Форма договора уступки требования и последствия ее несоблюдения (В.А.Белов, "Законодательство", N 4, апрель 2001 г.)

Форма договора уступки требования и последствия ее несоблюдения


Вопрос о форме договора сингулярной сукцессии (активной цессии или уступки требования) регламентируется, главным образом, нормами ст.389 Гражданского кодекса РФ*(1).


Форма договора сингулярной сукцессии de lege lata
и в гражданско-правовой науке


По общему правилу уступка требования, основанного на сделке, совершенной в простой письменной или нотариальной форме, должна быть совершена в соответствующей письменной форме, т.е. простой письменной или нотариальной. Уступка требования по сделке, требующей государственной регистрации, должна быть зарегистрирована в порядке, установленном для регистрации этой сделки, если иное не установлено законом.

Каких-либо специальных предписаний о форме договора сингулярной сукцессии требований, возникших из устных сделок, а также юридических фактов, не являющихся сделками (например, из событий, юридических поступков, административных актов, судебных решений, причинения вреда, неосновательного обогащения) не установлено. Следовательно, должны применяться общие предписания, которые состоят в следующем.

Общее правило п.1 ст.159 ГК РФ позволяет заключить, что сделки уступки перечисленных требований могут быть совершены и устно, если иное не установлено законом или соглашением сторон. Особые условия законодательно введены для двух разновидностей соглашений:

а) сделок юридических лиц между собой и с гражданами;

б) сделок граждан между собой на сумму, превышающую не менее чем в 10 раз установленный законом минимальный размер оплаты труда.

Указанные сделки должны совершаться в простой письменной форме (п.1 ст.161 ГК РФ).

Не требуется письменной формы для сделок (даже двух упомянутых категорий), если эти сделки исполняются при самом их совершении, а также если они совершаются во исполнение письменного договора (п.2, 3 ст.159, п.2 ст.161 ГК РФ).

Следуя содержанию рассмотренных норм ГК РФ, можно заключить, что современный российский законодатель придерживается взгляда, согласно которому форма договора сингулярной сукцессии зависит от формы сделки, из которой возникло уступаемое требование. Такой взгляд можно обозначить термином теория зависимости (формы одной сделки от формы другой). Теорию зависимости можно без преувеличения назвать господствующей в русской цивилистической литературе*(2).

Теория зависимости имеет распространение не только как самостоятельное научное направление, но и входит составной частью в иную теорию формы сингулярной сукцессии - теорию общего правила. В противовес теории зависимости ее сторонники утверждают, что цессия подчиняется общим правилам о форме сделок вообще и о форме договоров в частности. Большинство сторонников этого взгляда исходило из правила ст.128 ГК РСФСР 1922 г.*(3), которая и в самом деле устанавливала, что "уступка требования и перевод долга должны быть совершены, поскольку в законе нет специальных указаний, в форме, установленной для договоров вообще". Но поскольку буквально тут же следовало "специальное указание" закона ("уступка требования или перевод долга, вытекающих из договора, совершенного в письменной форме, во всяком случае, должны быть облечены в такую же форму"), теория общего правила оказывалась органически соединенной с теорией зависимости: общие правила работали только тогда, когда речь не шла о требовании, возникшем из письменного договора. Получился своеобразный гибрид двух теорий - общего правила и зависимости. Точку зрения сторонников такой смешанной теории можно встретить и в современной литературе*(4).

Теориям общего правила и зависимости традиционно противостояла теория письменности*(5) - взгляд, согласно которому договор сингулярной сукцессии во всех случаях должен быть совершен в письменной форме.

Гражданским кодексом установлено, что "уступка требования по ордерной ценной бумаге совершается путем индоссамента на этой ценной бумаге" (п.3 ст.146, п.3 ст.389). Буквальное толкование данных предписаний позволило ряду ученых прийти к совершенно ложному выводу о том, что индоссамент - это не более чем особенная форма договора уступки требования, так называемая передаточная надпись*(6).

В действительности термином "индоссамент" обозначается не только надпись о сделке, но и прежде всего сама сделка, приводящая к сингулярному обязательственному правопреемству. К сожалению, большинство современных авторов, не специализирующихся на вопросах теории ценных бумаг, ошибочно полагают, что индоссамент представляет собой особую разновидность договора уступки требования*(7). Приятное исключение представляет правильное мнение Е.В.Кабатовой*(8) о том, что индоссамент и договор уступки требования не имеют между собой каких-либо общих юридически значимых черт, что индоссамент не является разновидностью уступки*(9).


Форма договора сингулярной сукцессии de lege ferenda


Представляется, что наиболее удачной и отвечающей потребностям прочности гражданского оборота должна быть признана теория письменности формы договора сингулярной сукцессии.

При выработке общего правила о форме договора уступки требования нужно исходить из следующих соображений.

К условиям допущения устных сделок относятся не только незначительность их суммы (п.1 ст.161 ГК РФ), но и наличие возможности доказать факт их совершения, не прибегая к письменным доказательствам. Последнее соображение должно быть признано решающим, ибо незначительность суммы сделки - критерий весьма зыбкий и неопределенный (для кого-то 10 минимальных размеров оплаты труда - сумма значительная, а для кого-то нет). Следовательно, должны считаться дозволенными лишь такие устные сделки, которые в обычной обстановке совершаются так, что их совершение становится очевидным для любых третьих лиц. Как известно, в Древнем Риме даже существовал особый торжественный обряд, свершавшийся в присутствии свидетелей и указывающий на совершение сделки (манципация). На Руси аналогичные действа хотя были и менее торжественными, но тоже существовали. Таковыми служили рукобитие, угощение спиртными напитками (магарыч, литки, давасы, покопытное), дача и принятие задатка, молитва, обращенная к церкви или иконам, наименование друг друга определенными словами и т.п.*(10)

Кроме того, совершение сделки может быть доказано ссылкой на определенные фактические обстоятельства, доступные для единообразного восприятия любых лиц, которые прямо или косвенно свидетельствуют о совершении сделки (например, у одного лица находится вещь, до недавнего времени принадлежавшая другому; лицо отправляет деньги почтовым переводом; у лица имеется письмо должника с просьбой подождать до возврата долга и т.п.). И в этом случае устные сделки могут считаться допустимыми.

Сделки по уступке требований - как письменных, так и устных - не имеют никаких внешних проявлений. Если передача вещи может быть доступна восприятию свидетелей, то передача прав, не обставленная торжественным символическим обрядом, - никогда. Передача вещи влечет внешне видимое уменьшение имущества передавшего и увеличение имущества получившего вещь, а передача права - нет. Наконец, заключение в устной форме, скажем, договора купли-продажи, если и создаст в будущем неопределенность отношений, то только между сторонами, в то время как совершение в устной форме договора сингулярной сукцессии может вылиться в будущем в неопределенность правового положения третьего лица - должника, не участвовавшего в этой сделке. А то, что в доказывании факта и условий сингулярной сукцессии могут быть заинтересованы не только стороны данного договора, но и третье лицо - должник, сомнению не подлежит.

Так, должник, произведший исполнение новому кредитору, заинтересован в том, чтобы иметь возможность доказать, что исполнение это было надлежащим, для чего он должен удостовериться в наличии договора уступки требования. Без представления доказательств совершения уступки требования должник вправе не исполнять обязательства новому кредитору (п.1 ст.385 ГК РФ). Поскольку интересы должника и кредиторов прямо противоположны друг другу, следует признать, что требование должником письменных доказательств совершенной уступки не только не лишено оснований, но и заслуживает уважения со стороны закона. Действительно, недобросовестные кредиторы вполне могут вступить в сговор и отказаться от своих прежних утверждений о якобы состоявшейся уступке после того, как новый кредитор получит исполнение. При наличии же письменного подтверждения уступки кредиторы такой возможности лишаются.

Единственное внешнее проявление, которое может иметь совершившаяся уступка требования, - это факт передачи кредитором третьему лицу документов об уступаемом требовании. Но беда в том, что, когда само требование не оформлено письменно, таких документов нет, а значит, и единственно возможное внешнее проявление цессии отсутствует. Если же документы, подлежащие передаче, имеются, то это означает, что речь идет об уступке требования, удостоверенного в письменной форме, т.е. для доказательства наличности сделки и ее условий ссылаться на факт передачи документов уже не нужно.

Сказанное позволяет заключить, что общим правилом о форме договора сингулярной сукцессии (и всякой иной сделки, которая служит основанием уступки требования) должна быть простая письменная форма*(11). Исключения из этого правила должны быть установлены законом. За руководящее начало, таким образом, должна быть принята теория письменности формы договора сингулярной сукцессии. В свете сказанного норма ст.389 ГК РФ, проводящая теорию зависимости формы договора сингулярной сукцессии от формы основной сделки, не может рассматриваться как удачная.

Предвидимым нами возражением против принятия теории письменности в качестве общего правила о форме договора сингулярной сукцессии является соображение о том, что требование письменности формы может стеснить гражданский оборот. Но при ближайшем его рассмотрении соображение это оказывается вовсе лишенным оснований. Договоры об уступке требований между гражданами из сделок на сумму менее 10 минимальных размеров месячной оплаты труда практически не встречаются. Что же касается договоров уступки требований между юридическими лицами, то таковые, как правило, облекаются в письменную форму по принципу зависимости от формы основной сделки, ибо уступка требований, возникших из иных оснований, чем сделки, также встречается крайне редко. Иными словами, получается, что фактически договоры сингулярной сукцессии и без того почти не заключаются в устной форме; основная их форма - письменная. Заняв позицию теории письменности, законодатель только закрепит фактически сложившееся общее правило.

Таким образом, общим законодательным правилом о форме договора сингулярной сукцессии должно быть правило о письменности его формы. Теория зависимости должна применяться только к договорам уступки требований, возникших из сделок, заключенных в форме, более строгой, чем письменная.


Последствия несоблюдения формы договора сингулярной сукцессии


Вопрос о последствиях несоблюдения требований законодательства к форме договора сингулярной сукцессии в литературе серьезно не рассматривался. Те немногие из авторов, которые его затрагивают, ограничиваются упрощенным толкованием в том смысле, что последствия эти общие, т.е. для простой письменной - запрет ссылаться на свидетелей, а для нотариальной - недействительность*(12).

Действительно, по причине отсутствия специальных законодательных предписаний по данному вопросу следует руководствоваться нормами общими, с содержанием которых студенты юридического вуза знакомятся уже на втором курсе и которые воспринимаются учеными как общеизвестные. Однако попытки толкования этих норм и их преломления в свете ст.389 ГК РФ приводят в ряде случаев к неожиданным результатам.

1. Несоблюдение простой письменной формы сделки по общему правилу не влечет ее недействительности, но лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания (п.1 ст.162 ГК РФ). Именно это правило и должно применяться как общее при определении последствий несоблюдения простой письменной формы договора сингулярной сукцессии.

2. Несоблюдение простой письменной формы сделки влечет ее недействительность только в случаях, прямо указанных в законе или соглашении сторон (п.2 ст.162 ГК РФ). Применительно к договору сингулярной сукцессии такие случаи в законе не указаны.

Что же касается сделок определенного рода, то здесь необходимо обратить внимание на норму п.3 ст.162 ГК РФ, устанавливающую недействительность внешнеэкономической сделки*(13), совершенной с нарушением простой письменной формы. Следовательно, договор сингулярной сукцессии, относящийся к категории внешнеэкономических сделок, должен быть совершен в простой письменной форме под угрозой его недействительности.

Кроме того, заслуживает внимания норма ст.390 ГК РФ, допускающая принятие цедентом на себя поручительства за должника перед цессионарием. Нормой ст.362 ГК РФ установлено, что договор поручительства должен всегда облекаться в письменную форму под страхом его недействительности. Следовательно, договор сингулярной сукцессии с условием о поручительстве цедента перед цессионарием за должника должен быть совершен в простой письменной форме под угрозой его недействительности.

3. Вопрос о том, будет ли недействительным договор сингулярной сукцессии требования из сделки, несоблюдение простой письменной формы которой влечет ее недействительность*(14), должен решаться, по нашему мнению, в положительном смысле, несмотря на отсутствие прямого указания на это в законе. Иными словами, договоры уступки требования из договоров поручительства, продажи и аренды недвижимости, кредитного и др., для которых законом установлена обязательность письменной формы под страхом недействительности (см. сноску 14), должны совершаться в письменной форме под страхом их недействительности.

Признаемся, что в пользу этой точки зрения мы могли бы высказать лишь политико-правовое соображение. Действующее законодательство эту позицию обосновать не позволяет, говоря о зависимости договора сингулярной сукцессии от основного договора лишь в вопросах формы, но не в вопросах последствий ее несоблюдения. Но если стать на законодательную позицию, то мы получим следующее. Создавая правоотношения посредством заключения, например кредитного договора, его участники подвергаются более строгим последствиям несоблюдения требования о простой письменной форме договора, нежели лица, создающие новые правоотношения посредством уступки требования из уже существующего кредитного договора. Банк, ставший кредитором по кредитному договору посредством его заключения, рискует оказаться участником ничтожной сделки при несоблюдении ее простой письменной формы. А банк, ставший кредитором в результате приобретения требования из уже заключенного кредитного договора, подобному риску не подвергается даже в случае нарушения простой письменной формы договора уступки требования. В чем состоит юридический смысл подобной разницы в правовом положении первоначального и нового кредиторов? Такого смысла нет, а следовательно, толкование нормы ст.389 ГК РФ должно быть расширительным, а не буквальным, т.е. подразумевать зависимость договора сингулярной сукцессии от основного договора не только в вопросах формы (о чем, собственно, и говорит статья), но также в вопросах последствий ее несоблюдения*(15).

4. Несоблюдение нотариальной формы сделки в случаях, когда ее обязательность установлена законом*(16) или соглашением сторон, влечет ее недействительность (п.1 ст.165 ГК РФ). Следовательно, несоблюдение установленного законом правила о необходимости совершения договора сингулярной сукцессии требования, возникшего из нотариально удостоверенной сделки, в нотариальной письменной форме влечет ничтожность договора сингулярной сукцессии.

5.Несоблюдение в случаях, установленных законом*(17), требования о государственной регистрации сделки также влечет ее недействительность (п.1 ст.165 ГК РФ). Иначе говоря, договоры уступки требования из договоров, для которых законом установлена обязательность их государственной регистрации под страхом недействительности (см. сноску 17), подлежат государственной регистрации под страхом их недействительности, если иное не установлено законом (п.2 ст.389 ГК РФ).

В общем же случае (требование о государственной регистрации первоначального договора есть, но указание на недействительность как последствие несоблюдения данного требования отсутствует) применяется общее правило п.3 ст.433 ГК РФ: "Договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом". Следовательно, если имеет место договор уступки требования из договора, подвергнутого государственной регистрации, но в отношении которого законом не установлено правило о его недействительности при отсутствии государственной регистрации, то такой договор сингулярной сукцессии без его государственной регистрации не считается заключенным.


В.А.Белов,

кандидат юрид. наук, доцент

кафедры гражданского права юридического

факультета МГУ им. М.В. Ломоносова


"Законодательство", N 4, апрель 2001 г.


-------------------------------------------------------------------------

*(1) СЗ РФ. 1994. N 32. Ст.3301; 1996. N 5. Ст.410; N 9. Ст.733; N 34. Ст.4025, 4026; 1997. N 43. Ст.4903; N 52. Ст.5930; 1999. N 28. Ст.3471.

*(2) См.: Анненков К.Н. Система русского гражданского права. Т. 3. Права обязательственные: 2-е изд. Спб., 1901. С. 206; Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая: Научно-практический комментарий / Отв. ред. Т.Е.Абова, А.Ю.Кабалкин, В.П.Мозолин. М., 1996. С. 586; Гражданское право: Учебник / Под ред. Ю.К.Толстого, А.П.Сергеева. М., 1996. Ч.1. С. 470; Джурович Р.Руководство по заключению внешнеторговых контрактов. М., 1992. С. 90; Иоффе О.С.Обязательственное право. М., 1975. С. 82; Иоффе О.С., Толстой Ю.К.Новый Гражданский кодекс РСФСР. Л., 1965. С. 221; Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации (постатейный) / Рук. авт. кол. и отв. ред. О.Н.Садиков. М., 1997. С. 636; Комментарий к Гражданскому кодексу РСФСР / Отв. ред. С.Н.Братусь, О.Н.Садиков: 3-е изд. М., 1982. С. 262; Научно-практический комментарий к части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей / Под общ. ред. В.Д.Карповича: 2-е изд. М., 1999. С. 478; Новоселова Л.А.Уступка права требования по договору (теория и практика) // Законодательство. 1997. N 6. С. 18; Стучка П.И.Курс советского гражданского права: Учебное пособие. Т. 2. Общая часть гражданского права. М., 1929. С. 150; Шершеневич Г.Ф.Учебник русского гражданского права (по изд. 1907 г.). М., 1995. С. 288.

*(3) См.: Вильнянский С.И.Лекции по советскому гражданскому праву. Харьков, 1958. Ч. 1. С. 279; Гражданский кодекс советских республик: Текст и практический комментарий / Под ред. А.Малицкого: 2-е изд. Харьков, 1925. С. 123; Гражданское право: Учебник / Под ред. М.М.Агаркова, Д.М.Генкина. М., 1944. Т.1. С.399; Гражданское право: Учебник / Под общ. рук. Я.Ф.Миколенко. М., 1938. Ч.2. С.31; Новицкий И.Б., Лунц Л.А. Общее учение об обязательстве. М., 1950. С. 223-224.

*(4) См.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право: Общие положения. М., 1997. С. 379; Гражданское право: Учебник / Под ред. Е.А.Суханова. М., 1994. Т.2. С.21.

*(5) Гражданское право России: Курс лекций / Под ред. О.Н.Садикова. М., 1996. Ч. 1. С. 268 (а если право возникло из сделки более строгой формы - то теория зависимости); Гуляев А.М.Русское гражданское право: Пособие к лекциям: 3-е изд. Спб., 1912. С. 282; Нечаев В.М.Цессия // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. Т.XXXVIII. Спб., 1903. С. 116, 117.

*(6) Брагинский М.И., Витрянский В.В.Указ. соч. С. 379; Гражданское право: Учебник / Под ред. Ю.К.Толстого, А.П.Сергеева. Ч. 1. С. 470; Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации (постатейный) / Рук. авт. кол. и отв. ред. О.Н.Садиков. С. 630, 636.

*(7) Гражданское право России: Курс лекций / Под ред. О.Н.Садикова. Ч. 1. С. 268; Гражданское право: Учебник / Под ред. Е.А.Суханова. Т. 2. С. 20; Комментарий к Гражданскому кодексу РСФСР / Отв. ред. С.Н.Братусь, О.Н.Садиков. С. 259; Научно-практический комментарий к части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей: 2-е изд. / Под общ. ред. В.Д.Карповича. С. 478.

*(8) Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая: Научно-практический комментарий / Отв. ред. Т.Е.Абова, А.Ю.Кабалкин, В.П.Мозолин. С. 582, 587.

*(9) Подробнее о соотношении индоссамента и цессии см.: Белов В.А.Цессия и индоссамент: Сходства и различия // Рынок ценных бумаг. 1998. N 2. С. 66-70; N 3. С. 34-36.

*(10) См. об этом: Пахман С.В. Обычное гражданское право в России: Юридические очерки. Т. 1. Собственность, обязательства и средства судебного охранения. Спб., 1877. С. 60 (сноска 2), 86-88, 123-124 и др.

*(11) Такая точка зрения высказывалась русскими цивилистами А.М.Гуляевым и В.Нечаевым.

*(12) Комментарий к Гражданскому кодексу РСФСР / Отв. ред. С.Н.Братусь, О.Н.Садиков. С. 262; Научно-практический комментарий к Гражданскому кодексу РСФСР / Под ред. Е.А.Флейшиц. С. 253; Новоселова Л.А.Указ. соч. С. 16, 18.

*(13) По смыслу ст.166 Основ гражданского законодательства внешнеэкономической является сделка, участники которой учреждены, имеют местожительство либо основное место деятельности в различных государствах (например, России и США, России и Германии) независимо от места заключения такой сделки.

*(14) Действующий Гражданский кодекс знает следующие сделки такого рода: внешнеэкономические (п.3 ст.162), соглашение о неустойке (ст.331), договор о залоге (п.2, 4 ст.339), договор поручительства (ст. 362), предварительный договор (п.2 ст.429), договор продажи недвижимости (ст.550), договор продажи предприятия (п.1, 2 ст.560), договор аренды здания или сооружения (п.1 ст.651), договор аренды предприятия (п.1, 3 ст.658), кредитный договор (ст.820), договор банковского вклада (ст.836), договор страхования (п.1 ст.940), договор доверительного управления (п.1, 3 ст.1017), договор коммерческой концессии (п.1 ст.1028).

*(15) В пользу расширительного, а не буквального толкования данной нормы свидетельствует также ее предписание о необходимости нотариальной формы уступки в случае, если уступаемое требование возникло из нотариально удостоверенной сделки. При буквальном толковании получается, что договор уступки требования, совершенный с нарушением этого правила, остается действительным, ибо в статье также не сказано о том, что таковой должен быть совершен в нотариальной форме и с последствиями ее несоблюдения.

*(16) Действующий Гражданский кодекс знает следующие сделки, подлежащие нотариальному удостоверению: выдача доверенностей на совершение сделок, требующих нотариальной формы (п.2 ст.185), и доверенностей в порядке передоверия (п.3 ст.187), договор об ипотеке, а также договор о залоге движимого имущества или прав на имущество в обеспечение обязательств по договору, который должен быть нотариально удостоверен (п.2 ст.339), соглашения залогодержателя с залогодателем об удовлетворении требований залогодержателя за счет заложенного недвижимого имущества без обращения в суд (ч.2 п.1 ст.349), договор ренты (ст.584).

*(17) Данное положение сформулировано неудачно, ибо допускает неоднозначное его толкование. Норму п.1 ст.165 ГК РФ в интересующей нас части можно прочитать так: "несоблюдение всякого установленного законом (а не иными актами, не соглашением сторон и др.) требования о государственной регистрации сделки влечет ее ничтожность". А можно так: "несоблюдение требования о государственной регистрации сделки (в т.ч. и установленного законом) влечет ее ничтожность, но не всегда, а лишь в случаях, установленных законом". Имея в виду правило п.3 ст.433 ГК РФ, а также то, что ГК РФ известны нормы как о сделках, подлежащих государственной регистрации и не содержащих указания на недействительность сделок, совершенных с нарушением этого требования (п.2 ст.558, п.3 ст.560, п.3 ст.574, ст.584, п.2 ст.609, п.2 ст.651, п.2 ст.658, ч.3 п.2 ст.1028, ч.2 ст.1036), так и нормы, содержащие такое указание (п.3 и 4 ст.339, п.3 ст.1017, ч.4 п.2 ст.1028, ч.2 ст.1036), мы склоняемся ко второму варианту толкования.



Форма договора уступки требования и последствия ее несоблюдения


Автор


В.А.Белов - кандидат юрид. наук, доцент кафедры гражданского права юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова


Практический журнал для руководителей и юристов "Законодательство", 2001, N 4


Актуальная версия заинтересовавшего Вас документа доступна только в коммерческой версии системы ГАРАНТ. Вы можете приобрести документ за 54 рубля или получить полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня.

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.