Купить систему ГАРАНТ Получить демо-доступ Узнать стоимость Информационный банк Подобрать комплект Семинары

Решение Суда по интеллектуальным правам от 21 июля 2021 г. по делу N СИП-795/2020 Суд досрочно прекратил правовую охрану товарного знака, поскольку истец предоставил доказательства своей заинтересованности в ее досрочном прекращении, а ответчик не доказал факт использования спорного товарного знака в отношении товаров для которых испрашивается прекращение его правой охраны

Решение Суда по интеллектуальным правам от 21 июля 2021 г. по делу N СИП-795/2020

 

Именем Российской Федерации

 

Резолютивная часть решения объявлена 14 июля 2021 г.

Полный текст решения изготовлен 21 июля 2021 г.

 

Суд по интеллектуальным правам в составе:

председательствующего судьи Булгакова Д.А.,

судей Борисовой Ю.В., Мындря Д.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Плесовой А.В.,

рассмотрел в судебном заседании исковое заявление акционерного общества "Валента Фарм" (ул. Фабричная, д. 2, Московская обл., г. Щелково, 141108, ОГРН 1035010202336) к индивидуальному предпринимателю Ахапкину Роману Витальевичу (ОГРНИП 309774622200802) о досрочном прекращении правовой охраны товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации N 112709, 165173, 246640, 246642, 251171, 460170, 460171 в связи с их неиспользованием.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Федеральная служба по интеллектуальной собственности (Бережковская наб., д. 30, корп. 1, Москва, 125993, ОГРН 1047730015200), общество с ограниченной ответственностью "Валента-Интеллект" (ОГРН 1087746490820).

В судебном заседании приняли участие:

от акционерного общества "Валента Фарм" - Залесов А.В. (по доверенности от 12.04.2021), Озолина И.Г. (по доверенности от 12.04.2021), Переверзев А.П. (по доверенности от 29.04.2021 N 30), Альтергота В.Р. (по доверенности от 01.10.2020).

от общества с ограниченной ответственностью "Валента Интеллект" - Залесов А.В. (по доверенности от 13.03.2021), Озолина И.Г. (по доверенности от 13.03.2021);

индивидуальный предприниматель Ахапкин Роман Витальевич - лично (на основании паспорта);

от индивидуального предпринимателя Ахапкин Р.В. - Ахапкина В.И. (по доверенности от 24.10.2020), Хантмиров В.С. (по доверенности от 07.12.2020), Балдин В.В. (по доверенности от 07.12.2020), Рыбина Н.А. (по доверенности от 26.10.2020).

Федеральная служба по интеллектуальной собственности извещена надлежащим образом, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил, заявил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

Суд по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество "Валента Фарм" (далее - общество) обратилось в Суд по интеллектуальным правам с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю Ахапкину Роману Витальевичу (далее - предприниматель) о досрочном частичном прекращении правовой охраны товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации N 112709, N 165173, N 246640, N 246642, N 251171, N 460170, N 460171 в связи с их неиспользованием.

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Федеральная служба по интеллектуальной собственности и общество с ограниченной ответственностью "Валента-Интеллект" (далее - общество "Валента-Интеллект").

Определением Суда по интеллектуальным правам от 30.06.2021 суд принял уточнение исковых требований, заявленное истцом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым истец уменьшил перечень оспариваемых позиций товаров и услуг Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее - МКТУ), содержащихся в спорных свидетельствах Российской Федерации.

В обоснование поданного иска общество "Валента Фарм" указало на то, что имеет реальное намерение использовать в своей деятельности тождественное и/или сходное до степени смешения с товарными знаками ответчика обозначение при производстве и реализации однородной продукции и реализации медицинских услуг, что подтверждается следующими обстоятельствами:

1. общество "Валента Фарм" является российской фармацевтической компанией, основанной в 1997 году и занимающаяся разработкой, производством и выводом на рынок высококачественных рецептурных и безрецептурных препаратов;

2. общество "Валента Фарм" является владельцем регистрационного удостоверения на лекарственный препарат с торговым наименованием "Фенотропил" (МНН "Фонтурацетам") N Р N 002784/01 от 08.04.2009РУ;

3. общество "Валента Фарм" ранее производило лекарственное средство "Фенотропил" и готово в кратчайшие сроки возобновить производство;

4. общество "Валента Фарм" обладает всеми необходимыми лицензиями на производство и реализацию лекарственных препаратов, относящихся к товарам 5-го класса МКТУ, а также производит иные изделия медицинского назначения, относящиеся к товарам 5-го класса МКТУ, в частности, "пластыри";

5. общество "Валента Фарм" обладает всеми необходимыми лицензиями на осуществление медицинской деятельности (на оказание медицинских услуг - 44-го класса МКТУ);

6. общество "Валента Фарм" имеет производственные мощности и производит (контролирует производство) парфюмерно-косметических товаров, относящихся к товарам 3-го класса МКТУ;

7. аффилированным с обществом "Валента Фарм" лицом, обществом "Валента-Интеллект" (третьим лицом по настоящему делу) в Роспатент 13.03.2020 подана заявка N 2020712705 на государственную регистрацию в качестве товарного знака словесного обозначения "Фенотропил", в том числе в отношении товаров 3 и 5-го классов МКТУ, услуг 44-го класса МКТУ, являющихся однородными товарам и услугам, для которых зарегистрированы товарные знаки истца.

В связи с изложенными обстоятельствами истец полагает, что у него есть интерес в прекращении правовой охраны спорных товарных знаков в отношении всех заявленных позиций.

Ответчик в отзыве на исковое заявление, в письменных пояснениях возражал против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на то, что спорные товарные знаки и сходные с ними обозначения использованы им в гражданском обороте в указанный трехлетний период, в том числе истцом, по лицензионным договорам, заключенным с ответчиком, ответчик является патентообладателем ряда патентов на лекарственные препараты.

По мнению ответчика, заинтересованность истца в досрочном прекращении правовой охраны указанных товарных знаков в отношении оспариваемых позиций не доказана, так как истец производит лекарственный препарат "Нанотропил Ново" с похожими свойствами на препарат "Фенотропил", истец не доказал, что он сможет производить препарат со свойствами, аналогичными препарату "Фенотропил"; сам факт наличия лицензии на осуществление медицинской деятельности в отсутствие доказательств фактического оказания медицинских услуг не свидетельствует о наличии заинтересованности в досрочном прекращении правовой охраны товарного знака в отношении "медицинских услуг" 44-го класса МКТУ; скриншот с сайта истца с информацией о товаре, относимом к товарам 3-го класса МКТУ не свидетельствует о производстве такого товара и продаже его истцом.

Ответчик также полагает, что действия истца, бывшего лицензиата по лицензионным договорам, заключенным с ответчиком, по оспариванию товарных знаков ответчика являются недобросовестными и представляют собой злоупотребление правом.

В судебное заседание явились представители сторон и третьего лица.

Роспатент, извещенный надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания, своего представителя не направил.

Ранее Роспатент представил отзыв на исковое заявление, в котором указал, что пояснений по существу заявленных требований дать не может, просит рассмотреть дело в отсутствие его представителя.

Судебное заседание проведено в отсутствие представителя Роспатента в порядке, предусмотренном статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьями 71 и 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, имеющиеся в материалах дела доказательства, выслушав доводы представителей сторон, суд пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований в полном объеме ввиду следующего.

Как следует из материалов дела, предприниматель Ахапкин Р.В. является обладателем исключительных прав на словесные товарные знаки:

"ФЕНОТРОПИЛ" по свидетельству Российской Федерации N 112709, зарегистрированный Роспатентом 09.08.1993, с приоритетом от 23.06.1992, в отношении товаров 5-го класса МКТУ "фармацевтические препараты";

"PHENOTROPILUM" по свидетельству Российской Федерации N 165173, зарегистрированный Роспатентом 15.06.1998, с приоритетом от 06.05.1996, в отношении товаров 5-го класса МКТУ "ноотропное лекарственное средство";

"ФЕНОТРОПИЛ" по свидетельству Российской Федерации N 246640, зарегистрированный Роспатентом 21.05.2003, с приоритетом от 02.12.2002, в отношении товаров 5-го класса МКТУ "препараты фармацевтические";

"PHENOTROPIL" по свидетельству Российской Федерации N 246642, зарегистрированный Роспатентом 21.05.2003, с приоритетом от 02.12.2002, в отношении товаров 5-го класса МКТУ "препараты фармацевтические";

"Phenotropilum" по свидетельству Российской Федерации N 251171, зарегистрированный Роспатентом 10.07.2003, с приоритетом от 02.12.2002, в отношении товаров 5-го класса МКТУ "препараты фармацевтические";

"ФЕНОТРОПИЛЛИН" по свидетельству Российской Федерации N 460170, зарегистрированный Роспатентом 23.04.2012, с приоритетом от 14.06.2011, в отношении широкого перечня товаров 3, 5, 29, 30-го классов МКТУ, услуг 44-го класса МКТУ "медицинские услуги".

"PHENOTROPILLIN" по свидетельству Российской Федерации N 460171, зарегистрированный Роспатентом 23.04.2021, с приоритетом от 14.06.2011, в отношении широкого перечня товаров 3, 5, 29, 30-го классов МКТУ, услуг 44-го класса МКТУ "медицинские услуги".

Истец, ссылаясь на свою заинтересованность в досрочном прекращении правовой охраны указанных товарных знаков, в отношении заявленных позиций, и полагая, что товарный знак не используется ответчиком в течение трех лет, непосредственно предшествующих дате направления истцом ответчику предложения в порядке пункта 1 статьи 1486 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), обратился в суд с настоящим иском.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1486 ГК РФ правовая охрана товарного знака может быть прекращена досрочно в отношении всех товаров или части товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, вследствие неиспользования товарного знака непрерывно в течение трех лет.

Заинтересованное лицо, полагающее, что правообладатель не использует товарный знак в отношении всех товаров или части товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, направляет такому правообладателю предложение обратиться в федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности с заявлением об отказе от права на товарный знак либо заключить с заинтересованным лицом договор об отчуждении исключительного права на товарный знак в отношении всех товаров или части товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован (далее - предложение заинтересованного лица). Предложение заинтересованного лица направляется правообладателю, а также по адресу, указанному в Государственном реестре товарных знаков или в соответствующем реестре, предусмотренном международным договором Российской Федерации.

Предложение заинтересованного лица может быть направлено правообладателю не ранее чем по истечении трех лет с даты государственной регистрации товарного знака.

Если в течение двух месяцев со дня направления предложения заинтересованного лица правообладатель не подаст заявление об отказе от права на товарный знак и не заключит с заинтересованным лицом договор об отчуждении исключительного права на товарный знак, заинтересованное лицо в тридцатидневный срок по истечении указанных двух месяцев вправе обратиться в суд с исковым заявлением о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования.

Новое предложение заинтересованного лица может быть направлено правообладателю товарного знака не ранее чем по истечении трехмесячного срока со дня направления предыдущего предложения заинтересованного лица.

Решение о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования принимается судом в случае неиспользования правообладателем товарного знака в отношении соответствующих товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, в течение трех лет, непосредственно предшествующих дню направления правообладателю предложения заинтересованного лица.

Правовая охрана товарного знака прекращается с даты вступления в законную силу решения суда.

Исходя из имеющихся в материалах дела доказательств, истцом соблюден претензионный порядок, предусмотренный статьей 1486 ГК РФ. В адрес ответчика истец 23.07.2020 направил предложение заинтересованного лица. Однако по истечении двух месяцев от предпринимателя не последовало ответа, поэтому истец 02.10.2020 обратился в Суд по интеллектуальным правам с настоящим иском.

Исходя из положений части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статей 12 и 1486 ГК РФ иск о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования может быть заявлен только заинтересованным лицом.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пунктах 165 и 166 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10), истец по делу о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака в связи с неиспользованием должен доказать свою заинтересованность в прекращении правовой охраны спорного товарного знака. При этом однородность производимых истцом товаров и оказываемых им услуг товарам и услугам, для которых зарегистрирован товарный знак, учитывается для целей статьи 1486 ГК РФ.

Российское законодательство об интеллектуальной собственности не содержит легального определения понятия "лицо, заинтересованное в досрочном прекращении правовой охраны товарного знака".

Вместе с тем в пункте 165 Постановления N 10 разъяснено, что для признания осуществляющего предпринимательскую деятельность лица заинтересованным в досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования необходимо, чтобы совокупность обстоятельств дела свидетельствовала о том, что направленность интереса истца заключается в последующем использовании им в отношении однородных товаров тождественного или сходного до степени смешения со спорным товарным знаком обозначения с обеспечением его правовой охраны в качестве средства индивидуализации либо без такового.

Заинтересованным лицом в прекращении правовой охраны товарного знака является лицо, чьи права и законные интересы затрагиваются соответствующим правом на товарный знак.

Отсутствие заинтересованности в досрочном прекращении правовой охраны товарного знака является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

В подтверждение наличия у общества "Валента Фарм" заинтересованности в досрочном прекращении правовой охраны спорных товарных знаков в материалы дела представлены следующие копии документов: выписка из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) в отношении истца, данные о регистрационном удостоверении на лекарственный препарат с торговым наименованием Фенотропил (МНН "Фонтурацетам") N Р N 002784/01 от 08.04.2009, лицензия от 19.09.2017 N ФС-99-02-006150 на осуществление фармацевтической деятельности, лицензии от 09.04.2018 N 00108-JIC на осуществление производства лекарственных средств, лицензии от 19.09.2017 N ФС-99-03-000299, данные с сайта https://www.valentapharm.com об изделиях медицинского назначения (пластырях), производимых под контролем истца, лицензия на осуществление медицинской деятельности от 29.04.2009 N ЛО-50-01-000961, данные с сайта https://www.valentapharm.com о парфюмерно-косметических и гигиенических товарах, производимых истцом или под контролем истца, заявка от 13.03.2020 N 2020712705 на государственную регистрацию в качестве товарного знака словесного обозначения "Фенотропил".

В силу статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Оценив в совокупности представленные истцом доказательства, суд пришел к выводу о том, что истец доказал свою заинтересованность в досрочном прекращении правовой охраны товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации N 112709, N 165173, N 246640, N 246642, N 251171, N 460170, N 460171 в отношении оспариваемых позиций товаров и услуг 3-го, 5-го, и 44-го классов МКТУ, поскольку он является лицом, имеющим реальное намерение и возможность использовать в гражданском обороте обозначение "Фенотропил" сходное до степени смешения с товарными знаками ответчика, при производстве и реализации лекарственных средств и осуществлении медицинской деятельности.

Суд по интеллектуальным правам учитывает, что ранее истец уже производил лекарственный препарат "Фенотропил", что подтверждается представленными в материалы дела документами, а именно, данными о регистрационном удостоверении на лекарственный препарат с торговым наименованием "Фенотропил" (МНН "Фонтурацетам") N Р N 002784/01 от 08.04.2009, копиями обращений государственных органов и бюджетных учреждений о наличии препарата "Фенотропил" производства истца, данными с сайта истца о прекращении производства лекарственного средства "Фенотропил", а также представленной ответчиком копией лицензионного договора от 14.11.2002 N 2-02.

Данные документы подтверждают довод истца о том, что у него имеются производственные мощности для производства лекарственного препарата, под наименованием "Фенотропил" и он имеет намерение возобновить производство указанного препарата.

Истец обладает лицензиями на осуществление фармацевтической деятельности, а именно, на организацию оптовой торговли лекарственными средствами для медицинского применения, на оптовую торговлю такими средствами, а также на хранение и перевозку таких средств.

Истец также обладает лицензией на производство лекарственных средств. Согласно регистрационному удостоверению от 08.04.2009 N Р N 002784/01 лекарственный препарат "Фенотропил" относится к ноотропным препаратам, то есть, является товаром относимым к товарам "ноотропное лекарственное средство" 5-го класса МКТУ.

Как следует из материалов дела (данные с сайта https://www.valentapharm.com), истец также является производителем парфюмерно-косметических и гигиенических товаров, относящихся к средствам косметики и гигиены.

При этом истец имеет право оказывать медицинские услуги, что подтверждается представленной в материалы дела лицензией на осуществление медицинской деятельности от 29.04.2009 N ЛО-50-01-000961, а также перечнем осуществляемой истцом деятельности, согласно выписке из ЕГРЮЛ.

Суд по интеллектуальным правам также принимает во внимание то, что аффилированное с истцом лицо является заявителем по заявке N 2020712705 на товарный знак "Фенотропил", в перечне товаров которой указаны различные фармацевтические препараты, парфюмерно-косметические и гигиенических товары, а также услуги однородные указанным в оспариваемых регистрациям позициям.

Указанное обстоятельство дополнительно свидетельствует о том, что истец имеет заинтересованность в досрочном прекращении правовой охраны спорных товарных знаков в отношении товаров 3, 5-го класса МКТУ и услуг 44-го класса МКТУ, для которых они зарегистрированы.

Судебная коллегия обращает внимание на то, что вопреки доводам ответчика представленные доказательства являются достаточными для вывода о наличии реального намерения истца использовать спорное обозначение в отношении заявленных позиций, так как истец, представил исчерпывающий объем доказательств в подтверждение того, что он имеет возможность возобновить производство лекарственного препарата под спорным обозначением.

Доводы ответчика о том, что истец фактически не оказывает медицинские услуги, не свидетельствуют об отсутствии его заинтересованности в досрочном прекращении правовой охраны товарных знаков, так как для доказывания факта заинтересованности достаточно, в частности, совершения соответствующих подготовительных действий, что истец сделал, получив ранее указанные необходимые лицензии.

Судебная коллегия учитывает, что словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно: 1) звуковое сходство определяется на основании наличия близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близости звуков, составляющих обозначения; расположения близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличия совпадающих слогов и их расположения; числа слогов в обозначениях; места совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близости состава гласных; близости состава согласных; характера совпадающих частей обозначений; вхождения одного обозначения в другое; ударения; 2) графическое сходство определяется на основании общего зрительного впечатления; вида шрифта; графического написания с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположения букв по отношению друг к другу; алфавита, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание; 3) смысловое сходство определяется на основании подобия заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадения одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположности заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в изложенном пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

В пункте 162 Постановления N 10 разъяснено, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая, в том числе от категории товаров и их целей), наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Суд отмечает, что заявленное на регистрацию в качестве товарного знака обозначение тождественно товарным знакам ответчика по свидетельствам Российской Федерации N 112709, N 246640, так как совпадает с ними по всем критериям.

Заявленное на регистрацию обозначение имеет высокую степень сходства с товарными знаками ответчика по свидетельствам Российской Федерации N 251171, N 460170, N 460171, N 165173, N 246642, так как они совпадают по звуковому (фонетическому) и смысловому (семантическому) критериям.

При этом имеющиеся между указанными обозначениями фонетические отличия являются незначительными и не оказывают существенного влияния на их высокое звуковое сходство при восприятии данных обозначений в целом.

Вместе с тем судебная коллегия отмечает, что высокая однородность рубрик заявленного на регистрацию обозначения и противопоставленных товарных знаков является очевидной, что ответчик не оспаривает.

Принимая во внимание высокую степень сходства сравниваемых обозначения и противопоставленных товарных знаков, а также высокую степень однородности товаров и услуг, судебная коллегия приходит к выводу о возможности их смешения российским потребителем.

Суд по интеллектуальным правам учитывает, что осуществляемая истцом деятельность по производству лекарственных средств, и производимые истцом товары, однородны товарам и услугам для которых зарегистрированы товарные знаки ответчика, так как они относятся к одной родовой группе (фармацевтические, гигиенические, медицинские препараты, средства, изделия, сопутствующие им товары) и к схожим видовым категориям, являются взаимодополняемыми (взаимозаменяемыми), имеют одинаковые условия и места реализации (например аптеки), поэтому могут быть отнесены российским потребителем к одному источнику происхождения.

Вместе с тем однородность лекарственных средств, для которых истец планирует использовать обозначение "Фенотропил", всем остальным товарам 5-го класса МКТУ, обусловлена тем, что товары пятого класса либо являются лекарственными средствами, либо веществами для производства лекарственных средств, либо лекарственными средствами и веществами для их производства с определенными особенностями их оборота (согласно Федеральному закону от 12.04.2010 N 61-ФЗ "Об обращении лекарственных средств", Перечню работ, составляющих деятельность по производству лекарственных средств, утвержденному постановлением Правительства Российской Федерации от 06.07.2012 N 686, а также приказу Министерства промышленности и торговли Российской Федерации от 14.06.2013 N 916 "Об утверждении правил надлежащей производственной практики").

При этом судебная коллегия отмечает, что указанные нормативно-правовые акты не выделяют лекарственные средства, применяемые в стоматологии, в отдельную группу лекарственных средств, так как требования к их производству и обороту не отличаются от требований к производству и обороту остальных лекарственных средств.

Товары, относящиеся к ветеринарным препаратам, также относятся к лекарственным средствам согласно указанным ранее нормативно-правовым актам.

Судебная коллегия обращает внимание на то, что для лечения сходных заболеваний людей и животных используются одни и те же препараты, в частности, продающиеся в аптеках для людей (например, гормональные препараты для лечения воспалительных процессов у животных).

Вместе с тем, Общероссийский классификатор продукции по видам экономической деятельности ОКПД 2 не относит ветеринарные препараты к отдельным видам товаров, классифицируя их таким же образом, как и препараты для лечения людей, за исключением антибиотиков для животных, вакцин и анатоксинов, применяемых в ветеринарии.

Истец в письменных пояснениях от 12.04.2021 пояснил, что, так как он является производителем немедицинских косметических средств, относящихся к товарам 3-го класса МКТУ, у него есть производственная возможность и намерение расширить производство товаров с использованием обозначения "Фенотропил" именно для товаров 3-го класса МКТУ.

Поэтому суд обращает внимание на то, что иск подан в отношении не всех товаров 3-го класса МКТУ, для которых зарегистрированы товарные знаки ответчика, а только в отношении товаров "для кожи и полости рта человека" - то есть, однородных товарам 5-го класса МКТУ.

Принимая во внимание изложенное, судебная коллегия приходит к выводу о том, что оспариваемые товарные знаки препятствуют регистрации истцом спорного обозначения в качестве товарного знака и производству истцом лекарственного препарата под спорным обозначением "ФЕНОТРОПИЛ", в связи с чем истец признается лицом заинтересованным в досрочном прекращении правовой охраны товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации N 112709, N 165173, N 246640, N 246642, N 251171, N 460170, N 460171.

Суд по интеллектуальным правам также отклоняет доводы предпринимателя о наличии в действиях истца признаков злоупотребления правом на основании следующего.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Пунктом 3 статьи 10 ГК РФ установлено, что в случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 этой же статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены названным Кодексом.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 указанного Кодекса), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, суд исходит из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

По смыслу приведенных норм и их официальных разъяснений, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений. В этом случае выяснению подлежат действительные намерения лица.

Из приведенных выше правовых норм также следует, что под злоупотреблением правом понимается и ситуация, когда лицо действует формально в пределах предоставленных ему прав, но недозволенным способом, и целью его действий является обход установленных в целях защиты прав другого лица обязательных требований и ограничений.

Суд по интеллектуальным правам, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства и доводы сторон, пришел к выводу о том, что доводы ответчика о недобросовестности поведения общества "Валента Фарм" не обоснованы.

Как следует из материалов дела, ответчик, указывая на злоупотребление истцом правом, ссылается на следующие обстоятельства:

действия истца, обусловлены именно намерением выпускать фармацевтическую продукцию "Фенотропил" без контроля Ахапкиной В.И. и Ахапкина Р.В., что, по мнению ответчика, направлено на введение потребителей в заблуждение, на создание в глазах потребителей восприятия истца и ответчика как единого производителя продукции под товарным знаком "Фенотропил";

истец своими действиями, препятствует "регистрации ответчиком за собой лекарственного средства "Фенотропил".

Как ранее было указано, под злоупотреблением правом понимается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (пункт 1 статьи 10 ГК РФ).

Вместе с тем из материалов дела усматривается, что единственной целью истца при подаче настоящего иска является возобновить производство и реализацию пациентам лекарственного средства под торговым наименованием "Фенотропил", которое истец производил до прекращения лицензионных договоров, заключенных ответчиком, по инициативе ответчика.

Данное обстоятельство подтверждается представленными в материалы дела доказательствами (данными о регистрационном удостоверении на лекарственный препарат с торговым наименованием Фенотропил (МНН "Фонтурацетам") N Р N 002784/01 от 08.04.2009, копиями обращений государственных органов и бюджетных учреждений о наличии препарата "Фенотропил" производства истца, данными с сайта истца о прекращении производства лекарственного средства "Фенотропил", копией лицензионного договора от 14.11.2002 N 2-02, уведомлением о расторжении в одностороннем порядке лицензионного договора от 07.03.2017.

Судебная коллегия пришла к выводу о том, что из материалов дела не усматривается, что истец намеренно создавал препятствия ответчику в реализации последним лекарственного препарата под спорным обозначением, так как из материалов настоящего судебного дела не следует, что ответчик обращался к истцу с указанием на то, что у него из-за наличия у истца регистрационного удостоверения на спорное лекарственное средства возникли препятствия при регистрации собственного лекарственного средства.

Судебная коллегия полагает, что наличие у истца регистрационного удостоверения не препятствовало ответчику или его лицензиату начать проведение доклинических или клинических исследований незамедлительно, сразу после расторжения лицензионного договора с истцом, а затем и осуществить регистрацию лекарственного средства под торговым наименованием "Фенотропил".

Так, судебная коллегия учитывает, что пункт 6 статьи 13 Федерального закона от 12.04.2010 N 61-ФЗ "Об обращении лекарственных средств" не содержит запрета на государственную регистрацию разных лекарственных средств под одним торговым наименованием, если они тождественны по качественному составу действующих веществ.

Более того, судебная коллегия отмечает, что из материалов дела усматривается, что истец публично заявил всем заинтересованным лицам о прекращении сотрудничества с ответчиком (Ахапкиным Р.В.) и его представителем (Ахапкиной В.И.) и прекращении производства лекарственного средства "Фенотропил", как путем размещения соответствующей информации на своем сайте, так и путем направления сведений в своих ответах на запросы относительно лекарственного средства, истец самостоятельно пытался переименовать лекарственное средство, исключив слово "Фенотропил" из его названия, путем подачи соответствующего заявления в Минздрав России, но во внесении изменений в регистрационное удостоверение ему отказано (том 5, л. д. 16-19).

Таким образом, из материалов дела следует, что истец не совершал действий, препятствующих ответчику использовать его товарный знак, доводы ответчика о злоупотреблении истцом правом не соответствуют материалам дела и основаны на предположениях ответчика, поэтому отклоняются судебной коллегией.

Признав заинтересованность истца в досрочном прекращении правовой охраны спорных товарных знаков, судебная коллегия переходит к исследованию вопроса их использования.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1486 ГК РФ бремя доказывания использования товарного знака лежит на правообладателе. При решении вопроса о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования могут быть приняты во внимание представленные правообладателем доказательства того, что товарный знак не использовался по независящим от него обстоятельствам.

Как разъяснено в пункте 167 Постановления N 10 к таковым обстоятельствам в силу части 1 статьи 19 Соглашения по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности относятся обстоятельства, возникающие независимо от воли владельца товарного знака, которые создают препятствие для его использования, как, например, ограничения импорта или другие требования государства в отношении товаров или услуг, охраняемых товарным знаком.

Приводимые правообладателем обстоятельства подлежат оценке с точки зрения зависимости их от воли и поведения самого правообладателя товарного знака, в том числе его разумности и добросовестности, соблюдения им предусмотренных законодательством порядка и сроков совершения действий, устраняющих препятствия для использования товарного знака, а также продолжительности действия исключающих использование товарного знака обстоятельств и влияния их на течение срока, установленного пунктом 1 статьи 1486 ГК РФ.

В случае если суд признает, что имелись уважительные причины неиспользования товарного знака в какой-либо определенный существенный период, этот период не учитывается при исчислении трехлетнего срока, за который подлежит доказыванию факт использования товарного знака.

Для целей статьи 1486 ГК РФ однородность товаров не учитывается. Согласно пункту 1 статьи 1486 ГК РФ решение о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования принимается судом в случае неиспользования правообладателем товарного знака в отношении соответствующих товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, в течение трех лет, непосредственно предшествующих дню направления правообладателю предложения заинтересованного лица.

Из разъяснения, содержащегося в пункте 166 Постановления N 10, следует, что для сохранения правовой охраны товарного знака правообладатель должен доказать фактическое (не мнимое) использование товарного знака в отношении каждого товара, для которого зарегистрирован товарный знак и по которому истец доказал свою заинтересованность в досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования, в том виде, в котором эти товар или услуга названы в свидетельстве на товарный знак.

При установлении обстоятельств использования оспариваемого товарного знака однородность товаров и услуг не учитывается, если не доказана широкая известность этого знака. Если товарный знак используется для индивидуализации конкретных товаров и в отношении этих товаров он является широко известным, то правовая охрана подлежит оставлению в силе в отношении товаров, однородных тем, для индивидуализации которых товарный знак используется и широко известен.

В пункте 163 Постановления N 10 содержится правовая позиция, согласно которой в силу статьи 1486 ГК РФ правовая охрана товарного знака может быть прекращена досрочно в отношении всех товаров или части товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, вследствие неиспользования товарного знака непрерывно в течение трех лет. Решение о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака принимается судом в случае неиспользования правообладателем товарного знака в отношении соответствующих товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, в течение трех лет, непосредственно предшествующих дате направления правообладателю предложения заинтересованного лица.

С учетом даты направления истцом ответчику предложения заинтересованного лица (23.07.2020) период времени, в течение которого правообладателем должно быть доказано использование спорных товарных знаков, исчисляется с 23.07.2017 по 22.07.2020 включительно.

Использованием товарного знака признается его использование правообладателем или лицом, которому такое право предоставлено на основании лицензионного договора в соответствии со статьей 1489 ГК РФ, либо другим лицом, осуществляющим использование товарного знака под контролем правообладателя, при условии, что использование товарного знака осуществляется согласно пункту 2 статьи 1484 ГК РФ, за исключением случаев, когда соответствующие действия не связаны непосредственно с введением товара в гражданский оборот, а также использование товарного знака с изменением его отдельных элементов, не влияющим на его различительную способность и не ограничивающим охрану, предоставленную товарному знаку.

В отзыве на исковое заявление, в письменных пояснениях ответчик указывает на то, что спорные товарные знаки и сходные с ними обозначения были использованы в гражданском обороте под контролем ответчика в указанный трехлетний период, путем хранения и продажи через аптеки, продажи через сеть Интернет, лицензиатами, в том числе истцом по лицензионным договорам, заключенным с ответчиком; ответчик является патентообладателем ряда патентов на препарат "Фенотропил"; использование товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации N 165173, N 251171 осуществлялось с изменением их отдельных элементов (падежной формы словесных элементов), не меняющим существо товарных знаков; лицензиатом ответчика обществом с ограниченной ответственностью "ВИРА Иннфарм" подавалось в Минздрав России заявление о внесении изменений в документы, содержащиеся в регистрационном досье на зарегистрированный лекарственный препарат "Фенотропил", в удовлетворении которого отказано; товарные знаки использованы ответчиком на емкости с субстанцией-порошком, а также емкости с экспериментальными образцами таблеток; спорные товарные знаки не использовались ответчиком по независящим от него обстоятельствам ввиду введения ограничений из-за пандемии коронавируса COVID-19, которые затрудняют проведение научно-клинических исследований для введения препарата "Фенотропил" в гражданский оборот.

В обоснование указанных доводов ответчик представил в материалы дела следующие копии документов: лицензионный договор от 14.11.2002 N 2-02, заключенный между Ахапкиной В.И. и истцом (ранее - открытым акционерным обществом "Щелковский витаминный завод"), приложение N 1 к отчету общества "Валента Фарм" о реализации препарата "Фенотропил" с 01.01.2017 по 30.04.2017, ответ КП ВО "ВОРОНЕЖ ФАРМАЦИЯ" на запрос ААУ "СОЮЗ ФАРМА" о продажах препарата "Фенотропил", статистика закупок ООО "СТ-ПАВШИНО", приходная накладная Аптеки "Киров ГП Калугафармация", отчет движения товара "Фенотропил" Аптечного дома "Московский" на складе по адресу Родионовская 12, ведомость по остаткам "Аптеки N 16 ГУП "Брянскфармация", ответ общества с ограниченной ответственностью "Тамбовфармация-Плюс" на запрос ААУ "СОЮЗ ФАРМА" о продажах препарата "Фенотропил", ответ общества с ограниченной ответственностью "СП САМЕД" на запрос ААУ "СОЮЗ ФАРМА" о продажах препарата "Фенотропил", развертка упаковки товара "Фенотропил" / "PHENOTROPIL" производства открытого акционерного общества "Валента Фармацевтика" (далее - общество "Валента Фармацевтика"), инструкция товара "Фенотропил/PHENOTROPIL" производства общества "Валента Фармацевтика", материалы сайта https://web.archive.Org/web/20170829014707/https://www.eapteka.ru/goods/id207357/, материалы сайта https://vademec.ru/news/2017/12/28/_valenta-farm-perestala-proizvodit-fenotropil/, материалы сайта https://vademec.ru/news/2018/01/ll/pravoobladatel-fenotropila-obvasnil-otkaz-ot-sotrudnichestva-s-valentov/, решение по делу N А40-132655/2018, решение по делу N А40-132653/2018, материалы лицензионного договора между Ахапкиным Р.В. и обществом "ВИРА Иннфарм от 04.07.2017, материалы договора между обществом "ВИРА Иннфарм" и ФГУП "СКТБ "Технолог", материалы договора между обществом "ВИРА Иннфарм" и обществом "Фармсинтез" об организации производства Фенотропила, материалы договора от 05.11.2019 N 8161 на поставку товара между акционерным обществом "Фармасинтез" и ФГУП "СКТБ "Технолог", письмо в ФГУП "Технолог" об отгрузке субстанции "Фенотропил" от 21.10.2019, скан-копия товарной накладной от 21.01.2020 N 16, счет на оплату от 19.10.2019 N 675 за оплату товара "Фенотропил", договор от 17.05.2017 N 356/2017 производственного подряда (проведения работ производственного характера), включая использование помещений и оборудования, необходимого для осуществления производства лекарственного средства, акты "ЗИО ЗАО Здоровье" о передаче документов по товару Фенотропил от марта 2018 года, заявление N 93119 в Министерство здравоохранения России о внесении изменений в досье препарата, решение Минздрава России от 20.11.2018, отчет ЗИО Здоровье об использовании давальческого сырья для общества "ВИРА Иннфарм", паспорта качества N 17, 36 препарата Фенотропил, этапы работ по ЗАО "Зио-Здоровье" с компанией "ВИРА Иннфарм" по запуску коммерческого производства препарата "Фенотропил", акт об оказании услуг акционерного общества "РСИЦ" по регистрации доменов: ФЕНОТРОПИЛ.СУ, PHENOTROPIL.ORG, сведения о регистрации домена ФЕНОТРОПИЛ.SU, фотографии образцов препарата "Фенотропил", акт приема передачи от 30.03.2020, платежные поручения общества "ВИРА Иннфарм", договор от 12.02.2016 N 6681/7-16 между ФГУП "СКТБ "Технолог" и обществом "ВИРА Иннфарм" на поставку фармацевтической субстанции "Фенотропил", счет на оплату N 133 по договору от 12.02.2016 N 6681/7-16, письмо об отгрузке субстанции "Фенотропил", акт согласования текущей деятельности от 22.01.2021 по лицензионному договору от 04.07.2017 N 2-17, макеты упаковок препарата фенотропил, отчет изучения относительно кинетики растворимости от 12.11.2019, протокол валидации технологического процесса производства препарата "Фенотропил", паспорта препарата, статьи Ахапкиной В.И. от 2013 года, от 2018 года, нотариальный протокол осмотра доказательств от 01.06.2021 N 77АГ6018442.

Суд по интеллектуальным правам, исследовав представленные ответчиком доказательства в совокупности и взаимной связи, приходит к выводу о том, что указанные документы не подтверждают фактическое осуществление ответчиком деятельности по производству и реализации спорных товаров и услуг, маркированных спорным товарным знаком, в подлежащий доказыванию период, представленные документы не подтверждают также, что спорные товарные знаки не использовались ответчиком по независящим от него обстоятельствам.

При этом судебная коллегия исходил из следующего.

Как ранее было указано, возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик приводит довод о том, что произведенные истцом в период действия лицензионного договора с ответчиком (регистрация прекращения лицензионного договора Роспатентом - 31.05.2017) фармацевтические препараты "Фенотропил" реализовывались в рассматриваемый период аптеками, что, по мнению ответчика, является доказательством использования ответчиком спорных товарных знаков в рассматриваемый период.

В рассматриваемом случае ответчик не представил доказательств того, что он сам использовал спорные товарные знаки.

Ответчик также не представил доказательств того, что спорный товарный знак использовался иными лицензиатами после расторжения лицензионного договора с истцом, и доказательств того, что фармацевтический препарат "Фенотропил" в рассматриваемый период времени производился ответчиком и его лицензиатом.

Судебная коллегия отмечает, что продажа лекарственного средства независимой от ответчика аптекой не может рассматриваться как использование товарного знака под контролем ответчика, так как ответчик не представил доказательств того, что какой-либо контроль при реализации товара аптекой им осуществлялся (корпоративный, управленческий или договорный).

Кроме того, реализация спорного лекарственного препарата в аптеках, произведенного в спорный период времени истцом, согласно представленным в материалы дела сведениям из аптек, являлась незначительной, поставка и реализация спорного лекарственного средства закончилась в 2018 - 2019 годах, количество товара в аптеках в указанный период являлось минимальным, то есть носило символический (номинальный) характер.

Таким образом, в данном случае данные доказательства (письма, справки из аптек) свидетельствуют лишь о номинальном использовании товарных знаков в спорный период.

Суд по интеллектуальным правам отмечает, что сам по себе факт заключения лицензионных договоров с третьими лицами не свидетельствует о фактическом введении товара в гражданский оборот.

Описанные ответчиком факты реализации ФГУП СКТБ "Технолог" в адрес акционерного общества "Фармсинтез" химической продукции под обозначением "Фенотропил" с согласия общества "ВИРА Иннфарм" (лицензиат ответчика) не являются использованием товарного знака именно в отношении лекарственного препарата.

Представленные ответчиком уведомления Роспатента от 24.10.2017 и выдержки из его лицензионного договора с обществом "ВИРА Иннфарм" от 04.07.2017 подтверждают лишь факт выдачи указанному юридическому лицу лицензии на использование товарных знаков.

Вместе с тем ответчик не представил доказательств того, что общество "ВИРА Иннфарм" осуществляет производство спорных товаров с использованием спорного обозначения и имеет для осуществления такого производства производственные мощности.

Описанные ответчиком факты реализации ФГУП СКТБ "Технолог" фармацевтической субстанции под обозначением "Фенотропил" в адрес акционерного общества "Фармасинтез", согласованное обществом "ВИРА Иннфарм", по договору N 8161 от 05.11.2019, по накладной от 21.01.2020 не подтверждают ввод в гражданский оборот именно лекарственного средства и не являются использованием товарного знака ответчиком в отношении товаров 5-го класса МКТУ в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 4 Федерального закона от 12.04.2010 N 61-ФЗ "Об обращении лекарственных средств" к лекарственным средствам относятся лекарственные препараты и фармацевтические субстанции.

Таким образом, фармацевтическая субстанция, являясь лишь лекарственным средством, вместе с тем не является лекарственным препаратом.

Согласно представленным ответчиком фотографиям, субстанция-порошок "Фенотропил" производства ФГУП "СКТБ "Технолог" произведена в декабре 2015 года, то есть, до рассматриваемого в настоящем деле спорного периода, в количестве 30 грамм.

Судебная коллегия учитывает, что представленная фотография упаковки субстанции-порошка "Фенотропил" производства ПАО "Фармсинтез" в количестве 10 грамм имеет указание "сигнальный образец" и "Только для исследований животных и тестов in vitro" (то есть, в пробирке).

Доказательств того, что данные субстанции "Фенотропил" вводились в гражданский оборот в качестве лекарственного средства, зарегистрированного в установленном законом порядке, ответчик в суд не представил.

Довод ответчика о том, что публичное акционерное общество "Фармасинтез" передало обществу "ВИРА Иннфарм" препарат Фенотропил 100 мг в количестве 500 штук для научных исследований, не подтвержден документально и не подтверждает факт использования спорных товарных знаков ответчиком.

Довод ответчика о том, что 30.03.2020 акционерное общество "Фармасинтез" произвело и передало обществу "ВИРА Иннфарм" препарат Фенотропил 100 мг в количестве 500 штук для научных исследований, не имеет правового значения для настоящего дела, так как также не свидетельствует о вводе препарата в гражданский оборот.

В отношении довода ответчика о том, что на имя лицензиата "ВИРА Иннфарм" зарегистрировано доменное имя, включающее словесное обозначение "Фенотропил", судебная коллегия отмечает, что сама по себе регистрация доменного имени без его использования для целей, связанных с введением товаров или услуг в гражданский оборот, не является использованием товарного знака.

В рассматриваемом случае ответчик не представил доказательств того, что доменное имя использовалось правообладателем либо лицензиатом под его контролем для целей, связанных с введением спорных товара, услуг в гражданский оборот.

Довод ответчика о наличии патентов Российской Федерации на изобретения отклоняется судебной коллегией, так как данные факты также не свидетельствуют об использовании спорных товарных знаков.

Кроме того, судебная коллегия отмечает, что патент Российской Федерации N 2480214 признан недействительным решением Роспатента от 22.12.2020, а действие патента Российской Федерации N 2050851 истекло в 2015 году.

Суд по интеллектуальным правам считает, что представленные ответчиком доказательства, в том числе фотографии макетов продукции, акт согласования текущей деятельности, также не подтверждают фактическое использование спорных товарных знаков в смысле статьи 1486 ГК РФ в спорный период, так как представленные ответчиком доказательства в совокупности свидетельствуют лишь о намерении ответчика использовать спорные товарные знаки в будущем.

Судебная коллегия отклоняет как неподтвержденный документально довод ответчика о неиспользовании спорных товарных знаков в спорный период по независящим от ответчика обстоятельствам.

При этом судебная коллегия учитывает, что ответчик, с момента расторжения лицензионного договора с истцом, имел достаточное количество времени для проведения доклинических испытаний лекарственного средства (четыре года), а также для регистрации лекарственного препарата в установленном законом порядке.

Вместе с тем из материалов дела не усматривается, что ответчик предпринял такие действия именно с целью ввода в гражданский оборот спорных товаров. При этом ответчик имел все необходимые для этого возможности как юридического, так и практического характера для совершения указанных выше действий.

В настоящем дела ответчик ссылается на то, что товарный знак "Фенотропил" не использовался им по независящим от него обстоятельствам, в частности, ответчик, якобы, не мог приступить к клиническим исследованиям лекарственного средства из-за пандемии коронавируса COVID-19.

Данный довод отклоняется судебной коллегией на основании следующего.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 в разделе II Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 1, утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.04.2020, существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и так далее).

Применительно к нормам статьи 401 ГК РФ обстоятельства, вызванные угрозой распространения новой коронавирусной инфекции, а также принимаемые органами государственной власти и местного самоуправления меры по ограничению ее распространения, в частности, установление обязательных правил поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации, запрет на передвижение транспортных средств, ограничение передвижения физических лиц, приостановление деятельности предприятий и учреждений, отмена и перенос массовых мероприятий, введение режима самоизоляции граждан и т.п., могут быть признаны обстоятельствами непреодолимой силы, если будет установлено их соответствие названным выше критериям таких обстоятельств и причинная связь между этими обстоятельствами и неисполнением обязательства.

При этом государственными органами в сфере здравоохранения в период пандемии не было принято никаких запретительных мер в отношении как регистрационных действий лекарственных средств, так и доклинических и клинических исследований, которые им предшествуют.

Данный вывод подтверждается письмом Минздрава России от 27.03.2020 N 20-1/И/2-3651 "По вопросам проведения клинических исследований лекарственных препаратов в условиях пандемии коронавируса COVID-19", в котором даются рекомендации по проведению клинических исследований в условиях COVID-19, в частности, Минздрав России говорит о возможности использовать альтернативные методы мониторинга пациентов клинического исследования и обращает внимание на необходимость принять меры, направленные на обеспечение максимально возможной защиты вовлеченного в клиническое исследование персонала.

Суд по интеллектуальным правам учитывает, что ответчик не представил никаких доказательств в обоснование довода о том, что пандемия новой коронавирусной инфекции (COVID-19) каким-либо образом повлияла на возможность проведения исследования лекарственного средства ответчика и совершения регистрационных действий.

При этом из материалов настоящего дела усматривается, что ответчик не готов начать доклинические исследования и в настоящий момент. Так, согласно информации, предоставленной ответчиком (акт согласования текущей деятельности от 22.01.2021), ответчик не приступил еще даже к фазе доклинических исследований, которые планирует начать только в осенне-зимний период 2021 - 2022 годов.

Ответчик в течение более чем достаточного периода (четыре года) не совершил фактических действий в целях производства и реализации лекарственных средств. При этом доводы ответчика о наличии каких-либо препятствий к началу производства лекарственных средств и, соответственно использования товарных знаков, не подтверждены документально.

По смыслу пункта 2 статьи 1486 ГК РФ использованием товарного знака признаются такие действия, которые связаны с непосредственным введением в гражданский оборот товара, маркированного спорным товарным знаком или товарным знаком с изменением его отдельных элементов, не влияющим на его различительную способность.

Вопреки названным положениям ответчик не представил доказательств фактического введения в гражданский оборот спорных товаров под спорным обозначением.

Суд полагает, что названные ответчиком причины неиспользования спорного товарного знака не могут быть признаны уважительными, являются голословными и не подтвержденными какими-либо доказательствами.

В отношении довода ответчика о намерении использовать спорные товарные знаки в будущем Суд по интеллектуальным правам отмечает, что данное обстоятельство по смыслу статьи 1486 ГК РФ не является обстоятельством, исключающим удовлетворение иска о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования.

Правообладатель товарного знака располагал предусмотренным указанной статьей ГК РФ трехлетним периодом для начала фактического использования товарного знака, вместе с тем не использовал имеющуюся у него возможность использовать товарный знак.

Подпунктом 1 пункта С статьи 5 Конвенции об охране промышленной собственности (заключена в Париже 20.03.1883), статьями 15 и 19 Соглашения по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (заключено в г. Марракеше 15.04.1994) предусмотрено, что если в стране использование зарегистрированного знака является обязательным, регистрация может быть аннулирована лишь по истечении справедливого срока (не менее трех лет) и только тогда, когда заинтересованное лицо не представит доказательств, оправдывающих причины его бездействия.

Между тем в рассматриваемом случае, предприниматель в материалы дела таких доказательств не представил.

В соответствии с частями 2 и 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

При таких обстоятельствах с учетом полной доказанности истцом своей заинтересованности в досрочном прекращении правовой охраны спорных товарных знаков в отношении части товаров 3, 5-го классов МКТУ и услуги "медицинские услуги" 44-го класса МКТУ и отсутствием доказательств их использования со стороны ответчика исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме.

Судебные расходы по делу относятся на ответчика в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 180 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Суд по интеллектуальным правам

РЕШИЛ:

исковое заявление акционерного общества "Валента Фарм" удовлетворить.

Досрочно прекратить правовую охрану товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 112709 в отношении всех товаров 5-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков, указанных в свидетельстве, вследствие его неиспользования.

Досрочно прекратить правовую охрану товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 165173 в отношении всех товаров 5-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков, указанных в свидетельстве, вследствие его неиспользования.

Досрочно прекратить правовую охрану товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 246640 в отношении всех товаров 5-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков, указанных в свидетельстве, вследствие его неиспользования.

Досрочно прекратить правовую охрану товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 246642 в отношении всех товаров 5-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков, указанных в свидетельстве, вследствие его неиспользования.

Досрочно прекратить правовую охрану товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 251171 в отношении всех товаров 5-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков, указанных в свидетельстве, вследствие его неиспользования.

Досрочно прекратить правовую охрану товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 460170 в отношении всех товаров 5-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков, указанных в свидетельстве, за исключением товаров "акарициды; альгициды; бумага клейкая от мух; бумага с особой пропиткой от моли; инсектициды; кора кедрового дерева [репеллент]; масла для защиты от слепней, оводов; мухоловки клейкие; ошейники противопаразитарные для животных; препараты для уничтожения вредных животных; препараты для уничтожения вредных растений; препараты для уничтожения домовых грибов; препараты для уничтожения личинок насекомых; препараты для уничтожения мух; препараты для уничтожения мышей; препараты для уничтожения наземных моллюсков; препараты для уничтожения паразитов; препараты противоспоровые; препараты, предохраняющие от моли; репеллент [окуривание]; репелленты; репелленты для собак; средства для уничтожения паразитов; стрихнин; фунгициды; экстракты табака [инсектициды]; яд крысиный", прекратить правовую охрану указанного товарного знака в отношении всех услуг 44-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков указанных в свидетельстве, а также в отношении следующих товаров 3-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков: "амбра [парфюмерия]; аэрозоль для освежения полости рта; бруски для бритья [антисептики]; вазелин косметический; вата для косметических целей; ватные тампоны на жестком держателе для косметических целей; вещества ароматические [эфирные масла]; вещества ароматические для напитков [эфирные масла]; вода ароматическая; вода жавелевая; вода лавандовая; вода туалетная; воск для усов; гелиотропин; гель для отбеливания зубов; гераниол; грим; дезодоранты для личного пользования; жиры для косметических целей; изделия парфюмерные; изображения переводные декоративные для косметических целей; ионон [парфюмерный]; карандаши для бровей; карандаши косметические; квасцы алюминиевые [антисептики]; клеи для прикрепления искусственных ресниц; клеи для прикрепления накладных волос; красители для бороды и усов; красители косметические; крахмал [аппрет]; кремы косметические; кремы косметические отбеливающие; кремы, воски для кожи; крокус [абразивный материал]; ладан; лак для волос [аэрозоль]; лаки для ногтей; лосьоны для бритья; лосьоны для волос; лосьоны для косметических целей; маски косметические; масла для духов и ароматических средств; масла косметические; масла туалетные; масла эфирные; масла эфирные из кедра; масла эфирные из лимона; масла, используемые как очищающие средства; масло бергамотовое; масло гаультериевое; масло жасминное; масло лавандовое; масло миндальное; масло розовое; масло терпентинное для обезжиривания; материалы клейкие для косметических целей; молоко миндальное для косметических целей; молоко туалетное; мускус [парфюмерия]; мыла; мыла дезинфицирующие; мыла дезодорирующие; мыла для бритья; мыла кусковые, туалетные; мыла лечебные; мыла против потения; мыла против потения ног; мыло миндальное; мята для парфюмерии; наборы косметические; ногти искусственные; одеколон; основы для цветочных духов; палочки фимиамные; пасты, порошки зубные; пемза; пероксид водорода для косметических целей; помада губная; помады для косметических целей; препараты для бритья; препараты для ванн косметические; препараты для гигиенических целей, относящиеся к категории парфюмерно-косметических, туалетные принадлежности; препараты для завивки волос; препараты для осветления кожи; препараты для полирования зубных протезов; препараты для полирования или придания блеска; препараты для полоскания рта [за исключением используемых в медицинских целях]; препараты для похудания косметические; препараты для удаления грима; препараты для ухода за ногтями; препараты для чистки; препараты для чистки зубных протезов; пудра гримерная; растворы для очистки; ресницы искусственные; салфетки, пропитанные косметическими лосьонами; сафрол; скипидар для обезжиривания; смеси ароматические из цветов и трав; соли для ванн [за исключением используемых для медицинских целей]; соли для отбеливания; составы для кожи полировальные; составы для окуривания ароматическими веществами; спирт нашатырный [моющее, очищающее средство]; средства вяжущие для косметических целей; средства для бровей косметические; средства для выведения пятен; средства для гримирования; средства для загара косметические; средства для окрашивания волос; средства для перманентной завивки нейтрализующие; средства для ресниц косметические; средства для удаления волос [депилятории]; средства для ухода за кожей косметические; средства для чистки обуви; средства косметические; средства косметические для животных; средства косметические для окрашивания ресниц и бровей; средства моющие [за исключением используемых для промышленных и медицинских целей]; средства обезжиривающие [за исключением используемых в промышленных целях]; средства обесцвечивающие для косметических целей; средства туалетные против потения; тальк туалетный; терпены [эфирные масла]; экстракты цветочные [парфюмерные]; эссенции эфирные; эссенция из бадьяна; эссенция мятная [эфирное масло]", вследствие его неиспользования.

Досрочно прекратить правовую охрану товарного знака по свидетельству Российской Федерации N 460171 в отношении всех товаров 5-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков, указанных в свидетельстве, за исключением товаров "акарициды; альгициды; бумага клейкая от мух; бумага с особой пропиткой от моли; инсектициды; кора кедрового дерева [репеллент]; масла для защиты от слепней, оводов; мухоловки клейкие; ошейники противопаразитарные для животных; препараты для уничтожения вредных животных; препараты для уничтожения вредных растений; препараты для уничтожения домовых грибов; препараты для уничтожения личинок насекомых; препараты для уничтожения мух; препараты для уничтожения мышей; препараты для уничтожения наземных моллюсков; препараты для уничтожения паразитов; препараты противоспоровые; препараты, предохраняющие от моли; репеллент [окуривание]; репелленты; репелленты для собак; средства для уничтожения паразитов; стрихнин; фунгициды; экстракты табака [инсектициды]; яд крысиный", прекратить правовую охрану указанного товарного знака в отношении всех услуг 44-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков, указанных в свидетельстве, а также следующих товаров 3-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков: "амбра [парфюмерия]; аэрозоль для освежения полости рта; бруски для бритья [антисептики]; вазелин косметический; вата для косметических целей; ватные тампоны на жестком держателе для косметических целей; вещества ароматические [эфирные масла]; вещества ароматические для напитков [эфирные масла]; вода ароматическая; вода жавелевая; вода лавандовая; вода туалетная; воск для усов; гелиотропин; гель для отбеливания зубов; гераниол; грим; дезодоранты для личного пользования; жиры для косметических целей; изделия парфюмерные; изображения переводные декоративные для косметических целей; ионон [парфюмерный]; карандаши для бровей; карандаши косметические; квасцы алюминиевые [антисептики]; клеи для прикрепления искусственных ресниц; клеи для прикрепления накладных волос; красители для бороды и усов; красители косметические; крахмал [аппрет]; кремы косметические; кремы косметические отбеливающие; кремы, воски для кожи; крокус [абразивный материал]; ладан; лак для волос [аэрозоль]; лаки для ногтей; лосьоны для бритья; лосьоны для волос; лосьоны для косметических целей; маски косметические; масла для духов и ароматических средств; масла косметические; масла туалетные; масла эфирные; масла эфирные из кедра; масла эфирные из лимона; масла, используемые как очищающие средства; масло бергамотовое; масло гаультериевое; масло жасминное; масло лавандовое; масло миндальное; масло розовое; масло терпентинное для обезжиривания; материалы клейкие для косметических целей; молоко миндальное для косметических целей; молоко туалетное; мускус [парфюмерия]; мыла; мыла дезинфицирующие; мыла дезодорирующие; мыла для бритья; мыла кусковые, туалетные; мыла лечебные; мыла против потения; мыла против потения ног; мыло миндальное; мята для парфюмерии; наборы косметические; ногти искусственные; одеколон; основы для цветочных духов; палочки фимиамные; пасты, порошки зубные; пемза; пероксид водорода для косметических целей; помада губная; помады для косметических целей; препараты для бритья; препараты для ванн косметические; препараты для гигиенических целей, относящиеся к категории парфюмерно-косметических, туалетные принадлежности; препараты для завивки волос; препараты для осветления кожи; препараты для полирования зубных протезов; препараты для полирования или придания блеска; препараты для полоскания рта [за исключением используемых в медицинских целях]; препараты для похудания косметические; препараты для удаления грима; препараты для ухода за ногтями; препараты для чистки; препараты для чистки зубных протезов; пудра гримерная; растворы для очистки; ресницы искусственные; салфетки, пропитанные косметическими лосьонами; сафрол; скипидар для обезжиривания; смеси ароматические из цветов и трав; соли для ванн [за исключением используемых для медицинских целей]; соли для отбеливания; составы для кожи полировальные; составы для окуривания ароматическими веществами; спирт нашатырный [моющее, очищающее средство]; средства вяжущие для косметических целей; средства для бровей косметические; средства для выведения пятен; средства для гримирования; средства для загара косметические; средства для окрашивания волос; средства для перманентной завивки нейтрализующие; средства для ресниц косметические; средства для удаления волос [депилятории]; средства для ухода за кожей косметические; средства для чистки обуви; средства косметические; средства косметические для животных; средства косметические для окрашивания ресниц и бровей; средства моющие [за исключением используемых для промышленных и медицинских целей]; средства обезжиривающие [за исключением используемых в промышленных целях]; средства обесцвечивающие для косметических целей; средства туалетные против потения; тальк туалетный; терпены [эфирные масла]; экстракты цветочные [парфюмерные]; эссенции эфирные; эссенция из бадьяна; эссенция мятная [эфирное масло]", вследствие его неиспользования.

Взыскать с индивидуального предпринимателя Ахапкина Романа Витальевича (ОГРНИП 309774622200802) в пользу акционерного общества "Валента Фарм" (ОГРН 1035010202336) 42 000 рублей в возмещение расходов на уплату государственной пошлины за подачу иска.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в кассационном порядке в президиум Суда по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий
судья

Д.А. Булгаков

 

Судья

Ю.В. Борисова

 

Судья

Д.И. Мындря

 

Компания "Валента Фарм" более 10 лет по лицензии производила лекарственное средство "Фенотропил". Затем правообладатель расторг с ней лицензионный договор. Компания потребовала аннулировать у него товарные знаки "Фенотропил", так как сам правообладатель так и не смог за три года наладить выпуск этого лекарства. Суд по интеллектуальным правам удовлетворил иск.

Истец подтвердил свою заинтересованность. У него есть производственные мощности и ряд необходимых мед- и фармлицензий, а аффилированное с ним лицо подало заявку на регистрацию этого товарного знака. Ответчик же не смог доказать факт использования товарного знака ни им самим, ни его лицензиатами. Не подтвержден и факт приготовления к использованию, которое не было завершено якобы из-за пандемии. В условиях ограничений ответчик мог применять альтернативные методы проведения исследований препарата для его регистрации и выпуска.

Отклонен довод ответчика о недобросовестности истца, поскольку регистрационное удостоверение истца на препарат не мешало ответчику сразу после расторжения договора с истцом провести исследования и зарегистрировать свое лекарство. Закон не запрещает госрегистрацию тождественных по составу разных лекарственных средств под одним торговым наименованием.