Демократия и права человека. Право на свободу совести и свободу вероисповедания (С.В. Фомина, "Гражданин и право", N 1, июль 2000 г.)

Демократия и права человека
Право на свободу совести и свободу вероисповедания


Свобода совести - понятие сложное, широкое и многогранное - на протяжении многих веков приковывает к себе внимание философов, историков, юристов и религиоведов, а также правительств, парламентов и политических партий, вкладывающих различный смысл в понимание этой категории.

Философское осмысливание свободы совести, заложенное еще в XVI-XVII вв. (Б. Спиноза, Дж. Локк, П. Бейль и др.), широко развивалось в трудах французских просветителей XVIII в. (Д. Дидро, Ж. Ламетри, П. Гольбах, К. Гельвеций), немецких философов конца XVIII - начала XIX в.

(Г. Гегель, К. Маркс, Л. Фейербах, Ф. Энгельс), работах русских революционеров-демократов (В.Г. Белинский, А.И. Герцен, Н.П. Огарев, Н.Г. Чернышевский, Н.А. Добролюбов, Д.И. Писарев), трудах В.И. Ленина, работах современных ученых и мыслителей. В разное время различные авторы, зачастую с противоположных позиций, наделяли понятие "свобода совести" различной смысловой нагрузкой.

В морально-философском смысле свобода совести иногда рассматривалась как философско-этическая категория*(1), как возможность для каждого человека совершать поступки в соответствии со своими представлениями о справедливом и несправедливом, о добре и зле*(2), как право людей мыслить о мире так, как они хотят, а также действовать в соответствии со своими представлениями о мире*(3). Такое отождествление понятий "совесть" и "свобода совести" или, например, понятий "свобода" и "свобода совести" некорректно, как и попытки некоторых исследователей этимологически разделить термин "свобода совести" на отдельные составляющие "свобода" и "совесть"*(4). Как отмечает Г.Г. Черемных, несмотря на то что каждое из рассматриваемых понятий имеет самостоятельное значение, содержание данной категории не является механически объединенной суммой этих двух понятий *(5). Более того, юридический смысл термина "свобода совести" уже философско-мировоззренческого понимания совести.

Тесная взаимосвязь и взаимообусловленность понятий "совесть" и "свобода совести" объясняется тем, что, как считают некоторые ученые, "на протяжении длительного исторического периода многие мировоззренческие вопросы были тесным образом связаны с религиозным мировоззрением, решались с позиций религиозного понимания, религиозной морали.

Религиозная догматика лежала в основе всех представлений о мире, была исходным пунктом развития и содержания юриспруденции, естествознания, философии и т.д."*(6). Влияние религии на нравственную сферу было особенно значительным. Постепенно выработался особый подход к осмыслению свободы совести как понятия, выражающего отношение человека к религии.

Как субъективное право свобода совести представляет собой "право каждого человека самостоятельно решать вопрос о том, руководствоваться ли ему в оценке своих поступков и мыслей поучениями религии или отказываться от них"*(7).

При характеристике отношения человека к религии кроме понятия "свобода совести" употребляются термины "свобода вероисповедания", "религиозная свобода". Первый часто встречается в законодательстве, второй - в научных публикациях. Но являются ли эти понятия синонимами свободы совести? Очевидно, что свободу вероисповедания возможно отождествить с религиозной свободой, со свободой религии: это свобода выбирать любую религию, принадлежать к любой конфессии, выбирать, иметь и распространять любые религиозные взгляды, отказываться от них и менять их, участвовать в религиозных богослужениях, обрядах и культах, жить в соответствии с религиозными постулатами и догмами, соблюдая их в быту, в семье, в обществе, на работе и т.д., а также свобода не верить ни в каких богов, не исповедовать никакой религии, не иметь никаких религиозных убеждений, относиться к религии нейтрально, индифферентно. Возможность полного осуществления этих свобод есть полная свобода вероисповедания. Такое встречается далеко не всегда. Государство, поддерживающее господствующую религию, поощряющее ее распространение среди населения, но преследующее иноверцев или не позволяющее переход из одной веры в другую, не может тем самым предоставить свободу вероисповедания своим гражданам в полном объеме.

Со свободой вероисповедания (или религиозной свободой) свобода совести соотносится, как видовое и родовое понятия, как частное и общее. Свобода вероисповедания есть лишь элемент свободы совести, так как к последней, в политико-юридическом значении этой категории, относится, помимо свободы выбора религии и свободы отправления религиозных культов, еще и право не исповедовать религии вообще, право быть атеистом и иметь право и реальную возможность распространять атеистическую пропаганду.

Исчерпывающий смысл в содержание понятия свободы совести вкладывает в своих работах на эту тему Ю.А. Розенбаум, когда говорит, что отношение человека к религии может быть трояким: человек может верить в бога, исповедовать какую-либо религию; не верить ни в каких богов и относиться к религии нейтрально или, последнее, может быть атеистом, т.е. человеком, не только не исповедующим никакой религии, но и отрицающим всякое существование бога и отвергающим религию в целом*(8). Из этих трех видов убеждений в рамках свободы совести - религиозных, нейтрально-агностических и атеистических - законодательного урегулирования и гарантированности со стороны государства требуют прежде всего противоположные - первые и последние. Однако в государствах, где сильно влияние церкви и религии, где преследуются или не поощряются атеистические убеждения, возможность нейтрально, равнодушно относиться к религии также не обязательно сможет быть реализована, а носители таких убеждений будут, возможно, ограничены в своих правах.

Итак, полное содержание свободы совести - это право быть верующим, неверующим или атеистом.

На протяжении XVI-XIX вв. понятие свободы совести эволюционировало от требования признания права исповедовать любую религию до права отрицать ее, быть атеистом. Определенный вклад в развитие этого понятия внесли представители школы естественного права. Б. Спиноза считал, что государственная власть не должна посягать на свободу мысли и религиозную свободу. Выступая главным образом против религиозной нетерпимости и фанатизма духовенства, Б. Спиноза в то же время полагал необходимыми некоторые ограничения религиозной свободы в тактических целях государства. Г. Гроций высказывался за светскую науку, свободную от влияния богословия. К. Томазий считал необходимым освобождение государства от влияния религии, так как обязанность государства - защищать всякую веру, и в связи с этим оно не должно поддерживать какую-либо религию. Поборник естественного права Вольтер относил к естественным свободам человека в том числе и свободу совести и выступал против религиозной нетерпимости и невежества духовенства, признавая в то же время огромную социальную роль религии. Дж. Локк - английский философ и один из первых теоретиков свободы совести - в своем известном "Письме о веротерпимости" утверждал, что "свобода совести есть естественное право каждого человека... и никого не должно принуждать в вопросах религии законом или силою"*(9). Религиозную веру он считал делом совести каждого человека. Много внес в развитие понятия свободы совести и М. Падуанский, который считал, что духовная и светская власти должны быть разделены при господствующем положении последней; что принуждения в делах веры быть не может, ибо вера - это дело совести каждого человека; что государство должно позаботиться об установлении и обеспечении полной веротерпимости.

Интересна позиция французских материалистов-атеистов, которые были, по существу, первыми, кто заговорил о включении права на атеистические убеждения в понятие свободы совести. Так, П. Бейль, начавший с критики католицизма, пришел к осуждению всякого религиозного фанатизма, требовал свободы совести также и для атеистов, веря в существование высоконравственного общества, состоящего из атеистов. П. Гольбах утверждал, что подлинная свобода совести должна включать право атеистов реализовать свои убеждения, вести просветительскую работу. Д. Дидро, не просто материалист, но и, по оценкам современников, воинствующий атеист и ярый противник религиозной морали, одним из первых выдвинул предложение об отделении школы от церкви, об ограждении сознания людей, особенно молодого поколения, от религиозного влияния.

В целом, однако, философы того времени, чьи взгляды основывались на признании и отстаивании принципов свободы совести, понимали под ней исключительно религиозную свободу, свободу вероисповедания. Гегель, например, провозглашал свободу вероисповедания и при этом отрицательно относился к свободе атеизма.

Со временем идеи религиозной свободы и веротерпимости получили в некоторых зарубежных государствах законодательное закрепление.

Практически это стало возможным лишь после перехода от феодальной деспотии к буржуазному строю. В американском штате Северная Каролина в 1669 г. была принята конституция, разработанная Дж. Локком. Она провозглашала свободное принятие веры и веротерпимость по отношению к лицам, не признающим официальную религию. Некоторые другие штаты вскоре последовали этому примеру, закрепив в своих конституционных актах аналогичные положения по вопросам свободы вероисповедания. Французская Декларация прав человека и гражданина 1789 г. торжественно провозгласила принцип свободы совести, но ограничилась при этом фактически лишь регулированием свободы вероисповедания. Названные акты оговаривали возможность проявления религиозных убеждений граждан лишь в той мере, в какой это не нарушает общественного порядка и общественного спокойствия.

Положения о религиозной свободе содержались и в последующих французских конституциях, 1791и 1793 гг. и других законодательных актах Франции того времени, что позволяет считать именно эту страну родоначальницей основ правовой регламентации религиозной свободы и свободы совести.

В ряде зарубежных конституционных актов - Греции 1952 и 1975 гг., Ирландии 1937 г., Египта 1971 г. и др. - проявилось провозглашение основополагающих принципов свободы вероисповедания, или свободы совести, наряду с одновременным признанием одной из религий в качестве государственной. В отечественной юридической литературе советского периода такое провозглашение свободы совести именовалось не иначе, как демагогическим, декларативным, непоследовательным, двуличным, противоречивым. Такая свобода совести достоянием государства не считалась. Но и в других случаях мнение отечественных ученых сводилось к тому, что в большинстве зарубежных конституций речь идет, по существу, не о свободе совести, а максимум о религиозной свободе или свободе отправления религиозных культов. То есть: либо законодательно закрепляется лишь свобода выбора религии или свобода отправления религиозных культов, либо под видом конституируемой свободы совести реально подразумевается опять же свобода вероисповедания. И особое внимание обращалось на то, что ни в одной из конституций буржуазных государств того времени, что бы она ни провозглашала - свободу совести или свободу вероисповедания, - не содержится положений, служащих правовыми гарантиями возможности не исповедовать никакую религию, быть атеистом, высказывать атеистические взгляды. Критика буржуазного понимания свободы совести и несоответствия его марксистско-ленинской науке проходит красной нитью по многим работам отечественных авторов советского периода, посвященным свободе совести. Могло ли в СССР, где частью государственной идеологии был воинствующий атеизм, иначе восприниматься отвергание свободы атеизма зарубежными конституциями?

Конечно, эта господствующая идеология и сам политический строй Страны Советов во многом обусловили необходимость включения в понятие свободы совести свободы вероисповедания и свободы атеистических убеждений. Второй при этом придавалось ничуть не меньшее значение, чем первой. Однако содержание права на свободу совести и вероисповедания в отечественной литературе не нашло своего четкого определения в рамках этого, казалось бы, единого понимания.

Проследим теперь, какое содержание вкладывалось в понятие свободы совести в отечественном - советском и российском - законодательстве.

В российском законодательстве свобода совести впервые была провозглашена декретом СНК РСФСР "Об отделении церкви от государства и школы от церкви" от 23 января 1918 г. Вскоре свобода совести была закреплена и конституционно. Конституция РСФСР 1918 г., а вслед за ней и другие российские и советские конституции провозглашали в целях обеспечения действительной свободы совести отделение церкви от государства и школы от церкви, а также признаваемую за всеми гражданами свободу религиозной и антирелигиозной пропаганды. Впоследствии внесением изменений в 1929 г. в Конституцию РСФСР 1924 г. и в Конституцию СССР 1936 г. вместо "свободы религиозной пропаганды" появилась формулировка "свобода отправления религиозных культов", что связано было скорее не с ограничением свободы вероисповеданий, а с определенными политическими соображениями - пресечь возможность использовать религиозную деятельность для политических выступлений против советской власти.

Последняя советская Конституция 1977 г. в ст. 52 устанавливала, что "гражданам СССР гарантируется свобода совести, т.е. право исповедовать любую религию или не исповедовать никакой, отправлять религиозные культы или вести атеистическую пропаганду". Таким образом, в этой норме были заложены все основные составляющие свободы совести, включая свободу вероисповедания и свободу атеизма. Более того, гарантирование свободы совести государством явилось более четкой и обязывающей формулировкой, нежели просто признание, как ранее, свободы совести за всеми гражданами. Эта же статья 52 Конституции СССР 1977 г. закрепляла и реальные гарантии реализации свободы совести - отделение церкви от государства и школы от церкви и запрет на возбуждение вражды и ненависти в связи с религиозными верованиями.

Действующая российская Конституция 1993 г. в главе 2 "Права и свободы человека и гражданина" также регламентировала, что "каждому гарантируется свобода совести, свобода вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними" (ст. 28). В контексте рассматриваемого вопроса о содержании конституционного права на свободу совести и свободу вероисповедания можно заметить, что наличествовавшее в предыдущих конституционно-правовых актах право на атеистическую пропаганду, атеистические убеждения заменено на более нейтральное и неопределенное "иные убеждения". Данный термин не подлежит расширительному толкованию и не может быть связан, скажем, с политическими, научными и прочими убеждениями, а должен находиться в рамках непосредственного содержания ст. 28, определяющей свободу того или иного отношения человека и гражданина к религии. Поэтому под "иными убеждениями" следует понимать убеждения, связанные с отношением к религии, но отличающиеся от религиозных, например свободомыслие, агностицизм и т.д. Но чаще всего "иными убеждениями" в контексте данной нормы считаются убеждения, прямо противоположные религиозным, - материалистические, атеистические, антирелигиозные. Конституция РФ прямо не предусматривает возможности иметь атеистические убеждения, осуществлять атеистическую пропаганду или иную атеистическую деятельность, создавать атеистические общественные объединения и т.д., но и не запрещает этого. Кроме того, установленная в ст. 28 возможность действовать в процессе реализации свободы совести в соответствии со своими убеждениями (как религиозными, так и иными) позволяет сделать вывод, что свобода атеизма, атеистическая деятельность и атеистическая пропаганда могут иметь место, конечно, при условии соблюдения законодательства РФ и ненарушения прав и свобод других лиц.

Тем не менее неполная ясность конституционной нормы и отсутствие конкретизации того, что может являться "иными убеждениями", - недостаток конституционно-правового ре гулирования, который должен был бы быть устранен с помощью более детальной регламентации этого вопроса в отраслевом федеральном законодательстве о свободе совести и свободе вероисповедания. К сожалению, этого не произошло.

26 сентября 1997 г. принят Федеральный закон "О свободе совести и о религиозных объединениях", который был призван заменить собой несколько устаревший морально и юридически Закон РСФСР 1990 г. "О свободе вероисповеданий". Федеральный закон, конечно, более современен, использует терминологию действующей российской Конституции, но сказать, что он внес что-то новое, дополнительно конкретизирующее в содержание понятия свободы совести и свободы вероисповедания, было бы преувеличением. Несмотря на то что термин "свобода совести" занимает в названии Федерального закона первое место, самой свободе совести в нем посвящено лишь несколько статей из главы первой "Общие положения". Куда как более подробно освещается в Законе правовой механизм создания и деятельности религиозных объединений. Да и те статьи, что посвящены свободе совести и свободе вероисповедания, в основном механически воспроизводят текст соответствующих статей Конституции РФ, что уже само по себе является свидетельством низкой юридической техники.

Так, часть 1 ст. 3 Федерального закона "О свободе совести и о религиозных объединениях" почти дословно дублирует норму ст. 28 Конституции, гарантируя право на свободу совести и свободу вероисповедания, в том числе право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать и менять, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними. При этом упускается важная формулировка о том, что это право гарантируется "каждому", что в соответствии с конституционной терминологией означает: всем лицам вне зависимости от гражданства - гражданам России, иностранным гражданам и лицам без гражданства. В норме Закона, как и в самой Конституции РФ, термин "иные убеждения" остается без расшифровки; по смыслу Закона также нельзя сделать однозначного вывода о содержании "иных убеждений", так как в Законе ни атеистические, ни антирелигиозные убеждения или соответствующая деятельность в какой бы то ни было форме ни разу не упоминаются.

В этой связи в плане сравнительно-правового анализа можно вспомнить, что в ранее действовавшем Законе РСФСР "О свободе вероисповеданий" прямо упоминалось право каждого гражданина свободно выбирать, иметь и распространять религиозные или атеистические убеждения и действовать в соответствии с ними при условии соблюдения законов государства (ст. 3); о возможности создания атеистических общественных объединений (ст. 4);об отделении этих атеистических общественных объединений, как и религиозных, от государства (ст. 8).

Таким образом, представляется, что отсутствие подобной регламентации в действующем законодательстве должно быть обязательно восполнено, если не в самой Конституции России, то хотя бы в отраслевом федеральном законодательстве, так как вопросы регулирования прав и свобод человека и гражданина отнесены к ведению Российской Федерации. Если, по мнению Г.Г. Черемных, в наше время "стоит задача защитить верующих от большинства общества, стоящего преимущественно на атеистических или близких к ним позициях", то, с другой стороны, в условиях отказа от государственно-атеистической идеологии, возрастающего спроса в обществе на религиозность, возникновения своеобразной "моды" на религию требуют защиты интересы и других слоев населения, чьи атеистические взгляды и убеждения не всегда встречают понимание в обществе и уважительное к ним отношение.

Предоставленное ст. 3 Закона "О свободе совести и о религиозных объединениях" право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию означает, что человек самостоятельно и единолично, без какого бы то ни было официального разрешения, не вступая ни в какие религиозные объединения и не пользуясь их услугами, вправе исповедовать любую религию. Так, он вправе исповедовать любую выбранную им религию совместно со своими единоверцами, образуя с этой целью религиозное объединение, или участвуя в его деятельности, или вступая в иные публичные контакты с единоверцами, не нарушая при этом законодательства, общественного порядка, прав и свобод других лиц.

Право не исповедовать никакой религии, упомянутое статьей 3 Федерального закона, - также составная часть свободы совести - является неотъемлемым правом каждого, исключая какое-либо принуждение к этому. Не исповедовать никакой религии или иметь иные убеждения можно как индивидуально, в частной жизни, так и публично, в том числе совместно с другими лицами, создавая в этих целях соответствующие общественные объединения и участвуя в их деятельности. Распространять религиозные и иные убеждения можно в устной, печатной, аудиовизуальной и иных формах в рамках действующего в этой сфере законодательства, прежде всего законодательства о средствах массовой информации.

Право действовать в соответствии с религиозными и иными убеждениями означает возможность каждому выбирать образ жизни, в том числе характер работы, поведения в семье, в общественных местах и т.д. в соответствии со своими убеждениями при непременном условии, что эти действия не будут нарушать действующего законодательства, установленного правопорядка, сопровождаться посягательством на права и свободы других лиц.

Право на свободу совести и свободу вероисповедания имеет целый ряд законодательно закрепленных гарантий, важнейшими из которых являются следующие:

равенство граждан перед законом во всех областях жизни независимо от их отношения к религии, запрет на ограничение прав граждан по признакам религиозной принадлежности (ч. 2 ст. 19 Конституции РФ; ч. 3 и 4 ст. 3 Федерального закона 1997 г. "О свободе совести и о религиозных объединениях");

светский характер государства, при котором никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной (ч. 1 ст. 14 Конституции РФ; ч. 1 ст. 4 Федерального закона);

отсутствие принуждения при определении каждым своего отношения к религии, к вероисповеданию или отказу от религии, к участию в различных формах в религиозной деятельности; также никто не обязан и сообщать о своем отношении к религии (ч. 5 ст. 3 Федерального закона). Тем самым по смыслу Закона государство не ведет официального учета граждан по признаку вероисповедной или религиозной принадлежности; в официальных документах граждан (паспортах, свидетельствах о рождении и т.п.) отсутствует указание на отношение гражданина к религии;

запрет на воспрепятствование осуществлению права на свободу совести и свободу вероисповедания, в том числе сопряженное с насилием над личностью, умышленным оскорблением религиозных чувств граждан, пропагандой религиозного превосходства и т.д., под угрозой применения в соответствии с федеральным законодательством юридической ответственности уголовной, административной, дисциплинарной (ч. 6 ст. 3 Федерального закона );

возможность замены действительной военной службы на альтернативную гражданскую службу в случае, если убеждениям или вероисповеданию гражданина противоречит несение военной службы (ч. 3 ст. 59 Конституции РФ; ч. 4 ст. 3 Федерального закона);

существование правового режима отделения религиозных объединений от государства (ч. 2 ст. 14 Конституции РФ), который впервые в Федеральном законе 1997 г. "О свободе совести и о религиозных объединениях" столь детально регламентирован относительно взаимных прав и обязанностей религиозных объединений и государства, его государственных органов и должностных лиц (ст. 4 Федерального закона);

светский характер образования, получаемого в государственных и муниципальных образовательных учреждениях (ч. 2 ст. 4 Федерального закона).

Существуют и другие юридические и организационные гарантии реализации права на свободу совести и свободу вероисповедания, предусмотренные действующим отраслевым законодательством. В частности, Федеральным законом 1997 г. закреплены условия и порядок реализации гражданами права на создание и деятельность религиозных объединений в форме религиозных групп и религиозных организаций, что обеспечивает реализацию права на публичное и коллективное исповедание веры совместно с другими путем участия в деятельности этих религиозных объединений (главы первая и вторая Закона). В настоящее время действует и целый ряд подзаконных нормативных правовых актов РФ, что призвано обеспечивать детальную регламентацию общественных отношений по обеспечению реализации прав человека и гражданина на свободу совести и свободу вероисповедания.

Учитывая вышесказанное, можно сделать вывод о том, что, несмотря на отмеченные недостатки действующего федерального законодательства о свободе совести и свободе вероисповедания, в настоящее время все-таки сложился достаточно действенный правовой механизм реализации данного конституционного права человека и гражданина.


С.В. Фомина,

научный сотрудник ИГП РАН


-------------------------------------------------------------------------

*(1). См.: Новиков М.А. Свобода совести как философско-этическая категория // Вопросы научного атеизма. М., 1981. Вып. 27. С. 76-90.

*(2). См.: Позднеев И.И. В чем сущность свободы совести. Краснодар, 1972. С. 3.

*(3). См.: Огневая Е.В. Свобода совести советских людей. Киев, 1976. С. 5.

*(4). См.: Савельев В.Н. Свобода совести: история и теория. М., 1991. С. 93.

*(5). См.: Черемных Г.Г. Свобода совести в Российской Федерации. М., 1996. С. 20.

*(6). Конституция Российской Федерации: Научно-практический комментарий / Под ред. академика Б.Н. Топорнина. М., 1997. С. 228; Розенбаум Ю.А. Советское государство и церковь. М., 1985. С. 31.

*(7). Конституция Российской Федерации. С. 228.

*(8). См. там же.

*(9). Локк Дж. Избранные философские произведения. М., 1969. Т. 2. С. 175.



Демократия и права человека. Право на свободу совести и свободу вероисповедания


Автор


С.В. Фомина - научный сотрудник ИГП РАН


"Гражданин и право", 2000, N 1


Актуальная версия заинтересовавшего Вас документа доступна только в коммерческой версии системы ГАРАНТ. Вы можете приобрести документ за 54 рубля или получить полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня.

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.