Изменение субъектного состава предпринимательского договора (М.Ф.Казанцев, "Законодательство", N 4, апрель 1999 г.)

Изменение субъектного состава предпринимательского договора


В предпринимательской деятельности по мере ее усложнения и развития все более популярным становится гражданско-правовой институт перемены лиц в обязательстве. И это не удивительно. Благодаря перемене лиц в обязательстве (уступке требования или переводу долга) предприниматели имеют дополнительные юридические возможности для достижения своих коммерческих целей.

Юридическая конструкция уступки требования и перевода долга ориентирована на перемену лиц в обязательстве (как правоотношении), а не собственно в договоре (как сделке, правовом акте). Гражданский кодекс Российской Федерации (ГК РФ) также регулирует не перемену лиц в сделке (или договоре), а перемену лиц в обязательстве (гл. 24 ГК РФ так и называется "Перемена лиц в обязательстве").

Такой подход подчиняется законодательной логике, поскольку конструкция перемены лиц в обязательстве является наиболее широкой по объему: она охватывает не только договорные обязательства, но и обязательства, основанные на односторонних сделках, и, кроме того, обязательства, возникающие вследствие причинения вреда. И все же конструкцию перемены лиц в обязательстве не всегда можно использовать, когда речь идет об изменении лиц непосредственно в договоре (а не в возникшем на его основании договорном обязательстве). Так, вряд ли можно говорить о перемене лиц в договорном обязательстве, если договор заключен, но обязательство на его основе еще не возникло. В указанной ситуации можно вести речь только об изменении лиц (сторон) в договоре.

Конструкция изменения лиц (сторон), иными словами субъектного состава, договора позволяет восполнить ограниченные возможности института перемены лиц в обязательстве, который сориентирован на элементарное обязательство, где кредитору принадлежат только права, а должник имеет только обязанности. В предпринимательской практике договорные обязательства, как правило, имеют сложный характер. В рамках договорного обязательства (правоотношения) могут возникать, изменяться и прекращаться многочисленные права и обязанности, причем каждая сторона имеет как права, так и обязанности. Поэтому представляется теоретически и практически плодотворным подход, при котором изменение субъектного состава рассматривается в плоскости договора как правового акта (в сочетании, там, где это необходимо, с переменой лиц в договорном обязательстве).

Прежде всего следует сказать о формах изменения субъектного состава договора.

Изменение субъектного состава договора может осуществляться в форме:

а) замены стороны в договоре;

б) изменения количества сторон в договоре;

в) изменения лиц, входящих в состав стороны договора.

Замена стороны в договоре заключается в том, что лицо, являющееся стороной договора, выходит из договора, т.е. перестает быть его стороной, а другое лицо становится стороной в данном договоре вместо выбывшего лица.

В простейших договорах, где одна сторона имеет только права, а другая только корреспондирующие этим правам обязанности, замена стороны в договоре полностью совпадает с уступкой требования или переводом долга. В указанных случаях правила о перемене лиц в обязательстве полностью применяются к замене стороны в договоре.

В сложных договорах, где каждая из сторон одновременно имеет права и обязанности, замена стороны в договоре уже не сводится только к уступке требования или только к переводу долга. Здесь происходят одновременно и уступка требования, и перевод долга с распространением на замену сторон в договоре правил как об уступке требования, так и о переводе долга.

При замене стороны в договоре первоначальная сторона полностью выбывает из договора, т.е. перестает быть его стороной. При замене стороны в обязательстве первоначальная сторона также выбывает из обязательства. Сказанное верно в отношении изменения стороны как в договоре (в значении правового акта), так и в договорном обязательстве.

Не так очевиден ответ на вопрос о том, может ли сторона кредитор в договорном обязательстве уступить по договору цессии часть требований, основанных на договоре. Например, может ли поставщик в договоре поставки уступить третьему лицу по договору цессии право требовать от покупателя уплаты стоимости поставленной партии товара. Судебно-арбитражная практика чаще всего склоняется к отрицательному ответу на поставленный вопрос. Такой подход мотивируется судами обычно тем, что переуступивший отдельные требования кредитор из обязательства в целом не выбывает, между тем как гл. 24 ГК РФ при уступке требования предполагает безусловную замену лица в обязательстве *(1).

Означенный подход арбитражных судов небесспорен. Содержащееся в ст. 307 ГК РФ определение обязательства, а также ряд других положений ГК РФ позволяют в качестве обязательства рассматривать как сложные договорные правоотношения в целом, состоящие из многочисленных обязанностей и корреспондирующих им требований (прав), так и отдельные относительно обособленные обязанности и корреспондирующие им требования (права), входящие в структуру сложного договорного правоотношения.

Из содержания гл. 24 ГК РФ не следует, что она рассчитана на перемену лиц в договорном обязательстве (правоотношении) в целом и неприменима к отдельным сравнительно обособленным обязательствам, входящим в состав сложного договорного правоотношения. Если из состава сложного договорного правоотношения может быть выделено конкретное обязательство (например, уплатить деньги), то уступка требования по этому обязательству может быть произведена обособленно от правоотношения в целом. При этом будет соблюдено и требование о выбывании из обязательства старого кредитора, поскольку из отдельного обязательства он действительно выбывает полностью, оставаясь в то же время стороной правоотношения в целом, в той его части, в которой перемены лиц не произошло.

Изменение количества сторон в договоре может произойти вследствие присоединения к договору (иными словами, вступления в договор) или выхода из договора стороны (сторон).

Присоединение к договору нового лица в качестве его стороны и выход стороны из договора возможны в многосторонних договорах. Типичный пример присоединение к трехстороннему договору простого товарищества четвертой стороны. Присоединение новой стороны к договору осуществляется путем заключения между первоначальными сторонами и новой стороной договора, который можно именовать договором о присоединении к договору. Такой договор следует отличать от договора присоединения, предусмотренного ст. 428 ГК РФ, которая имеет одноименный заголовок "Договор присоединения". Коренное отличие названных договоров состоит в том, что путем заключения договора о присоединении к договору производится вступление новой стороны в уже действующий договор, а путем заключения договора присоединения в смысле ст. 428 ГК РФ стороны вступают в новые договорные отношения (а не присоединяются к ранее уже заключенному договору).

Изменение количества сторон в договоре вообще не охватывается конструкцией перемены лиц в обязательстве, поскольку последняя предполагает замену одной стороны на другую, а при изменении количества сторон в договоре замены сторон не происходит (хотя в многостороннем договоре тоже может произойти простая замена стороны в договоре без изменения количества сторон).

Изменение количества сторон в многостороннем договоре чаще всего сопровождается изменением содержания договора. Дело в том, что в многостороннем договоре права и обязанности каждой стороны часто индивидуальны. Поэтому возникает необходимость определить права и обязанности новой стороны договора. Возможностью изменения содержания договора при изменении количества сторон договора последнее отличается от перемены лиц в обязательстве, которое в принципе исключает возможность изменения содержания договора в момент перемены лиц в обязательстве.

Изменение лиц, входящих в состав стороны договора, может иметь место в случае, когда данная сторона договора состоит из нескольких лиц. При названной форме изменения субъектного состава договора замены стороны в договоре не происходит. Изменяется лишь состав лиц, в совокупности являющихся одной стороной договора. При этом может происходить как присоединение новых лиц к лицам, уже входящим в состав стороны договора, так и выход кого-либо из состава лиц, образующих сторону договора. Как происходит изменение лиц, входящих в состав стороны по договору, можно наблюдать на примере широко используемого на практике договора подряда, в котором подрядчиком является коллектив физических лиц. Такой коллектив (часто называемый временным творческим коллективом) не является единым субъектом права. Каждый член коллектива как физическое лицо выступает на одной стороне (подрядчика). Совокупность этих лиц образует сторону договора. Вступление какого-либо нового лица в состав коллектива либо выход кого-либо из состава коллектива как раз и является проявлением рассматриваемой формы изменения субъектного состава договора.

Правовой режим изменения субъектного состава договора определяется прежде всего ГК РФ.

Большинство норм гл. 24 ГК РФ о перемене лиц в обязательстве применимо и к изменению сторон договора, в том числе (по меньшей мере, по аналогии) и к случаям, когда обязательство на основании договора еще не возникло. При этом надо учитывать, что при замене стороны договора, которая является одновременно и должником, и кредитором, правила об уступке требования и о переводе долга должны применяться также одновременно (комбинированно) с учетом характера договора и возникших на его основе прав и обязанностей.

Кроме того, при изменении субъектного состава договора вследствие реорганизации юридического лица, являющегося стороной договора, необходимо руководствоваться правилами о правопреемстве при реорганизации юридических лиц (ст. 58, 59 ГК РФ).

В отношении договоров отдельных видов могут быть приняты специальные правила об изменении их субъектного состава. Такие правила содержатся, например, в Указе Президента РФ от 14 октября 1992 г. N 1230 "О регулировании арендных отношений и приватизации имущества государственных и муниципальных предприятий, сданного в аренду" *(2). Пунктом 3 названного Указа предусмотрено, что Государственный комитет Российской Федерации по управлению государственным имуществом и по его поручению соответствующие комитеты по управлению имуществом являются правопреемниками (на стороне арендодателя) по договорам аренды государственного недвижимого имущества, заключенным в качестве арендодателей государственными предприятиями до вступления в силу данного указа.

К договорам об изменении субъектного состава договоров применяются, разумеется, и общие положения обязательственного и договорного права. В ряде случаев указанные общие положения остаются единственным правовым регулятором отношений, связанных с изменением субъектного состава договора.

Основания изменения субъектного состава договора можно подразделить на две большие группы. К первой относятся договоры, ко второй законы или иные нормативные правовые акты.

В группу договоров об изменении субъектного состава договора входят: договоры об уступке требования (т.е. договоры цессии); договоры о переводе долга; договоры финансирования под уступку денежного требования (т.е. договоры факторинга). Перечисленные договоры сконструированы как договоры о перемене лиц в обязательстве. Однако в случае, когда эти договоры сопряжены с изменением стороны в договоре, они могут рассматриваться как договоры об изменении субъектного состава договора. Конечно, договоры об изменении субъектного состава договора могут быть сконструированы как договоры об изменении непосредственно субъектного состава договора. Такого рода договорами являются, например, договор (соглашение) о замене стороны ранее заключенного договора, договор присоединения к ранее заключенному договору (напомним, что это не тот договор присоединения, о котором говорится в ст. 428 ГК РФ), договор о выходе из многостороннего договора.

Изменение субъектного состава договора на основании закона может иметь место, в частности, при реорганизации юридического лица, являющегося стороной по договору. Изменение субъектного состава договора здесь происходит по правилам правопреемства, связанного с реорганизацией юридических лиц (ст.58, 59 ГК РФ). Так, при слиянии двух юридических лиц, каждое из которых являлось стороной каких-либо договоров, происходит замена реорганизуемых юридических лиц в качестве стороны этих договоров на вновь возникшее в результате слияния юридическое лицо.

Общие правила (условия) изменения субъектного состава договора на основании договора можно сформулировать, опираясь на положения гл. 24 ГК РФ, посвященной перемене лиц в обязательстве.

1. Замена стороны в договоре, иные изменения субъектного состава договора допускаются, если они не противоречат закону, иным правовым актом или договору.

2. Замена стороны в договоре, которая имеет только право (т.е. стороны-кредитора), может производиться без согласия стороны-должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Заключая какой-либо договор, стороны могут предусмотреть, что замена сторон в нем производится во всех или определенных случаях с согласия другой стороны кроме случаев, когда законом не допускается установление в договоре запрета на изменение стороны в договоре без согласия другой стороны. Установление подобного ограничения не допускается, например, ст. 828 ГК РФ (применительно к договору финансирования под уступку денежного требования).

Замена стороны в договоре, которая имеет в рамках договорного правоотношения как права, так и обязанности, во всех случаях может производиться только с согласия другой стороны.

Если сторона договора не была письменно уведомлена о состоявшейся замене другой стороны, то новая сторона несет риск вызванных этим для нее неблагоприятных последствий. В данном случае исполнение договорного обязательства первоначальной стороне признается исполнением надлежащей стороне.

3. Договор об изменении субъектного состава договора, совершенного в простой письменной или нотариальной форме, должен быть совершен в соответствующей форме.

Договор об изменении субъектного состава договора, требующего государственной регистрации, должен быть зарегистрирован в порядке, установленном для регистрации этого договора, если иное не установлено законом.

4. Если иное не предусмотрено законом или договором, права и (или) обязанности первоначальной стороны (а равно условия, предусматривающие права и обязанности стороны) переходят к новой стороне (распространяются на новую сторону) в том объеме и в том виде, которые существовали к моменту замены стороны в договоре.

5. Первоначальная сторона договора отвечает перед новой стороной за недействительность договора, но не отвечает за неисполнение новой стороной договора, кроме случая, когда первоначальная сторона приняла на себя поручительство за должника перед новой стороной.

6. Сторона-должник вправе не исполнять договорное обязательство новой стороне-кредитору до представления ей доказательств замены стороны-кредитора.

Лицо, замененное в качестве стороны договора, обязано передать новой стороне договор и иные документы, удостоверяющие права и обязанности по договору, а также сообщить сведения, имеющие значение для реализации договора.

7. При изменении субъектного состава договора (как и при перемене лиц в обязательстве) необходимо учитывать договорную правосубъектность лиц, вступающих в договор (обязательство). Если исходя из закона либо иного правового акта следует, что стороной данного договора может быть только определенный субъект, то это требование должно соблюдаться как при заключении данного договора, так и при изменении субъектного состава этого договора. Так, в соответствии со ст. 927 и 938 ГК РФ в качестве страховщиков договоры страхования могут заключать юридические лица, имеющие разрешения (лицензии) на осуществление страхования соответствующего вида (страховые организации). Соответственно, в заключенном договоре страхования сторона-страховщик может быть заменена не на любое лицо, а только на юридическое лицо, имеющее лицензию на осуществление страхования данного вида.

Изложенное требование следует применять с учетом того, на какой стадии развития договорного обязательства происходит замена стороны в договоре (договорном обязательстве). Поясним сказанное на примере.

Между коммерческим банком и организацией в январе 1994 г. был заключен кредитный договор, по условиям которого сумма кредита должна быть возвращена заемщиком не позднее 1 июля 1994 г. В указанный срок сумма кредита и процентов за пользование им не были погашены.

В декабре 1995 г. банк по договору цессии уступил третьей коммерческой организации все права требования, вытекающие из кредитного договора, включая права требования возврата основной суммы долга, уплаты процентов за пользование кредитом и неустоек за нарушение договора. При этом о заключенном договоре цессии заемщику по кредитному договору сообщено не было.

В январе 1998 г. банк обратился в арбитражный суд с иском о взыскании с заемщика всей задолженности по кредитному договору. Заемщик возражал против исковых требований банка, ссылаясь на то, что банк не имеет прав требования по кредитному договору, поскольку передал их в полном объеме третьей организации по договору цессии (о котором к моменту рассмотрения дела в суде заемщику уже стало известно). Суд удовлетворил исковые требования банка, приняв во внимание доводы последнего о том, что договор цессии следует считать недействительным по ст. 168 ГК РФ как противоречащий закону. Противоречие закону усматривалось в том, что договор цессии был заключен банком с коммерческой организацией, которая не имеет банковской лицензии и в силу этого не может приобретать по договору цессии прав требования, основанных на кредитном договоре. По логике суда, банк вправе был уступить права требования по кредитному договору только банку или иной кредитной организации, имеющей банковскую лицензию.

Решение суда по означенному делу и его мотивировка представляются необоснованными, и вот почему.

Действовавшее на момент заключения договора уступки права требования (т.е. в декабре 1995 г.) законодательство не препятствовало коммерческой организации, не имеющей банковской лицензии, предоставить платный кредит другому лицу, при условии, что деятельность по предоставлению кредитов не является систематической. В соответствии со ст. 113 и 114 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 г. (далее Основы гражданского законодательства) банк или иное лицо, занимающееся предпринимательской деятельностью, может предоставить кредит под определенный процент, указанный в договоре. В соответствии с Основами гражданского законодательства кредитный договор мог быть заключен не только банком или иной кредитной организацией, получившей лицензию на осуществление банковской деятельности, но и иной коммерческой организацией.

Этот вывод подтверждается и судебной практикой. Вопрос о том, необходимо ли получение лицензий на осуществление операций по кредитованию, если денежные суммы предоставляют предприятия и организации другим лицам на условиях возвратности и платности, был рассмотрен Высшим Арбитражным Судом РФ *(3). Необходимость получения лицензии поставлена им в зависимость от того, имеет ли деятельность по предоставлению кредитов систематический характер. В информационном письме говорится следующее: "Банки и иные кредитные учреждения, созданные собственниками для осуществления банковских операций (что должно быть указано в уставе этих учреждений), должны получить лицензию на занятие данной предпринимательской деятельностью в соответствии со статьями 1 и 11 Закона РСФСР "О банках и банковской деятельности в РСФСР". Если же подобные учреждения в нарушение устава занимаются как предпринимательской деятельностью выдачей кредитов (независимо от того, за счет каких источников сформированы финансовые ресурсы) под проценты и на это заключают кредитные договоры без получения лицензий, такая деятельность должна признаваться не соответствующей законодательству со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Когда же одна организация в соответствии со статьей 113 Основ гражданского законодательства передает заемщику свои свободные средства по договору займа, а последний обязуется возвратить эту сумму, и такая деятельность не запрещена законом и не носит систематического характера, получения лицензии не требуется, в том числе и в случае предоставления займа на условиях уплаты определенных процентов".

Таким образом, в период заключения договора об уступке прав требования (в декабре 1995 г.) коммерческая организация имела право заключать единичные кредитные договоры (т.е. не в качестве систематической предпринимательской деятельности) без получения лицензии на осуществление банковских операций. Следовательно, она имела право на получение в порядке цессии прав по истребованию долгов по единичным кредитным договорам.

Кроме того, необходимость получения банковской лицензии для осуществления деятельности по предоставлению кредитов сама по себе не всегда влечет запрет на передачу банками прав по истребованию долгов по кредитным договорам другим организациям, не имеющим банковских лицензий.

Дело в том, что предоставление кредитов не равнозначно истребованию долгов по выданным кредитам. Это разные виды деятельности. Поэтому из того, что для выдачи кредита необходима лицензия, не следует, что это требование должно распространяться на истребование долгов по кредитам. Поэтому если по заключенному банком кредитному договору предусмотрена обязанность выдать заемщику кредит и последний еще не выдан, то банк-кредитор в таком кредитном договоре может быть заменен только на банк или иную кредитную организацию. Однако если по заключенному банком кредитному договору банк уже выполнил свою обязанность по выдаче кредита и имеет только права по истребованию долгов с заемщика, то эти права могут быть переданы по договору цессии коммерческой организации, не являющейся банком или иной кредитной организацией.

Иной вывод привел бы к нелогичной с правовой и нецелесообразной с практической точек зрения ситуации, когда организация, торгующая товаром, выполняющая работы или оказывающая услуги на основании соответствующей лицензии, не может уступить право требовать плату за товар, работу, услуги другой организации, не имеющей соответствующей лицензии. В этом случае организация, торгующая алкогольной продукцией (на что, как известно, требуется лицензия), не могла бы передать другой организации, не имеющей такой лицензии, право на получение платежа за проданную партию алкогольной продукции. Очевидно, что это неверно как в случае с долгами по договору поставки алкогольной продукции, так и в случае с долгами по кредитному договору.


М.Ф. Казанцев,

кандидат юридических наук,

заведующий отделом права

Института философии и права УрО РАН


-------------------------------------------------------------------------

*(1) См., напр.: Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10 сентября 1996 г. N 161/96 // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1996. N 11. С.76.

*(2) Собрание актов Президента и Правительства Российской Федерации. 1992. N 16. Ст. 1237.

*(3) См.: информационное письмо Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10 августа 1994 г. N С1-7/ОП-555 "Об отдельных рекомендациях, принятых на совещаниях по судебно-арбитражной практике" // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1994. N 10.



Изменение субъектного состава предпринимательского договора


Автор


М.Ф. Казанцев - кандидат юридических наук, заведующий отделом права Института философии и права УрО РАН


Практический журнал для руководителей и юристов "Законодательство", 1999, N 4


Текст документа на сайте мог устареть

Заинтересовавший Вас документ доступен только в коммерческой версии системы ГАРАНТ.

Вы можете приобрести документ за 54 рубля или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(Документ будет доступен в личном кабинете в течение 3 дней)

(Бесплатное обучение работе с системой от наших партнеров)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение

Если вы являетесь пользователем системы ГАРАНТ, то Вы можете открыть этот документ прямо сейчас, или запросить его через Горячую линию в системе.