Письмо Ассоциации российских банков от 27 октября 2011 г. N А-01/5-818 "О проблемах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации о поручительстве"

Письмо Ассоциации российских банков от 27 октября 2011 г. N А-01/5-818
"О проблемах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации о поручительстве"


В настоящее время Управлением частного права Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации ведется работа по подготовке проекта разъяснений, касающихся применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о поручительстве.

В целях доведения до Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации перечня проблем, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующих правоотношения сторон по договору поручительства, Ассоциацией российских банков при участии кредитных организаций проведена работа по обобщению указанных проблем, возникающих в практике кредитных организаций, и подготовлены Предложения по унификации судебной практики по спорам, возникшим из договора поручительства (прилагаются).

Ассоциация российских банков просит учесть предложения банковского сообщества при формировании официальной позиции ВАС России по рассматриваемому вопросу.

Приложение на 9 л.


Президент

Г.А. Тосунян


Предложения
Ассоциации российских банков по унификации судебной практики по спорам, возникшим из договора поручительства


1. Термин "изменение обязательства", применяемый в пункте 1 статьи 367 ГК РФ, следует понимать как изменение содержания основного обязательства (изменение договора).

В соответствии с пунктом 1 статьи 367 ГК РФ поручительство прекращается с прекращением обеспеченного им обязательства, а также в случае изменения этого обязательства, влекущего увеличение ответственности или иные неблагоприятные последствия для поручителя без согласия последнего.

Представляется, что толкование термина "изменение обязательства", примененное законодателем в указанной выше норме, должно осуществляться исключительно для целей корректного применения пункта 1 статьи 367 ГК РФ.

В законодательстве, доктрине и на практике существует два подхода к определению понятия "изменение обязательства".

В соответствии с первым подходом, являющимся более широким, под изменением обязательства следует понимать изменение любого из элементов обязательства, к числу которых, как известно, относятся субъекты, объект и содержание обязательства. Такой подход, в частности, использован в кн.: "Гражданское право". Учебник. Издание пятое, переработанное и дополненное.// Под ред. А.П. Сергеева и Ю.К. Толстого. Т. 1. Москва: Проспект, 2001 год, С.600.

Соответственно этому широкому подходу изменение кредитора в обязательстве также следует включать в понятие "изменение обязательства".

Согласно более узкому подходу изменением договорного обязательства считается изменение только его содержания (изменение договора). В этом смысле изменение договора заключается в изменении прав и обязанностей сторон этого договора, воплощенных в его условиях. Следовательно, изменение договора - это изменение его условий, которое может осуществляться сторонами договора или судом в порядке, установленном законодательством. Такой подход широко используется как в законодательстве, так и в доктрине. Например, он использован законодателем в главе 29 ГК РФ "Изменение и расторжение договора". В частности, из статьи 450 ГК РФ следует, что изменение договора допускается либо по соглашению сторон (пункт 1 статьи 450 ГК РФ), либо по требованию одной из сторон договора в судебном порядке (пункт 2 статьи 450 ГК РФ). Учитывая, что правоотношения по изменению субъектного состава обязательства регулируются главой 24 ГК РФ "Перемена лиц в обязательстве", следует вывод о том, что изменение субъектного состава обязательства в данном случае не предполагается. В учебнике Гражданского права под ред. Е.А.Суханова (Москва: Бек, 1993.С.59) основанием для изменения договора указано соглашение, достигнутое контрагентами, об изменении отдельных пунктов договора. Таким образом, изменение договорного обязательства представляет собой изменение условий договора, произведенное по инициативе сторон или по решению суда.

Одновременно необходимо отметить, что на профессиональном юридическом языке изменение субъектного состава обязательства достаточно редко именуется изменением самого обязательства. Для этого чаще всего используются другая терминология. В Гражданском кодексе РФ, например, эти правоотношения регулируются главой 24 "Перемена лиц в обязательстве". В правовой литературе изменение субъектного состава обязательства нередко называют термином "перенесение обязательств" (см. Евгений Годэмэ. Общая теория обязательств. М. 1948).

Таким образом, согласно узкому подходу, изменение договорного обязательства - это изменение условий договора.

Представляется, что термин "изменение обязательства", использованный законодателем в пункте 1 статьи 367 ГК РФ, употреблен именно в этом узком значении, т.е. как изменение условий обеспечиваемого поручительством договора. Последствия в виде прекращения договора поручительства, предусмотренные пунктом 1 статьи 367 ГК РФ, должны воспрепятствовать сторонам основного обязательства ухудшать положение поручителя без его согласия путем заключения дополнительных соглашений к обеспечиваемому договору после заключения договора поручительства. Уступка права (требования) по обеспечиваемому договору и по договору поручительства по общему правилу никак не сказывается на правах поручителя, поскольку право требования кредитора и обязанность поручителя не носит личного характера. Для поручителя не имеет значения, кому он будет платить. Более того, в соответствии с пунктом 2 статьи 382 ГК РФ для перехода к другому лицу прав кредитора по общему правилу не требуется согласия должника.

Влияние факта перемены должника в обеспечиваемом обязательстве на действие договора поручительства (перевод долга) регулируется не пунктом 1 статьи 367 ГК РФ, а отдельно пунктом 2 статьи 367 ГК РФ. Если бы термин "изменение обязательства", употребленный в пункте 1 статьи 367 ГК РФ предусматривал не только изменение содержания основного договора, но также и изменение субъектного состава возникшего из него обязательства, норма пункта 2 статьи 367 ГК РФ оказалась бы излишней.

Исходя из изложенного, следует вывод о том, что перемена лица в обеспечиваемом поручительством обязательстве:

1) не является изменением обязательства в смысле пункта 1 статьи 367 ГК РФ, которое должно быть согласовано с поручителем;

2) не может рассматриваться в качестве неблагоприятного для поручителя последствия в смысле пункта 1 статьи 367 ГК РФ.

3) в случае отсутствия согласия поручителя не прекращает поручительства.

2. Уступка права (требования) по кредитному договору в иностранной валюте и по договору поручительства, произведенная в пользу цессионария, не имеющего права получать платежи в иностранной валюте, не влечет прекращения поручительства.

В соответствии со статьей 9 Федерального закона от 10.12.2003 N 173-ФЗ "О валютном регулировании и валютном контроле" (далее - Закон N 173-ФЗ) валютные операции между резидентами запрещены, за исключением операций, прямо разрешенных Законом N 173-ФЗ. В частности, в соответствии с частью 3 статьи 9 Закона N 173-ФЗ уполномоченные банки-резиденты имеют право выдавать резидентам кредиты в иностранной валюте и получать по ним исполнение также в иностранной валюте. Законодательство не запрещает уполномоченным банкам совершать уступку права (требования) по указанным кредитным договорам в пользу некредитных организаций. Право требования на получение платежа в иностранной валюте, переданное в пользу некредитной организации-резидента, не может быть реализовано в иностранной валюте, поскольку валютные операции между резидентами запрещены (часть 1 статьи 9 Закона N 173-ФЗ). Однако такое обязательство может быть исполнено в рублях, учитывая, что рубль является законным средством платежа (статья 140 ГК РФ).

ФАС Уральского округа в Постановлении от 11.04.2007 по делу N Ф09-2591/07-С5 сделал вывод о том, что в подобной ситуации при уступке права изменилось основное обязательство в части условия о валюте платежа, на что поручитель не давал согласия, в результате чего для него наступили неблагоприятные последствия. Суд признал договор поручительства прекратившим свое действие.

Вместе с тем, представляется, что изменение валюты платежа нельзя отнести к числу неблагоприятных для поручителя обстоятельств, учитывая, что рубль является на территории Российской Федерации законным платежным средством. В этом случае освобождение поручителя от обязательства является необоснованным и дестабилизирующим гражданский оборот.

3. Уступка права (требования) по кредитному договору и договору поручительства, произведенная уполномоченным банком в пользу цессионария - нерезидента, не влечет ухудшения положения поручителя в смысле пункта 1 статьи 367 ГК РФ и не влечет прекращения договора поручительства.

Уступка права (требования) к заемщику-резиденту и поручителю-резиденту, произведенная уполномоченным банком в пользу нерезидента приводит к появлению в кредитном договоре и договоре поручительства иностранного кредитора. Это возлагает на поручителя-резидента обязанность по соблюдению норм российского валютного законодательства. Такая обязанность у поручителя возникает с момента получения им соответствующего уведомления о состоявшейся уступке права (требования). Указанная обязанность поручителя носит публичный характер и не касается частно-правовых отношений по договору поручительства и обеспечиваемому им договору. В связи с тем, что Гражданский кодекс РФ не регулирует публичные правоотношения (пункт 3 статьи 2 ГК РФ), под термином "иные неблагоприятные последствия" (пункт 1 статьи 367 ГК РФ) не могут подразумеваться обязанности, регулируемые публичным правом.

Поскольку возникновение обязанности поручителя соблюдать валютное законодательство не связано с появлением у него убытков или иных неблагоприятных последствий частно-правового характера, основания для применения пункта 1 статьи 367 ГК РФ отсутствуют. Если поручитель нарушит валютное законодательство, то он будет привлечен к административной ответственности, однако уже за собственные виновные действия. Представляется, что обязанность соблюдать валютное законодательство является частью общей обязанности соблюдать действующее российское законодательство. По этой причине появление указанной обязанности нельзя отнести к "неблагоприятным" последствием состоявшейся уступки права (требования).

Аналогичная точка зрения отражена в Определении ВАС России от 04.08.2010 N ВАС-9144/10 "Об отказе в передаче дела в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации", в котором сделан следующий вывод: "Императивные нормы белорусского права о валютном контроле не влияют на двусторонние частноправовые отношения заявителя и кредитора, ввиду того, что их применение приведет к нарушению общепризнанного принципа добросовестности в коммерческом обороте.".

4. Обязательство поручителя нести ответственность за основного должника может быть обеспечено различными способами обеспечения исполнения обязательств (поручительством, залогом, неустойкой, банковской гарантией и т.п.).

В правоприменительной практике имеются различные точки зрения о возможности обеспечения обеспечительного обязательства. В связи с отсутствием в законодательстве каких-либо ограничений по типу обеспечиваемого обязательства полагаем, что залог, поручительство, банковская гарантия и т.п. могут обеспечивать в том числе надлежащее исполнение обязательств по договору поручительства, договору залога, банковской гарантии и другим обеспечительным сделкам.

5. Обязательство поручителя не может быть прекращено в случае изменения субъектного состава обеспечиваемого обязательства, которое произошло в результате смерти основного должника - индивидуального предпринимателя и принятия наследства его наследниками, а также в результате реорганизации юридического лица - должника.

В настоящее время суды общей юрисдикции иногда признают договор поручительства прекратившимся в случае смерти основного должника со ссылкой на норму пункта 2 статьи 367 ГК РФ, в которой предусмотрено, что поручительство прекращается с переводом на другое лицо долга по обеспеченному поручительством обязательству, если поручитель не дал кредитору согласия отвечать за нового должника. Схожая правовая позиция содержится, например, в определении Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации от 19.08.2008 N 36-В08-21, в котором, в частности, указано, что в случае смерти должника и при наличии наследников и наследственного имущества взыскание кредитной задолженности с поручителя возможно, во-первых, если в договоре поручителя с кредитной организацией поручитель дал кредитору согласие отвечать за нового должника, и, во-вторых, только в пределах стоимости наследственного имущества. Таким образом, по мнению Верховного Суда Российской Федерации, поручитель должен согласиться отвечать за наследников заемщика. Подобная позиция Верховного Суда Российской Федерации позволяет недобросовестному поручителю воспользоваться смертью заемщика и уйти от ответственности.

Представляется, что схожая правовая проблема может возникать в практике арбитражных судов в случае смерти должника - предпринимателя, а также в результате реорганизации юридического лица - основного должника.

По нашему мнению, пункт 2 статьи 367 ГК РФ регулирует очень узкий круг отношений, когда перемена стороны в основном обязательстве представляет собой случай частного (сингулярного) правопреемства, основанием которого является договор о переводе долга (§ 2 "Перевод долга" главы 24 ГК РФ "Перемена лиц в обязательстве"). В случае смерти основного должника (или реорганизации юридического лица - основного должника) субъектный состав основного обязательства также изменяется, но по другому основанию. В этой ситуации происходит общее правопреемство, в силу которого обязанность основного должника переходит к его наследникам (правопреемникам юридического лица) в составе всей наследственной массы. На основании изложенного полагаем, что суды неправомерно распространили норму о прекращении поручительства на другие отношения, на которые она не распространяется.

6. Поручительство не прекращается, если в процессе рассмотрения судом иска к поручителю об ответственности за основного должника, должник - юридическое лицо был исключен из единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) в результате завершения процедуры ликвидации или конкурсного производства.

Из пункта 3 статьи 49 ГК РФ и пункта 8 статьи 63 ГК РФ следует, что договор, из которого возникло основное обязательство, считается прекращенным с момента исключения ликвидированного юридического лица из ЕГРЮЛ. В соответствии с пунктом 1 статьи 367 ГК РФ поручительство прекращается с прекращением обеспеченного им обязательства. В этой связи по общему правилу с момента исключения основного должника из ЕГРЮЛ поручительство также следует считать прекращенным.

На практике возникают ситуации, когда иск к поручителю был предъявлен до исключения основного должника из ЕГРЮЛ, однако в ходе рассмотрения дела в ЕГРЮЛ была внесена запись о завершении процедуры ликвидации основного должника. Аналогичные ситуации могут возникать на стадии обжалования решения суда первой инстанции.

Ряд судов придерживается мнения, что ликвидация основного должника влечет прекращение обязательств из договора поручительства. Так, в рамках производства по делу о несостоятельности (банкротстве) суд исключил требование конкурсного кредитора из реестра требований кредиторов поручителя в связи с завершением конкурсного производства в отношении должника по основному обязательству и исключением его из ЕГРЮЛ (Определение Арбитражного суда Калининградской области от 19.08.2008 N А21-2012/2008).

Противоположный подход судов сводится к тому, что поручительство (как и залог) не прекращается при исключении основного должника из ЕГРЮЛ в том случае, если к указанному моменту предъявлено соответствующее требование в исковом порядке или подано заявление об установлении требований кредитора в деле о банкротстве поручителя (Постановление ФАС Уральского округа от 25.05.2011 N Ф09-2386/11-С3).

ГАРАНТ:

По-видимому, в тексте предыдущего абзаца допущена опечатка. Имеется в виду Постановление ФАС Уральского округа от 25.05.2011 N Ф09-2386/11

Представляется, что процессуальное законодательство позволяет обосновать, что после предъявления к поручителю иска факт ликвидации основного должника не оказывает влияния на обязательство поручителя. Например, статья 150 АПК РФ не содержит такого основания для прекращения производства по делу, которое могло бы быть применено в рассмотренном выше случае, учитывая, что ликвидирована не сторона в процессе, а - третье лицо.

7. В случае смерти основного должника ответственность поручителя не ограничивается стоимостью наследственного имущества.

Правоприменительная практика по-разному отвечает на вопрос о том, ограничивается ли ответственность поручителя стоимостью наследственного имущества, перешедшего к правопреемникам (наследникам) должника, в случае смерти основного должника.

Некоторые специалисты полагают, что поручитель несет ответственность по долгам наследодателя только в пределах стоимости наследственного имущества, перешедшего к его наследникам. Указанная точка зрения обосновывается необходимостью защиты интересов поручителя, который должен иметь возможность реализовать перешедшие к нему права кредитора в том объеме, в котором он удовлетворил требование кредитора. Однако в соответствии с пунктом 1 статьи 1175 ГК РФ каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества. Следовательно, если объем ответственности поручителя больше стоимости наследственного имущества, поручитель не сможет взыскать с наследников выплаченные им суммы. На основании изложенного, делается вывод, что ответственность поручителя в рассматриваемом случае должна ограничиваться стоимостью наследственного имущества.

Приведенная выше точка зрения представляется не основанной на законодательстве. Объем ответственности поручителя может быть определен законом или договором поручительства (статья 363 ГК РФ), и не зависит от иных обстоятельств, включая стоимость имущества, перешедшего по наследству. Предъявление требования к должнику (его правопреемникам) является правом поручителя, исполнившего обязательство. Заключая договор поручительства, поручитель тем самым берет на себя обязательство отвечать перед кредитором именно в том объеме, который определен в договоре поручительства и принимает на себя риски возможной неуплаты должником (его правопреемниками) тех сумм, которые были выплачены кредитору, по любым основаниям, включая случаи смерти основного должника или его реорганизации.

8. Условие договора поручительства о согласии поручителя с будущими изменениями основного обязательства соответствует законодательству.

В статье 367 ГК РФ предусмотрены случаи прекращения поручительства. Так, в частности поручительство прекращается в случае изменения основного обязательства, влекущего увеличение ответственности или иные неблагоприятные последствия для поручителя, без согласия последнего (пункт 1 статьи 367 ГК РФ), а также поручительство прекращается с переводом на другое лицо долга по обеспеченному поручительством обязательству, если поручитель не дал кредитору согласия отвечать за нового должника (пункт 2 статьи 367 ГК РФ).

В случае, если поручитель дает кредитору согласие на указанные изменения, поручительство сохраняется. Однако из содержания норм пункта 1 и 2 статьи 367 ГК РФ не ясно, в какой момент и в какой форме такое согласие должно быть им предоставлено.

Представляется, что такое согласие должно быть предоставлено до внесения в основной договор соответствующих изменений. Если на момент внесения изменений рассматриваемое согласие отсутствует, то поручительство прекращается. Поэтому согласие поручителя не может быть предоставлено после внесения изменений в основной договор. Поскольку в этом случае на момент получения кредитором согласия поручителя поручительство уже прекратилось, речь может идти только о повторном заключении договора поручительства.

Формы согласия поручителя достаточно разнообразны. Чаще всего согласие предоставляется в форме дополнительного соглашения к договору поручительства. Поскольку в статье 367 ГК РФ отсутствуют четкие требования к форме согласия поручителя, на практике оно нередко оформляется в форме отдельного от договора документа, подписанного поручителем. Оба указанных варианта представляются возможными и соответствующими законодательству. И, наконец, имеется достаточно обширная практика, когда согласие поручителя выражается в виде соответствующего условия договора поручительства. В этом случае речь идет о согласии поручителя, которое дано заранее, т.е. до изменения обязательства и на случай такого изменения.

9. В силу принципа свободы договора (статья 421 ГК РФ) стороны договора поручительства вправе предусмотреть, что в случае неисправности основного должника поручитель обязуется не только нести ответственность, но также вместо должника исполнить его обязательство перед кредитором.

В настоящее время поручительство чаще всего используется для обеспечения возврата заемщиком выданного банком кредита, т.е. для обеспечения исполнения денежного обязательства. Поэтому при предъявлении к поручителю требования об исполнении обязательства, как правило, не возникает каких-либо проблем относительно выбора способа исполнения поручителем своего обязательства. Поручитель обязывается к выплате соответствующей суммы денежных средств.

Учитывая, что действующее законодательство не содержит ограничений по видам обязательств, которые могут обеспечиваться поручительством, существует проблема определения объекта обязательства поручителя в случае, когда поручительство обеспечивает неденежное обязательство. Например, поручительством может обеспечиваться обязательство подрядчика по договору строительного подряда. Возникает вопрос, какие действия являются объектом обязательства поручителя в этом случае.

По данному вопросу существует две точки зрения.

Первая правовая позиция основана на буквальном толковании действующего законодательства. В соответствии со статьями 361 и 363 ГК РФ поручитель обязуется перед кредитором третьего лица только отвечать за должника. Известно, что формами гражданско-правовой ответственности является возмещение убытков, уплата неустойки и выплата процентов на основании статьи 395 ГК РФ, если обеспечиваемое обязательство имеет денежный характер. Следовательно, при наличии условий для привлечения лица к гражданско-правовой ответственности возникает обязательство поручителя уплатить убытки, неустойку или проценты. Указанное обязательство всегда носит денежный характер независимо от объекта обеспечительного обязательства. В соответствии с рассматриваемым подходом поручитель подрядчика, нарушившего договор строительного подряда, будет обязан заплатить только соответствующую денежную сумму.

Таким образом, представители данной точки зрения полагают, что в случае неисправности основного должника поручитель обязан лишь вознаградить кредитора в деньгах (т.н. монетарное поручительство).

Вторая точка зрения основывается:

1) на диспозитивности пункта 2 статьи 363 ГК РФ;

2) на анализе арбитражной практики по искам к поручителям заемщиков по кредитным договорам;

3) на принципе свободы договора (статья 421 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 363 ГК РФ поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.

Фраза о том, что "иное" может быть предусмотрено договором поручительства означает, что стороны вправе установить любое правило, отличное от пункта 2 статьи 363 ГК РФ, а именно: иной объем ответственности поручителя и/или иное действие, отличное от несения ответственности. Например, стороны вправе предусмотреть, что поручитель обязан не только отвечать за основного должника, но также должен вместо него исполнить его обязанность. При солидарности обязательства основного должника и поручителя появляются два практически одинаковых должника, т.е. в основном обязательстве возникает множественность лиц на стороне должника. Указанный подход поддержан судебной практикой. Так, из Информационного письма ВАС России от 26 января 1994 года N ОЩ-7/ОП-48 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с исполнением, изменением и расторжением кредитных договоров", а также из современной арбитражной практики, следует, что суды взыскивают с поручителя не только убытки, неустойку и проценты, но также всю сумму выданного заемщику кредита, если в договоре поручительства отсутствуют ограничения по объему его ответственности. Таким образом, суды привлекают поручителей не только к несению ответственности за должника, но и к исполнению его обязанности.

И, наконец, в силу принципа свободы договора (статья 421 ГК РФ) стороны могут предусмотреть в договоре поручительства условие о том, что в случае неисправности основного должника, поручитель обязан исполнить основную обязанность вместо него (т.н. материальное поручительство).

Руководствуясь указанным выше подходом, поручитель подрядчика по договору строительного подряда обязан в случае неисправности основного должника достроить объект или иначе - от своего имени заключить договор строительного подряда с другим подрядчиком и обеспечить возведение объекта строительства.

Учитывая, что оба приведенных выше подхода к определению объекта обязательства поручителя существуют не только на практике, но и в доктрине, представляется целесообразным выработать точку зрения ВАС России.

10. Договор поручительства может быть заключен в течение года с момента нарушения должником срока исполнения обеспечиваемого обязательства.

Проблема заключения договора поручительства после нарушения срока исполнения основного обязательства решена в Постановлении Президиума ВАС России от 28 июля 2009 года N 7261/09. Так, ВАС России признал допустимым заключение таких договоров, хотя часть судов до сих пор признает их недействительными как мнимые сделки (статья 170 ГК РФ). Вместе с тем, остается неясным вопрос о том, в течение какого срока, истекшего после нарушения срока исполнения основного обязательства, могут заключаться договоры поручительства.

Принимая во внимание норму пункта 4 статьи 367 ГК РФ, в которой предусмотрен годичный срок для предъявления иска к поручителю, исчисляемый с момента просрочки основного договора, представляется обоснованным вывод, что договор поручительства не может быть заключен позднее истечения года с момента нарушения основного обязательства.



Письмо Ассоциации российских банков от 27 октября 2011 г. N А-01/5-818 "О проблемах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации о поручительстве"


Текст письма размещен на сайте Ассоциации российских банков в Internet (http://www.arb.ru)


Текст документа на сайте мог устареть

Вы можете заказать актуальную редакцию полного документа и получить его прямо сейчас.

Или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(1 документ в сутки бесплатно)

(До 55 млн документов бесплатно на 3 дня)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение