Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 23 мая 2006 г. N 73-О05-46
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации
рассмотрела в судебном заседании 23.05.2006 кассационные жалобы осужденных К. и Т. на приговор Верховного суда Республики Бурятия от 26.07.2005, по которому
К., родившийся 15.03.1977 в г. Кяхта Кяхтинского района Бурятской АССР, судимый
1. 15.12.1997 по ст.ст. 213 ч. 1, 119 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года,
2. 06.07.1999 по ст.ст. 158 ч. 2 п. "в", 228 ч. 1, 70 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы, освобожден 12.09.2003 по отбытии срока наказания,
3. 24.11.2004 по ст. 158 ч. 1 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев, -
осужден по ст. 105 ч. 2 п. "к" УК РФ к 15 годам лишения свободы, ст. 105 ч. 2 п. "ж" УК РФ к 15 годам лишения свободы, 167 ч. 2 УК РФ к 3 годам лишения свободы, а на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ определено 24 года лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, назначенное приговором от 24.11.2004 наказание постановлено исполнять самостоятельно,
Т., родившийся 11.03.1977 в пос. Залари Заларского района Иркутской области, судимый 25.06.2001 по ст. 158 ч. 2 п. "в" УК РФ к 1 году лишения свободы, освобожден 15.11.2001 по отбытии срока наказания, -
осужден по ст. 105 ч. 2 п. "ж" УК РФ к 12 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.
Приговором также решена судьба вещественных доказательств.
Заслушав доклад судьи З., выступления осужденного К. с использованием систем видеоконференцсвязи и защитника А., поддержавших доводы его кассационной жалобы, мнение прокурора Генеральной прокуратуры РФ К., полагавшего приговор оставить без изменения как законный и обоснованный, судебная коллегия установила:
К. и Т. осуждены за совершенное группой лиц убийство Б., а К., кроме того, - за убийство П. с целью скрыть другое преступление и за умышленное уничтожение чужого имущества путем поджога, причинившее значительный ущерб.
Преступления были совершены в 25.06.2004 в г. Кяхта Республики Бурятия при обстоятельствах, указанных в приговоре.
Осужденный К. в кассационной жалобе утверждает, что дело сфабриковано следователями, которые уговаривали его взять вину на себя, оказывали давление, вели следствие односторонне. Во время задержания он был избит, допрошен как свидетель.
Просит разобраться в ситуации, так как преступление не совершал и вина его не доказана. Ссылается на то, что свидетели - заинтересованные лица, работники милиции, давали ложные показания, Т. - противоречивые, а сам Т. в первых показаниях вину в убийствах признавал, что подтверждается наличием крови на его одежде.
Не отрицает, что С. видел его при описываемых событиях, однако утверждает, что лишь пытался вытащить Б. из бассейна.
В суде он настаивал на вызове свидетелей, но их показания были только оглашены. На следствии его дядю К. заставляли давать показания, а Т. необоснованно отказалась от проведения очной ставки.
Утверждает об отсутствии помощи со стороны назначенных адвокатов, о несогласии с протоколом судебного заседания, с характеристикой участкового.
Все его ходатайства отклонены, в том числе о вызове психиатра и врача, свидетеля С., проведении экспертизы Т.
Писал заявление на предварительное слушание, но его в деле нет.
Осужденный Т. в кассационной жалобе и дополнениях к ней считает приговор слишком строгим и несправедливым к нему. С обвинением не согласен: сначала оговорил себя, потом дал чистосердечные показания, которых нет в деле, потом давал свидетельские показания в отношении К.
Утверждает, что он убежал, когда К. прыгнул на Б. и стал ее топить, поэтому обвинение его в убийстве группой лиц не соответствует установленным обстоятельствам.
Следователь, пользуясь его неграмотностью, не указал, что К. заставлял его вынести Б. на улицу. Угрозы К. подтвердили С. и О. Он был вынужден подчиниться приказу К., у которого был нож, тащить потерпевшую на улицу, что исключает вывод о его сговоре с К.
Кроме того, утверждает, что все дело сфабриковано, следователь подкупил его, чтобы он дал показания, что потерпевшая дышала, и подписал чистый протокол.
Обращает внимание на то, что покинул место преступления, когда потерпевшая была жива, в дополнении к кассационной желобе отрицает, что знал, что потерпевшая жива.
Просит изменить режим колонии, приговор отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение.
Государственный обвинитель К. и потерпевшая И. возражают на доводы кассационных жалоб осужденных, полагая, что приговор является законным и обоснованным.
Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия судебная коллегия приходит к следующим выводам.
Вина осужденных в совершении указанных в приговоре убийств полностью подтверждена совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, которым дана в приговоре надлежащая оценка.
В основу выводов суда о виновности К. в убийстве П. положены, помимо других доказательств, показания Т. на следствии и в судебном заседании, из которых видно, что К. наносил лежащему на полу П. удары руками в крови, а когда К. встал, увидел в его руке нож. П. после этого лежал в луже крови и не подавал признаков жизни, показания О., К., которые со слов Т. показали об убийстве К. мужчины, заключение экспертизы о наступлении смерти П. от острого кровотечения в результате причинения колото-резаных ран грудной клетки с повреждением легкого и сердечной сорочки.
Приведенные показания Т., таким образом, соответствуют другим доказательствами по делу, последовательны, были подтверждены им при проверке на месте и на очной ставке с К., поэтому обоснованно признаны судом достоверным доказательством вины К., которая, несмотря на непризнание ее осужденным, подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.
Вина как К., так и Т. в убийстве Б. также подтверждена показаниями осужденного Т., из которых видно, что К. душил Б., после чего она лежала, не подавая признаков жизни, потом они вместе вытащили Б., живую, но без сознания, из дома и по предложению К. бросили ее в бассейн с водой, а когда она стала кричать, К. спрыгнул в бассейн и стал топить ее, показаниями свидетеля С., который, слышал крики Б. и видел как К. прыгнул в бассейн на Б., а Т. в это время стоял рядом с бассейном, выводами эксперта о наступлении смерти потерпевшей от асфиксии в результате утопления в воде в совокупности с фактом обнаружения ее трупа в бассейне.
Доводы К. о том, что следователь уговаривал его взять вину на себя, что он был избит при задержании, что его первых показаний в деле нет, а 12 мая он допрашивался как свидетель, не могут повлиять на законность и обоснованность приговора, поскольку К. на следствии не признавал себя виновным и его показания не положены судом в основу обвинительных выводов по делу.
Доводы К. о его невиновности и оговоре его Т. и заинтересованными свидетелями, которые дали ложные показания, проверялись и отвергнуты судом первой инстанции обоснованно, с приведением в приговоре убедительных и основанных на исследованных в судебном заседании доказательствах.
Судебная коллегия соглашается с указанной оценкой суда первой инстанции, поскольку доказательства виновности К. соответствуют друг другу, являются допустимыми, оснований не доверять им у суда не было, не приведено таких убедительных оснований и в кассационной жалобе.
Как первоначальные показания Т. о совершении им преступлений, так и сведения о наличии крови на его одежде после указанных событий, исследованы судом, проверены, в том числе пояснениями самого Т., показаниями свидетелей, и оценены в приговоре как опровергающие вину К.
Показания свидетеля Т. изложены в приговоре. В судебном заседании выяснялись причины противоречий в них, и она дала соответствующие пояснения по этому поводу. Оценка показаний этого свидетеля дана в приговоре с учетом указанных обстоятельств. У судебной коллегии не имеется оснований ставить под сомнение данную судом первой инстанции оценку.
То обстоятельство, что в ходе предварительного следствия не была проведена очная ставка между К. и Т. не может повлечь признание вынесенного приговора незаконным, поскольку в судебном заседании этот свидетель был допрошен, и подсудимый К. имел возможность задать свидетелю те вопросы, который считал нужными.
Показания свидетеля С., будучи оцененными в совокупности с другими доказательствами вины К., правильно положены в основу обвинительных выводов суда, поскольку соответствуют приведенным выше показаниям Т. о том, что К. прыгнул в бассейн на Б. и стал топить ее, и опровергают версию К. о том, что он прыгнул в бассейн и пытался вытащить Б. из него.
Доводы К. о недопустимости показаний свидетеля К. не могут повлиять на оценку вынесенного приговора как законного и обоснованного, поскольку суд хотя и огласил по ходатайству государственного обвинителя показания этого свидетеля о характеризующих осужденного данных, однако, в приговоре этих показаний не привел и в основу своих выводов о виновности К. и определении ему меры наказания не положил.
Доводы кассационной жалобы К. о том, что он настаивал на вызове свидетелей, а их показания огласили, опровергается протоколом судебного заседания, из которого видно (т. 4 л.д. 71-72), что стороны, в том числе К., не возражали против ходатайства государственного обвинителя об оглашении в судебном заседании показаний ряда свидетелей, в том числе Т., К., А.
Также необоснованным является довод осужденного о том, что все его ходатайства отклонялись судом. Как видно из протокола судебного заседания, К. было заявлено ходатайство о вызове в суд свидетелей С., П., которое удовлетворено судом (т. 4 л.д. 70), свидетель С. явился в суд и был допрошен, а П. по указанному адресу не проживает. Кроме того, по ходатайствам К. были оглашены показания Т., данные им на следствии (т. 4 л.д. 74), справка оперуполномоченного о проделанной работе (т. 4 л.д. 90), приобщены к делу записки от Г. и вызван для допроса в судебном заседании он сам (т. 4 л.д. 79), вызвана в суд и допрошена свидетель Т. (т. 4 л.д. 86-87).
В тоже время, судом были обоснованно отклонены ходатайства подсудимого К. об оглашении показаний Т. (т. 4 л.д. 76), поскольку эти показания уже были оглашены в судебном заседании ранее, и о повторном вызове в суд свидетеля С., поскольку указанные в ходатайстве о его вызове вопросы уже были выяснены при допросе С. (т. 4 л.д. 83-84).
Судебная коллегия находит обоснованным решение суда об отказе в повторном вызове свидетеля, принимая также во внимание то обстоятельство, что С. был допрошен в судебном заседании с соблюдением права стороны защиты задать ему вопросы, при этом свидетель отвечал и на вопросы К. (т. 4 л.д. 65-67).
Также обоснованно, с приведением убедительных мотивов, были отклонены судом ходатайства К. о вызове для допроса медицинских работников и следователя и о приобщении к делу отсутствующих в нем процессуальных документов (т. 4 л.д. 86-87).
Ходатайство о проведении экспертизы Т. заявлялось К. и было рассмотрено и отклонено с соблюдением надлежащей процедуры в стадии предварительного расследования дела. На предварительном слушании и в судебном заседании при рассмотрении дела по существу такое ходатайство К. не заявлялось.
Доводы осужденного о том, что назначенные ему адвокаты не оказывали ему юридической помощи, опровергаются материалами дела. В подготовительной части судебного заседания К. заявил, что согласен на защиту адвокатом Б. (т. 4 л.д. 60), в дальнейшем от услуг этого защитника не отказывался. Из протокола судебного заседания видно, что защитник Б. принимал участие в разбирательстве дела, в том числе в исследовании доказательств, решении процессуальных вопросов, в прениях сторон он поддержал позицию подсудимого К.
Таким образом, у судебной коллегии не им
