Постановление Европейского Суда по правам человека от 24 мая 2016 г. Дело "Манжос (Manzhos) против Российской Федерации" (Жалоба N 64752/09) (Третья секция)

Европейский Суд по правам человека
(Третья секция)

 

Дело "Манжос (Manzhos)
против Российской Федерации"
(Жалоба N 64752/09)

 

Постановление Суда

 

Страсбург, 24 мая 2016 г.

 

По делу "Манжос против Российской Федерации" Европейский Суд по правам человека (Третья Секция), рассматривая дело Палатой в составе:

Луиса Лопеса Герры, Председателя Палаты,

Хелены Ядерблом,

Хелены Келлер,

Дмитрия Дедова,

Бранко Лубарды,

Пере Пастора Вилановы,

Алены Полачковой, судей,

а также при участии Стивена Филлипса, Секретаря Секции Суда,

заседая за закрытыми дверями 3 мая 2016 г.,

вынес в указанный день следующее Постановление:

 

Процедура

 

1. Дело было возбуждено по жалобе N 64752/09, поданной против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее - Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) гражданином Российской Федерации Павлом Васильевичем Манжосом (далее - заявитель) 20 ноября 2009 г.

2. Интересы заявителя, которому была предоставлена материальная помощь, представляла О. Гнездилова, адвокат, практикующая в г. Воронеже. Власти Российской Федерации были представлены в Европейском Суде Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека Г.О. Матюшкиным.

3. Заявитель утверждал, в частности, что он подвергался жестокому обращению во время содержания в милиции, и что власти не провели эффективного расследования этого обстоятельства.

4. 11 февраля 2011 г. жалоба заявителя была коммуницирована властям Российской Федерации.

 

Факты

 

I. Обстоятельства дела

 

5. Заявитель родился в 1956 году и проживает в г. Воронеже.

6. 7 марта 2008 г. заявитель был задержан и доставлен в отдел внутренних дел Центрального района г. Воронежа (далее - ОВД Центрального района) за публичное использование ненормативной лексики. Он утверждал, что после допроса сотрудники милиции подвергли его жестокому обращению. В частности, они сковали его руки за спиной наручниками, подняли наручники так, чтобы он мог стоять только на цыпочках, прикрепили наручники к металлической решетке и нанесли ему несколько ударов в лицо и грудь. Спустя несколько часов заявитель был освобожден из-под стражи.

7. 8 марта 2008 г. заявитель обратился в Воронежскую городскую клиническую больницу N 2* (* Так в тексте Постановления. По-видимому, имеется в виду Бюджетное учреждение здравоохранения Воронежской области "Воронежская городская клиническая больница N 2 им. К.В. Федяевского" (примеч. редактора).) (далее - городская больница). В ходе обследования, проведенного в больнице врачом, был отмечен кровоподтек на левой части грудной клетки заявителя.

8. 10 марта 2008 г. заявитель был обследован в Воронежском областном бюро судебно-медицинской экспертизы, где кроме того у него были обнаружены кровоподтеки на правом глазе и правом запястье и царапины на левой части лба и на обоих запястьях, нанесенные тупым твердым предметом. В заключении бюро указывались сроки причинения таких травм, как "от одного до трех дней до момента обследования", "возможно, 7 марта 2008 г., как утверждал [заявитель]". Далее бюро пришло к выводу, что данные телесные повреждения не влекут за собой какого-либо постоянного вреда здоровью или утрату трудоспособности.

9. 11 марта 2008 г. заявитель обратился в поликлинику N 4, в который ему поставили диагноз "сформировавшийся периартрит в результате травмы суставов запястья".

10. 19 марта 2008 г. заявитель обратился с заявлением в Следственный отдел по Центральному району г. Воронежа Следственного управления Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации по Воронежской области (далее - следственный отдел района) с просьбой возбудить уголовное дело в отношении сотрудников милиции, которые жестоко обращались с ним в ОВД Центрального района 7 марта 2008 г.

11. 23 марта 2008 г. следователь следственного отдела района отклонил просьбу заявителя как необоснованную из-за отсутствия доказательств преступления.

12. 24 апреля 2008 г. вышеуказанное постановление было отменено заместителем начальника следственного отдела района как необоснованное, а материалы дела были направлены на дополнительную доследственную проверку сообщения о преступлении.

13. После этого данная просьба заявителя неоднократно отклонялась и вновь рассматривалась. Соответствующие постановления отклонить просьбу принимались следователем следственного отдела района 1 октября, 5 ноября, 11 декабря 2008 г. и 13 августа 2009 г. на основании:

- показаний заявителя;

- заключения судебно-медицинской экспертизы от 10 марта 2008 г. (см. § 8 настоящего Постановления) и дополнительного заключения судебно-медицинской экспертизы от 1 октября 2008 г., которое подтвердило выводы первоначального заключения;

- показаний П.М., отца заявителя, который указал, что 7 марта 2008 г., примерно в 21.30, друзья заявителя привезли его сына из ОВД Центрального района и что у заявителя были ушибы, и он был в шоке и сказал ему, что подвергался жестокому обращению со стороны сотрудников милиции;

- показаний T.Д., подруги заявителя, которая сообщила, что она забрала заявителя из Центрального ОВД района 7 марта 2008 г., около 22.00, что заявитель не имел видимых телесных повреждений и рассказал ей, что сотрудники милиции жестоко обращались с ним, поставив в напряженную позу, известную как "ласточка"* (* В позе "ласточка" руки жертвы сковывают наручниками за спиной, пропуская под цепью наручников металлический прут или трубу, так что человек висит, не касаясь ногами пола, в то время как сотрудники милиции избивают его дубинками. В одном из вариантов позы "ласточки" задержанного кладут лицом на пол и веревкой подтягивают ноги к рукам, скованным за спиной наручниками (примеч. редактора).);

- показаний A.M., супруги заявителя, которая пояснила, что заявитель пришел домой 7 марта 2008 г., примерно в 23.55, что у него были ссадины на запястьях и подбитый глаз, и он рассказал ей, что сотрудники милиции избили его, сковали наручниками руки за спиной и подвешивали его с помощью металлического прута, продетого через наручники;

- показаний З.K., тещи заявителя, которая указала, что забрала вещи заявителя из ОВД Центрального района 7 марта 2008 г. и не видела, чтобы заявитель совершал какие-либо противоправные действия или чтобы сотрудники милиции применяли к нему физическую силу;

- рапорта сотрудника милиции Б.Б., который сообщил, что 7 марта 2008 г., примерно в 18.10, он и сотрудник милиции С.С. задержали заявителя за публичное использование ненормативной лексики;

- показаний сотрудников милиции Б.Б. и С.С., которые отрицали, что применяли физическую силу к заявителю;

- показаний сотрудника милиции П.А., который указал, что 7 марта 2008 г., примерно в 19.00, заявитель был доставлен в ОВД Центрального района, при этом он не имел видимых телесных повреждений и спокойно вел себя, и к нему не применялись физическая сила или меры принуждения;

- показаний сотрудников милиции С.Ш. и M.В., которые находились на дежурстве 7 марта 2008 г. и сообщили, что не имели информации о задержании заявителя и не видели, чтобы физическая сила или меры принуждения применялись бы к какому-либо лицу, доставленному в ОВД Центрального района в этот день;

- показаний ряда лиц, задержанных в ОВД Центрального района в то же время, что и заявитель, которые указали, что они не видели и не слышали, чтобы сотрудниками милиции применялись бы какие-либо незаконные меры к заявителю.

14. Все вышеуказанные постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников милиции были впоследствии отменены заместителем начальника следственного отдела района как необоснованные, и была назначена дополнительная проверка сообщения о преступлении.

15. 19 мая и 28 октября 2008 г. и 10 августа 2009 г. Центральный районный суд г. Воронежа прекратил производство, в ходе которого заявитель пытался оспорить законность постановлений от 23 марта, 1 октября и 11 декабря 2008 г. соответственно об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников милиции, так как за это время вышеуказанные постановления были отменены.

16. После того как жалоба заявителя была коммуницирована Европейским Судом властям Российской Федерации 23 марта 2011 г., следственный отдел района возбудил уголовное дело в соответствии с частью третьей статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации.

17. В неуказанную в материалах дела дату в конце марта 2011 года заявитель был допрошен в качестве потерпевшего.

18. В неустановленную дату в апреле 2011 года следователь назначил врача для проведения судебно-медицинского обследования заявителя.

19. 6 июня 2011 г. заявитель участвовал в проверке его показаний на месте и в проведении опознания сотрудников милиции. Сотрудники ОВД Центрального района Б.Б. и С.П. были представлены на опознании, но ни один из них не был опознан заявителем.

20. 25 июля 2011 г. расследование было приостановлено на том основании, что было невозможно идентифицировать предполагаемых преступников.

II. Соответствующее законодательство Российской Федерации

 

A. Запрещение пыток и другого жестокого обращения

 

21. Имеющие отношение к настоящему делу нормы Конституции Российской Федерации гласят следующее:

 

"...Статья 18

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием...

 

Статья 21

1. Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления.

2. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию...".

22. Статья 9 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (Федеральный закон от 18 декабря 2001 г. N 174-ФЗ, далее - УПК РФ) запрещает в ходе уголовного судопроизводства осуществление действий и принятие решений, унижающих честь участника уголовного судопроизводства, а также обращение, унижающее его человеческое достоинство либо создающее опасность для его жизни и здоровья.

23. Часть третья статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации предусматривает, что совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан с применением насилия или с угрозой его применения, наказываются лишением свободы на срок от трех до 10 лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет.

В. Порядок рассмотрения сообщения о преступлении

 

1. Доследственная проверка

 

24. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в редакции, действовавшей в период времени, фигурирующий по делу, устанавливал следующее:

 

"...Статья 140. Поводы и основание для возбуждения уголовного дела

1. Поводами для возбуждения уголовного дела служат:

1) заявление о преступлении...

2. Основанием для возбуждения уголовного дела является наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления...

 

Статья 144. Порядок рассмотрения сообщения о преступлении

1. Дознаватель, орган дознания, следователь, руководитель следственного органа обязаны принять, проверить сообщение о любом совершенном или готовящемся преступлении и... принять по нему решение в срок не позднее трех суток со дня поступления указанного сообщения. При проверке сообщения о преступлении дознаватель, орган дознания, следователь, руководитель следственного органа вправе... требовать производства документальных проверок, ревизий, исследований документов... привлекать к участию в этих действиях специалистов...

3. Руководитель следственного органа, начальник органа дознания вправе... продлить до 10 суток срок, установленный частью первой настоящей статьи. При необходимости производства документальных проверок, ревизий, судебных экспертиз, исследований документов... руководитель следственного органа... вправе продлить этот срок до 30 суток...

 

Статья 145. Решения, принимаемые по результатам рассмотрения сообщения о преступлении

1. По результатам рассмотрения сообщения о преступлении орган дознания, дознаватель, следователь, руководитель следственного органа принимает одно из следующих решений:

1) о возбуждении уголовного дела в порядке, установленном статьей 146 настоящего кодекса;

2) об отказе в возбуждении уголовного дела;

3) о передаче сообщения по подследственности...

 

Статья 148. Отказ в возбуждении уголовного дела

1. При отсутствии основания для возбуждения уголовного дела руководитель следственного органа, следователь, орган дознания или дознаватель выносит постановление об отказе в возбуждении уголовного дела...

5. Отказ в возбуждении уголовного дела может быть обжалован прокурору, руководителю следственного органа или в суд в порядке, установленном статьями 124 и 125 настоящего кодекса.

6. ...Признав отказ... следователя в возбуждении уголовного дела незаконным или необоснованным, соответствующий руководитель следственного органа отменяет его и возбуждает уголовное дело либо направляет материалы для дополнительной проверки со своими указаниями, устанавливая срок их исполнения.

7. Признав отказ в возбуждении уголовного дела незаконным или необоснованным, судья выносит соответствующее постановление, направляет его для исполнения руководителю следственного органа... и уведомляет об этом заявителя.

 

Статья 149. Направление уголовного дела

После вынесения постановления о возбуждении уголовного дела:

...2) следователь приступает к производству предварительного следствия...

 

Статья 125. Судебный порядок рассмотрения жалоб

1. Постановления органа дознания, дознавателя, следователя, руководителя следственного органа об отказе в возбуждении уголовного дела... а равно иные действия (бездействие) и решения дознавателя, начальника подразделения дознания, начальника органа дознания, органа дознания, следователя, руководителя следственного органа и прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию, могут быть обжалованы в районный суд...

3. Судья проверяет законность и обоснованность действий (бездействия) и решений дознавателя, начальника подразделения дознания, начальника органа дознания, органа дознания, следователя, руководителя следственного органа, прокурора не позднее чем через пять суток со дня поступления жалобы...

5. По результатам рассмотрения жалобы судья выносит одно из следующих постановлений:

1) о признании действия (бездействия) или решения соответствующего должностного лица незаконным или необоснованным и о его обязанности устранить допущенное нарушение;

2) об оставлении жалобы без удовлетворения...".

25. Уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное подлежит прекращению ввиду отсутствия события преступления (пункт 1 части первой статьи 24 УПК РФ) или ввиду отсутствия в деянии состава преступления (пункт 2 части первой статьи 24 УПК РФ).

2. Предварительное расследование

 

26. Производство предварительного расследования регулируется разделом VIII УПК РФ (статьи 150-226). Следственные действия для установления фактов по уголовному делу и сбора доказательств, которые могут быть осуществлены в ходе предварительного расследования, включают, inter alia* (* Inter alia (лат.) - в числе прочего, в частности, в том числе (примеч. редактора).), допрос подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего или свидетеля; очную ставку между лицами, показания которых противоречивы; проверки показаний на месте; идентификацию человека или предмета; обыск лиц и помещений; изъятие вещей и документов; прослушивание телефонных разговоров; а также следственный эксперимент. Если по окончании предварительного расследования имеется достаточно доказательств в поддержку обвинений, выдвинутых против обвиняемого, следственный орган должен подготовить обвинительное заключение, которое при условии предварительного согласования с прокурором направляется в суд для судебного разбирательства.

27. Следственные действия, такие как осмотр места происшествия, эксгумация, осмотр трупа и медицинское освидетельствование подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего или свидетеля, могут быть произведены при необходимости до возбуждения уголовного дела (часть вторая статьи 176, часть четвертая статьи 178 и часть первая статьи 179 УПК РФ).

Право

 

I. Предполагаемое нарушение статьи 3 Конвенции

 

28. Заявитель жаловался на то, что сотрудники милиции подвергли его жестокому обращению и что не было проведено эффективного расследования его утверждений о жестоком обращении. При этом он ссылался на статью 3 Конвенции, которая гласит:

 

"Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию".

29. Власти Российской Федерации утверждали, что жалоба заявителя в контексте материально-правового аспекта статьи 3 Конвенции является преждевременной, поскольку производство по уголовному делу в отношении предполагаемых преступников еще не завершено. В отношении жалобы относительно процессуального аспекта статьи 3 Конвенции власти Российской Федерации отметили, что в ходе проверки заявления о преступлении и производства предварительного расследования внутригосударственными властями был проделан значительный объем работы для того, чтобы проверить утверждения заявителя о жестоком обращении с ним. Все необходимые проверки были проведены в надлежащие сроки. Учитывая вышеизложенное и тот факт, что расследование все еще продолжается, власти Российской Федерации пришли к выводу, что власти выполнили свое позитивное обязательство по проведению эффективного расследования.

30. Заявитель утверждал, что его жалоба не была преждевременной. В 2008-2009 годах он активно добивался возбуждения уголовного дела в отношении сотрудников милиции, но органы власти неоднократно отказывали в его просьбах после проведения нескольких проверок сообщения о преступлении. Судебная проверка законности и обоснованности отказов следственных органов была недоступна после отмены этих решений надзирающими органами (см. § 15 настоящего Постановления). Проверка сообщения о преступлении в соответствии со статьей 144 УПК РФ со своими короткими сроками и ограниченными полномочиями следователя не может рассматриваться как эффективное средство правовой защиты для установления фактов и обстоятельств жестокого обращения с ним. Единственное потенциально эффективное средство правовой защиты в отношении нарушений прав заявителя, согласно статье 3 Конвенции, скорейшее возбуждение уголовного дела в отношении сотрудников милиции и своевременное проведение полномасштабного уголовного расследования. Однако только после того, как жалоба по настоящему делу была коммуницирована властям Российской Федерации, внутригосударственные власти в марте 2011 года решили возбудить уголовное дело. Задержка в возбуждении уголовного дела привела к неспособности властей расследовать инцидент с жестоким обращением, пока обстоятельства дела были еще актуальны. В частности, опознать сотрудников милиции через три года после инцидента с жестоким обращением было крайне сложно. Кроме того, не все сотрудники милиции, которые находились на дежурстве в ОВД Центрального района 7 марта 2008 г., были предъявлены для опознания заявителю. Хотя врач и был назначен следователем, в ходе предварительного расследования не было проведено какое-либо судебно-медицинское обследование, которое позволило бы заявителю задавать дополнительные вопросы судебно-медицинскому эксперту, - право, которое он не смог осуществить, когда проводилась судебно-медицинская экспертиза в ходе проверки сообщения о преступлении (см. § 18 настоящего Постановления). Несмотря на вышеизложенное, в июле 2011 года само предварительное расследование по делу было приостановлено на неопределенный срок из-за невозможности установить виновных в жестоком обращении.

A. Приемлемость жалобы

 

31. Поскольку власти Российской Федерации указывали, что жалоба заявителя является преждевременной из-за того, что расследование все еще продолжается, Европейский Суд считает, что данный вопрос тесно связан с вопросом, было ли эффективным расследование по утверждениям заявителя о жестоком обращении с ним. Однако этот вопрос относится к существу жалобы заявителя, согласно статье 3 Конвенции. Следовательно, Европейский Суд решает объединить рассмотрение жалобы по вопросу ее приемлемости и по существу.

32. Европейский Суд отмечает, что жалоба в данной части не является явно необоснованной в значении подпункта "а" пункта 3 статьи 35 Конвенции. Европейский Суд далее отмечает, что она не является неприемлемой для рассмотрения по каким-либо другим основаниям. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.

В. Существо жалобы

 

1. Обязательство властей государства-ответчика по проведению эффективного расследования

 

(a) Общие принципы

33. Европейский Суд вновь подтверждает, что в тех случаях, когда лицо выдвигает заслуживающие доверия утверждения о том, что оно стало жертвой обращения, нарушающего статью 3 Конвенции, находясь под контролем полиции или других представителей государства, данная норма Конвенции в совокупности с общей обязанностью государства, согласно статье 1 Конвенции "обеспечивать каждому, находящемуся под их юрисдикцией, права и свободы, определенные в... настоящей Конвенции", требует проведения эффективного официального расследования. Это расследование должно быть способно привести к установлению и, при необходимости, наказанию виновных. В противном случае общее правовое запрещение пыток и бесчеловечного и унижающего достоинство обращения и наказания будет, несмотря на его фундаментальную важность, неэффективным на практике и в некоторых случаях предоставит возможность представителям государства нарушать права лиц, находящихся под их контролем, практически безнаказанно (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Лабита против Италии" (Labita v. Italy), жалоба N 26772/95, § 131, ECHR 2000-IV, и Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Армани да Сильва против Соединенного Королевства" (Armani Da Silva v. United Kingdom) от 30 марта 2016 г., жалоба N 5878/08, § 233).

34. Расследование по убедительным утверждениям о жестоком обращении должно быть оперативным и тщательным. Власти всегда должны стремиться установить, что произошло в действительности, и не должны полагаться на поспешные или плохо обоснованные выводы, чтобы прекратить расследование, или положить их в основу своих решений. Власти должны предпринять все разумные меры для сбора доказательств инцидента, включая, inter alia, показания очевидцев и данные криминалистической экспертизы. Любой недостаток в расследовании, который подрывает его способность установить причину телесных повреждений или личность виновных лиц, может привести к нарушению этого стандарта (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Мокану и другие против Румынии" (Mocanu and Others v. Romania), жалобы NN 10865/09, 45886/07 и 32431/08, § 322, ECHR 2014 (извлечения), и Постановление Европейского Суда по делу "Копылов против Российской Федерации" (Kopylov v. Russia) от 29 июля 2010 г., жалоба N 3933/04* (* См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2011. N 6 (примеч. редактора).), § 133). Кроме того, расследование должно быть независимым, беспристрастным и открытым для общественного контроля (см. Постановление Европейского Суда по делу "Месут Дэниз против Турции" (Mesut Deniz v. Turkey) от 5 ноября 2013 г., жалоба N 36716/07, § 52). Оно должно завершиться вынесением мотивированного решения, чтобы заверить общество в соблюдении принципа верховенства права (см. mutatis mutandis* (* Mutatis mutandis (лат.) - с соответствующими изменениями (примеч. редактора).) Постановление Европейского Суда по делу "Келли и другие против Соединенного Королевства" (Kelly and Others v. United Kingdom) от 4 мая 2001 г., жалоба N 30054/96, § 118).

 

(b) Применение вышеизложенных принципов в настоящем деле

35. Европейский Суд отмечает, что 19 марта 2008 г. заявитель жаловался в следственный отдел района на то, что 7 марта 2008 г. в ОВД Центрального района сотрудники милиции подвергли его жестокому обращению. Следовательно, вопрос был своевременно доведен до сведения компетентных органов в то время, когда можно было бы разумно ожидать, что они проведут расследование по изложенным им обстоятельствам.

36. Заявитель подтвердил свою жалобу медицинскими документами, свидетельствовавшими о количестве синяков и царапин на его лице и теле (см. §§ 7-9 настоящего Постановления). Соответственно, было доказано, что утверждение заявителя "могло быть доказанным", и на власти легло обязательство провести эффективное расследование, удовлетворяющее требованиям статьи 3 Конвенции.

37. Европейский Суд отмечает, что в с 23 марта 2008 г. по 13 августа 2009 г. власти провели несколько этапов проверки сообщения заявителя о преступлении в соответствии со статьей 144 УПК РФ. В этот период, который составил почти 17 месяцев, пять постановлений были приняты властями по отказу в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников милиции из-за отсутствия доказательств того, что было совершено преступление. Все эти постановления были впоследствии отменены надзорным органом как необоснованные, и были назначены дополнительные доследственные проверки сообщения о преступлении.

38. Европейский Суд далее замечает, что только после того, как жалоба заявителя была коммуницирована властям Российской Федерации в феврале 2011 года, следственный отдел района возбудил 23 марта 2011 г. уголовное дело в соответствии с частью третьей статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации, около трех лет спустя после предполагаемого случая жестокого обращения (см. §§ 4 и 16 настоящего Постановления).

39. Европейский Суд установил в Постановлении по делу "Ляпин против Российской Федерации", что в случаях заслуживающих доверия обвинений в обращении, запрещенном статьей 3 Конвенции, власти обязаны возбудить уголовное дело и провести расследование, а "доследственная проверка" сама по себе не может отвечать требованиям эффективного расследования в соответствии со статьей 3 Конвенции. Европейский Суд заключил, что сам факт отказа следственных органов начать уголовное расследование по заслуживающим доверия утверждениям о жестоком обращении с человеком, находящимся под контролем сотрудников милиции, свидетельствует о неспособности государства выполнить свое обязательство согласно статье 3 Конвенции по проведению эффективного расследования (см. Постановление Европейского Суда по делу "Ляпин против Российской Федерации" (Lyapin v. Russia) от 24 июля 2014 г., жалоба N 46956/09, §§ 128-140).

40. Вышеуказанные выводы полностью применимы и к настоящему делу. Что касается фактов, то Европейский Суд отмечает: данные, которые следственный отдел района оценил как достаточные для возбуждения уголовного дела 23 марта 2011 г., имелись у этого отдела вскоре после жестокого обращения с заявителем. Следовательно, ничто не может объяснить трехлетней задержки начала уголовного расследования по жалобе заявителя. Европейский Суд считает, что подобная задержка не могла не иметь важного негативного влияния на расследование, существенно ограничивая возможности следственного органа установить доказательства предполагаемого жестокого обращения (см. Постановление Европейского Суда по делу "Раззаков против Российской Федерации" (Razzakov v. Russia) от 5 февраля 2015 г., жалоба N 57519/09* (* См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2015. N 9 (примеч. редактора).), § 61, и Постановление Европейского Суда по делу "Баталины против Российской Федерации" (Bataliny v. Russia) от 23 июля 2015 г., жалоба N 10060/07* (* См.: там же. 2016. N 1 (примеч. редактора).), § 103).

41. Европейский Суд далее отмечает, что расследование, которое началось 23 марта 2011 г. после возбуждения уголовного дела по утверждениям заявителя о жестоком обращении с ним, было приостановлено вскоре после этого, 25 июля 2011 г., в связи с неустановлением виновных лиц, и все еще продолжается до настоящего времени.

42. Обращаясь к доводам властей Российской Федерации о том, что жалоба заявителя является преждевременной, Европейский Суд признает, что расследование еще не завершено, но, учитывая длительность производства по делу на данный момент и серьезность затронутых им вопросов, Европейский Суд не считает, что заявитель должен был дожидаться завершения расследования, прежде чем подать свою жалобу в Европейский Суд, так как результат этого производства в любом случае не компенсировал бы вред от этой задержки (см. Постановление Европейского Суда по делу "Юдина против Российской Федерации" (Yudina v. Russia) от 10 июля 2012 г., жалоба N 52327/08, § 61).

43. С учетом вышеизложенного Европейский Суд отклоняет возражения властей Российской Федерации и считает, что значительные задержки в возбуждении уголовного дела и начале полноценного уголовного расследования по обоснованным утверждениям заявителя о жестоком обращении с ним со стороны сотрудников милиции, в установлении состава преступления и последующем производстве по уголовному делу, которое еще продолжается почти восемь лет спустя после обжалуемых событий, свидетельствуют о том, что власти нарушили свое обязательство по проведению эффективного расследования по утверждениям заявителя о жестоком с ним обращении.

44. Соответственно по делу было допущено нарушение статьи 3 Конвенции в ее процессуальном аспекте.

2. Предполагаемое жестокое обращение с заявителем

 

(a) Общие принципы

45. Европейский Суд вновь подтверждает, что статья 3 Конвенции закрепляет одну из наиболее фундаментальных ценностей демократического общества. Она в абсолютных выражениях запрещает пытки или бесчеловечное или унижающее достоинство обращение или наказание независимо от обстоятельств и поведения жертвы (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Кудла против Польши" (Kudla v. Poland), жалоба N 30210/96, § 90, ECHR 2000-XI, а также Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Буид против Бельгии" (Bouyid v. Belgium), жалоба N 23380/09, § 81, ECHR 2015).

46. Для того чтобы на жестокое обращение распространялось действие статьи 3 Конвенции, оно должно достигать минимального уровня жестокости. Оценка этого минимума относительна и зависит от всех обстоятельств дела, таких как продолжительность обращения, его физические или психические последствия и, в некоторых случаях, пол, возраст и состояние здоровья жертвы (см. Постановление Европейского Суда по делу "Ирландия против Соединенного Королевства" (Ireland v. United Kingdom) от 18 января 1978 г., § 162, Series A, N 25).

47. В тех случаях, когда утверждения делаются в соответствии со статьей 3 Конвенции, Европейский Суд должен особенно осуществлять контроль. В тех случаях, когда имели место дела на внутригосударственном уровне, в задачи Европейского Суда не входит подмена своей собственной оценкой фактов оценки судов страны и, по общему правилу, именно эти суды должны дать оценку имеющимся у них доказательствам. Хотя Европейский Суд не связан выводами внутригосударственных судов, в обычных условиях требуются убедительные основания для его отхода от выводов по фактам, к которым пришли эти суды (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Гефген против Германии" (Gfgen v. Germany), жалоба N 22978/05), § 93, ECHR 2010).

48. При оценке доказательств, которыми обосновывается решение, было ли по делу властями государства-ответчика допущено нарушение статьи 3 Конвенции, Европейский Суд применяет стандарт доказывания "вне всякого разумного сомнения". Однако данное доказывание может следовать из сосуществования достаточно сильных, ясных и согласующихся выводов или из аналогичных неопровержимых презумпций фактов (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Яллох против Германии" (Jalloh v. Germany), жалоба N 54810/00, § 67, ECHR 2006-IX).

49. В тех случаях, когда гражданина доставляют в полицию и там заключают под стражу в хорошем состоянии здоровья, а при освобождении из-под стражи у него обнаруживаются травмы, то на властях государства-ответчика лежит обязанность предоставить правдоподобное объяснение тому, как эти травмы были причинены, в противном случае возникает вопрос в контексте статьи 3 Конвенции (см. Постановление Европейского Суда по делу "Рибич против Австрии" (Ribitsch v. Austria) от 4 декабря 1995 г., § 34, Series A, N 336, и Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Сельмуни против Франции" (Selmouni v. France), жалоба N 25803/94, § 87, ECHR 1999-V).

 

(b) Применение вышеизложенных принципов в настоящем деле

50. Европейский Суд отмечает, что 7 марта 2008 г. заявитель был задержан и доставлен в ОВД Центрального района, где, как он утверждал, он подвергся жестокому обращению со стороны сотрудников милиции. 8 марта 2008 г. заявитель обратился за медицинской помощью в городскую больницу, в которой был зафиксирован ушиб его грудной клетки. 10 марта 2008 г. заявитель был осмотрен судебно-медицинским экспертом, который зафиксировал синяки на груди, правом глазу и правом запястье и царапины на левой части лба и обоих запястьях заявителя. Эксперт пришел к выводу, что вышеуказанные телесные повреждения были нанесены тупым твердым предметом от одного дня до трех дней до момента осмотра, возможно, 7-11 марта 2008 г. заявитель был дополнительно обследован в местной поликлинике, в которой ему поставили диагноз "сформировавшийся периартрит в результате травмы суставов запястья" (см. §§ 7-9 настоящего Постановления). Ничто не указывает на то, что у заявителя имелись эти травмы до того, как он был взят под стражу. Следовательно, власти Российской Федерации были обязаны предоставить правдоподобное объяснение тому, как эти травмы могли быть причинены.

51. На основании всех имеющихся в его распоряжении материалов Европейский Суд полагает, что ни государственные органы, ни власти Российской Федерации в ходе производства по делу в Европейском Суде не представили каких-либо объяснений относительно происхождения травм заявителя. Соответственно, Европейский Суд приходит к выводу, что власти Российской Федерации не установили удовлетворительным образом, что травмы заявителя были вызваны чем-то другим, чем обращение, которому он подвергся, находясь в руках сотрудников милиции в помещении ОВД Центрального района.

52. Следовательно, с учетом характера и величины травм заявителя Европейский Суд приходит к выводу, что власти Российской Федерации несут ответственность в рамках материально-правового аспекта статьи 3 Конвенции в связи с бесчеловечным и унижающим достоинство обращением, которому заявитель подвергся в ОВД Центрального района.

II. Иные предполагаемые нарушения Конвенции

 

53. Наконец, заявитель жаловался со ссылкой на статью 5 Конвенции на предположительную незаконность его содержания под стражей в ОВД Центрального района 7 марта 2008 г. и со ссылкой на статью 13 Конвенции на отсутствие эффективного внутригосударственного средства правовой защиты в этом отношении.

54. Однако, принимая во внимание все имеющиеся в его распоряжении материалы, и насколько эти жалобы относятся к его компетенции, Европейский Суд не усматривает в них каких-либо признаков нарушения прав и свобод, гарантированных в Конвенции или Протоколах к ней. Отсюда следует, что жалоба заявителя в этой части должна быть отклонена как явно необоснованная в соответствии с подпунктом "а" пункта 3 и пунктом 4 статьи 35 Конвенции.

III. Применение статьи 41 Конвенции

 

55. Статья 41 Конвенции гласит:

 

"Если Европейский Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".

A. Ущерб

 

56. Заявитель требовал выплаты 25 000 евро в качестве компенсации причиненного ему морального вреда.

57. Власти Российской Федерации считали, что требуемая сумма является чрезмерной, и указывали, что если Европейский Суд установит факт нарушения Конвенции, то установление факта нарушения само по себе будет достаточной справедливой компенсацией

58. Европейский Суд отмечает, что он установил факт нарушения Конвенции в контексте материально-правового и процессуального аспектов статьи 3 Конвенции в связи с жестоким обращением с заявителем со стороны сотрудников милиции и непроведением эффективного расследования по этому факту. При таких обстоятельствах Европейский Суд считает, что страдания и разочарование, причиненные заявителю, не могут быть компенсированы одним лишь фактом признания нарушения Конвенции. Оценивая обстоятельства на основе принципа справедливости, Европейский Суд присуждает заявителю 15 000 в качестве компенсации причиненного ему морального вреда, плюс сумму любых налогов, которые заявитель, возможно, должен будет уплатить с этой суммы.

В. Судебные расходы и издержки

 

59. Заявитель также требовал 52 586 рублей 6 копеек (примерно 1 265 евро) в качестве компенсации судебных издержек и расходов, понесенных в ходе производства по делу на внутригосударственном уровне, которые подразделяются следующим образом:

(i) 440 рублей, израсходованные на обследование заявителя в Воронежском областном бюро судебно-медицинской экспертизы;

(ii) 2 146 рублей 6 копеек на почтовые и иные административные расходы;

(iii) 50 000 рублей, израсходованные на юридическое представительство заявителя Фондом содействия защите прав и свобод граждан "Общественный вердикт" (далее - Фонд "Общественный вердикт"), неправительственной организацией.

60. Заявитель далее также требовал выплаты 90 000 рублей (примерно 2 165 евро) в качестве компенсации оплаты юридических услуг и расходов на перевод, понесенных при производстве по делу в Европейском Суде.

61. Власти Российской Федерации указали, что заявитель не обосновал свои расходы, понесенные при производстве по делу в Европейском Суде.

62. Согласно прецедентной практике Европейского Суда, судебные издержки и расходы подлежат возмещению заявителю только в тех случаях, когда установлено, что они были фактически понесены, необходимы и не превышали разумных пределов. Европейский Суд отмечает: что касается судебных издержек и расходов, понесенных в ходе производства на внутригосударственном уровне, то сумма в размере 50 000 рублей была выплачена Фондом "Общественный вердикт". Документы, имеющиеся в распоряжении Европейского Суда, не подтверждают обязанность заявителя возмещать сумму, выплаченную Фондом "Общественный вердикт". Принимая во внимание нарушение статьи 3 Конвенции, установленное в настоящем деле, и указанные выше критерии и памятуя о том, что заявителю была предоставлена сумма в размере 850 евро в качестве правовой помощи по представлению его интересов в Европейском Суде О. Гнездиловой, Европейский Суд отклоняет требование на возмещение судебных издержек и расходов, понесенных в ходе производства по делу внутри страны, выплаченных Фондом "Общественный вердикт", и считает разумным взыскать в пользу заявителя сумму в размере 1 375 евро в качестве возмещения судебных издержек и расходов, понесенных в ходе производства по делу внутри страны и при рассмотрении дела Европейским Судом, вместе с суммой любых налогов, которые заявитель, возможно, должен будет уплатить с этой суммы.

C. Процентная ставка при просрочке платежей

 

63. Европейский Суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна определяться исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.

 

На основании изложенного Суд единогласно:

1) объединил с рассмотрением дела по существу рассмотрение возражения государства-ответчика относительно исчерпания внутригосударственных средств правовой защиты и отклонил его;

2) объявил жалобу заявителя в части, касающейся статьи 3 Конвенции, приемлемой для рассмотрения по существу, а в остальной части - неприемлемой;

3) постановил, что имело место нарушение статьи 3 Конвенции в ее процессуальном значении;

4) постановил, что по делу было допущено нарушение статьи 3 Конвенции в ее материально-правовом значении, выразившееся в том, что заявитель был подвергнут бесчеловечному и унижающему достоинство обращению;

5) постановил, что:

(a) государство-ответчик обязано в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции в силу выплатить заявителям следующие суммы, подлежащие переводу в валюту государства-ответчика по курсу, который будет установлен на день выплаты:

(i) 15 000 евро (пятнадцать тысяч евро), а также сумму любых налогов, которые заявитель, возможно, должен будет уплатить с этой суммы, в качестве компенсации причиненного ему морального вреда;

(ii) 1 375 евро (одну тысячу триста семьдесят пять евро), а также сумму любых налогов, которые заявитель, возможно, должен будет уплатить с этой суммы, в качестве возмещения судебных издержек и расходов;

(b) с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эти суммы должны начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента;

6) отклонил оставшуюся часть требований заявителей о справедливой компенсации.

 

Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 24 мая 2016 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

 

Стивен Филлипс
Секретарь
Секции Суда

Луис Лопес Герра
Председатель
Палаты Суда

 

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.


Постановление Европейского Суда по правам человека от 24 мая 2016 г. Дело "Манжос (Manzhos) против Российской Федерации" (Жалоба N 64752/09) (Третья секция)


Текст Постановления опубликован в Бюллетене Европейского Суда по правам человека "Российская хроника ЕС. Специальный выпуск" N 1/2017.


Перевод с английского ООО "Развитие правовых систем" / Под ред. Ю.Ю. Берестнева


Постановление вступило в силу 24 августа 2016 г. в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции