Апелляционное определение СК по гражданским делам Московского областного суда от 08 июня 2016 г. по делу N 33-15614/2016

Апелляционное определение СК по гражданским делам Московского областного суда от 08 июня 2016 г. по делу N 33-15614/2016

 

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:

председательствующего судьи Немовой Т.А.,

судей Мизюлина Е. В., Бекловой Ж.В.,

при секретаре Ильине Д.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 08 июня 2016 года апелляционные жалобы Б.К., В.М., Н.В., В.А. действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего Е.В.; ГБУЗ МО "Жуковская ГКБ"; А.Т. на решение Жуковского городского суда Московской области от 22 декабря 2015 года,

по делу по иску Б.К., В.М., Н.В., В.А. в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего Е.В., к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Московской области "Жуковская городская клиническая больница" о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда,

заслушав доклад судьи Мизюлина Е.В.,

объяснения Б.К., В.М., представителя ответчика,

заключение помощника Московского областного прокурора Смирновой М.В., считавшей, что решение суда подлежит изменению в части компенсации морального вреда, который следует увеличить по усмотрению судебной коллегии, а в остальной части решение подлежит оставлению без изменения,

УСТАНОВИЛА:

Истцы обратились в суд с иском к ГБУЗ Московской области "Жуковская городская клиническая больница", просили взыскать: 1) в пользу Б.К. моральный вред "данные изъяты" рублей в связи со смертью дочери, "данные изъяты" рублей в связи со смертью внука, материальный ущерб "данные изъяты" рублей; 2) в пользу Н.В. "данные изъяты" рублей в связи со смертью сестры, "данные изъяты" рублей в связи со смертью племянника; 3) в пользу В.М. "данные изъяты" рублей в связи со смертью дочери, "данные изъяты" рублей в связи со смертью внука; 4) в пользу В.А. "данные изъяты" рублей в связи со смертью жены, "данные изъяты" рублей в связи со смертью сына, материальный ущерб в размере 8090 рублей; 5) в пользу В.А. в интересах несовершеннолетнего Е.В. - "данные изъяты" рублей в связи со смертью матери, "данные изъяты" рублей в связи со смертью брата.

В обоснование иска указали, что 08.04.2011г. в родильном блоке акушерского отделения МУЗ ГКБ г.Жуковский при оказании врачом- гинекологом А.Т. стационарной медицинской помощи И.В., наступила смерть И.В. и её не рожденного ребенка. Приговором Жуковского городского суда от 14.10.2014г., вступившего в законную силу, А.Т. была признана виновной в совершении преступления по ч.2 ст.109 УК РФ. В результате действий врача истцы понесли утрату близкого родственника, что причинило им физические и нравственные страдания. Материальный ущерб складывается из расходов на погребение, проведение поминальных обедов, установку памятника, на общую сумму 1 020 230 руб.: 1 012 140 руб. были потрачены Б.К., а 8 090 руб. - В.А.

Представитель ответчика в удовлетворении иска просил отказать.

3-лицо, А.Т. просила в иске отказать, поскольку виновной себя не считает.

Решением суда исковые требования удовлетворены частично. С ответчика взысканы в пользу: Б.К. материальный ущерб в размере 238 790 рублей и компенсация морального вреда в размере 200 000 рублей; В.М. компенсация морального вреда в размере 200 000 рублей; Н.В. компенсация морального вреда в размере 50 000 рублей; В.А. материальный ущерб в размере 8 090 рублей и компенсация морального вреда в размере 200 000 рублей; Е.В. компенсация морального вреда в размере 200 000 рублей. В остальной части иска отказано. С ответчика в доход бюджета муниципального образования г.о.Жуковский взыскана государственная пошлина в размере 7 168 рублей 80 копеек.

Не согласившись с решение суда, истцы в апелляционном порядке просили его отменить. По доводам жалобы не согласны решением суда в части установленного судом размера компенсации морального вреда.

Ответчик оспаривает решение суда в апелляционном порядке, просит его отменить. По доводам жалобы не согласны решением, поскольку истцы не доказали размер понесенных материальных затрат, квитанции на оплату материальных затрат оформлены с нарушением порядка ведения бухгалтерского учета. Кроме того, указывают, что умысла врача не было и она имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка. Размер компенсации морального вреда считает завышенным.

3-лицо, А.Т. не согласна с решением суда, просила отменить, поскольку судом не правильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, истцом не доказаны обстоятельства, имеющие значение для дела, нарушены нормы материального и процессуального права.

В силу ч.ч.1,3 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. В случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части.

С учетом указанных норм закона, судебная коллегия проверяет решение суда по доводам жалоб.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, заслушав явившихся лиц, судебная коллегия считает возможным изменить решение в части взыскания компенсации морального вреда, увеличив его размер, в остальной части решение не подлежит отмене или изменению, по следующим основаниям.

Судом установлено, что 08.04.2011г. в родильном блоке акушерского отделения МУЗ ГКБ г.Жуковский при оказании врачом- гинекологом А.Т. стационарной медицинской помощи роженице И.В., наступила смерть последней. Смерть плода наступила интранатально, в результате внутриутробной гипоксии.

Приговором Жуковского городского суда от 14.10.2014г., оставленным без изменения апелляционным определением Московского областного суда 14.07.2015г., А.Т. признана виновной по ст. 109 ч.2 УК РФ, по факту причинения при оказании акушерско- гинекологической помощи по неосторожности смерти роженице И.В.

Как установлено приговором суда, между ненадлежащим исполнением врачом акушером-гинекологом акушерского отделения МУЗ "Городская клиническая больница" А.Т. своих профессиональных обязанностей по оказанию медицинской помощи роженице И.В. и наступлением смерти последней имеется прямая причинно-следственная связь.

Истицей Б.К. заявлены материальные требования на общую сумму 1 012 140 рублей, в них включены: расходы на погребальные принадлежности 38 790 руб., расходы на одежду 19 650 руб., стоимость поминок в день погребения, на 9 и 40 дни смерти - 258 860 руб., 135 680 руб. и 259 160 руб. соответственно, расходы на изготовление и установку на кладбище памятника и ограды - 300 000 рублей. Истцом В.А. заявлены материальные требования на сумму 8 090 рублей по оплате акта N 180 (л.д.55-63 гражданское дело N 2-84/14).

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом. В возмещении вреда может быть отказано, если вред причинен по просьбе или с согласия потерпевшего, а действия причинителя вреда не нарушают нравственные принципы общества.

В соответствии со ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ. Хозяйственные товарищества и производственные кооперативы возмещают вред, причиненный их участниками (членами) при осуществлении последними предпринимательской, производственной или иной деятельности товарищества или кооператива.

Согласно ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

По смыслу ст. 9 Федерального закона от 12 января 1996 г. N ФЗ-8 "О погребении и похоронном деле" к необходимым расходам на непосредственно погребение относятся: оформление документов, необходимых для погребения; предоставление и доставка гроба и других предметов, необходимых для погребения; перевозка тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий); погребение (кремация с последующей выдачей урны с прахом).

Согласно ст.3. Федерального Закона от 12 1996г. N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" под погребением понимается обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям.

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования о взыскании компенсации морального вреда и материальных расходов на погребение, суд первой инстанции исходил из того, что вина А.Т. при исполнении своих профессиональных обязанностей по оказанию медицинской помощи роженице И.В., в результате которой наступила смерть последней, установлена приговором суда, тем самым, в силу ст. 1068 ГК РФ вред должно возмещать ГБУЗ Московской области "Жуковская городская клиническая больница", врачом которой являлась А.Т.

Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда, по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела, 08.04.2011г. в родильном блоке акушерского отделения МУЗ ГКБ г.Жуковский при оказании врачом- гинекологом А.Т. стационарной медицинской помощи роженице И.В., наступила смерть последней. Смерть плода наступила интранатально, в результате внутриутробной гипоксии.

Приговором Жуковского городского суда от 14.10.2014г., вступившим в законную силу 14.07.2015г., А.Т. признана виновной по ст. 109 ч.2 УК РФ, по факту причинения при оказании акушерско- гинекологической помощи по неосторожности смерти роженице И.В.

Приговором суда установлено, что между ненадлежащим исполнением врачом акушером-гинекологом акушерского отделения МУЗ "Городская клиническая больница" А.Т. своих профессиональных обязанностей по оказанию медицинской помощи роженице И.В. и наступлением смерти последней имеется прямая причинно-следственная связь.

Согласно ч.4 ст.61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Пунктом 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 N 23 "О судебном решении" разъясняется, что в силу части 4 статьи 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом.

Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.

Таким образом, суд первой инстанции сделал правильный вывод, что поскольку вина врача А.Т. в наступлении смерти И.В. приговором суда установлена и между действиями врача и наступлением смерти последней имеется прямая причинно-следственная связь, то обязанность по возмещению вреда должно нести МУЗ "Городская клиническая больница".

В связи с чем, доводы жалобы ответчика о том, что вины больницы в данном случае нет, поскольку больницей были созданы все условия для нормальной квалифицированной работы всем врачам учреждения, не могут служить основанием для освобождения больницы от возмещения вреда, поскольку в силу ст. 1068 ГК РФ работодатель возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Доводы жалобы А.Т. о том, что судом первой инстанции необоснованно отказано в проведении комиссионной судебно-медицинской экспертизы, являются несостоятельными, поскольку в рамках уголовного дела судебно-медицинская экспертиза проводилась, которая была, в том числе, положена в основу приговора, установившая, что между ненадлежащим исполнением врачом акушером-гинекологом акушерского отделения МУЗ "Городская клиническая больница" А.Т. своих профессиональных обязанностей по оказанию медицинской помощи роженице И.В. и наступлением смерти последней имеется прямая причинно-следственная связь, а смерть плода наступила интранатально, в результате внутриутробной гипоксии.

У судебной коллегии не имеется оснований не доверять заключениям экспертизы, проведенной в рамках уголовного дела, по которому вынесен приговор, вступивший в законную силу.

Удовлетворяя частично исковые требования о взыскании расходов на погребение, суд первой инстанции правильно указал, что расходы на погребальные принадлежности, поминальный обед в день погребения, а также установка на могиле умершей надгробия и ограды могут быть отнесены к традициям и обычаям, связанным с погребением человека и подлежат возмещению в разумных пределах.

Так, взыскивая расходы, понесенные истицей, на погребальные принадлежности (гроб, подушка, покрывало, крестик на гроб, крест дубовый, табличка, венок, ленты, корзина) на общую сумму 38 790 рублей, суд правильно указал, что данные расходы подтверждены товарным чеком, квитанцией к приходно-кассовому ордеру N 004 от 11.04.2011г., являются традиционными, отвечают принципу разумности и подлежат возмещению в полном объеме.

Требования о взыскании расходов на поминальный обед в день погребения суд первой инстанции обоснованно полагал возможным удовлетворить частично, в разумных пределах, в размере 100 000 рублей, поскольку расходы в размере 258 860 руб. не отвечают принципу разумности.

Также, суд правильно отказал во взыскании расходов на поминальный обед на 9 и 40 дни (135 680 руб. и 259 160 руб.), поскольку данные действия выходят за пределы обрядовых по непосредственному погребению тела.

Расходы, понесенные истицей, на изготовление и установку на кладбище памятника и ограды на сумму 300 000 рублей, суд обоснованно снизил до разумных пределов 100 000 рублей, т.к. согласно договору на изготовление памятника и приложение N 1 к нему включают в себя не только установку памятника и ограды, но и установку лавки, стола, бордюра, клумбы и т.п., что также не входит в обрядовые действия по непосредственному погребению тела.

С учетом представленных доказательств, суд не нашел оснований для взыскания расходов на сумму 19 650 руб., поскольку представленный истицей товарный чек на данную сумму при отсутствии иных финансовых документов, не может расцениваться как допустимое доказательство.

Также, судом правильно взыскано в пользу В.А. 8 090 рублей за акт N 180, поскольку данный документ является актом судебно-медицинского исследования трупа, приобщенного в материалы уголовного дела, а В.А. понес расходы по его оплате, которые в силу ст.ст. 15, 1064 ГК РФ могут быть взысканы.

Истцами, по доводам жалобы, размер взысканных расходов на погребение не оспаривается.

Доводы жалобы А.Т. о том, что истцы не доказали величину понесенных материальных затрат, поскольку в материалы дела представлены копии квитанций по расходам на поминальный обед в день погребения, на изготовление и установку на кладбище памятника и ограды и на погребальные принадлежности, так как в нарушение ст. 60 ГПК РФ данные доказательства не отвечают требованиям допустимости, являются не состоятельными, поскольку как усматривается из приобщенного к данному делу гражданского дела N2-84/2014 (по нему иск оставлен без рассмотрения ввиду неявки истцов), подлинники всех квитанций, по которым истцы понесли расходы, представлены в материалы указанного дела (л.д. 55-64, л.д.96-100).

Доводы жалоб ответчика и А.Т. о том, что представленные истцами квитанции не являются допустимыми доказательствами, поскольку нарушен порядок оформления квитанций, а именно, в ответе МРИ ФНС N1 по Московской области указано, что сведений о том, что денежные средства получены индивидуальными предпринимателями С.А., Ю.А., Е.Н., которые не указаны ими в сведениях о доходах, не могут служить основанием для отказа в иске в части возмещения расходов на погребение, поскольку материалами дела подтверждается, что расходы на поминальный обед и на погребение истцами понесены, оплачены соответствующим индивидуальным предпринимателям, а именно, И.П. 12.04.2011 года Б.К. оплачено 258860 руб. (квитанция к приходно-кассовому ордеру), О.И.П. оплачено 38790 руб. Б.К. (квитанция к приходному кассовому ордеру), Б.И.П. оплачено 300000 рублей (л.д.96-100).

Те обстоятельства, что индивидуальными предпринимателями, принявшими денежные средства от Б.К. без надлежащего оформления и отчета перед налоговыми органами, в данном случае правового значения не имеют, поскольку истица фактически понесла указанные выше расходы, которые подтверждены документально.

Доводы жалобы о том, что в пользу В.А. необоснованно судом взыскан материальный ущерб в размере 8090 рублей за акт N180, являются несостоятельными, поскольку данный документ является актом судебно-медицинского исследования трупа, приобщенного в материалы уголовного дела (л.д.88-107 т.1 уголовного дела N 1-77/14), а согласно ответу УФК по Московской области расчетный счет, на который были перечислены указанные денежные средства, был открыт для учета операций со средствами, полученными от приносящей доход деятельности бюджетным учреждениям Московской области (л.д.118). При таких обстоятельствах расходы, понесенные В.А. в размере 8 090 руб. в силу ст.ст. 15, 1064 ГК РФ подлежат возмещению.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда и взыскав родителям, супругу, ребенку по 200000 рублей и сестре 50000 рулей умершей И.В., суд первой инстанции учел, что истцам причинены значительные нравственные страдания, выразившиеся в потере близкого человека, а также, что смерть И.В. причинена по неосторожности, а причинно-следственная связь между гибелью плода и действиями врача приговором суда не установлена.

Судебная коллегия считает, что в части компенсации морального вреда решение подлежит изменению в силу ст. 330 ГПК РФ, поскольку в указанной части суд неправильно определилобстоятельства, имеющие значение для дела, а размер компенсации морального вреда подлежит увеличению, по следующим основаниям.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размером компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" разъясняется, что моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях, в том числе, в связи с утратой родственников.

Судебная коллегия считает, что размер взысканной компенсации морального вреда в данному случае не отвечает требованиям разумности и справедливости, поскольку приговором суда установлена вина врача по факту причинения по неосторожности смерти при оказания акушерско-гинекологической помощи И.В., в том числе, наступила смерть плода в результате внутриутробной гипоксии, тем самым, в результате ненадлежащего оказания медпомощи врачом ответчика наступила смерть близкого родственника истцов, что объективно причинило им глубокие нравственные страдания, кроме того учитывая, что несовершеннолетний ребенок Е.В., 12.06.2000 года рождения, остался без матери.

В связи с чем, с учетом обстоятельств дела, исходя из требований разумности и справедливости, а также с учетом доводов жалобы ответчика о том, что на иждивении А.Т. имеется несовершеннолетний ребенок, судебная коллегия считает возможным взыскать компенсацию морального вреда в пользу Б.К. в размере 400000 рублей, в пользу В.М. в размере 400000 рублей, в пользу В.А. в размере 400000 рублей, в пользу В.А., действующего в интересах несовершеннолетнего Е.В. в размере 400000 рублей, в пользу Н.В. в размере 100000 рублей.

Руководствуясь ст.328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Жуковского городского суда Московской области от 22 декабря 2015 года изменить в части взыскания компенсации морального вреда, взыскав в пользу Б.К. компенсацию морального вреда в размере 400000 рублей, в пользу В.М. компенсацию морального вреда в размере 400000 рублей, в пользу В.А. компенсацию морального вреда в размере 400000 рублей, в пользу В.А. действующего в интересах несовершеннолетнего Е.В. компенсацию морального вреда в размере 400000 рублей, в пользу Н.В. компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей.

В остальной части решение оставить без изменения.

Апелляционную жалобу Б.К., В.М., Н.В., В.А. в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего Е.В. - удовлетворить частично.

Апелляционные жалобы ГБУЗ МО "Жуковская ГКБ" и А.Т. - оставить без удовлетворения.

 

Председательствующий

 

Судьи

 

Вы можете открыть актуальную версию документа прямо сейчас.

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.