Определение СК по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции от 14 января 2020 г. по делу N 8Г-3415/2019

 

Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе

председательствующего ФИО16 Л.Н, судей ФИО17 Е.В, ФИО18 Л.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО19 Владимира Ивановича к Федеральному государственному бюджетному учреждению Федеральное бюро медико-социальной экспертизы Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации о признании решения незаконным, обязании установить степень утраты профессиональной трудоспособности

по кассационной жалобе ФИО19 Владимира Ивановича на решение Тимирязевского районного суда города Москвы от 31 октября 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 16 мая 2019 года.

Заслушав доклад судьи ФИО16 Л.Н, объяснения истца ФИО19 В.И, судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции

установила:

ФИО19 В.И. обратился в суд с иском к Федеральному государственному бюджетному учреждению - Федеральное бюро медико-социальной экспертизы Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации (далее - ФГБУ ФБ МСЭ Минтруда РФ) о признании решения об установлении степени утраты профессиональной трудоспособности незаконным, обязании установить степень утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию равную 100%.

В обоснование заявленных требований ФИО19 В.И. ссылался на то, что 05.10.1976 г. им была получена профессиональная травма, которая повлекла присвоение группы инвалидности и утрату профессиональной трудоспособности. При обследовании в Подольской городской больнице N2 Московской области у него был выявлен ряд заболеваний и дисфункций по причине полученной профессиональной травмы, исключающих занятие должности, на которой он получил травму. 08.02.1977 г. ему была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 80% и присвоена 3 группа инвалидности, 05.03.1977 г. истец впервые обратился за выплатами. В 2001 г. процент утраты профессиональной трудоспособности изменен на 60%, в 2003 году вновь установлена утрата 80% профессиональной трудоспособности; в 2007 г. бессрочно установлена утрата 60% профессиональной трудоспособности.

В связи с ухудшением здоровья по причине трудового увечья и имевшимися расхождениями в степени утраты профессиональной трудоспособности, он 08.06.2018 г. прошел очередное освидетельствование, по результатам которого ответчиком вновь установлено у него 60% утраты профессиональной трудоспособности. По мнению истца, ответчиком незаконно снижена степень утраты им профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию.

В процессе рассмотрения дела истец и его представитель ФИО25 М.С. исковые требования поддержали.

Представители ответчика ФГБУ ФБ МСЭ Минтруда РФ ФИО26 Н.В. и ФИО27 Г.П. против удовлетворения иска возражали.

Решением Тимирязевского районного суда города Москвы от 31.10.2018 г. в удовлетворении иска ФИО19 В.И. отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда 16.05.2019 г. решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе истцом ставится вопрос об отмене принятых по делу судебных актов.

Определением судьи Второго кассационного суда общей юрисдикции ФИО16 Л.Н. от 27.11.2019 г. кассационная жалоба принята к производству суда и передана с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Ответчик, извещенный о месте и времени рассмотрения дела в суде кассационной инстанции, в судебное заседание своего представителя не направил, ходатайства об отложении дела слушанием не заявлял. На основании части 5 ст. 379.5 ГПК РФ судебная коллегия признала возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя ответчика.

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права (ст. 379.7 ГПК РФ).

Заслушав ФИО19 В.И, поддержавшего доводы кассационной жалобы, проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции не находит оснований к отмене обжалуемых судебных постановлений.

Согласно ст. 1 Федерального закона от 24.11.1995 года N 181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" (далее - Закон N 181-ФЗ) инвалид - лицо, которое имеет нарушение здоровья со стойким расстройством функций организма, обусловленное заболеваниями, последствиями травм или дефектами, приводящее к ограничению жизнедеятельности и вызывающее необходимость его социальной защиты.

Ограничение жизнедеятельности - полная или частичная утрата лицом способности или возможности осуществлять самообслуживание, самостоятельно передвигаться, ориентироваться, общаться, контролировать свое поведение, обучаться и заниматься трудовой деятельностью.

В зависимости от степени расстройства функций организма и ограничения жизнедеятельности лицам, признанным инвалидами, устанавливается группа инвалидности, а лицам в возрасте до 18 лет устанавливается категория "ребенок-инвалид".

Признание лица инвалидом осуществляется федеральным учреждением медико-социальной экспертизы. Порядок и условия признания лица инвалидом устанавливаются Правительством Российской Федерации.

В соответствии с ч. 2 ст. 7 Закона N 181-ФЗ медико-социальная экспертиза осуществляется исходя из комплексной оценки состояния организма на основе анализа клинико-функциональных, социально-бытовых, профессионально-трудовых, психологических данных освидетельствуемого лица с использованием классификаций и критериев, разрабатываемых и утверждаемых в порядке, определяемом уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 20.02.2006 года N 95 "О порядке и условиях признания лица инвалидом" утверждены Правила признания лица инвалидом (далее - Правила N 95).

Согласно пункту 1 Правил (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) признание лица инвалидом осуществляется федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы: Федеральным бюро медико-социальной экспертизы, главным бюро медико-социальной экспертизы, а также бюро медико-социальной экспертизы в городах и районах, являющимися филиалами главных бюро.

Признание гражданина инвалидом осуществляется при проведении медико-социальной экспертизы исходя из комплексной оценки состояния организма гражданина на основе анализа его клинико-функциональных, социально-бытовых, профессионально-трудовых и психологических данных с использованием классификаций и критериев, утверждаемых Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации (пункт 2 Правил).

В соответствии с пунктом 5 Правил условиями признания гражданина инвалидом являются: нарушение здоровья со стойким расстройством функций организма, обусловленное заболеваниями, последствиями травм или дефектами; ограничение жизнедеятельности (полная или частичная утрата гражданином способности или возможности осуществлять самообслуживание, самостоятельно передвигаться, ориентироваться, общаться, контролировать свое поведение, обучаться или заниматься трудовой деятельностью); необходимость в мерах социальной защиты, включая реабилитацию и абилитацию.

В силу пункта 6 Правил наличие одного из указанных в пункте 5 настоящих Правил условий не является основанием, достаточным для признания гражданина инвалидом.

Согласно пункту 46 Правил решения бюро, главного бюро, Федерального бюро могут быть обжалованы в суд гражданином (его законным представителем) в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Пунктом 3 ст. 11 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" определено, что степень утраты застрахованным профессиональной трудоспособности устанавливается учреждением медико-социальной экспертизы; порядок установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний определяется Правительством Российской Федерации.

Степень утраты профессиональной трудоспособности устанавливается в процентах на момент освидетельствования пострадавшего, исходя из оценки потери способности осуществлять профессиональную деятельность вследствие несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, в соответствии с критериями определения степени утраты профессиональной трудоспособности, утверждаемыми Министерством труда и социальной защиты РФ по согласованию с Министерством здравоохранения РФ (пункт 2 Правил установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденных постановлением Правительства РФ от 16.10.2000 года N 789, далее - Правила N 789).

В соответствии с пунктами 16, 17 Правил N 789, в случае если пострадавший вследствие несчастного случая на производстве и профессионального заболевания может в обычных производственных условиях продолжать профессиональную деятельность с выраженным снижением квалификации либо с уменьшением объема выполняемой работы или если он утратил способность продолжать профессиональную деятельность вследствие умеренного нарушения функций организма, но может в обычных производственных условиях выполнять профессиональную деятельность более низкой квалификации, устанавливается степень утраты профессиональной трудоспособности от 40 до 60%, а если он может продолжать профессиональную деятельность с умеренным или незначительным снижением квалификации, либо с уменьшением объема выполняемой работы, либо при изменении условий труда, влекущих снижение заработка, или если выполнение его профессиональной деятельности требует большего напряжения, чем прежде - от 10 до 30%.

В целях реализации постановления Правительства РФ от 16.10.2000 N 789 постановлением Минтруда РФ от 18.07.2001 N 56 утверждены Временные критерии определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (далее - Временные критерии), согласно пункту 1 которых степень утраты профессиональной трудоспособности определяется исходя из последствий повреждения здоровья вследствие несчастного случая на производстве с учетом имеющихся у пострадавшего профессиональных способностей, психофизиологических возможностей и профессионально значимых качеств, позволяющих продолжать выполнять профессиональную деятельность, предшествующую несчастному случаю на производстве и профессиональному заболеванию, того же содержания и в том же объеме либо с учетом снижения квалификации, уменьшения объема выполняемой работы и тяжести труда в обычных, специально созданных производственных или иных условиях; выражается в процентах и устанавливается в пределах от 10 до 100%.

В соответствии с пунктом 4 Временных критериев при определении степени утраты профессиональной трудоспособности учитывается выраженность нарушений функций организма пострадавшего, приводящих к ограничению способности к трудовой деятельности, и других категорий жизнедеятельности.

Согласно пункту 14 Правил N 789, в случае если у пострадавшего наступила полная утрата профессиональной трудоспособности вследствие резко выраженного нарушения функций организма при наличии абсолютных противопоказаний для выполнения любых видов профессиональной деятельности, даже в специально созданных условиях, устанавливается степень утраты профессиональной трудоспособности 100 процентов.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО19 В.И. выполняя трудовые обязанности "данные изъяты" 2 разряда цеха N 16 "адрес", в результате несчастного случая, произошедшего 05.10.1976 г, получил открытую черепно-мозговую травму, о чем составлен акт N 122 о несчастном случае на производстве по форме Н-1.

04.01.1977 г. ФИО19 В.И. был уволен с работы по причине установления ему второй группы инвалидности.

С 03.03.1980 г. истец продолжил трудовую деятельность на том же предприятии и в том же цехе N 16 "адрес" "данные изъяты" 3-го разряда, "данные изъяты" 4 разряда, уволен с работы 07.09.1980 г. по ст. 31 КЗоТ РСФСР (инициатива работника).

В период с 15.02.1988 г. истец работал на "адрес" "данные изъяты" 4 разряда с неполной рабочей неделей, "данные изъяты" 5 разряда; 03.01.1990 г. был переведен в фирму " "данные изъяты"" "данные изъяты" 5 разряда; 01.06.1992 г. переведен в "данные изъяты" "данные изъяты"; 01.10.1992 г. принят в порядке перевода на работу в "адрес" "данные изъяты" в отделе управления качеством и стандартизации, откуда уволен 19.01.1999 г. в связи с сокращением численности персонала.

С 2007 г. ФИО19 В.И. установлена третья группа инвалидности бессрочно, с причиной - "трудовое увечье" с 60% утратой профессиональной трудоспособности.

На основании выданного ГБУЗ МО "Подольская городская больница N2" направления на медико-социальную экспертизу (далее - МСЭ) от 05.06.2018 г. истец 08.06.2018 г. обратился в МЭД бюро N 46 для разработки программы реабилитации пострадавшего (ПРП), представил справки NN 61, 62 от 04.06.2018 г. врачебной комиссии ГБУЗ МО "Подольская больница N2".

При проведении МСЭ в МЭД бюро N 46 ранее вынесенное решение об установлении третьей группы инвалидности с причиной "Трудовое увечье" и 60 % утраты профессиональной трудоспособности бессрочно не изменено, разработана программа реабилитации пострадавшего.

Решение бюро было обжаловано истцом 08.06.2018 г. в ФКУ "Главное бюро МСЭ по Московской области" Минтруда России.

12.07.2018 г. экспертным составом N 8 ФКУ "Главное бюро МСЭ по Московской области" Минтруда России в отношении ФИО19 В.И. проведена очная медико-социальная экспертиза, по результатам освидетельствования ранее вынесенное решение не изменено, что подтверждено протоколом N 699.8.Э.50/2018 и соответствующим актом от 12.07.2018 г.

Решение ФКУ "Главное бюро МСЭ по Московской области" Минтруда России было обжаловано ФИО19 В.И. в ФГБУ "Федеральное бюро Медико-социальной экспертизы" Минтруда России, которым 07.08.2018 г. истцу вновь была проведена очная медико-социальная экспертиза, что подтверждено протоколом N 690.6.ФБ/2018 от 07.08.2018 г. и соответствующим актом от 08.08.2018 г.

По результатам проведенного обследования ФИО19 В.И, изучения представленных медицинских и медико-экспертных документов (направления на медико-социальную экспертизу от 05.06.2018 г, акта о несчастном случае на производстве N 122 от 10.10.1976 г, дела освидетельствования в бюро N 46 и ФКУ "Главное бюро МСЭ по Московской области" Минтруда России, выписных эпикризов, медицинских заключений, амбулаторной карты), ФГБУ ФБ МСЭ Минтруда России не найдено оснований для установления истцу 100% утраты профессиональной трудоспособности, учтено, что ФИО19 В.И. может в обычных производственных условиях выполнять работу с использованием профессиональных знаний, навыков и умений.

Разрешая при таких обстоятельствах спор, суд, руководствуясь приведенными выше нормами материального права, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца о признании решения ФГБУ "ФБ МСЭ РФ" незаконным и установлении ему 100% утраты профессиональной трудоспособности.

Оснований не доверять заключению ФГБУ ФБ МСЭ Минтруда России судом не найдено.

Представленное истцом заключение специалиста АНО "Судебный эксперт", подготовленное по результатам медицинского исследования медицинских документов, согласно которому у ФИО19 В.И. обнаруживается стойкая утрата общей трудоспособности - 75%, профессиональной - 100%, не было принято судом в качестве допустимого доказательства, поскольку не подтверждено наличие у указанного экспертного учреждения лицензии на проведение медико-социальной экспертизы.

Оснований для назначения по делу судебной медико-социальной экспертизы судом не найдено.

С такими выводами суда и их правовым обоснованием согласился суд апелляционной инстанции.

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда также учла положения Федерального закона от 21.11.2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", в соответствии со статьей 60 которого медико-социальная экспертиза проводится в целях определения потребностей освидетельствуемого лица в мерах социальной защиты, включая реабилитацию, федеральными учреждениями медико-социальной экспертизы на основе оценки ограничений жизнедеятельности, вызванных стойким расстройством функций организма. Медико-социальная экспертиза проводится в соответствии с законодательством Российской Федерации о социальной защите инвалидов.

В силу пункта 1 части 1 статьи 100 названного Федерального закона право на осуществление медицинской деятельности в Российской Федерации имеют лица, получившие высшее или среднее медицинское образование в Российской Федерации в соответствии с федеральными государственными образовательными стандартами и имеющие сертификат специалиста.

На основе содержания приведенных нормативных положений, регламентирующих отношения по признанию лица инвалидом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что определение наличия либо отсутствия оснований для признания лица инвалидом относится к исключительной компетенции федеральных учреждений медико-социальной экспертизы, находящихся в ведении Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации и имеющих соответствующие лицензии на проведение медико-социальной экспертизы. Полномочия врачебной комиссии медицинской организации ограничиваются перечнем работ (услуг), составляющих медицинскую деятельность указанной медицинской организации, на которые данной медицинской организацией в установленном законом порядке получена соответствующая лицензия. Освидетельствование лица для установления ему инвалидности проводится только в федеральных учреждениях медико-социальной экспертизы, на которые возложены функции по установлению инвалидности. Назначение и проведение медико-социальных экспертиз должны осуществляться в медицинских организациях государственной системы медико-социальной экспертизы, имеющих лицензию на осуществление медицинской деятельности по соответствующим работам (услугам) - по медико-социальной экспертизе, а также лицами, получившими высшее медицинское образование в Российской Федерации, имеющими сертификат специалиста в том объеме, в каком эта деятельность указана в лицензии и сертификате.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что представленный истцом к заключению эксперта АНО "Судебный эксперт" сертификат (л.д. 92), не предусматривает проведение данной организацией медико-социальной экспертизы.

Личная оценка заявителем своего состояния здоровья носит субъективный характер и сама по себе не может являться основанием для безусловного установления ему 100% утраты профессиональной трудоспособности.

Довод апелляционной жалобы истца о нарушении его процессуальных прав при отказе в проведении судебной медико-социальной экспертизы, судебная коллегия признала несостоятельными, ссылаясь на то, что в силу статей 56, 57, 59, 60 ГПК РФ суд самостоятельно определяет пределы доказывания и оказывает содействие стороне в истребовании только тех доказательств, которые соответствуют требованиям относимости и допустимости. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Выводы судов первой и апелляционной инстанций являются верными, соответствующими представленным в дело доказательствам, которым дана надлежащая оценка в их совокупности по правилам ст.ст. 56, 67 ГПК РФ, и не противоречащими требованиям законодательства, регулирующего спорное отношение.

Доводами кассационной жалобы выводы судов не опровергаются. Несогласие с данной судами первой и апелляционной инстанций оценкой доказательств не может служить основанием для отмены в кассационном порядке правильного по существу судебного акта. Правом переоценки доказательств суд кассационной инстанции не наделен.

Необходимо также учесть, что степень утраты профессиональной трудоспособности истца (60%) подтверждена рядом проведенных в отношении него очных медико-социальных экспертиз.

С учетом изложенного, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 379.6, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции

определила:

решение Тимирязевского районного суда города Москвы от 31 октября 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда 16 мая 2019 года оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО19 В.И. - без удовлетворения.

 

Председательствующий

 

Судьи

 

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.