Пути совершенствования норм Уголовного кодекса РФ как законодательной основы борьбы с терроризмом (А.Ф. Истомин, В.А. Горбулин, В.И. Зарубин, "Журнал российского права", N 1, январь 2001 г.)

Пути совершенствования норм Уголовного кодекса РФ
как законодательной основы борьбы с терроризмом


Вопросы борьбы с терроризмом приобрели в современном обществе особую актуальность. От совершенных террористических актов пострадали тысячи людей, разрушаются материальные и духовные ценности, угрозы повторения терактов постоянно держат общество в напряжении, а граждан - в страхе. Расширение географии терроризма осложняет отношения между социальными, национальными группами и народами. Естественно, подобная ситуация требует незамедлительных действий от государства, мобилизации всех средств для пресечения террористических актов. Именно исходя из этих позиций 3 июля 1998 года Государственная Дума приняла Федеральный закон "О борьбе с терроризмом" (далее - Закон), закрепивший основные принципы и направления борьбы с данным явлением. Однако его принятие ни в коей мере не уменьшает значения Уголовного кодекса РФ как единственного нормативного акта, устанавливающего уголовную ответственность за терроризм.

Задача защиты населения, государственных институтов, промышленных и иных объектов, общества в целом от террористических угроз приобрела первостепенное значение. Она не может быть решена с помощью кратковременной кампании и требует постоянного внимания в течение достаточно длительного периода. Нормы ФЗ "О борьбе с терроризмом" лишь в общей форме регулируют решение существующих проблем, что создает предпосылки для использования неправовых методов либо регулирования путем создания множества подзаконных ведомственных актов. Поэтому возникает необходимость внести соответствующие изменения и дополнения в этот закон и законы, призванные усилить борьбу с преступностью и имеющие прямое или косвенное отношение к борьбе с терроризмом ("О безопасности", "Об обороне", "О государственной границе", "О чрезвычайном положении", "Об оперативно-розыскной деятельности", "Об оружии" и т.д.).

Анализ статей УК РФ, в которых рассматриваются преступления террористического характера, позволяет утверждать, что возможности их дальнейшего законодательного совершенствования отнюдь не исчерпаны. Поскольку многие понятия Закона не согласуются со многими действующими федеральными законами, и в частности с УК РФ, это, в свою очередь, создает на практике значительные трудности в применении норм и привлечении преступников к уголовной ответственности.

Остановимся на конкретных составах преступлений террористического характера. Одним из основных в этой группе является состав, предусмотренный ст.205 УК РФ (Терроризм).

Сравнение определения терроризма, закрепленного в диспозиции ч.1 ст.205 УК РФ, и определения, содержащегося в ст.3 Закона, показывает их существенные различия.

Во-первых, ч.1 ст.205 УК РФ устанавливает ответственность за совершение общеопасных действий (взрыва, поджога или иных действий, создающих опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий), а также за угрозу совершения этих действий. Закон, в свою очередь, под терроризмом рекомендует понимать четыре возможные формы его совершения: а) насилие в отношении физических лиц или организаций, б) угрозу применения насилия в отношении физических лиц или организаций, в) уничтожение (повреждение) имущества и других материальных объектов, создающее опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий, г) угрозу уничтожения (повреждения) имущества и других материальных объектов, создающую опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий.

Во-вторых, специальная цель, содержащаяся в ч.1 ст.205 УК, определяется как цель нарушения общественной безопасности, устрашения населения, оказания воздействия на принятие решений органами власти. В статье 3 Закона цель террористических действий имеет более широкий спектр - "нарушение общественной безопасности, устрашение населения или оказание воздействия на принятие органами власти решений, выгодных террористам, или удовлетворение их неправомерных имущественных и (или) иных интересов".

Как видно из данного сравнения основных понятий терроризма, различия существенны. Если Уголовный кодекс РФ фактически в основу понятия терроризма ставит способ, с помощью которого достигаются преступные цели террористов, то Закон указывает на более широкий круг действий, подпадающих под терроризм: насилие, угроза насилия, уничтожение (повреждение) имущества, угроза уничтожения (повреждения) имущества, оставляя без внимания способ совершения этих действий. Опять же при определении цели терроризма Закон предусматривает и корыстный мотив преступных посягательств. Поэтому определение терроризма, данное в Законе, охватывает более широкий круг противоправных деяний, которые могут быть квалифицированы как терроризм.

Поскольку суть терроризма состоит в устрашении общества, то террорист, совершая преступные действия, как бы старается "поставить общество на колени". Какими способами он это делает, не имеет существенного значения, - главное заключается в достижении преступной цели. Законодательно весьма сложно предусмотреть весь перечень способов совершения актов терроризма, поэтому в Законе способы совершения террористических актов не конкретизированы, да и в ст.205 УК введена категория "иных действий". И с этим следует согласиться, поскольку угроза совершения взрыва в пустыне (за исключением термоядерных, бактериологических, химических взрывов), вдалеке от жилых и промышленных районов вряд ли запугает общество. В то же время нельзя не признать терроризмом действия лица, угрожающего, к примеру, убить хотя бы одного ребенка в целях достижения своих преступных замыслов. Насилие, угроза насилия, уничтожение (повреждение) имущества являются теми опробованными теорией уголовного права понятиями, которые могут как нельзя лучше отразить суть терроризма.

Специальная цель как один из основных признаков терроризма - удовлетворение неправомерных имущественных и (или) иных интересов - делает возможным совершение актов терроризма из корыстных побуждений. Несмотря на то, что сущность актов терроризма составляют, как правило, действия, совершаемые по политическим мотивам, возможности их совершения по другим побуждениям, в том числе и корыстным, не следует исключать, что и подтверждает Закон. Это дает нам основание говорить о политическом и общеуголовном терроризме.

Для более четкой уголовно-правовой оценки различных проявлений террористической направленности целесообразно законодательно закрепить разграничение терроризма на политический и общеуголовный. Наиболее оптимальным вариантом решения этой задачи является включение в качестве квалифицирующего признака указания на политический мотив совершения действий, описанных в диспозиции ст.205 УК РФ. Признание политического мотива в качестве квалифицирующего признака данного преступления сделает более успешной борьбу с политическим экстремизмом. Деяния, в которых будет превалировать политический мотив, адекватно отразят сущность и общественную опасность рассматриваемого состава. Мотив, как обязательный признак, позволит более четко дифференцировать цели, достигаемые путем совершения актов терроризма, а также отграничит террористические акты по политическим мотивам от посягательств общеуголовного характера и значительно расширит возможности установления всех обстоятельств дела. Помимо этого, указание на мотив позволит соответствующим образом квалифицировать конкретное деяние по его прямой относимости не только к террористической деятельности, но и к такой категории, как террористический акт из мести за государственную или политическую деятельность. Таким образом, появится возможность связать ст.205 УК РФ и ст.277 УК РФ (в диспозиции ст.277 есть прямое указание на мотив) в единый блок в целях более успешного противодействия терроризму. Кроме того, это позволит в рамках единого состава ст.205 УК РФ обеспечить защиту личности, общества и государства.

Возвращаясь к определению специальной цели, изложенной в Законе, необходимо сделать одно уточнение: Закон не признает терроризмом действия лица, направленные на удовлетворение своих правомерных имущественных интересов путем устрашения общества. По нашему мнению, данная позиция законодателя обусловлена наличием неоднократных случаев, когда лица, потерявшие свои сбережения или накопления, в целях их возврата прибегают к действиям, имеющим по внешним признакам характер террористических актов, и с учетом этого правоприменитель не рассматривает такое деяние как террористический акт и не всегда сурово наказывает этих лиц. Однако данная позиция является достаточно уязвимой, поскольку какие-либо имущественные интересы и угроза гибели невинных людей несоизмеримы. Поэтому, несмотря на некоторые смягчающие обстоятельства, лицо, угрожающее применить насилие или иным образом устрашить общество, чтобы восстановить свои нарушенные интересы (к примеру, добиться возврата денежных средств), должно быть привлечено к уголовной ответственности по ст.205 УК.

Необоснованным является включение в Закон признака применения насилия к организациям, поскольку понятие насилия сформулировано именно по отношению к человеку и подразумевает причинение различной степени тяжести вреда его здоровью, физической боли и т.д. Согласно определению, данному в Толковом словаре, слово "насилие" означает применение физической силы к кому-нибудь, принудительное воздействие на физическое лицо, нарушение его личной неприкосновенности. Поэтому возникает вопрос, как можно осуществить насилие в отношении неодушевленного предмета и применить насилие к организации.

Учитывая изложенное, можно сформулировать диспозицию ч.1 ст.205 УК следующим образом: "Терроризм, то есть насилие или угроза его применения в отношении физических лиц, а также уничтожение (повреждение) или угроза уничтожения (повреждения) имущества и других материальных объектов, создающие опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий, осуществляемые в целях нарушения общественной безопасности, устрашения населения или оказания воздействия на принятие органами власти решений, выгодных террористам, или удовлетворения их имущественных и (или) иных интересов".

Предлагаемая редакция ч.1 ст.205 УК во многом облегчит квалификацию терроризма. Например, такой особо квалифицирующий признак, как "причинение смерти или иных тяжких последствий по неосторожности" в данных случаях будет являться результатом акта насилия, когда умысел виновного направлен на достижение основной цели, при достижении которой могут наступить последствия в неосторожной форме. Совершая террористический акт общеопасным способом или с применением насилия, опасного для жизни людей, виновные, как правило, знают или могут предвидеть, что их действия повлекут и могут повлечь гибель людей. Поэтому в большинстве случаев в их действиях усматривается если не прямой, то косвенный умысел. Неосторожная форма вины является нетипичной для акта терроризма, предусмотренного настоящей редакцией ст.205 УК РФ. Способы и цели совершения этого преступления категорически указывают на умышленную форму вины в виде прямого умысла. Соответственно, сам акт терроризма невозможно совершить по неосторожности, поскольку преступники сознают неизбежность последствий терроризма.

Анализируя квалифицирующие признаки ч.2 ст.205 УК, хотелось бы внести еще ряд предложений. Помимо введения нового квалифицирующего признака совершения данного деяния по политическим мотивам, необходимо уточнить квалифицирующий признак "совершение терроризма с применением огнестрельного оружия" (п."в" ч.2 ст.205). В научных публикациях обоснованно указывается на нелогичность его включения в ч.2 ст.205 УК, так как совершение действий с применением огнестрельного оружия представляет общественную опасность не меньшую, чем взрыв или поджог. Кроме того, в настоящее время подлинным бедствием для России стало совершение террористических актов с использованием боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств, а УК РФ, как указывалось, в качестве квалифицирующего терроризм обстоятельства рассматривают лишь его совершение с применением огнестрельного оружия (п."в" ч.2 ст.205 УК РФ). Неясно, почему в данный пункт не включено также использование террористами боеприпасов, взрывчатых веществ, взрывных устройств, тем более что п."к" ч.1 ст.63 УК РФ относит их использование к числу обстоятельств, отягчающих наказание. Кроме того, о целесообразности включения этих предметов в качестве квалифицирующих признаков говорит ситуация, сложившаяся в стране. Так, в 1999 г. на территории Российской Федерации было совершено более 350 криминальных взрывов, в результате которых погибло свыше 400 человек и около 700 получили ранения различной степени тяжести. Наиболее показательны в этом плане преступления, совершенные в Москве, Буйнакске, Волгодонске и Владикавказе. Сегодняшняя обстановка в стране предполагает возможное увеличение числа таких преступлений, что подтверждается статистическими данными. По сравнению с аналогичным периодом 1998 г. число взрывов и пострадавших возросло почти в два раза. Свыше 60 процентов этих преступлений совершено с применением взрывчатых веществ промышленного производства.

Предлагаемая нами редакция ч.1 ст.205 УК наиболее точно отражает сущность квалифицирующих признаков, детализирует их и делает наличие данных признаков необходимым. Поэтому помимо огнестрельного оружия целесообразно как квалифицирующие признаки включить такие разновидности оружия, как боеприпасы, взрывчатые вещества и взрывные устройства. При этом следует учитывать и то, что в настоящее время все больше встречается заявлений об актах терроризма с применением биологического и химического оружия. Усовершенствование технологии их изготовления и ее доступность открывают широкие возможности для криминального производства отравляющих веществ и бактериологических возбудителей болезней. Такое производство, действительно, не представляет сегодня трудностей. Это доказано на практике. В 1995 г. секта "Аум синрике" использовала отравляющее вещество при проведении теракта. В 1999 - 2000 гг. в г. Грозном террористами применялись химические вещества в крупномасштабных целях. Совершение террористических актов с применением указанных веществ может повлечь необратимые последствия не только для конкретных граждан, общества, но и для мира в целом. В связи с этим целесообразно ч.3 ст.205 УК дополнить таким особо квалифицирующим признаком, как "совершение данного преступления с использованием ядовитых, отравляющих, токсичных, химических, биологических веществ".

В Законе установлен круг деяний, относящихся к преступлениям террористического характера, являющимся однородными (ст.205-208, 277, 360 УК). Но поскольку признак неоднократности не охватывает деяния, относящиеся к однородным преступлениям, то целесообразно в примечании к ст.205 УК РФ указать, что "под неоднократностью понимается совершение одного или более преступлений, предусмотренных ст.205-208, 277, 360 УК". Данная поправка полностью соответствует положениям Общей и Особенной частей Уголовного кодекса.

После совершения террористических актов в Москве и ряде других городов России в обществе все сильнее и чаще звучат требования усилить уголовную ответственность за терроризм. Многие предлагают ввести в санкцию ст.205 УК РФ такие виды наказания, как смертная казнь и пожизненное лишение свободы. Данные предложения вступают в противоречие со ст.57 и 59 УК, - ведь смертная казнь и пожизненное лишение свободы устанавливаются только за особо тяжкие преступления, посягающие на жизнь В статье 20 Конституции РФ особо отмечается, что "смертная казнь устанавливается как исключительная мера наказания за особо тяжкие преступления против жизни". Статья 205 УК к преступлениям против жизни не относится. Умышленное лишение жизни людей при совершении террористического акта рассматривается как самостоятельный состав и должно квалифицироваться по совокупности преступлений, предусмотренных ст.205 и 105 УК. Однако с учетом того, что терроризм в большинстве случаев сопровождается умышленным убийством людей целесообразно, как нам кажется, дополнить п."в" ч.2 ст.105 УК РФ квалифицирующим признаком "сопряженное с терроризмом". Данная норма во многом усилит уголовную ответственность террористов и позволит решить многие вопросы, связанные с террористическими действиями.

Существует острая необходимость в конкретизации особо квалифицирующего признака ст.205 УК РФ "совершение организованной группой". Размах террористической деятельности в Чеченской Республике показывает, что террористические акты совершаются в большей части именно такими группами. Однако привлечение к уголовной ответственности по ст.205 УК организаторов преступных групп, в частности чеченских полевых командиров, не всегда представляется возможным и сопряжено с заведомыми трудностями, поскольку ст.35 УК указывает, что лицо, создавшее организованную группу, будет нести ответственность за совершенные организованной группой преступления, если они охватываются его умыслом, а умысел руководителей-террористов, как правило, направлен не на совершение конкретного акта терроризма, а имеет более широкие цели, в том числе и международные. Нужно учитывать и то, что деятельность лиц, оказывающих террористам финансовую и иную материальную помощь, настоящим уголовным законодательством не урегулирована. Привлечь их к уголовной ответственности за терроризм практически невозможно, ведь деньги идут не на конкретный теракт, а на финансирование террористической деятельности в целом под весьма благовидным предлогом - оказание гуманитарной помощи, коммерческие сделки и т.д.

Все изложенное вызывает необходимость введения в УК статьи, устанавливающей уголовную ответственность за террористическую деятельность. За основу можно взять признаки террористической деятельности, предусмотренные ст.3 Закона. Согласно этой норме под террористической деятельностью понимаются: 1) организация, планирование, подготовка и реализация террористической акции; 2) подстрекательство к террористической акции, насилию над физическими лицами и/или организациями, уничтожение материальных объектов в террористических целях; 3) организация незаконного вооруженного формирования преступного сообщества (преступной организации), организованной группы для совершения террористической акции, а равно участие в данной акции; 4) вербовка, вооружение, обучение и использование террористов; 5) финансирование заведомо террористической организации или террористической группы или иное содействие им. Включение данной статьи в уголовный закон будет более верно отражать и пресекать противоправные действия террористического характера и может способствовать усилению борьбы с подобными проявлениями, в том числе и международными.

Международный терроризм продолжает дестабилизировать обстановку не только в отдельных странах, но и в мире в целом, став более опасным и непредсказуемым в выборе методов и потенциальных объектов.

Широкое распространение получили анонимные угрозы в адрес высшего руководства России, депутатов, должностных лиц разного уровня, предпринимателей. Чаще совершаются попытки шантажировать органы власти обещаниями взрывов на объектах атомной энергетики, транспорта, экологически опасных производствах. Растет число фактов, когда террористы от угроз и деклараций переходят к конкретным действиям...

Недостатком УК в деле борьбы с терроризмом является также слабая защищенность государственных или общественных деятелей. Статья 277 УК устанавливает уголовную ответственность лишь за посягательство на их жизнь (умышленное убийство или покушение на убийство). Но ведь применение иного насилия также может повлечь прекращение их государственной и политической деятельности. Например, человек, которому причинили тяжкие телесные повреждения, вряд ли сможет эффективно заниматься своей деятельностью. Кроме того, немалую общественную опасность могут представлять исходящие от террористов угрозы применить насилие к государственным и общественным деятелям. Данный пробел нужно восполнить, предусмотрев уголовную ответственность за насилие или угрозу насилия в отношении государственных или общественных деятелей (диспозиция статьи может быть сформулирована по примеру ст.318 УК РФ).

В заключение хотелось бы подчеркнуть: чем конкретнее будут определены в уголовном законе признаки терроризма, тем эффективнее будет борьба с данным явлением.

Принятие комплекса мер по созданию общегосударственной системы противодействия терроризму, включающей в себя укрепление государственных органов, участвующих в предупреждении и пресечении его проявлений; улучшение материально-технической оснащенности и вооружения, введение дополнительных социальных льгот сотрудникам и членам их семей, усиление гарантий правовой защищенности и личной безопасности участников антитеррористических операций, включая свидетелей и потерпевших, особенно на стадии расследования и судебного рассмотрения, - все это позволит существенным образом ограничить терроризм и террористическую деятельность и стабилизировать обстановку в стране.


А.Ф. Истомин,

старший научный сотрудник НИИ

укрепления законности и правопорядка

при Генеральной прокуратуре РФ,

кандидат юридических наук


В.А. Горбулин,

старший прокурор Управления

по надзору за исполнением законов

о федеральной безопасности Генеральной

прокуратуры РФ


В.И. Зарубин,

аспирант


"Журнал российского права", N 1, январь 2001 г.



Пути совершенствования норм Уголовного кодекса РФ как законодательной основы борьбы с терроризмом


Авторы


А.Ф. Истомин - старший научный сотрудник НИИ укрепления законности и правопорядка при Генеральной прокуратуре РФ, кандидат юридических наук


В.А. Горбулин - старший прокурор Управления по надзору за исполнением законов о федеральной безопасности Генеральной прокуратуры РФ


В.И. Зарубин - аспирант


"Журнал российского права", 2001, N 1


Актуальная версия заинтересовавшего Вас документа доступна только в коммерческой версии системы ГАРАНТ. Вы можете приобрести документ за 54 рубля или получить полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня.

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.