Судейская дисциплина и ответственность - гарантия прав и свобод граждан (В.А. Терехин, "Журнал российского права", N 8, август 2001 г.)

Судейская дисциплина и ответственность -
гарантия прав и свобод граждан


По традиции отечественной наукой правовая ответственность исследовалась в основном в контексте ответственности личности перед государством. Между тем ответственность государства, его органов и должностных лиц должна стать одним из надежных средств защиты прав и свобод граждан, укрепления законности, правового и нравственного порядка, преодоления произвола и бюрократизма в государственном аппарате.

Не случайно одно из направлений формирования сильной и эффективной государственной власти Президент Российской Федерации В.В. Путин видит в повышении служебной дисциплины и ответственности должностных лиц*(1).

В российской юридической литературе правовые категории "судейская дисциплина" и "судейская ответственность" практически не разработаны.

Судейская дисциплина является одним из видов специальной (статусной) дисциплины, поскольку связана с профессиональной деятельностью носителей судебной власти. По нашему мнению, судейская дисциплина в узком смысле - это социальные правила поведения служителей Фемиды (предъявляемые к ним требования) и фактическая их реализация. В широком же смысле понятие "судейская дисциплина" включает примерно следующие элементы:

- признание и закрепление социальных правил поведения судей;

- реализацию судьями (соблюдение, исполнение, использование) установленных стандартов поведения;

- средства обеспечения правил поведения судей (стимулы, ограничения, ответственность).

Юридические нормы поведения судей закреплены в ст.3 Федерального закона "О статусе судей в Российской Федерации". Судья обязан неукоснительно соблюдать Конституцию Российской Федерации и другие законы. Судья при исполнении своих полномочий, а также во внеслужебных отношениях должен избегать всего, что могло бы умалить авторитет судебной власти, достоинство судьи или вызвать сомнение в его объективности, справедливости и беспристрастности. Судья не вправе быть депутатом, принадлежать к политическим партиям и движениям, осуществлять предпринимательскую деятельность, а также совмещать работу в должности судьи с другой оплачиваемой работой, кроме научной, преподавательской, литературной и иной творческой деятельности.

Вторым Всероссийским съездом судей Российской Федерации одобрен, а Советом судей РФ 21 октября 1993 года принят Кодекс чести судьи Российской Федерации*(2). Хотя он не содержит правовых норм, в нем есть общие этические требования, предъявляемые к судье, правила поведения судьи в профессиональной и внеслужебной деятельности, обязательные для каждого судьи независимо от занимаемой должности, а также для судей, находящихся в отставке, но сохраняющих звание судьи и принадлежность к судейскому сообществу.

Кодекс чести предусматривает основания и порядок привлечения судей к ответственности за нарушение его требований (ст.4). В частности, за совершение должностного или иного проступка судья несет ответственность в соответствии с действующим законодательством, а за совершение проступка, позорящего честь и достоинство судьи, умалившего авторитет судебной власти, полномочия судьи могут быть прекращены квалификационной коллегией судей на основании пп.9 п.1 ст.14 Закона о статусе судей в РФ.

В примечании к Кодексу чести раскрывается понятие проступка, позорящего честь и достоинство судьи. Таким проступком признается действие или бездействие, которое, хотя и не является преступным, но по своему характеру несовместимо с высоким званием судьи.

В литературе высказано сомнение в правомерности принятия Кодекса чести судьи Российской Федерации, которым установлены дополнительные требования к судьям, выходящие за рамки закона*(3). С этим, однако, трудно согласиться. Как верно отмечают В.Л. Кулапов и И.Н. Сенякин, "дисциплина в отличие от законности содержит требования не только правовых, но и моральных, этических норм"*(4). А по мнению В. Н. Кудрявцева, "укрепление общественной и государственной дисциплины является неотъемлемым условием обеспечения законности и правопорядка в стране"*(5).

Вот почему высший орган судейского сообщества - Всероссийский съезд судей, а в период между съездами Совет судей Российской Федерации, выражая волю всего судейского корпуса страны, вполне обоснованно закрепили дополнительные требования для членов своей корпорации. Введение дополнительных морально-этических правил имеет целью укрепление судейской дисциплины и повышение ответственности судей, а в конечном итоге является одной из гарантий обеспечения прав и свобод граждан.

Судейская ответственность является одной из разновидностей социальной и юридической ответственности, поскольку проявляется в специфических областях человеческой жизни и связана с профессиональной деятельностью специальных субъектов - судей. Однако вопрос об ответственности носителей судебной власти тесно связан с их иммунитетом*(6), так как по действующему законодательству судьи неприкосновенны (ч.1 ст.122 Конституции России). Правовые категории "судейская ответственность" и "судейский иммунитет" самостоятельны, но их следует рассматривать только во взаимосвязи, так как ответственность судей возможна лишь за пределами их иммунитета.

Статья 16 Закона о статусе судей конкретизирует конституционный принцип неприкосновенности, устанавливая достаточно широкий диапазон иммунитета судьи. Он распространяется не только на личность судьи, но и на его жилище и служебное помещение, используемые им транспорт и средства связи, его корреспонденцию, принадлежащие ему имущество и документы. Иммунитет распространяется и на неслужебную деятельность судей.

По действующему законодательству судьи не могут привлекаться к административной и дисциплинарной ответственности. Установлен особый - усложненный порядок привлечения судей к уголовной ответственности и применения к ним мер уголовно-правового принуждения.

Во-первых, уголовное дело может быть возбуждено только Генеральным прокурором РФ или лицом, исполняющим его обязанности; во-вторых, для этого требуется согласие соответствующей квалификационной коллегии судей; в-третьих, расследование уголовного дела проводится под определенным контролем той же квалификационной коллегии судей (это означает, что коллегия вначале дает согласие на возбуждение уголовного дела, а затем при получении вторичного представления Генерального прокурора, проверив его законность, вправе дать согласие на привлечение судьи к уголовной ответственности); в-четвертых, уголовное дело по требованию судьи должно быть рассмотрено только Верховным Судом РФ; в-пятых, судья в связи с возбужденным уголовным делом может быть подвергнут приводу и заключен под стражу только с согласия квалификационной коллегии судей.

Законоположение о неприкосновенности судей стало одним из самых оспариваемых принципов судейской независимости. Например, А.Д. Бойков, проанализировав нормы Закона о статусе судей, пришел к выводу, что "гипертрофированный иммунитет судьи, как и депутата, поощряющий безнаказанность и безответственность его носителя, явление социально вредное, порожденное, кажется, только в России периода "демократических" преобразований"*(7). Ю. И. Стецовский полагает, что границы судейского иммунитета есть нарушение конституционного принципа равенства всех перед законом и судом*(8). И. Алешина заявила даже о том, что Закон о статусе судей, закрепивший столь широкие границы независимости, не соответствует времени*(9).

Предложения о лишении судей неприкосновенности или сужении ее объема разделяют и некоторые официальные органы. В частности, Генеральной прокуратурой РФ внесено предложение о принятии нормы, восстанавливающей дисциплинарную ответственность судей*(10). Совет Федерации РФ по результатам парламентских слушаний принял заключение, в котором рекомендовал Государственной Думе создать рабочие группы по разработке законопроектов по вопросам судебной реформы, в том числе введению дисциплинарной ответственности судей*(11). А ряд депутатов Государственной Думы внесли законопроект, согласно которому в отношении судьи допускается возбуждение уголовного дела на общих основаниях*(12).

Вместе с тем в литературных источниках высказывается и абсолютно противоположное мнение. Так, И.Л. Петрухин считает судейскую неприкосновенность "одним из достижений российской демократии, позволяющим судам безбоязненно противостоять обвинительному уклону в работе следственных органов и прокуратуры"*(13). Такую же точку зрения о социальной значимости и необходимости сохранения иммунитета судей разделяют А.С. Кобликов, М.И. Клеандров, В.И. Радченко, В.И. Руднев и другие ученые.

Прежде чем высказать собственную позицию в этой дискуссии, считаем целесообразным исследовать понятие судейского иммунитета и цель его правового закрепления.

Общее понятие "иммунитет" происходит от латинского слова "immunitas" и означает освобождение от чего-либо; юридическое право не подчиняться некоторым общим законам, предоставленное в определенных случаях юридическим и должностным лицам, занимающим особое положение в государстве*(14).

По нашему мнению, судейский иммунитет есть самостоятельный правовой институт, состоящий из совокупности норм, освобождающих судей от выполнения отдельных юридических обязанностей и устанавливающих особые, усложненные и отличные от общепринятых, правовые процедуры привлечения к ответственности в целях обеспечения конституционного статуса судей и надлежащего выполнения ими своих функций.

Содержание судейского иммунитета включает два элемента:

а) иммунитет освобождает судей от выполнения отдельных юридических обязанностей (например, юридические нормы освобождают судей от обязанности претерпевать лишения в случае совершения административного правонарушения);

б) иммунитет содержит усложненные правовые процедуры привлечения судей к ответственности (например, действующее законодательство не освобождает судей от уголовной ответственности, но содержит усложненный порядок возбуждения дел, предъявления обвинения, заключения их под стражу).

Безусловно, неприкосновенность судьи является определенным исключением из конституционного принципа равенства всех перед законом и судом. Но это обусловлено тем, что общество, предъявляя к носителям судебной власти и их профессиональной деятельности повышенные требования, обязано обеспечить им дополнительные средства правовой защиты для эффективного выполнения поставленных перед ними задач. При этом законодатель учитывает, что судьи, в отличие от других должностных лиц, пользующихся иммунитетом, назначаются без ограничения срока полномочий и, как правило, длительное время работают в одном населенном пункте, что связано с определенным риском и необходимостью закрепления дополнительных юридических гарантий их защиты от необоснованных притязаний.

Таким образом, судейская неприкосновенность является не личной привилегией гражданина, занимающего должность судьи, а способом юридической защиты его профессиональной деятельности, необходимым элементом специального правового статуса.

Следует подчеркнуть важнейший тезис, который сформулировал Конституционный Суд РФ в Постановлении от 7 марта 1996 года по делу о проверке конституционности п.3 ст.16 Закона о статусе судей: "Установленный п.3 ст.16 Закона о статусе судей в Российской Федерации усложненный порядок возбуждения уголовного дела в отношении судьи выступает лишь в качестве процедурного механизма и способа обеспечения независимости судей и не означает освобождения их от уголовной или иной ответственности. При наличии достаточных оснований и с соблюдением установленных в федеральном законодательстве процедур судья за допущенное им нарушение законов может быть привлечен как к уголовной, так и иной ответственности"*(15).

Следовательно, иммунитет судей не абсолютен. Неприкосновенность судей не исключает, а наоборот, предполагает их повышенную ответственность за выполнение их функций, соблюдение ими законов и Кодекса чести. Толкование иммунитета может быть только ограничительным, которое не превращает иммунитет в личную привилегию, что нарушало бы права граждан, потерпевших от злоупотреблений судьи. Кстати, неприкосновенность в сфере административно-правовых отношений вовсе не исключает, в случае совершения судьей административного правонарушения, ответственности вообще. Подобные неправомерные действия расцениваются как нарушение Кодекса чести судьи - совершение проступка, порочащего честь и достоинство, что является самостоятельным основанием для прекращения полномочий по пп.9 п.1 ст.14 Закона о статусе судей.

Установив исключение из общего порядка административного производства, то есть административный иммунитет, закон оберегает судей от необоснованных преследований, незаконных мер принуждения со стороны представителей исполнительной власти. Вместе с тем закон предписывает ответственность судей за административные правонарушения внутри судебной системы.

По данным Высшей квалификационной коллегии судей РФ, в последние годы региональные квалификационные коллегии судей в основном правильно используют институт судейского иммунитета в уголовном судопроизводстве. Они наработали соответствующую практику, стали допускать меньше ошибок и все чаще соглашаются с представлениями Генерального прокурора РФ о возбуждении в отношении судей уголовных дел и привлечении их к уголовной ответственности. Это подтверждается и статистическими данными Генеральной прокуратуры РФ. Если в 1995 году из 16 представлений о возбуждении уголовных дел в отношении судей и привлечении их к уголовной ответственности коллегии удовлетворили только пять, то в 1998 году из 14 внесенных представлений удовлетворено 11, а в 1999 году из 26 представлений удовлетворено 20.

В связи с этим представляется необоснованным вывод И. Алешиной о том, что "неприкосновенность судей доведена до такого уровня, что возможность привлечения судьи к уголовной ответственности осложняется с каждым днем все больше и больше"*(16). Другое дело - когда привлечение судей к ответственности осложняется не из-за их иммунитета, а из-за низкого профессионализма работников следственных органов. Но это - отдельная проблема нашей правоохранительной системы.

Кроме того, отказ региональной квалификационной коллегии судей дать согласие на возбуждение уголовного дела в отношении судьи может быть обжалован в Высшую квалификационную коллегию судей РФ, а затем в суд общей юрисдикции, поскольку этим решением затрагиваются права как самого судьи, так и граждан, пострадавших от его действий.

Судебной системой уже созданы прецеденты защиты прав потерпевших. Так, решениями квалификационной коллегии судей Красноярского края, а затем и Высшей квалификационной коллегией судей РФ было отказано Генеральному прокурору в даче согласия на возбуждение уголовного дела в отношении судьи М., совершившего автотранспортное происшествие. Впоследствии эти решения по жалобе потерпевшего районным судом были признаны не соответствующими закону, а при повторном рассмотрении материала коллегия судей Красноярского края удовлетворила представление Генерального прокурора РФ. Кстати, именно этот пример в подтверждение якобы невозможности привлечения судей к уголовной ответственности приводит в своей работе А.Д. Бойков*(17).

Таким образом, мы разделяем более убедительную точку зрения тех ученых, которые выступают за сохранение существующего объема судейского иммунитета в уголовном судопроизводстве и неприкосновенность в сфере административно-правовых отношений, расценивая их как дополнительное средство правовой защиты носителей судебной власти в целях обеспечения конституционного статуса судей и эффективного выполнения ими своих функций. В условиях отсутствия прочных демократических правовых традиций в нашем обществе отказ от уголовно-процессуального и административного иммунитета или их существенное ограничение представляют реальную опасность. Они могут быть использованы для оказания давления на судей с целью вынесения неправосудных решений и нарушения прав и свобод граждан. Еще свежи в памяти слова Ю.И. Скуратова о возможности шантажа и провокаций*(18).

Представляют интерес предложения по уменьшению объема иммунитета и введению дисциплинарной ответственности судей. Большинство авторов положительно относятся к такому нововведению, но высказывают разные мнения о путях решения этого вопроса. Одни предлагают принятие специального закона о возрождении дисциплинарной ответственности, полагая, что она будет содействовать соблюдению судьями законов и Кодекса чести. Другие же считают недопустимым сам факт привлечения судьи к такой ответственности, поскольку это означает, по их мнению, шаг назад и возврат к советской, не оправдавшей себя модели правового статуса судей*(19).

Мы не разделяем обе эти позиции. Хотя, конечно, следует поддержать авторов, которые высказываются за укрепление дисциплины и усиление ответственности судей. Однако нужен ли специальный нормативный акт о дисциплинарной ответственности судей? Полагаем, что не нужен, поскольку действующее законодательство такой вид ответственности судей уже предусматривает.

Конституционный Суд в упоминавшемся постановлении от 7 марта 1996 года записал, что судья за допущенные им нарушения законов может быть привлечен как к уголовной, так и к иной ответственности (выделено мною. - В. Т.).

Закономерно возникает вопрос: к какой же ответственности, кроме уголовной, может быть привлечен судья, и какова правовая природа института прекращения полномочий носителей судебной власти, например, за фальсификацию судебных документов, нарушение трудовой дисциплины, неисполнение или ненадлежащее исполнение возложенных на них обязанностей? Представляется, что прекращение полномочий судьи есть один из видов юридической, а именно дисциплинарной ответственности, поскольку отвечает всем ее сущностным признакам. В частности, негативная правовая оценка судье дается за совершенное виновное и противоправное деяние (за дисциплинарный проступок), развитие и реализация ответственности происходят в строгих рамках установленных законодательством процедур, на судью возлагается обязанность претерпевать лишения, связанные с прекращением правового статуса, то есть применяется конкретная санкция.

По данным Высшей квалификационной коллегии судей РФ, это дисциплинарное взыскание широко применяется в практике работы региональных квалификационных коллегий судей. Если до принятия Закона о статусе судей в РФ к ответственности привлекалось ежегодно до десяти судей*(20), то только за последние пять лет с 1996 по 2000 гг. по этому основанию отрешены от должностей 430 судей*(21).

Полагаем, что указанные сведения опровергают расхожее мнение как населения, так и некоторых ученых о снисходительном отношении органов судейского сообщества к своим коллегам. Статистика все больше подтверждает, что судейское сообщество поднялось над чувством корпоративности и само очищается от лиц, которые по своим профессиональным и личным качествам не соответствуют высокому статусу судьи. И судейский иммунитет, как видно, не является препятствием этому позитивному процессу.

Бесспорно, прекращение полномочий - самая строгая и крайняя мера дисциплинарного воздействия. Поэтому жизнь подсказала квалификационным коллегиям судей в случаях недостаточности оснований для прекращения полномочий судьи, но при наличии виновного поведения, применять к судье и такой вид воздействия, как предупреждение. Только за последние три года с 1998 по 2000 гг. квалификационные коллегии предупредили 251 судью о недопустимости в дальнейшей работе нарушений закона и Кодекса чести.

Не случайно эта мера воздействия предусмотрена законопроектом об органах судейского сообщества, принятым Государственной Думой РФ в первом чтении, что соответствует российским правовым традициям. Так, согласно "Учреждению судебных установлений" Российской империи 1864 года чины судебного ведомства за упущения по службе могли быть подвергнуты широкому кругу дисциплинарных взысканий, вплоть до ареста до семи суток. Но судьи подлежали только предостережениям*(22).

Введение на законодательном уровне предупреждения привело бы к дифференциации дисциплинарной ответственности, что соответствовало бы п.5.1. Европейской хартии о статусе судей.

Следует отметить, что наличие в действующем законодательстве института дисциплинарной ответственности не является общепризнанным, так как Закон о статусе судей содержит принцип, не допускающий применения к судьям дисциплинарных мер. Однако это объясняется, на наш взгляд, обычной законодательной коллизией. В целях ее устранения следовало бы исключить из п.2 ст.16 названного закона запрет на привлечение судей к дисциплинарной ответственности.

Требует специального исследования вопрос о совершенствовании гражданско-правовой ответственности как государства, так и судей за вред, причиненный незаконными действиями (или бездействием) при осуществлении правосудия. Следует поддержать ученых (Л.А. Морозова, М.А. Рабец), считающих, что действующее законодательство о возмещении ущерба не во всем соответствует ст.52 и 53 Конституции РФ. Правовые нормы о возмещении вреда не обеспечены финансированием и ущемляют права потерпевших*(23). Кроме того, эти вопросы требуют всестороннего анализа и выводов с учетом принятого Постановления Конституционного Суда РФ от 25 января 2001 года, признавшего п.2 ст.1070 ГК РФ, в истолковании его правоприменительной практикой, не соответствующим ст.6 и 41 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод*(24).

Безусловно, легализация института дисциплинарной ответственности и дифференциация дисциплинарных санкций, повышение гражданско-правовой ответственности не могут рассматриваться основным, а тем более единственным способом укрепления в судейском корпусе правового и нравственного порядка. Необходим комплекс средств, включающий аспекты как правового и морального, так и организационного характера.

Представляется, что классическое понимание юридической ответственности применительно к исследуемому вопросу нуждается в корректировке с позиций современных подходов - двухаспектного понимания этого феномена.

Юридической наукой (В.Н. Кудрявцев, М.А. Краснов, Б.М. Лазарев, Н.И. Матузов, П.Е. Недбайло, Т.Н. Радько, М.С. Строгович, В.А. Тархов) сформулировано широкое понимание юридической ответственности, включающее не только "негативный" аспект (ответственность за прошлое деяние), но и "позитивный", означающий осознание своего долга перед обществом, ответственное поведение, в том числе позитивное отношение к выполнению служебных обязанностей и т.д.

Из мер организационного порядка прежде всего, по нашему мнению, надо в полной мере реализовать одну из важных функций судебной власти - функцию внутреннего контроля. "Ведомственный" контроль должен быть постоянным. Само его наличие уже будет дисциплинировать. Он позволит вовремя выявлять недостатки и устанавливать виновных.

А главное - он наряду с другими средствами будет стимулировать позитивный смысл правовой ответственности: воспитание у судей чувства долга перед обществом, ответственного отношения к людям, добровольного и добросовестного выполнения правовых предписаний и Кодекса чести судьи.

Для решения этой задачи и повышения эффективности контрольной функции необходимо в первоочередном порядке укрепить среднее звено судебной системы - областные, краевые и равные им суды.

Совершенно очевидно, что основная масса различного рода отступлений от установленных стандартов поведения допускается на уровне районных судов. Как показывают практика Высшей квалификационной коллегии судей РФ и исследования авторов, эти нарушения, особенно волокита с рассмотрением судебных дел, распространены в тех регионах, где областные суды ослабили либо вообще не осуществляют контрольные функции за нижестоящими судами*(25). Ослабление контроля произошло по вполне объективным причинам. Можно сказать, для выполнения этих обязанностей в условиях постоянно возрастающего объема работы облсуды длительное время ничем не располагают. Поэтому предлагается осуществить ряд следующих мер по их укреплению.

Во-первых, следует предусмотреть в штатных расписаниях всех судов общей юрисдикции по аналогии с арбитражными судами должность первого заместителя председателя областного суда. Сейчас такая должность официально введена только в немногих регионах, что не способствует укреплению дисциплины в самих областных судах и повышению правовой управляемости нижестоящих судов. Оппоненты повсеместного закрепления этой должности ссылаются на отсутствие прямого указания на эту должность в Федеральном законе о судебной системе РФ. Согласиться с этим нельзя. Указанный закон действительно не называет в перечне должностей облсуда первого заместителя председателя, как, кстати, и нет в этом законе указания на должность первого заместителя председателя Верховного и Высшего Арбитражного Судов. Однако прямое правовое дозволение на введение этой должности имеется в приложении к Федеральному закону "О дополнительных гарантиях социальной защиты судей и работников аппаратов судов Российской Федерации" от 10 января 1996 года.

Во-вторых, возрождение в России мировой юстиции приводит к существенному снижению нагрузки в районных судах, что не просматривается даже в перспективе на областном уровне. Там она слишком высока и не допускает возможности обеспечить эффективную управляемость нижестоящего звена имеющейся штатной численностью. Более того, в настоящее время ответственность за подбор, расстановку судей районного уровня возложена на председателей областных судов, которые кадрами для выполнения этой работы не располагают. Поэтому требуется выделение дополнительной штатной численности и создание на базе облсудов управлений (отделов), которые решали бы кадровые вопросы и функции "ведомственного" контроля.

В-третьих, как показывает практика, многие суды субъектов РФ не владеют обстановкой из-за того, что руководство и судьи этого уровня годами не бывают в районах. Лимитирование в этих судах автотранспорта вызывает по меньшей мере удивление и серьезно затрудняет надлежащее выполнение возложенных на них задач. Давно уже назрела острая необходимость в реальном увеличении транспортных средств и приобретении, например, микроавтобусов для осуществления выездов на места.

И последнее. Несколько лет обсуждается, но опять же не решается актуальнейший вопрос организации в областных судах пресс-служб. Последние во взаимодействии с соответствующими службами региональных структур Судебного департамента призваны улучшить взаимодействие судов со средствами массовой информации как одним из важнейших элементов внешнего социального контроля за деятельностью судебной власти. Пресс-службы должны давать истинную информацию о деятельности судебной системы, формировать соответствующее общественное мнение.


В.А. Терехин,

председатель Пензенского областного суда, заслуженный юрист РФ


"Журнал российского права", N 8, август 2001 г.


-------------------------------------------------------------------------

*(1) См.: Россия на рубеже тысячелетия // Российская газета. 1999. 31 дек.; Открытое письмо В. Путина к российским избирателям // Известия. 2000. 25 февр.

*(2) См.: Сборник нормативных актов о суде и статусе судей в РФ. М., 1997. С.9.

*(3) См.: Чепурнова Н.М. Конституционные основы правосудия в Российской Федерации: Автореф. дисс. : канд. юрид. наук. Саратов, 1994. С.19.

*(4) Кулапов В.Л., Сенякин И.Н. Теория государства и права: Учебно-методическое пособие. Саратов, 1999. С.95.

*(5) Кудрявцев В.Н. Законность: содержание и современное состояние // Ежегодник российского права (1999). М., 2000. С.17.

*(6) В данной работе правовые категории "иммунитет" и "неприкосновенность" используются как тождественные. Хотя в литературе имеется мнение, согласно которому "иммунитет" - более широкое понятие, чем "неприкосновенность". См.: Руднев В.И. Иммунитеты в уголовном судопроизводстве: Автореф. дисс. : канд. юрид. наук. М., 1997. С.4.

*(7) Бойков А.Д. Третья власть в России. М., 1997. С.194.

*(8) См.: Стецовский Ю.И. Судебная власть: Учебное пособие. М., 1999. С.108-114.

*(9) См.: Судебные новости. Обозрение. 1998. N 3. С.5.

*(10) См.: Российская юстиция. 1999. N 4. С.9.

*(11) См.: Российская юстиция. 1999. N 2. С.2, 5.

*(12) См.: Российская юстиция. 1999. N 5. С.1.

*(13) Петрухин И.Л. Человек и власть. М., 1999. С.344.

*(14) См.: Юридическая энциклопедия / Под ред. Ю.М. Тихомирова. М., 1999. С.177.

*(15) Комментарий к постановлениям Конституционного Суда Российской Федерации / Под ред. Б.С. Эбзеева. Т.1. М., 2000. С.512-515.

*(16) Алешина И. Уголовное дело в отношении судьи должно возбуждаться на общих основаниях // Российская юстиция. 1999. N 1. С.47.

*(17) См.: Бойков А.Д. Указ. соч. С.188-189.

*(18) См.: Прокурорское двоевластие // Известия. 1999. 14 окт.

*(19) См.: Генеральная прокуратура РФ: без приведения судебной системы в надлежащее состояние исключена возможность действенного наступления на преступность // Российская юстиция. 1999. N 4. С.9; Савицкий В.М. Организация судебной власти в Российской Федерации: Учебное пособие. М., 1996. С.22 и др.

*(20) См.: Лебедев В.М. Наше общее дело - обеспечить применение закона // Законность. 1996. N 3. С.11.

*(21) См.: Архив Высшей квалификационной коллегии судей РФ. Справки о работе квалификационных коллегий судей РФ за 1996-2000 гг.

*(22) См.: Реформы Александра II. М., 1998. С.311.

*(23) См.: Проблемы правовой ответственности государства, его органов и служащих // Государство и право. 2000. N 3. С.23-24.

*(24) См.: Российская газета. 2001. 13 февр.

*(25) См.: Радченко В. И. Судебную власть - в центр правовой реформы // Российская юстиция. 1999. N 10. С.4.



Судейская дисциплина и ответственность - гарантия прав и свобод граждан


Автор


В.А. Терехин - председатель Пензенского областного суда, заслуженный юрист РФ


"Журнал российского права", 2001, N 8


Текст документа на сайте мог устареть

Заинтересовавший Вас документ доступен только в коммерческой версии системы ГАРАНТ.

Вы можете приобрести документ за 54 рубля или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(Документ будет доступен в личном кабинете в течение 3 дней)

(Бесплатное обучение работе с системой от наших партнеров)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение

Если вы являетесь пользователем системы ГАРАНТ, то Вы можете открыть этот документ прямо сейчас, или запросить его через Горячую линию в системе.