Публично-правовое регулирование: динамика сфер и методов (Ю.А. Тихомиров, "Журнал российского права", N 5, май 2001 г.)

Публично-правовое регулирование: динамика сфер и методов


Многовековое сосуществование публичного и частного права часто отражало подвижный баланс интересов политических сил, устройство государства и механизм управления, меру свободы и самостоятельности граждан, собственников и участников любой деятельности. "Приливы" и "отливы" для "публичников" и "частников" в праве служили выражением этих явлений. В советском государстве публичное, отождествляемое с государственно-партийным началом устройства общественной жизни, было бесспорно доминирующим, а частное, личное служило "дополнением".

Последние полтора десятилетия вновь оживилось противоборство публичного и частного права. Казалось, что победу одерживают то рыночники, то государственники, что означало определенную смену курса в экономике, политической, социальной и иной сферах и признание поражения "юридического противника". Думается, однако, что данный конфликт преувеличен, а главное - мирное сосуществование публичного и частного права как парных категорий, как двух опор правового здания. И мы постараемся это показать, проанализировав эволюцию публично-правового регулирования.

При этом важно отметить комплексное правовое воздействие на общественные процессы. Германские юристы видят полезность современного разделения права на публичное и частное при определении путей правового развития, сфер применения законов и основных прав субъектов, при установлении ответственности за виновное нанесение ущерба, порядка исполнения, критериев толкования. Поддерживая теорию интереса, теорию субординации и теорию соотнесения субъектов, они справедливо отмечают слабость простой дихотомии и наличие скорее "полутонов"*(1). Публичное право в Польше рассматривается как интегрирующее понятие для ряда отраслей и правовых явлений.


Еще раз о публичном праве


Правильная оценка природы и механизма публично-правового регулирования во многом зависит от формирования современного правопонимания. Вопрос заключается в том, как понимается право и как оно реально развивается. Крупные преобразования в стране и активное вхождение ее в мировое сообщество повлекли за собой разные подходы к праву. И дело не только в том, что оно не сводится к совокупности норм. Произошло смешение разных правопониманий. В страну потоком хлынули разные правовые теории, взгляды, нормы, традиции. К принципам континентального права активно добавляются институты общего права. Так, появились утверждения об иной иерархии актов и утрате законом своей роли ввиду верховенства судебных решений и делегированных актов*(2). Вряд ли это так. Ощутимо влияние мусульманского права.

К тому же в самом праве происходят внутренние изменения. Обеспечение верховенства закона сочетается с расширением сферы договорного регулирования. Поскольку повышается удельный вес норм самоуправления и локальных актов хозяйствующих субъектов, судебная практика все чаще признается источником права*(3). Принципы и нормы международного права и акты межгосударственных объединений занимают все более видное место в правовой системе.

Пришло время серьезно заняться формированием современного юридического мировоззрения. Ведь именно высокоразвитое правопонимание является двигателем правотворчества и основой прочного правового порядка в стране. Применительно к правовому регулированию вполне оправданно вести речь не только о привычных предмете и методе, но и о юридическом процессе. Третий элемент обоснованно был выделен в юридической литературе*(4), хотя универсализация этих элементов явно преувеличена.

Природу публично-правового регулирования нельзя понять без современных представлений о динамике публичного права. Иначе трудно планомерно и последовательно развивать громадные правовые массивы. Речь идет о правовых взглядах, которые позволяют охватить весь "правовой горизонт", не ограничивая его отдельными отраслями, подотраслями, институтами и актами. Это особенно важно в непрерывном потоке правотворчества, когда ситуационная скорость и узкая предметность регулирования затрудняют видение общеправовых процессов. А коренные вопросы публичного права - это правовое опосредование устоев общества, устройство государства и власти, гарантии прав граждан*(5).

Традиционно к отраслям публичного права относят теорию государства и права, конституционное, административное, финансовое, уголовное право, судоустройство, уголовный процесс, равно как и другие виды процессов, международное публичное право, международное гуманитарное право. При всей самостоятельности эти отрасли как "дочерние" нуждаются в "материнской" общей части. Ее развитие укрепляет межотраслевые связи и позволяет решать крупные актуальные государственно-правовые проблемы. Публичное право как большая правовая семья охватывает комплекс отраслей права и законодательства. Но это не механическая совокупность отраслей, а системно-структурированная правовая целостность со своими особенностями. Ее отличает прежде всего объект воздействия, предмет регулирования.

Выделим общие признаки публичного права. Во-первых, это публичный интерес, который в качестве концентрированного выражения общесоциальных потребностей и стремлений выступает системообразующим явлением. С юридической точки зрения публичный интерес характеризуется определенными нормативными признаками, закреплением его приоритета, установлением порядка и гарантий обеспечения, закреплением способов охраны и мер ответственности. Общее родовое понятие публичного интереса сочетается с видовыми нормативными понятиями - интересы общества и государства, национальной безопасности, общие интересы, интересы наций, народов, населения, общеэкономические интересы, интересы экологического благополучия, региональные и местные интересы, корпоративные интересы. В концентрированном виде публичный интерес закрепляется в Конституции и служит правообразующим для всех отраслей публичного права. Вместе с тем публичный интерес является объектом отражения и закрепления и в отраслях частного права с помощью разных институтов и норм. Это способствует сочетанию общественных и личных интересов в разных сферах деятельности физических и юридических лиц.

Во-вторых, высокое признание публичного интереса предъявляет особые требования к субъектам публичного права. Следуя формуле Аристотеля, государство можно считать "публичным общением людей", в котором живет и действует "политический человек". Оно как сложная социальная система выступает ведущим субъектом публично-правовых отношений - то в целостном виде как официальный представитель общества, то через свои органы. Но устройство и жизнь государства не сводятся к государственным органам. И все же именно государственная власть обеспечивает его признание и жизнедеятельность.

Современная организация государственной власти зиждется на признании принципа разделения властей. Опыт его реализации свидетельствует о немалых "издержках" вследствие явного акцента на разделенность властных структур при недооценке их взаимодействия. Отсюда и пагубная недооценка государственного управления, когда "миражи" рыночной экономики породили хаос, стихийность и неорганизованность в обществе. Часть функций государственных органов искусственно "приватизируется". И как следствие - увеличение разрыва между деятельностью официальных институтов и неформальных организаций.

Государственные органы - основные субъекты публично-правовых отношений. Вместе с тем в публичном праве ярко выражены интересы социальных общностей - народа, нации, населения, слоев общества. Своего рода "новой публичностью" является самоуправление и такая его разновидность, как местное самоуправление. Предстоит освоить статус публичных учреждений, оказывающих различные публичные услуги.

В-третьих, для субъектов публичного права характерно наличие компетенции - предметов ведения и властных полномочий*(6). Их решения и указания отражают повеление власти как таковой. Поэтому столь важно правильно определить и распределить властные полномочия - по "вертикали" и "горизонтали". К сожалению, на практике в статутных законах, положениях о министерствах и др. не всегда удается закрепить баланс целей, полномочий, взаимоотношений и ответственности государственных органов. Споры о компетенции требуют своих процедур.

В-четвертых, для публично-правового регулирования характерен императивный метод, когда субъект с властными полномочиями устанавливает нормы в одностороннем порядке. Их спектр весьма широк - от норм-целей и норм-принципов до норм-заданий и санкций. Общеобязательность правовых норм задает ту или иную программу правового поведения, деятельности правообязанных субъектов и как бы определяет диапазон выбора ими вариантов правомерного поведения. И здесь важно не злоупотреблять жестко-императивными и "наказательными" нормами, а использовать весь спектр норм. Широкое применение методов договорного регулирования в конституционном и административном праве открывает для этого благоприятные возможности.

В-пятых, публичное право включает в себя основные вопросы формирования правовой системы и обеспечения ее устойчивости. В нашей стране, как и в других государствах СНГ, в последние годы идет ускоренное обновление правовых систем. Это - сложный и противоречивый процесс, в ходе которого приходится определять прежде всего объекты законодательного регулирования. Тут возникает немало сложностей, связанных с неудачным выбором темы закона, его концепции и структуры, с "перекосами" в соотношении закона и подзаконного акта. Поэтому сохраняют актуальность проблемы научно обоснованной классификации правовых актов, их видов, соотношения актов между собой. Конституционные основы правовой системы предполагают и иные стабильные регуляторы.

Рамки публичного права раздвигаются за счет более широкого взаимодействия национального и международного права. Возникает новый вид "общепубличных" дел, в решении которых заинтересованы многие государства и мировое содружество в целом. Здесь уместно привлечь внимание к объектам международно-правового регулирования публичных отношений, к более глубокому анализу деятельности межгосударственных объединений и институтов, к соотношению норм международного и национального публичного права, к развитию сравнительного правоведения в публичной сфере.

В-шестых, публичное право устанавливает механизм и процедуры юридической защиты всех субъектов права. Самые актуальные вопросы сегодня - изменение и развитие законов о всех ветвях судебной власти и процессуальных кодексов о видах судопроизводства. Из возникающих коллизий рождается коллизионное право. Оно приобретает признаки самостоятельной отрасли и даже небольшой семьи, примыкающей к публичному праву*(7).

Все вышеназванные признаки публичного права концентрируются в осуществляемом с его помощью комплексном и системном публично-правовом регулировании. Сегодня наблюдаются большие перемены в его объектах и механизме, которые подробно будут рассмотрены ниже.


Объекты регулирования - старые и новые


Поскольку публичное право есть системно-структурированное единство отраслей права, постольку и оказываемое им воздействие должно быть комплексным. Отдельные или многие нормы одной отрасли не могут дать полного эффекта, хотя и для этого надо прилагать максимум усилий. К тому же границы отраслей меняются, и наряду с традиционными объектами регулирования появляются новые. К некоторым "подключаются" другие отрасли, что и служит объяснением динамики регулируемых сфер. Подтверждается это следующим.

Существенным образом меняются объекты конституционного регулирования и система конституционного права. Традиционно оно развивалось в рамках структуры действующей Конституции и даже применительно к ее главам. Государствоведческий и институциональный аспекты были очевидны. Ныне же, по нашему мнению, конституционное право расширяет свои горизонты. Во-первых, оно устанавливает основы экономического, политического и социального строя, международных отношений. Конституционные начала экономики (формы собственности и др.) становятся мощными регуляторами. Во-вторых, более полно выявляется потенциал Конституции как ядра правовой системы. А влияние конституционного права на другие отрасли права становится все более сильным, хотя здесь есть свои противоречия.

Осью публичного права выступает административное право, система которого, объекты и методы регулирования претерпевают ныне серьезные изменения. Традиционный "запретительно-наказательный" элемент отрасли явно теряет свое значение и возрастает роль ее четырех главных функций. Это - государственное управление, это - государственное регулирование, это - легализация, это - контроль и надзор. Масштабы первой из них меняются, вторая - увеличивается, третья - появляется и расширяется, четвертая - сохраняется. Баланс этих функций пока не вполне сложился, чему препятствуют устаревшие взгляды на систему и содержание данной отрасли.

Базовый источник административного права - закон, и если представить его в качестве первичной юридической клетки, то можно говорить о двух отраслях законодательства. Это - административное законодательство, включающее в себя законодательные нормы трех видов - статутные законы Федерации и ее субъектов об органах исполнительной власти; тематические законы, посвященные регулированию сфер и отраслей (лицензирование и т. п.); административные нормы, находящиеся в составе, "корпусе" других законов. Таковы нормы о госорганах в Налоговом и Таможенном кодексах. Но все названные нормы весьма противоречивы, остро сказываются и пробелы в создании норм материального административного права.

Еще более ощутимо отставание в сфере административно-процессуального законодательства. Многолетняя гегемония КоАП привела к их своеобразному отождествлению, хотя здесь и есть явное преувеличение. По нашему мнению, административно-процессуальное законодательство должно быть строго "привязано" к материальным нормам и служить их легальному применению. В нем можно выделить два блока. Во-первых, позитивно-процессуальный, предназначенный для обеспечения деятельности субъектов административно-правовых отношений и реализации их прав. На федеральном уровне нужны законы об административных процедурах, о порядке рассмотрения предложений, заявлений и жалоб граждан, о праве граждан на информацию и др.

Во-вторых, коллизионный блок. Это - федеральный закон о процедурах рассмотрения разногласий между органами государственной власти Федерации и ее субъектов. Это - нормы административного судопроизводства, состоящие из норм будущего федерального кодекса административного судопроизводства, КоАП и соответствующих норм в ГПК и АПК. Материальной основой для планомерного развития правил административного судопроизводства послужит принятие ФКЗ о федеральных административных судах.

В семью публичного права входит финансовое право, которое пока развито довольно плохо. Не вполне ясны его подотрасли и основные институты*(8). В бюджетном праве, как подотрасли, остро ощущается необходимость эффективного регулирования системы бюджетов разных уровней и межбюджетных отношений, упорядочения распределения долей регулирующих федеральных налогов, государственных финансовых нормативов, взаимной ответственности Федерации и ее субъектов, принятия мер стимулирования доходной части бюджетов и строгого финансового контроля. Изъяны и недоработки в данной сфере ощущаются весьма остро.

Первые налоговые законы появились столь стремительно (их было двадцать), что в них нельзя не заметить следы ведомственных налоговых инструкций. Налоговый кодекс, на мой взгляд, сделан не вполне корректно по форме, а подотрасль не вполне сформировалась. Есть "пересечение" с таможенным правом. Оно также находится в стадии становления.

Активно развивается система судебной власти, "право правосудия", можно сказать. Здесь появилось много новых моментов. Небезынтересна постановка вопроса о формировании общего процессуального права. Вообще в нашем законодательстве много материальных, но очень мало процессуальных норм.

По-прежнему актуален блок уголовного права и процесса, поскольку защитные меры нужны для обеспечения правового порядка в стране. В новом УК и проекте УПК полнее отражены нормативные явления "позитивных отраслей" и соответственно новые составы и институты.

Есть отрасли с большой долей публично-правовых институтов и норм - трудовое право, экологическое право и др. И это требует более четкой их систематики, поскольку в противном случае политические страсти могут "смести" отдельные институты. Борьба вокруг нового Трудового кодекса это убедительно подтверждает.

Международное право и прежде всего международное публичное право тоже находится "под крышей" публичного права. Это объясняется новым соотношением национального и международного права. Их взаимовлияние стало мощнейшим фактором. Не случайно система международного права шире отражает дифференциацию отраслей национального права.

Страна вошла в "Европейский дом", и мы считаем, что теперь находимся в цивилизованном мире. Но вопрос в том, как идет этот процесс. Все знают содержание п. 4 ст. 15 Конституции, но что такое общепризнанные принципы международного права? Сколько их? Они закреплены в Уставе ООН или в пактах? А если они практически не реализуются? Есть федеральный закон о международных договорах, но нередко медленно происходит ратификация договоров. Между тем гибкое переплетение норм международного и национального права является проблемой для всех отраслей права - и публичного, и частного. Можно ли сейчас выпустить книгу по экологическому, административному, конституционному, гражданскому, трудовому праву, если нет перечня международно-правовых актов, которые страна ратифицировала, если международные источники не использованы?

Когда же нормы международного права пытаются применять, то их трудно найти. "Бюллетень международных договоров" недоступен и для судей, и для работников государственного аппарата, и для граждан. Если нанесен вред какими-то действиями в зоне реализации международной конвенции, то нелегко обратиться в суд. А ведь постулировано: нормы международного права имеют приоритет. Кстати, некоторые юристы начинают с сомнением относиться к формуле приоритета норм международного права: а не слишком ли поспешно и в широком объеме мы эту формулу приняли?

Сказанное не должно ограничивать отрасли публичного права национальными рамками и в другом смысле. Усиливается влияние на них иностранного права - творческое и дублирующее. Сравнительное правоведение вырабатывает способы преодоления юридических различий и сближения национальных законодательств. Эти способы можно условно разделить на две группы. В группу программных средств входят прежде всего программы сближения национальных законодательств (по тематике, сферам и т.п.), гармонизации принципов и институтов. Используются договоры о правовом сотрудничестве, соглашения о правовой помощи. Многое зависит от совместных и координируемых юридических действий и мер, от общего признания и согласованной ратификации международных актов, от легального признания общего правового пространства (договоры), от введения процедур согласованной подготовки и принятия правовых актов.

Вторая группа охватывает нормативные средства, располагаемые по степени "мягкости - жесткости" и последовательности применения. Речь идет о словаре нормативных понятий, терминов (глоссарий), о модельных законодательных актах, о типовых проектах актов, об имплементации норм международных договоров и т.п.; о единых стандартах (экологической безопасности и т.п.); о единообразных нормах (обслуживания и т.п.); об унификации - принятии единых актов и т.п.; об общем или распространенном юридическом режиме (инвестирования, налогообложения, создания юридических лиц и т.п.); о признаваемом равном объеме прав субъектов (инвесторов, предпринимателей и др.); о выравнивании уровней правового обеспечения (пенсий и т.п.); о признании юридических документов (дипломов об образовании и др.); о введении упрощенного порядка (приобретения гражданства и т.п.); о равной юридической защите субъектов, о равнообязательных юридических требованиях, о допускаемых правовых льготах и стимулах, о распространении санкций.

Все вышесказанное позволяет сделать общий вывод - происходят заметные изменения объектов регулирования отраслей публичного права и соответственно их системы.


Методы регулирования - вместе, а не порознь


Для эффективного применения методов публично-правового регулирования важен комплексный подход. Именно согласованное использование методов разных отраслей публичного права дает наибольшие социально-экономические результаты. С одной стороны, это обеспечивает их концентрацию применительно к тем или иным объектам воздействия, а с другой стороны, гибкое использование с учетом меняющихся ситуаций. Выбор "набора" методов - дело весьма сложное. В данной связи выделим ряд правовых композиций.

Во-первых, важнейшее значение имеет сочетание норм конституционного права и норм других отраслей права, когда первые служат нормативным ориентиром. Достигаемое совмещенное действие норм предотвращает юридические коллизии*(9).

Во-вторых, необходимо правильно комбинировать нормы разных отраслей национального права в регулировании однородных или смежных объектов. Практика дала много примеров удачных и неудачных "юридических партнерств" между нормами Гражданского и Земельного кодексов, КЗоТ и основами законодательства о госслужбе и др. Здесь приходится решать вопрос о доминирующем значении тех или иных отраслевых норм, о порядке и времени введения в действие других норм. Иначе - разрывы правовых нитей и юридические коллизии.

В-третьих, как уже отмечалось, для публично-правового регулирования становится все более характерным сочетание методов национального и международного права. Пока это происходит стихийно, подчас с односторонним использованием одних методов и забвением других. Ученые-международники в большей степени разрабатывают вопросы классификации норм международного права и их имплементации в национальном праве*(10). Причем рассматриваются традиционные нормы международных организаций - уставы, конвенции и т.п. и международные договоры. Мало исследованы нормы межгосударственных объединений, которым присущи более строго структурированные институты, акты и нормы.

По нашему мнению, можно вести речь об обязательных нормах "международной среды", о нормах-целях, нормах-принципах, нормах-запретах, нормах-дефинициях, о модельных нормах. Такое деление их по содержанию, юридической силе и адекватной реакции на них национального права государств позволяет отметить и еще один новый момент.

На состоявшемся 1 марта с.г. в Москве международном научно-практическом семинаре "Проблемы правового обеспечения Евразийского экономического сообщества" в докладе автора отмечалась и такая новая коллизионная тенденция, как противоречия и несовпадение тематически близких норм разных международных организаций и неодинаковое отношение государств к их реализации. "Избирательность" и предпочтение одних норм другим порождает для государств, региональных союзов и мирового сообщества сложные проблемы, хотя для первых равнообязательны все их международные обязательства.

Влияние и своего рода превращение международных норм в национальные нормы - сложный процесс*(11). В нем есть не только процедурные, но и нормативные аспекты ориентирования и преобразования первых. Коллизии этих норм согласно п. 4 ст. 15 Конституции РФ должны квалифицированно разрешаться как путем признания приоритета международных норм, так и соответствующего изменения национальных норм. Суды Сообществ и Содружеств, Генеральный совет ВТО с их штрафными и компенсационными санкциями служат надежными гарантиями действия международных норм.

В-четвертых, весьма актуальна проблема введения - на временной или постоянной основе - юридических режимов, как конституционных, так и административных, налоговых, таможенных и других. Речь идет о процедурах использования разных комбинаций правовых норм. Предложим следующую классификацию методов государственного регулирования, отличающихся по характеру воздействия и степени самостоятельности, предоставляемой хозяйствующим и иным субъектам. Их можно объединить в шесть групп.

В первую следует включить методы, способы общенормативного регулирования: а) введение общих правил; б) установление порядка создания, реорганизации и упразднения структур; в) определение системы их деятельности.

Во вторую группу входят программно-установочные способы: а) целевые программы; б) тематические планы; в) концепции, функциональные правила; г) схемы управления; д) схемы градостроительного планирования развития территорий; е) генпланы городов; ж) земельный кадастр.

К третьей группе относятся легализующие средства: а) лицензирование; б) аккредитация; в) сертификация.

В четвертую группу включаются способы нормативно-количественного измерения: а) стандарты; б) квоты; в) цены; г) тарифы; д) нормативы; е) лимиты; ж) налоги (сборы); з) плата; и) ставки (таможенных пошлин и др.).

В пятой группе - способы поддержания уровня деятельности и ее стимулирование: а) кредиты; б) льготы; в) отсрочки; г) дотации; д) субсидии; е) трансферты; ж) надбавки; з) поощрения; и) госзаказы; к) госзакупки.

Шестая группа состоит из контрольно-учетных и "запретных" способов: а) учет; б) статистическая отчетность; в) проверки и иные формы контроля; г) запреты; д) ограничения; е) предписания; ж) санкции (штрафы и др.); з) лишение легальности (приостановление, признание недействительными сделок, действий, актов).

Эффективность использования государственно-правовых способов регулирования экономики и других сфер достигается с учетом специфики тех или иных объектов воздействия.

И в прошлом, и сегодня происходит "обмен" сферами и методами между публичным и частным правом. Одни из них переходят в область публично-правового регулирования, когда возникают новые публичные интересы или явления и процессы, требующие государственного регулирования (например, информационная безопасность, участие страны в межгосударственных объединениях, борьба с международной преступностью). Другие сферы отходят к частноправовому регулированию, когда расширение самостоятельности хозяйствующих субъектов требует сужения областей государственного управления и увеличения удельного веса их саморегуляции.

В последнее время официальные лица стали все чаще говорить о дерегулировании экономики в связи с намечаемым упрощением порядка регистрации юридических лиц, внешнеторговых операций и из-за сокращения внешних проверок предпринимателей. Но здесь скорее происходит дебюрократизация и изменение способов регулирования - когда оно в большей степени опирается непосредственно на закон и четкие процедуры. Стимулируется активность коммерческих структур*(12). Но потребность в государственном регулировании не исчезает, ибо оно лишь меняет свои формы. Либерализация сочетается с жестким правовым контролем. Опыт иностранных государств это убедительно подтверждает*(13). К тому же интерес к корпоративному управлению и праву не должен быть преувеличенным.

Словом, подвижность сфер публично-правового регулирования является постоянно действующим фактором. Она выражается в изменении и объектов, и методов правового воздействия, и уровней принятия правовых решений, когда договорные средства и локальные акты выступают на передний план в регулировании федеративных, управленческих и хозяйственных отношений. Но всегда должно быть сохранено главное - официальное признание верховенства закона и легальной допустимости юридических актов и действий.

Отметим и другое. Чрезмерный акцент на правовую статику приводит к недооценке реализации законов. Слабость механизмов их действия порождает юридические коллизии и нарушения законности, критические и не всегда ожидаемые отклонения от нормативной модели. Правовая система - в целом или ее элементы - почти не имеет собственных компенсирующих резервов на такие случаи, кроме техногенных и чрезвычайных ситуаций. Между тем предвидение, моделирование таких резервов и способов их использования актуально.

В законодательстве возрастает удельный вес актов с комплексными нормами. Чтобы успокоить некоторых юристов, заметим, что включение в тексты законов норм разных отраслей права не нарушает принцип их "нормативной чистоты". Приоритет отраслевых норм сохраняется, но при этом обеспечивается публичный интерес как таковой и как суммарное отражение частных и корпоративных интересов субъектов права.

К тому же происходит заимствование методов "партнерских отраслей", когда договорный метод частного права находит применение в конституционном и административном праве, когда судебная защита становится универсальной для всех субъектов публичного и частного права, когда в отраслях частного права четко определяется компетенция субъектов публичного права. И это является положительной тенденцией.

Таким образом, эффективность публично-правового регулирования зависит от правильного понимания его роли в жизни общества и государства. Оно полезно тогда, когда своевременно и точно отражает динамику сфер воздействия и комплексно применяет свойственные ему методы.


Ю.А. Тихомиров,

первый заместитель директора ИЗиСП,

доктор юридических наук, профессор,

заслуженный деятель науки РФ.


"Журнал российского права", 2001, N 5


-------------------------------------------------------------------------

*(1) См.: Рихтер И., Шупперт Г.Ф. Судебная практика по административному праву. М.: Юристъ, 2000. С. 89-93.

*(2) См.: Витушко В.А. Курс гражданского права. Общая часть. Т. 1. Минск: БГЭУ, 2001. С. 230.

*(3) См.: Судебная практика как источник права. М.: Юристъ, 2000.

*(4) См.: Сорокин В.Д. Правовое регулирование: предмет, метод, процесс // Правоведение. 2000. N 4.

*(5) См. подробно: Тихомиров Ю.А. Публичное право. М.: БЕК, 1995.

*(6) См.: Тихомиров Ю.А. Теория компетенции. М.: Юринформцентр, 2001.

*(7) См.: Тихомиров Ю.А. Коллизионное право. М.: Юринформцентр, 2000.

*(8) Так, в книге "Финансовое право" (М.: Юристъ, 2000) финансовое право как отрасль делится на институты, но они построены по разным критериям. Тут и налоговое право, и регулирование государственных расходов, и фонды денежных средств.

*(9) См.: Конституционное законодательство России. М.: Городец, 1998.

*(10) Из новейших трудов отметим книги: Лукашук И.И. Нормы международного права в правовой системе России. М.: Спарк; Марочкин С.Ю. Действие норм международного права в правовой системе Российской Федерации. Изд-во Тюменского ун-та, 1998.

*(11) Интересной иллюстрацией служит статья Г.В. Петровой "О приведении норм российского финансового законодательства в соответствие с международно-правовыми нормами". - См.: Журнал российского права. 2000. N 12.

*(12) См.: Правовое положение коммерческой организации. М.: Юстицинформ, 2001.

*(13) См., напр.: Государственное регулирование экономической деятельности. М.: Юристъ, 2000; Участие государства в коммерческой деятельности. М.: Юристъ, 2001; Государственный контроль за экономикой. М.: Юристъ, 2000.



Публично-правовое регулирование: динамика сфер и методов


Автор


Ю.А. Тихомиров - первый заместитель директора ИЗиСП, доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ.


"Журнал российского права", 2001, N 5


Текст документа на сайте мог устареть

Заинтересовавший Вас документ доступен только в коммерческой версии системы ГАРАНТ.

Вы можете приобрести документ за 54 рубля или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(Документ будет доступен в личном кабинете в течение 3 дней)

(Бесплатное обучение работе с системой от наших партнеров)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение

Если вы являетесь пользователем системы ГАРАНТ, то Вы можете открыть этот документ прямо сейчас, или запросить его через Горячую линию в системе.