Деятельность судов Российской Федерациикак источник права (Л.В.Смирнов, "Журнал российского права", N 3, март 2001 г.)

Деятельность судов Российской Федерации как источник права


Кардинальные перемены общественно-политической жизни в России, произошедшие на рубеже XX и XXI веков, заставляют обратиться к одной из основных теоретико-прикладных проблем юриспруденции - пониманию источников права и, в том числе, такому ее аспекту, как судебное правотворчество. Актуальность изучения возможностей судебной практики выступать источником права в рамках российской правовой системы обусловлена, прежде всего, сменой приоритетов государственной политики, ее целевой направленности. Изменение официальной идеологии публичной власти, провозглашение в качестве высшей ценности человека, его прав и свобод, а главной задачей государства - их признание, соблюдение и защиту (ст.2 Конституции Российской Федерации) обуславливают необходимость научного поиска путей достижения указанных целей. При этом одной из важнейших граней проблемы является поиск ответа на вопрос: может ли нормативистская концепция права, признающая в качестве единственного источника права нормативно-правовой акт, послужить теоретическим фундаментом деятельности государства и всего общества по обеспечению неотъемлемых прав и свобод человека, приоритета его интересов?

Другой актуальный вопрос: соответствует ли природе права признание множественности его источников, в том числе судебной практики, отвечает ли это потребностям реализации сущностных свойств правовой материи - свободы, равенства, справедливости в конкретных общественных отношениях?

В целом отечественная юридическая наука признает деятельность судов в качестве источника права. Общепризнанно, что бытие правовой материи проявляет себя в разных формах, в том числе и в судебных прецедентах, обычаях, на основе которых органы правосудия рассматривают конкретные дела. Но данные формы не характерны для России и наиболее распространены в странах англосаксонской и традиционных правовых семей.

Вместе с тем анализ национальных правовых систем показывает, что в мире усиливаются процессы конвергенции. В странах с англосаксонской правовой системой, наряду с судебным прецедентом, все большую роль приобретают статуты, законы. В последнее столетие, особенно после Второй мировой войны, в Англии происходит интенсивное развитие законодательства. Появляется все больше законов, существенно модифицирующих старое право*(1). В правовой системе США эффективно применяются в качестве источников права и судебные прецеденты, и нормативные акты.

Зеркальные процессы отмечаются многими авторами в странах романо-германской правовой системы. Так, во Франции вопрос о признании судебной практики в качестве источника права всегда вызывал оживленную дискуссию. Причем некоторые ученые считают источником права только решения Кассационного суда, а другие обращают внимание на то, что французское гражданское право почти незаметно перестает быть писаным правом, становясь общим*(2).

Признание правотворческой функции судов в качестве источника российского права отвечает существующим тенденциям его развития, будет способствовать обеспечению основных прав и свобод человека и гражданина. По нашему мнению, это обусловливается рядом причин.

Отказ от идеи тоталитаризма выдвигает задачу создания правового механизма, отвечающего объективным закономерностям функционирования социума, обеспечивающего создание саморазвивающейся и саморегулируемой системы гражданского общества. Соответственно и право должно отвечать данным требованиям, "чутко" откликаться на потребности общественной жизни, отторгать дефектные, субъективистские нормы, адекватно обновляться. Образно охарактеризовал эти свойства права известный английский историк Ф.У. Мейтленд, заметивший, что институты права напоминают живые существа. Некоторые из них - мертворожденные, другие - бесплодны от рождения, а остальные доживают до того, чтобы увидеть высокое положение своих детей и детей своих детей. Среди них происходит острая борьба за жизнь, и выживают только самые приспособленные*(3). Представляется, что обеспечить данные качества может именно сочетание в рамках одной правовой системы различных форм права, в том числе и нормативно-правовых документов и актов судебных органов.

Особенности места, занимаемого судами в системе общественного разделения труда, обусловливают их возможности наиболее объективно и в короткий срок выявлять пробелы, коллизии действующего законодательства. Судьи, находясь в самой гуще жизненных проблем, могут быстро и эффективно принять необходимое решение, восстанавливающее справедливость, создающее "замиренную" среду в обществе. Поэтому придание судебным органам правотворческой функции способно обеспечить "самонастройку" права, его качественное совершенствование и "очищение" от груза дефектов.

Анализ российской правовой системы позволяет сделать вывод о том, что судебная практика уже является источником права. Так, к числу судебных актов, содержащих нормативные предписания, могут быть отнесены: 1) правовые позиции и некоторые решения Конституционного Суда Российской Федерации; 2) нормативное толкование Пленума Верховного Суда и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации; 3) решения судов общей юрисдикции, отменяющие нормативные акты (законы и др.) субъектов Федерации в случае их противоречия федеральному законодательству; 4) решения судов по аналогии закона и права, а также на основе норм права, содержащих некоторые оценочные понятия; 5) решения Европейского суда по правам человека.

1. Правовая природа решений Конституционного Суда РФ определяет их свойство выступать в качестве источника права. На это обстоятельство обращают внимание многие авторы*(4). Данный судебный орган осуществляет и негативные, и позитивные законодательные полномочия.

Негативное правотворчество проявляется в решениях о неконституционности нормативных актов либо их отдельных положений. Признание правового предписания неконституционным влечет утрату им юридической силы (ст.79 Федерального конституционного закона о Конституционном Суде РФ). Отменяя норму права, Конституционный Суд осуществляет, по сути, правовое регулирование, создает новую норму.

Позитивная правотворческая функция связана с выработкой Судом правовых позиций. Н.В. Витрук отмечает, что в решениях Конституционного Суда Российской Федерации, как правило, формулируются критерии нового законодательного регулирования, по существу, конструируются "модели" новых правовых норм*(5). Кроме того, анализ содержания резолютивных частей его решений приводит к выводу о формировании системы прецедентов Конституционного Суда Российской Федерации. Впервые разрешив дело, характеризующееся конкретными обстоятельствами, Суд рассматривает аналогичные дела с учетом первоначального решения. Так, в определении по жалобе гражданки Березиной Л.Ю. на нарушение ее прав (со ссылкой на п.2 ч.1 ст.232 УПК РСФСР) Конституционный Суд указал, что данное положение не подлежит применению судами и иными субъектами юрисдикционной деятельности, так как содержит правовые предписания, аналогичные признанным ранее неконституционными*(6).

2. Другой источник права - постановления пленумов Верховного и Высшего Арбитражного Судов Российской Федерации, содержащие нормативное толкование. В юридической литературе долгое время господствовала точка зрения, согласно которой постановления высших судебных инстанций не могут являться источниками права. Основные аргументы выдвигались следующие: в сферу официально закрепленной компетенции судов входит исключительно правоприменение, а не правотворчество; нормотворчество судов противоречит концепции разделения властей; в нормативных толкованиях пленумов высших судебных органов отсутствуют нормы права во всей совокупности логической структуры, а содержатся лишь элементы диспозиций, гипотез, санкций. Попытаемся проанализировать указанные доводы.

Современное понимание концепции не предполагает "чистого" разделения власти на законодательную, исполнительную и судебную. На практике мы видим активную реализацию правотворческих функций органами государственного управления. Принимая подзаконные нормативно-правовые акты, они обеспечивают приближение закона к реальной жизни, его эффективную реализацию. Отказ в наделении правотворческой функцией судов был вызван, в первую очередь, политическими мотивами, необходимостью обеспечения тотального господства властного центра. В новых условиях признание за отдельными судебными актами роли источников права способно обеспечить большую "гибкость", объективность реально действующих правовых предписаний.

Непоследовательным представляется тезис о неправомерности признания источниками права нормативных толкований пленумов высших судебных инстанций. Дополняя, детализируя гипотезу, диспозицию, санкцию, судебные органы, по сути, меняют саму норму права. Но целое не может оставаться неизменным, если изменилось содержание его части. Например, в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О практике назначения судами видов исправительных учреждений" дается толкование понятия "лица, отбывавшего ранее наказание в виде лишения свободы". Многие из указанных признаков, являясь частицами гипотезы, не могут быть прямо уяснены из уголовного закона, и при этом они существенно меняют практику реализации ряда содержащихся в ней статей (ст.18, 58 УК РФ)*(7).

Однако наличия такой существенной черты, как нормативность, для признания предписания правовым недостаточно. Необходимо официальное признание его общеобязательности. Данный признак в соответствии с действующим законодательством присущ постановлениям пленумов Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации*(8), хотя обязательность их прямо из закона не вытекает. В Конституции Российской Федерации (ст.126) в числе прочих полномочий данной судебной инстанции закреплено право давать разъяснения по вопросам судебной практики, а не толкования. Кроме того, Уголовный кодекс Российской Федерации (ст.3) четко устанавливает, что преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только этим законом.

Однако нормативное толкование Пленума Верховного Суда Российской Федерации, являясь действенным правовым регулятором общественных отношений, все-таки обладает признаком обязательности. Так, решение судей, игнорирующих сформулированное Пленумом правило, может быть отменено вышестоящим судом, и в итоге дело должно рассматриваться в соответствии с указанием высшей судебной инстанции.

3. Правотворческая деятельность судов общей юрисдикции проявляется в двух сферах: негативного и позитивного правотворчества.

Негативное правотворчество выражается в компетенции судей отменять нормативные акты субъектов Федерации, противоречащие федеральным законам, Конституции Российской Федерации*(9).

Позитивное - связано с принятием судебного решения по аналогии закона или на основании оценочных понятий права, содержание которых не регламентируется в источниках права. Во всех указанных случаях судья создает новую норму права, фактический прецедент для данного органа.

4. Анализ содержания ряда подписанных Россией международно-правовых документов позволяет сделать вывод о возможности признания в качестве источника права прецедентов, созданных Европейским судом по правам человека. В соответствии со статьей 46 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод в редакции Протокола N 11 решения Европейского суда обязательны для государств - участников данного дела. При этом Российская Федерация официально признала юрисдикцию Европейского суда обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и протоколов к ней*(10). Тем самым российским судам необходимо учитывать в своей деятельности прецедентную практику Европейского суда по правам человека.

Подводя итог, отметим, что имеющий определенные привлекательные черты нормативистский подход, признающий единственным источником права нормативно-правовой акт, не выдерживает проверки временем. Отход от данной концепции правопонимания как единственно верного дает теоретическую возможность признать судебную деятельность источником права. Кроме того, объективные закономерности построения правового государства влекут усиление правотворческой функции судейских органов. Поэтому, с нашей точки зрения, было бы целесообразным признать данные процессы, закрепив их в законе, в том числе:

официально придать решениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации обязательное значение;

предусмотреть возможность обжалования в Конституционный Суд Российской Федерации содержащих нормативное толкование постановлений пленумов Верховного Суда Российской Федерации, Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации;

- закрепить официальный статус судебного прецедента за решениями Европейского суда по правам человека.


Л.В.Смирнов,

начальник кафедры

государственно - правовых дисциплин

Тульского филиала Юридического

института МВД России, кандидат юридических наук


"Журнал российского права", N 3, март 2001 г.


-------------------------------------------------------------------------

*(1) См.: Давид Р., Жоффре-Спинози К. Основные правовые системы современности. М., 1998. С.261.

*(2) См.: Цвайгерт К., Кетц Х. Введение в сравнительное правоведение в сфере частного права. Т.1. М., 2000. С.148; Иванов С. А. Судебные постановления как источник трудового права // Судебная практика как источник права. М., 1997. С.27.

*(3) См.: Берман Г.Д. Западная традиция права: эпоха формирования. М., 1994. С.24.

*(4) См.: Витрук Н.В. Конституционный Суд Российской Федерации и законотворчество // Современное состояние российского законодательства и его систематизация. Москва - Тула, 1999 и др.

*(5) См.: Там же. С.37.

*(6) См.: Российская газета. 2000. 19 апр.

*(7) См.: Российская газета. 2000. 4 мая.

*(8) Ст.13 Федерального закона "Об арбитражных судах Российской Федерации" // СЗ РФ. 1995. N 18. Ст. 1589.

*(9) Часть 2 ст.120 Конституции Российской Федерации; ст.2, 7 Закона Российской Федерации об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан // ВВС РФ. 1993. N 19. Ст. 685.

*(10) См.: Проблема обеспечения права граждан на доступ к правовой информации. М., 1999. С.326 - 327.



Деятельность судов Российской Федерации как источник права


Автор


Л.В.Смирнов - начальник кафедры государственно - правовых дисциплин Тульского филиала Юридического института МВД России, кандидат юридических наук.


"Журнал российского права", 2001, N 3



Актуальная версия заинтересовавшего Вас документа доступна только в коммерческой версии системы ГАРАНТ. Вы можете приобрести документ за 54 рубля или получить полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня.

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.