Определение СК по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 18 декабря 2019 г. по делу N 8Г-666/2019

 

Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в составе: председательствующего Чуньковой Т.Ю., судей: Ларионовой С.Г., Вульферт С.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело N 17RS0017-01-2018-003533-40 по иску Ховенмей Н. А. к Эртине Д. А., Нигматуллиной (Аркчаа) М. А. о признании права собственности на долю в жилом помещении в порядке наследования, и по встречному иску Нигматуллиной М. А. к Ховенмей Н. А., Эртине Д. А. о включении имущества в наследственную массу, признании права собственности на долю в жилом помещении. по кассационной жалобе Ховенмей Н. А. на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Тыва от 26 июня 2019 г., заслушав доклад судьи Чуньковой Т.Ю., выслушав Ховенмей Н.А. и ее представителя Литвинову Н.А., Эртине Д.А. и Нигматуллину М.А., судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции

установила:

Ховенмей Н.А. обратилась в суд с иском к Эртине Д.А. и Нигматуллиной М.А. о признании права собственности на долю в жилом помещении в порядке наследования.

Требования истец мотивирует тем, что она проживает в жилом помещении, расположенном по адресу: "адрес". Данное жилое помещение согласно договору мены от 2 сентября 1997 г. было приобретено истцом, ее матерью Э.Л.А, Э.В.А. (братом Э.Л.А.) и Эртине Д.А. (сестрой Э.Л.А.) в общую долевую собственность по 1/4 доли на каждого.

После смерти Э.В.А. в 2000 году право собственности на его долю в квартире перешло в порядке наследования его сестрам - Э.Л.А. и Эртине Д.А. в равных долях, то есть по 1/8 доли каждой. Э.Л.А. умерла в 2002 году. К нотариусу с заявлением о принятии наследственного имущества своей матери, состоявшего из 1/4 доли, приобретенной в силу договора мены, и 1/8 доли, унаследованной Э.Л.А. и от брата Э.В.А, то есть всего 3/8 доли на жилое помещение, истец обратилась 7 сентября 2017 г. Нотариусом нотариального округа г. Кызыла Н.А.Н. ей было выдано свидетельство о праве наследования по закону от 7 сентября 2017 г. и удостоверено, что Ховенмей Н.А. является наследником половины имущества, принадлежавшего Э.Л.А, а именно 3/16 доли в праве общей долевой собственности на квартиру. Отказывая истцу в выдаче свидетельства о праве наследования по закону в отношении другой половины имущества Э.Л.А, то есть 3/16 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, нотариус руководствовалась тем, что указанная часть имущества перешла в порядке наследования отцу наследодателя - Э.А.О. как наследнику первой очереди. Поскольку Э.А.О. умер в 2003 году, его имущество должно перейти его дочери Нигматуллиной М.А, которая согласно материалам наследственного дела N является его единственным наследником, получила в порядке наследования денежные вклады Э.А.О. Ссылаясь на пункт 2 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации нотариус указал, что принятие наследником Нигматуллиной М.А. части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, а также сослался на постановление временно исполняющего обязанности нотариуса Э.А.К. от 10 августа 2016 г. N, которым истцу отказано в выдаче свидетельства о праве наследования имущества Э.А.О. по закону в связи с пропуском срока, установленного для принятия наследства.

Истец Ховенмей Н.А. считает отказ в выдаче свидетельства о праве на наследство в виде 3/16 доли в праве на квартиру незаконным, поскольку Э.А.О, приходившийся ей дедушкой, фактически не принял наследство своей дочери Э.Л.А. в виде 3/16 доли в квартире, так как в данном жилом помещении не проживал, был зарегистрирован в квартире по месту жительства лишь для дальнейшего определения его в государственное бюджетное учреждение "Кызылский дом-интернат для престарелых и инвалидов", где пребывал в период с 2001 по 2003 годы, пока не скончался.

Истец Ховенмей Н.А. просила суд признать Э.А.О. фактически не принявшим наследство после смерти Э.Л.А. и признать за ней право собственности на 3/16 доли в квартире "адрес" в порядке наследования после смерти Э.Л.А, последовавшей 5 февраля 2002 г.

Ответчик Нигматуллина М.А. обратилась с встречным исковым заявлением к Ховенмей Н.А. и Эртине Д.А. о включении имущества в наследственную массу, признании права собственности на долю в жилом помещении.

Требования Нигматуллиной М.А. мотивированы тем, что она обратилась после смерти отца Э.А.О. к нотариусу с заявлением о вступлении в наследство, при этом Эртине Д.А. своим правом на вступление в наследство после смерти отца не воспользовалась. Также указывает на необоснованность ссылки на то, что она скрыла от нотариуса сведения о наличии иных наследников. Свидетельство о праве на наследство по закону после смерти отца Э.А.О. дает ей право на все наследственное имущество наследодателя, поскольку принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося наследства.

Просит суд включить в состав наследственного имущества, открывшегося после смерти Э.А.О, 3/16 доли квартиры "адрес", площадью 43, 3 кв.м.; признать за ней право собственности в порядке наследования на 3/16 доли указанной квартиры N.

Решением Кызылского городского суда Республики Тыва от 23 января 2019 г. постановлено: исковые требования Ховенмей Н. А. к Эртине Д. А, Нигматуллиной (Аракчаа) М.А. о признании права собственности на долю квартиры в порядке наследования, удовлетворить; признать Э.А.О. фактически не принявшим наследство после смерти Э.Л.А.; установить факт принятия Ховенмей Н. А. наследства, открывшегося после смерти матери Э.Л.А. в виде 3/16 доли квартиры, расположенной по адресу: "адрес"; признать за Ховенмей Н. А. право собственности на 3/16 доли квартиры N, расположенной в доме "адрес" в порядке наследования после смерти Э.Л.А, умершей 5 февраля 2002 г.; право собственности Ховенмей Н. А. на квартиру, расположенную по адресу: "адрес", подлежит государственной регистрации в установленном законом порядке; взыскать с ответчиков Эртине Д. А. и ФИО22 (Аракчаа) М.А. в солидарном порядке в пользу истца Ховенмей Н. А. расходы по государственной пошлине в размере 1 100 рублей; встречное исковое заявление ФИО22 (Аракчаа) М.А. к Эртине Д. А, Ховенмей Н. А. о включении имущества в наследственную массу и признании права собственности на наследственное имущество - оставить без удовлетворения.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Тыва от 26 июня 2019 г. решение Кызылского городского суда Республики Тыва от 23 января 2019 г. отменено, принято новое решение. Исковое заявление Ховенмей Н. А. к Эртине Д. А, Нигматуллиной М. А. о признании Э.А.О. не принявшим наследство, о признании права собственности на долю в жилом помещении удовлетворено частично - признано право собственности Ховенмей Н. А. на 1/16 доли в праве собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: "адрес", в удовлетворении остальной части иска отказано.

Встречное исковое заявление Нигматуллиной М. А. к Ховенмей Н. А, Эртине Д. А. о включении имущества в наследственную массу, признании права собственности на долю в жилом помещении удовлетворено частично - 1/8 доля в праве собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: "адрес", включено в наследственную массу Э.А.О.; признано право собственности Нигматуллиной М. А. на 1/16 долю в праве собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: "адрес", в удовлетворении остальной части встречных исковых требований отказано.

В кассационной жалобе Ховенмей Н.А. просит отменить апелляционное определение, указывая, что судом апелляционной инстанции в нарушение требований части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации были запрошены, а также оценены в качестве дополнительных доказательств документы, которые не были предметом рассмотрения суда первой инстанции, в частности, сведения из пенсионного фонда об осуществлении выплаты пенсии, сведения из ГБУЗ Республики Тыва "Ресбольница N", Консультативно-диагностической поликлиники ГБУЗ Республики Тыва "Республиканская больница N", Министерства труда и социальной политики Республики Тыва, а также допрошены в качестве свидетелей работники "ГБУ Республики Тыва "Кызылский дом-интернат для престарелых и инвалидов", при этом в апелляционной жалобе отсутствовала просьба о допросе свидетелей и переходе к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции, соответственно, судебная коллегия вышла за пределы доводов апелляционной жалобы.

Также указывает, что Э.А.О. не обращался с заявлением о вступлении в права наследования по закону после смерти наследодателя Э.Л.А. в установленные законом сроки, в связи с чем, необходимо было доказать факт возникновения права на принятие наследства в установленные законом сроки. Факт регистрации по месту жительства не может являться единственным основанием для фактического принятия наследства. В период регистрации в спорном жилом помещении с 6 июля 2001 г. по 22 декабря 2003 г. Э.О.А. находился в стационаре ГБУ РТ "Кызылском доме-интернате для престарелых и инвалидов". Полагает, что заявителем представлены доказательства, свидетельствующие о том, что Э.О.А. фактически не было принято наследство после смерти Э.Л.А, так как он не вступил в наследство ни по заявлению, поданному нотариусу, ни в результате фактического принятия наследства.

Заявитель полагает также, что справка Пенсионного фонда не свидетельствует о фактическом принятии наследства, поскольку получение пенсии в указанный в справке период с 1 марта 2003 г. по 31 декабря 2003 г. осуществилось в доме ветеранов, при этом отсутствуют сведения о направлении пенсии в период с 1 июля 2001 г. по 28 февраля 2003 г. по адресу регистрации Э.О.А.

Сведения ГБУЗ Республики Тыва "Ресбольница N" о госпитализации Э.А.О. в период с 10 февраля 2002 г. по 4 марта 2002 г. также не свидетельствуют о проживании в спорной квартире, так как место жительства заполнялось на основании документов, в которых указывается регистрация, а не фактическое проживание.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав Ховенмей Н.А. и ее представителя Литвинову Н.А, Эртине Д.А, поддержавших доводы жалобы, и Нигматуллину М.А, просившую обжалуемые судебные акты оставить без изменения, проверив законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, суд не находит оснований для отмены обжалуемых судебных постановлений судов первой и апелляционной инстанций.

В соответствии с частью первой статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Предусмотренных законом оснований для изменения или отмены в обжалуемой части решения суда первой инстанции и апелляционного определения судом не установлено.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации для приобретения наследства наследник должен его принять.

Принятие наследства одним или несколькими наследниками не означает принятия наследства остальными наследниками.

На основании пункта 1 статьи 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Согласно статье 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство (пункт 1).

Признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности если наследник: вступил во владение или в управление наследственным имуществом; принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства (пункт 2).

Как видно из материалов дела, предметом спора по настоящему делу является квартира, находящаяся по адресу: "адрес".

Судом установлено, что квартира по адресу: "адрес" на основании договора мены была приобретена в собственность Э.Л.А, Эртине Д.А, Э.В.А. и несовершеннолетней Э.Н.А.

Как следует из материалов дела Э.Л.А. и Эртине Д.А. приходятся друг другу сестрами, Э.В.А. - их брат, Э.Н.А. - дочь Э.Л.А.

Нигматуллина М.А. - сестра Э.Л.А, Эртине Д.А. и Э.В.А.

27 августа 2000 г. Э.В.А. умер.

Решением Кызылского городского суда Республики Тыва от 31 октября 2017 г, установлено, что Эртине Д.А. фактически приняла наследство в виде 1/4 доли в праве общей долевой собственности на указанную квартиру после смерти брата Э.В.А.

Согласно адресной справке от 7 мая 2004 г. в квартире по адресу: "адрес" был зарегистрирован 6 июля 2001 г. и проживал Э.А.О, приходящийся отцом Э.Л.А, Эртине Д.А. и Нигматуллиной М.А. и одновременно - Э.Н.А. (В соответствии со справкой о рождении N от 16 августа 2017 г. Э.Н.А. родилась ДД.ММ.ГГГГ г, ее мать - Э.Л.А, отец Э.А.О.).

5 февраля 2002 г. Э.Л.А. умерла, о чем составлена запись акта о смерти N от 6 февраля 2002 г.

Установлено, что Э.А.О. умер 27 декабря 2003 г.

С заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство 11 мая 2004 г. обратилась дочь наследодателя Нигматуллина (Аракчаа) М.А. 30 июня 2004 г. ей было выдано свидетельство о праве на наследство по закону в виде денежных вкладов на сумму 28 158, 88 руб. и 4 330, 53 руб.

9 августа 2016 г. Эртине Д.А. и Ховенмей Н.А также обратились к нотариусу с заявлениями о принятии наследства и выдаче свидетельства о праве на наследство после смерти отца Э.А.О. на наследственную массу в виде доли в праве собственности на квартиру по адресу: "адрес".

В выдаче свидетельств о праве на наследство было отказано. В частности, постановлением временно исполняющего обязанности нотариуса Э.А.К. от 10 августа 2016 г. N истцу Ховенмей Н.А. отказано в выдаче свидетельства о праве на наследство по закону на 1/16 и 1/8 долю в праве общей долевой собственности на спорную квартиру в связи с пропуском срока обращения в нотариальную контору с заявлением о принятии наследства, а также в связи с тем, что у Э.А.О. уже имеется принявший и оформивший наследство наследник Аракчаа (Нигматуллина) М.А.

Кроме того, Ховенмей Н.А. обратилась с заявлением к нотариусу Н.А.Н. в целях оформления наследства после смерти матери Э.Л.А. Постановлением нотариуса от 7 сентября 2017 г. N в совершении нотариального действия отказано со ссылкой на то, что у Э.Л.А. имеется два наследника первой очереди: истец Ховенмей Н.А. и отец Э.А.О. При этом нотариусом указано на то, что согласно материалам наследственного дела N единственным наследником Эртине А.О. является его дочь Нигматуллина М.А, при этом постановлением временно исполняющего обязанности нотариуса Эренчин А.К. от 10 августа 2016 г. N Ховенмей Н.А. было отказано в выдаче свидетельства о праве на наследство, оставленное Э.А.О.

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения Ховенмей Н.А. в суд с требованиями, являвшимися предметом рассмотрения по настоящему делу.

Таким образом, обстоятельствами, которые подлежали установлению при рассмотрении дела, являлось установление того факта, было ли принято Э.А.О. наследство после смерти дочери Э.Л.А.

Учитывая, что Э.А.О. не обращался к нотариусу с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство или свидетельства о праве на наследство, что установлено в ходе рассмотрения дела, судами исследовались обстоятельства, свидетельствующие о том, имело ли место фактическое принятие наследство.

Разрешая исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что материалы дела не содержат каких-либо доказательств фактического принятия Э.А.О. наследства в виде доли в праве собственности на жилое помещение, в частности, что Э.А.О. фактически проживал в данной квартире, пользовался ею, нес какие-либо расходы, связанные с ее содержанием. В то же время суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что Э.А.О. фактически принял наследство Э.Л.А.

Судебная коллегия находит правильными выводы суда апелляционной инстанции по существу спора.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися пункте 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, следует понимать совершение предусмотренных пунктом 2 статьи 1153 ГК РФ действий, а также иных действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу.

В качестве таких действий, в частности, могут выступать: вселение наследника в принадлежавшее наследодателю жилое помещение или проживание в нем на день открытия наследства (в том числе без регистрации наследника по месту жительства или по месту пребывания), обработка наследником земельного участка, подача в суд заявления о защите своих наследственных прав, обращение с требованием о проведении описи имущества наследодателя, осуществление оплаты коммунальных услуг, страховых платежей, возмещение за счет наследственного имущества расходов, предусмотренных статьей 1174 ГК РФ, иные действия по владению, пользованию и распоряжению наследственным имуществом. При этом такие действия могут быть совершены как самим наследником, так и по его поручению другими лицами. Указанные действия должны быть совершены в течение срока принятия наследства, установленного статьей 1154 ГК РФ.

Судами установлено, что Э.А.О. был зарегистрирован в квартире по адресу: "адрес" 6 июля 2001 г. и значился зарегистрированным по месту жительства по указанному адресу на момент смерти наследодателя Э.Л.А.

Согласно утверждению истца Ховенмей Н.А. - Э.А.О. был зарегистрирован в данной квартире для последующего оформления в государственное бюджетное учреждение "Кызылский дом-интернат для престарелых и инвалидов", и регистрация Э.А.О. в спорном жилом помещении не свидетельствует о том, что Э.А.О. фактически принял наследство после смерти дочери Э.Л.А, так как он проживал в доме-интернате.

Судом апелляционной инстанции тщательно и полно исследованы обстоятельства дела с целью выяснения вопроса, имели ли место обстоятельства, свидетельствующие о фактическом принятиеи наследства Э.А.О. после смерти Э.Л.А.

Из документов, представленных в материалы дела, усматриваются различные сведения, в частности, что Э.А.О. пребывал в доме-интернате в период с 6 июля 2001 г. по 22 декабря 2003 г, с 6 июля 2001 г. по 30 октября 2003 г, а также в дело представлены сообщения о том, что сведения о периоде пребывания Э.А.О. в доме-интернате не сохранились. Судебной коллегией исследована медицинская карта N стационарного больного Э.А.О, поступившего в ГБУЗ РТ "Ресбольница N" 10 февраля 2002 г. "данные изъяты" и выписанного из учреждения 4 марта 2002 г, согласно которой больной был направлен в больницу работниками скорой медицинской помощи, адрес постоянного места жительства больного - "адрес".

На основании исследования совокупности доказательств, в том числе письменных доказательств, истребованных судом апелляционной инстанции, свидетельских показаний, судебная коллегия пришла к выводу, что Э.А.О. фактически принял наследство, оставленное его дочерью Э.Л.А. в виде 3/16 доли на квартиру.

Судебной коллегией установлено, что Э.А.О. периодически проживал и пользовался квартирой по адресу: "адрес" находящимися в ней вещами, выбыл из дома-интерната в октябре 2003 года, умер 27 декабря 2003 г, т.е. Э.А.О. не только был зарегистрирован по указанному адресу, но фактически пользовался квартирой, проживал в ней до поступления в дом-интернат и после выбытия из него.

Судебная коллегия кассационного суда соглашается с выводами суда апелляционной инстанции, поскольку они постановлены с учетом полной, объективной и всесторонней оценки доказательств по делу в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в результате которой установлено, что Э.А.О, несмотря на проживание в течение определенного времени в доме-интернате, не терял связь с семьей, после смерти Э.Л.А. участвовал в организации её похорон, проживал в квартире.

Доводы кассационной жалобы не содержат правовых оснований к отмене решения суда, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда, а также к выражению несогласия с оценкой судом представленных по делу доказательств, в связи с чем не влекут отмену обжалуемого апелляционного определения.

В кассационной жалобе Ховенмей Н.А. указывает также на неправомерное истребование судом апелляционной инстанции дополнительных доказательств, которые могли быть приняты судом в случае обоснования лицом, участвующим в деле, невозможность их представления в суд, с вынесением определения о принятии новых доказательств.

Данные доводы не являются основанием для отмены правильного по существу постановления суда. Указанные обстоятельства не свидетельствуют о существенном нарушении норм процессуального права, поскольку законом предусмотрена возможность истребования и исследования судом апелляционной инстанции доказательств с целью установления обстоятельств, имеющих значение для дела и правильного разрешения дела.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 г. N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции", если судом первой инстанции неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 1 части 1 статьи 330 ГПК РФЫ), то суду апелляционной инстанции следует поставить на обсуждение вопрос о представлении лицами, участвующими в деле, дополнительных (новых) доказательств и при необходимости по их ходатайству оказать им содействие в собирании и истребовании таких доказательств.

Суду апелляционной инстанции также следует предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные (новые) доказательства, если в суде первой инстанции не доказаны обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 2 части 1 статьи 330 ГПК РФ), в том числе по причине неправильного распределения обязанности доказывания (часть 2 статьи 56 ГПК РФ).

Принимая во внимание изложенное, суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены постановления суда апелляционной инстанции.

Выводы судебной коллегии, содержащиеся в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом апелляционной инстанции, при этом судом не допущено нарушений либо неправильного применения норм материального права или норм процессуального права, которые привели или могли привести к принятию неправильного судебного постановления.

Руководствуясь статьями 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам ФИО7 кассационного суда общей юрисдикции

определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Тыва от 26 июня 2019 г. оставить без изменения, кассационную жалобу Ховенмей Н. А. - без удовлетворения.

 

Председательствующий Т.Ю. Чунькова

 

Судьи С.В Вульферт

С.Г. Ларионова

 

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.