Правоохранительными органами Республики Казахстан Хусаинов обвинялся в преступлении, предусмотренном п. "б" ч. 3 ст. 177 Уголовного кодекса Республики Казахстан, выразившемся в реализации чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием и в завладении вырученными деньгами в сумме 489 434 тенге (100 725 руб. 52 коп.), чем потерпевшей причинен ущерб в крупном размере. Деяние совершено 14 февраля 2000 г.
Генеральная прокуратура Республики Казахстан обратилась с запросом о выдаче Хусаинова для его уголовного преследования и дополнительно представила гарантии соблюдения условий выдачи, предусмотренные п. 3 ч. 3 ст. 462 УПК РФ.
Постановлением заместителя Генерального прокурора РФ от 21 декабря 2004 г. принято решение о выдаче Хусаинова правоохранительным органам Республики Казахстан для осуществления его уголовного преследования за мошенничество, но одновременно отказано в выдаче относительно вменения ему в вину квалифицирующего признака мошенничества - "в крупном размере".
Определением Санкт-Петербургского городского суда от 13 апреля 2005 г. постановление заместителя Генерального прокурора РФ о выдаче Хусаинова отменено.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 16 июня 2005 г. определение Санкт-Петербургского городского суда оставила без изменения.
Заместитель Генерального прокурора РФ в надзорном представлении поставил вопрос об отмене судебных решений в отношении Хусаинова, поскольку вывод суда об истечении сроков давности привлечения его к уголовной ответственности, а также вывод суда кассационной инстанции о распространении на действия Хусаинова акта амнистии противоречат требованиям закона.
Президиум Верховного Суда РФ 14 декабря 2005 г. оставил надзорное представление без удовлетворения по следующим основаниям.
Суд первой инстанции в определении обоснованно сослался на п. 4 ч. 1 ст. 464 УПК РФ, в силу которого выдача лица не допускается, если в соответствии с законодательством Российской Федерации уголовное дело не может быть возбуждено или приговор не может быть приведен в исполнение вследствие истечения сроков давности.
Из представленных материалов следует, что Хусаинов обвинялся в совершении 14 февраля 2000 г. преступления небольшой тяжести, срок давности уголовного преследования за которое, равный двум годам, истек. Объявление Хусаинова в розыск само по себе не свидетельствует об уклонении его от следствия, поско
