Справка СК по гражданским делам Саратовского областного суда по результатам изучения судебной практики по материалам апелляционной инстанции по гражданским делам, рассмотренным Саратовским областным судом за второй квартал 2019 г.

 

Во втором квартале 2019 года на рассмотрение судебной коллегии по гражданским делам поступило 2188 гражданских дел, из которых по апелляционным жалобам - 1604 дела, по частным жалобам - 583 дела.

Гражданской коллегией было окончено 2308 гражданских дел (1702 дела по апелляционным жалобам (представлениям) и 606 дел по частным жалобам (представлениям)), из них оставлены без изменения решения судов первой инстанции по 1343 делам, изменены по 44 делам, отменены по 240 делам, оставлены без изменения определения судов первой инстанции по 433 делам, отменены по 160 делам.

По правилам суда первой инстанции за указанный период рассмотрено 17 гражданских дел, из которых по апелляционным жалобам - 11 дел, по частным жалобам - 6 дел.

Основанием для отмены судебных решений являлись:

- неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, - 21 дело;

- недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, - 5 дел;

- несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела - 83 дела;

- нарушение или неправильное применение норм материального права - 143 дела или норм процессуального права - 32 дела.

 

1. Судебная практика рассмотрения дел по спорам, возникающим из гражданских правоотношений

 

Определение N 33-3775

1.1. Правила главы 47 ГК РФ применяются к обязательствам лица, которому судебными приставами-исполнителями передано на хранение арестованное имущество должника. Подтверждением возникновения такого обязательства является акт о наложении ареста на имущество с подписью лица, получившего это имущество на хранение.

На лицо, которое получило на хранение имущество и расписалось в акте о наложении ареста (описи имущества), распространяются обязанности хранителя, предусмотренные положениями ст.ст. 891 и 900 ГК РФ, и оно как хранитель отвечает за утрату, недостачу или повреждение вещей, принятых на хранение, по основаниям, предусмотренным ст. 401 ГК РФ (п. 1 ст. 901 ГК РФ).

Федеральная служба судебных приставов России обратилась в суд с иском к В.О.А. о взыскании с В.О.А. в порядке регресса денежных средств.

Требования мотивированы тем, что 30.01.2015 года судебным приставом-исполнителем Волжского РОСП г. Саратова в рамках исполнительного производства N 40475/64040-ИП, возбужденного 02.12.2014 года на основании исполнительного листа, выданного 14.10.2014 года по решению Краснокутского районного суда Саратовской области об обязании ООО "А" безвозмездно устранить недостатки выполненной работы по договору, взыскании неустойки в размере 231240 рублей, компенсации морального вреда в сумме 3000 рублей, штрафа в размере 117120 рублей, произведено изъятие имущества, принадлежащего ООО "А", с последующим наложением на него ареста.

Данное имущество передано на хранение представителю взыскателя В.О.А.

ООО "А" обязательства перед взыскателем в рамках исполнительного производства были исполнены в полном объеме посредством выплаты денежных средств, в связи с чем 23.03.2015 года и 01.04.2015 года изъятое имущество было возвращено ООО "А".

Между тем на момент возврата имущество оказалось поврежденным, в связи с чем ООО "А" были причинены убытки в размере 200350 рублей 76 копеек.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Саратовской области от 02.03.2016 года с казны РФ в лице УФССП России в пользу ООО "А" взысканы причиненные в ходе исполнительного производства убытки в размере 200350 рублей 76 копеек, расходы по оплате независимой экспертизы в размере 39636 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 30000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 7799 рублей 73 копеек, а всего 277786 рублей 49 копеек.

Платежным поручением от 16.05.2017 года денежные средства в размере 277786 рублей 49 копеек перечислены на счет ООО "А".

Истцом указано, что имущество повреждено по вине В.О.А., а поэтому он вправе требовать от В.О.А. возмещение причиненных убытков в порядке регресса.

Решением Ленинского районного суда г. Саратова от 21.12.2017 года в удовлетворении исковых требований УФССП России отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Саратовского областного суда от 23.05.2018 года решение Ленинского районного суда г. Саратова от 21.12.2017 года оставлено без изменения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 19.03.2019 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Саратовского областного суда от 23.05.2018 года отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

При повторном рассмотрении дела судебная коллегия не согласилась с выводами суда по следующим основаниям.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции исходил из того, что договор хранения между В.О.А. и УФССП России не заключался, судебными приставами после передачи арестованного имущества на хранение не принимались какие-либо меры по обеспечению его сохранности: выезды к месту хранения и осмотры имущества, а также какой-либо иной контроль за ним не осуществлялись.

На основании данных обстоятельств суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых и фактических оснований для удовлетворения регрессных требований.

В силу п. 1 ст. 886 ГК РФ по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

Подпунктом 1 п. 1 ст. 161 и п. 1 ст. 887 ГК РФ предусмотрено, что договор хранения между юридическим лицом и гражданином должен быть заключен в письменной форме.

В соответствии с п. 2 ст. 887 ГК РФ простая письменная форма договора хранения считается соблюденной, если принятие вещи на хранение удостоверено хранителем выдачей поклажедателю сохранной расписки, квитанции, свидетельства или иного документа.

В соответствии со ст. 906 ГК РФ правила главы 47 указанного кодекса применяются к обязательствам хранения, возникающим в силу закона, если законом не установлены иные правила.

Согласно ст. 86 Федерального закона от 02.10.2007 года N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" движимое имущество должника, на которое наложен арест, передается на хранение под роспись в акте о наложении ареста должнику или членам его семьи, взыскателю либо лицу, с которым ФССП России или ее территориальным органом заключен договор.

Правила главы 47 ГК РФ применяются к обязательствам лица, которому судебными приставами-исполнителями передано на хранение арестованное имущество должника. Подтверждением возникновения такого обязательства является акт о наложении ареста на имущество с подписью лица, получившего это имущество на хранение.

Основанием заявленных УФССП России исковых требований о взыскании с В.О.А. денежных средств явилось право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченных убытков.

Суд не учел приведенные выше правовые нормы, а также тот факт, что В.О.А. при передаче ей на хранение имущества расписалась в акте о наложении ареста (описи имущества) от 30.01.2015 года, в связи с чем на нее распространялись обязанности хранителя, предусмотренные положениями ст.ст. 891 и 900 ГК РФ, и она как хранитель отвечала за утрату, недостачу или повреждение вещей, принятых на хранение, по основаниям, предусмотренным ст. 401 ГК РФ (п. 1 ст. 901 указанного кодекса).

Согласно п.п. 1 и 2 ст. 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

В соответствии с п.п. 2, 3 ст. 902 ГК РФ при безвозмездном хранении убытки, причиненные поклажедателю утратой, недостачей или повреждением вещей, возмещаются: 1) за утрату и недостачу вещей - в размере стоимости утраченных или недостающих вещей; 2) за повреждение вещей - в размере суммы, на которую понизилась их стоимость. В случае, когда в результате повреждения, за которое хранитель отвечает, качество вещи изменилось настолько, что она не может быть использована по первоначальному назначению, поклажедатель вправе от нее отказаться и потребовать от хранителя возмещения стоимости этой вещи, а также других убытков, если иное не предусмотрено законом или договором хранения.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Саратовской области от 02.03.2016 года установлено, что повреждение принадлежащего ООО "А" имущества произошло в период его нахождения под арестом в рамках исполнительного производства. Данные обстоятельства в силу положений ст. 61 ГПК РФ не подлежат доказыванию в рамках рассмотрения настоящего гражданского дела.

Поскольку в момент наложения ареста имущество было передано на хранение В.О.А., следовательно, его повреждение произошло в период хранения.

В.О.А. не представлено доказательств отсутствия вины в порче части хранящегося у нее имущества, в связи с чем она несет ответственность в пределах, определенных ст. 902 ГК РФ.

В соответствии со ст. 1081 ГК РФ лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом, имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 87 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.11.2015 года N 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства", по смыслу статьи 1081 ГК РФ в порядке регресса вправе взыскать сумму возмещенного вреда с лица, виновного в его причинении, например, при утрате имущества - с лица, которому имущество передано на хранение (хранителя или должника).

При таких обстоятельствах, поскольку в качестве представителя ответчика по основному обязательству о возмещении вреда с РФ за счет казны РФ выступает ФССП России, то последняя вправе предъявить иск от имени РФ в порядке регресса к лицу, виновному в причинении вреда и у суда первой инстанции не имелось оснований для отказа в удовлетворении данных исковых требований в силу установленных выше обстоятельств.

Решение суда первой инстанции было отменено в связи с ошибочным толкованием норм материального права и неправильным определением обстоятельств, имеющих значение для дела. По делу принято новое решение о взыскании с В.О.А. в пользу ФССП России материального ущерба в сумме 277786 рублей 49 копеек, расходов по уплате государственной пошлины.

 

 

Определение N 33-1751

1.2. В защиту прав и законных интересов неопределенного круга потребителей лицами, указанными в ст.ст. 45 и 46 ГПК РФ, ст.ст. 44-46 Закона "О защите прав потребителей", могут быть заявлены лишь требования, целью которых является признание действий ответчика противоправными или прекращение противоправных действий ответчика (ст. 1065 ГК РФ, ст. 46 Закона "О защите прав потребителей").

Право лица, в том числе выступающего в пользу другого лица либо неопределенного круга лиц, предъявлять иски в суды о прекращении противоправных действий изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) в отношении неопределенного круга потребителей на обращение в суд с требованием, предусмотренным абз. 1 ст. 46 Закона "О защите прав потребителей", не является самоцелью, а его удовлетворение допускается, если осуществление действий, о запрете которых заявлен иск, создает опасность наступления для потребителей вредных последствий, что соответствует правовому регулированию, изложенному в абз. 3 ст. 46 Закона "О защите прав потребителей".

Территориальный отдел Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия по Саратовской области обратился в суд с иском в защиту прав и законных интересов неопределенного круга лиц к ООО "А", в котором просил признать действия ООО "А", связанные с нарушением изготовителем, исполнителем (лицом, выполняющим функции иностранного изготовителя), продавцом требований технических регламентов или подлежащих применению до дня вступления в силу соответствующих технических регламентов обязательных требований к продукции либо продукции и связанным с требованиями к продукции процессам проектирования (включая взыскания), производства, строительства, монтажа, наладки, эксплуатации, хранения, перевозки, реализации и утилизации, либо выпуск в обращение продукции, не соответствующей таким требованиям, повлекшие причинение вреда жизни или здоровью граждан противоправными. Обязать ООО "А" довести решение суда через средства массовой информации или иным способом (размещением в уголке потребителей) до сведения потребителей.

Требования обоснованы тем, что Управлением Роспотребнадзора по Саратовской области при проведении эпидемиологического расследования в отношении ООО "А" по факту возникновения 10 случаев инфекционной заболеваемости среди населения (из них 8 человек, употреблявших с 02.07.2018 года по 03.07.2018 года продукцию (роллы), изготовленную на предприятии общественного питания "А-С С" и 2 человек сотрудников предприятия "А-С С" ООО "А") установлен факт нарушения требований технического регламента Таможенного Союза ТР ТС 021/2011 "О безопасности пищевых продуктов". В соответствии с экспертным заключением ФБУЗ "Центр гигиены и эпидемиологии Саратовской области" N 2615 от 10.07.2018 года по протоколам лабораторных исследований результаты исследований образцов проб готовых блюд (роллы) и пищевых продуктов, отобранных для экспертизы 05.07.2018 года в "А-С С", по микробиологическим показателям не соответствуют требованиям ТР ТС 021/2011 "О безопасности пищевых продуктов". Таким образом, ООО "А" совершило правонарушение, предусмотренное ч. 2 ст. 14.43 КоАП РФ. Постановлением Октябрьского районного суда г. Саратова от 24.07.2018 года ООО "А" признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.6. КоАП РФ. В отношении ответчика назначено наказание в виде приостановления деятельности торгового помещения по общественному питанию сроком на 90 суток.

Решением Волжского районного суда г. Саратова от 03.12.2018 года исковые требования удовлетворены.

Разрешая исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что осуществляемая ответчиком деятельность по изготовлению и реализации пищевых продуктов не соответствует требованиям ТР ТС 021/2011 "О безопасности пищевых продуктов", чем нарушаются права и законные интересы неопределенного круга лиц.

Судебная коллегия не согласилась с указанными выводами суда по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, на основании распоряжения заместителя главного государственного санитарного врача N 28-в от 05.07.2018 года была проведена проверка в отношении предприятия общественного питания "А-С С" ООО "А", расположенного по адресу: г. Саратов, ул. Ч-а, дом N...

Актом эпидемиологического расследования очага инфекционной (паразитарной) болезни с установлением причинно-следственной связи от 20.07.2018 года N 28-в выявлены нарушения санитарно-гигиенического (противоэпидемического) режима.

В соответствии с экспертным заключением ФБУЗ "Центр гигиены и эпидемиологии Саратовской области" N 2615 от 10.07.2018 года по протоколам лабораторных исследований результаты исследований образцов проб готовых блюд (роллы) и пищевых продуктов, отобранных для экспертизы 05.07.2018 года, в "А-С С", по микробиологическим показателям не соответствуют требованиям ТР ТС 021/2011 "О безопасности пищевых продуктов".

30.07.2018 года главным специалистом - экспертом территориального отдела Управления Роспотребнадзора по Саратовской области составлен протокол N 195 об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 14.43 КоАП РФ.

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 17.09.2018 года ООО "А" привлечено к административной ответственности, предусмотренное ч. 2 ст. 14.43 КоАП РФ.

Постановлением Октябрьского районного суда г. Саратова от 11.07.2018 года ООО "А" признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.6 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде административного приостановления деятельности предприятия общественного питания "А-С С", расположенного по адресу: г. Саратов, ул. Ч-а, дом N ..., сроком на 90 суток.

Постановлением Октябрьского районного суда г. Саратова от 25.07.2018 года досрочно прекращено административное приостановление деятельности предприятия общественного питания "А-С С", назначенное в отношении ООО "А" постановлением Октябрьского районного суда г. Саратова от 11.07.2018 года.

В соответствии с положениями ст. 46 Закона РФ от 07.02.1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей" (далее по тексту - Закон "О защите прав потребителей") орган государственного надзора, органы местного самоуправления, общественные объединения потребителей (их ассоциации, союзы) вправе предъявлять иски в суды о прекращении противоправных действий изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) в отношении неопределенного круга потребителей.

При удовлетворении такого иска суд обязывает правонарушителя довести в установленный судом срок через средства массовой информации или иным способом до сведения потребителей решение суда.

Согласно п. 1 Положения о Федеральной службе по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, утвержденного постановлением Правительства РФ от 30.06.2004 года N 322, Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека (Роспотребнадзор) является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере защиты прав потребителей, разработке и утверждению государственных санитарно-эпидемиологических правил и гигиенических нормативов, а также по организации и осуществлению федерального государственного санитарно-эпидемиологического надзора и федерального государственного надзора в области защиты прав потребителей.

Реализацию соответствующих полномочий Роспотребнадзор осуществляет исходя из содержания федерального государственного надзора в области защиты прав потребителей, в целом определенного положениями ст. 40 Закона "О защите прав потребителей".

Из разъяснений, содержащихся в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", следует, что в защиту прав и законных интересов неопределенного круга потребителей лицами, указанными в ст.ст. 45 и 46 ГПК РФ, ст.ст. 44-46 Закона "О защите прав потребителей", могут быть заявлены лишь требования, целью которых является признание действий ответчика противоправными или прекращение противоправных действий ответчика (ст. 1065 ГК РФ, ст. 46 Закона "О защите прав потребителей").

Вместе с тем согласно ст. 4 ГПК РФ обращение в суд лица, в том числе выступающего в пользу другого лица либо неопределенного круга лиц, должно быть направлено на защиту их прав, свобод или законных интересов, что соответствует задачам гражданского судопроизводства, определенным в ст. 2 ГПК РФ.

Таким образом, право истца на обращение в суд с требованием, предусмотренным абз. 1 ст. 46 Закона "О защите прав потребителей", не является самоцелью, а его удовлетворение допускается, если осуществление действий, о запрете которых заявлен иск, создает опасность наступления для потребителей вредных последствий, что соответствует правовому регулированию, изложенному в абз. 3 ст. 46 данного Закона.

Предъявление такого иска корреспондирует способу защиты, предусмотренному в ст. 1065 ГК РФ, то есть предупреждению причинения вреда, что согласуется с разъяснениями, содержащимися в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей".

Абзац 3 ст. 46 Закона "О защите прав потребителей" содержит указание на то, что вступившее в законную силу решение суда о признании действий изготовителя противоправными обязательно для суда, рассматривающего иск потребителя о защите его прав, возникших вследствие наступления гражданско-правовых последствий таких действий. Указанная норма подлежит толкованию и применению во взаимосвязи с положениями этой же статьи закона, содержащимися в абз. 1, где круг полномочий органов государственного надзора на обращение в суд определен путем указания на возможность предъявления иска о прекращении противоправных действий. Учитывая, что первоначальным условием для удовлетворения таких требований является установление самого факта противоправности, каких-либо противоречий между положениями, содержащимися в абзацах первом и третьем указанной статьи не имеется. Требование о признании деятельности противоправной может быть лишь составной частью основного требования о прекращении такой деятельности. Содержащаяся в абз. 3 ст. 46 Закона "О защите прав потребителей" ссылка на решение суда, которым установлена противоправность деятельности исполнителя, не определяет право истца на обращение в суд с такими требованиями в качестве самостоятельного иска.

Учитывая, что Управление Роспотребнадзора по Саратовской области просит признать противоправными действия ответчика, совершенные в июле 2018 года, за что общество уже было привлечено к административной ответственности, и доказательств тому, что ответчик допускает нарушения по настоящее время, не представлено, обращение истца в суд с указанными требованиями не направлено в защиту прав и интересов неопределенного круга лиц, а удовлетворение такого иска не приведет к реализации целей и задач, установленных приведенными выше нормами права.

Решение суда первой инстанции было отменено в связи неправильным применением норм материального права, с принятием по делу нового решения об отказе территориальному отделу Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия по Саратовской области в удовлетворении исковых требований.

 

Определение N 33-3550

1.3. Проведение операций на внебиржевых рынках посредством торговой платформы, путем заключения клиентского соглашения с компанией, направлено на систематическое получение прибыли, то есть по сути является предпринимательской деятельностью и не может быть направлено на удовлетворение личных (бытовых) нужд, поэтому Закон РФ "О защите прав потребителей" не подлежит применению к таким правоотношениям.

О.Д.А. обратился в суд с иском к ПАО "С Р", Банку ВТБ (ПАО), в котором просил взыскать с ответчиков убытки за неосуществление процедуры, неустойку, компенсацию морального вреда, штраф.

Требования мотивировал тем, что истец является владельцем карт международной платежной системы MasterCard, выпущенными Банком ВТБ (ПАО), ПАО "С Р".

В период с 15.11.2017 года по 09.02.2018 года он заказывал услуги в торгово-сервисном предприятии DL (с использованием сайта https://dividendcare.com). В счет оплаты услуг на счет компании им перечислялись денежные средства. С использованием карты, выпущенной Банком ВТБ (ПАО), было перечислено 115100 долларов США, с использованием карты, выпущенной ПАО "С Р" перечислено 5777586 рублей 24 копейки. Затем он обнаружил, что услуга торгово-сервисным предприятием DL ему не оказывается и 03.03.2018 года обратился в вышеназванные банки с заявлениями на процедуру "чарджбек". В проведении указанной процедуры банками было отказано.

Решением Кировского районного суда г. Саратова от 17.01.2019 года исковые требования О.Д.А. удовлетворены частично.

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводам, что ответчики, отказав истцу в инициировании процедуры "чарджбек", причинили ему убытки на те суммы, которые истец не вернул со своего торгового счета компании D L, права истца как потребителя были нарушены ответчиками при оказании истцу финансовых услуг.

Судебная коллегия с выводами суда не согласилась по следующим основаниям.

Банком России 19.06.2012 года утверждено Положение о правилах осуществления перевода денежных средств N 383-П, которым установлено, что банки не вмешиваются в договорные отношения клиентов. Взаимные претензии между плательщиком и получателем денежных средств, кроме возникших по вине банков, решаются в установленном законодательством порядке без участия банка. Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (ст. 15 ГК РФ). Для взыскания убытков необходимо установить причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившим вредом.

Правила платежной системы "МастерКард" в России" (далее - Правила) утверждены 21 июня 2016 года генеральным директором общества с ограниченной ответственностью "МастерКард". Согласно разделу А указанных Правил они распространяются на все выпускаемые в России продукты и действуют в отношении внутринациональных операций Участников.

Российские правила обязательны для участников, операторов услуг платежной инфраструктуры и оператора платежной системы по всем вопросам, затрагиваемым в них. Российские правила не создают каких либо прав или обязательств для держателей карт или торговых точек.

Держатели карт и торговые точки не участвуют в отношениях, регулируемых Российскими правилами. Участники платежной системы - юридические лица, указанные в п. 1 ч. 1 ст. 21 Федерального закона "О национальной платежной системе" (операторы по переводу денежных средств (включая операторов электронных денежных средств) и принявшие Российские Правила для целей оказания услуг по переводу денежных средств. Согласно п. 22.4 Правил участники могут оспорить отдельные операции посредством операции опротестования, если определено основание для операции опротестования. Процедура "чарджбек" представляет собой процедуру опротестования платежной операции по заявлению держателя карты.

В ходе указанной процедуры банк-эмитент, выпустивший карту, передает заявление держателя карты через международную платежную систему банку-эквайеру (банку, обслуживающему торгово-сервисное предприятие). Банк-эквайер, в свою очередь, делает запрос торгово-сервисному предприятию для получения информации о возникшей спорной ситуации.

На основании полученной информации он либо производит возврат денежных средств держателю карты, либо отказывает в возврате денежной суммы, оплаченной держателем карты по оспариваемым платежным операциям. Отказ может иметь место, если спорная операция не соответствует предусмотренным правилами платежной системы основаниям оспаривания или если банк-эквайер может предоставить информацию, которая опровергает доказательства, представленные в заявлении на "чарджбек".

Между О.Д.А. и компанией D L было заключено клиентское соглашение об открытии торгового счета для проведения операций на внебиржевых рынках посредством торговой платформы.

В связи с обращением О.Д.А. ПАО "С Р" был сделан запрос в ООО НКО "Я.Д" как к агрегатору переводов денежных средств без открытия счета с использованием электронных денежных средств. Из ответа ООО НКО "Я.Д" следует, что переводы истца являлись операциями пополнения торгового счета О.Д.А., открытого в компании D L.

Денежные средства были успешно зачислены в данную организацию на торговый счет клиента для проведения торгов и иных инвестиционных операций. ООО НКО "Я.Д" также представлена в ПАО "С Р" копия ответа компании G P F от 22.03.2018 года, согласно которому данная компания сотрудничает с компанией D L, оказывает ей услуги и в ответ на претензию О.Д.А. сообщает, что услуги данному клиенту были предоставлены в полном объеме и должным образом.

О.Д.А. в полной мере воспользовался оплаченными им услугами, а именно, проводил операции по торговому счету. Подтверждением является выписка по торговому счету клиента, а также выписка по торговому счету с указанием IP адреса проводимых операций, который точно совпадает с адресом клиента. Из указанного ответа следует, что компания D L денежные средства истцу не возвратила.

Таким образом, убытки у истца возникли в результате заключения им вышеназванного клиентского соглашения и деятельности компании D L, но не по вине банков.

Делая указанный вывод, судебная коллегия приняла во внимание то, что требуемая истцом процедура "чарджбек" не дает 100% гарантии возврата денежных средств клиента, а лишь предоставляет одну из возможностей их возврата. Учитывая изложенное, судебная коллегия считает, что у суда первой инстанции не имелось законных оснований для удовлетворении требований истца о взыскании с ответчиков убытков.

Согласно преамбуле Закона "О защите прав потребителей" данный закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг). Потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Проведение операций на внебиржевых рынках посредством торговой платформы, которые намеревался совершать истец, заключая клиентское соглашение с компанией D L, направлено на систематическое получение прибыли, то есть, по сути, является предпринимательской деятельностью и не может быть направлено на удовлетворение личных (бытовых) нужд.

Таким образом, в указанных случаях истец воспользовался финансовыми услугами банков не для удовлетворения личных бытовых нужд, а для совершения деятельности, направленной на извлечение прибыли, поэтому Закон РФ "О защите прав потребителей" в данном случае применению не подлежит, а значит, не подлежат удовлетворению исковые требования истца к ответчикам о взыскании неустойки, компенсации морального вреда, штрафа.

В связи с несоответствием выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела, нарушением норм материального права решение суда первой инстанции отменено с принятием нового решения об отказе истцу в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

 

Определение N 33-4558

1.4. Стороны договора страхования вправе по своему усмотрению определить перечень случаев, признаваемых страховыми, а также случаев, которые не могут быть признаны страховыми.

Действия истца, направленные на получение страхового возмещения при отсутствии соблюдения самим истцом условий договора о допуске к управлению транспортным средством только лиц, согласованных со страховщиком, следует расценивать как злоупотребление правом (ст. 10 ГК РФ), что влечет за собой отказ в удовлетворении исковых требований.

Р.Р.С. обратился в суд с иском к ПАО СК "Р" о взыскании страхового возмещения, неустойки, штрафа, компенсации морального вреда, возложении на ответчика обязанности принять годные остатки автомобиля, судебных расходов.

Требования обоснованы тем, что в связи с произошедшим 24 сентября 2017 года ДТП, в результате которого автомобилю истца был причинен ущерб, истец обратился с заявлением о выплате страхового возмещения в страховую компанию ПАО СК "Р", в которой застраховано имущество на основании договора добровольного страхования. Страховщик отказал в выплате страхового возмещения, ссылаясь на отсутствие факта наступления страхового случая, предусмотренного договором страхования.

В связи с отказом в выплате страхового возмещения, по инициативе истца ООО "ТЭ" был определен размер причиненного ущерба автомобилю истца, который составляет 706344 рублей.

19.01.2018 года истец обратился к ответчику с претензией о выплате страхового возмещения, приложив необходимые документы, вместе с тем до настоящего времени ответчиком выплата денежных средств не произведена.

Решением Кировского районного суда г. Саратова от 24.07.2018 года исковые требования Р.Р.С. удовлетворены.

Принимая решение об удовлетворении заявленных исковых требований, суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные доказательства, руководствуясь положениями ст.ст. 1064, 15, 927, 929, 930, 940, 943, 314 ГК РФ, п. 34 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 года N 20 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан", ст. 13 Закона РФ от 07.02.1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей", исходил из того, что отказ в выплате страхового возмещения по мотиву управления в момент дорожно-транспортного происшествия застрахованным автомобилем лицом, не указанным в договоре страхования, противоречит закону, поскольку такого основания для освобождения от выплаты страхового возмещения ни нормами ГК РФ, ни иным законом не предусмотрено, в связи с чем пришел к выводу о наступлении страхового случая и, как следствие, о наличии оснований для взыскания страхового возмещения.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Саратовского областного суда от 24.07.2018 года решение Кировского районного суда г. Саратова от 24.04.2018 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба ПАО СК "Р" - без удовлетворения.

Определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 23.04.2019 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Саратовского областного суда от 24.07.2018 года отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

При повторном рассмотрении дела судебная коллегия не согласилась с выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.

В силу ч. 4 ст. 67 ГПК РФ результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

К числу основных начал гражданского законодательства относится свобода договора (п. 1 ст. 1 ГК РФ).

Согласно п. 4 ст. 421 названного кодекса условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422).

В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

Таким образом, в силу принципа свободы договора стороны вправе согласовать любое условие договора, которое не противоречит нормам закона.

В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии со ст. 927 ГК РФ страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

Согласно ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В соответствии со ст. 940 ГК РФ договор страхования должен быть заключен в письменной форме.

На основании ст. 943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования). Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре.

В соответствии с п. 1 ст. 930 ГК РФ имущество может быть застраховано по договору страхования в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества.

Как следует из п. 1 ст. 5 Закона РФ от 27.11.1992 года N 4015-1 "Об организации страхового дела в РФ", страхователями признаются юридические лица и дееспособные физические лица, заключившие со страховщиками договоры страхования либо являющиеся страхователями в силу закона.

Согласно подп. 2 п. 1 ст. 942 ГК РФ при заключении договора имущественного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (страхового случая).

Пунктом 2 ст. 9 Закона РФ от 27.11.1992 года N 4015-1 "Об организации страхового дела в РФ" предусмотрено, что страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

Как следует из разъяснений, данных в п. 49 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 года N 20 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан", правила добровольного страхования автотранспортных средств распространяются на лицо, допущенное согласно договору страхования к управлению транспортным средством, которое использует это транспортное средство на основании гражданско-правового или трудового договора и имеет интерес в сохранении этого имущества. Как на страхователя, в связи с чем страховщик не обладает правом требовать взыскания с данного лица выплаченной суммы страхового возмещения в порядке суброгации, предусмотренной п. 1 ст. 965 ГК РФ.

Из приведенных правовых норм в их системном толковании с принципом свободы договора следует, что стороны договора страхования вправе по своему усмотрению определить перечень случаев, признаваемых страховыми, а также случаев, которые не могут быть признаны страховыми.

Как установлено судом первой инстанции, п. 2.4 договора добровольного страхования транспортного средства от 22.11.2016 года содержит условие, согласно которому страховым случаем не признается событие, произошедшее при эксплуатации транспортного средства лицом, не указанным в договоре страхования (страховом полисе) в качестве лица, допущенного к управлению.

Судом также установлено, что ДТП, вследствие которого застрахованному автомобилю причинены повреждения, произошло по вине М.О.С., которая не указана в договоре страхования в качестве лица, допущенного к управлению этим транспортным средством.

Таким образом, условиями заключенного сторонами договора страхования предусмотрено, что к страховым рискам относятся только те ДТП, в которых транспортным средством управляло лицо, указанное в полисе.

Вместе с тем, суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, не учел условия договора страхования, предусматривающего перечень случаев, которые не могут быть признаны страховыми.

Судебная коллегия, проанализировав представленные доказательства, пришла к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований Р.Р.С. о взыскании страхового возмещения, неустойки, штрафа и компенсации морального вреда, поскольку ДТП, произошедшее при управлении застрахованным транспортным средством Hyundai Solaris, лицом, не указанным в договоре страхования (страховом полисе) в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством, не является страховым случаем.

Доказательств обратного в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ истцом ни суд первой, ни в суд апелляционной инстанций не представлено.

Судебная коллегия также учла разъяснения, изложенные в п. 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 года N 20 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан", согласно которому участниками договора добровольного страхования имущества являются страховщик (страховая организация или общество взаимного страхования) как профессиональный участник рынка страховых услуг, действующий на основании лицензии, с одной стороны, и страхователь, выгодоприобретатель как потребители услуг, с другой стороны, которые должны действовать добросовестно при установлении, осуществлении и защите своих прав и при исполнении обязанностей (ст. 1 ГК РФ).

Если одна из сторон для получения необоснованных преимуществ при реализации прав и обязанностей, вытекающих из договора добровольного страхования, действует недобросовестно, то в отношении данной стороны применяются последствия, предусмотренные ст. 10 ГК РФ.

Оплатив страховую премию исходя из условий договора страхования с ограниченным перечнем лиц, допущенных к управлению транспортным средством, и допустив к управлению застрахованным транспортным средством иных лиц, в данном случае, М.О.С., которая в перечень лиц, допущенных к управлению, не входит и которая допустила нарушение Правил дорожного движения РФ, в связи с чем было повреждено застрахованное транспортное средство, страхователь при реализации прав из договора страхования действует недобросовестно. Действия истца, направленные на получение страхового возмещения при отсутствии соблюдения самим истцом условий договора о допуске к управлению транспортным средством только лиц, согласованных со страховщиком, следует расценивать как злоупотребление правом (ст. 10 ГК РФ), что влечет за собой отказ в удовлетворении исковых требований.

В связи с тем, что положения ст. 963 ГК РФ предусматривают случаи освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения в тех случаях, когда страховой случай наступил, а по настоящему делу страховой случай не наступил, выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для освобождения ответчика от выплаты страхового возмещения, являются необоснованными.

Не являлась основанием для удовлетворения заявленных требований и ссылка представителя истца о том, что М.О.С. была указана в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством в договоре обязательного страхования гражданской ответственности, поскольку отношения, возникающие из договора добровольного страхования, исходя из его правовой природы, целей и предмета отличаются от отношений, возникающих из договора обязательного страхования. По договору обязательного страхования, страхователь страхует гражданскую ответственность, в то время как по договору добровольного страхования, страхователь страхует имущество, из чего следует, что условия договора добровольного страхования автомобиля не распространяются на лицо, управлявшее транспортным средством, в той же мере, как на страхователя. Принимая во внимание различие страховых договоров, распространять императивные нормы Федерального закона от 25.04.2002 года N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" на иные виды страховых договоров, в том числе договоры добровольного страхования, оснований не имеется.

Решение суда первой инстанции было отменено в связи с неправильным определением обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанностью установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствием выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела, неправильным применением норм материального права, с принятием по делу нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований.

 

Определение N 33-4878

1.5. Приведенное в ст. 238 ТК РФ понятие прямого действительного ущерба не является идентичным с понятием убытков, содержащимся в ст. 15 ГК РФ, под которыми понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Заместитель прокурора Заводского района г. Саратова обратился в суд в интересах администрации Заводского района муниципального образования "Город Саратов" с исковыми требованиями к Ж.А.В. о возмещении ущерба в порядке регресса, в обоснование которых ссылался на то, что в ходе проверки законности расходования бюджетных средств прокуратурой района установлено, что 10.02.2016 года между администрацией Заводского района в лице его Главы К.А.П. и ООО "П" заключен муниципальный контракт, по условиям которого подрядчик обязался выполнить работы по содержанию зеленых зон и дорожных сооружений на автомобильных дорогах общего пользования местного значения и прочих работ по благоустройству территории Заводского района муниципального образования "Город Саратов" в 2016 году. Стоимость работ по контракту составила 4902082 рубля 23 копейки, при этом оплата должна быть произведена по факту выполненных подрядчиком работ с требуемым качеством в течение 30 дней с момента подписания сторонами муниципального контракта, акта о приемке выполненных работ. В ходе проверки установлено, что Ж.А.В., являясь исполняющим обязанности Главы администрации Заводского района, подписал односторонний отказ от исполнения муниципального контракта. В связи с неисполнением администрацией Заводского района условий договора в части оплаты, ООО "П" обратилось в Арбитражный суд Саратовской области, решением которого по делу N А57-25910/2016 от 08.02.2017 года с администрации Заводского района в пользу общества взыскана задолженность по муниципальному контракту за июль и август 2016 года в сумме 1152296 рублей 48 копеек, пени за период с 08.09.2016 года по 10.10.2016 года в размере 11415 рублей 03 копеек, судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 30637 рублей.

В сентябре 2017 года ООО "П" обратилось в Арбитражный суд Саратовской области с исковыми требованиями к администрации Заводского района о взыскании неустойки за несвоевременную оплату задолженности по муниципальному контракту за июль 2016 года за период с 11.10.2016 года по 07.06.2017 года в размере 68491 рубля 20 копеек, неустойки за несвоевременную оплату задолженности по муниципальному контракту за август 2016 года за период с 15.10.2016 года по 07.06.2017 года в размере 7434 рублей. Решением Арбитражного суда Саратовской области от 20.12.2017 года по делу N А57-21743/2017 заявленные ООО "П" исковые требования были удовлетворены в полном объеме.

Прокурор, ссылаясь на то, что Ж.А.В., используя свое должностное положение, вопреки требованиям бюджетного законодательства по своему усмотрению принял решение об одностороннем отказе от исполнения муниципального контракта, повлекшее за собой вред, причиненный подрядчику и как следствие - администрации Заводского района убытки в виде оплаты неустойки и судебных расходов, просил взыскать с Ж.А.В. сумму причиненного ущерба в размере 121014 рублей 23 копеек.

Решением Октябрьского районного суда г. Саратова от 13.11.2018 года с Ж.А.В. в пользу администрации Заводского района муниципального образования "Город Саратов" в счет возмещения ущерба взысканы денежные средства в сумме 121014 рублей 23 копеек, в доход бюджета муниципального образования "Город Саратов" - государственная пошлина в сумме 3620 рублей 28 копеек.

Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что неустойка и государственная пошлина, взысканная решениями Арбитражного суда Саратовской области и выплаченная администрацией Заводского района ООО "П" в рамках исполнения судебных решений является прямым действительным ущербом работодателя, в связи с чем пришел к выводу о том, что Ж.А.В., как и.о. Главы администрации несет полную материальную ответственность.

Судебная коллегия не согласилась с выводом суда первой инстанции, поскольку он основан на ошибочном толковании норм материального права.

Как следует из положений ст. 238 ТК РФ под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В абз. 2 п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснено, что под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

Таким образом, данное в приведенной норме ТК РФ понятие прямого действительного ущерба не является идентичным с понятием убытков, содержащимся в ст. 15 ГК РФ, под которыми понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из системного толкования норм права в их взаимосвязи судебная коллегия пришла к выводу о том, что неустойка и расходы на уплату государственной пошлины не подпадают под понятие прямого действительного ущерба, возникшего вследствие причинения вреда при исполнении трудовых обязанностей, в связи с чем решение суда отменила и отказала прокурору в удовлетворении исковых требований.

 

2. Судебная практика рассмотрения дел по спорам, возникающим из семейных правоотношений

 

Определение N 33-3883

2.1. Факт отцовства может быть установлен судом по правилам особого производства, предусмотренным главой 28 ГПК РФ, при условии, что не возникает спора о праве. При этом факт отцовства может устанавливаться только в случае предполагаемого происхождения ребенка от конкретного человека.

К.О.А. обратилась в суд в интересах несовершеннолетней К.П.С. с иском к Е.В.Н. об установлении факта признания отцовства, признании права собственности в порядке наследования.

В обоснование заявленных требований указала, что с 1995 года находилась в фактических брачных отношениях с П.С.Н. В 2001 году совместно с ним было принято решение об удочерении Б.И.С. Решением Фрунзенского районного суда г. Саратова от 01.11.2001 года было установлено удочерение К.О.А. несовершеннолетней Б.И.С., ребенку присвоена фамилия, имя и отчество К.П.С.. Отделом ЗАГС по Заводскому району г. Саратова было выдано свидетельство о рождении К.П.С., в котором в графе отец указан К.С.Н., то есть имя и отчество П.С.Н. С ним К.О.А. длительное время проживала одной семьей, они вели общее хозяйство, П.С.Н. признавал К.П. своей дочерью, они вместе занимались ее воспитанием, обучением, заботились о ней, с 2003 года они всей семьей проживали в квартире, принадлежащей П.С.Н.

15.06.2018 года он внезапно скончался.

При жизни П.С.Н. относился к несовершеннолетней К.П. как к своей дочери и принимал участие в ее воспитании.

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с иском, в котором она просила установить факт того, что П.С.Н., умерший 15.06.2018 года, признавал себя при жизни отцом К.П.; признать за К.П.С. право собственности на квартиру, расположенную по адресу: г. Саратов, ул. 5-я Д-ая, д. N ..., кв. N ...

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что изложенные истцом обстоятельства нашли свое подтверждение в судебном заседании. При этом, отвергая доводы стороны ответчика о том, что П.С.Н. не является биологическим отцом, указал, что при рассмотрении настоящих требований данный факт не является юридически значимым обстоятельством.

Судебная коллегия с выводами суда не согласилась по следующим основаниям.

В силу ст. 47 СК РФ права и обязанности родителей и детей основываются на происхождении детей, удостоверенном в установленном законом порядке.

В п. 3 ст. 48 СК РФ предусмотрен добровольный порядок установления отцовства лица, не состоящего в браке с матерью ребенка.

В соответствии со ст. 49 СК РФ в случае рождения ребенка у родителей, не состоящих в браке между собой, и при отсутствии совместного заявления родителей или заявления отца ребенка (п. 4 ст. 48 настоящего Кодекса) происхождение ребенка от конкретного лица (отцовство) устанавливается в судебном порядке по заявлению одного из родителей, опекуна (попечителя) ребенка или по заявлению лица, на иждивении которого находится ребенок, а также по заявлению самого ребенка по достижении им совершеннолетия. При этом суд принимает во внимание любые доказательства, с достоверностью подтверждающие происхождение ребенка от конкретного лица.

Согласно ст. 50 СК РФ в случае смерти лица, которое признавало себя отцом ребенка, но не состояло в браке с матерью ребенка, факт признания им отцовства может быть установлен в судебном порядке по правилам, установленным гражданским процессуальным законодательством.

Изложенные нормы содержатся в главе 10 СК РФ "Установление происхождения детей".

В соответствии с разъяснениями, данными в п.п. 22-24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.05.2017 года N 16 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных с установлением происхождения детей", в случае смерти лица, которое признавало себя отцом ребенка, родившегося 01.03.1996 года и позднее, но не состояло в браке с его матерью, суд в соответствии со статьей 50 СК РФ вправе в порядке особого производства установить факт признания им отцовства.

Суд вправе также в порядке особого производства установить факт отцовства лица, не состоящего в браке с матерью ребенка, в случае смерти этого лица. Такой факт может быть установлен судом в отношении детей, родившихся 01.03.1996 года и позднее, при наличии доказательств, с достоверностью подтверждающих происхождение ребенка от данного лица (ст. 49 СК РФ), а в отношении детей, родившихся в период с 01.10.1968 года до 01.03.1996 года, - при наличии доказательств, подтверждающих хотя бы одно из обстоятельств, перечисленных в ст. 48 Кодекса о браке и семье РСФСР.

Факт признания отцовства или факт отцовства может быть установлен судом по правилам особого производства, предусмотренным главой 28 ГПК РФ, при условии, что не возникает спора о праве. Если при подаче заявления или рассмотрении дела в порядке особого производства устанавливается наличие спора о праве, подведомственного суду, суд выносит определение об оставлении заявления об установлении факта признания отцовства или факта отцовства без рассмотрения, в котором разъясняет заявителю и другим заинтересованным лицам их право разрешить спор в порядке искового производства (ч. 3 ст. 263 ГПК РФ).

Из системного толкования приведенных норм и разъяснений следует, что заявленный факт может устанавливаться только в случае предполагаемого происхождения ребенка от конкретного человека. В рассматриваемой же ситуации П.С.Н. заведомо было известно об отсутствии биологической связи между ним и дочерью К.О.А. При жизни он не смог бы воспользоваться правом, предоставленным отцу ребенка ст.ст. 48, 49 СК РФ, а намерение стать отцом девочки вправе был бы реализовать только в порядке главы 19 СК РФ (Усыновление (удочерение) детей), которая не предполагает возможности ее применения после смерти лица.

Судом первой инстанции при рассмотрении дела изложенное не было принято во внимание, а также неверно истолкована позиция Конституционного Суда РФ в определении от 17.02.2015 года N 269-О по проверке конституционности ст. 50 СК РФ.

Решение суда первой инстанции отменено в связи с неправильным применением норм материального права с принятием по делу нового решения об отказе в удовлетворении заявленных требований.

 

3. Судебная практика по применению трудового законодательства

 

Определение N 33-4646

3.1. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств дела.

Г.В.А. обратился в суд с исковыми требованиями к МБУ "Д" о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в результате несчастного случая на производстве, в обоснование которых указал, что 09.08.2016 года между МБУ "Д" и Г.В.А. заключен трудовой договор N 106, по условиям которого последний принят на должность водителя специального автомобиля на базу Кировского района МБУ "Д".

17.03.2018 года на базе Кировского района МБУ "Д" с ним произошел несчастный случай на производстве, в связи с чем был составлен акт по форме Н-1 о несчастном случае на производстве, в соответствии с которым вина за произошедший несчастный случай полностью возложена на работодателя. В результате произошедшего несчастного случая Г.В.А. был причинен тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственно угрозу для жизни.

Ссылаясь на фактические обстоятельства произошедшего, тяжесть полученной травмы, длительность реабилитации, необходимость дальнейшего лечения, перенесенные нравственные страдания Г.В.А. просил взыскать с МБУ "Д" компенсацию морального вреда в размере 800000 рублей, расходы на составление нотариальной доверенности в размере 2000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 20000 рублей.

Решением Кировского районного суда г. Саратова от 28.01.2019 года с МБУ "Д" в пользу Г.В.А. взыскана компенсация морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в результате несчастного случая на производстве 80000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 5000 рублей; в удовлетворении остальной части исковых требований отказано. С МБУ "Д" в доход муниципального бюджета муниципального образования "Город Саратов" взыскана государственная пошлина в размере 150 рублей.

Разрешая требования о взыскании компенсации морального вреда, правильно оценив установленные по делу фактические обстоятельства, представленные сторонами доказательства, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о том, что истец Г.В.А. вправе требовать взыскания с ответчика МБУ "Д" компенсации морального вреда, поскольку вред здоровью был причинен в результате несчастного случая в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

Применяя положения статей 151, 1101 ГК РФ, ст. 237 ТК РФ, суд первой инстанции взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда, причиненного здоровью потерпевшего в результате несчастного случая на производстве, в размере 80000 рублей.

По мнению судебной коллегии, определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции не в полной мере учел степень нравственных и физических страданий истца, в связи с причинением ему тяжкого вреда здоровью.

Как следовало из материалов дела, 17.03.2018 года с Г.В.А. произошел несчастный случай на производстве, причиной которого послужило не обеспечение работодателем МБУ "Д" безопасного производства работ, выразившееся в непроведении инструктажа на рабочем месте по накрытию и снятию полога на бункер дорожной комбинированной машины с водителем специального автомобиля Г.В.А., в связи с неразработкой и неутверждением инструкции по охране труда при выполнении данного вида работ, что подтверждалось Актом N 1 о несчастном случае на производстве от 10.04.2018 года.

После полученных телесных повреждений Г.В.А. был доставлен в ГУЗ "Саратовская городская клиническая больница N 6 им. академика В.Н. Кошелева".

Согласно заключению эксперта от 31.07.2018 года N 2825 ГУЗ "Бюро судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Саратовской области" - у потерпевшего Г.В.А. имелась: сочетанная травма: закрытая травма черепа с ушибом головного мозга тяжелой степени с наличием контузионного очага 4 вида в лобной доле левого полушария, 3 вида в лобной доле правого полушария, 1 вида в лобных долях обоих полушарий головного мозга. Состояние после расширенной трефинации черепа слева с удалением контузионного очага 4 вида в левой лобной доле головного мозга объемом 40 см куб. Линейный перелом затылочной кости с переходом на основание черепа в задней черепной ямке с нарушением целостности края большого затылочного отверстия. Закрытая травма поясничного отдела позвоночника с компрессионно-оскольчатым переломом тела 1-го поясничного позвонка со сдавлением конуса спинного мозга, осложнение посттравматический менингит. Повреждения оцениваются в комплексе, поскольку имеют единый механизм - причинили тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственно угрозу для жизни.

Обстоятельства причинения тяжкого вреда здоровью истцу при исполнении трудовой обязанности по вине работодателя, ответчиком не оспаривались.

В силу абз. 4 ч. 2 ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

Абзацем 16 ч. 2 ст. 22 ТК РФ предусмотрено, что работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.

Положениями ст. 212 ТК РФ на работодателя возложена обязанность по обеспечению безопасных условий труда и по охране труда.

В силу ст. 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Исходя из положений п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и ст. 151 настоящего Кодекса.

Как указано в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" N 10 от 20.12.1994 года суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

В силу ст.ст. 20, 41 Конституции РФ, ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства дела.

Учитывая степень тяжести причиненного Г.В.А. вреда здоровью, обстоятельства его причинения, проведение сложных медицинских операций и длительное лечение, возраст потерпевшего, утрату трудоспособности в размере 30%, требования разумности и справедливости, судебная коллегия пришла к выводу об увеличении размера подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда до 200000 рублей.

В связи с несоответствием выводов суда первой инстанции обстоятельствам дела решение суда было изменено в части размера взысканной компенсации морального вреда.

 

Определение N 33-3490

3.2. Соглашение о расторжении трудового договора в соответствии со ст. 78 ТК РФ с работниками, категории которых указаны в ч. 1 настоящей статьи (руководители, их заместители, главные бухгалтеры государственных внебюджетных фондов РФ, государственных или муниципальных учреждений, государственных или муниципальных унитарных предприятий), в силу ст. 349.3 ТК РФ не может содержать условие о выплате работнику выходного пособия, компенсации и (или) о назначении работнику каких-либо иных выплат в любой форме.

Д.А.С., С.В.В., Ш.Г.М., З.С.А. обратились в суд с иском к ГУП "С" о взыскании выходного пособия, компенсации морального вреда и процентов за задержку выплаты выходного пособия.

Требования мотивировали тем, что Д.А.С., работая у ответчика в должности заместителя директора по производственным вопросам, Субботин В.В. - в должности заместителя директора, Ш.Г.М. - в должности главного инженера, З.С.А. - в должности начальника отдела кадров и делопроизводства, заключили с ГУП "С" дополнительные соглашения к трудовым договорам, из которых следует, что в случае увольнения работников по п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (по соглашению сторон), работодатель обязуется выплатить им повышенный размер выходного пособия в соответствии со ст. 178 ТК РФ, в размере трех средних месячных заработков работника. Однако при увольнении работников по указанному основанию выходное пособие в день увольнения в соответствии с дополнительными соглашениями было выплачено не в полном объеме.

Считая свои права нарушенными, Д.А.С. просил взыскать с ответчика повышенное выходное пособие в размере 105672 рублей 40 копеек, компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей, проценты за задержку выплаты выходного пособия в размере 1585 рублей 09 копеек; С.В.В. - повышенное выходное пособие в размере 123810 рублей, компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей, проценты за задержку выплаты выходного пособия в размере 1857 рублей 15 копеек; Ш.Г.М. - повышенное выходное пособие в размере 83359 рублей 20 копеек, компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей, проценты за задержку выплаты выходного пособия в размере 1250 рублей 39 копеек; З.С.А. - повышенное выходное пособие в размере 99359 рублей 60 копеек, компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей, проценты за задержку выплаты выходного пособия в размере 1490 рублей 39 копеек.

ГУП "С" предъявлены встречные исковые требования к Д.А.С., С.В.В., З.С.А., Ш.Г.М. о признании недействительными соглашений о расторжении трудового договора в части, взыскании незаконно полученных сумм выходных пособий.

В обоснование требований указано, что соглашения о расторжении трудового договора в части заключены с нарушениями требований ст. 178 ТК РФ, нарушают права работодателя и не призваны компенсировать неблагоприятные последствия расторжения трудовых договоров. Спорная выплата к гарантиям и компенсациям, подлежащим реализации при увольнении работников, не относится, не направлена на возмещение работнику затрат, связанных с исполнением им трудовых или иных обязанностей. Лица, подписавшие соглашения от имени предприятия, действовали с превышением полномочий.

Решением суда от 23.01.2019 года исковые требования Д.А.С., С.В.В., Ш.Г.М., З.С.А. к ГУП "С" удовлетворены, в удовлетворении встречных исковых требований отказано.

Разрешая заявленные Д.А.С., С.В.В., Ш.Г.М., З.С.А. исковые требования к ГУП "С" о взыскании повышенного выходного пособия, суд первой инстанции исходил из того, что ответчиком не произведена в полном объеме причитающаяся истцам выплата выходного пособия при увольнении по соглашению сторон.

Судебная коллегия с указанным выводом суда первой инстанции не согласилась, поскольку они основаны на неправильном применении норм материального права.

Как следовало из материалов дела, Д.А.С. работал в ГУП "С" в должности заместителя директора по производственным вопросам, С.В.В. - в должности заместителя директора, Ш.Г.М. - в должности главного инженера, З.С.А. - в должности начальника отдела кадров и делопроизводства.

Дополнительным соглашением к трудовым договорам стороны договорились, что в случае увольнения работников по п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (по соглашению сторон) работодатель обязуется в последний их рабочий день выплатить повышенный размер выходного пособия в соответствии со ст. 178 ТК РФ в размере трех средних месячных заработков работников.

Истцы были уволены по п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, при увольнении им было выплачено выходное пособие в размере 50000 рублей каждому.

Повышенное выходное пособие в соответствии со ст. 178 ТК РФ истцам не было выплачено.

В силу ст. 164 ТК РФ компенсации - денежные выплаты, установленные в целях возмещения работникам затрат, связанных с исполнением ими трудовых или иных обязанностей, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами. Нормой ст. 165 ТК РФ предусмотрена выплата компенсаций в некоторых случаях прекращения трудового договора.

Выходное пособие, по своей сути, является компенсационной выплатой (норма ст. 178 ТК РФ размещена в главе 27 "Гарантии и компенсации работникам, связанные с расторжением трудового договора").

Из содержания ст.ст. 164 и 165 ТК РФ следует, что целевым назначением компенсационных выплат при увольнении, к которым относится и взыскиваемая истцами компенсация, является снижение неблагоприятных последствий увольнения работника, связанных с потерей им работы не по его вине вследствие прекращения трудовых отношений не по его инициативе.

В ст. 178 ТК РФ предусмотрены случаи выплаты работнику выходного пособия при расторжении трудового договора.

Случай прекращения трудового договора по соглашению сторон в законе не поименован как основание для выплаты выходного пособия.

В силу ч. 4 ст. 178 ТК РФ трудовым договором или коллективным договором могут предусматриваться другие случаи выплаты выходных пособий, а также устанавливаться повышенные размеры выходных пособий, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Работник и работодатель могут согласовать в трудовом договоре иные случаи выплаты выходного пособия, при том, что выходное пособие должно сохранять свою компенсационную природу (ч. 4 ст. 178, ст.ст. 9, 164 ТК РФ).

Исходя из принципа о целевом назначении выходного пособия в ТК РФ предусмотрены случаи выплаты выходного пособия (компенсации), а именно - при вынужденном прекращении работы не по вине работника, в частности, ч. 3 ст. 84, чч. 1-3 ст. 178, ст.ст. 181, 279, 318, 375 ТК РФ.

Требуемая истцами компенсация не мотивирована по смыслу ст. 178 ТК РФ, не предусмотрена действующим трудовым законодательством, не является компенсационной либо гарантированной выплатой и не направлена на возмещение работнику затрат, связанных с исполнением им трудовых или иных обязанностей.

Кроме того, согласно ст. 349.3 ТК РФ соглашения о расторжении трудовых договоров в соответствии со ст. 78 ТК РФ с работниками, категории которых указаны в ч. 1 настоящей статьи (руководители, их заместители, главные бухгалтеры государственных внебюджетных фондов РФ, государственных или муниципальных учреждений, государственных или муниципальных унитарных предприятий), не могут содержать условия о выплате работнику выходного пособия, компенсации и (или) о назначении работнику каких-либо иных выплат в любой форме.

Исходя из правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда РФ от 22 декабря 2015 года N 2773-О, введение в ст. 349.3 ТК РФ, в том числе для таких категорий работников, как руководители, их заместители, главные бухгалтеры государственных внебюджетных фондов РФ, государственных или муниципальных учреждений, государственных или муниципальных унитарных предприятий, ограничений размеров выходных пособий, компенсаций и иных выплат в связи с прекращением трудовых договоров основано на специфике их трудовой деятельности и должностных обязанностей.

Удовлетворяя исковые требования истцов, судом первой инстанции не принято во внимание, что в силу положений ТК РФ подписанное сторонами соглашение о расторжении трудового договора в части условия о выплате выходного пособия при увольнении по соглашению сторон противоречит требованиям трудового законодательства.

Так, на момент увольнения Д.А.С. занимал должность заместителя директора по производственным вопросам, С.В.В. - должность заместителя директора, в связи с чем включение в соглашения о расторжении трудового договора условия о выплате истцам при увольнении выходного пособия по указанному основанию прямо противоречит ч. 3 ст. 349.3 ТК РФ, которая запрещает возможность получения выходного пособия при увольнении по соглашению сторон заместителями руководителя государственного унитарного предприятия.

Дополнительные соглашения о расторжении трудового договора в части условия о выплате выходного пособия при увольнении по соглашению сторон были заключены с Ш.Г.М. (главным инженером) и З.С.А. (начальником отдела кадров и делопроизводства) в период банкротства предприятия, имеющего задолженность по заработной плате перед его сотрудниками, и выплата спорного пособия влечет усугубление финансовой нестабильности предприятия, ставит в неравное положение с другими работниками, что противоречит нормам трудового законодательства, которое обязывает стороны трудового договора действовать разумно при определении размера компенсаций, соблюдая один из основных принципов, закрепленных в ст. 17 Конституции РФ, об осуществлении прав и свобод человека и гражданина не в ущерб правам и свободам других лиц.

Судебной коллегией решение суда первой инстанции отменено в части удовлетворенных исковых требований Д.А.С., С.В.В., Ш.Г.М., З.С.А., с принятием по делу нового решения об отказе в удовлетворении указанных исковых требований ввиду неправильного применения судом норм материального права.

 

4. Судебная практика рассмотрения дел по спорам, возникающим из социальных и пенсионных правоотношений

 

Определение N 33-53

4.1. Статья 7 Соглашений стран СНГ "О гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения" от 13 марта 1992 года и "О порядке пенсионного обеспечения и государственного страхования сотрудников органов внутренних дел государств-участников Содружества Независимых Государств" от 24 декабря 1993 года предусматривает сохранение выплаты назначенной пенсии при переезде пенсионера на постоянное место жительства в другое государство - участника Соглашения. При этом пересмотрен может быть только размер пенсий, изменение таких оснований для назначения пенсии как возраст, трудовой стаж Соглашением не предусмотрено.

П.И.А. обратился в суд с исковыми требованиями к ГУ МВД РФ по Саратовской области о признании незаконным решения, восстановлении права на пенсионное обеспечение, выплате пенсии, в обоснование которых ссылался на то, что с 03.06.1980 года он являлся сотрудником ОВД Уральского облисполкома Уральской области Казахской ССР, где проработал до декабря 1990 года. После распада СССР истец продолжил службу в ОВД Республики Казахстан на различных должностях офицерского состава. Указом Президента Республики Казахстан от 06.10.1995 года N 2513 был образован Государственный следственный комитет Республики Казахстан. 15.02.1996 года П.И.А. был переведен в Департамент Государственного следственного комитета на должность старшего оперуполномоченного организационно-методического отдела организационно-методического обеспечения и агентурно-оперативной работы УОР УГСК. В дальнейшем истец был переведен на должность старшего оперуполномоченного по особо важным делам этого же подразделения.

04.06.1997 года П.И.А. уволен в запас, ему назначены пенсионные выплаты по линии ОВД Республики Казахстан.

После переезда в 2018 году на постоянное жительство в РФ П.И.А. обратился в ГУ МВД РФ по Саратовской области с заявлением о переводе пенсии из Республики Казахстан в РФ. В письменном уведомлении ГУ МВД РФ по Саратовской области сообщило ему о невозможности назначения указанной пенсии, поскольку служба в подразделениях ГСК не относится к службе в органах внутренних дел Республики Казахстан.

Полагая, что данный отказ является неправомерным, поскольку он имеет право на назначение пенсии за выслугу лет в соответствии со ст. 4 Закона РФ от 12.02.1993 года N 4468-I "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей" и Соглашением о гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения от 13 марта 1992 года, П.И.А. обратился в суд за защитой нарушенного права на пенсионное обеспечение.

Решением районного суда от 25.03.2019 года в удовлетворении исковых требований отказано.

Суд первой инстанции при разрешении спора исходил из того, что положениями действующего законодательства, регулирующего порядок назначения пенсии за выслугу лет указанным в нем категориям граждан с учетом специфики прохождения ими военной и иной службы, не предусмотрено возложение на пенсионные органы МВД РФ обязанности по осуществлению пенсионного обеспечения лиц, проходивших службу в подразделениях Государственного следственного комитета Республики Казахстан - участника Содружества, в связи с их переездом на территорию РФ, и пришел к выводу об отсутствии у П.И.А. права на получение пенсии за выслугу лет, предусмотренной законодательством РФ.

Судебная коллегия не согласилась с таким выводом суда первой инстанции.

Нормы и порядок, определяющие право на пенсию за выслугу лет сотрудникам органов внутренних дел установлены Законом РФ от 12.02.1993 года N 4468-1 "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей", Постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 22.09.1993 года N 941 "О порядке исчисления выслуги лет, назначения и выплаты пенсий, компенсаций и пособий лицам, проходившим военную службу в качестве офицеров, прапорщиков, мичманов и военнослужащих сверхсрочной службы или по контракту в качестве солдат, матросов, сержантов и старшин либо службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службы, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семьям в Российской Федерации" и иными нормативными правовыми актами.

В соответствии со ст. 4 вышеназванного Закона РФ от 12.02.1993 года N 4468-1 пенсионное обеспечение проживающих на территории РФ лиц, проходивших военную службу в качестве офицеров, прапорщиков, мичманов и военнослужащих сверхсрочной службы или военную службу по контракту в качестве солдат, матросов, сержантов и старшин в вооруженных силах (армиях, войсках), органах безопасности и иных созданных в соответствии с законодательством воинских формированиях либо службу в органах внутренних дел, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы других государств-участников Содружества Независимых Государств и государств, не являющихся участниками СНГ, с которыми РФ либо бывшим Союзом ССР заключены договоры (соглашения) о социальном обеспечении, а также семей указанных лиц осуществляется в порядке, предусмотренном этими договорами (соглашениями).

РФ и Республика Казахстан являются участниками Соглашений стран СНГ "О гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения" от 13.03.1992 года и "О порядке пенсионного обеспечения и государственного страхования сотрудников органов внутренних дел государств - участников Содружества Независимых Государств" от 24.12.1993 года.

Из преамбулы Соглашения от 13.03.1992 года следует, что правительства государств-участников настоящего Соглашения признают, что государства - участники Содружества имеют обязательства в отношении нетрудоспособных лиц, которые приобрели право на пенсионное обеспечение на их территории или на территории других республик за период их вхождения в СССР и реализуют это право на территории государств - участников Соглашения.

Статьей 1 Соглашения от 13 марта 1992 года определено, что пенсионное обеспечение граждан государств - участников настоящего Соглашения и членов их семей осуществляется по законодательству государства, на территории которого они проживают.

В целях урегулирования вопросов пенсионного обеспечения сотрудников органов внутренних дел и членов их семей государства - участники СНГ 24.12.1993 года приняли Соглашение "О порядке пенсионного обеспечения и государственного страхования сотрудников органов внутренних дел государств - участников СНГ".

В соответствии с ч. 1 ст. 1 Соглашения от 24.12.1993 года пенсионное обеспечение сотрудников органов внутренних дел Сторон, а также пенсионное обеспечение их семей осуществляются на условиях, по нормам и в порядке, которые установлены или будут установлены законодательством Сторон, на территории которых они постоянно проживают, а до принятия этими Сторонами законодательных актов по данным вопросам - на условиях, по нормам и в порядке, установленным законодательством бывшего Союза ССР.

Статьей 2 Соглашения от 24.12.1993 года предусмотрено, что в выслугу лет для назначения пенсий сотрудникам органов внутренних дел засчитывается служба (в том числе на льготных условиях) в Вооруженных Силах и других воинских формированиях, созданных высшими государственными органами, в органах безопасности и внутренних дел Сторон, а также бывшего Союза ССР и в Объединенных Вооруженных Силах СНГ в порядке, установленном законодательством Стороны, где они проходили службу. Установленная выслуга лет не подлежит изменению другой Стороной. Размер денежного довольствия для назначения пенсий сотрудникам органов внутренних дел и их семьям определяется в порядке, установленном законодательством Стороны, которой производится назначение пенсии. При изменении пенсионером места жительства исчисление пенсии осуществляется в порядке, установленном законодательством Стороны по вновь избранному им месту жительства.

Истцу пенсия по линии ОВД была назначена в Республике Казахстан. В связи с чем ответчик должен был учитывать установленный законодательством Республики Казахстан порядок исчисления выслуги лет при подсчете и назначении пенсии.

Решение Экономического Суда Содружества Независимых Государств от 3.04.2017 года N 01-1/4-16 содержит вывод о том, что толкование части первой статьи 2 Соглашения от 24.12.1993 года осуществляется в соответствии с общим правилом толкования международных договоров, закрепленным в пункте 1 статьи 31 Конвенции о праве международных договоров, совершенной в г. Вене 23 мая 1969 года, согласно которому договор должен толковаться добросовестно в соответствии с обычным значением, которое следует придавать терминам договора в их контексте, а также в свете объекта и целей договора.

Ранее в решениях от 13.05.2004 года N 01-1/7-03 и от 20.09.2007 года N 01-1/1-07 Экономический Суд СНГ отметил, что Соглашение от 24.12.1993 года основывалось на Соглашении о гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения от 13.03.1992 года, в котором закреплены основные принципы пенсионного обеспечения сотрудников органов внутренних дел, в том числе пенсионеров - бывших сотрудников органов внутренних дел и их семей, которые приобрели право на пенсию на территории одного из государств - участников Соглашения от 24.12.1993 года и реализуют это право на территории другого государства-участника. При этом было констатировано, что данное Соглашение является специальным международным договором, регламентирующим порядок пенсионного обеспечения особого круга лиц - сотрудников органов внутренних дел и их семей, носит рамочный характер и закрепляет определяющую роль национального законодательства при осуществлении пенсионного обеспечения данной категории граждан с учетом принципа территориальности.

Согласно положениям ч. 1 ст. 2 Соглашения от 24.12.1993 года в выслугу лет для назначения пенсий сотрудникам органов внутренних дел засчитывается служба (в том числе на льготных условиях) в Вооруженных Силах и других воинских формированиях, созданных высшими государственными органами, в органах безопасности и внутренних дел Сторон, а также бывшего Союза ССР и в Объединенных Вооруженных Силах Содружества Независимых Государств в порядке, установленном законодательством Стороны, где они проходили службу.

В ч. 1 ст. 2 Соглашения от 24.12.1993 года определено, что установленная выслуга лет не подлежит изменению другой Стороной.

При толковании Экономический Суд принимает во внимание решение Суда от 20.09.2007 года N 01-1/1-07, в котором раскрывается понятие "назначение пенсии за выслугу лет" - это первичное назначение пенсии сотруднику органов внутренних дел, в том числе бывшему, постоянно проживающему в государстве - участнике Соглашения. При этом Суд в данном решении отмечает, что "норма части первой ст. 1 Соглашения от 24.12.1993 года по своему объему и предмету регулирования охватывает отношения по первичному пенсионному обеспечению сотрудников органов внутренних дел, как постоянно проживающих в государстве по месту прохождения службы, так и переехавших на постоянное место жительства в другое государство - участник Соглашения. Пенсия за выслугу лет сотрудникам органов внутренних дел может быть назначена как по месту прохождения службы, так и при обращении лица за ее назначением в государстве - участнике Соглашения от 24.12.1993 года по новому постоянному месту жительства, если такая пенсия ранее ему не назначалась".

Из контекста толкуемой нормы усматривается, что первичное назначение пенсии за выслугу лет предполагает исчисление выслуги лет как обязательного условия для возникновения права на такой вид пенсии.

В Республике Казахстан пенсионное обеспечение военнослужащих, сотрудников специальных государственных и правоохранительных органов, государственной фельдъегерской службы осуществляется на основании Закона Республики Казахстан от 21.06.2013 года N 105-V "О пенсионном обеспечении в Республике Казахстан" при наличии на день увольнения со службы соответствующей выслуги, установленной в п. 1 ст. 64 указанного Закона.

Исчисление выслуги лет в соответствии с указанным Законом осуществляется согласно Правилам исчисления выслуги лет военнослужащим, сотрудникам специальных государственных и правоохранительных органов, государственной фельдъегерской службы, а также лицам, права которых иметь воинские или специальные звания, классные чины и носить форменную одежду упразднены с 01.01.2012 года, утвержденным постановлением Правительства Республики Казахстан от 24.02.2012 года N 129. На основании п. 2 Правил в выслугу лет для назначения пенсии засчитывается служба в органах прокуратуры, внутренних дел, государственной фельдъегерской службы, финансовой полиции (налоговой полиции (милиции)), государственной противопожарной службы, уголовно-исполнительной системы, в том числе бывшего СССР и государств - участников СНГ, бывшего Государственного следственного комитета Республики Казахстан в должностях офицерского, начальствующего и рядового состава (в том числе в должностях стажеров).

Таким образом, положения толкуемой нормы следует рассматривать во взаимосвязи, поскольку они относятся к вопросу исчисления выслуги лет для назначения пенсии. Суд указал, что установленная выслуга лет представляет собой выслугу лет, исчисленную (подтвержденную) для первичного назначения пенсии за выслугу лет бывшим сотрудникам органов внутренних дел на момент их увольнения со службы. Положения о том, что установленная выслуга лет не подлежит изменению другой Стороной содержат правило, которого следует придерживаться при исчислении размера пенсии уже назначенной бывшим сотрудникам органов внутренних дел при их переезде в другое государство, являющееся Стороной Соглашения от 24.12.1993 года.

Статья 7 Соглашения предусматривает сохранение выплаты назначенной пенсии при переезде пенсионера на постоянное место жительства в другое государство - участника Соглашения. При этом пересмотрен может быть только размер пенсий, изменение таких оснований для назначения пенсии как возраст, трудовой стаж Соглашением не предусмотрено.

Аналогичные положения закреплены ст. 2 Соглашения 1993 года, устанавливающие невозможность изменения установленной выслуги лет. При этом также предусматривается возможность изменения размера пенсии исходя из размера денежного довольствия.

Указанные выше Соглашения не предусматривают обязательного принятия каких-либо дополнительных правовых актов, предусматривающих порядок зачета в выслугу лет службы в Следственном комитете республики Казахстан, как государства - участника Соглашений.

Поскольку в период с 15.02.1996 года по 04.06.1997 года П.И.А. проходил службу на должностях государственного следственного комитета Республики Казахстан, с 04.07.1997 года ему была назначена пенсия по линии органов внутренних дел, при назначении которой период службы в ГСК Республики Казахстан был включен истцу в выслугу лет, то у ответчика отсутствовали основания для изменения установленной выслуги лет.

Принимая во внимание допущенные судом первой инстанции нарушения норм материального права, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, решение суда отменено с принятием нового решения об удовлетворении исковых требований.

 

5. Судебная практика по применению гражданского процессуального законодательства

 

Определение N 33-4102

5.1. В случае очевидного отклонения действий участников гражданского оборота от добросовестного поведения, в том числе путем изменения подведомственности и подсудности спора в целях создания неблагоприятных последствий для третьих лиц, суд обязан дать надлежащую правовую оценку таким действиям и при необходимости вынести этот вопрос на обсуждение сторон.

При этом по смыслу ч. 1 ст. 134 и ст. 148 ГПК РФ, суд обязан дать оценку указанным действиям сторон уже на стадии решения вопроса о принятии искового заявления к рассмотрению и подготовки дела к судебному разбирательству.

Р.А.А. обратился в суд с иском к АО "РТК" об отказе от исполнения договора купли-продажи, взыскании уплаченных денежных средств, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа, судебных расходов.

Требования мотивированы тем, что 04.05.2017 года Р.А.А. приобрел в АО "РТК" (в офисе продаж, расположенном в г. Санкт-Петербург), телефон Apple IPhone 7 plus 32 Gb, стоимостью 58390 рублей, в котором за пределами гарантийного срока, но в пределах 2-х лет проявился дефект: не включается. 17.08.2018 года истец обратился к ответчику с претензией о расторжении договора и возврате уплаченных за товар денежных средств. Данная претензия получена ответчиком 23.08.2018 года, однако в добровольном порядке требование истца не удовлетворено.

Решением Ленинского районного суда г. Саратова от 21.01.2019 года исковые требования удовлетворены частично.

Судебная коллегия не согласилась с решением суда первой инстанции по следующим основаниям.

Согласно ч. 1 ст. 47 Конституции РФ никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

Подведомственность и подсудность гражданских дел определяются в соответствии с нормами, содержащимися в главе 3 ГПК РФ.

Названные нормы процессуального права, регулирующие подсудность настоящего гражданского дела, были неправильно применены судом первой инстанции, что повлекло нарушение гарантированного Конституцией РФ права сторон на рассмотрение гражданского дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

В соответствии со ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (п. 3).

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4).

В ч. 1 ст. 35 ГПК РФ предусмотрено, что лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ", поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (ст. 56 ГПК РФ).

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что в случае очевидного отклонения действий участников гражданского оборота от добросовестного поведения, в том числе путем изменения подведомственности и подсудности спора в целях создания неблагоприятных последствий для третьих лиц, суд обязан дать надлежащую правовую оценку таким действиям и при необходимости вынести этот вопрос на обсуждение сторон.

При этом по смыслу ч. 1 ст. 134 и ст. 148 ГПК РФ, суд обязан дать оценку указанным действиям сторон уже на стадии решения вопроса о принятии искового заявления к рассмотрению и подготовки дела к судебному разбирательству.

Судебной коллегией установлено, что истец обратился 16.10.2018 года в Ленинский районный суд г. Саратова с иском к АО "РТК" о защите прав потребителя, указав в качестве места своего жительства адрес: г. Саратов, ул. П-ая, д. N ... кв. N ...

Согласно свидетельству о регистрации по месту пребывания N 888 и копии паспорта истца, Р.А.А. постоянно зарегистрирован по адресу: Саратовская область, г. Красный Кут, ул. С-ая, д. N..., кв. N ..., в период с 20.07.2018 года по 20.10.2018 года (на 3 месяца) был зарегистрирован по месту пребывания по адресу: г. Саратов, ул. П-ая, д. N ..., кв. N ... (л.д. л.д. 20, 26-27).

То есть временная регистрация на период краткосрочного пребывания истца в г. Саратове закончилась - 20.10.2018 года. Далее регистрация истца не продлевалась в г. Саратове.

Товар был приобретен г. Санкт-Петербург, юридический адрес ответчика - г. Москва.

Согласно ч. 1 ст. 33 ГПК РФ дело, принятое судом к своему производству с соблюдением правил подсудности, должно быть разрешено им по существу, хотя бы в дальнейшем оно станет подсудным другому суду.

Из указанной нормы права следует, что закон определяет правила подсудности на момент принятия (а не поступления) иска в суд.

Исковое заявление было принято к производству Ленинского районного суда г. Саратова - 22.10.2018 года, в то время, когда у истца уже отсутствовала регистрация в г. Саратове.

В связи с чем дело было принято и рассмотрено Ленинским районным судом г. Саратова с существенными нарушениями норм процессуального права.

Исходя из гарантированного Конституцией РФ права сторон на рассмотрение гражданского дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом, а также общих положений ГПК РФ о подведомственности и подсудности гражданских споров, гражданское дело подлежит рассмотрению в конкретном суде, определенном в строгом соответствии с законом, и подсудность этого дела не может быть произвольно изменена сторонами.

Согласно п. 1 ст. 20 ГК РФ местом жительства признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает.

О наличии в действиях истца признаков такого рода злоупотреблений могут свидетельствовать, в частности, предъявление иска не по месту своего постоянного проживания, а также по окончанию срока временной (краткосрочной) регистрации по месту пребывания.

Решение суда первой инстанции было отменено, как постановленное с существенным нарушением норм процессуального права с направлением дела на новое рассмотрение по подсудности - в Краснокутский районный суд Саратовской области.

 

Определение N 33-4390

5.2. Суды в РФ вправе рассматривать дела с участием иностранных лиц в случае, если по делу о возмещении вреда, причиненного имуществу, действие или иное обстоятельство, послужившие основанием для предъявления требования о возмещении вреда, имело место на территории РФ.

З.В.П. обратился в суд с иском к МЧЖ S (организации, предоставляющей услуги по перевозке грузов) о взыскании вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

Определением районного суда от 19.04.2019 года исковое заявление возвращено заявителю в связи с неподсудностью спора Саратовскому районному суду Саратовской области.

Возвращая З.В.П. исковое заявление, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что настоящий спор неподсуден Саратовскому районному суду Саратовской области, поскольку исковое заявление в соответствии с положениями ст. 28 ГПК РФ должно быть подано в суд по месту нахождения организации-ответчика: Республика Узбекистан, Ташкентская область, г. Бекабад, ул-а А-а, дом N ...

Судебная коллегия не согласилась с выводом суда первой инстанции, поскольку он не соответствует нормам процессуального права.

Как следовало из искового заявления и приложенных к нему документов, 26.01.2019 года в 13 часов 50 минут в Саратовском районе Саратовской области, на 717 км автодороги Саратов-Курск, со стороны г. Саратова в направлении г. Воронежа произошло ДТП с участием транспортного средства MAN TGS с полуприцепом под управлением А.О.А., транспортного средства LADA X-RAY под управлением З.В.П., транспортного средства ВАЗ 21102 под управлением С.Н.И. и транспортного средства ВАЗ 21150 под управлением О.Г.В.

Виновным в совершении ДТП признан водитель А.О.А., управлявший автомобилем MAN TGS с полуприцепом SCHMITZ, которые принадлежат на праве собственности компании МЧЖ S.

В соответствии с п. 5 ч. 3 ст. 402 ГПК РФ суды в РФ вправе рассматривать дела с участием иностранных лиц в случае, если по делу о возмещении вреда, причиненного имуществу, действие или иное обстоятельство, послужившие основанием для предъявления требования о возмещении вреда, имело место на территории РФ.

В статье 42 Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (Минск, 22.01.1993 года) указано:

1. Обязательства о возмещении вреда, кроме вытекающих из договоров и других правомерных действий, определяются по законодательству Договаривающейся Стороны, на территории которой имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием для требования о возмещении вреда.

2. Если причинитель вреда и потерпевший являются гражданами одной Договаривающейся Стороны, применяется законодательство этой Договаривающейся Стороны.

3. По делам, упомянутым в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, компетентен суд Договаривающейся Стороны, на территории которой имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием для требования о возмещении вреда. Потерпевший может предъявить иск также в суде Договаривающейся Стороны, на территории которой имеет местожительство ответчик.

Таким образом, настоящий спор подлежал рассмотрению судом на территории, на которой имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием для требования о возмещении вреда, в данном случае Саратовским районным судом Саратовской области.

С учетом допущенных нарушений норм процессуального права судебная коллегия отменила определение суда, материал по исковому заявлению направлен в суд первой инстанции для рассмотрения по существу.

 

Судебная коллегия по гражданским делам Саратовского областного суда

 

 

июль 2019 года

 

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.


Справка СК по гражданским делам Саратовского областного суда по результатам изучения судебной практики по материалам апелляционной инстанции по гражданским делам, рассмотренным Саратовским областным судом за второй квартал 2019 г.


Текст справки опубликован на сайте Саратовского областного суда (http://oblsud.sar.sudrf) 2 августа 2019 г.