Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей М.В. Баглая, Н.С. Бондаря, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, А.Л. Кононова, Л.О. Красавчиковой, Ю.Д.Рудкина, Н.В. Селезнева, А.Я. Сливы, В.Г.Стрекозова, О.С. Хохряковой, Б.С. Эбзеева,
заслушав в пленарном заседании заключение судьи А.Л. Кононова, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предварительное изучение жалобы гражданина М.Г. Передерия, установил:
1. Постановлением Майкопского районного суда Республики Адыгея уголовное дело в отношении гражданина М.Г. Передерия, обвинявшегося в совершении преступления, предусмотренного частью первой статьи 264 (Нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств) УК Российской Федерации, было прекращено на основании части второй статьи 24 и пункта 1 статьи 254 УПК Российской Федерации, устанавливающих, что в случае, когда до вступления приговора в законную силу преступность и наказуемость деяния были устранены новым уголовным законом, уголовное дело подлежит прекращению по такому основанию, как отсутствие в деянии состава преступления.
М.Г. Передерий, не признавая себя виновным в совершении инкриминировавшегося ему деяния и полагая, что как самим фактом прекращения уголовного дела по указанному основанию, так и наступившими последствиями (в частности, отсутствием права на возмещение вреда, причиненного в результате привлечения к уголовной ответственности) были существенно нарушены его права и законные интересы, неоднократно обращался в вышестоящие судебные инстанции с жалобами, в которых просил отменить постановление суда и направить уголовное дело в суд для рассмотрения по существу. В удовлетворении этих жалоб ему было отказано со ссылкой на то, что суд при наличии обстоятельств, предусмотренных в части второй статьи 24 УПК Российской Федерации, не вправе рассматривать дело по существу и не обязан учитывать мнение обвиняемого относительно прекращения уголовного дела.
В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации М.Г. Передерий просит признать часть четвертую статьи 47, закрепляющую перечень прав обвиняемого, и пункт 1 статьи 254 УПК Российской Федерации противоречащими Конституции Российской Федерации. По мнению заявителя, содержащиеся в них нормы, как не предоставляющие обвиняемому право возражать против прекращения дела в случае, когда до вступления приговора в законную силу преступность и наказуемость соответствующего деяния устраняются новым уголовным законом, и требовать рассмотрения дела по существу, нарушают принцип презумпции невиновности (статья 49, часть 1, Конституции Российской Федерации), а также гарантируемые статьями 46 и 53 Конституции Российской Федерации права на судебную защиту и на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
2. Конституция Российской Федерации устанавливает, что в Российской Федерации права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, они определяют смысл, содержание и применение законов и обеспечиваются правосудием; гарантируется государственная, в том числе судебная, защита прав и свобод человека и гражданина, каждому обеспечивается право защищать права и свободы всеми способами, не запрещенными законом, а решения и действия (бездействие) органов государственной власти и должностных лиц могут быть обжалованы в суд (статья 17, часть 1; статья 18; статья 45; статья 46, части 1 и 2).
Как следует из указанных статей Конституции Российской Федерации и корреспондирующих им положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, правосудие по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости и обеспечивает эффективное восстановление в правах. Суд как орган правосудия призван обеспечивать в судебном разбирательстве соблюдение требований, необходимых для вынесения правосудного, т.е. законного, обоснованного и справедливого, решения по делу. В рамках уголовного судопроизводства это предполагает, по меньшей мере, установление обстоятельств происшествия, в связи с которым было возбуждено уголовное дело, его правильную правовую оценку, выявление конкретного вреда, причиненного обществу и отдельным лицам, и действительной степени вины (или невиновности) лица в совершении инкриминируемого ему деяния.
Данная правовая позиция выражена Конституционным Судом Российской Федерации в сохраняющем свою силу Постановлении от 8 декабря 2003 года по делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 УПК Российской Федерации.
3. В соответствии со статьей 49 (часть 1) Конституции Российской Федерации виновность обвиняемого в совершении преступления устанавливается только вступившим в законную силу приговором суда, постановленным на основе исследования доказательств в предусмотренном федеральным законом порядке. Постановление о прекращении уголовного дела - тем более, если оно вынесено в связи с отсутствием в деянии состава преступления, - по своему содержанию и правовым последствиям не может рассматриваться в качестве акта, которым устанавливается виновность в смысле названной конституционной нормы.
Если новым уголовным законом устраняются преступность и наказуемость какого-либо деяния, то в постановлении о прекращении уголовного дела в связи с отсутствием в деянии состава преступления констатируется невозможность дальнейшего осуществления уголовного преследования в отношении подозреваемого или обвиняемого, хотя ранее выдвигавшиеся против него обвинения и не признаются необоснованными. В таких случаях объективно ограничиваются права названных участников уголовного судопроизводства, в том числе право доказывать свою невиновность в совершении преступления и возражать против прекращения дела в соответствии с частью второй статьи 24 УПК Российской Федерации, а также право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием.
Между тем в силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации выявление в ходе судебного разбирательства оснований для прекращения уголовного дела не освобождает суд от необходимости выяснения позиций сторон по данному делу и исследования представленных ими доводов (постановления от 28 октября 1996 года по делу о проверке конституционности статьи 6 УПК РСФСР, от 24 апреля 2003 года по делу о проверке конституционности положения пункта 8 постановления Государственной Думы "Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов" и от 8 декабря 2003 года по делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 УПК Российской Федерации).
Приведенная правовая позиция в полной мере распространяется на правоотношения, возникающие при решении вопроса
