Постановление Европейского Суда по правам человека от 30 июля 2009 г. Дело "Сергей Медведев (Sergey Medvedev) против Российской Федерации" (Жалоба N 3194/08) (Первая секция)

Европейский Суд по правам человека
(Первая секция)

 

Дело "Сергей Медведев (Sergey Medvedev)
против Российской Федерации"
(Жалоба N 3194/08)

 

Постановление Суда

 

Страсбург, 30 июля 2009 г.

 

По делу "Сергей Медведев против Российской Федерации" Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), заседая Палатой в составе:

Нины Ваич, Председателя Палаты,

Анатолия Ковлера,

Элизабет Штейнер,

Дина Шпильманна,

Сверре-Эрика Йебенса,

Джорджио Малинверни,

Георга Николау, судей,

а также при участии Сёрена Нильсена, Секретаря Секции Суда,

заседая за закрытыми дверями 7 июля 2009 г.,

вынес в указанный день следующее Постановление:

 

Процедура

 

1. Дело было инициировано жалобой N 3194/08, поданной против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее - Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) гражданином Российской Федерации Сергеем Сергеевичем Медведевым (далее - заявитель) 21 ноября 2007 г.

2. Интересы заявителя представлял М. Степанов, адвокат, практикующий в Москве. Власти Российской Федерации были представлены бывшим Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека В.В. Милинчук, а впоследствии Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека Г.О. Матюшкиным.

3. Заявитель утверждал, что его содержание под стражей было незаконным и чрезмерно длительным.

4. 30 апреля 2008 г. председатель Первой Секции принял решение уведомить власти Российской Федерации о жалобе на предположительно длительный срок содержания заявителя под стражей. В соответствии с пунктом 3 статьи 29 Конвенции было принято решение рассмотреть жалобу по существу одновременно с принятием решения по вопросу о ее приемлемости. Кроме того, председатель принял решение о рассмотрении жалобы в приоритетном порядке (правило 41 Регламента Суда).

 

Факты

 

I. Обстоятельства дела

 

5. Заявитель родился в 1983 году и проживает в Московской области.

А. Предыстория вопроса

 

6. Заявитель являлся членом общественной организации - Национал-большевистской партии. 15 ноября 2005 г. Верховный Суд Российской Федерации принял решение о роспуске указанной организации. 19 января 2006 г. Федеральная регистрационная служба Министерства юстиции Российской Федерации отказала заявителю в регистрации политической партии под тем же названием. Члены партии обжаловали отказ в Таганский районный суд Москвы.

7. 13 апреля 2006 г. 15 членов партии, включая заявителя, присутствовали в Таганском районном суде на судебном слушании по делу об отказе в регистрации Национал-большевистской партии. Заявитель утверждал, что около здания суда они подверглись нападению группы лиц, численностью 40 человек, и истцы были вынуждены защищаться. По утверждению властей Российской Федерации, члены партии, включая заявителя, напали на прохожих с применением газового оружия и резиновых дубинок.

В. Уголовное дело в отношении заявителя

 

8. 15 мая 2006 г. заявитель присутствовал на собрании членов Национал-большевистской партии. Сотрудники милиции выломали дверь и задержали заявителя.

9. 16 мая 2006 г. заявителю было предъявлено обвинение в участии в массовых беспорядках с применением газового оружия, в совершении нападений и нанесении телесных повреждений - в преступлении, наказуемом согласно части 2 статьи 213 Уголовного кодекса Российской Федерации.

10. Следователь обратился в Тверской районный суд Москвы с ходатайством о применении в отношении заявителя меры пресечения в виде заключения под стражу. Он сообщил, что заявитель обвиняется в тяжком уголовном преступлении, не имеет постоянного места жительства в Москве и ранее был подвергнут административному штрафу за совершение действий, нарушающих общественный порядок. Следовательно, имелись основания предполагать, что заявитель мог скрыться или продолжить преступную деятельность.

11. 17 мая 2006 г. Тверской районный суд санкционировал применение к заявителю меры пресечения виде заключения под стражу, ссылаясь на тяжесть предъявленного обвинения и на риск того, что заявитель может скрыться или совершить новое преступление.

12. Заявитель подал кассационную жалобу. Он утверждал, что районный суд не принял во внимание относящиеся к делу факты, такие как отсутствие у заявителя судимостей, наличие постоянного места жительства, положительные рекомендации и плохое самочувствие. Вывод о том, что заявитель мог сбежать или продолжить преступную деятельность являлся бездоказательным и не был подкреплен соответствующими фактами.

13. 7 июня 2006 г. Московский городской суд, действуя в качестве суда кассационной инстанции, оставил постановление о заключении заявителя под стражу без изменений, определив, что оно было законным, обоснованным и справедливым. Прежде, чем вынести постановление о применении к заявителю меры пресечения виде заключения под стражу, районный суд рассмотрел материалы дела, предоставленные стороной обвинения, и принял во внимание данные о характере заявителя и его личную ситуацию.

14. 30 октября 2006 г. депутат Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации дал личное поручительство о том, что заявитель не скроется.

15. 14 сентября 2006 г. Тверской районный суд продлил срок содержания заявителя под стражей до 15 ноября 2006 г., отметив, что не видит причин изменять меру пресечения. 18 сентября 2006 г. Московский городской суд, рассмотрев кассационную жалобу, оставил постановление о продлении срока содержания под стражей без изменения, указав, что оно было законным и обоснованным.

16. 13 ноября 2006 г. Тверской районный суд продлил срок содержания заявителя под стражей до 16 января 2007 г. по тем же основаниям, что и ранее. 10 января 2007 г. Московский городской суд, действуя в качестве суда кассационной инстанции, оставил постановление о продлении срока содержания под стражей без изменения.

17. В неустановленную дату в декабре 2006 года заявителю было предъявлено новое обвинение в причинении телесных повреждений - преступлении, наказуемом согласно части 2 статьи 112 Уголовного кодекса Российской Федерации.

18. 16 января 2007 г. Тверской районный суд продлил срок содержания заявителя под стражей до 16 марта 2007 г., ссылаясь на тяжесть предъявленного обвинения, риск того, что заявитель может скрыться, совершить новое преступление или повлиять на ход следствия, а также на необходимость проведения дальнейшего расследования.

19. В своей кассационной жалобе заявитель просил, чтобы его освободили из-под стражи под залог. 14 февраля 2007 г. Московский городской суд, действуя в качестве суда кассационной инстанции, оставил постановление о продлении срока содержания под стражей без изменения, ссылаясь на то, что оно было законным, обоснованным и справедливым.

20. В неустановленную дату следствие было завершено, и материалы дела в отношении шестерых обвиняемых, включая заявителя, были переданы в суд.

21. 12 марта 2007 г. Таганский районный суд Москвы назначил предварительные слушания по делу на 20 марта 2007 г. и постановил, что все подсудимые должны оставаться под стражей. Суд указал, что они обвиняются в тяжком преступлении, совершенном организованной группой лиц, некоторые члены которой еще не установлены, принял во внимание данные о личностях подсудимых и пришел к выводу, что подсудимые могут скрыться или угрожать пострадавшим и свидетелям.

22. 27 марта 2007 г. Таганский районный суд провел предварительное слушание по делу. Он отклонил ходатайства подсудимых об освобождении из-под стражи, сославшись на тяжесть предъявленного им обвинения и риск того, что они могут скрыться, совершить новое преступление или воспрепятствовать отправлению правосудия. Что касается "личных данных" заявителя, суд отметил, что заявитель привлекался к ответственности по делу об административных правонарушениях.

23. 24 мая 2007 г. Таганский районный суд вернул дело для проведения дальнейшего расследования и постановил, что все подсудимые по делу должны оставаться под стражей. Суд постановил, что личные данные подсудимых и тяжесть предъявленного им обвинения давали основания полагать, что они могут скрыться, совершить новое преступление или воспрепятствовать отправлению правосудия. Что касается "личных данных" заявителя, суд отметил, что заявитель привлекался к ответственности по делу об административных правонарушениях.

24. 29 июня 2007 г. Тверской районный суд продлил срок содержания заявителя под стражей до 6 августа 2007 г. Суд указал, что дело является сложным, так как касается нескольких подсудимых. Некоторые подсудимые находились на свободе в течение длительного времени, и некоторые их соучастники еще не были установлены. Сложность дела оправдывала длительность срока содержания заявителя под стражей. Принимая во внимание тяжесть предъявленного заявителю обвинения, его привлечение к ответственности за административное правонарушение, отсутствие у него работы, заявитель мог в случае освобождения скрыться или воспрепятствовать установлению истины по делу каким-либо иным способом.

25. В кассационных жалобах заявитель повторно ссылался на то, что выводы районного суда не были подкреплены соответствующими фактами, в то время как заявитель предоставил личное поручительство члена Федерального Собрания Российской Федерации* (* В тексте Постановления употреблен термин "Parliament", что согласно статье 94 Конституции Российской Федерации соответствует Федеральному Собранию Российской Федерации. Таким образом, не представляется возможным уточнить, о ком именно идет речь в § 25 Постановления: депутате Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации или члене Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации (прим. переводчика).) и положительные рекомендации в отношении него. Заявитель также утверждал, что дело не было сложным и что его содержание под стражей превысило "разумный срок". 1 августа 2007 г. Московский городской суд, действуя в качестве суда кассационной инстанции, оставил постановление о продлении срока содержания заявителя под стражей без изменения, указав, что оно было законным и справедливым.

26. В неустановленную дату дела подсудимых снова были переданы в суд для рассмотрения по существу.

27. 26 июля 2007 г. Таганский районный суд назначил предварительное слушание по делу на 8 августа 2007 г. и постановил, что все это время подсудимые должны оставаться под стражей. Суд указал на то, что подсудимые обвиняются в тяжком преступлении, совершенном организованной группой, некоторые члены которой еще неустановлены, и пришел к выводу, что подсудимые могут скрыться или оказать давление на пострадавших и свидетелей. Далее суд отметил, что заверения подсудимых о том, что они не имеют намерения скрыться, были неубедительными, и постановил, что отсутствуют причины для применения более мягкой меры пресечения.

28. 8 августа 2007 г. Таганский районный суд провел предварительное слушание по делу и постановил, что все подсудимые должны оставаться под стражей, ссылаясь на те же основания, что и ранее.

29. 12 сентября 2007 г. заявитель и его соучастники подали в Таганский районный суд ходатайства об освобождении из-под стражи. В тот же день Таганский районный суд отклонил эти ходатайства. Суд отметил, что доводы подсудимых уже рассматривались и отклонялись много раз, когда выносились постановления о продлении срока содержания под стражей. Таганский районный суд установил, что основания для содержания подсудимых под стражей, приводимые в постановлениях о продлении срока содержания подсудимых под стражей, были все еще применимы к рассматриваемому делу и что поэтому было необходимо содержать подсудимых под стражей. Подсудимые обвинялись в тяжком уголовном преступлении, совершенном организованной группой лиц, некоторые члены которой еще не были установлены. Учитывая тяжесть предъявленного обвинения, подсудимые могли в случае освобождения из-под стражи скрыться или воспрепятствовать установлению истины по делу.

30. 26 декабря 2007 г. Таганский районный суд продлил срок содержания подсудимых под стражей до 12 апреля 2008 г. Суд установил, что основания для содержания подсудимых под стражей, приведенные в предыдущих постановлениях о продлении срока содержания под стражей, были все еще применимы к рассматриваемому делу и что оставался риск того, что подсудимые скроются, совершат новое преступление или воспрепятствуют отправлению правосудия. Таганский районный суд также отметил, что доводы подсудимых относительно отсутствия состава преступления в их действиях и недостаточности доказательств их причастности к совершению преступления были не по существу, так как, продлевая срок содержания подсудимых под стражей, суд не мог делать каких-либо выводов относительно виновности или невиновности подсудимых.

31. 24 марта 2008 г. Таганский районный суд признал подсудимых виновными в предъявленном обвинении и приговорил заявителя к двум годам и шести месяцам лишения свободы.

II. Применимое национальное законодательство

 

32. С 1 июля 2002 г. уголовно-правовые вопросы регулируются Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (Федеральный закон от 18 декабря 2001 г. N 174-ФЗ).

33. "Меры пресечения" включают в себя подписку о невыезде, личное поручительство, залог и содержание под стражей (статья 98 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации). При необходимости у подозреваемого или обвиняемого может быть взято обязательство о явке (статья 112 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

34. При избрании меры пресечения компетентный орган государственной власти должен решить, имеются ли "достаточные основания полагать", что обвиняемый скроется во время следствия или суда, продолжит преступную деятельность или воспрепятствует установлению истины по делу (часть 1 статьи 97 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации). Также следует принимать во внимание тяжесть предъявленного обвинения, данные о личности обвиняемого, его/ее профессию, возраст, состояние здоровья, семейное положение и иные обстоятельства (статья 99 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

35. Заключение под стражу применяется по решению суда, если лицо обвиняется в совершении преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше двух лет, когда невозможно применить более мягкую меру пресечения (часть 1 статьи 108 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

36. После задержания подозреваемый помещается под стражу "на время предварительного следствия". Срок содержания лица под стражей на время расследования преступления может быть продлен более чем до шести месяцев, только если лицу предъявлено обвинение в совершении тяжких и особо тяжких преступлений. Продление срока содержания под стражей более 18 месяцев не допускается (части 1-3 статьи 109 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации). Срок содержания под стражей "на время предварительного следствия" исчисляется до момента направления прокурором уголовного дела в суд (часть 9 статьи 109 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

37. С даты направления прокурором дела в суд считается, что подсудимый содержится под стражей, "числясь за судом" (или "во время рассмотрения дела судом"). Срок содержания под стражей "во время рассмотрения дела судом" исчисляется с даты поступления дела в суд до даты постановления приговора. Он обычно не должен превышать шести месяцев, но при рассмотрении уголовных дел о тяжких и особо тяжких преступлениях суд вправе несколько раз продлять указанный срок содержания под стражей, но каждый раз не более чем на три месяца (части 2 и 3 статьи 255 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Право

 

I. Предполагаемое нарушение статьи 5 Конвенции

 

38. Заявитель жаловался, ссылаясь на подпункт "с" пункта 1 статьи 5 Конвенции, что не было никаких оснований для заключения его под стражу и что национальные суды не приняли во внимание доводы стороны защиты. Ссылаясь на пункт 3 статьи 5 Конвенции, заявитель жаловался на нарушение его права на проведение судебного разбирательства в разумный срок и утверждал, что постановления о содержании его под стражей не были достаточным образом обоснованы. Соответствующие положения статьи 5 Конвенции гласят следующее:

 

"1. Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть лишен свободы иначе как в следующих случаях и в порядке, установленном законом:

_c) законное задержание или заключение под стражу лица, произведенное с тем, чтобы оно предстало перед компетентным органом по обоснованному подозрению в совершении правонарушения или в случае, когда имеются достаточные основания полагать, что необходимо предотвратить совершение им правонарушения или помешать ему скрыться после его совершения_

3. Каждый задержанный или заключенный под стражу в соответствии с подпунктом "c" пункта 1 настоящей статьи незамедлительно доставляется к судье или к иному должностному лицу, наделенному, согласно закону, судебной властью, и имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда. Освобождение может быть обусловлено предоставлением гарантий явки в суд_".

А. Приемлемость жалобы

 

39. Что касается утверждения заявителя о том, что содержание его под стражей было незаконным, Европейский Суд отмечает, что 17 мая 2007 г. Тверской районный суд применил к заявителю меру пресечения в виде заключения под стражу, основываясь на тяжести предъявленного ему обвинения. Впоследствии срок содержания заявителя под стражей национальными судами продлевался еще несколько раз.

40. Вынося соответствующие постановления, суды Российской Федерации действовали в рамках своей компетентности, и ничто не указывает на то, что данные судебные акты являлись недействительными или незаконными согласно внутригосударственному праву. Вопрос о том, были ли основания, приведенные в этих постановлениях о содержании под стражей, достаточными и относящимися к делу, проанализирован ниже в рамках рассмотрения жалобы на нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции (см. для сравнения Постановление Европейского Суда по делу "Худоёров против Российской Федерации" (Khudoyorov v. Russia), жалоба N 6847/02, ECHR 2005-_ (извлечения), §§ 152 и 153* (* Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 7/2006.)).

41. Европейский Суд считает, что содержание заявителя под стражей соответствовало требованиям пункта 1 статьи 5 Конвенции. Следовательно, данная жалоба должна быть отклонена как явно необоснованная согласно пунктам 3 и 4 статьи 35 Конвенции.

42. Что касается жалобы заявителя на то, что его право на проведение судебного разбирательства в разумные сроки или освобождение до суда было нарушено, Европейский Суд полагает, что она не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 5 Конвенции. Европейский Суд также отмечает, что эта жалоба не является неприемлемой и по каким-либо иным основаниям. Следовательно, она должна быть признана приемлемой для рассмотрения по существу.

В. Существо жалобы

 

1. Доводы сторон

 

43. Власти Российской Федерации утверждали, что постановления о содержании заявителя под стражей были законными и обоснованными. Национальные суды приняли во внимание тот факт, что заявитель обвинялся в тяжком преступлении, не проживал по месту регистрации в Московской области и не имел регистрации по месту жительства в Москве. Соответственно, существовал риск того, что заявитель может скрыться в случае освобождения из-под стражи. Далее национальные суды ссылались на опасность совершения заявителем нового преступления, оценивая эту опасность со ссылкой на членство заявителя в Национал-большевистской партии. Данная партия была признана судами Российской Федерации экстремистской и запрещена. Ее члены прибегали к радикальным и жестоким акциям для демонстрации своих политических взглядов. Заявитель ранее был подвергнут административной штрафу за совершение действий, нарушающих общественный порядок, что также служило доказательством того, что он может совершить новое преступление. Национальные суды также приняли во внимание тот факт, что вменяемое подсудимым в вину деяние было совершено организованной группой лиц. В связи с этим было необходимо оставить заявителя под стражей, чтобы не дать ему возможности воспрепятствовать установлению истины по делу путем передачи данных следствия своим соучастникам. По мнению властей Российской Федерации, содержание заявителя под стражей имело "относящиеся к делу и достаточные" основания.

44. Заявитель утверждал, что суды Российской Федерации не предоставили "относящихся к делу и достаточных" оснований для содержания его под стражей в течение более года. Возбужденное против него уголовное дело было политически мотивировано, и он подвергся уголовному преследованию за свои политические убеждения и принадлежность к оппозиционной организации - Национал-большевистской партии. Заявитель имел постоянное место жительства, предлагал внести залог и предоставил суду личное поручительство члена Федерального Собрания Российской Федерации. Национальные суды продлевали срок содержания заявителя под стражей, не демонстрируя наличие особых фактов, которые подтверждали бы их вывод о том, что заявитель может скрыться, повлиять на ход следствия или совершить новое преступление.

2. Мнение Европейского Суда

 

(а) Общие принципы

45. Европейский Суд напоминает, что наличие разумного подозрения о том, что задержанное лицо совершило преступление, является обязательным условием для законности продления срока содержания под стражей. Однако по истечении определенного времени и оно перестает быть достаточным. В таких случаях Европейский Суд должен установить, оправдали ли иные основания, на которые ссылались судебные власти, продление срока содержания лица под стражей. Если подобные основания являлись "относящимися к делу" и "достаточными", Европейский Суд должен также убедиться, что компетентные внутригосударственные органы власти проявили "особое усердие" при проведении судебного разбирательства (см. Постановление Большой Палаты по делу "Лабита против Италии" (Labita v. Italy), жалоба N 26772/95, ECHR 2000-IV, §§ 152 и 153).

46. Вместе с тем действует презумпция необходимости освобождения из-под стражи. Как Европейский Суд неоднократно указывал, вторая часть пункта 3 статьи 5 Конвенции не предоставляет органам судебной власти права выбора между проведением судебного разбирательства по делу подсудимого в разумные сроки либо освобождением подсудимого из-под стражи на время судебного разбирательства. До постановления приговора подсудимый считается невиновным, и целью рассматриваемого положения Конвенции является по сути требование освобождения подсудимого из-под стражи на предусмотренных законом условиях, как только дальнейшее содержание под стражей перестает быть обоснованным. Лицо, обвиняемое в совершении преступления, должно быть немедленно освобождено из-под стражи до суда, если только государство не продемонстрирует наличие "соответствующих и достаточных" оснований, которые бы оправдывали продление срока содержания под стражей (см. Постановление Европейского Суда от 13 марта 2007 г. по делу "Кастравет против Молдавии" (Castravet v. Moldova), жалоба N 23393/05, §§ 30 и 32, Постановление Большой Палаты по делу "Маккэй против Соединенного Королевства" (McKay v. United Kingdom), жалоба N 543/03, ECHR 2006-_ § 41, Постановление Европейского Суда от 21 декабря 2000 г. по делу "Яблонский против Польши" (Jabloсski v. Poland), жалоба N 33492/96, § 83, и Постановление Европейского Суда от 27 июня 2007 г. по делу "Ноймайстер против Австрии" (Neumeister v. Austria), Series A, N 8, § 4). Пункт 3 статьи 5 Конвенции не может рассматриваться как гарантирующий безусловное разрешение на содержание лица под стражей, если оно не выходит за пределы установленного срока. Власти должны убедительно продемонстрировать наличие оснований для каждого периода содержания под стражей, независимо от его продолжительности (см. Постановление Европейского Суда по делу "Шишков против Болгарии" (Shishkov v. Bulgaria), жалоба N 38822/97, ECHR 2003-I (извлечения), § 66).

47. Ответственность по установлению спе-цифических фактов, касающихся оснований продления срока содержания под стражей, лежит на внутригосударственных органах власти. Перекладывание в таких вопросах бремени доказывания на лицо, содержащееся под стражей, равносильно отрицанию гарантий статьи 5 Конвенции, то есть той нормы, которая делает содержание под стражей исключительным случаем отступления от соблюдения права на неприкосновенность личности, и тем действием, которое допустимо только в строго ограниченном и четко определенном числе случаев (см. Постановление Европейского Суда от 7 апреля 2005 г. по делу "Рохлина против Российской Федерации" (Rokhlina v. Russia), жалоба N 54071/00, § 67* (* Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 6/2006.), и Постановление Европейского Суда от 26 июля 2001 г. по делу "Илийков против Болгарии" (Ilijkov v. Bulgaria), жалоба N 33977/96, §§ 84-85). Внутригосударственные органы судебной власти должны рассмотреть все обстоятельства, свидетельствующие за или против наличия явного требования общественного интереса, оправдывающего с дулжным учетом принципа презумпции невиновности отступление от правила неприкосновенности личности, и отразить эти обстоятельства в своих решениях, отклоняющих ходатайства об освобождении из-под стражи. Задачей Европейского Суда не является устанавливать такие обстоятельства или подменять собой внутригосударственные органы власти, принявшие решение о содержании заявителя под стражей. В основном исходя из доводов, приведенных в решениях национальных судов, и из подтвержденных фактов, упомянутых заявителем в своих жалобах, Европейский Суд и должен решить, имело ли место или нет нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции (см. Постановление Европейского Суда от 8 июня 2006 г. по делу "Корчуганова против Российской Федерации" (Korchuganova v. Russia), жалоба N 75039/01, § 72* (* Там же. N 11/2006.), упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Илийков против Болгарии", § 86, и упоминавшееся выше Постановление Большой Палаты по делу "Лабита против Италии", § 152).

(b) Применение указанных принципов в настоящем деле

48. Заявитель был задержан 15 мая 2006 года. 24 марта 2008 г. суд первой инстанции признал заявителя виновным в предъявленном ему обвинении. Таким образом, рассматриваемый период длился чуть более одного года и десяти месяцев.

49. Европейский Суд соглашается с тем, что содержание заявителя под стражей вначале было оправдано разумным подозрением в том, что заявитель участвовал в совершении преступления. Остается выяснить, предоставили ли органы судебной власти "относящиеся к делу" и "достаточные" основания для оправдания продления срока содержания заявителя под стражей, и проявили ли они "особое усердие" при рассмотрении дела.

50. Органы судебной власти ссылались в дополнение к обоснованным подозрениям в отношении заявителя на риск того, что он может скрыться, совершить новое преступление или воспрепятствовать отправлению правосудия. Суды также указывали на тяжесть предъявленного обвинения, отсутствие у заявителя постоянного места жительства и работы в Москве, привлечение его ранее к административной ответственности и тот факт, что вменяемое ему в вину преступление было совершено организованной группой лиц.

51. Тяжесть предъявленного обвинения является главным фактором для определения того, мог ли заявитель скрыться, совершить новое преступления или воспрепятствовать отправлению правосудия. Европейский Суд неоднократно устанавливал, что, хотя тяжесть возможного наказания и является существенным элементом при оценке вероятности того, что обвиняемый скроется или продолжит преступную деятельность, необходимость продления срока содержания под стражей не может оцениваться исключительно с абстрактной точки зрения, с учетом только тяжести обвинения. Продление срока содержания под стражей также не может использоваться для того, чтобы предвосхитить применение к лицу уголовного наказания в виде лишения свободы* (* Речь идет о том, что после постановления приговора срок содержания лица под стражей в рамках избранной меры пресечения засчитывается в общий срок назначенного по приговору наказания в виде лишения свободы. См., например, пункт 11 статьи 397 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (прим. переводчика).) (см. Постановление Европейского Суда от 26 июня 1991 г. по делу "Летелье против Франции" (Letellier v. France), Series A, N 207, § 51, а также Постановление Европейского Суда от 8 февраля 2005 г. по делу "Панченко против Российской Федерации" (Panchenko v. Russia), жалоба N 45100/98, § 102* (* Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 9/2005.), Постановление Европейского Суда от 30 октября 2003 г. по делу "Горал против Польши" (Goral v. Poland), жалоба N 38654/97, § 68, и упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Илийков против Болгарии", § 81).

52. Другим основанием для содержания заявителя под стражей был факт привлечения его к ответственности за административное правонарушение. Европейский Суд согласен с тем, что это обстоятельство являлось существенным фактором при оценке вероятности того, что заявитель может совершить новое преступление. Подобная опасность, если ее наличие убедительно доказано, может привести органы судебной власти к выводу о необходимости помещения подозреваемого под стражу или продления срока содержания его под стражей, чтобы предотвратить какие-либо попытки совершения новых преступлений. Однако помимо других условий необходимо, чтобы сведения об опасности были убедительными, а мера - соответствующей, в свете обстоятельств дела и, в частности, предыстории вопроса и личных данных привлекаемого к ответственности лица (см. Постановление Европейского Суда от 12 декабря 1991 г. по делу "Клут против Бельгии" (Clooth v. Belgium), Series A, N 225, § 40). В делах "Клут против Бельгии" и "Колев против Болгарии" (смотри ниже) Европейский Суд пришел к выводу, что предыдущее привлечение заявителя к уголовной ответственности не оправдывало содержание его под стражей, поскольку преступления, по которым были предъявлены предыдущие обвинения, были ненасильственными и несопоставимыми ни по характеру, ни по степени опасности, с обвинением, предъявленными заявителю в обжалуемом деле (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Клут против Бельгии", § 40, и Постановление Европейского Суда от 28 апреля 2005 г. по делу "Колев против Болгарии" (Kolev v. Bulgaria), жалоба N 50326/99, §§ 60-61). В рассматриваемом деле заявитель привлекался к ответственности за совершение ненасильственных административных правонарушений небольшой тяжести, а не за уголовные преступления. Европейский Суд полагает, что предыдущее привлечение заявителя к административной ответственности не могло служить оправданием для длительного срока содержания заявителя под стражей (см. схожие выводы в Постановлении Европейского Суда от 12 июня 2008 г. по делу "Алексей Макаров против Российской Федерации" (Aleksey Makarov v. Russia), жалоба N 3223/07, § 51* (* Там же. N 5/2009.)).

53. Национальные суды ссылались также на тот факт, что преступление, о котором идет речь, было совершено группой лиц, действовавших в преступном сговоре. Европейский Суд считает, что факт обвинения лица в преступлении, совершенном в преступном сговоре, сам по себе не является достаточным для оправдания длительного срока содержания лица под стражей, при этом должны также всегда приниматься во внимание его личные обстоятельства и поведение (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Алексей Макаров против Российской Федерации", § 50, и Постановление Европейского Суда от 15 мая 2008 г. по делу "Попков против Российской Федерации" (Popkov v. Russia), жалоба N 32327/06, § 62* (* Опубликовано в специальном выпуске "Российская хроника Европейского Суда" N 2/2009.)). В настоящем деле ничто не указывает на то, что до его задержания заявитель пытался оказывать давление на свидетелей или препятствовать процедуре рассмотрения дела иным способом. В таких обстоятельствах Европейскому Суду трудно согласиться с тем, что существовал риск воспрепятствования отправлению правосудия на более поздних стадиях процедуры расследования. Подобный риск должен был постепенно снижаться с проведением новых этапов судебного разбирательства и допросов все большего числа свидетелей (см. для сравнения Постановление Европейского Суда от 4 мая 2006 г. по делу "Мишкурка против Польши" (Miszkurka v. Poland), жалоба N 39437/03, § 51). В связи с этим Европейский Суд не убежден, что существовали убедительные причины для опасений, что заявитель сможет повлиять на свидетелей или иным образом воспрепятствовать проведению следствия по делу, и, конечно, данные причины не были такими, чтобы лишить заявителя права на проведение судебного рассмотрения в разумные сроки или освобождение до суда.

54. Оставшимся единственным основанием для продления срока содержания заявителя под стражей был установленный районным судом факт, что заявитель не имел постоянного места жительства или работы в Москве. Заявитель утверждал, что имел постоянное место жительства в Московской области. Европейскому Суду нет необходимости определять места жительства заявителя и ситуацию с его занятостью. Даже если допустить, что заявитель не имел постоянного места жительства и был безработным, то простое отсутствие постоянных места жительства или работы не может служить основанием для опасений, что заявитель скроется или совершит новое преступление (см. Постановление Европейского Суда от 24 мая 2007 г. по делу "Пшевечерский против Российской Федерации" (Pshevecherskiy v. Russia), жалоба N 28957/02, § 68* (* Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 11/2007.)). В настоящем деле национальные суды не указали на какие-либо особенности характера или поведения заявителя, которые могли привести их к выводу, что заявитель соответствовал указанным опасениям. Суды не рассмотрели того факта, что заявитель не сбежал, не совершил нового преступления и не воспрепятствовал ведению следствия в течение месяца со дня рассматриваемых событий и до его задержания, несмотря на то, что он имел возможность это сделать.

55. Европейский Суд рассмотрел аргумент властей Российской Федерации относительно того, что заявитель подозревался в том, что он являлся членом экстремистской организации и, вероятно, мог сообщить детали следствия своим соучастникам. Однако в задачу Европейского Суда не входит брать на себя роль внутригосударственных органов власти, принимавших решение о заключении заявителя под стражу, или давать свою оценку фактам, свидетельствующим за или против содержания заявителя под стражей (см. Постановление Европейского Суда от 30 января 2003 г. по делу "Николов против Болгарии" (Nicolov v. Bulgaria), жалоба N 38884/97, § 74, и упоминавшееся выше Постановление Большой Палаты по делу "Лабита против Италии", § 152). В первый раз эти доводы были озвучены во время рассмотрения жалобы Европейским Судом, и национальные суды никогда не ссылались на них в своих постановлениях.

56. Европейский Суд также отмечает, что, пока дело находилось на рассмотрении в суде первой инстанции - с марта по май и с июля 2007 года и далее, суд первой инстанции использовал одну и ту же стандартную формулировку при отклонении требования об освобождении из-под стражи и продлевал срок содержания семерых человек под стражей без указания каких-либо деталей их личных обстоятельств. Европейский Суд уже указывал на то, что практика вынесения совместных постановлений о содержании под стражей, без оценки оснований содержания под стражей каждого заключенного отдельно, несовместима сама по себе с пунктом 3 статьи 5 Конвенции (см. Постановление Европейского Суда от 14 декабря 2006 г. по делу "Щеглюк против Российской Федерации" (Shcheglyuk v. Russia), жалоба N 7649/02, § 45* (* Там же. N 7/2007.), упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Корчуганова против Российской Федерации", § 76, и Постановление Европейского Суда от 2 марта 2006 г. по делу "Долгова против Российской Федерации" (Dolgova v. Russia), жалоба N 11886/05, § 49* (* Там же. N 8/2006.)). Продлевая срок содержания заявителя под стражей вынесением соответствующих совместных постановлений, власти Российской Федерации не приняли должным образом во внимание личные обстоятельства заявителя.

57. В заключение Европейский Суд отмечает, что, вынося решение об оставлении лица под стражей или освобождении его из-под стражи, власти обязаны в соответствии с пунктом 3 статьи 5 Конвенции рассмотреть альтернативные способы обеспечения явки лица в суд. Данное положение Конвенции не только провозглашает право на "судебное разбирательство в разумный срок либо освобождение до суда", но и закрепляет, что "освобождение может быть обусловлено предоставлением гарантий явки в суд" (см. Постановление Европейского Суда от 15 февраля 2005 г. по делу "Сулаойя против Эстонии" (Sulaoja v. Estonia), жалоба N 55939/00, § 64 in fine* (* In fine (лат.) - в конце (прим. переводчика).), и упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Яблонский против Польши", § 83). В настоящем деле власти так и не рассмотрели возможности обеспечения присутствия заявителя с помощью более мягкой меры пресечения, хотя он просил освободить его под залог и предоставил судам Российской Федерации личное поручительство члена Федерального Собрания Российской Федерации.

58. Европейский Суд неоднократно признавал нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции в делах против Российской Федерации, в которых национальные суды продлевали срок содержания заявителей под стражей, ссылаясь преимущественно на тяжесть обвинения и применяя стереотипные формулировки, не учитывая его или ее конкретную ситуацию и не рассматривая возможности применения альтернативных мер пресечения (см. Постановление Европейского Суда от 1 марта 2007 г. по делу "Белевицкий против Российской Федерации" (Belevitskiy v. Russia), жалоба N 72976/01, §§ 99 и последующие* (* Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 8/2007.), Постановление Европейского Суда по делу "Худобин против Российской Федерации" (Khudobin v. Russia), жалоба N 59696/00, ECHR 2006-_ §§ 103 и последующие, упоминавшиеся выше Постановление Европейского Суда по делу "Мамедова против Российской Федерации", §§ 172 и последующие, Постановление Европейского Суда по делу "Рохлина против Российской Федерации", §§ 63 и последующие, Постановление Европейского Суда по делу "Панченко против Российской Федерации", §§ 91 и последующие, а также Постановление Европейского Суда по делу "Смирновы против Российской Федерации" (Smirnovy v. Russia), жалобы NN 46133/99 и 48183/99, ECHR 2003-IX (извлечения), §§ 56 и последующие* (* Опубликовано в "Путеводителе по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека за 2003 год".))).

59. Принимая во внимание вышеизложенное, Европейский Суд считает, что, не проанализировав особую ситуацию заявителя, не рассмотрев возможности применения альтернативной меры пресечения и ссылаясь в основном на тяжесть предъявленного обвинения, власти Российской Федерации продлевали срок содержания заявителя под стражей на основаниях, которые хотя и являются "относящимися к делу", но не могут считаться "достаточными" для оправдания содержания заявителя на протяжении всего рассматриваемого срока. В данных обстоятельствах нет необходимости устанавливать, проводилась ли процедура рассмотрения с "должным усердием".

60. Следовательно, имело место нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции.

II. Предполагаемое нарушение статьи 18 Конвенции

 

61. Заявитель утверждал, что уголовное преследование в отношении него было политически мотивировано и что он преследовался за то, что являлся членом оппозиционной организации - Национал-большевистской партии. Он ссылался на статью 18 Конвенции, которая гласит:

 

"Ограничения, допускаемые в настоящей Конвенции в отношении указанных прав и свобод, не должны применяться для иных целей, нежели те, для которых они были предусмотрены".

62. Европейский Суд рассмотрел данную жалобу в свете предоставленных ему доказательств и считает, что она является необоснованной. Заявитель привлекался к ответственности за участие в общественных беспорядках, а не за то, что являлся членом оппозиционной организации. Таким образом, эта часть жалобы должна быть отклонена в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 5 Конвенции как явно необоснованная.

III. Применение статьи 41 Конвенции

 

63. Статья 41 Конвенции гласит:

 

"Если Европейский Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".

А. Ущерб

 

64. Заявитель потребовал 50 000 евро в качестве компенсации морального вреда.

65. Власти Российской Федерации утверждали, что это требование являлось чрезмерным. По мнению властей Российской Федерации, факт установления нарушения сам по себе является достаточной справедливой компенсацией.

66. Европейский Суд отмечает, что он установил нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции в том, что длительность срока содержания заявителя под стражей не была достаточно обоснована. Европейский Суд полагает, что заявитель должен был испытывать страдания, чувства беспомощности и несправедливости как последствия вынесения внутригосударственными органами власти постановлений о содержании его под стражей, которые не были достаточным образом обоснованы. Европейский Суд полагает, что заявителю был причинен моральный вред, который не может быть адекватно компенсирован одним фактом установления нарушения. Однако требуемая сумма является чрезмерной. Принимая решение на основе принципа справедливости, Европейский Суд присуждает заявителю 5 000 евро по данному пункту плюс любой налог, который может быть начислен на эту сумму.

В. Судебные расходы и издержки

 

67. Заявитель требовал 25 000 рублей в качестве компенсации расходов, связанных с представлением его интересов. Он утверждал, что его представитель потратил 25 дней на подготовку жалобы и замечаний, направленных в Европейский Суд. Заявитель и его представители* (* Множественное число употреблено согласно оригинальному тексту настоящего Постановления. Для сравнения см. предыдущее предложение (прим. переводчика).) согласились, что его* (* Так в оригинале. Употреблено местоимение "his", вследствие чего представляется затруднительным установить, о ком идет речь: о представителе заявителя (см. предыдущее предложение) или о самом заявителе (прим. переводчика).) работа будет оплачиваться исходя из расчета 1 000 рублей в день. Заявитель предоставил квитанции, подтверждающие, что он уже оплатил услуги представителя. Предъявив почтовые квитанции, заявитель также потребовал 188 рублей 50 копеек в качестве компенсации почтовых расходов.

68. Власти Российской Федерации не предоставили никаких комментариев.

69. Исходя из правоприменительной практики Европейского Суда заявитель имеет право на возмещение расходов и издержек насколько будет доказано, что эти расходы были понесены в действительности и по необходимости и являются разумными по количеству. В настоящем деле, учитывая предоставленные ему документы и выше-упомянутый критерий, Европейский Суд считает разумным присудить заявителю 580 евро по данному основанию плюс любой налог, который может быть начислен на эту сумму.

С. Процентная ставка при просрочке платежей

 

70. Европейский Суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна определяться исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.

 

На основании изложенного Суд единогласно:

1) объявил, что жалоба заявителя относительно чрезмерно длительного срока содержания заявителя под стражей является приемлемой для рассмотрения по существу, а остальная часть жалобы - неприемлемой;

2) постановил, что имело место нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции;

3) постановил, что:

(a) государство-ответчик обязано в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявителю следующие суммы, подлежащие переводу в рубли по курсу, установленному на день оплаты:

(i) 5 000 евро (пять тысяч евро) плюс любой налог, который может быть начислен на указанную сумму, в качестве компенсации морального вреда;

(ii) 580 евро (пятьсот восемьдесят евро) плюс любой налог, который может быть начислен на указанную сумму, в качестве компенсации судебных расходов и издержек;

(b) по истечении указанного трехмесячного срока и до окончательной выплаты на указанную сумму должен начисляться простой процент в размере предельной годовой кредитной ставки Европейского центрального банка, существующей в период невыплаты, плюс три процента;

4) отклонил оставшиеся требования заявителя о справедливой компенсации.

 

Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 30 июля 2009 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

 

Сёрен Нильсен
Секретарь Секции Суда

Нина Ваич
Председатель Палаты Суда

 

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.


Постановление Европейского Суда по правам человека от 30 июля 2009 г. Дело "Сергей Медведев (Sergey Medvedev) против Российской Федерации" (Жалоба N 3194/08) (Первая секция)


Текст Постановления опубликован в Бюллетене Европейского Суда по правам человека. Российское издание. N 1/2013


Перевод с английского Ю.Ю. Берестнева