"Реорганизация как способ прекращения деятельности юридических лиц" (М.В.Телюкина, "Законодательство", N 1, январь 2000 г.)

Реорганизация как способ прекращения деятельности юридических лиц


Проблема прекращения деятельности юридического лица заслуживает рассмотрения в силу того, что вследствие указанного события такое лицо выбывает из числа субъектов гражданского права, и приходится решать вопрос о судьбе обязательств, участником которых было прекращающее существование юридическое лицо.

Деятельность юридических лиц прекращается по различным причинам. Но классифицировать акты таких прекращений можно по двум критериям: в зависимости от органа, принявшего решение о прекращении деятельности субъекта, и в зависимости от наличия правопреемства.

В зависимости от того, какой орган принял решение о прекращении деятельности юридического лица, этот акт признается добровольным или принудительным. Первый вариант возможен в случае вынесения соответствующего решения самим юридическим лицом, т.е. его учредителями (участниками), либо органом, имеющим в силу учредительных документов необходимые для этого полномочия. Принудительное прекращение существования юридического лица происходит по решению суда (в большинстве случаев) либо по решению уполномоченных государственных органов.

В зависимости от наличия правопреемства различают такие виды прекращения юридических лиц, как реорганизация и ликвидация.

Реорганизация - это прекращение деятельности юридического лица, сопровождающееся общим правопреемством (сингулярное правопреемство при реорганизации невозможно). В результате реорганизации возникают одно либо несколько новых юридических лиц, являющихся обязанными по отношениям, в которых участвовало прекратившее существование юридическое лицо.

Ликвидация представляет собой прекращение деятельности юридического лица без правопреемства, т.е. прекращение как самого юридического лица, так и его прав и обязанностей.

И реорганизация, и ликвидация могут осуществляться как добровольно, так и принудительно.

Представляется интересной позиция А.А.Мельникова, который предлагает наряду с добровольной и принудительной выделять вынужденную реорганизацию и ликвидацию юридических лиц. "К вынужденным относятся реорганизация и ликвидация юридических лиц, вызванные изменением действующего законодательства" *(1).

На мой взгляд, именно вынужденной (а не добровольной либо принудительной) следует считать ликвидацию организации по такому основанию, как признание судом недействительной регистрации юридического лица в связи с допущенными при его создании нарушениями закона и иных правовых актов (ч.2 п.2 ст.61 ГК РФ). Проблема в том, что некоторые ученые, в частности, И.В.Елисеев, относят ликвидацию по данному основанию к числу принудительных, так как "если решение суда вступило в законную силу, то участники организации обязаны ему подчиниться. Значит, в этом случае ликвидация проводится на основе судебного решения, а не волеизъявления участников" *(2).

Е.А.Суханов также считает, что признание судом недействительным акта государственной регистрации относится к случаям принудительной ликвидации, так как "в этом случае добровольная по форме ликвидация юридического лица, по сути, носит вынужденный (принудительный) характер" *(3).

Указанные позиции представляются не вполне обоснованными. На мой взгляд, если оперировать только категориями "добровольная ликвидация" и "принудительная ликвидация" (не используя термин "вынужденная ликвидация"), то такое основание, как признание недействительной государственной регистрации юридического лица, следует признать основанием именно добровольной ликвидации, так как добровольная ликвидация осуществляется на основании решения участников, в том числе если это решение было принято участниками во исполнение решения суда. Принудительной ликвидация будет, если суд вынесет решение именно о ликвидации, в том числе после того, как участники не примут мер к осуществлению добровольной ликвидации, имея решение суда о признании регистрации недействительной.

Реорганизация юридического лица проводится в форме слияния, присоединения, разделения, выделения или преобразования (ст.57 ГК РФ). Обращают на себя внимание две особенности принудительной реорганизации: во-первых, она, в отличие от добровольной, может быть осуществлена только в форме разделения либо выделения (такую реорганизацию иногда называют разукрупнением); во-вторых, она, в отличие от принудительной ликвидации, может быть произведена во внесудебном порядке, по решению уполномоченных государственных органов.

Добровольная реорганизация осуществляется по решению самого юридического лица - его учредителей (участников) либо органа, обладающего соответствующими полномочиями согласно учредительным документам.

Определим особенности упомянутых форм реорганизации.

При слиянии права и обязанности двух прекращающих существование юридических лиц переходят к новому юридическому лицу.

При присоединении в состав юридического лица, не прекращающего свою деятельность, вливается прекращающее существование юридическое лицо.

При разделении права и обязанности прекращающего существование юридического лица переходят к двум (нескольким) новым юридическим лицам.

При выделении образуется новое юридическое лицо, являющееся правопреемником реорганизовавшегося юридического лица, причем деятельность последнего не прекращается. Выделение - единственная форма реорганизации, при которой не прекращается деятельность ни одного юридического лица.

При преобразовании происходит изменение организационно-правовой формы юридического лица.

Реорганизация в формах слияния, разделения, выделения и преобразования считается законченной с момента осуществления государственной регистрации новых юридических лиц.

Реорганизация в форме присоединения оканчивается моментом внесения в государственный реестр юридических лиц записи о прекращении деятельности присоединенного юридического лица.

В некоторых случаях при реорганизации следует предварительно получить согласие государственных органов. Необходимость такого согласия (точнее, необходимость представления особых документов) может быть установлена законом. В настоящее время закон "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" от 22 марта 1991 г. N 948-1 (с изменениями и дополнениями, внесенными федеральными законами от 25 мая 1995 г. N 83-ФЗ и от 6 мая 1998 г. N 70-ФЗ) предусматривает либо получение согласия Государственного антимонополистического комитета, либо его обязательное уведомление.

Согласие указанного органа необходимо в следующих случаях:

а) при слиянии или присоединении любых объединений (ассоциаций и союзов) коммерческих организаций;

б) при слиянии или присоединении коммерческих организаций, общая сумма активов которых составляет более 100 тыс. минимальных размеров оплаты труда (МРОТ);

в) при разделении или выделении унитарных предприятий, стоимость активов которых превышает 50 тыс. МРОТ, если в результате появится хозяйствующий субъект, доля которого на рынке превысит 35%.

Уведомление антимонопольных органов о состоявшейся реорганизации должно быть осуществлено, если в результате слияния или присоединения стоимость активов организации превысит 50 тыс. МРОТ.

Судебная практика уточняет, что при отсутствии согласия Антимонопольного комитета РФ (его территориального управления) на создание союза, ассоциации или другого объединения предприятий (акционерного общества) акт государственной регистрации этого объединения должен быть признан недействительным *(4).

Обращает на себя внимание тот факт, что при реорганизации происходит только общее (а не сингулярное) правопреемство, т.е. к образовавшимся в результате реорганизации юридическим лицам переходят все права и обязанности реорганизуемого юридического лица.

В связи с этим в процессе реорганизации необходимо решить все вопросы, связанные с определением субъектов, к которым переходят конкретные права и обязанности. Наиболее актуальна эта проблема, безусловно, для реорганизации в формах разделения и выделения, поскольку при слиянии, присоединении и преобразовании возникает одно юридическое лицо, которое и является правопреемником всех реорганизованных.

При реорганизации составляется разделительный баланс (в случаях разделения и выделения) или передаточный акт (в случаях слияния, преобразования и присоединения).

Разделительный баланс должен содержать однозначный ответ на вопрос о том, к какому именно юридическому лицу перешло каждое конкретное обязательство.

И передаточный акт, и разделительный баланс должны включать в себя сведения обо всех без исключения обязательствах должника, включая те, в отношении которых реорганизующееся юридическое лицо считает, что у него есть основания их не исполнять.

Один из наиболее важных вопросов, возникающих в процессе реорганизации, - это вопрос защиты прав контрагентов реорганизующегося юридического лица. Цель правового регулирования - не допустить ущемления прав контрагентов, поскольку на практике нередки ситуации, когда руководство юридического лица проводит реорганизацию для того, чтобы одному из вновь образованных юридических лиц передать большинство обязательств, а другому - основную часть имущества. Кроме того, в результате реорганизации может произойти исключение либо уменьшение ответственности определенных лиц (например, при преобразовании общества с дополнительной ответственностью в производственный кооператив).

ГК РФ предусматривает три способа защиты прав кредиторов при реорганизации:

а) установление порядка проведения реорганизации (с извещением кредиторов);

б) составление определенных реорганизационных документов;

в) определение последствий отсутствия необходимой информации в реорганизационных документах.

В соответствии с установленным порядком проведения реорганизации, во-первых, все кредиторы должны быть письменно уведомлены о том, что в отношении юридического лица принято решение о реорганизации. Обязанность уведомления лежит на учредителях (участниках) юридического лица либо на органе, принявшем решение о реорганизации. Это может быть либо орган юридического лица, уполномоченный на принятие таких решений учредительными документами, либо государственный орган (при выделении и разделении в случаях, указанных в законе), либо суд. Федеральные законы "Об акционерных обществах" от 26 декабря 1995 г. N 208-ФЗ (в п.5 ст.15) и "Об обществах с ограниченной ответственностью" от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ (в п.5 ст.51) устанавливают 30-дневный срок, исчисляющийся с даты принятия решения о реорганизации, для уведомления кредиторов. Последствия пропуска этого срока в актах не указаны. Однако представляется, что кредитор, уведомление которому направлено более чем через месяц, может предъявить к реорганизуемым акционерному обществу (АО) или обществу с ограниченной ответственностью (ООО) требование о возмещении вызванных просрочкой убытков. В случае реорганизации ООО, согласно п.5 ст.51 закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", помимо письменного уведомления всех контрагентов общество обязано поместить в органе печати, в котором публикуются данные о государственной регистрации юридических лиц, сообщение о принятом решении (о реорганизации). Законом "Об акционерных обществах" необходимость подобной публикации не предусмотрена.

Во-вторых, уведомление о реорганизации, посылаемое каждому кредитору, должно содержать предложение потребовать прекращения либо досрочного исполнения обязательств, должником по которым является реорганизуемое юридическое лицо, и возмещения вызванных этим убытков. Таким образом, кредитору предоставляется право прекратить гражданско-правовые отношения с реорганизуемым юридическим лицом.

В связи с этим встают как минимум три важных вопроса: каков объем возможного требования кредитора; в течение какого времени кредитор может принять указанное предложение; возможны ли, и если да, то на каких условиях, договоренности реорганизуемого юридического лица с контрагентами о непредъявлении требований о досрочном исполнении обязательств.

Первый вопрос возникает в связи с тем, что закон не определяет, может ли кредитор предъявить должнику требование об исполнении не всех, а части обязательств. На практике встречаются ситуации, когда должник отказывается исполнять требование кредитора об исполнении только одного обязательства, если на исполнении остальных кредитор не настаивает. На мой взгляд, в данном случае право решения вопроса об объеме требования, безусловно, принадлежит кредитору.

Вторая проблема появляется тогда, когда реорганизуемое юридическое лицо в уведомлении о реорганизации указывает конкретный срок для предъявления требований кредиторами. Например, в нем может быть сказано, что требования могут быть заявлены в течение двух месяцев с момента получения уведомления; в противном случае будет считаться, что контрагент требование не предъявил.

Однако Гражданский кодекс не определяет конкретные сроки для предъявления требований кредиторами. Из этого, на мой взгляд, следует вывод о том, что в силу ГК РФ контрагент может потребовать прекращения обязательств в любой момент вплоть до окончания реорганизации. Следовательно, ограничение срока приема требований ущемляет права контрагентов, что недопустимо. Поэтому указание в уведомлении о реорганизации каких-либо сроков для предъявления претензий не должно иметь юридической силы - у контрагента в любом случае сохраняется право предъявить требование до окончания реорганизации *(5).

В связи с этим возникает вопрос о применимости сроков, установленных законами "Об акционерных обществах" и "Об обществах с ограниченной ответственностью".

Закон "Об акционерных обществах" предлагает контрагентам предъявить требования в течение 30 дней с даты направления обществом уведомления о реорганизации в форме слияния, присоединения, преобразования (ч.2 п.5 ст.15) и в течение 60 дней с даты направления уведомления о реорганизации в форме разделения и выделения (ч.3 п.5 ст.15).

В соответствии с п.5 ст.51 закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" независимо от формы реорганизации контрагентам дается 30 дней с даты направления уведомления либо с даты публикации объявления (видимо, право выбора принадлежит контрагенту).

Таким образом, при реорганизации обществ кредиторы могут предъявить свои требования в течение строго определенных сроков.

С одной стороны, установление этих временных границ дает кредиторам дополнительные гарантии, т.е. защищает их интересы, а также некоторым образом стабилизирует положение должника, у которого появляются гарантии того, что за 5 минут до окончания реорганизации требования предъявлены не будут. С другой - истечение данных сроков, очевидно, лишает контрагентов права предъявить свои требования (данные сроки представляются пресекательными). Значит, не исключены ситуации, когда контрагенты обществ (АО и ООО), находящихся в процессе реорганизации, окажутся в более невыгодном положении, чем контрагенты юридических лиц других типов, поскольку последние смогут предъявлять свои требования вплоть до окончания реорганизации.

Исходя из сказанного, несложно сделать вывод о том, что нормы специальных законов в некоторых случаях ухудшают (по сравнению с ГК РФ) положение контрагентов обществ, тем самым противореча сути ГК РФ.

Тем не менее, на мой взгляд, рассматриваемые положения законов должны применяться, так как в прямое противоречие с нормами ГК РФ они не вступают. Более того, как будет показано далее, установление специальных сроков для предъявления требований контрагентами имеет существенный положительный эффект.

Следовательно, любое юридическое лицо, за исключением акционерного общества и общества с ограниченной ответственностью, проводя реорганизацию, не имеет права устанавливать конкретные сроки, истечение которых прекращает право контрагентов на предъявление требований к реорганизуемому юридическому лицу. Акционерное общество и общество с ограниченной ответственностью могут указать конкретные сроки (указанные в законах) либо не делать этого, поскольку в любом случае подлежат применению законы.

На практике нередко приходится решать вопрос о том, может ли реорганизуемое АО или ООО указать в уведомлении срок для предъявления требований кредиторов больший, чем сроки, указанные в законах "Об акционерных обществах" и "Об обществах с ограниченной ответственностью". Так, в одном из арбитражных судов рассматривалось дело о признании недействительной государственной регистрации ООО "С" и ООО "У", образовавшихся в результате разделения ООО "К". При рассмотрении дела выяснилось, что ООО "К" представило в регистрационные органы (в соответствии с ч.2 п.5 ст.51 закона "Об обществах с ограниченной ответственностью") доказательства направления кредиторам уведомления о планируемой реорганизации (уведомление было направлено 23 февраля 1999 г. - через 22 дня после принятия соответствующего решения). Через два месяца реорганизация была завершена, новые юридические лица зарегистрированы. Требование о признании государственной регистрации недействительной подал один из крупных кредиторов - АО "И". Суду был предъявлен текст уведомления, из которого следовало, что ООО "К" предоставило АО "И" право предъявить свои претензии в течение трех месяцев, т.е. до 24 мая 1999 г. Указанным правом АО "И" воспользовалось, предъявив 5 мая 1999 г. требование об исполнении определенных обязательств. В ответ на это требование правопреемник ООО "К" - ООО "У" - сообщил о прекращении существования "К". Арбитражный суд отказал АО "И" в удовлетворении его требований, так как конкретный срок (30 дней) для предъявления претензий к реорганизуемому ООО установлен в законе, поэтому ни больший, ни меньший срок юридическое лицо предоставить не вправе.

С моей точки зрения, это решение законно, но нелогично, т.е. не соответствует сути складывающихся отношений. Законы (и "Об обществах с ограниченной ответственностью", и "Об акционерных обществах") действительно формулируют нормы о сроках предъявления требований кредиторов императивно; при этом закон "Об акционерных обществах" более категоричен, чем закон "Об обществах с ограниченной ответственностью". Первый из названных актов в п.5 ст.15 устанавливает, что кредитор АО "вправе требовать от общества прекращения либо досрочного исполнения обязательств путем письменного уведомления в срок не позднее 30 дней с даты направления... уведомления о реорганизации в форме слияния, присоединения, преобразования; не позднее 60 дней... в форме разделения или выделения" (выделено мной. - М.Т.). Пункт 5 ст.51 закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" говорит о том, что кредиторы в течение 30 дней вправе потребовать досрочного прекращения или исполнения обязательств, не устанавливая границы этого права, из чего можно при желании сделать вывод о том, что истечение 30-дневного срока указанное право не прекращает.

Полагаю, что единственным способом предотвращения злоупотреблений должника при реорганизации (подобных описанным) может стать расширительное толкование указанных норм законов, в соответствии с которым установленные в законе сроки следует считать минимальными. Более целесообразным (но и, безусловно, более сложным) представляется внесение соответствующих изменений в законы. При этом, с моей точки зрения, необходимо установить, во-первых, диспозитивность в части определения максимальных сроков для предъявления требований; во-вторых, обязательность для реорганизуемого должника представлять в регистрирующие органы не только доказательства уведомления кредиторов, но и текст разосланного уведомления (с указанием конкретного срока).

Перейдем к третьей проблеме, возникающей при использовании рассматриваемого способа защиты интересов кредиторов и касающейся возможности достижения соглашения между реорганизуемым юридическим лицом и контрагентами. Сложности появляются потому, что ГК РФ, поставив цель защитить интересы контрагентов, оставил открытым вопрос о защите реорганизуемого должника от недобросовестных действий контрагентов. В настоящее время возможности сторон вряд ли можно считать сбалансированными: кредиторам дается право потребовать прекращения либо досрочного исполнения всех обязательств должника с возмещением всех убытков.

Очевидно, что ни одно даже самое благополучное и платежеспособное юридическое лицо не в состоянии сразу исполнить предъявленные одновременно требования по обязательствам, срок исполнения которых не наступил (и будет наступать в разные периоды времени). Безусловно, одновременное предъявление всех (либо даже не всех, а нескольких крупных) требований в большинстве случаев может означать банкротство юридического лица. Причем единственной причиной банкротства в этом случае будет чрезмерная защита контрагентов при реорганизации, предоставляемая им законом.

Закон не дает ответа на вопрос о том, как добросовестному субъекту, желающему реорганизоваться, защитить себя от действий недобросовестных контрагентов, предъявляющих требования о прекращении обязательств, например, с единственной целью - погубить юридическое лицо.

Более того, даже если контрагенты являются добросовестными, для реорганизуемого юридического лица возникает ситуация правовой нестабильности, когда субъект в любой момент до окончания реорганизации должен быть готов одновременно исполнить все свои обязательства. Конечно, это ставит реорганизуемое юридическое лицо в крайне неудобное положение, влечет возникновение у него убытков.

Поэтому вполне объяснимо, что реорганизуемое юридическое лицо во избежание указанной нестабильности пытается достичь соответствующих договоренностей с контрагентами. На практике нередко заключается соглашение, в соответствии с которым контрагент обязуется не предъявлять реорганизуемому юридическому лицу никаких требований, так как не сомневается в том, что реорганизация не нарушит его прав.

Каковы последствия заключения такого соглашения? С одной стороны, реорганизуемое юридическое лицо получает возможность спокойно завершать реорганизацию и вести хозяйственную деятельность, не опасаясь неприятных неожиданностей. С другой - заключение какого бы то ни было соглашения не лишает контрагента права предъявить требования, поскольку п.2 ст.60 ГК РФ сформулирован императивно: "кредитор реорганизуемого юридического лица вправе потребовать прекращения или досрочного исполнения обязательства, должником по которому является это юридическое лицо, и возмещения убытков" (выделено мной. - М.Т.).

Таким образом, в случае нарушения контрагентом условий соглашения реорганизуемое юридическое лицо все же окажется в незащищенном положении (что особенно опасно в том случае, когда контрагент является недобросовестным).

Чтобы избежать возможных отрицательных последствий и защитить интересы реорганизуемого юридического лица, на мой взгляд, целесообразно включать в соглашение с контрагентом, помимо его обязательства не предъявлять требование, условие о штрафе, выплачиваемом в случае предъявления требования (этот штраф, например, может быть равен сумме предъявленного требования). Поскольку заключение такого соглашения не противоречит закону, указанный штраф будет подлежать уплате.

Более того, даже в случае отсутствия в соглашении условия о штрафе нарушение условия о непредъявлении требований может повлечь возмещение контрагентом убытков, причиненных нарушением договора (проблема состоит в том, что необходимо обосновать размер ущерба).

Безусловно, заключение какого-либо соглашения с кредиторами - мера, во-первых, слабая; во-вторых, бесполезная, если кредиторы настроены по отношению к должнику недоброжелательно. Между тем на данный момент это единственный способ, дающий хоть какие-то гарантии реорганизуемому юридическому лицу.

Итак, в подавляющем большинстве случаев реорганизуемый должник оказывается незащищенным перед кредиторами. В том числе это происходит в ситуациях, когда кредиторы преследуют не только экономические, но и какие-либо другие (возможно, политические) цели - например, если кредиторы стремятся вынудить ликвидироваться нормально функционирующего субъекта (как отмечалось, для этого обычно достаточно одновременно предъявить все требования).

В качестве примера можно привести следующую реальную ситуацию. ООО "Н", предварительно устно согласовав все вопросы с кредиторами, приняло решение о слиянии с ООО "Б". Кредиторы, имевшие наиболее крупные требования, срок исполнения которых наступал через достаточно продолжительное время, не собирались предъявлять свои требования, о чем сообщили ООО "Н". Однако три крупнейших кредитора уступили свои права АО "С" (являвшемуся конкурентом ООО "Н"), которое и предъявило все требования к ООО "Н". В результате ООО "Н" было признано банкротом и ликвидировано.

На мой взгляд, интересы реорганизуемого юридического лица должны быть защищены законом. Для этого представляется необходимым внести в ГК РФ изменения, в соответствии с которыми будут установлены:

а) обязанность реорганизуемого юридического лица после утверждения разделительного баланса (передаточного акта) сообщать всем контрагентам сведения о правопреемнике по каждому обязательству, а также об имуществе, передаваемом каждому новому юридическому лицу;

б) обязанность реорганизуемого юридического лица не вносить изменений в разделительный баланс без уведомления об этом кредиторов (такая норма может быть альтернативой предложению "а", поскольку оно, очевидно, может нарушить интересы должника, не желающего предоставлять кредиторам информацию о своих контрагентах);

в) возможность для контрагентов в течение месяца (если иной срок не установлен законом) с момента получения уведомления о правопреемнике предъявить требования о прекращении либо досрочном исполнении обязательств и возмещении убытков;

г) запрет кредиторам предъявлять требования к реорганизуемому должнику о досрочном исполнении обязательств, если последний предоставил обеспечение исполнения требования в срок.

Внесение в законодательство соответствующих изменений позволило бы сбалансировать защищаемые законом интересы сторон в процессе реорганизации.

Второй способ защиты интересов контрагентов - установление в ГК РФ обязательного требования составлять реорганизационные документы (передаточный акт и разделительный баланс), в которых обязательно должны быть указаны правопреемники по всем обязательствам реорганизуемого юридического лица.

В силу ч.2. п.2 ст.59 ГК РФ непредставление вместе с учредительными документами реорганизационных документов, а также отсутствие в них положений о правопреемстве по обязательствам реорганизованного юридического лица влекут за собой отказ в государственной регистрации вновь возникших юридических лиц. При этом возникает вопрос, на который ГК РФ ответа не дает: каковы последствия осуществления реорганизации с нарушением требований ч.2 п.2 ст.59? Очевидно, что это должно повлечь ликвидацию новых юридических лиц на основании признания судом недействительной регистрации образовавшихся в результате реорганизации юридических лиц (в соответствии с ч.2 п.2 ст.61 ГК РФ).

Кроме того, обращает на себя внимание еще одна недоработка ГК РФ, состоящая в том, что не определены последствия неуведомления кредиторов в соответствии с п.1 ст.60 ГК РФ.

На мой взгляд, совершенно верную позицию в этом вопросе занял закон "Об обществах с ограниченной ответственностью", ч.2 п.5 ст.51 которого устанавливает, что государственная регистрация обществ, созданных в процессе реорганизации, и внесение записей о прекращении деятельности реорганизованных обществ осуществляются только при представлении доказательств уведомления кредиторов.

Очевидно, что при реорганизации ООО в случае неуведомления кредиторов (либо непредставления в регистрирующий орган доказательств уведомления) суд может принять решение о недействительности регистрации новых юридических лиц. При реорганизации юридического лица иной (чем ООО) организационно-правовой формы возможность принятия судом такого решения вызывает сомнения.

Считаю, что в ГК РФ необходимо внести изменения, в соответствии с которыми при реорганизации любого юридического лица необходимо представлять при государственной регистрации не только учредительные документы и передаточный акт (разделительный баланс), но и документы, доказывающие уведомление контрагентов о реорганизации.

Третий способ защиты интересов кредиторов при реорганизации - установление в законе последствий положения, при котором по реорганизационным документам невозможно определить правопреемника реорганизованного юридического лица. А именно - в соответствии с п.3 ст.60 ГК РФ, если разделительный баланс не позволяет определить правопреемника по конкретным обязательствам, вновь возникшие юридические лица несут солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица перед его кредиторами.

Обращает на себя внимание тот факт, что в п.3 ст.60 ГК РФ содержится не совсем точная с юридической точки зрения формулировка: говорится о солидарной ответственности, в то время как очевидно, что фактически речь идет о солидарной обязанности, только при неисполнении которой возможно предъявление требования о солидарной ответственности.

Положения о солидарной обязанности позволяют сделать как минимум два важных вывода. Во-первых, солидарная обязанность возникает только в случае, если из разделительного баланса нельзя определить конкретного правопреемника, т.е. сам баланс составлен и был представлен в регистрирующие органы. Во-вторых, установление солидарной обязанности исключает признание недействительной государственной регистрации юридического лица (что, как уже было сказано, не исключается при непредставлении реорганизационных документов в регистрирующие органы).

Буквальное толкование закона позволяет говорить о невозможности контрагента предъявить требование об исполнении обязательства любому из вновь созданных юридических лиц, если после завершения реорганизации выяснится, что разделительный баланс не был составлен (контрагент сможет только настаивать на недействительности государственной регистрации, что далеко не всегда представляет для него интерес).

На мой взгляд, такая ситуация крайне нелогична. Для защиты интересов кредиторов необходимо внести в ГК РФ изменения, в соответствии с которыми солидарная обязанность новых юридических лиц по сделкам реорганизованного возникает и в случае отсутствия разделительного баланса.

Отметим, что ГК РФ в ряде случаев устанавливает особенности реорганизации конкретных юридических лиц. Так, в соответствии с п.1 ст.68 ГК РФ хозяйственные товарищества и общества одного вида могут осуществлять реорганизацию в форме преобразования в хозяйственные товарищества и общества другого вида или в производственные кооперативы (при этом в течение двух лет все бывшие полные товарищи будут нести субсидиарную ответственность всем своим имуществом по обязательствам образовавшегося в результате реорганизации юридического лица, перешедшим к нему от товарищества). В силу п.2 ст.92 ГК РФ ООО вправе осуществить реорганизацию в форме преобразования в акционерное общество или в производственный кооператив. Согласно п.2 ст.104 ГК РФ, АО вправе преобразоваться в общество с ограниченной ответственностью либо в производственный кооператив. В силу п.2 ст.112 ГК РФ производственный кооператив может преобразоваться в хозяйственное товарищество или общество.

Стоит отметить, что закрытое акционерное общество и открытое акционерное общество являются различными типами организационно-правовой формы акционерного общества, поэтому преобразование ЗАО в ОАО и наоборот не является формой реорганизации. Следовательно, при этом не требуется соблюдать все установленные для реорганизации правила *(6).

Указанные положения закона не содержат ответа на вопрос о том, каким образом юридические лица могут (и могут ли) осуществлять реорганизацию в других, кроме преобразования, формах (разделения, выделения, слияния, присоединения). На мой взгляд, такая реорганизация допустима. (Хотя возможна аргументация и противоположного вывода: так как норма статьи специального параграфа говорит только о преобразовании, следовательно, другие формы реорганизации (установленные общим параграфом) к конкретному юридическому лицу не применяются) *(7).

На практике много проблем вызывает еще один вопрос, ответа на который ГК РФ также не дает: должны ли слияние, присоединение, разделение, выделение осуществляться только в рамках одной организационно-правовой формы, или возможно, например, слияние ООО с ООО в АО?

На первый взгляд, ГК РФ не устанавливает никаких препятствий для осуществления подобной реорганизации (слияния двух ООО в АО, либо двух АО в ООО; присоединения АО к ООО или наоборот; выделения из АО производственного кооператива или ООО и т.п.). Безусловно, при этом необходимо учитывать различную правовую природу построения уставного капитала обществ. Иными словами, обязательно должен быть решен вопрос конвертации акций в доли участия и наоборот, - а это уже, по сути, реорганизация в форме преобразования. Получается, что слияние двух ООО в АО невозможно?

Видимо, такова логика законов "Об акционерных обществах" и "Об обществах с ограниченной ответственностью". Так, п.1 ст.16 закона "Об акционерных обществах" устанавливает, что "слиянием обществ признается возникновение нового общества путем передачи ему всех прав и обязанностей двух или нескольких обществ с прекращением последних" (выделено мной. - М.Т.). Аналогично сказано в п.1 ст.17, п.1 ст.18, п.1 ст.19 соответственно о присоединении, разделении, выделении обществ. Если учесть, что в силу п.1 ст.2 закона "Об акционерных обществах" для целей закона при обозначении акционерного общества используется термин "общество", станет понятно, что слияние, присоединение, разделение, выделение АО и ООО (подобные правила установлены и законом "Об обществах с ограниченной ответственностью") возможны только в рамках конкретной организационно-правовой формы - соответственно АО или ООО *(8).

Значит, если два ООО желают слиться в АО, либо каждое из них должно вначале преобразоваться в АО, чтобы затем слиться в новое АО; либо они должны слиться в новое ООО, которое затем преобразуется в АО. В любом случае неизбежно осуществление двух самостоятельных реорганизаций (с соблюдением всех установленных законом требований), что нецелесообразно с точки зрения как закона, так и интересов всех участников реорганизации и кредиторов.

Полагаю, что необходимо уточнить закон с тем, чтобы конвертация акций в доли участия и наоборот осуществлялась в рамках слияния, разделения, выделения, присоединения.

Следует отметить, что на практике такая реорганизация (слияние, выделение, разделение, присоединение в рамках разных организационно-правовых форм) проводится нередко. Порядок ее осуществления уточнен постановлением Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг от 11 ноября 1998 г. N 48 "О внесении изменений и дополнений в Стандарты эмиссии акций и облигаций и их проспектов эмиссии при реорганизации коммерческих организаций, утвержденные постановлением ФКЦБ от 12 февраля 1997 г. N 8". Данное постановление утвердило Стандарты эмиссии акций и облигаций и их проспектов эмиссии при реорганизации коммерческих организаций, в п.1.3 которых перечислены способы размещения ценных бумаг при реорганизации коммерческих организаций. Пункт 1.3.2 того же документа устанавливает, что размещение ценных бумаг при реорганизации может осуществляться путем "обмена на акции акционерного общества долей участников присоединенного к нему товарищества или общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, паев членов присоединенного к нему кооператива; обмена на акции акционерного общества, созданного в результате слияния, выделения или разделения, долей участников товарищества или общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, паев членов кооперативов, реорганизованных путем такого слияния, выделения или разделения".

Таким образом, ФКЦБ устанавливает механизм осуществления слияния, присоединения, разделения, выделения различных организационно-правовых форм юридических лиц.

В настоящей статье были проанализированы проблемы, связанные с реорганизацией юридических лиц и с исполнением сделок реорганизуемого юридического лица. Этот анализ приводит к выводу о необходимости законодательно решить вопросы о защите интересов реорганизованного юридического лица от действий недобросовестных контрагентов; уточнить вопрос защиты прав контрагентов при реорганизации юридического лица; признать возможным осуществление не только преобразования, но и слияния, присоединения, выделения, разделения в рамках различных организационно-правовых форм юридических лиц.


М.В.Телюкина,

кандидат юрид. наук

----------------------------------------------------------------------

*(1) Мельников А.А. Гражданско-правовое регулирование прекращения деятельности юридических лиц: Автореф.дис. ... канд.юрид.наук. М., 1997. С.13.


*(2) См.: Гражданское право: Учебник. Часть I/Под ред. А.П.Сергеева, Ю.К.Толстого. М., 1998. С.137 (автор главы - И.В.Елисеев).


*(3) Гражданское право: Учебник/Под ред. Е.А.Суханова. М., 1998. Т.1. С.203.


*(4) Письмо Высшего Арбитражного Суда РФ от 10 декабря 1992 г. N С-13/ОП-357 "Практика разрешения споров, связанных с учреждением, реорганизацией и ликвидацией предприятий". П.4.


*(5) Очевидно, предъявление такого требования (например, непосредственно перед внесением в государственный реестр юридических лиц соответствующих записей об образовании новых субъектов) делает невозможным завершение реорганизации либо дает основание впоследствии признать регистрацию недействительной.


*(6) Указанный вопрос уточнен в п.6 постановления Пленума Верховного Суда и Высшего Арбитражного Суда РФ от 2 апреля 1997 г. N 4/8.


*(7) Возможность такого вывода, на мой взгляд, следует признать одной из недоработок ГК РФ, которые в перспективе целесообразно исправить (например, введя в соответствующие нормы уточнения о том, что к остальным формам реорганизации применяются общие правила).


*(8) Правда, можно обосновать и противоположное мнение, в соответствии с которым законы "Об акционерных обществах" и "Об обществах с ограниченной ответственностью" называют и регламентируют только один из возможных способов осуществления слияния, разделения, выделения, присоединения - в рамках организационно-правовых форм АО и ООО; другие способы - в рамках других организационно-правовых форм - осуществляются по общему правилу (за отсутствием специального указания в законах).



Реорганизация как способ прекращения деятельности юридических лиц


Автор


М.В.Телюкина - кандидат юридических наук


Практический журнал для руководителей и юристов "Законодательство", 2000, N 1



Актуальная версия заинтересовавшего Вас документа доступна только в коммерческой версии системы ГАРАНТ. Вы можете приобрести документ за 54 рубля или получить полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня.

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.