Кассационное определение СК по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 11 декабря 2019 г. по делу N 7У-71/2019

 

Судебная коллегия по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Зайдуллиной А.Н, судей Завьялова А.В. и Фархутдиновой Н.М.

при секретаре Большаковой А.В, с участием прокурора Кротова А.В, осужденного Баликэ И, адвоката Боровинской А.Д.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе осужденного Баликэ И. на приговор Нижнесергинского районного суда Свердловской области от 19 июня 2017 года и апелляционное определение Свердловского областного суда от 9 августа 2017 года в отношении

Баликэ Игоря, родившегося "данные изъяты" года в г "данные изъяты", несудимого, осужденного по ч. 3 ст. 162 УК РФ к лишению свободы на срок 7 лет в исправительной колонии строгого режима. Срок лишения свободы исчислен с 19 июня 2017 года. В срок лишения свободы зачтено время содержания под стражей с 10 октября 2016 года по 19 июня 2017 года.

Приговором с осужденного в пользу Федерального бюджета РФ взысканы процессуальные издержки в сумме 3795 рублей, выплаченные адвокату Щипанову А.С. за оказание юридической помощи в ходе предварительного следствия.

В апелляционном порядке приговор по существу оставлен без изменения.

Заслушав доклад судьи Седьмого кассационного суда общей юрисдикции Завьялова А.В, выступления адвоката Боровинской А.Д. и осужденного Баликэ И, просивших состоявшиеся судебные решения изменить, мнение прокурора Кротова А.В, полагавшего необходимым приговор и апелляционное определение в части вопроса о взыскании с осужденного процессуальных издержек отменить, судебная коллегия

установила:

Баликэ И. признан виновным в нападении на ФИО1. и ФИО2, совершенном 9 октября 2016 года в целях хищения имущества потерпевших, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище.

В кассационной жалобе осужденный указывает на существенное нарушение судом уголовно-процессуального закона. Обращает внимание на то, что приговором постановлено о взыскании с него процессуальных издержек в сумме 3 795 рублей, однако данный вопрос в судебном заседании не разрешался, заявление адвоката Щипанова А.С. об оплате его труда в суде не рассматривалось, он (Баликэ И.) был лишен возможности довести до суда свою позицию относительно возможности данного взыскания с учетом своего имущественного положения. Кроме того, в судебном заседании 27 апреля 2017 года без его согласия была произведена замена адвоката Щипанова А.С. на адвоката Треегубову Л.В, что осужденный считает нарушением его конституционных прав.

В суде кассационной инстанции осужденный Баликэ И. поддержал доводы кассационной жалобы, указал на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Просил квалифицировать его действия по п. "г" ч. 2 ст. 161 УК РФ. Указал, что насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего, он не причинял, незаконно в жилище последнего не проникал. Считает, что его показания в ходе предварительного следствия являются недопустимыми доказательствами, так как они искажены следователем. Обратил внимание на то, что потерпевший ФИО3 в суде первой инстанции пояснил, что он не грамотный, в связи с чем, по мнению осужденного, показания, данные потерпевшим в ходе предварительного следствия, являются недостоверными, так как ФИО4. не мог самостоятельно прочитать протокол допроса. Считает, что судом при назначении наказания необоснованно учтено в качестве отягчающего наказание обстоятельства - совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения. Судом необоснованно сделан вывод о его вменяемости в момент совершения преступления, так как судебно-психиатрическая экспертиза по делу не проводилась.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационной жалобы и выступление осужденного, судебная коллегия находит обжалуемые приговор и апелляционное определение в отношении Баликэ И. подлежащими частичной отмене на основании ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона при разрешении вопроса о взыскании с осужденного процессуальных издержек.

Виновность осужденного в совершении преступления установлена доказательствами, получившими надлежащую оценку в приговоре. При этом, в соответствии с п. 2 ст. 307 УПК РФ, суд в приговоре привел причины, по которым он признал достоверными одни доказательства и отверг другие.

Все изложенные в приговоре доказательства суд в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставил между собой и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

Судом установлено, что Баликэ И. с заранее сформировавшимся умыслом на завладение чужим имуществом, преодолев сопротивление ФИО6 незаконно проник в жилище последнего и ФИО5, где, реализуя свой преступный умысел, похитил из рук Симисыновой Л.Г. сотовый телефон, а также, используя в качестве оружия найденное в доме полено, высказав угрозу применения насилия, опасного для жизни и здоровья ФИО7, похитил денежные средства потерпевших в сумме 3 560 рублей.

Суд обосновал свое критическое отношение к версии осужденного, отрицавшего свою вину в совершении разбойного нападения на потерпевших. Версия осужденного о его невиновности была тщательным образом проверена судами первой и второй инстанции, и мотивировано отвергнута, оснований не согласиться с указанными выводами, не имеется.

Вопреки доводам осужденного, фактические обстоятельства совершенного преступления установлены правильно, выводы суда о виновности Баликэ И. в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 162 УК РФ, основаны на совокупности исследованных судом доказательств.

Так, потерпевшие ФИО8 и ФИО9. в своих показаниях изложили обстоятельства разбойного нападения, совершенного Баликэ И. Из указанных показаний следует, что 9 октября 2016 года около 22 часов 30 минут к ним в дом, преодолев сопротивление ФИО10, проник Баликэ И, который потребовал передать ему денежные средства. После того как ФИО11 передала Баликэ И. 100 рублей, последний, угрожая найденным в доме поленом ФИО12 и нанеся последнему удар указанным поленом по голове, потребовал отдать ему все имеющиеся у потерпевших деньги. При этом Баликэ И, видя, что ФИО13 пытается сообщить о совершаемом преступлении по сотовому телефону, выхватил его из рук ФИО14 и положил к себе в карман. Далее Баликэ И. увел ФИО17 в одну из комнат дома, где повалил на диван и, урожая поленом, стал душить его свободной рукой. При этом Баликэ И. угрожал, что задушит ФИО16 или убьёт его поленом. Опасаясь осуществления высказанных Баликэ И. угроз, ФИО15 передала ему денежные средства в сумме 3 560 рублей.

Довод осужденного о том, что показания потерпевшего ФИО18, данные им на предварительном следствии, являются недопустимыми, так как последний неграмотен и не мог прочитать изложенные в протоколе допроса показания, не обоснован.

Так, из материалов уголовного дела следует, что протокол допроса потерпевшего ФИО19 после его составления был прочитан вслух следователем. От потерпевшего каких-либо замечаний по содержанию протокола не поступило. Сомнений в достоверности и допустимости показаний как потерпевшего ФИО20, так и потерпевшей ФИО21 не имеется, так как они являлись предметом тщательной судебной проверки, согласуются с иными, положенными в основу приговора, доказательствами.

Из показаний свидетеля ФИО22 следует, что на сотовый телефон его жены поступил звонок от ФИО23 которая просила помощи, так как незнакомый молодой человек ворвался к ним в дом и требует от них денег. Когда он подошел к дому потерпевших, то в окно увидел, что Баликэ И. удерживает ФИО24 и размахивает перед ним поленом. Далее он совместно со своим сыном (ФИО25 во дворе указанного дома задержали Баликэ И, в одежде которого обнаружили похищенные у потерпевших денежные средства и сотовый телефон.

Иные исследованные судом доказательства, содержание которых подробно изложено в обжалуемом приговоре, не противоречат вышеперечисленным и дополняют их.

Обстоятельства, которые в соответствии со ст.75 УПК РФ могли бы свидетельствовать о недопустимости доказательств, а также противоречия или неустранимые сомнения в исследованных судом доказательствах, положенных в основу обвинительного приговора, и ставящих под сомнение доказанность вины Баликэ И, не установлены.

Доводы осужденного Баликэ И. о недопустимости данных им в ходе предварительного следствия показаний, так как они искажены следователем, являлись предметом рассмотрения суда первой и апелляционных инстанций и мотивированно отвергнуты как необоснованные. Оснований не согласиться с указанными выводами у суда кассационной инстанции не имеется.

Из материалов дела следует, что следственные действия с Баликэ И. проводились в установленном законом порядке, с участием адвоката, протоколы допросов составлены надлежащим образом, подписаны всеми участниками следственных действий, от которых не поступило замечаний, как по процедуре проведения следственных действий, так и по содержанию показаний осужденного.

При этом Баликэ И. разъяснялись предусмотренные уголовно-процессуальным законом права в соответствии с его процессуальным положением, он предупреждался о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств, в том числе и при последующем отказе от данных показаний, разъяснялось также право, предусмотренное ст. 51 Конституции РФ, не свидетельствовать против самого себя.

В деле нет данных, дающих основания сомневаться в психической полноценности осужденного, в связи с чем судом не назначалась психиатрическая экспертиза. Вывод суда о вменяемости Баликэ И. мотивирован в приговоре.

Квалификация действий Баликэ И. по ч. 3 ст. 162 УК РФ как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с угрозой применения насилия опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище является верной. Оснований для иной квалификации действий осужденного, как об этом указал в суде кассационной инстанции Баликэ И, не имеется.

Исследованные судом доказательства безусловно свидетельствуют о том, что Баликэ И. незаконно проник в жилище с целью хищения имущества потерпевших. На это указывают действия осужденного, который в вечернее время, преодолев сопротивление ФИО26, против воли последнего, проник в жилище потерпевших и сразу же потребовал передачи ему денежных средств, после чего, высказывая угрозы применения насилия, опасного для жизни и здоровья ФИО27, и, угрожая предметом, используемым в качестве оружия, похитил имущество потерпевших.

Действия Баликэ И. были обусловлены именно корыстным умыслом, который возник у него до проникновения в жилище потерпевшего.

Как видно из показаний потерпевших, Баликэ И, проникнув в жилище, высказал требование о передаче именно денежных средств. При этом, когда потерпевшая ФИО28 передала Баликэ И. денежную купюру достоинством в 100 рублей, последний её выкинул и потребовал передать ему все имеющиеся у потерпевших деньги.

Высказывание угроз и применение предмета, используемого в качестве оружия, в отношении потерпевшего послужило средством завладения имуществом, которое Баликэ И. получил непосредственно после указанного воздействия на потерпевших. Кроме этого, высказанные Баликэ И. угрозы, опасные для жизни и здоровья потерпевших, подкрепленные применением полена, а также удушением ФИО29 были реальны, так как не оставляли у потерпевших сомнений в том, что они будут реализованы, что очевидно охватывалось умыслом Баликэ И.

Доводы Баликэ И. о нарушении судом его права на защиту, в связи с заменой при рассмотрении дела судом первой инстанции 27 апреля 2017 года адвоката Щипанова А.С. на адвоката Треегубову Л.В. необоснованны.

Как видно из материалов уголовного дела, адвокат Щипанов А.С. в суде первой инстанции осуществлял защиту интересов осужденного в порядке ст. 51 УПК РФ, соглашение с осужденным на оказание юридической помощи не заключалось.

В соответствии с протоколом судебного заседания, 27 апреля 2017 года была произведена замена адвоката Щипанова А.С. на адвоката Треегубову Л.В, назначенную для защиты интересов осужденного в порядке ст. 51 УПК РФ. Осужденному перед началом судебного заседания были разъяснены положения ст. 72 УПК РФ. При этом, Баликэ И, как в судебном заседании 27 апреля 2017 года, так и в последующих судебных заседаниях 17 мая 2017 года и 19 июня 2017 года, отводов адвокату Треегубовой Л.В. не заявлял, на участии в процессе именно адвоката Щипанова А.С. не настаивал.

Более того, как следует из материалов уголовного дела, адвокат Треегубова Л.В. впоследствии защищала интересы Баликэ И. в суде апелляционной инстанции на основании заключённого с последним соглашения.

Наказание, назначенное осужденному за совершенное преступление, является справедливым и соразмерным содеянному. Суд правильно применил положения ст.ст.6, 43, 60 УК РФ, учел фактические обстоятельства дела, характер и общественную опасность преступления, относящегося к категории тяжких, личность Баликэ И, наличие совокупности смягчающих, а также отягчающего обстоятельства.

Вывод суда о применении положений ч.1.1 ст.63 УК РФ является верным, сделан с учетом обстоятельств совершения преступления. Установлено, что состояние алкогольного опьянения, вызванное употреблением спиртного непосредственно перед совершением преступления, о чем сообщил сам осужденный, повлияло на его поведение, снизило критику своих действий, повлияло на формирование умысла и совершение преступления.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание Баликэ И, суд учел наличие на иждивении малолетнего ребенка, принесение извинений потерпевшим.

Объективные обстоятельства, влияющие на назначение наказания, в том числе смягчающие наказание и характеризующие личность и поведение Баликэ И, были учтены надлежащим образом и в полном объеме. Какие-либо обстоятельства, которые не были учтены, но могли повлиять на размер назначенного наказания, не установлены.

Учитывая характер и общественную опасность преступления, совершенного Баликэ И, суд пришел к правильному выводу о необходимости назначения ему наказания в виде лишения свободы с реальным его отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Вопросы применения в отношении Баликэ И. положений ст.ст.64, 73 УК РФ, ч.6 ст.15 УК РФ были обсуждены, выводы об отсутствии оснований для применения указанных статей УК РФ мотивированы и сомнений не вызывают.

Вместе с тем, судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для отмены приговора и апелляционного определения в части решения вопроса о взыскании с осужденного процессуальных издержек.

Как видно из материалов уголовного дела, судом при вынесении приговора от 19 июня 2017 года постановлено о взыскании с осужденного процессуальных издержек в сумме 3795 рублей.

Как следует из положений п. 5 ст. 307 УПК РФ во взаимосвязи с требованиями ст. 299 УПК РФ, суду при постановлении приговора надлежит обосновать принятое решение о том, на кого и в каком размере должны быть возложены процессуальные издержки.

В соответствии с положениями ч.ч. 1, 6 ст. 132 УПК РФ, процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета. При этом в случае имущественной несостоятельности лица, с которого они должны быть взысканы, процессуальные издержки возмещаются за счет средств федерального бюджета. Кроме того, суд вправе освободить осужденного полностью или частично от уплаты процессуальных издержек, если это может существенно отразиться на материальном положении лиц, которые находятся на иждивении осужденного.

Эти положения уголовно-процессуального закона предполагают, что вопрос о взыскании процессуальных издержек является самостоятельным предметом судебного разбирательства, осужденному должна быть предоставлена возможность довести до суда свою позицию по поводу суммы взыскиваемых издержек и своего имущественного положения.

Между тем, из материалов дела следует, что вопрос о взыскании процессуальных издержек с Баликэ И. в ходе судебного разбирательства не обсуждался, положения ст.ст. 131, 132 УПК РФ осужденному не разъяснялись. Баликэ И. не была предоставлена возможность довести до суда свою позицию по поводу суммы взыскиваемых издержек и его имущественного положения.

С учетом установленных нарушений судом норм уголовно-процессуального закона при решении вопроса о взыскании с осужденного процессуальных издержек, приговор и апелляционное определение в этой части подлежат отмене с направлением дела на новое судебное рассмотрение в порядке исполнения приговора, предусмотренном ст.ст. 397, 399 УПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 401.14, 401.15 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Нижнесергинского районного суда Свердловской области от 19 июня 2017 года и апелляционное определение Свердловского областного суда от 9 августа 2017 года в отношении Баликэ Игоря в части взыскания с него процессуальных издержек в сумме 3 795 рублей отменить.

Уголовное дело в этой части направить в тот же суд на новое судебное рассмотрение в порядке исполнения приговора, предусмотренном ст.ст. 397, 399 УПК РФ, иным составом суда.

В остальной части те же судебные решения оставить без изменений.

 

Председательствующий

 

Судьи:

 

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.