Постановление Европейского Суда по правам человека от 21 июня 2016 г. Дело "Мамонтов и другие (Mamontov and Others) против Российской Федерации" (Жалобы NN 46796/06, 13260/10 и 52082/10) (Третья секция)

Европейский Суд по правам человека
(Третья секция)

 

Дело "Мамонтов и другие (Mamontov and Others)
против Российской Федерации"
(Жалобы NN 46796/06, 13260/10 и 52082/10)

 

Постановление Суда

 

Страсбург, 21 июня 2016 г.

 

По делу "Мамонтов и другие против Российской Федерации" Европейский Суд по правам человека (Третья Секция), заседая Комитетом в составе:

Хелен Келлер, Председателя Комитета,

Йоханнеса Силвиса,

Алены Полачковой, судей,

а также при участии Стивена Филлипса, Секретаря Секции Суда,

рассмотрев дело в закрытом заседании 31 мая 2015 г.,

вынес в указанный день следующее Постановление:

 

Процедура

 

1. Дело было инициировано жалобами NN 46796/06, 13260/10 и 52082/10, поданными против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее - Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) тремя гражданами Российской Федерации (далее - заявители). Номера жалоб, даты подачи и коммуникации жалоб, данные заявителей, имена их представителей, а также информация о соответствующих постановлениях судов Российской Федерации указаны в Приложении.

2. Все заявители утверждали, что они были признаны виновными в совершении преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков, после подстрекательства со стороны сотрудников полиции, в нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции. Они, ссылаясь на пункт 1 и подпункт "d" пункта 3 статьи 6 Конвенции, также жаловались на то, что не могли задать вопросы свидетелям, дававшим показания против них.

3. В даты, указанные в Приложении, жалобы были коммуницированы властям Российской Федерации.

 

Факты

 

I. Обстоятельства дела

 

4. В соответствии со статьями 7 и 8 Федерального закона Российской Федерации от 12 августа 1995 г. N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности" в отношении заявителей сотрудниками полиции проводились негласные операции в виде контрольной закупки. Эти мероприятия привели к осуждению заявителей за преступления, связанные с незаконным оборотом наркотиков.

5. Заявители были не согласны с вынесенными им приговорами и утверждали, что сотрудники полиции подстрекали их к совершению преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиками. Они также не могли задать вопросы свидетелям, дававшим показания против них.

II. Соответствующее законодательство Российской Федерации

 

6. Соответствующее законодательств о Российской Федерации о проведении негласных мероприятий, действовавшее на момент рассматриваемых событий, приведено в Постановлении Европейского Суда по делу "Лагутин и другие против Российской Федерации" (Lagutin and Others v. Russia) от 24 апреля 2014 г., жалобы NN 6228/09, 19123/09, 19678/07, 52340/08 и 7451/09, Постановлении Европейского Суда по делу "Веселов и другие против Российской Федерации" (Veselov and Others v. Russia) от 2 октября 2012 г., жалобы NN 23200/10, 24009/07 и 556/10* (* См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2013. N 4 (примеч. редактора).), Постановлении Европейского Суда по делу "Банникова против Российской Федерации" (Bannikova v. Russia) от 14 октября 2010 г., жалоба N 18757/06* (* См.: Российская хроника Европейского Суда. 2011. N 4 (примеч. редактора).), Постановлении Европейского Суда по делу "Ваньян против Российской Федерации" (Vanyan v. Russia) от 15 декабря 2005 г., жалоба N 53203/99* (* См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2006. N 7 (примеч. редактора).), а также в Постановлении Европейского Суда по делу "Худобин против Российской Федерации" (Khudobin v. Russia), жалоба N 59696/00, ECHR 2006... (извлечения)* (* См.: там же. 2007. N 11 (примеч. редактора).).

 

Право

 

I. Объединение жалоб для рассмотрения в одном производстве

 

7. В соответствии с пунктом 1 правила 42 Регламента Суда Европейский Суд решает объединить жалобы для рассмотрения в одном производстве с учетом того, что они касаются сходных фактов и затрагивают одни и те же вопросы согласно Конвенции.

 

II. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции

 

8. Заявители жаловались на то, что они были несправедливо осуждены за преступления, связанные с незаконным оборотом наркотиков, к совершению которых их подстрекали сотрудники полиции, а также на то, что их жалобы на подстрекательство не были надлежащим образом рассмотрены в ходе внутригосударственного производства в нарушение статьи 6 Конвенции, которая гласит:

 

"Каждый... при предъявлении ему любого уголовного обвинения, имеет право на справедливое... разбирательство дела... судом".

A. Приемлемость жалоб

 

1. Заявитель Мамонтов (жалоба N 46796/06)

 

(a) Доводы сторон

9. Власти Российской Федерации утверждали, что заявитель Мамонтов не мог более считаться жертвой предполагаемого нарушения. В частности, они утверждали, что внутригосударственные суды возобновили производство по его уголовному делу и сократили срок его наказания в связи с двумя эпизодами, связанными с продажей наркотиков. Суды Российской Федерации также отменили приговор в отношении третьего эпизода, имевшего место после проведения первых контрольных закупок.

10. Заявитель Мамонтов признал, что суды Российской Федерации возобновили производство по делу и вынесли решение в его пользу. Однако он утверждал, что внутригосударственные суды не рассмотрели надлежащим образом его жалобу на подстрекательство со стороны сотрудников полиции, а также что в результате этого приговор в отношении первого эпизода до сих пор остается в силе. Следовательно, он не утратил статус жертвы предполагаемого нарушения.

 

(b) Мнение Европейского Суда

11. Европейский Суд отмечает, что он уже рассматривал аналогичные вопросы относительно утраты статуса жертвы в недавних делах против Российской Федерации о подстрекательстве к совершению преступления. Он приходил к выводу, что заявители, которые были осуждены за преступления, связанные с незаконным оборотом наркотиков, и чьи уголовные дела были позднее пересмотрены российскими судами Российской Федерации, не утратили статуса жертвы предполагаемого нарушения Конвенции в силу того, что пересмотр их уголовных дел не был эффективным и не соответствовал требованиям статьи 6 Конвенции и прецедентной практике Европейского Суда (см. Постановление Европейского Суда по делу "Сергей Лебедев и другие против Российской Федерации" (Sergey Lebedev and Others v. Russia) от 30 апреля 2015 г., жалобы NN 2500/07, 43089/07, 48809/07, 52271/07 и 54706/07* (* См.: Прецеденты Европейского Суда по правам человека. 2015. N 8 (примеч. редактора).), §§ 12-16, а также Постановление Европейского Суда по делу "Еремцов и другие против Российской Федерации" (Yeremtsov and Others v. Russia) от 27 ноября 2014 г., жалобы NN 20696/06, 22504/06, 41167/06, 6193/07 и 18589/07* (* См.: Российская хроника Европейского Суда. 2015. N 2), §§ 17-21).

12. В частности, в деле "Еремцов и другие против Российской Федерации" Европейский Суд при знал, что во время пересмотра дела заявителей суды Российской Федерации лишь повторили доводы суда первой инстанции в отношении первого эпизода, связанного с продажей наркотиков, а также постановили, что лишь остальные эпизоды могут считаться провокацией к совершению преступления, поскольку они не преследовали законную цель - обнаружение и предотвращение преступления. Внутригосударственные суды не рассмотрели основной вопрос, поднятый в жалобах заявителей, а именно, что полиция не привела весомых доводов, оправдывающих проведение негласных мероприятий, и что она незаконно вынудила заявителей продать наркотики. Суды Российской Федерации также не потребовали представления каких-либо доказательств относительно существа инкриминирующей информации об операции полиции, а просто приняли неподтвержденные заявления сотрудников полиции по этому поводу (см. Постановление Европейского Суда по делу "Еремцов и другие против Российской Федерации", §§ 18-19).

13. Возвращаясь к обстоятельствам дела заявителя Мамонтова, Европейский Суд установил, что, как и заявители в упомянутых выше делах "Сергей Лебедев и другие против Российской Федерации" и "Еремцов и другие против Российской Федерации", заявитель в настоящем деле не утратил статус жертвы. Возобновление производства по его уголовному делу было проведено судами Российской Федерации в той же манере, как и пересмотр дел заявителей в упоминавшихся выше делах "Сергей Лебедев и другие против Российской Федерации" и "Еремцов и другие против Российской Федерации" (см. там же), и не представляется эффективным. Российские суды в настоящем деле не рассмотрели доводы, которые лежали в основе жалобы заявителя на подстрекательство, и, как и суды в делах "Сергей Лебедев и другие против Российской Федерации" и "Еремцов и другие против Российской Федерации" (см. там же), не стали рассматривать вопрос о том, было ли допущено нарушение прав заявителя, предусмотренных статьей 6 Конвенции, в ходе проведения негласных мероприятий. Таким образом, хотя исход пересмотра дела был в пользу заявителя, тем не менее было допущено нарушение стандартов, разработанных в прецедентной практике Европейского Суда по статье 6 Конвенции (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Сергей Лебедев и другие против Российской Федерации", §§ 12-16, и упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Еремцов и другие против Российской Федерации", §§ 17-19).

14. Принимая во внимание вышеизложенное, Европейский Суд отклоняет возражения властей Российской Федерации относительно утраты заявителем Мамонтовым статуса жертвы и объявляет жалобу в отношении подстрекательства со стороны сотрудников полиции приемлемой для рассмотрения по существу.

2. Заявители Бачинский и Кардашева (жалобы NN 13260/10 и 52082/10)

 

15. Европейский Суд также считает, что жалобы в отношении подстрекательства со стороны сотрудников полиции, поданные двумя другими заявителями по пункту 1 статьи 6 Конвенции, не являются явно необоснованными в значении подпункта "а" пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он далее отмечает, что они не являются неприемлемыми по каким-либо иным основаниям. Следовательно, они должны быть объявлены приемлемыми для рассмотрения по существу.

B. Существо жалоб

 

16. Власти Российской Федерации утверждали, что контрольная закупка, проведенная во всех делах, была законной и не предполагала какого-либо подстрекательства со стороны полиции. Они утверждали, что полиция приняла решение о проведении контрольной закупки на основании инкриминирующей конфиденциальной информации и что заявители добровольно согласились продать наркотики. Они также утверждали, что уголовные дела заявителей были пересмотрены и в ходе судебного разбирательства им были предоставлены необходимые процессуальные гарантии.

17. Заявители утверждали, что полиция не привела доводов в обоснование проведения негласных мероприятий и что ее действия приравниваются к подстрекательству. Они далее отмечали, что внутригосударственные суды не изучили длжным образом их утверждения о том, что преступления, в которых они обвинялись, были спровоцированы сотрудниками полиции.

18. Европейский Суд напоминает, что отсутствие в правовой системе Российской Федерации ясной и предсказуемой процедуры санкционирования контрольных закупок остается структурной проблемой, из-за которой заявители подвергаются произвольным действиям со стороны полиции и которая препятствует судам страны в проведении эффективной судебной проверки по их жалобам на провокацию (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Лагутин и другие против Российской Федерации", § 134, и упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Веселов и другие против Российской Федерации", 126127). Настоящее дело аналогично другим делам против Российской Федерации о подстрекательстве к совершению преступления, в которых Европейский Суд уже признавал наличие нарушений в связи с недостатками процедуры санкционирования и проведения контрольной закупки наркотиков (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Сергей Лебедев и другие против Российской Федерации", упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Еремцов и другие против Российской Федерации", упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Лагутин и другие против Российской Федерации", упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Веселов и другие против Российской Федерации" и упоминавшиеся выше Постановления Европейского Суда по делам "Ваньян против Российской Федерации" и "Худобин против Российской Федерации").

19. Соответственно, Европейский Суд не видит причин для того, чтобы отступить от своих более ранних выводов по этому вопросу, и постановляет, что уголовное производство в отношении троих заявителей несовместимо с понятием справедливо го разбирательства. Учитывая свою сложившуюся прецедентную практику, Европейский Суд считает, что в отношении каждого заявителя имело место нарушение статьи 6 Конвенции.

 

III. Предполагаемое нарушение пункта 1 и подпункта "d" пункта 3 статьи 6 Конвенции

 

20. Заявители также жаловались на то, что они не могли задать вопросы свидетелям, дававшим показания против них. Заявитель Мамонтов утверждал, что Ф. и Х., которые подслушали их разговор с сотрудником полиции, работавшим под прикрытием, не были допрошены в суде. Заявитель Бачинский утверждал, что свидетели М. и Г., которые купили у него наркотики, не были допрошены в суде. Заявительница Кардашева указывала, что суд не допросил свидетеля T., который купил у нее наркотики. Заявители ссылались на пункт 1 и подпункт "d" пункта 3 статьи 6 Конвенции. Власти Российской Федерации не представили каких-либо комментариев об отсутствии свидетелей в деле заявителя Мамонтова. Они далее отмечали, что один из свидетелей в деле заявителя Бачинского скончался, и не представили пояснений относительно отсутствия другого свидетеля. Наконец, власти Российской Федерации утверждали, что заявительница Кардашева имела возможность задать вопросы Т. во время очной ставки.

21. Европейский Суд ранее приходил к выводу, что право на допрос свидетелей, чьи показания имеют отношение к оценке жалобы на подстрекательство, является одной из гарантий против превышения полномочий при проведении контрольных закупок (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Лагутин и другие против Российской Федерации", § 101, а также упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Банникова против Российской Федерации", § 65). Он далее полагает, что настоящая жалоба связана с рассмотренной ранее и касается производства, которое Европейский Суд признал несправедливым. Соответственно, он объявляет приемлемыми для рассмотрения по существу жалобы на отсутствие свидетелей, поданные тремя заявителями.

22. Однако учитывая выводы в отношении пункта 1 статьи 6 Конвенции (см. § 19 настоящего Постановления), Европейский Суд полагает, что отсутствует необходимость в отдельном рассмотрении вопроса о том, имело ли место в настоящем деле нарушение подпункта "d" пункта 3 статьи 6 Конвенции.

 

IV. Иные предполагаемые нарушения Конвенции

 

23. Наконец, заявители подали дополнительные жалобы со ссылкой на различные статьи Конвенции. Европейский Суд изучил эти жалобы, представленные заявителями. Однако с учетом имеющихся в его распоряжении материалов, а также в той части, в которой данные вопросы относятся к его компетенции, Европейский Суд считает, что данные жалобы не содержат каких-либо признаков нарушения прав и свобод, предусмотренных Конвенцией и Протоколами к ней. Следовательно, они являются явно необоснованными и должны быть отклонены в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.

 

V. Применение статьи 41 Конвенции

 

24. Статья 41 Конвенции гласит:

 

"Если Европейский Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".

A. Ущерб

 

25. Заявители требовали следующие суммы в качестве компенсации морального вреда: Мамонтов - 547 000 евро; Бачинский - 100 000 евро; Кардашева - 4 000 евро.

26. Власти Российской Федерации утверждали, что требования заявителей о компенсации морального вреда являются чрезмерными и необоснованными.

27. В настоящем деле Европейский Суд полагает, что при определении суммы справедливой компенсации следует принять во внимание тот факт, что заявители в нарушение статьи 6 Конвенции были лишены справедливого разбирательства в силу того, что они были признаны виновными в преступлениях, связанных с незаконным оборотом наркотиков, совершенных в результате подстрекательства со стороны сотрудников полиции. Им был причинен моральный вред в результате нарушения их прав. Однако суммы, затребованные заявителями, представляются чрезмерными. Исходя из принципа справедливости, Европейский Суд присуждает каждому заявителю по 3 000 евро в качестве компенсации морального вреда, а также любые налоги, которые могут быть взысканы с этой суммы.

B. Судебные расходы и издержки

 

28. Заявительница Кардашева также требовала выплаты 100 000 рублей (около 1 200 евро) в качестве компенсации судебных расходов и издержек, понесенных при разбирательстве дела в Европейском Суде. Она предоставила копию договора об оказании юридических услуг между ею и адвокатом.

29. Власти Российской Федерации не представили комментариев относительно требований заявительницы о компенсации судебных расходов и издержек.

30. Европейский Суд установил, что договор, предоставленный заявительницей Кардашевой, не содержит подробной информации относительно особых услуг, оказанных ей во время разбирательства дела в Европейском Суде. В этом отношении Европейский Суд напоминает, что в соответствии с правилом 60 Регламента Суда должен быть представлен конкретный перечень требований по статье 41 Конвенции вместе с соответствующими подтверждающими документами или расписками, а при несоблюдении этого требования Европейский Суд может отклонить требования в целом или в части (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Бускарини и другие против Сан Марино" (Buscarini and Others v. San Marino), жалоба N 24645/94, § 48, ECHR 1999-I, а также Постановление Европейского Суда по делу "Уилсон, Национальный союз журналистов и другие против Соединенного Королевства" (Wilson, National Union of Journalists and Others v. United Kingdom), жалобы NN 30668/96, 30671/96 и 30678/96, § 68, ECHR 2002-V).

31. Соответственно, поскольку ни заявительница, ни ее адвокат не предоставили информации о проделанной работе или почасовой оплате, Европейский Суд не может определить, были ли понесенные расходы необходимыми и разумными по объему. При таких обстоятельствах и с учетом своей прецедентной практики (см. § 30 настоящего Постановления) Европейский Суд отклоняет требования заявительницы Кардашевой в отношении судебных расходов и издержек.

C. Процентная ставка при просрочке платежей

 

32. Европейский Суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна определяться исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.

На основании изложенного Суд единогласно:

1) решил объединить жалобы для рассмотрения в одном производстве;

2) объявил жалобы на нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции в связи с осуждением заявителей за преступления, спровоцированные сотрудниками полиции, а также жалобы на нарушение пункта 1 и подпункта "d" пункта 3 статьи 6 Конвенции в отношении допроса свидетелей приемлемыми для рассмотрения по существу, а в остальной части - неприемлемыми;

3) постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции в отношении каждого заявителя;

4) постановил, что отсутствует необходимость в рассмотрении жалобы на нарушения пункта 1 и подпункта "d" пункта 3 статьи 6 Конвенции;

5) постановил, что:

(a) государство-ответчик в течение трех месяцев обязано выплатить каждому заявителю по 3 000 евро (три тысячи евро), подлежащие переводу в валюту государства-ответчика по курсу, который будет установлен на день выплаты в качестве компенсации морального вреда, а также любые налоги, которые могут быть начислены на эту сумму;

(b) с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эти суммы должны начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента;

6) отклонил оставшуюся часть требований заявителей о справедливой компенсации.

 

Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 21 июня 2016 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

 

Стивен Филлипс
Секретарь
Секции Суда

Хелен Келлер
Председатель
Комитета Суда

 

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.


Постановление Европейского Суда по правам человека от 21 июня 2016 г. Дело "Мамонтов и другие (Mamontov and Others) против Российской Федерации" (Жалобы NN 46796/06, 13260/10 и 52082/10) (Третья секция)


Текст Постановления опубликован в Бюллетене Европейского Суда по правам человека. Российское издание. N 4/2017


Перевод с английского языка к.ю.н. Н.В. Прусаковой


Постановление вступило в силу 21 июня 2016 г. в соответствии с положениями пункта 2 статьи 28 Конвенции