Постановление Президиума Московского городского суда от 18 сентября 2009 г. по делу N 44у-275/09 Приговор по факту покушения на убийство подлежит изменению, поскольку суд не установил в действиях обвиняемого прямого умысла на убийство потерпевшего и переквалифицировал преступное деяние как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью

Постановление Президиума Московского городского суда от 18 сентября 2009 г. по делу N 44у-275/09


Президиум Московского городского суда в составе:

председательствующего Колышницыной Е.Н.,

членов президиума Дмитриева А.Н., Курциньш С.Э., Васильевой Н.А., Агафоновой Г.А.,

рассмотрел в судебном заседании уголовное дело по надзорной жалобе осужденного Б.Г.П. на приговор Кунцевского районного суда г. Москвы от 11 декабря 2008 года, которым Б.Г.П., родившийся 19 февраля 1985 года в г. Каменск-Шахтинский Ростовской области, гражданин РФ, не судимый,

осужден по ст.ст. 30 ч. 3, 105 ч. 1 УК РФ к 6 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Отбывание срока наказания исчисляется с 11 ноября 2008 года с зачетом времени содержания под стражей с 27-го по 28-е октября 2008 года.

По делу удовлетворен гражданский иск: взыскано с Б.Г.П. в пользу Московского городского фонда обязательного медицинского страхования 13160 рублей 29 копеек в возмещение средств, затраченных на стационарное лечение потерпевшего Б.С.В.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 21 января 2009 года приговор изменен: отбывание срока наказания Б.Г.П. постановлено исчислять с 11 декабря 2008 года.

В надзорной жалобе осужденный Б.Г.П. указывает на то, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и ставит вопрос о переквалификации содеянного на ст. 112 УК РФ со смягчением назначенного наказания, поскольку умысла на убийство Б.С.В. у него не было.

Заслушав доклад судьи Московского городского суда Рольгейзера В.Э. и мнение первого заместителя прокурора г. Москвы Р., полагавшего действия Б.Г.П. переквалифицировать на ст. 112 ч. 1 УК РФ с назначением наказания в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы, президиум установил:

Б.Г.П. признан виновным в покушении на убийство, не доведенное до конца по обстоятельствам, не зависящим от воли виновного. Преступление совершено в г. Москве при следующих обстоятельствах.

Б.Г.П. 04 октября 2008 года, примерно в 07 часов, находясь в квартире N 85 дома 25 по улице Ярцевской г. Москвы, в процессе совместного употребления спиртных напитков и в ходе ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношений, имея умысел на причинение смерти Б.С.В., нанес последнему множественные удары руками в различные части тела и лица, после чего, реализуя свой преступный умысел, нанес ему не менее 6 ударов в область головы и туловища бачком от унитаза, который от нанесенных ударов разбился, причинив потерпевшему телесные повреждения в виде:

- черепно-мозговой травмы, поверхностной ушибленной раны левой подглазничной области, ушибленной раны левой заушной области, множественных ссадин, кровоподтеков мягких тканей лица и головы, перелома нижней челюсти в области угла справа, сотрясения головного мозга, причинивших средней тяжести вред здоровью по длительности расстройства здоровья на срок более 21 дня;

- резаной раны левой половины грудной клетки в верхней трети по боковой поверхности, резаной раны в средней трети правого предплечья, причинивших легкий вред здоровью по длительности расстройства здоровья на срок не более 21 дня;

- множественных ссадин, кровоподтеков мягких тканей туловища, конечностей, не повлекших кратковременного расстройства здоровья, поэтому не расценивающихся как вред здоровью.

После этого Б.Г.П. ушел из квартиры, сознательно оставив Б.С.В. в беспомощном состоянии. Преступные действия Б.Г.П. не были доведены до конца по независящим от него обстоятельствам, так как потерпевшему была своевременно оказана квалифицированная медицинская помощь.

Проверив материалы дела и обсудив доводы, приведенные в надзорной жалобе осужденного, президиум находит состоявшиеся судебные решения подлежащими изменению по следующим основаниям.

Суд правильно и полно установил фактические обстоятельства дела, связанные с произошедшим конфликтом и умышленным причинением Б.Г.П. многочисленных телесных повреждений потерпевшему Б.С.В., наиболее значительные из которых квалифицированы как повлекшие средней тяжести вред здоровью. В этой части вынесенный в отношении Б.Г.П. обвинительный приговор в надзорной жалобе не оспаривается.

В то же время с юридической оценкой этих действий как покушения на убийство, не доведенного до конца по обстоятельствам, не зависящим от воли виновного, президиум согласиться не может.

Из материалов дела усматривается, что Б.Г.П. на всем протяжении производства по делу умысел на убийство потерпевшего категорически отрицал, указывая, что у него не было причины желать смерти Б.С.В., угроз убийством он в его адрес также не высказывал.

По смыслу закона, имеющиеся доказательства подлежат оценке не только с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, но и достаточности их в совокупности для разрешения дела, в том числе - для вывода о форме вины, характере и направленности умысла виновного, мотивов и целей его противоправных действий. Кроме того, покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, когда виновный осознает общественную опасность своих действий (бездействия), предвидит возможность или неизбежность наступления смерти другого человека и желает ее наступления.

Мотивируя вывод о наличии у подсудимого умысла на убийство, суд исходил по существу лишь из показаний самого потерпевшего в стадии предварительного следствия, показаний свидетеля П., обнаружившего раненного Б.С.В. и вызвавшего наряд скорой помощи, показаний свидетеля Б.Л.В. о наличии в коридоре квартиры разбитого бачка от унитаза со следами крови, а также из объективных данных о локализации обнаруженных у Б.С.В. телесных повреждений.

Однако, при этом не было учтено, что Б.Г.П. и Б.С.В. познакомились лишь за несколько часов до инцидента и ранее в каких-либо враждебных или неприязненных отношениях между собой не состояли. При этом произошедшая между ними в тот же вечер ссора по незначительному поводу явных мотивов для убийства также не давала.

Из показаний Б.С.В., полученных в стадии следствия, видно, что он, хотя и говорил о возникших у него в момент избиения опасениях за свою жизнь, но по существу излагал лишь свое субъективное мнение на этот счет, о чем свидетельствует записанное с его слов выражение: "... я думал, что Б.Г.П. хочет меня убить..." (л.д. 56). О каких-либо фактах, прямо указывающих на то, что Б.Г.П. действительно покушался на его жизнь, потерпевший в своих показаниях не сообщал.

Что касается показаний свидетелей П. и Б.Л.В., на которые имеются ссылки в приговоре, то эти лица очевидцами преступления не были и описывали лишь обстановку на месте происшествия, обнаруженные ими следы и вещественные доказательства, которые сами по себе о наличии у Б.Г.П. умысла на убийство Б.С.В. также не свидетельствуют.

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта, у Б.С.В. обнаружены повреждения, причинившие средней тяжести вред и легкий вред здоровью, а также ссадины и кровоподтеки, не повлекшие кратковременного расстройства здоровья и поэтому не расценивающиеся как вред здоровью.

Все указанные повреждения, как каждое по отдельности, так и в совокупности, какой - либо опасности для жизни потерпевшего не представляли. При этом из материалов дела видно, что Б.Г.П. после избиения Б.С.В. сам покинул место происшествия, то есть ушел из квартиры.

Учитывая, что причиненные потерпевшему телесные повреждения опасности для жизни не представляли, вывод суда о том, что преступление (убийство) не было доведено до конца исключительно из-за своевременного оказания Б.С.В. квалифицированной медицинской помощи, следует признать ошибочным. Поскольку иных обстоятельств, которые бы объективно препятствовали доведению преступления (убийства) до конца, судом не установлено, то, следовательно, Б.Г.П., если бы он действительно намеревался лишить потерпевшего жизни, имел для этого реальную возможность, однако фактически ею не воспользовался и добровольно покинул место происшествия.

При таких обстоятельствах президиум приходит к выводу о том, что действия Б.Г.П. ошибочно квалифицированы как покушение на убийство и, с учетом наступивших последствий, подлежат переквалификации на ст. 112 ч. 1 УК РФ как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья.

Таким образом, при рассмотрении дела допущено неправильное применение уголовного закона, что в соответствии со ст.ст. 409, 379 ч. 1 п. 3 УПК РФ является основанием для пересмотра судебных решений в порядке надзора.

При назначении наказания президиум исходит из положений ст. 60 УК РФ, данных о личности виновного и конкретных обстоятельств дела, характеризующих совершенное преступление.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 407 и 408 УПК РФ, президиум постановил:

1. Надзорную жалобу осужденного Б.Г.П. удовлетворить.

2. Приговор Кунцевского районного суда г. Москвы от 11 декабря 2008 года и кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 21 января 2009 года в отношении Б.Г.П. изменить: переквалифицировать его действия со ст.ст. 30 ч. 3, 105 ч. 1 УК РФ на ст. 112 ч. 1 УК РФ, по которой назначить 2 года 6 месяцев лишения свободы в колонии-поселении.

В остальном приговор и кассационное определение по делу оставить без изменения.


Председательствующий

Е.Н. Колышницына



Постановление Президиума Московского городского суда от 18 сентября 2009 г. по делу N 44у-275/09


Текст постановления официально опубликован не был


Откройте нужный вам документ прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.