Интервью с И.А. Близнецом, действительным государственным советником Российской Федерации, заместителем руководителя кафедры ЮНЕСКО по авторскому праву и другим отраслям права интеллектуальной собственности ("Законодательство", N 7, июль 2001 г.)

Интервью с И.А. Близнецом, действительным государственным советником
Российской Федерации, заместителем руководителя кафедры ЮНЕСКО
по авторскому праву и другим отраслям права
интеллектуальной собственности


Наши постоянные читатели помнят, что в N 3, 4 за 2001 г. журнала "Законодательство" были опубликованы материалы "круглого стола" "Интеллектуальная собственность: правовое регулирование, проблемы и перспективы". Обсуждался проект нового раздела третьей части Гражданского кодекса РФ, посвященного проблемам интеллектуальной собственности. В числе выступавших был и наш сегодняшний гость - И. А. Близнец, заместитель генерального директора Российского агентства по патентам и товарным знакам. Мы попросили его изложить свое мнение более подробно.


- Иван Анатольевич, тема нашей беседы - законодательное обеспечение интеллектуальной собственности и проблемы кодификации. Сейчас эта проблематика интересна многим нашим читателям.

- Государство тоже проявляет к ней внимание - этого требует время. Как только появились возможности для коммерческой эксплуатации результатов интеллектуальной деятельности, стала очевидной необходимость внутригосударственной защиты и международно-правовой охраны интеллектуальных прав. Возникла объективная потребность в осуществлении государством регулирующей, координирующей и законодательной функций в данной области.

Юридическое закрепление права интеллектуальной собственности по сути означает осознание государством важности культуры и прогресса для сохранения и развития общества. Охрана результатов творчества, интеллектуальной деятельности непосредственно связана с защитой свободы личности, прав человека. Однако следует учитывать двойственную природу права интеллектуальной собственности - ее "духовную" и экономическую составляющие. Для современности характерны как усиление защиты личных неимущественных ("моральных") прав создателей интеллектуальных ценностей, так и дальнейшая коммерциализация имущественных (экономических) прав.

Способствуя созданию условий для занятия творческим трудом, обеспечивая правовое признание и охрану достигнутых результатов, закрепляя за авторами и изобретателями права на использование созданного ими продукта и получение соответствующих доходов, государство одновременно создает условия для применения изобретений и произведений в интересах общества, в целях образования и просвещения, научного и технологического прогресса, ознакомления самой широкой аудитории с культурным наследием и новыми творческими достижениями. Путь развития законодательства об интеллектуальной собственности, пройденный за три последние столетия, можно рассматривать как историю поисков разумного баланса интересов авторов и общества, как беспрерывный ряд попыток увязать потребности общества в свободном потоке идей и знаний с заинтересованностью автора (изобретателя) в справедливом вознаграждении за творческий труд*(1). Во всяком случае, именно на такой основе происходил перевод на юридический язык основных социально-политических и экономических требований.

Любое решение в данной области должно учитывать интересы всех сторон, потому что чье-то право - это всегда чья-то обязанность. Право интеллектуальной собственности было, есть и останется определенной суммой компромиссов, достигнутых в ходе долгого и трудного поиска.

Именно государство призвано поддерживать неустойчивое равновесие между правами личности и интересами общества, между тем, что относится к сфере культуры, и тем, что лежит в области коммерции. Государство, охраняя "скорлупу собственности", может и должно создавать условия для занятий творческим трудом, способствовать интеллектуальному расцвету, поддержанию, как говорил Авраам Линкольн, "пламени гения топливом интереса".

Осуществление государством своей законодательной функции позволяет обеспечить развитие нормативно-правовой базы, призванной служить надежной юридической оболочкой для соответствующих отношений.


- Как Вы считаете, интеллектуальная собственность является исключительно гражданско-правовым институтом или ее регулирование имеет комплексный характер?

- Защита прав интеллектуальной собственности строится преимущественно в соответствии с системой частного права. Однако было бы ошибкой безоговорочно относить эти права к сфере только частного права и делать вывод о том, что государство вообще не должно вмешиваться в эти вопросы. В некоторых случаях оказывается необходимым применение именно публично-правовых методов, не подменяющих частно-правовые, но дополняющих их. Найти оптимальное соотношение публично-правового и частно-правового регулирования для различных сфер общественных отношений - всегда трудная и очень ответственная задача.

Законодательство об интеллектуальной собственности во всех развитых странах мира имеет комплексный характер, т.е. включает положения государственного, административного, финансового, трудового, процессуального и даже уголовного права. Понимание интеллектуальной собственности как комплексного правового института позволяет сделать вывод о том, что эффективное правовое воздействие на рассматриваемые общественные отношения возможно только в единстве и взаимодействии всех составляющих его норм различных отраслей права.

Сами же права, относимые к результатам интеллектуальной деятельности или способам индивидуализации товаропроизводителя либо товара, традиционно входят в структуру гражданского права.


- Чем вызвана потребность в кодификации законодательства об интеллектуальной собственности на данном этапе?

- В России к настоящему времени в основном создана правовая база, позволяющая охранять интеллектуальную собственность. Однако это законодательство является излишне усложненным. Действуют очень непростые по своей структуре нормы, закрепляющие сразу целый комплекс исключительных прав, исключений из них, а в ряде случаев еще и исключений из этих исключений. Часто предоставляемые права не имеют, а иногда и не могут иметь юридического механизма реализации. А объясняется сложившаяся ситуация отсутствием полноценной систематизации.

Неразработанность системы регулирования - это такой недостаток, который невозможно компенсировать увеличением числа нормативно-правовых документов или усложнением их содержания. Дальнейшее движение в этом направлении неизбежно вызовет быстрый рост опасных несоответствий и противоречий, ведь в Российской Федерации только законодательство в сфере информации охватывает свыше 500 нормативно-правовых актов*(2). Именно создание целостной системы законов и подзаконных нормативных актов позволит преодолеть разрозненность правового регулирования и обеспечивать надежную правовую охрану.

Многие специалисты считают, что в настоящее время появилась объективная необходимость кодифицировать правовую регламентацию отношений в сфере интеллектуальной собственности, объединить обособленные правовые режимы в единую систему, основанную на общих исходных принципах. В этом направлении постепенно эволюционирует законодательство большинства развитых стран мира. В России итоги такой работы должны найти воплощение в разделе V третьей части Гражданского кодекса, посвященном вопросам интеллектуальной собственности.

Любая цельная иерархическая система предполагает выделение общих положений и классификационных критериев, поскольку внутренняя логика законодательства всегда облегчает его применение. Особого рода упорядоченность знаний должна предшествовать любой кодификации. И прежде чем производить слияние правовой регламентации всех видов интеллектуальной собственности в рамках единого кодифицированного акта, необходимо определить принципы, на которых оно может быть основано.


- Как шла эта работа?

- Один из проектов раздела V третьей части ГК РФ был подготовлен специалистами Исследовательского центра частного права при Президенте РФ (ИЦЧП). И к общим проблемам теории исключительных прав добавились проблемы, связанные с выбранным в качестве методологической основы для данного проекта вариантом этой теории, разработанным профессором В.А. Дозорцевым. В зависимости от того, что имеет приоритетное значение для обособления объекта (его форма, содержание, неизвестность третьим лицам), им было предложено выделить системы возникновения исключительных прав ("создательская", "регистрационная" и "конфиденциальная"), которые и предполагалось использовать в качестве основы для дальнейшего развития теории и законодательства.

В первоначальных вариантах проекта ИЦЧП была предпринята попытка дать классификацию объектов исключительных прав, разделив их на четыре группы: 1) результаты, охраняемые в связи с их формой; 2) результаты, охраняемые в связи с их содержанием; 3) сведения; 4) средства индивидуализации. Как было отмечено многими специалистами, при таком подходе необходимо оговорить, какие именно объекты попадут в ту или иную категорию*(3), однако разработчики требуемых уточнений не дали.

На мой взгляд, предложенный принцип деления не может быть применен к реально существующим видам объектов интеллектуальной собственности, так как форма и содержание - это философские, а не юридические категории, к тому же неразрывно связанные и друг без друга не существующие. Например, нельзя утверждать, что авторское право охраняет только форму произведения: авторское право охраняет произведение как единство формы и содержания и не охраняет обособленное содержание. Для промышленного образца объектом охраны являются типические черты формы, хотя сама охрана предоставляется по регистрационной системе, применяемой к "содержательным" объектам.

Отказ от традиционного деления видов объектов интеллектуальной собственности и соответствующих им правовых институтов (авторского права, патентного права и т.д.) может привести только к ослаблению защиты правообладателей. Внесение в законодательство новых трудноопределимых понятий (форма, содержание) создаст проблемы при его применении (в ряде случаев непреодолимые). Появление новых "избыточных" категорий неизбежно повлечет усложнение правоприменительной практики, увеличение количества судебных ошибок. Рассмотрение "способов обособления результатов интеллектуальной деятельности" уместно только в теории, в правовой доктрине, на начальных этапах обучения праву интеллектуальной собственности (для более наглядной демонстрации студентам существующих юридических реалий), но неприемлемо для законодательного закрепления.

Кроме того, несомненно интересная с теоретической точки зрения попытка профессора В. А. Дозорцева дать классификацию объектов исключительных прав по способам их обособления и охраны приведет к неограниченному увеличению числа видов таких объектов. Придется обособлять результаты творческого труда, для которых приоритетное значение имеет форма или содержание; результаты координационной деятельности (продюсерские права); средства индивидуализации, охраняемые в силу регистрации или общеизвестности, и даже "нематериальные права и интересы личности", имеющие публичный характер*(4). Трудно представить, каким образом предлагаемая классификация взаимодействовала бы с реально существующим делением объектов интеллектуальной собственности на вполне определенные исторически сложившиеся виды.

Налицо стремление специалистов ИЦЧП ввести новую, нигде в мире не используемую систематизацию объектов исключительных прав. Подобная модель пригодна для описания и объяснения некоторых явлений в области интеллектуальной собственности, но совершенно не подходит для качественного закрепления нормативного материала. Смелость и полет фантазии, безусловно, необходимы при выдвижении и проверке новых теорий, но когда речь заходит об их применении на практике, следует быть консерваторами. Политика - искусство возможного, право - наука необходимого. Здесь, как и в медицине, следует неукоснительно соблюдать основную заповедь: "Не навреди!".

Все же - в результате многолетних усилий специалистов в области интеллектуальной собственности, под влиянием отрицательных заключений министерств и иных федеральных органов исполнительной власти, авторско-правовых организаций российского и международного уровня - разработчики проекта исключили из его общих положений вышеприведенные спорные определения. Однако сам методологический подход не изменился, не были устранены и некоторые другие недостатки законопроекта.


- В чем же они состоят, по Вашему мнению?

- Например, недостаточно разработанное понятие "исключительные права" предлагалось использовать в качестве базовой правовой категории вместо закрепленного в Конституции Российской Федерации понятия "интеллектуальная собственность".

В юридической литературе встречаются самые разные трактовки исключительных прав. Представители крайних точек зрения понимают их как неотчуждаемые, неразрывно связанные с личностью автора в течение всей его жизни права' либо полностью отрицают это понятие*(5). Наименование "исключительные" (присваиваемое субъективным правам авторов, возникающим в результате создания произведений науки, литературы и искусства) сравнительно поздно появилось в российской дореволюционной юриспруденции и воплотилось в Законе об авторском праве 1911 г. в связи с отказом от ранее использовавшейся конструкции "литературная и художественная собственность". Названный акт в силу исторических причин действовал недолго. В начале 1960-х годов термин "исключительные права" в связи с его неоднозначностью было решено изъять из законодательства.

То или иное толкование исключительной природы прав оказывает существенное влияние на понимание сущности авторского договора, конструирование его основных элементов, установление условий ответственности за его нарушение и т.д. Следует отметить, что вытекающее из проекта ИЦЧП противостояние "интеллектуальной собственности" и "исключительных прав" приводит лишь к негативным последствиям. Не подлежит сомнению, что речь идет не о терминологической путанице, а именно о действительной потребности предпринимательской и судебной практики адекватно отразить существование особых объектов и статус их обладателей в условиях, когда юридической наукой не предложено конструктивного решения этой проблемы. В настоящее время, как известно, получил широкое распространение термин "интеллектуальная собственность".

Нельзя не отметить, что в проекте ИЦЧП по непонятным причинам общепринятые понятия нередко обозначаются новыми терминами. Необъяснимо введение в текст будущего законодательного акта чисто бытовых понятий, не имеющих юридического смысла, например, термина "пиратство в области исключительных прав". Данного состава преступления нет в Уголовном кодексе России, такого состава правонарушения не знает административное право, как гражданско-правовое понятие оно также нигде не раскрывается. Хочу присоединиться к мнению известного российского юриста Н. С. Таганцева, который полагал, что "в законах вырабатывается свой собственный язык, очень часто литературно тяжелый, неизящный, но имеющий громадное преимущество по своей точности и определенности".


- Но разве теория интеллектуальной собственности разработана недостаточно подробно? Ведь ей посвящены целые разделы юридических учебников!

- В настоящее время общие правила, применимые при регулировании отношений в области интеллектуальной собственности, только создаются. Исключительно академический, умозрительный подход, поспешное законотворчество способны скорее затормозить, чем ускорить этот процесс. "Необходимо проанализировать имеющуюся судебную практику? рассмотрения административных и уголовных дел в этой области? серьезно разобраться в том, насколько эффективен или неэффективен тот механизм правового регулирования, который есть уже сегодня, что можно было бы в нем изменить, от чего отказаться"*(6).

В последние годы в России сформировалась определенная система правового регулирования интеллектуальной собственности. В нее вошли Законы РФ "Об авторском праве и смежных правах" (далее - Закон об авторском праве), "О правовой охране топологий интегральных микросхем", "О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных", Патентный закон и др. Именно эти конкретные акты используются в повседневной практике. И принятие третьей части ГК РФ в предлагаемом ИЦЧП виде приведет к образованию неустранимой терминологической путаницы. Немаловажен тот факт, что перечисленные законодательные акты соответствуют лучшим мировым стандартам, готовились с учетом международных требований в данной области на базе международных соглашений (Бернской, Парижской, Мадридской конвенций, документов ВТО и др.). Вообще законодательство в области интеллектуальной собственности по своим основным принципам и по минимально установленному объему прав предопределено международными соглашениями в этой области, а ст.15 Конституции РФ закрепляет приоритет международно-правовых норм.


- Насколько детально ГК РФ должен регулировать проблемы интеллектуальной собственности?

- Крайне опасной представляется отстаиваемая разработчиками проекта идея не ограничиваться общими положениями, относящимися ко всем объектам интеллектуальной собственности, а внести на уровне Гражданского кодекса также новые нормативные положения, отличные от закрепленных в уже действующих законодательных актах и не соответствующие сложившейся многолетней законодательной традиции и правоприменительной практике. Я полагаю, что в ГК РФ должны войти только общие, прошедшие испытание временем и практикой принципы правового регулирования указанных отношений, чтобы оставить возможности для дальнейшего теоретического и законодательного развития. Вспомним слова Л. Витгенштейна: "Чтобы дверь двигалась, петли должны быть неподвижны".

Право - это консервативная по определению система. Его принципы оттачиваются веками, формулировки вырабатываются десятилетиями, единообразие в использовании терминов и понятий достигается годами кропотливой работы. Поэтому применяться должно только то, что успело доказать свою надежность. Основная задача кодификации - не выдумывание новых систем, а сведение воедино уже работающего нормативного материала с устранением несогласованностей и противоречий. Право, как и культуру, нельзя создать, их можно только унаследовать и сохранить. На Первом съезде русских юристов в 1875 г. Ф.Н. Плевако говорил: "Мы увидели, что разум создан не для того, чтобы творить, а для того, чтобы изучать и анализировать? Следует обратиться к "юридическим инстинктам", живущим в традициях, опыте? Эти инстинкты, разумно понятые и собранные, дадут основание для разумного понимания юридических потребностей общества... И точно так же, как не химики создали законы химические? не юристы должны придумывать правовые институты"*(7).


- На основе каких принципов, по Вашему мнению, следует строить раздел ГК РФ об интеллектуальной собственности?

- Представляется целесообразным включить в проект раздела V части третьей ГК РФ только основополагающие, базовые положения, общие для всех видов объектов интеллектуальной собственности (произведений литературы и искусства, изобретений, товарных знаков и др.). Такой подход в полной мере соответствует российской законодательной традиции. Благодаря закреплению общих норм конкретизация правового регулирования и его оперативное изменение могут успешно осуществляться на уровне специальных законодательных актов, причем в течение длительного времени не потребуется вносить какие-либо изменения в ГК РФ.

В проекте должны обобщаться уже имеющиеся законодательные положения, нормы международных соглашений, практика правотворчества и правоприменения. Надо избегать необоснованных, не проверенных временем положений.

Следует применять только общепризнанную, устойчивую терминологию, закрепленную в российском законодательстве и международных соглашениях, что позволит избежать противоречий с ними.

Принятие проекта не должно требовать коренного преобразования действующего законодательства Российской Федерации, изменения существующего в настоящее время правового регулирования, но обязано обеспечивать его единство в ходе дальнейшего развития. Следует оставить достаточную возможность для дальнейшего плодотворного развития юридической теории и совершенствования правотворческой и правоприменительной практики.

Принятие проекта не должно приводить к законодательному закреплению спорных теоретических подходов.

Используемые юридические конструкции необходимо предварительно согласовывать с уже применяемыми в законодательстве Российской Федерации, в том числе с содержащимися в действующих частях ГК РФ.

Соблюдение этих принципов позволит создать общую правовую базу для всех видов интеллектуальной собственности, обеспечить надежный фундамент для дальнейшего развития охраны интеллектуальной собственности, значительно продвинуться в направлении упорядочения законодательства Российской Федерации, упростить дальнейшую работу по его совершенствованию. Кроме того, это ускорит решение вопросов, связанных со вступлением нашей страны во Всемирную торговую организацию (условием чего является подписание Соглашения по торговым аспектам прав на интеллектуальную собственность (ТРИПС)) и с присоединением к новым международным договорам (договорам ВОИС по авторскому праву и по исполнениям и фонограммам (оба - 1996 г.) и др.).


- Какова роль государства в правовом регулировании интеллектуальной собственности?

- Отношения, связанные с использованием результатов интеллектуальной деятельности, не могут не меняться. Возникают новые, подчас противоречивые явления в рассматриваемой области, в частности, имеющие отношение к цифровым и компьютерно-сетевым технологиям; технический прогресс, в свою очередь, порождает новые виды правонарушений, и встает задача сформировать правильное отношение общества к ним; на этом фоне идет бурное развитие внутригосударственного и международного законодательства. Все перечисленное неизбежно приводит к усилению роли государства. Последняя уже не может быть сведена к двум традиционным функциям - разработке норм внутреннего законодательства и защите прав интеллектуальной собственности путем международных договоров.

Одной из дополнительных задач государства является, например, координация работы обществ, управляющих имущественными правами обладателей авторских и смежных прав (например, в России еще в 1874 г. по инициативе драматурга А.Н. Островского была создана такая организация - "Общество русских драматических писателей", преобразованное в 1875 г. в "Общество русских драматических писателей и композиторов"). Закон об авторском праве предусматривает особую систему реализации авторских и смежных прав (так называемую систему коллективного управления имущественными правами), смысл которой состоит в обеспечении прав в тех случаях, когда их осуществление в индивидуальном порядке невозможно либо затруднительно. В настоящее время коллективное управление авторскими и смежными правами осложнено неурегулированностью ряда вопросов создания и деятельности авторско-правовых обществ.

Так, в соответствии с действующей редакцией ст.44 Закона об авторском праве обладатели авторских и смежных прав могут создавать неограниченное число организаций, управляющих имущественными правами на коллективной основе, причем такие организации могут разрешать использование всех произведений и объектов смежных прав. Отсюда вытекает одна из проблем коллективного управления имущественными авторскими и смежными правами в России: практически каждая подобная организация считает возможным представлять всех правообладателей и требовать от пользователей соответствующих выплат. Законодательных препятствий для этого нет. Отказ государства от роли координатора, с одной стороны, приводит к появлению злоупотреблений и мошенничества в этой сфере, с другой - лишает организации, осуществляющие коллективное управление авторскими и смежными правами, возможности нормально работать*(8).

Законодательством большинства развитых стран мира (ФРГ, Франции, Испании и др.) предусмотрены специальные положения, регулирующие вопросы создания и деятельности упомянутых организаций. Как правило, за рубежом для их создания необходимо получить разрешение специально уполномоченного государственного органа (обычно это патентное ведомство страны, министерство культуры или министерство юстиции). При принятии решения обращается внимание на такие факторы, как соответствие положений устава, организационно-правовой формы и структуры организации интересам правообладателей; деловая репутация ее руководителей; квалификация сотрудников; обеспеченность материальными и финансовыми ресурсами и т.д.

Еще одна функция государства состоит в принятии действенных мер для реализации закрепленных законодательством России и большинства развитых стран мира положений, касающихся института "платного общественного достояния". Наше государство в силу сложной экономической ситуации не в состоянии в достаточной мере финансировать ту область общественной жизни, которую обычно называют культурой. В то же время не задействован такой источник финансирования данной сферы, как установление специальных отчислений за использование перешедших в общественное достояние произведений.


- Если в ГК РФ войдут только общие нормы об интеллектуальной собственности, то имеющее приоритет специальное законодательство останется в силе. Планируется ли его совершенствование?

- Конечно. Действующие в этой области специальные законодательные и подзаконные нормативные правовые акты - как названные ранее, так и другие - подвергаются строгому анализу, рассматриваются предложения по их улучшению. Это кропотливая, длительная, трудная, но очень важная работа, которую необходимо осуществлять с учетом мнения всех заинтересованных сторон, с привлечением наиболее квалифицированных специалистов в соответствующих областях.

Так, образованной при Роспатенте межведомственной рабочей группой, в которую вошли представители федеральных органов исполнительной власти и организаций по коллективному управлению авторскими и смежными правами, был разработан проект федерального закона "О внесении изменений и дополнений в Закон РФ "Об авторском праве и смежных правах" (далее - Законопроект). Этот документ, в частности, предусматривает: приведение Закона об авторском праве в соответствие с Конституцией РФ и положениями ряда международных соглашений; устранение внутренних противоречий в самом акте; обеспечение Российской Федерации возможности присоединения к ТРИПС и вступления в ВТО.


- Какие основные задачи должен решить Законопроект? Если можно, расскажите об этом подробнее.

- Например, в соответствии с этим документом увеличивается срок действия авторского права. Это предложение соответствует положениям всех разрабатываемых в настоящее время проектов соответствующего раздела ГК РФ и обусловлено необходимостью обеспечить дополнительную охрану произведениям российских авторов как в России, так и за ее пределами. Во многих странах мира указанный срок составляет 70 лет*(9), однако российским правообладателям может быть отказано в предоставлении охраны в течение этого периода на том основании, что в России они не пользуются данным правом (международные соглашения, как правило, не обязывают обеспечивать защиту иностранных произведений, если истек срок охраны в стране их происхождения). Поэтому упомянутая новелла приведет к расширению предоставляемой отечественным правообладателям охраны в большинстве государств.

Также разработчики Законопроекта ставили задачу обеспечить реализацию тех положений Закона об авторском праве, которые регулируют вопросы выплаты вознаграждения авторам произведений, исполнителям и производителям фонограмм за воспроизведение в личных целях (так называемые выплаты за "чистые" носители, или "домашнее копирование").

Широкое распространение современной звуко - и видеозаписывающей аппаратуры предоставляет неограниченные возможности в данной области. Поскольку контроль за таким воспроизведением неосуществим и, следовательно, запрещать его бессмысленно, законодательство большинства стран*(10) устанавливает, что для его осуществления не требуется получения согласия правообладателей, однако им должно выплачиваться соразмерное вознаграждение. В Российской Федерации также действуют специальные правила, регулирующие вопросы выплаты правообладателям определенных сумм за "домашнее копирование". В соответствии со ст.26 Закона об авторском праве указанные средства должны поступать в адрес авторов, исполнителей и производителей фонограмм от изготовителей и импортеров записывающего оборудования и "чистых" носителей, предназначенных для воспроизведения аудиовизуальных произведений или фонограмм в домашних условиях. Такие изготовители и импортеры могут включать суммы выплачиваемого ими вознаграждения в стоимость своей продукции, тем самым перекладывая его уплату на отдельных потребителей, осуществляющих воспроизведение. Сбор вознаграждения для его распределения между правообладателями должен осуществляться организацией, занимающейся коллективным управлением имущественными авторскими и смежными правами.

Замечу, что, несмотря на положения действующего законодательства России, международных соглашений, а также конституционные требования, упомянутая ст.26 до настоящего времени (в течение уже семи лет) еще не нашла практического применения. Поэтому требовалось найти приемлемые пути ее реализации, в частности, устранить закрепленные действующей редакцией сложные и к тому же нормативно не определенные процедуры. Законопроект предусматривает, что перечень оборудования и материальных носителей, изготовители и импортеры которых должны выплачивать предусматриваемое данной статьей вознаграждение, а также соответствующие ставки должны утверждаться Правительством РФ. (Аналогичная схема широко применяется в действующем законодательстве России, например, при реализации положений Федерального закона "О государственной поддержке средств массовой информации и книгоиздания Российской Федерации".) Предлагаемые изменения должны "оживить" ст.26 Закона об авторском праве, создать необходимые предпосылки для эффективного применения предусматриваемых ею положений.

Среди основных задач Законопроекта назову следующие: уточнение законодательных дефиниций, имеющих в ряде случаев принципиальное значение, упорядочение изложения правовых норм, достижение наибольшей ясности и точности изложения нормативного материала, обеспечение соответствия положений Закона об авторском праве выработанным теорией и практикой правотворчества правилам законодательной техники, требованиям использования юридической терминологии. Осуществлены некоторые уточнения юридико-технического характера, в том числе обусловленные необходимостью ликвидации внутренних противоречий и пробелов, устранены неясные положения и термины, случаи непоследовательного размещения нормативного материала в структурных частях Закона об авторском праве.

Законопроект был подготовлен с участием квалифицированных специалистов в области авторского права и смежных прав - работников министерств, иных федеральных органов исполнительной власти, научных учреждений, общественных и других заинтересованных организаций. Мы надеемся на благоприятные экономические, политические, социальные, культурные и правовые последствия принятия этого документа, в частности, повышение социальной эффективности Закона об авторском праве, рост доходов отечественных правообладателей. В то же время следует отметить, что данный Законопроект в значительной мере имеет подготовительный характер.


- Каковы, на Ваш взгляд, перспективы правового регулирования интеллектуальной собственности?

- Только качественная работа всех "профильных" органов государственной власти и заинтересованных организаций позволит обеспечить дальнейшее развитие законодательства Российской Федерации об интеллектуальной собственности. Сначала надо принять отдельные специальные акты (с обязательным соблюдением единых - пусть немногочисленных - принципов), а затем приступить к разработке подлежащих кодификации обобщающих положений. Причем вполне возможно, что в не очень отдаленном будущем можно будет ставить вопрос о создании единого Кодекса интеллектуальной собственности Российской Федерации, но для этого надо прежде всего обеспечить согласованность и динамизм в существующем в данной области правовом регулировании.


- Иван Анатольевич, спасибо за то, что Вы так подробно и аргументированно ответили на наши вопросы. Хочется, чтобы в научных спорах рождались самые точные, выверенные решения - именно они должны найти законодательное закрепление в разделе ГК РФ об интеллектуальной собственности.


"Законодательство", N 7, июль 2001 г.


-------------------------------------------------------------------------

*(1) См.: Мильгром В. Дело "БЕТАМАКС": двенадцать лет спустя // Интеллектуальная собственность. 2000. N 11/12. С.59.

*(2) См.: Волчинская Е. К. Есть ли в России компьютерное право? // Юридический консультант. 1997. N 2. С.9.

*(3) Гаврилов Э. П. Авторское право и другие исключительные права в проекте третьей части ГК РФ // Российская юстиция. 1997. N 4. С.45-46.

*(4) См.: Дозорцев В.А. Комментарий к схеме "Система исключительных прав" // Дело и право. 1996. N 4. С.39-43; N 5. С.23-28.

*(5) См. подробнее: Сергеев А.П. Право интеллектуальной собственности в Российской Федерации. М., 1996. С.189-191.

*(6) Карелина М.М. Проект третьей части Гражданского кодекса Российской Федерации: мнения и сомнения // Юридический консультант. 1998. N 1. С.7.

*(7) См.: Первый съезд русских юристов (1875 год). М., 1882.

*(8) См.: например: Хаметов Р. Корпоративная борьба с нарушениями авторских и смежных прав // Хозяйство и право. 1998. С.4, 93-98.

*(9) См.: Директива Европейского союза от 29 октября 1993 г. N 93/98/ЕЕС "О гармонизации срока охраны авторских и некоторых смежных прав" (ст.1, 2); Закон США от 27 октября 1998 г. "Об увеличении срока охраны авторских прав" и др.

*(10) С 1965 г. - ФРГ, позднее - Франции, Австрии, Венгрии, Испании, Швеции, Конго и др.



И.А. Близнец - действительный государственный советник Российской Федерации, заместитель руководителя кафедры ЮНЕСКО по авторскому праву и другим отраслям права интеллектуальной собственности.


Иван Анатольевич Близнец родился 11 апреля 1954 г. в Белоруссии.

Окончил ВЮЗИ (ныне Московская государственная юридическая академия). Является кандидатом юридических наук, профессором.

В 1991-1993 гг. - руководитель правового департамента Министерства печати и информации.

В 1993-1995 гг. - заместитель председателя правления Российского авторского общества.

В 1995-1998 гг. - референт Службы помощников Президента РФ.

В 1998-1999 гг. - заместитель руководителя Федеральной службы по телевидению и радиовещанию, член Судебной палаты по информационным спорам при Президенте РФ.

С 2000 г. - заместитель генерального директора Российского агентства по патентам и товарным знакам.

Является действительным государственным советником Российской Федерации, заместителем руководителя кафедры ЮНЕСКО по авторскому праву и другим отраслям права интеллектуальной собственности.


Практический журнал для руководителей и юристов "Законодательство", 2001, N 7


Текст документа на сайте мог устареть

Заинтересовавший Вас документ доступен только в коммерческой версии системы ГАРАНТ.

Вы можете приобрести документ за 54 рубля или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(Документ будет доступен в личном кабинете в течение 3 дней)

(Бесплатное обучение работе с системой от наших партнеров)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение