Апелляционное определение СК по административным делам Московского городского суда от 24 декабря 2019 г. по делу N 33а-8688/2019

 

Судебная коллегия по административным делам Московского городского суда в составе председательствующего судьи Шаповалова Д.В., судей Тиханской А.В., Михайловой Р.Б., при секретаре Зейналян Л.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Тиханской А.В., административное дело N2а-2170/17 по апелляционной жалобе административных истцов Алексеева Н.А., Климова В.Н., Михайловой С.А. на решение Преображенского районного суда г. Москвы от 10 ноября 2017 года, которым постановлено:

В удовлетворении требований Алексеева Н.А, Климова В.Н, Михайловой С.А. об обжаловании решений Правительства Москвы об отказе в согласовании первым заместителем руководителя Департамента региональной безопасности и противодействия коррупции г. Москвы от *** года N ***, ***, проведения заявленных публичных мероприятий в форме шествия и митинга и обязании Правительства Москвы согласовать проведение заявленных публичных мероприятий, - отказать, УСТАНОВИЛА:

Административные истцы обратились в Преображенский районный суд г. Москвы с административным исковым заявлением, в котором просили признать незаконными решения Правительства Москвы - отказы в согласовании первым заместителем руководителя Департамента региональной безопасности и противодействия коррупции г.Москвы Олейником В.В. от 30 октября 2017 года N ***, *** заявленных публичных мероприятий в форме шествия и митинга и обязать Правительство Москвы согласовать проведение заявленных публичных мероприятий, указав в обоснование требований, что 25 октября 2017 года мэру г. Москвы Собянину С.С, были направлены уведомления о проведении двух публичных мероприятий: митинга в поддержку положения предвыборной программы кандидата в президенты Российской Федерации Ксении Собчак, шествия Московского гей-парада в поддержку толерантного отношения и соблюдения прав и свобод лиц гомосексуальной ориентации и гендерных меньшинств в России с целью привлечения внимания общества и власти к проблемам в области соблюдения прав человека лиц гомосексуальной ориентации и гендерных меньшинств, привлечения общества и власти к существующей дискриминации лиц гомосексуальной ориентации и представителей гендерных меньшинств, гомофобии (ненависти к сексуальным меньшинствам), трансофобии (ненависти к гендерным меньшинствам), фашизму и ксенофобии, *** года с 17 до 19 часов от памятника Тимирязеву около площади Никитских ворот до пешеходной части Тверского бульвара до Пушкинской площади с количеством участников до 300 человек. *** года первый заместитель руководителя Департамента В.В.Олейник уведомил заявителей об отказе в согласовании проведения заявленных публичных мероприятий, с соответствующими разъяснениями принятых решений. По мнению административных истцов, принятые решения незаконные, противоречат положениям Федерального закона "О собраниях, митингах, демонстрация, шествиях и пикетированиях", практике Европейского Суда.

Административные истцы, извещенные надлежащим образом о дате, месте и времени судебного заседания, не явились, в приложенном к заявлению ходатайстве просили о рассмотрении иска в их отсутствие.

Представитель административных ответчиков в судебное заседание не явился, о дате, времени судебного разбирательства извещен.

Судом постановлено приведенное выше решение, об отмене которого по доводам апелляционной жалобы просят административные истцы, полагая, что суд неправильно применил нормы материального права, включая нормы международного права и проигнорировал фактические обстоятельства дела.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителя административных ответчиков по доверенности Вакульчука А.Т, против доводов апелляционной жалобы возражавшего, сочтя возможным в соответствии с правилами, установленными статьями 150 и 152 КАС РФ, рассмотреть дело в отсутствие административных истцов, извещенных о времени и месте рассмотрения дела, направивших ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в их отсутствие, проверив решение, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 310 КАС РФ, для отмены или изменения обжалуемого судебного постановления в апелляционном порядке; решение суда является законным и обоснованным, постановленным в соответствии с фактическими обстоятельствами дела и при правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, без нарушения норм процессуального права.

В соответствии с ч. 1 ст. 218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Согласно статье 226 КАС РФ при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет: нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление; соблюдены ли сроки обращения в суд; соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих: полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия); порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами; соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения (часть 9).

Обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие) (часть 11 статьи 226 КАС РФ).

Судом при рассмотрении дела установлено, что *** года административным истцом Алексеевым Н.А. мэру г. Москвы Собянину С.С. были поданы уведомления о проведении двух публичных мероприятий:

-митинга в поддержку положения предвыборной программы кандидата в президенты РФ Ксении Собчак о необходимости отменить законы, ограничивающие права людей по полу, сексуальной ориентации, по месту рождения, наличию других гражданств, судимости (за исключением случаев национальной безопасности) с целью выступления в поддержку положения предвыборной программы кандидата в президенты РФ Ксении Собчак о необходимости отменить законы, ограничивающие права людей по полу, сексуальной ориентации, по месту рождения, наличию других гражданств, судимости (за исключением случаев национальной безопасности) *** года с 13 до 15 часов в начале Чистопрудного бульвара с количеством участников до 200 человек;

-шествия Московского гей-парада в поддержку толерантного отношения и соблюдения прав и свобод лиц гомосексуальной ориентации и гендерных меньшинств в России с целью привлечения внимания общества и власти к проблемам в области соблюдения прав человека лиц гомосексуальной ориентации и гендерных меньшинств, привлечения общества и власти к существующей дискриминации лиц гомосексуальной ориентации и представителей гендерных меньшинств, гомофобии (ненависти к сексуальным меньшинствам), трансофобии (ненависти к гендерным меньшинствам), фашизму и ксенофобии, *** года с 17 до 19 часов от памятника Тимирязеву около площади Никитских ворот до пешеходной части Тверского бульвара до Пушкинской площади с количеством участников до 300 человек.

*** года з аместителем руководителя Департамента региональной безопасности и противодействия коррупции г. Москвы Правительства г. Москвы Олейником В.В. заявителям направлены ответ ы N ***, *** об отказе в согласовании заявленных публичных мероприятий в форме шестви й и митинг ов. Отказ мотивирован тем, что информация о проведении публичн ых мероприяти й дает основание предположить, что истинные цели запланированн ых митинг ов и шествий "завуалированы" и нарушают запреты, предусмотренные п. 4 ч.2 ст. 5 ФЗ от 29.12.2010г. N 436-Ф З " О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию", п. ст. 14 ФЗ от 24.07.1998 г. N 124-ФЗ "Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации" и ст. 6.21 (Пропаганда нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних) КоАП РФ. При этом, заявителям разъяснено, что на основании ч. 2 ст. 12 Федерального закона "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях" организатор, а также иные участники публичного мероприятия в случае его проведения могут быть привлечены к ответственности в установленном порядке. Намерения организаторов, на проведение массовых мероприятий, с заявленными целями расценены должностными лицами Правительства Москвы, как желание заявителей распространения гей-культуры с целью информационно-психологического воздействия на неограниченный круг лиц, в том числе несовершеннолетних, что в свою очередь, помимо, норм действующего законодательства Российской федерации, противоречит преамбуле и подп. "с" п. 1 ст. 29 Конвенции о правах ребенка, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 года. Кроме того цель митинга "Выступление в поддержку положения предвыборной программы кандидата в президенты Российской Федерации Ксении Собчак" подпадает под понятие предвыборная агитация, а решение о назначении выборов Президента Российской Федерации в 2018 году не принято, проведение митинга по указанной тематике повлечет нарушение норм публичного мероприятия.

Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, по правилам статьи 84 КАС РФ, суд, разрешая спор, отказал в удовлетворении административного иска, сочтя, что действия Правительства Москвы, связанные с отказом в проведении митингов и шествий, запланированных административными истцами, законны и обоснованы. Обжалуемые решения соответствуют нормам законодательства Российской Федерации, и не противоречат общепризнанным принципам и ценностям Международного права.

Судебная коллегия находит выводы суда первой инстанции правильными, основанными на нормах действующего законодательства, соответствующими установленным обстоятельствам дела, в которых не были установлены незаконность оспариваемого решения органа исполнительной власти и нарушение прав административного истца.

Так, положения Федерального закона от 19.04.2004 N 54-ФЗ "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях" устанавливают, что целью публичного мероприятия является свободное выражение и формирование мнений, а также выдвижение требований по различным вопросам политической, экономической, социальной и культурной жизни страны и вопросам внешней политики.

В то же время в силу части 2 статьи 12 Федерального закона "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях" в случае, если информация, содержащаяся в тексте уведомления о проведении публичного мероприятия, и иные данные дают основания предположить, что цели запланированного публичного мероприятия и формы его проведения не соответствуют положениям Конституции Российской Федерации и (или) нарушают запреты, предусмотренные законодательством Российской Федерации об административных правонарушениях или уголовным законодательством Российской Федерации, орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления незамедлительно доводит до сведения организатора публичного мероприятия письменное мотивированное предупреждение о том, что организатор, а также иные участники публичного мероприятия в случае указанных несоответствия и (или) нарушения при проведении такого мероприятия могут быть привлечены к ответственности в установленном порядке.

Таким образом, данная норма предусматривает обязанность органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации при наличии у него обоснованных предположений, что цели запланированного публичного мероприятия и формы его проведения не соответствуют положениям Конституции Российской Федерации и (или) нарушают запреты, предусмотренные законодательством Российской Федерации об административных правонарушениях или уголовным законодательством Российской Федерации, предупредить организатора публичного мероприятия о том, что организатор, а также иные участники публичного мероприятия могут быть привлечены к ответственности в случае указанных несоответствия и (или) нарушения при проведении мероприятия.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия полагает, что, отказывая в проведении запланированных истцами мероприятий, Департамент региональной безопасности и противодействия коррупции города Москвы (далее Департамент) обоснованно исходил из того, что цели публичных мероприятий, запланированных истцами, направлены на пропаганду гомосексуализма, запрещенную в России среди несовершеннолетних, и могут ущемить права детей. На Департамент, как орган исполнительной власти, в силу действующего законодательства возложены обязанности принимать меры по защите детей от информации, наносящей вред их нравственному и духовному развитию, в связи с чем имелись законные основания предупредить его организаторов о привлечении к ответственности в случае их проведения.

Так, согласно преамбуле и подпункту "c" пункта 1 статьи 29 Конвенции о правах ребенка, для защиты и гармоничного развития ребенка важны традиции и культурные ценности его народа, а государство обязано обеспечить направленность образования на воспитание уважения к культурной самобытности и ценностям ребенка, к национальным ценностям страны, в которой ребенок проживает.

Таким образом, законные интересы несовершеннолетних составляют важную социальную ценность, при этом одной из целей государственной политики в интересах детей является защита их от факторов, негативно влияющих на их физическое, интеллектуальное, психическое, духовное и нравственное развитие.

Обязанность органов государственной власти Российской Федерации принимать меры по защите ребенка от информации, пропаганды и агитации, наносящих вред его здоровью, нравственному и духовному развитию, предусмотрена и пунктом 1 статьи 14 Федерального закона Российской Федерации N 124-ФЗ от 24 июля 1998 года "Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации".

Так, указанной нормой права предусмотрено, что органы государственной власти Российской Федерации принимают меры по защите ребенка от информации, пропаганды и агитации, наносящих вред его здоровью, нравственному и духовному развитию, в том числе от национальной, классовой, социальной нетерпимости, от рекламы алкогольной продукции и табачных изделий, от пропаганды социального, расового, национального и религиозного неравенства, от информации порнографического характера, от информации, пропагандирующей нетрадиционные сексуальные отношения, а также от распространения печатной продукции, аудио- и видеопродукции, пропагандирующей насилие и жестокость, наркоманию, токсикоманию, антиобщественное поведение.

При этом в силу пункта 4 части 2 статьи 5 Федерального закона Российской Федерации N 436-ФЗ от 29 декабря 2010 года "О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию" к информации, причиняющей вред здоровью и (или) развитию детей, относится, в том числе, информация, отрицающая семейные ценности и пропагандирующая нетрадиционные сексуальные отношения, а в соответствии с пунктом 1 статьи 2 этого же Федерального закона под доступом детей к информации подразумевается любая возможность получения и использования детьми свободно распространяемой информации.

Часть 6 статьи 10 Федерального закона Российской Федерации N 149-ФЗ от 27 июля 2006 года "Об информации, информационных технологиях и о защите информации" запрещает распространение информации, которая направлена на пропаганду войны, разжигание национальной, расовой или религиозной ненависти и вражды, а также иной информации, за распространение которой предусмотрена уголовная или административная ответственность.

В силу части 1 статьи 6.21 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях пропаганда нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних, выразившаяся в распространении информации, направленной на формирование у несовершеннолетних нетрадиционных сексуальных установок, привлекательности нетрадиционных сексуальных отношений, искаженного представления о социальной равноценности традиционных и нетрадиционных сексуальных отношений, либо навязывание информации о нетрадиционных сексуальных отношениях, вызывающей интерес к таким отношениям, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния, влечет административную ответственность.

Исходя из того, что любое публичное мероприятие является открытой, доступной каждому, акцией, имеющей целью свободное выражение и формирование мнений, а также выдвижение требований (статья 2 Федерального закона "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях"), учитывая намерение истцов провести публичные мероприятия с заявленными выше целями в местах, расположенных в центре г. Москвы, предполагающих присутствие большого количества людей, судебная коллегия соглашается с оценкой приведенной стороной ответчика в оспариваемых уведомлениях, что эти мероприятия несомненно окажут информационно-психологическое воздействие на неограниченный круг лиц, в том числе и несовершеннолетних.

Таким образом, поскольку семейное законодательство Российской Федерации исходит из необходимости укрепления традиционных семейных отношений - основанных на чувствах взаимной любви и уважения мужчины и женщины, их детей (статьи 1, 12, 47 Семейного кодекса Российской Федерации) и не предусматривает возможности воспитания детей в однополых семьях, то, принимая во внимание заявленное количество участников, формы проведения (парад, митинг) и тематику запланированных мероприятий, которые имеют для истцов актуальное значение, такое воздействие на несовершеннолетних следует признать нежелательным по причине его потенциальной угрозы для нравственного и духовного развития детей, сопряженным с формированием искаженных представлений о социально признанных моделях семейных отношений, соответствующих общепринятым в российском обществе (и разделяемым всеми традиционными религиозными конфессиями) нравственным ценностям и представлениям о браке, семье, материнстве, отцовстве, детстве, которые получили свое формально-юридическое закрепление в Конституции Российской Федерации (часть 2 статьи 7; часть 1 статьи 38; пункт "ж" части 1 статьи 72).

В соответствии со статьей 6 Федерального закона Российской Федерации от 24 июля 1998 года N 124-ФЗ "Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации" ребенку от рождения принадлежат и гарантируются государством права и свободы человека и гражданина в соответствии с Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, настоящим Федеральным законом, Семейным кодексом Российской Федерации и другими нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 5 названного Федерального закона к полномочиям органов государственной власти субъектов Российской Федерации на осуществление гарантий прав ребенка в Российской Федерации относятся реализация государственной политики в интересах детей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 124-ФЗ "Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации" при осуществлении деятельности в области образования ребенка в семье или в организации, осуществляющей образовательную деятельность, не могут ущемляться права ребенка.

Названные нормы права также согласуются с Конвенцией о правах ребенка (Нью-Йорк, 20 ноября 1989 года).

Согласно статье 2 упомянутой Конвенции государства-участники уважают и обеспечивают все права, предусмотренные настоящей Конвенцией, за каждым ребенком, находящимся в пределах их юрисдикции, без какой-либо дискриминации, независимо от расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального, этнического или социального происхождения, имущественного положения, состояния здоровья и рождения ребенка, его родителей или законных опекунов или каких-либо иных обстоятельств.

Согласно статье 4 Конвенции о правах ребенка государства-участники принимают все необходимые законодательные, административные и другие меры для осуществления прав, признанных в настоящей Конвенции. В отношении экономических, социальных и культурных прав государства-участники принимают такие меры в максимальных рамках, имеющихся у них ресурсов и, в случае необходимости, в рамках международного сотрудничества.

Статьей 6 указанной Конвенции предусмотрено, что государства-участники обеспечивают в максимально возможной степени выживание и здоровое развитие ребенка.

В соответствии со статьей 8 данной Конвенции государства-участники обязуются уважать право ребенка на сохранение своей индивидуальности, включая гражданство, имя и семейные связи, как предусматривается законом, не допуская противозаконного вмешательства. Если ребенок незаконно лишается части или всех элементов своей индивидуальности, государства-участники обеспечивают ему необходимую помощь и защиту для скорейшего восстановления его индивидуальности.

В соответствии со статьей 19 Конвенции о правах ребенка государства-участники принимают все необходимые законодательные, административные, социальные и просветительные меры с целью защиты ребенка от всех форм физического или психологического насилия, оскорбления или злоупотребления, отсутствия заботы или небрежного обращения, грубого обращения или эксплуатации, включая сексуальное злоупотребление, со стороны родителей, законных опекунов или любого другого лица, заботящегося о ребенке. Такие меры защиты, в случае необходимости, включают эффективные процедуры для разработки социальных программ с целью предоставления необходимой поддержки ребенку и лицам, которые о нем заботятся, а также для осуществления других форм предупреждения и выявления, сообщения, передачи на рассмотрение, расследования, лечения и последующих мер в связи со случаями жестокого обращения с ребенком, указанными выше, а также, в случае необходимости, для возбуждения судебной процедуры.

Согласно статье 34 Конвенции о правах ребенка государства-участники обязуются защищать ребенка от всех форм сексуальной эксплуатации и сексуального совращения.

Кроме того, нормы Конвенции о защите прав человека и основных свобод (Рим, 4 ноября 1950 года) (с изменениями и дополнениями от 21 сентября 1970 года, 20 декабря 1971 года, 1 января 1990 года, 6 ноября 1990 года, 11 мая 1994 года) и "Всеобщей декларации прав человека" (принята Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 года), о необходимости соблюдения которых заявлено в жалобе, должны соблюдаться и самими заявителями.

Так, в преамбуле Всеобщей декларации прав человека указано, что признание достоинства, присущего всем членам человеческой семьи, и равных и неотъемлемых прав их является основой свободы, справедливости и всеобщего мира.

Согласно статье 3 Всеобщей декларации прав человека каждый человек имеет право на жизнь, на свободу и на личную неприкосновенность.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Уважение этих прав гарантировано другими нормами Всеобщей декларации прав человека и Конвенции, предусматривающими возможность ограничения иных прав и свобод в том случае, если они сводятся к злоупотреблению правом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 29 Всеобщей декларации прав человека при осуществлении своих прав и свобод каждый человек должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом исключительно с целью обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других и удовлетворения справедливых требований морали, общественного порядка и общего благосостояния в демократическом обществе.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Конвенции осуществление свободы на выражение мнения, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия.

Пунктом 2 статьи 11 Конвенции установлено, что осуществление права на свободу мирных собраний не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Согласно статье 17 Конвенции ничто в настоящей Конвенции не может толковаться как означающее, что какое-либо государство, какая-либо группа лиц или какое-либо лицо имеет право заниматься какой бы то ни было деятельностью или совершать какие бы то ни было действия, направленные на упразднение прав и свобод, признанных в настоящей Конвенции, или на их ограничение в большей мере, чем это предусматривается в Конвенции.

На основании изложенного, судебная коллегия полагает возможным согласиться с доводами административного ответчика и выводами суда первой инстанции, что цели заявленных публичных мероприятий направлены на пропаганду гомосексуализма и нарушают запреты, предусмотренные законодательством Российской Федерации об административных правонарушениях, а также Конституцией Российской Федерации, тогда как оспариваемые решения приняты в защиту интересов детей от возможного негативного влияния на их развитие, указанные ответы в полной мере соответствуют требованиям части 2 статьи 12 Федерального закона "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях".

Также судебная коллегия полагает, что противоречие заявленных целей планируемых истцами публичных мероприятий законодательному запрету на пропаганду гомосексуализма среди детей исключали для уполномоченного органа Правительства Москвы необходимость предложения организаторам шествия и митингов иных альтернативных мест и времени их проведения, в связи с чем вывод суда о несостоятельности доводов истцов о нарушении исполнительным органом пункта 2 части 1 статьи 12 Федерального закона "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях", также является верным.

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом не учтены многочисленные рекомендации Парламентской Ассамблеи и Комитета Министров Совета Европы, Комитета ООН по правам человека и решения Европейского суда по правам человека, а также акты Конституционного и Верховного Судов Российской Федерации, признающие недопустимость дискриминации по признаку сексуальной ориентации, не могут быть положены в основу отмены решения суда, поскольку несогласование публичных мероприятий обусловлено не дискриминационными мотивами, а законодательными запретами распространения среди несовершеннолетних информации, касающейся нетрадиционной сексуальной ориентации, способной причинить вред здоровому развитию детей, на защиту которого ориентировано не только российское, но и международное право.

При этом судебная коллегия учитывает, что доводы апелляционной жалобы не содержат указания на обстоятельства, которые свидетельствовали бы о том, что цели и формы публичных мероприятий, о которых уведомили административные истцы, могли быть реализованы путем распространения информации о гомосексуальных отношениях в допустимой нейтральной форме. Напротив, в жалобе не оспаривается вывод суда, согласно которому публичные мероприятия были запланированы в общественном месте, доступном для посещения детей, и преследовали целью пропаганду нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних, в том числе.

Применительно к настоящему делу судебная коллегия соглашается с оценкой суда первой инстанции заявленных истцами целей публичных мероприятий, поскольку очевидно, что в многолюдном в дневное время месте пропаганда гомосексуализма будет носить навязчивый характер, о чем свидетельствуют намерения истцов проводить публичные мероприятия, в местах, которые являются открытыми для массового посещения несовершеннолетних. Предполагаемые формы подачи истцами информации, распространяемой в общественных местах значительной по размеру группой людей (шествие, демонстративное одобрение (осуждение) отношения к нетрадиционной сексуальной ориентации) давали административному ответчику основания предполагать, что цели мероприятий противоречат охраняемым действующим российским законодательством существующим в российском обществе моделям семейных отношений, выражают демонстративное отрицание выполняемой государством общественно значимой функции по охране детей от информации, которая может причинить вред их здоровью.

Принимая во внимание, что ни из Конституции Российской Федерации, ни из принятых на себя Российской Федерацией международно-правовых обязательств не вытекает обязанность государства по созданию условий для пропаганды, поддержки и признания союзов лиц одного пола (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года N 496-О и от 19 января 2010 года N 151-О-О), осуществляемое федеральным законодателем на основании статьи 71 (пункт "в") Конституции Российской Федерации регулирование свободы слова и свободы распространения информации не предполагает создание условий, способствующих формированию и утверждению в обществе в качестве равнозначных иных, отличных от общепризнанных, трактовок института семьи и сопряженных с ним социальных и правовых институтов.

Таким образом, предлагаемая к пропаганде информация не основана на традиционных представлениях о гуманизме в контексте особенностей национального и конфессионального состава российского общества, его социокультурных и иных исторических характеристик, в частности на сформировавшихся в качестве общепризнанных в российском обществе (и разделяемых всеми традиционными религиозными конфессиями) представлениях о браке, семье, материнстве, отцовстве, детстве, которые получили свое формально-юридическое закрепление в Конституции Российской Федерации, и об их особой ценности.

Соответственно, распространение лицом своих убеждений и предпочтений, касающихся сексуальной ориентации и конкретных форм сексуальных отношений не должно ущемлять достоинство других лиц и ставить под сомнение общественную нравственность в ее понимании, сложившемся в российском обществе, поскольку иное противоречило бы основам правопорядка.

Законодательный запрет к такой пропаганде, направленной на защиту здоровья детей, не может расцениваться как дискриминационный, поскольку в равной степени относится ко всем.

Что касается уведомления административного ответчика о том, что проведение митинга с целью "Выступление в поддержку предвыборной программы кандидата в президенты Российской Федерации Ксении Собчак" повлечет нарушение норм действующего законодательства, то, по мнению судебной коллегии, оснований для признания его незаконным также не имеется, поскольку в силу ч. 2 ст. 8 Федерального закона от 10.01.2003 года N 19-ФЗ "О выборах президента Российской Федерации" цель заявленного мероприятия обоснованно расценена Департаментом в качестве предвыборной агитации, тогда как решение о назначении Президента Российской Федерации в 2018 году не было принято, тем самым в данном случае предусмотрено ограничение, наложенное Законом, что не противоречит нормам международного права и не свидетельствует о нарушении законных интересов административных истов.

Так, положения ст. 21 Международного пакта о гражданских и политических правах устанавливают, что пользование правом на мирные собрания не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые налагаются в соответствии с законом и которые необходимы в демократическом обществе в интересах общественной безопасности, общественного порядка, охраны здоровья и нравственности населения или защиты прав и свобод других лиц.

Осуществление свободы на выражение мнения, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия (п. 2 ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (Рим, 4 ноября 1950 г.) (с изм. и доп. от 21 сентября 1970 г, 20 декабря 1971 г, 1 января 1990 г, 6 ноября 1990 г, 11 мая 1994 г.) и "Всеобщей декларации прав человека" (принята Генеральной Ассамблеей ООН 10.12.1948 г.).

Осуществление права на свободу мирных собраний не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности или защиты прав и свобод других лиц (п. 2 ст. 11 Конвенции).

Ничто в настоящей Конвенции не может толковаться как означающее, что какое-либо государство, какая-либо группа лиц или какое-либо лицо имеет право заниматься какой бы то ни было деятельностью или совершать какие бы то ни было действия, направленные на упразднение прав и свобод, признанных в настоящей Конвенции, или на их ограничение в большей мере, чем это предусматривается в Конвенции (ст. 17).

Таким образом, соблюдение органами власти законодательного запрета осуществлять предвыборную агитацию вне периода избирательной кампании свидетельствует о соблюдении норм международного права.

Доводы апелляционной жалобы о том, что административными ответчиками не предложено альтернативного места проведения митинга, судебной коллегией отклоняются, поскольку такая обязанность на ответчике не лежала, так как организатор мероприятия определили место, и цель проведения публичных мероприятий в противоречии с положениями действующего законодательства, о чем был уведомлен надлежащим образом.

Доводы апелляционной жалобы, что судом при рассмотрении спора не принято во внимание Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 23 сентября 2014 года N 24-П по делу о проверке конституционности части 1 статьи 6.21 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, не могут быть положены в основу отмены решения суда, поскольку основаны на неверном толковании норм права.

Иные доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, не содержат обстоятельств, нуждающихся в дополнительной проверке, являются аналогичными тем, которые были предметом судебного разбирательства и судом оценены, а поэтому не могут служить основанием к отмене судебного решения. Они направлены на переоценку исследованных судом доказательств, на выражение несогласия с постановленным решением, содержат субъективное толкование правовых норм, поэтому их нельзя признать убедительными.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 309-311, 177 КАС РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Преображенского районного суда г. Москвы от 10 ноября 2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу административных истцов Алексеева Н.А, Климова В.Н, Михайловой С.А. - без удовлетворения.

 

Председательствующий

 

Судьи:

 

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.