Решение Верховного Суда РФ от 15 октября 2013 г. N АКПИ13-854 Об оспаривании подпункта 3 пункта 23 Правил обязательного медицинского страхования, утв. приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 28 февраля 2011 г. N 158н

Решение Верховного Суда РФ от 15 октября 2013 г. N АКПИ13-854

 

Именем Российской Федерации

ГАРАНТ:

Определением Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 23 января 2014 г. N АПЛ13-577 настоящее решение оставлено без изменения

Верховный Суд Российской Федерации в составе:

судьи Верховного Суда Российской Федерации Емышевой В.А.

при секретаре Карулине И.А.

с участием прокурора Степановой Л.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению Федотова В.И., Чемидронова В.А., Чемидроновой С.А., Рехиной А.М., Тумановой Н.Л., Рык Т.В., Егоровой Л.И., Михайлова И.А., Михайловой Г.И., Ероховой А.П. о признании недействующим подпункта 3 пункта 23 Правил обязательного медицинского страхования, утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 28 февраля 2011 г. N 158н, установил:

приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации (далее - Минздравсоцразвития России) от 28 февраля 2011 г. N 158н утверждены Правила обязательного медицинского страхования (далее - Правила). Приказ зарегистрирован в Министерстве юстиции Российской Федерации 3 марта 2011 г., N 19998, и опубликован в "Российской газете" 5 и 11 марта 2011 г.

Согласно подпункту 3 пункта 23 Правил на лицевой стороне бумажного полиса размещается двумерный штрих-код, содержащий следующие сведения о застрахованном лице: номер полиса, фамилия, имя, отчество (при наличии), пол, дата рождения, место рождения, срок действия полиса.

Федотов В.И. и другие обратились в Верховный Суд Российской Федерации с заявлением о признании недействующим подпункта 3 пункта 23 Правил в части размещения двумерного штрих-кода на лицевой стороне бумажного полиса обязательного медицинского страхования, ссылаясь на его противоречие пункту 2 статьи 2 Федерального закона от 26 сентября 1997 г. N 125-ФЗ "О свободе совести и о религиозных объединениях" (далее - Федеральный закон от 26 сентября 1997 г. N 125-ФЗ), согласно которой законы и иные нормативные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации и затрагивающие реализацию права на свободу совести и свободу вероисповедания, а также деятельность религиозных объединений, должны соответствовать названному Федеральному закону.

Заявители полагают, что использование электронного идентификатора личности позволяет собирать информацию о человеке, в том числе о его состоянии здоровья, и осуществлять тотальный контроль за ним без его согласия, что является вмешательством в личную жизнь, противоречит статье 24 Конституции Российской Федерации и нарушает их конституционное право иметь религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними.

В судебное заседание заявители не явились, о дне слушания дела извещены надлежащим образом, просили рассмотреть дело в их отсутствие.

Представители Министерства здравоохранения Российской Федерации Ерохина Ю.В., Юркин Г.Л., представитель Министерства юстиции Российской Федерации Бабченко Ю.В. с предъявленными требованиями не согласились, просили оставить их без удовлетворения и пояснили, что Правила утверждены Минздравсоцразвития России в пределах предоставленных действующим законодательством полномочий, оспариваемое положение нормативного правового акта не противоречит нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, включая федеральные законы от 27 июля 2006 г. N 152-ФЗ "О персональных данных" (далее - Федеральный закон от 27 июля 2006 г. N 152-ФЗ), от 29 ноября 2010 г. N 326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон от 29 ноября 2010 г. N 326-ФЗ).

Выслушав объяснения представителей заинтересованных лиц, исследовав материалы дела, принимая во внимание заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Степановой Л.Е., полагавшей отказать в удовлетворении заявления, суд находит, что заявление не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Конституция Российской Федерации гарантирует каждому право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну (часть 1 статьи 23) и запрещает сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия (часть 1 статьи 24). Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (часть 3 статьи 55).

Закрепляя право застрахованных лиц на бесплатное оказание им медицинской помощи медицинскими организациями при наступлении страхового случая, выбор страховой медицинской организации путем подачи заявления в порядке, установленном правилами обязательного медицинского страхования, Федеральный закон от 29 ноября 2010 г. N 326-ФЗ установил, что полис обязательного медицинского страхования является документом, удостоверяющим право застрахованного лица на бесплатное оказание медицинской помощи на всей территории Российской Федерации в объеме, предусмотренном базовой программой обязательного медицинского страхования; единые требования к полису обязательного медицинского страхования устанавливаются правилами обязательного медицинского страхования, утверждаемыми уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти (пункты 2 и 3 части 1 статьи 6, статья 45).

Правила утверждены Минздравсоцразвития России во исполнение полномочий, предоставленных ему постановлением Правительства Российской Федерации от 15 февраля 2011 г. N 74 "О правилах обязательного медицинского страхования", подпунктом 5.2.100 (12-10) Положения о Министерстве здравоохранения и социального развития Российской Федерации, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 30 июня 2004 г. N 321 (утратило силу 9 июля 2012 г.).

Разделом III Правил установлены единые требования к полису обязательного медицинского страхования, в том числе требования к бумажному полису, согласно которым лицевая сторона бумажного полиса заверяется подписью застрахованного лица и содержит сведения и персональные данные о нем, в частности: номер полиса, фамилию, имя, отчество (при наличии), пол, дату рождения, срок действия полиса (подпункт 2 пункта 23). Подпункт 3 пункта 23 предусматривает также размещение на лицевой стороне бумажного полиса двумерного штрих-кода, который в зашифрованном виде содержит те же сведения о застрахованном лице и дополнительно сведения о месте рождения застрахованного.

Не могут быть признаны обоснованными доводы заявителей о противоречии оспариваемого нормативного положения федеральному законодательству.

Федеральный закон от 27 июля 2006 г. N 152-ФЗ, принятый в целях обеспечения защиты прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе защиты прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, устанавливает принципы и условия обработки персональных данных (глава 2). В силу статьи 5 данного Федерального закона такая обработка должна ограничиваться достижением конкретных, заранее определенных и законных целей; не допускается обработка персональных данных, несовместимая с целями сбора персональных данных; обработке подлежат только персональные данные, которые отвечают целям их обработки; содержание и объем обрабатываемых персональных данных должны соответствовать заявленным целям обработки; обрабатываемые персональные данные не должны быть избыточными по отношению к заявленным целям их обработки (части 2, 4 и 5).

По общему правилу, предусмотренному частью 1 статьи 10 указанного Федерального закона, обработка специальных категорий персональных данных, касающихся расовой, национальной принадлежности, политических взглядов, религиозных или философских убеждений, состояния здоровья, интимной жизни, не допускается. Исключения из этого правила носят ограниченный характер, к их числу относится возможность обработки персональных данных в медико-профилактических целях, в целях установления медицинского диагноза, оказания медицинских и медико-социальных услуг при условии, что обработка персональных данных осуществляется лицом, профессионально занимающимся медицинской деятельностью и обязанным в соответствии с законодательством Российской Федерации сохранять врачебную тайну (пункт 4 части 2 статьи 10); обработка персональных данных осуществляется в соответствии с законодательством об обязательных видах страхования, со страховым законодательством (пункт 8 части 2 статьи 10).

В целях реализации прав граждан на бесплатное оказание медицинской помощи в рамках программ обязательного медицинского страхования Федеральный закон от 29 ноября 2010 г. N 326-ФЗ предусматривает персонифицированный учет - организацию и ведение учета сведений о каждом застрахованном лице (часть 1 статьи 43).

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 44 названного закона в сфере обязательного медицинского страхования ведется персонифицированный учет сведений о застрахованных лицах и персонифицированный учет сведений о медицинской помощи, оказанной застрахованным лицам; при ведении персонифицированного учета сведений о застрахованных лицах осуществляются сбор, обработка, передача и хранение сведений о застрахованных лицах, в том числе фамилия, имя, отчество; пол; дата рождения; место рождения; номер полиса обязательного медицинского страхования застрахованного лица.

Таким образом, закрепленное оспариваемой нормой положение, предусматривающее размещение в полисе персональных данных в открытом и зашифрованном виде и последующую их обработку, соответствует приведенным положениям закона и не может рассматриваться как нарушающее права заявителей на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну. Введение штрих-кода позволяет ускорить и упростить электронный документооборот в медицинских учреждениях, а также выступает в качестве средства защиты от изменений и искажений сведений, содержащихся в полисе ОМС.

Отказ застрахованного лица от получения универсальной электронной карты не освобождает его от необходимости получить полис обязательного медицинского страхования, поскольку для застрахованных лиц, не получающих универсальной электронной карты, единственным документом, удостоверяющим право застрахованного лица на бесплатное оказание медицинской помощи, является полис обязательного медицинского страхования (часть 2 статьи 51 Федерального закона от 29 ноября 2010 г. N 326-ФЗ).

Довод заявителей о противоречии оспариваемого положения пункту 2 статьи 2 Федерального закона от 26 сентября 1997 г. N 125-ФЗ носит произвольный характер, так как этот нормативный правой акт имеет иной предмет правового регулирования и не распространяется на правоотношения, возникающие в связи с осуществлением обязательного медицинского страхования.

Поскольку оспариваемое нормативное положение не нарушает права и законные интересы заявителей, не противоречит федеральному закону или другому нормативному правовому акту, имеющим большую юридическую силу, то на основании части 1 статьи 253 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в удовлетворении заявленного требования надлежит отказать.

Руководствуясь статьями 194-199, 253 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Верховный Суд Российской Федерации решил:

в удовлетворении заявления Федотова В.И., Чемидронова В.A., Чемидроновой С.А., Рехиной А.М., Тумановой Н.Л., Рык Т.В., Егоровой Л.И., Михайлова И.А., Михайловой Г.И., Ероховой А.П. о признании недействующим подпункта 3 пункта 23 Правил обязательного медицинского страхования, утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 28 февраля 2011 г. N 158н, отказать.

Решение может быть обжаловано в Апелляционную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

 

Судья Верховного Суда Российской Федерации

В.А. Емышева

 

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.

ВС РФ подтвердил законность норм, закрепляющих одно из требований, предъявляемых к полису обязательного медстрахования.

Полис в бумажном виде на своей лицевой стороне должен содержать двумерный штрих-код, отображающий определенные сведения о застрахованном лице.

Это Ф.И.О. данного лица; пол; дата, место рождения; номер полиса и срок его действия.

По мнению заявителей, размещение подобного штрих-кода на полисе противоречит закону.

Такое использование электронного идентификатора личности позволяет собирать информацию о человеке, тотально контролировать его без согласия.

Отклоняя такие доводы, ВС РФ отметил следующее.

По Закону о персональных данных их обработка должна ограничиваться достижением конкретных, заранее определенных и правомерных целей.

По общему правилу, предусмотренному этим законом, не допускается обрабатывать специальные категории персональных данных (касающихся расовой, национальной принадлежности, политических взглядов и т. п.).

Исключения из этого правила носят ограниченный характер. К их числу относится возможность подобной обработки в медико-профилактических целях, для установления диагноза, оказания медуслуг.

Полис обязательного медстрахования - документ, удостоверяющий право застрахованного лица на бесплатную медпомощь на всей территории России.

Отказ застрахованного лица от получения универсальной электронной карты не освобождает его от необходимости получить полис.

Таким образом, правило о том, что в полисе размещаются персональные данные в открытом и зашифрованном виде (с последующей их обработкой), не может рассматриваться как нарушение прав граждан на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну.

Введение штрих-кода позволяет ускорить и упростить электронный документооборот в медучреждениях, а также защищает от изменений и искажений сведений, содержащихся в полисе.

Ссылка на противоречие норм Закону о свободе совести и о религиозных объединениях несостоятельна, поскольку данный акт имеет иной предмет регулирования.


Решение Верховного Суда РФ от 15 октября 2013 г. N АКПИ13-854


Текст решения официально опубликован не был


Определением Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 23 января 2014 г. N АПЛ13-577 настоящее решение оставлено без изменения