Постановление Европейского Суда по правам человека от 10 января 2008 г. Дело "Варнава и другие против Турции" [Varnava and Others v. Turkey] (жалоба N 16064/90 и 8 других дел) (III Секция) (извлечение)

Европейский Суд по правам человека
(III Секция)

 

Дело "Варнава и другие против Турции"
[Varnava and Others v. Turkey]
(Жалоба N 16064/90 и 8 других дел)

 

Постановление Суда от 10 января 2008 г.
(извлечение)

 

Обстоятельства дела

 

Заявителями по делу выступают родственники девяти граждан Кипра, исчезнувших во время турецкой военной операции на севере Кипра в июле-августе 1974 г. Обстоятельства дела оспариваются. Восемь из них являлись военнослужащими, и предполагается, что они исчезли после пленения турецкими вооруженными силами. Свидетели утверждают, что видели их в турецких тюрьмах в 1974 году, и некоторые из этих людей были идентифицированы семьями по фотографиям, опубликованным в греческой прессе. Государство-ответчик отрицает, что заявители были захвачены в плен турецкими силами, и утверждают, что они погибли в боевых действиях во время конфликта. Девятый пропавший, г-н Хаджипантели, являлся банковским служащим. Заявители предполагают, что он принадлежал к группе лиц, захваченных турецкими силами для допроса в августе 1974 г., после чего исчез. Его останки были обнаружены в 2007 году благодаря деятельности Комитета ООН по поиску лиц, пропавших без вести (CMP). CMP был учрежден в 1981 году с целью составления полных списков безвестно отсутствующих лиц с обеих сторон конфликта и определения того, живы они или умерли. Он не имеет полномочий для установления ответственности или выводов о причине смерти. Останки г-на Хаджипантели были эксгумированы из братской могилы близ поселения турок-киприотов. В медицинском свидетельстве отмечены пулевые ранения в голову и правую руку, а также рана на правом бедре. Государство-ответчик отрицало факт его задержания, ссылаясь на то, что его имя отсутствовало в списке греков-киприотов, содержавшихся в предполагаемом месте лишения свободы, которое посещал Международный Красный Крест.

 

Вопросы права

 

В порядке применения статьи 35 Конвенции.

(a) Временная юрисдикция. По мнению государства-ответчика, поскольку предполагается, что все исчезнувшие погибли в 1974 году, жалобы затрагивают случайные действия, имевшие место задолго до признания Турцией права индивидуальной жалобы в 1987 году* (* Право индивидуальной жалобы (на тот момент - в Европейскую Комиссию по правам человека) и юрисдикция Европейского Суда до вступления в силу 1 ноября 1998 г. Протокола N 11 к Конвенции носили факультативный характер, и некоторые государства - участники Конвенции, в том числе Турция, не сразу приняли эти положения (прим. переводчика).). Отклоняя этот довод, Европейский Суд подтвердил указание, данное в деле по межгосударственной жалобе "Кипр против Турции" [Cyprus v. Turkey], N 25781/94 ("Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" [Information Note on the Case-law of European Court of Human Rights] N 30), согласно которому уклонение от проведения эффективного расследования исчезновений в угрожающих жизни обстоятельствах представляет собой продолжающееся нарушение, поскольку дела, связанные с исчезновениями, характеризуются длительной неопределенностью и отличаются от дел, связанных с убийствами, в которых судьба жертвы известна. Следовательно, насколько обстоятельства дел заявителей выявляют продолжающееся обязательство в части статьи 2 Конвенции, Европейский Суд обладает компетенцией ratione temporis* (* Ratione temporis - ввиду обстоятельств, связанных со временем, критерий, применяемый при оценке приемлемости жалобы (прим. переводчика).) для рассмотрения дела.

(b) Правило шестимесячного срока. Турецкое государство-ответчик утверждало, что заявители должны были направить жалобы в Страсбург в пределах шести месяцев с момента признания Турцией права индивидуальной жалобы. Отклоняя этот довод, Европейский Суд указал на различие между двумя видами "продолжающейся ситуации": в делах, где потерпевший подвергается продолжающемуся нарушению вследствие, например, законодательного положения, которое систематически нарушает его право на уважение личной жизни, и в делах, подобных делам об исчезновениях, когда продолжающаяся ситуация вытекает из фактической ситуации, возникшей в определенный момент. Признавая, что заявители в последнем случае обязаны были действовать с разумной неотложностью, он находит, что в настоящем деле отсутствовали не являющиеся необходимыми задержки, поскольку жалобы были поданы в течение трех дней после признания Турцией юрисдикции прежнего Европейского Суда. Вопрос о том, соблюдено ли правило при подаче заявителями жалоб в более поздние сроки (в частности, после постановления по межгосударственному делу), остается открытым.

 

Постановление

 

Предварительные возражения государства-ответчика о пропуске заявителями шестимесячного срока для подачи жалобы отклонены (вынесено шестью голосами "за" и одним - "против").

По поводу соблюдения требований статьи 2 Конвенции.

(a) Что касается процессуальных обязательств. Большая Палата установила в межгосударственном деле, что многие пропавшие без вести в 1974 году были задержаны турецкими или турецко-кипрскими силами в период, когда военные действия сопровождались широкомасштабными задержаниями и убийствами. Обстановка угрозы и страха, а также реальные опасности, которым подвергались задержанные, раскрывают ситуацию, угрожающую жизни. Именно в такой обстановке исчезли девять человек, упоминаемых в деле заявителей. Восемь комбатантов в последний раз видели в районах, которые были окружены турками или в скором будущем заняты ими; несколько свидетелей утверждают, что видели захват г-на Хаджипантели турецко-кипрскими силами. С учетом предыдущих выводов и обстоятельств исчезновения в местностях, которые в указанный период или вскоре после этого находились под контролем турецких сил или лиц, пользующихся их поддержкой, Турция обязана нести ответственность за их судьбу.

(b) Требования к доказательствам. Хотя индивидуальные заявители Европейского Суда в делах, связанных с событиями в Юго-Восточной Турции и Чеченской Республике, несмотря на многочисленные зафиксированные случаи принудительных исчезновений, должны представить доказательства того, что их родственники были взяты под стражу государственными агентами, ситуация в деле заявителей иная. Зона международного конфликта, где две армии вели военные действия, сама по себе угрожала жизни находившихся в ней лиц. Сведениями о соответствующих событиях должны были бы располагать исключительно военные, и было бы нереально ожидать от заявителей представления более чем минимальной информации о пребывании их родственников в зоне риска. Международные договоры возлагали на конфликтующие стороны обязательства по гуманному обращению с военнопленными, ранеными и гражданскими лицами. Статья 2 Конвенции безусловно предусматривает требование к государствам, ратифицировавшим Конвенцию, о принятии разумных мер по защите жизни лиц, не участвующих или прекративших участие в боевых действиях. Следовательно, исчезновение людей при таких обстоятельствах обусловливает защиту в соответствии со статьей 2 Конвенции.

(c) Соблюдение требований Конвенции. Обязанность провести эффективное расследование не может считаться исполненной за счет участия государства-ответчика в расследованиях CMP. При всем гуманитарном значении этой работы CMP не обеспечивает достаточных процедур, отвечающих стандартам, которых требует статья 2 Конвенции, особенно с точки зрения узких пределов его расследований. Недавнее обнаружение останков г-на Хаджипанели не доказывает, что CMP способен предпринять какие-либо значимые следственные действия помимо определения места нахождения и идентификации останков. С учетом нахождения останков на территории, подконтрольной "Турецкой Республике Северного Кипра", по прошествии примерно 32 лет, это событие не устраняет ответственности государства-ответчика за процесс расследования в период вмешательства.

 

Постановление

 

По делу допущено продолжающееся процессуальное нарушение требований статьи 2 Конвенции (вынесено шестью голосами "за" и одним - "против").

По поводу соблюдения требований статьи 3 Конвенции. Европейский Суд, следуя принципам и выводам, сформулированным в межгосударственном деле, отмечает, что безразличие турецких властей по отношению к обоснованной озабоченности родственников пропавших людей, может рассматриваться только как бесчеловечное обращение.

 

Постановление

 

По делу допущено продолжающееся нарушение требований статьи 3 Конвенции (вынесено шестью голосами "за" и одним - "против").

По поводу соблюдения требований статьи 5 Конвенции.

(a) Материально-правовой аспект. Не установлено, что пропавшие лица действительно содержались под стражей турецкими или турецко-кипрскими властями в рассматриваемый период.

 

Постановление

 

По делу требования статьи 5 Конвенции нарушены не были (принято единогласно).

(b) Процессуальный аспект. Турецкие власти не смогли провести эффективное расследование места нахождения пропавших людей и их судьбы при наличии обоснованных предположений о том, что они были лишены свободы в момент их исчезновения.

 

Постановление

 

По делу допущено продолжающееся нарушение требований статьи 5 Конвенции (вынесено шестью голосами "за" и одним - "против").

 

Компенсация

 

В порядке применения статьи 41 Конвенции. Требования о возмещении морального вреда чрезмерно высоки. Понимая желание заявителей побудить государство-ответчика принять безотлагательные меры, насколько это возможно, из опасения увеличения ущерба, Европейский Суд не находит прецедента для такой продолжающейся, неопределенной и долгосрочной компенсации в своей практике и не усматривает принципиальной основы для принятия такого решения. Отмечая, что индивидуальный интерес подчинен главной задаче Европейского Суда - установлению и применению минимальных стандартов прав человека, Европейский Суд находит, что при уникальных обстоятельствах дела не будет целесообразным, конструктивным или даже справедливым устанавливать дополнительные специальные компенсации морального вреда, который претерпели индивидуальные заявители. Принимая такое решение, он учитывает, что (i) рассмотрение вопроса о возможном применении статьи 41 Конвенции в межгосударственном деле отложено; (ii) в связи с тем, что около 1 400 человек числятся пропавшими без вести с греко-кипрской стороны и около 500 человек с турецко-кипрской стороны, ситуация требует особой осторожности; и (iii) Комитет министров Совета Европы принял исполнительную функцию в контексте межгосударственного дела, решающим элементом которой является обеспечение мер, позволяющих пролить свет на судьбу как можно большего числа безвестно отсутствующих мужчин, женщин и детей.

 

Постановление

 

Европейский Суд счел, что установление факта нарушения Конвенции само по себе является достаточной справедливой компенсацией причиненного морального вреда (вынесено шестью голосами "за" и одним - "против").

 

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.


Постановление Европейского Суда по правам человека от 10 января 2008 г. Дело "Варнава и другие против Турции" [Varnava and Others v. Turkey] (жалоба N 16064/90 и 8 других дел) (III Секция) (извлечение)


Текст Постановления опубликован в Бюллетене Европейского Суда по правам человека. Российское издание. N 7/2008.


Перевод: Николаев Г.А.