Купить систему ГАРАНТ Получить демо-доступ Узнать стоимость Информационный банк Подобрать комплект Семинары

Постановление Суда по интеллектуальным правам от 28 мая 2021 г. N С01-595/2021 по делу N А40-69096/2020 Удовлетворяя исковые требования в части суд апелляционной инстанции исходил из того, что из буквального толкования условий спорного договора правовая природа спорного вознаграждения является именно платой за использование ответчиком товарного знака, ноу-хау предоставленных по договору; спорное вознаграждение не является штрафной неустойкой, вопреки доводам ответчика, оснований для отмены ранее принятого судебного решения нет

Постановление Суда по интеллектуальным правам от 28 мая 2021 г. N С01-595/2021 по делу N А40-69096/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 мая 2021 г.

Полный текст постановления изготовлен 28 мая 2021 г.

 

Суд по интеллектуальным правам в составе:

председательствующего судьи Булгакова Д.А.,

судей Борисовой Ю.В., Химичева В.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу федерального бюджетного учреждения науки "Центральный научно-исследовательский институт эпидемиологии" Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека (ул. Новогиреевская, д. 3А, Москва, 111123, ОГРН 1027700046615) на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.12.2020 по делу N А40-69096/2020,

по иску общества с ограниченной ответственностью "МедБизнесКонсалтинг" (Пресненская наб., д. 12, эт/ком. 28/7, Москва, 123112, ОГРН 1077762132282) к обществу с ограниченной ответственностью "Умная медицина" (ул. Громова, д. 10, Удельная дачный поселок, г. Раменское, Московская обл., 140140, ОГРН 1165040052990),

с участием в деле третьего лица, федерального бюджетного учреждения науки "Центральный научно-исследовательский институт эпидемиологии" Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, о взыскании задолженности, неустойки.

В заседании приняли участие представители:

от федерального бюджетного учреждения науки "Центральный научно-исследовательский институт эпидемиологии" Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека - Ревинская С.А. (по доверенности от 01.02.2021 N 26/21);

от общества с ограниченной ответственностью "МедБизнесКонсалтинг" - Дикий А.А. (по доверенности от 28.12.2020 N 41/2020).

Суд по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью "МедБизнесКонсалтинг" обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском, уточненном в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о взыскании с общества с ограниченной ответственностью "Умная медицина" задолженности в размере 305 213 руб. 05 коп., неустойки за просрочку оплаты за период с 14.03.2020 по 24.03.2020 в размере 4405 руб. 99 коп. по сублицензионному договору от 25.08.2016 N 100816/ДР, а также неустойки, исходя из расчета 0,5% за каждый день просрочки, начиная с 25.03.2020 по дату фактической уплаты долга.

Настоящее дело рассмотрено в порядке упрощенного производства, с учетом положений главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 17.07.2020 исковые требования признаны обоснованными, однако удовлетворены частично, в том числе, с учетом снижения размера неустойки в соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по дату фактической оплаты долга.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции решением, федеральное бюджетное учреждение науки "Центральный научно-исследовательский институт эпидемиологии" Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека (далее - учреждение) в порядке статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просило решение суда первой инстанции отменить и привлечь его к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Оценив доводы жалобы лица, не привлеченного к участию в деле, суд апелляционной инстанции усмотрел правовые основания для перехода к рассмотрению настоящего дела по правилам суда первой инстанции в соответствии с пунктом 4 части 4 статьи 270 и части 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учреждение привлечено к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2020 решение суда первой инстанции от 17.07.2020 отменено, с ответчика в пользу истца взыскано 252 074 руб. 80 коп. долга, 881 руб. 20 коп. неустойки, а также неустойки в размере 0,1% от суммы долга в размере 252 074 руб. 80 коп. за каждый день просрочки, начиная с 25.03.2020 по день фактической уплаты долга, а также 10 151 руб. расходов по госпошлине. В остальной части иска отказано.

Учреждение, не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, обратилось в Суд по интеллектуальным правам с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит отменить обжалуемый судебный акт и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

В кассационной жалобе учреждение выражает несогласие с выводом суда о правовой природе дополнительного вознаграждения, полагает, что истец и ответчик, устанавливая размер лицензионного соглашения, вышли за пределы имеющихся у истца прав на товарный знак и тем самым нарушили пункт 2 статьи 1238 ГК РФ; суд вышел за пределы заявленных требований, давая оценку иным положениям сублицензионного договора.

Заявитель кассационной жалобы также указывает следующее: размер взыскиваемого вознаграждения является штрафной неустойкой, поэтому, к спорным правоотношениям подлежат применению положения статьи 333 ГК РФ, вывод суда о том, что между истцом и ответчиком не было достигнуто соглашение об изменении сублицензионного договора в части размера лицензионного вознаграждения, сделан без учета того, что правообладатель вправе утверждать Правила использования товарных знаков CMD/CMDKIDS, обязательных для исполнения истцом, ответчиком и третьим лицом.

Истец представил отзыв на кассационную жалобу, в котором возражал против ее удовлетворения.

В судебном заседании представитель третьего лица поддержал доводы кассационной жалобы, просил отменить обжалуемый судебный акт.

Представитель истца возражал против удовлетворения кассационной жалобы по доводам отзыва.

Представитель истца в судебном заседании дополнительно отметил, что ответчик полностью исполнило судебный акт апелляционного суда, взысканные суммы полностью выплачены ответчиком истцу.

Законность принятых судебных актов проверена в порядке статей 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, изложенных в кассационных жалобах и отзыве на нее, а также на предмет наличия безусловных оснований для отмены судебного акта, установленных частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, между обществом "МедБизнесКонсалтинг" (лицензиатом) и обществом "Умная медицина" (сублицензиатом) заключен сублицензионный договор от 25.08.2016 N 100816/ДР о предоставлении права использования товарного знака "CMD" по свидетельству Российской Федерации N 491874 (далее - "товарный знак").

Согласно указанному договору лицензиат предоставил сублицензиату неисключительное право использования указанного товарного знака на условиях договора на территории помещения, находящегося по адресу: Московская обл., Раменский р-н, пос. Удельная, ул. Громова, д. 10.

В соответствии с п. 3.1, п. 3.2 договора сублицензиат обязался в течение срока действия договора выплачивать лицензиату лицензионное вознаграждение (роялти) и дополнительное лицензионное вознаграждение (далее - вознаграждение).

Согласно п. 3.1.1 договора сублицензиат обязался в течение срока действия договора выплачивать лицензиату лицензионное вознаграждение (роялти) в размере 4,5% от дохода (менее 1 300 000 руб.), полученного сублицензиатом в результате использования товарного знака.

Как указано в п. 3.2 договора сублицензиат должен выплачивать лицензиату дополнительное лицензионное вознаграждение в размере 3,5% от дохода сублицензиата (помимо лицензионного вознаграждения, указанного в п. 3.1 договора) за право использования комплекса исключительных прав по договору.

Дополнительное роялти оплачивается наряду с роялти, указанным в п. 3.1. Договора. Выплата дополнительного роялти осуществляется в порядке аналогичном порядку выплаты роялти, указанного в п. 3.1 договора.

Дополнительное лицензионное вознаграждение является частью лицензионного вознаграждения по использованию товарного знака, следовательно, не является возмездной услугой на которое распространяются положения статей 779, 781 ГК РФ.

В соответствии с п. 4.1. договора ежемесячно, в течение 5 (пяти) рабочих дней с начала каждого месяца, следующего за отчетным месяцем, сублицензиат обязуется предоставить лицензиату следующие отчеты: отчет об объеме дохода, полученного сублицензиатом в отчетном периоде за реализуемые медицинские услуги по договорам оказания услуг по проведению лабораторных исследований клинического материала пациентов, отчет об объеме дохода, полученного сублицензиатом в отчетном периоде за реализуемые медицинские услуги по договорам оказания услуг по проведению лабораторных исследований клинического материала пациентов по каждому виду исследований.

Согласно п. 3.3 договора сублицензиат вправе не предоставлять лицензиату отчетность, установленную в п. 4.1 названного договора, и не раскрывать размер полученного дохода в отчетном периоде. В этом случае Сторонами настоящего договора устанавливается, что вознаграждение лицензиата за отчетный период составляет 300 000 рублей вне зависимости от размера фактически полученного сублицензиатом дохода.

В силу п. 3.3.1 договора сублицензиат считается воспользовавшимся своим правом по нераскрытию размера полученного дохода в отчетном периоде, а лицензиат вправе исчислить и требовать уплаты вознаграждения в размере, установленном в п. 3.3 договора, при условии, что отчетность, указанная в п. 4.1 договора, не предоставлена надлежащим образом лицензиату в течение 15 (пятнадцати) календарных дней с начала месяца, следующего за отчетным периодом.

Как указывал истец в обоснование исковых требований, ответчик в указанные в договоре сроки не представил отчет об объеме дохода, полученного сублицензиатом за февраль 2020 года, и, соответственно, сублицензиат не исполнил своих обязанностей по договору в части предоставления отчетности за февраль 2020 года, вознаграждение лицензиата за февраль 2020 года составляет 300 000 руб.

Таким образом, лицензиат в соответствии с п. 3.3. договора выставил вознаграждение лицензиата за февраль 2020 года в размере 300 000 руб.

За январь 2020 года сублицензиат своевременно предоставил истцу отчет об объеме дохода, полученного сублицензиатом, где доход сублицензиата за январь 2020 составляет 664 227 руб.

Как указал истец, по состоянию на 24.03.2020 общая сумма задолженности с учетом оплат сублицензиата по выплате лицензионного вознаграждения и дополнительного лицензионного вознаграждения (далее - вознаграждение) за период (далее - исковой период) с января 2020 года по февраль 2020 года по договору у сублицензиата перед лицензиатом составляет 353 138, 17 руб.

При рассмотрении дела по существу, учитывая, что ответчик оплатил частично долг по иску после подачи уже искового заявления, истец в возражениях на отзыв уточнил размер заявленных требований, просил взыскать долг в сумме 305 213 руб. 05 коп., пени в сумме 4 405 руб. 99 коп. за период с 14.03.2020 по 24.03.2020.

Удовлетворяя исковые требования частично, суд первой инстанции исходил из доказанности передачи обществу "Умная медицина" права использования товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 491874 и его использования данным лицом в своей деятельности в предусмотренных сублицензионным договором пределах.

Принимая во внимание отчеты об объеме дохода, полученного обществом "Умная медицина" в период с января 2020 года по февраль 2020 года, выставленные обществом "МБК" счета и составленные обществом "МБК" акты, учитывая произведенную ответчиком оплату долга за январь в суммах 23 247 руб. 95 коп. и 29 890 руб. 22 коп., с учетом условий сублицензионного договора, суд первой инстанции установил, что общая сумма задолженности составила 252 074 руб. 88 коп., а неустойка - 4 405 руб. 99 коп. за период с 14.03.2020 по 24.03.2020.

При этом учитывая заявленное ответчиком ходатайство об уменьшении неустойки по правилам статьи 333 ГК РФ, а также фактические обстоятельства настоящего дела, суд первой инстанции пришел к выводу об удовлетворении исковых требований частично, снизив сумму неустойки исходя из 0,1% от суммы долга (881 руб. 20 коп.) за каждый день просрочки с 25.03.2020 до даты фактического исполнения обязательств.

Суд апелляционной инстанции установив, что решение суда первой инстанции затрагивает права и законные интересы лица, не привлеченного к участию в деле (Учреждения), пришел к выводу о нарушении судом первой инстанции требований пункта 4 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что в силу части 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены решения суда первой инстанции и рассмотрению дела судом апелляционной инстанции по правилам, установленным названным Кодексом для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

При рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции истец пояснил, что общая сумма задолженности, с учетом оплат сублицензиата по выплате лицензионного вознаграждения и дополнительного лицензионного вознаграждения за спорный период составляет 252 074 руб. 80 коп.

Суд апелляционной инстанции согласился с расчетом задолженности, представленным истцом.

В свою очередь, суд апелляционной инстанции посчитал возможным снизить размер неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ до 0,1% от суммы долга (881 руб. 20 коп.) за каждый день просрочки с 25.03.2020 до даты фактического исполнения обязательств, тем самым удовлетворив исковые требования частично.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на нее, заслушав мнение представителей сторон, проверив в соответствии со статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, Суд по интеллектуальным правам пришел к следующим выводам.

Изложенные в кассационной жалобе доводы заявителя сводятся к несогласию с выводами суда апелляционной инстанции о наличии в данном случае оснований для взыскания задолженности и неустойки по сублицензионному договору от 25.08.2016 N 100816/ДР.

В соответствии со статьей 1233 ГК РФ правообладатель может распорядиться принадлежащим ему исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации любым не противоречащим закону и существу такого исключительного права способом, в том числе путем его отчуждения по договору другому лицу (договор об отчуждении исключительного права) или предоставления другому лицу права использования соответствующих результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации в установленных договором пределах (лицензионный договор). Заключение лицензионного договора не влечет за собой переход исключительного права к лицензиату.

Согласно пункту 1 статьи 1235 ГК РФ по лицензионному договору одна сторона - обладатель исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования такого результата или такого средства в предусмотренных договором пределах.

Пунктом 5 статьи 1235 ГК РФ предусмотрено, что по лицензионному договору лицензиат обязуется уплатить лицензиару обусловленное договором вознаграждение, если договором не предусмотрено иное.

Выплата вознаграждения по лицензионному договору может быть предусмотрена в форме фиксированных разовых или периодических платежей, процентных отчислений от дохода (выручки) либо в иной форме.

Как разъяснено в пункте 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10), по смыслу пункта 5 статьи 1235 ГК РФ в его взаимосвязи с пунктом 4 статьи 1237 ГК РФ вознаграждение по возмездному лицензионному договору уплачивается за предоставление права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

Как указано в абзаце втором пункта 5 статьи 1235 ГК РФ, при отсутствии в возмездном лицензионном договоре условия о размере вознаграждения или порядке его определения договор считается незаключенным.

Согласно пункту 1 статьи 1238 ГК РФ при письменном согласии лицензиара лицензиат может по договору предоставить право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации другому лицу (сублицензионный договор).

В силу пункта 5 статьи 1238 ГК РФ к сублицензионному договору применяются правила настоящего Кодекса о лицензионном договоре.

В соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 05.02.2013 N 12444/12 по делу N А32-24023/2011, требования к существенным условиям договоров устанавливаются законодателем с целью не допустить неопределенность в правоотношениях сторон и предупредить разногласия относительно исполнения обязательств по договору.

Согласно пункту 5 статьи 1235 ГК РФ и пункту 5 статьи 1238 ГК РФ условие о размере вознаграждения является существенным условием лицензионного (сублицензионного договора).

Дав оценку содержанию и предмету названному договору, представленным в материалы дела платежам суд апелляционной инстанции пришел к выводу о доказанности наличия у ответчика перед истцом задолженности по выплате лицензионного вознаграждения и дополнительного вознаграждения за период январь 2020 года - февраль 2020 года.

Удовлетворяя исковые требования в части суд апелляционной инстанции исходил из того, что из буквального толкования условий спорного договора правовая природа спорного вознаграждения является именно платой за использование ответчиком товарного знака, ноу-хау предоставленных по договору; спорное вознаграждение не является штрафной неустойкой, вопреки доводам ответчика.

Поэтому суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что стороны, устанавливая размер лицензионного вознаграждения по сублицензионному договору, не вышли за пределы имеющихся у истца прав на товарный знак и тем самым не нарушили пункт 2 статьи 1238 ГК РФ, на который ссылаются заявитель кассационной жалобы.

Суд по интеллектуальным правам обращает внимание на то, что поскольку ответчиком не представлены в материалы дела доказательства полной и своевременной оплаты лицензионного вознаграждения, иск правомерно признан судом апелляционной инстанции обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Суд кассационной инстанции принимает также во внимание обстоятельства того, что обжалуемое постановление на момент рассмотрения настоящей кассационной жалобы уже полностью добровольно исполнено ответчиком, взысканные суммы ответчиком уплачены, согласно пояснениям представителя истца данным в судебном заседании.

При этом кассационную жалобу на постановление апелляционной инстанции ответчик в установленном порядке не подал.

Несогласие третьего лица с взысканными с ответчика суммами задолженности и неустойки, с толкованием условий договора, подлежат отклонению, поскольку они касаются непосредственно фактических обстоятельств спора, установленных судом апелляционной инстанции в процессе рассмотрения дела и результатов оценки судом имеющихся в деле доказательств.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основание иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, существенном нарушении норм процессуального права.

Доводы учреждения, изложенные в кассационной жалобе основаны на субъективном толковании третьим лицом сублицензионного договора и не свидетельствует о существенном нарушении судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, поэтому не могут быть приняты именно в качестве основания для отмены оспариваемого судебного акта.

При этом условия договора соответствуют положениям пункту 5 статьи 1235 ГК РФ и пункту 5 статьи 1238 ГК РФ.

Согласно пункту 2 статьи 1233 ГК РФ к договорам о распоряжении исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, в том числе к договорам об отчуждении исключительного права и к лицензионным (сублицензионным) договорам, применяются общие положения об обязательствах (статьи 307 - 419 ГК РФ) и о договоре (статьи 420 - 453 ГК РФ), поскольку иное не установлено правилами раздела VII ГК РФ и не вытекает из содержания или характера исключительного права.

Аналогичная позиция отражена в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора".

Следовательно, на правоотношения сторон распространяются положения части 1 статьи 450 ГК РФ, согласно которой изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами или договором.

В соответствии с пунктом 3 статьи 308 ГК РФ, обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц). Таким образом, по общему правилу, как стороны договора не могут создать правовых последствий для третьих лиц, так и третьи лица не могут создать правовых последствий для договорных отношений настоящих сторон.

Как установлено судом апелляционной инстанции и не оспаривается лицами, участвующими в деле, между истцом и ответчиком соглашение об изменении сублицензионного договора в части размера сублицензионного вознаграждения достигнуто не было.

Руководствуясь приведенными нормами, с учетом того, что спорный договор заключен между истцом и ответчиком, суд апелляционной инстанции отклонил ссылку третьего лица на положения лицензионного договора о возможности правообладателя утверждать Правила использования товарного знака, установив, что у лицензиара отсутствуют права устанавливать либо изменять в одностороннем порядке существенные условия заключенного между обществом "МДК" и обществом "Умная медицина" сублицензионного договора посредством утверждения Правил использования товарного знака.

Суд кассационной инстанции не находит правовых оснований для переоценки указанных мотивированных выводов апелляционного суда.

При таких обстоятельствах, доводы заявителя кассационной жалобы о том, что суд апелляционной инстанции не принял во внимание положения лицензионного договора о праве правообладателя утверждать Правила использования товарного знака подлежат отклонению как противоречащие содержанию обжалуемого судебного акта.

Рассмотрев кассационную жалобу третьего лица, Суд по интеллектуальным правам усматривает, что изложенные в ней доводы, по сути, сводятся к несогласию третьего лица с выводами суда апелляционной инстанции, и не свидетельствуют о неправильном применении им норм материального и процессуального права либо о наличии выводов, не соответствующих обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

В соответствии с положениями статьи 286, части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции не вправе пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрении, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции.

Нарушений требований процессуального законодательства при сборе и оценке судом апелляционной инстанции доказательств по делу суд кассационной инстанции не усматривает.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 N 16549/12 сформулирована правовая позиция, согласно которой из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Суд кассационной инстанции считает, что суд апелляционной инстанции при рассмотрении спора правильно определил характер спорного правоотношения, круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, правильно определил законы и иные нормативные акты, которые следовало применить по настоящему делу, дал оценку всем имеющимся в деле доказательствам с соблюдением требований арбитражного процессуального законодательства.

На основании изложенного обжалуемое постановление подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба без удовлетворения.

Обстоятельств, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, судебной коллегией не усматривается.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы подлежат отнесению на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2020 по делу N А40-69096/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу федерального бюджетного учреждения науки "Центральный научно-исследовательский институт эпидемиологии" Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

 

Председательствующий судья

Д.А. Булгаков

 

Судья

Ю.В. Борисова

 

Судья

В.А. Химичев

 

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.

Две медицинские компании заключили сублицензионный договор о предоставлении права использования товарного знака. Сублицензиат обязался выплачивать лицензионное вознаграждение за товарный знак и дополнительное за ноу-хау. Вознаграждение исчислялось исходя из отчета сублицензиата о доходе за реализуемые медуслуги за месяц. В случае непредоставления отчета вознаграждение было определено в конкретной денежной сумме. Сублицензиат задолжал выплату на два месяца, за один из которых не представил отчет. Поэтому истец рассчитал сумму иска за этот месяц в твердой сумме. Суды взыскали долг, но третье лицо - НИИ Роспотребнадзора оспорило решение. Оно было не согласно с выводом суда о правовой природе дополнительного вознаграждения, а также посчитало, что, устанавливая размер вознаграждения, стороны вышли за пределы имеющихся у истца прав на товарный знак. Оно сочло вознаграждение штрафной неустойкой, которую суд мог снизить по правилам ГК РФ. Однако Суд по интеллектуальным правам не согласился с этим и оставил в силе судебный акт.

Дополнительное вознаграждение - это часть лицензионного вознаграждения, а не плата за услугу. Устанавливая размер вознаграждения, лицензиат не вышел за пределы имеющихся у него исключительных прав, так как спорное вознаграждение по своей правовой природе - это плата за товарный знак и ноу-хау, а не штрафная неустойка.