Переход обязательственных прав: общее правило и исключения (О. Ломидзе, "Российская юстиция", N 9, сентябрь 2000 г.)

Переход обязательственных прав:
общее правило и исключения


Одним из наиболее важных общих правил, подлежащих соблюдению при переходе (передаче) обязательственного права, является такое "переход обязательственного права должен быть сопряжен с переменой лиц в обязательстве". Это правило получило широкое применение в арбитражно-судебной практике. Оно не зафиксировано в какой-либо конкретной законодательной норме, но находит отражение в самом названии главы 24 ГК РФ "Перемена лиц в обязательстве".

Когда мы говорим о перемене лиц в обязательстве, речь идет об обязательственном правоотношении. Последнее имеет свое содержание - субъективные права и обязанности сторон, которые устанавливают границы правомерного (дозволенного и (или) необходимого) поведения конкретного субъекта для конкретной ситуации. Регулируемое общественное отношение также имеет свое содержание - реальное поведение участников, их взаимодействие. Поэтому перемену лиц в обязательстве можно определить как замену субъекта взаимодействия, составляющего содержание конкретного отношения, а также перенос границ правомерного поведения - установление этих границ для нового правообладателя, нового обязанного лица путем снятия их с прежнего правообладателя, прежнего обязанного лица.

Следует также отметить, что зачастую обязательственное правоотношение является сложным, т.е. каждая из его сторон обладает рядом прав и несет ряд обязанностей. Так, арендодатель имеет право требовать от арендатора своевременного внесения арендной платы, поддержания имущества в исправном состоянии, производства текущего ремонта, несения расходов по содержанию имущества. В то же время он обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора, осуществлять капитальный ремонт и т.д. Всю совокупность ряда встречных прав и обязанностей сторон (продавца и покупателя, арендатора и арендодателя, заказчика и подрядчика и т.п.) следует рассматривать как одно правовое отношение. Отдельные права сторон обязательства в юридической литературе обозначают термином "правомочия" (или "субправомочия"). При этом указывается, что они входят в состав субъективного права, отличающегося сложным строением. При перемене лиц в обязательстве изменяется его субъектный состав, системные же связи между правомочиями и обязанностями сохраняются. К вновь заступающему лицу переходит не отдельное правомочие выбывающего лица, а вся совокупность его правомочий, имеющаяся в наличии на момент перехода. В случае, если выбывающее из обязательства лицо не только обладало правами, но и несло обязанности, на вновь заступающее лицо должны быть также переведены обязанности (долги) выбывающего.

Однако анализ действующего законодательства показывает, что в ряде случаев переход права может произойти независимо от соблюдения данного правила, т.е. без перемены лиц в обязательстве.

Первым примером возможного исключения из правила "переход права должен быть сопряжен с переменой лиц в обязательстве" является переход прав по закладной. Федеральный закон от 16 июля 1998 г. "Об ипотеке (залоге недвижимости)" вводит в гражданский оборот закладную как новый вид ценных бумаг. Она является именной ценной бумагой, и передача прав по закладной может осуществляться путем совершения на ней передаточной надписи. В отличие от ордерной ценной бумаги такая надпись обязательно должна содержать имя (наименование) лица, которому передаются права, т.е. не может быть бланковой.

Передаточная надпись представляет собой одностороннюю сделку, а переход прав по закладной - уступку прав (цессию). Закладная удостоверяет не только право залогодержателя по договору об ипотеке (право залога), но и право залогодержателя на получение исполнения по обеспеченному ипотекой денежному обязательству. Например, при установлении ипотеки в обеспечение исполнения обязанности покупателя периодически оплачивать поставляемые ему партии товара и выдаче закладной последняя удостоверяет как право залога, так и право на получение исполнения указанной обязанности от покупателя, причем без представления других доказательств существования соответствующего обязательства; при установлении ипотеки в обеспечение исполнения обязанности арендатора уплачивать арендную плату (например, по договору лизинга) - как право залога, так и право на получение исполнения указанной обязанности от арендатора и т.п.

В приведенных примерах право на получение исполнения по денежному обязательству представляет собой одно из правомочий поставщика (арендодателя) в длящемся обязательственном правоотношении. Однако сам факт удостоверения этого права ценной бумагой - закладной - обосабливает его от остальных прав и обязанностей сторон. Удостоверенное закладной право получает определенную автономность, причем это является следствием действий должника по обеспеченному ипотекой обязательству, поскольку закладная не может быть составлена без его непосредственного участия. При совершении законным владельцем закладной передаточной надписи от него к другому лицу перейдет в соответствии с п.2 ст.48 Закона об ипотеке не только право залога, но и право на получение исполнения по обеспеченному ипотекой обязательству. Последнее, как следует из норм Закона об ипотеке, может передаваться законным владельцем закладной другому лицу даже в том случае, если оно представляет собой одно из нескольких правомочий стороны сложного обязательственного правоотношения, без передачи остальных правомочий и перевода обязанностей, т.е. без перемены лиц в обязательстве. Так, при удостоверении закладной принадлежащего арендодателю права требования уплаты арендатором арендной платы совершение передаточной надписи не приведет к переходу всех правомочий, принадлежащих арендодателю на основании договора аренды, а равно к переводу возложенных на него обязанностей; к новому законному владельцу закладной перейдет только то право требования, которое удостоверено данной ценной бумагой. При удостоверении закладной принадлежащего подрядчику права требования оплаты заказчиком отдельных этапов выполненных работ совершение передаточной надписи не приведет к переходу всех правомочий, принадлежащих подрядчику на основании договора подряда, а равно к переводу возложенных на него обязанностей и т.д. Аналогичный вывод может быть сделан и применительно к передаче прав по закладной на основании закона, а именно, их переводу на держателя данной ценной бумаги решением суда - ст.387 ГК, п.2 ст.49 Закона об ипотеке.

Возможность действовать без оглядки на правило "переход права должен быть сопряжен с переменой лиц в обязательстве" и совершать передачу прав в простой письменной форме без государственной регистрации (тогда как уступка прав по договору об ипотеке должна быть нотариально удостоверена и подлежит государственной регистрации) значительно повышает оборотоспособность прав законного владельца закладной. Цена такого повышения - целый ряд сложных проблем, которые могут возникнуть на практике (в частности, при рассмотрении споров между сторонами длящегося обязательственного правоотношения, когда, например, правомочие получать периодические платежи было обеспечено ипотекой, удостоверено закладной и передано при передаче прав по ней третьему лицу). Невозможно предугадать все проблемы, которые могут возникнуть при обращении закладных. Между тем в любом случае, как представляется, необходимо учитывать следующие варианты.

Первый пример. Как известно, передача прав по закладной означает отчуждение данных прав. Поэтому передавший удостоверенное закладной право требования кредитор-залогодержатель в споре с другой стороной двусторонне-обязывающего договора не может ссылаться на неполучение от последней соответствующего переданному требованию исполнения и применять за это санкции. Кроме того, необходимо учитывать, что закладная является средством удостоверения права по обеспеченному ипотекой обязательству, но не основанием его возникновения. При расторжении договора, из которого возникло основное обязательство, указанное право прекращается. Оно прекращается и при любом ином прекращении такого обязательства, в частности, вследствие его надлежащего исполнения. Это следует учитывать при толковании нормы ч.2 п.6 ст.17 Закона об ипотеке, согласно которой лицо, обязанное по закладной, не вправе приводить против требований законного владельца закладной об осуществлении прав по ней никаких возражений, не основанных на закладной. Следует признать, что данная норма не препятствует обязанному по закладной лицу приводить доказательства, свидетельствующие о прекращении обеспеченного ипотекой обязательства. Действительно, ведь, приводя такие доказательства, данное лицо опровергает само существование у законного владельца закладной права на получение от него исполнения.

Второй пример - исполнение третьим лицом обязательства со вступлением в права кредитора; переход к поручителю (залогодателю, не являющемуся должником), исполнившему обязательство должника, прав кредитора по обязательству; переход к третьему лицу, удовлетворившему за свой счет требование кредитора при наличии условий, предусмотренных п.2 ст.313 ГК, прав кредитора по обязательству. Перечисленные случаи представляют собой переход обязательственных прав на основании закона. Анализ работ ряда отечественных и зарубежных ученых позволяет обозначить эти случаи термином "суброгация". При исполнении обязательства за должника поручителем (залогодателем), третьим лицом, действующим в порядке п.2 ст.313 ГК, переход к исполнившему обязательство лицу права кредитора может происходить без перемены лиц в обязательстве.

Приведенные примеры представляют собой частичное преемство.

Третий пример относится к преемству универсальному. В этом случае при наследовании или реорганизации может происходить одновременный переход от праводателя (наследодателя, реорганизованного юридического лица) к преемникам всех прав - вещных, обязательственных, исключительных, а также субъективных обязанностей.

Переход при универсальном преемстве обязательственных прав и гражданско-правовых обязанностей представляет собой переход на основании закона (ст.387 ГК). К числу обязательственных относятся, в частности, права участников ряда юридических лиц (хозяйственных товариществ и обществ, производственных и потребительских кооперативов). Переход этих прав при универсальном преемстве не всегда приводит к становлению преемника на место предшественника в существовавшем на момент преемства обязательстве. Так, для вступления наследника умершего участника (образовавшегося в результате реорганизации преемника участника - юридического лица) в общество с ограниченной ответственностью уставом общества может требоваться согласие других участников; для вступления указанных лиц в полное товарищество согласие других участников требуется законом - п.2 ст.78, п.6 ст.93 ГК, п.7 ст.21 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. "Об обществах с ограниченной ответственностью".

Не вступивший в общество (товарищество) наследник (образовавшийся в результате реорганизации преемник) получает право требовать от соответствующего юридического лица выплаты действительной стоимости доли умершего (реорганизованного) участника в уставном (складочном) капитале общества (товарищества). Это право наследник (образовавшийся в результате реорганизации преемник) приобретает лишь постольку, поскольку соответствующим обязательственным правом по отношению к юридическому лицу обладал наследодатель (реорганизованное юридическое лицо). Налицо юридическая зависимость права преемника от права праводателя. Иначе говоря, право на получение действительной стоимости доли возникает у наследника (образовавшегося в результате реорганизации преемника) в результате производного правоприобретения - правопреемства от наследодателя (реорганизованного лица). Подтверждением производного характера приобретенного наследником (преемником) права требования к юридическому лицу служит также норма абз.3 п.2 ст.78 ГК. Однако не вступившие в общество с ограниченной ответственностью (полное товарищество) наследники (образовавшиеся в результате реорганизации преемники) участника общества или товарищества не являются его единственными преемниками. Как следует из п.3 ст.78 ГК, преемниками участника товарищества в этом случае будут также все иные участники товарищества: их доли соответственно увеличатся, если иное не предусмотрено учредительным договором (соглашением участников). Иное правило установлено применительно к аналогичной ситуации для обществ с ограниченной ответственностью: преемником участника общества будет само общество (п.5 ст.23 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью").

Обязательственное правоотношение, возникающее между юридическим лицом и его участником, имеет сложную структуру. В случае, если наследник умершего участника (образовавшийся в результате реорганизации преемник участника - юридического лица) в товарищество (общество) войти не может, обязательственное право участника-праводателя по сути расщепляется между его наследниками (преемниками) и остальными участниками юридического лица (применительно к товариществу), юридическим лицом (применительно к обществу). "Классической" перемены лиц в обязательственном правоотношении между участником и юридическим лицом, когда вступающий в обязательство субъект заменяет выбывающего, здесь нет.

Приведенные примеры предопределяют вопрос: не свидетельствуют ли они о необоснованности общего правила - "переход права и (или) обязанности должен быть сопряжен с переменой лиц в обязательстве"? Думается, наличие особенностей правового регулирования перехода отдельных обязательственных прав обусловлено многочисленностью и разнообразием случаев перехода. Допуская исключения из общего правила, законодатель каждый раз преследует конкретные цели. В частности, особенности правового регулирования перехода прав по закладной повышают оборотоспособность удостоверяемых ею прав. Особенности правового регулирования перехода прав участника юридического лица к наследникам (образовавшимся в результате реорганизации преемникам) с одной стороны, обеспечивают баланс интересов наследника (преемника) участника юридического лица и остальных его участников, с другой стороны, дают возможность избежать уменьшения уставного (складочного) капитала общества (товарищества) в связи с выходом участника.

Регламентация отношений существенно иным (и даже противоположным) образом, чем это предусматривается общим правилом (общей нормой), является достаточно распространенным приемом законодательного регулирования. Однако это не означает, что необходимо отказаться от самого общего правила. Вывод о спорности складывающейся судебной практики в вопросе о перемене лиц в обязательстве (которая исходит из того, что переход права должен быть сопряжен с переменой лиц в обязательстве) иногда обосновывается ссылкой на диспозитивный характер ст.384 ГК. Такая позиция вызывает возражения. Между правилом ст.384 ГК и общим правилом существуют функциональные связи дополнения, но не исключения. Так, в соответствии с диспозитивным правилом ст.384 ГК кредитор может при передаче другому лицу прав по основному обязательству не уступать права по обеспечивающему основное дополнительному (акцессорному) обязательству (например, о неустойке). Однако отступления от общего правила здесь не происходит, поскольку основное и дополнительное обязательства - это два разных правоотношения. Право по дополнительному обязательству возникает при переходе права по основному в силу нормы ст.384 ГК, а не в силу общего правила. Диспозитивный характер правила ст.384 ГК позволяет осуществлять частичный перенайм, частичную уступку займодавцем права требовать долг с заемщика и т.п. При переходе прав (прав и обязанностей) в этих случаях сохраняется определенное законом и договором соотношение между правомочиями и обязанностями сторон обязательства, что существенным образом отличает их от случаев вычленения из состава обязательственного права с последующей передачей другому лицу отдельного правомочия. В случае частичного перенайма, частичной уступки права требования займодавцем и в аналогичных им случаях наблюдается перемена лиц в обязательстве, но в отношении части предмета обязательства. Наконец, диспозитивный характер ст.384 ГК позволяет кредитору-цеденту не передавать другому лицу (цессионарию) права на начисленные, но неуплаченные проценты. Однако сохранение этого права за цедентом исключения из рассматриваемого правила также не повлечет, поскольку оно не нарушит системных связей между правомочиями и обязанностями сторон правоотношения. Ведь сохранение за цедентом права на неуплаченные проценты не препятствует цессионарию требовать от должника выплаты процентов, подлежащих начислению с момента уступки права.


О. Ломидзе,

кандидат юридических наук

(г. Ростов-на-Дону)



Переход обязательственных прав: общее правило и исключения


Автор


О. Ломидзе - кандидат юридических наук (г. Ростов-на-Дону)


"Российская юстиция", 2000, N 9, стр. 16


Текст документа на сайте мог устареть

Заинтересовавший Вас документ доступен только в коммерческой версии системы ГАРАНТ.

Вы можете приобрести документ за 54 рубля или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(Документ будет доступен в личном кабинете в течение 3 дней)

(Бесплатное обучение работе с системой от наших партнеров)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение