотариусом г. Москвы Жуковым выдано свидетельство о праве на наследство по закону Шевлякову, 7 августа 2014 года за Шевляковым зарегистрировано право собственности на квартиру по адресу:

адрес. Информационным письмом от 30 сентября 2014 года Антонова уведомила Шевлякова об исполнении договора от 25 февраля 2014 года, в ответ на уведомление Шевляков расторг договор в одностороннем порядке и отозвал ранее выданную на ее имя доверенность. 5 октября 2014 года Шевляковым заключен договор дарения спорной квартиры с Шевляковой В.П, о чем истец в нарушение требований ст.173.1 ГК РФ уведомлена не была. 29 ноября 2016 года Шевляков умер; наследником по завещанию к имуществу умершего Шевлякова является ответчик Александров. 8 декабря 2017 года между Шевляковой и Хомяковым заключен договор купли-продажи спорной квартиры. Хомяков зарегистрирован по месту жительства в квартире по адресу: адрес, - собственником которой является ответчик Александров, внук ответчика Шевляковой и сын ответчика Александровой, и является сожителем Александровой. Ответчик Хомяков, будучи осведомленным обо всех процессах, связанных со спорной квартирой, не проявил обычной степени осмотрительности, которая от него требовалась и заключил с Шевляковой (матерью Александровой) договор купли-продажи квартиры, следовательно, является недобросовестным приобретателем. По мнению истца, Хомяков своими действиями способствовал ответчикам в осуществлении их умысла на вывод квартиры и затруднение ее возврата правопреемнику Шевлякова ответчику Александрову, чтобы последний мог уйти от исполнения обязательств Шевлякова по договору возмездного оказания услуг. Ссылаясь на положения ст.ст. 168, 169, 173.1 ГК РФ, а также ст.10 ГК РФ, истец указала на преднамеренность совершенных ответчиками сделок по дарению и купле-продаже спорной квартиры, совершенных со злым умыслом и направленных на сокрытие и вывод из наследственной массы приобретенной Шевляковым по наследству квартиры.

Рассматривая данное дело, суд первой инстанции на основании ст.ст. 1,9,153,166,167,169,181,199,209,421,422,572,549,551,574 ГК РФ, ст. 61 ГПК РФ, оценки собранных по делу доказательств в их совокупности, пришел к выводу о том, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется, поскольку доказательств, которые бы свидетельствовали о наличии предусмотренных ст.169 ГК РФ оснований для признания сделок дарения и купли-продажи квартиры недействительными в силу того, что Шевляков, а впоследствии и Шевлякова имели намерения заключить оспариваемые договоры с целью уклонения от исполнения обязательств, установленных договором возмездного оказания услуг от 25 февраля 2014 года, стороной истца не представлено; не имеется правовых оснований считать каждый из заключенных договоров - договор дарения и договор купли-продажи квартиры, - сделкой, нарушающей требования правовых норм, обеспечивающих основы правопорядка, то есть направленных на охрану и защиту основ конституционного строя, прав и свобод человека и гражданина, обороноспособности, безопасности и экономической системы государства, а также нарушающих нравственные нормы, поскольку договоры сторонами заключены в надлежащей письменной форме, содержат все существенные условия, не противоречащие действующему законодательству, договоры подписаны лично участниками сделки, намерения сторон выражены достаточно ясно; между сторонами сделок согласованы все существенные условия каждого из договоров, и волеизъявление сторон было направлено именно на осуществление передачи указанного в договоре недвижимого имущества, перехода права собственности данного имущества; действия сторон, совершенные при заключении сделки, свидетельствуют об их намерении совершить именно сделку по дарению и купли-продаже спорного имущества, и не подтверждают иных намерений.

Также суд первой инстанции указал, что суду на рассмотрение сторонами было представлено два варианта договора возмездного оказания услуг от 25 февраля 2014 года, подписанных Шевляковым, Антоновой и Александровой. Из представленного истцом экземпляра договора возмездного оказания услуг от 25 февраля 2014 года, а именно, п.п.1 и 2 раздела III "Цена договора" усматривается: в течение пяти рабочих дней с момента получения "Заказчиком" денежных средств от продажи наследуемой квартиры (адрес- разд. II Предмет договора) "Заказчик" обязуется оплатить услуги "Исполнителей" в размере 4 740 000 рублей, по 2 370 000 рублей каждому из исполнителей; цена договора составляет по 30% для каждого из "Исполнителей" от рыночной стоимости наследуемой квартиры, которая на момент подписания договора составляет 7 900 000 рублей. Из представленного ответчиками экземпляра договора возмездного оказания услуг от 25 февраля 2014 года, а именно, раздела III "Цена договора" усматривается: цена договора определяется после выполнения "Исполнителем" своих обязательств путем подписания дополнительного соглашения, но не может превышать 30% рыночной стоимости оказанных услуг; дополнительное соглашение должно быть подписано всеми участниками данного договора, в случае, если в дополнительном соглашении не будет подписи хотя бы одного из участников данного договора, такое дополнительное соглашение не допускается; дополнительное соглашение должно быть подписано не позднее 10 дней после выполнения "Исполнителями" своих обязательств. Однако ни один из экземпляров договора не оспорен и недействительным не признан.

Суд первой инстанции пришел к следующему выводу, что, несмотря на значительные различия текста договоров в части цены договора (раздел III ), которые содержатся в представленных сторонами экземплярах договора возмездного оказания услуг, ни один из экземпляров не содержит такого существенного условия, как обязательство Шевлякова продать полученную в наследство от ФИО квартиру по адресу:адрес. Договор от 25 февраля 2014 года содержит лишь обязательство Шевлякова Н.Е. оплатить оказанные ему по договору услуги по оформлению наследства. При этом, величина цены договора от 25 февраля 2014 года и надлежащее исполнение Антоновой указанного договора предметом настоящего спора не являются.

В настоящем случае суд, исходя из того, что ни один из представленных суду экземпляров договора возмездного оказания услуг от 25 февраля 2014 года не содержит условий, обязывающих Шевлякова в целях оплаты оказанных по договору услуг продать полученную в наследство от ФИО квартиру по адресу: адрес, - приходит к выводу о том, что Антонова не имеет права на обращение в суд с настоящими исковыми требованиями, то есть является ненадлежащим истцом; в связи с чем у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения исковых требований Антоновой, в том числе и по основаниям ст. 173.1 Гражданского кодекса РФ.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции ответчиками было заявлено о применении судом трехлетнего срока исковой давности к требованиям истца о признании договора дарения от 17 октября 2014 года недействительным. Истец, ссылаясь на положения ч. 1 ст. 181 ГК РФ, против применения срока исковой давности возражала, полагая установленный для лица, не являющегося стороной по сделке, срок исковой давности в десять лет не пропущенным.

Суд первой инстанции, учитывая, что договор дарения квартиры заключен

5 октября 2014 года и начал исполняться с 17 октября 2014 года, пришел к выводу о том, что требования истца, которая не является стороной по договору, о признании договора дарения недействительным заявлены в пределах десятилетнего срока давности, установленного для обращения в суд за разрешением возникшего спора, при этом суд первой инстанции указал, что поскольку Антонова не является надлежащим истцом, данное обстоятельство - обращение истца в суд с соблюдением срока исковой давности, - правового значения для разрешения настоящего спора не имеет.

Также суд первой инстанции, учитывая отказ в удовлетворении исковых требований, на основании ст. 144 ГПК РФ, отменил обеспечительные меры в виде наложения ареста на принадлежащее ответчику Хомякову жилое помещение, расположенное по адресу: адрес.

С этими выводами суда по существу согласилась судебная коллегия, указав, что они соответствуют установленным по делу обстоятельствам, при правильном применении норм материального права, на основании представленных сторонами доказательств, которым судом дана надлежащая оценка в порядке ст. 67 ГПК РФ.

Изменяя решение суда первой инстанции в части внесения в резолютивную часть решения суда указания об отказе в удовлетворении исковых требований Антоновой к Александрову, Шевляковой, Хомякову, Александровой о признании договора купли-продажи квартиры недействительным, судебная коллегия указала, что в резолютивной части решения суда первой инстанции отсутствует указание на разрешение исковых требований Антоновой о признании договора купли-продажи квартиры недействительным; вместе с тем, из мотивировочной части решения суда первой инстанции следует, что судом данные требования были разрешены по существу и суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в удовлетворении вышеуказанных исковых требований.

Ссылки истца в апелляционной жалобе на то, что в материалы дела были представлены подложные доказательства, судебная коллегия отклонила, указав, что истцом не представлено доказательств, объективно свидетельствующих о подложности указанных документов, соответствующие доводы не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Выводы, приведенные в решении суда и в апелляционном определении судебной коллегии, мотивированы и в кассационной жалобе по существу не опровергнуты, так как никаких существенных нарушений норм материального или процессуального права со стороны суда и судебной коллегии по доводам кассационной жалобы из представленных документов не усматривается.

В кассационной жалобе истец приводит доводы, излагавшиеся в суде первой и апелляционной инстанций и получившие надлежащую правовую оценку.

Довод кассационной жалобы о том, что судами первой и апелляционной инстанций не было рассмотрено надлежащим образом заявление о подложности договора возмездного оказания услуг, не может быть принят во внимание, поскольку суд первой инстанции исследовал все обстоятельства дела, оценил все доказательства, включая договоры возмездного оказания услуг, представленные сторонами. Суд принял во внимание имеющиеся противоречия и исходил из того, что независимо от цены договора об оказании услуг, при том, что договор не обязывал Шевлякова продать квартиру, оснований для признания оспариваемых сделок недействительными не имеется, злоупотребления правом со стороны ответчиков не усматривается. Оснований не согласиться с такими выводами суда не имеется.

Доводы кассационной жалобы, направленные на иную оценку представленных по делу доказательств, не могут служить основанием к отмене судебных постановлений в кассационном порядке, поскольку а в силу ст. 390 ГПК РФ суд кассационной инстанции не вправе производить переоценку представленных по делу доказательств. Суды первой и апелляционной инстанций в соответствии со ст. 67 ГПК РФ оценили в совокупности представленные по делу доказательства.

Доводов, подтверждающих существенные нарушения норм материального и процессуального права, которые могли повлиять на исход дела и являются достаточным основанием для пересмотра обжалуемых судебных актов в кассационном порядке, истцом не представлено.

Иная точка зрения на то, как должно было быть разрешено дело, не может являться поводом для отмены или изменения вступившего в законную силу судебного постановления нижестоящего суда в кассационном порядке.

При таких данных, вышеуказанные решение суда и апелляционное определение судебной коллегии сомнений в их законности с учетом доводов кассационной жалобы Антоновой не вызывают, а предусмотренные статьей 387 ГПК РФ основания для их отмены или изменения в настоящем случае отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 381, 383 ГПК РФ,

ОПРЕДЕЛИЛ:

В передаче кассационной жалобы истца Антоновой на решение Тимирязевского районного суда города Москвы от 16 мая 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 4 сентября 2018 года по гражданскому делу по иску Антоновой к Александрову, Шевляковой, Хомякову, Александровой о признании договора дарения недействительным для рассмотрения в судебном заседании Президиума Московского городского суда - отказать.

 

Судья Московского

городского суда В.В. Ермилов

 

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.