Купить систему ГАРАНТ Получить демо-доступ Узнать стоимость Информационный банк Подобрать комплект Семинары

Постановление Суда по интеллектуальным правам от 8 июня 2021 г. N С01-617/2021 по делу N А19-30699/2019 Суды первой и апелляционной инстанции исходили из доказанности факта наличия у компании исключительных прав на товарный знак и произведения изобразительного искусства и нарушения этих прав обществом при реализации товара, содержащего объекты авторских прав и средство индивидуализации, оснований для отмены ранее принятых судебных решений нет

Постановление Суда по интеллектуальным правам от 8 июня 2021 г. N С01-617/2021 по делу N А19-30699/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 3 июня 2021 г.

Полный текст постановления изготовлен 8 июня 2021 г.

 

Суд по интеллектуальным правам в составе: председательствующего судьи Силаева Р.В., судей Мындря Д.И., Погадаева Н.Н.

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу иностранного лица ROI VISUAL Co., Ltd. (Yangjin Plaza 2F~6F, 5 Hakdong-Ro 30-Gil, Gangnam, Seoul) на решение Арбитражный суд Иркутской области от 14.09.2020 по делу N А19-30699/2019 и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2021 по тому же делу

по иску иностранного лица ROI VISUAL Co., Ltd. (Yangjin Plaza 2F~6F, 5 Hakdong-Ro 30-Gil, Gangnam, Seoul) к обществу с ограниченной ответственностью "Оми-Пресса" (ул. Советская, д. 109Г, г. Иркутск, 664009, ОГРН 1083808013409) о защите исключительных прав на товарный знак и произведения изобразительного искусства.

В судебном заседании приняли участие представители:

от иностранного лица ROI VISUAL Co., Ltd. - Кыржинакова И.В. (по доверенности от 11.01.2021);

от общества с ограниченной ответственностью "Оми-Пресса" - Владимирова Е.Д. (по доверенности от 15.01.2021).

Суд по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

иностранное лицо ROI VISUAL Co., Ltd (далее - компания) обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Оми-Пресса" (далее - общество) о взыскании 150 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по международной регистрации N 1213307 и на произведения изобразительного искусства (рисунки) - изображения персонажей "ROBOCAR POLI (POLI) (Робокар Поли (Поли)", "ROBOCAR POLI (ROY) (Робокар Поли (Рой)", "ROBOCAR POLI (AMBER) (Робокар Поли (Эмбер)", "ROBOCAR POLI (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли)".

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 14.09.2020, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2021, исковые требования удовлетворены частично: с общества в пользу компании взыскано 50 000 рублей компенсации и 1 833 рублей 15 копеек возмещения судебных расходов.

Не согласившись с вышеуказанными судебными актами, компания обратилась с Суд по интеллектуальным правам с кассационной жалобой, в которой просит названные решение и постановление отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы компания ссылается на отсутствие в материалах дела доказательств, позволяющих установить, что правонарушения ответчика охватывается единством намерения на распространение спорных товаров.

По мнению заявителя кассационной жалобы, факт реализации разных товаров, в разных торговых точках, в разное время исключает вывод о единстве намерений ответчика.

При этом компания обращает внимание на то, что соответствующего ходатайства ответчиком заявлено не было.

Заявитель кассационной жалобы также указывает на отсутствие оснований для снижения заявленного размера компенсации, в том числе отмечает, что ответчик мотивированное ходатайство о таком снижении не представил, кроме того, как отметила компания, общество ранее привлекалось к гражданско-правовой ответственности за нарушение исключительных прав.

Кроме того, как полагает истец, судами первой и апелляционной инстанции допущены нарушения норм процессуального права, поскольку в силу положений статьи 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы должны были быть возложены на ответчика в полном объеме, поскольку он нарушил досудебный порядок урегулирования спора.

В судебном заседании представитель компании поддержал изложенные в кассационной жалобе доводы.

Общество в отзыве и его представитель в ходе судебного заседания оспорили приведенные в кассационной жалобе доводы, считают обжалуемые судебные акты законными и обоснованными.

Законность обжалуемых решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе.

Как следует из судебных актов, компании принадлежат исключительные права на товарный знак по международной регистрации N 1213307 и на произведения изобразительного искусства (рисунков) - изображений персонажей "ROBOCAR POLI (POLI) (Робокар Поли (Поли)", "ROBOCAR POLI (ROY) (Робокар Поли (Рой)", "ROBOCAR POLI (AMBER) (Робокар Поли (Эмбер)", "ROBOCAR POLI (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли)".

Иск мотивирован нарушением обществом исключительных прав компании при реализации товаров - конструкторов, на которых (в которых) воспроизведены вышеназванные товарные знак и произведения изобразительного искусства.

Оценив представленные в дело доказательства, суд первой инстанции руководствовался статьями 1225, 1229, 1252, 1259, 1270, 1301, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в пунктах 59, 61 и 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10), и исходили из доказанности факта наличия у компании исключительных прав на товарный знак и произведения изобразительного искусства и нарушения этих прав обществом при реализации товара, содержащего названные выше объекты авторских прав и средство индивидуализации.

Определяя подлежащий взысканию размер компенсации, суд первой инстанции учел ходатайство ответчика о снижении размера компенсации, последовательность совершенных сделок и наличие единства намерений ответчика при их осуществлении, в связи с чем пришел к выводу об одном факте допущенного ответчиком нарушения в отношении каждого объекта авторского права и посчитал разумным и обоснованным взыскать компенсацию в размере 50 000 рублей. Указанная сумма, по мнению суда первой инстанции, является соразмерной последствиям нарушения и соответствует принципу разумности и справедливости с учетом характера допущенного нарушения и иных установленных по делу обстоятельств.

Апелляционный суд с выводами суда первой инстанции согласился, отклонив приведенные в апелляционной жалобе доводы, аналогичные доводам, изложенным в кассационной жалобе.

В силу части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции проверяет законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях на нее.

Исследовав доводы, изложенные в кассационной жалобе, Суд по интеллектуальным правам пришел к выводу, что доводы жалобы сводятся к несогласию с взысканной компенсацией, а также с отказом судов во взыскании с ответчика всех судебных издержек истца.

Изучив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе и в отзыве на нее, заслушав явившихся в судебное заседание представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке, предусмотренном статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судами первой и апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, Суд по интеллектуальным правам пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационной жалобы в силу следующего.

Согласно пункту 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

В абзаце третьем пункта 65 Постановления N 10 указывается, что распространение нескольких материальных носителей при неправомерном использовании одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации составляет одно правонарушение, если такое нарушение охватывается единством намерений правонарушителя (например, единое намерение нарушителя распространить партию контрафактных экземпляров одного произведения или контрафактных товаров). При этом каждая сделка купли-продажи (мены, дарения) материальных носителей (как идентичных, так и нет) квалифицируется как самостоятельное нарушение исключительного права, если не доказано единство намерений правонарушителя при совершении нескольких сделок.

При доказанном единстве намерений правонарушителя количество контрафактных экземпляров, товаров (размер партии, тиража, серии и так далее) может свидетельствовать о характере правонарушения в целом и подлежит учету судом при определении конкретного размера компенсации.

Аналогичный подход ранее был изложен в пункте 36 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015.

Как следует из обжалуемых судебных актов, суды с учетом фактических обстоятельств дела, пришли к выводу о том, что нарушение обществом исключительных прав истца при реализации спорных товаров охватывается единством намерений по продаже партии товара.

Судом первой инстанции данный вывод сделан с учетом того, что закупки истца производились в течение короткого промежутка времени, после осуществления первой закупки ответчик не предупреждался истцом о нарушении исключительных прав, а также с учетом правовых позиций, приведенных в пункте 65 Постановления N 10, определении Верховного Суда Российской Федерации N 304-ЭС15-15472.

Суд кассационной инстанции обращает внимание на содержащуюся в определении от 07.12.2015 по делу N А03-14243/2014 правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, согласно которой в случае, если закупки товаров производились в течение короткого промежутка времени, по всем фактам и после осуществления первой закупки ответчик не предупреждался истцом о нарушении исключительных прав на товарные знаки, требований о прекращении нарушения прав истца ответчику не поступало, реализация ответчиком такого товара можно рассматривать как один случай незаконного использования товарных знаков истца.

Приведенная позиция применима и в делах, касающихся защиты исключительного авторского права на произведения изобразительного искусства.

Суд по интеллектуальным правам не усматривает оснований не согласится с указанными выводами судов, учитывая, что они достаточным образом мотивированы и основаны на фактических обстоятельствах дела и установленном судом характере допущенного ответчиком нарушения.

Суд кассационной инстанции также указывает, что исследование доказательств и установление фактических обстоятельств относится к компетенции судов первой и апелляционной инстанций, рассматривающих спор по существу, оснований для переоценки выводов судов первой и апелляционной инстанции, сделанных по результатам исследования собранных по делу доказательств, не имеется.

Что касается довода компании об отсутствии оснований для снижения компенсации, суд кассационной инстанции отмечает следующее.

Вопреки мнению заявителя кассационной жалобы, из обжалуемого решения суда первой инстанции не усматривается, что заявленный размер компенсации был снижен судом ниже низшего предела: компенсация за нарушение пяти объектов интеллектуальной собственности взыскана в размере 50 000 рублей, что соответствует 10 000 рублям компенсации за каждый из объектов, в защиту которых был предъявлен иск.

Таким образом, вывод судов первой и апелляционной инстанций о размере компенсации, подлежащей взысканию с ответчика, сделан при установлении всех обстоятельств, имеющих существенное значения для разрешения данного вопроса, с учетом правовых позиций высших судебных инстанций.

Определение судом, рассматривающим спор по существу, конкретного размера компенсации не является выводом о применении нормы права (часть 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Определение размера компенсации за нарушение исключительных прав не относится к компетенции суда кассационной инстанции.

Довод заявителя кассационной жалобы о необходимости возложения судебных издержек по делу на ответчика в полном объеме на основании части 1 статьи 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ввиду того, что им не был дан ответ на претензию истца, с положениями названной нормы не соотносится.

Само по себе бездействие ответчика по досудебному урегулированию спора с неизбежностью не влечет вывода о злоупотреблении последним своими правами и, соответственно о наличии оснований для отнесения на него всех судебных расходов.

Кроме того, из материалов дела не следует, что судебный спор возник вследствие того, что ответчик не ответил на досудебное предложение, и что в случае направления обществом ответа на предложение судебное разбирательство не было бы инициировано истцом.

В соответствии с положениями статьи 286, части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции не вправе пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрении, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции.

Суд по интеллектуальным правам принимает во внимание, что из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 N 16549/12).

Поскольку фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами первой и апелляционной инстанций на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств, с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а окончательные выводы суда соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, у суда кассационной инстанции отсутствуют предусмотренные статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для отмены либо изменения обжалуемых судебных актов.

Таким образом, обжалуемые судебные акты являются законным и отмене не подлежат. Несогласие компании с судебными актами не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для отмены этих судебных актов. Оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы относятся на компанию.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражный суд Иркутской области от 14.09.2020 по делу N А19-30699/2019 и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу иностранного лица ROI VISUAL Co., Ltd. - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

 

Председательствующий судья

Р.В. Силаев

 

судьи

Д.И. Мындря

 

 

Н.Н. Погадаев

 

Компания-истец не согласилась с размером присужденной компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак и на произведения изобразительного искусства. Ответчик реализовывал разные товары в разных торговых точках и в разное время, поэтому исключен вывод о единстве его намерений и об одном правонарушении. Суд по интеллектуальным правам не поддержал компанию.

Распространение нескольких материальных носителей при неправомерном использовании одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации составляет одно правонарушение, если оно охватывается единством намерений нарушителя (например, единое намерение распространить партию контрафактных товаров).

При доказанном единстве намерений количество контрафактных товаров может свидетельствовать о характере правонарушения в целом и учитывается судом при определении конкретного размера компенсации. В данном случае ответчик реализовывал партию товара.

Кроме того, закупки компании производились в течение короткого промежутка времени. После первой закупки ответчик не предупреждался о нарушении исключительных прав. Это также можно рассматривать как один случай незаконного использования товарных знаков.