Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 18 сентября 2008 г. N 5-О08-168
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации
рассмотрела в судебном заседании от 18 сентября 2008 года дело по кассационной жалобе осужденного У. на приговор Московского городского суда от 23 мая 2008 года, которым
У., 17 октября 1985 года рождения, уроженец города Кантемир, Молдавской ССР, гражданин Российской Федерации, ране судимый 2 апреля 2003 года (с учетом внесенных изменений) по ст. 162 ч. 1 УК РФ на 3 года лишения свободы, освобожден 3 июня 2005 года условно-досрочно на 10 месяцев 8 дней,
осужден по ст. 105 ч. 2 п.п. "а, к" УК РФ на 20 лет лишения свободы, ст. 325 ч. 2 УК РФ на 9 месяцев исправительных работ с удержанием из заработной платы в доход государства ежемесячно десяти процентов.
На основании ст.ст. 69 ч. 3, 71 ч. 1 п. "в" УК РФ по совокупности преступлений окончательно назначено 20 лет 3 месяца лишения свободы с отбыванием первых 5 лет в тюрьме, последующих в исправительной колонии строгого режима.
Постановлено взыскать с У. в пользу: С.А.С. в счет возмещения материального ущерба 11 667 рублей 64 копейки, в счет компенсации морального вреда 300 000 рублей; в пользу В. счет возмещения материального ущерба 78 393 рубля 50 копеек, в счет компенсации морального вреда 300 000 рублей.
Решен вопрос о вещественных доказательствах.
Заслушав доклад судьи С.В.П., выступления осужденного У., адвоката С.Е.П. по доводам жалобы, прокурора А.В.А., полагавшей приговор суда оставить без изменения, судебная коллегия установила:
при изложенных в приговоре суда обстоятельствах У. признан виновным в том, что в городе Москве 29 июля 2006 года на почве личных неприязненных отношений совершил убийство соседа Т., удушив петлей в его квартире, откуда также не позднее 30 июля похитил паспорт, об убийстве сообщил своей знакомой С.В.С., взяв с нее обещание никому не рассказывать, а узнав, что она это обещание нарушила, на почве возникших неприязненных отношений в ночь с 20 на 21 августа 2006 года, проник в квартиру, где проживала С.В.С., совершил убийство этой потерпевшей, при этом с целью облегчить совершение этого преступления, совершил убийство ее сожителя Б.В.В., его родителей Б.Л.А. и Б.В.П., нанеся потерпевшим удары двумя ножами.
В судебном заседании У. вину в совершении убийства потерпевшего Т.О.Н. признал, в совершении убийства С.В.С., Б.В.В., Б.Л.А., Б.В.П., похищения паспорта не признал.
В кассационной жалобе и дополнениях осужденный У. просит приговор суда изменить, по эпизоду убийства потерпевшего Т.О.Н. квалифицировать его действия по ст. 105 ч. 1 УК РФ, смягчить наказание, а по эпизоду убийства потерпевших С.В.С., Б.В.В., Б.Л.А., Б.В.П., похищения паспорта приговор отменить, поскольку он этих преступлений не совершал. Указывает, что после его задержания к нему работниками милиции были применены незаконные методы, под воздействием которых и под их диктовку он написал так называемое чистосердечное признание, в котором оговорил себя в совершении убийства С.В.С, Б.В.В., Б.Л.А., Б.В.П., после чего был незаконно задержан, дал показания, в которых признал, что якобы он совершил убийство, указал обстоятельства, которые узнал от работников милиции, о чем он в дальнейшем заявлял следователю и суду. Суд использовал недопустимые доказательства - протоколы его допросов на предварительном следствии, проверки показаний на месте, данных под воздействием незаконных методов, видеозапись, заключения экспертиз, проявил необъективность, возложил на него бремя доказывания невиновности, дал неправильную оценку исследованным доказательствам, оставил без внимания его заявления о том, что материалы дела сфальсифицированы, что его оговорили свидетель К., давший ложные показания, и несовершеннолетняя свидетель З., которую незаконными методами склонили к оговору, не учел, что документы и ключи были подброшены при проведении следственного эксперимента, что видеозапись следственного эксперимента имеет остановки и конверт с ней опечатан без понятых, что его допрос в нарушение закона проводился с 3 часов ночи до утра, что с заключениями экспертиз следователь ознакомил его после их проведения. В приговоре суд исключил ему из обвинения указание о применении им электрошокера к потерпевшим, однако суд не установил, где находится электрошокер и кто нанес потерпевшим обнаруженные у них метки от электрошокера, что свидетельствует о том, что суд рассмотрел дело необъективно, не выполнил указания суда кассационной инстанции при новом судебном разбирательстве дела после отмены первого приговора суда. Суд не учел, что по заключениям экспертиз на ноже, изъятом с места происшествия, нет его запаховых следов, не обнаружен пот, что 9 следов пальцев рук, обнаруженных на месте происшествия, ему не принадлежат, что на месте происшествия все было в крови, однако на подошвах его кроссовок крови нет, что на месте происшествия обнаружены несколько разных не принадлежащих ему следов обуви, имеющие неодинаковые рельефные следы, один из которых обнаружен на руке трупа, Считает, что эти доказательства прямо свидетельствуют о том, что он не был на месте происшествия и не совершал преступления. Суд сослался в приговоре на заключение эксперта об обнаружении трех пятен крови на верхней поверхности правой кроссовки, принадлежащих потерпевшим С.В.С. и Б.В., однако с учетом данных осмотра места происшествия, считает, что данные пятна крови на верхней поверхности одной кроссовки от разных потерпевших специально нанесены заинтересованными в его обвинении сотрудниками правоохранительных органов.
В возражении на кассационную жалобу государственный обвинитель М.Н.Н. указывает о своем несогласии с ней.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения, судебная коллегия находит, что приговор суда подлежит отмене, а уголовное дело направлению на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства по следующим основаниям.
Согласно ч. 6 ст. 388 УПК РФ указания суда кассационной инстанции обязательны для исполнения при новом рассмотрении дела.
Указанные требования уголовно-процессуального закона судом нарушены.
Из материалов дела следует, что 21 ноября 2007 года определением судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации обвинительный приговор Московского городского суда от 15 августа 2007 года в отношении У. был отменен с направлением дела на новое судебное разбирательство в связи с тем, что суд не выполнил требования ч. 4 ст. 302 УПК РФ, предусматривающей, что обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств, и требования п. 2 ст. 307 УПК РФ о том, что описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора суда должна содержать доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.
Направляя дело на новое судебное разбирательство, судебная коллегия по эпизоду убийства С.В.С, Б.В.В., Б.Л.А., Б.В.П. указала в кассационном определении, что суд в приговоре, как на одно из основных доказательств, сослался на показания на предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого осужденного У. от которых он впоследствии отказался еще на предварительном следствии, при этом суд сделал вывод о том, что данные показания У. подтверждаются другими доказательствами, в том числе показания У. относительно механизма причинения им телесных повреждений потерпевшим полностью согласуются с заключениями судебно-медицинского эксперта.
Однако, делая вывод о полной согласованности показаний У. с заключениями судебно-медицинского эксперта, суд не учел и не дал оценки другим исследованным в судебном заседании обстоятельствам, которые могли иметь существенное значение для исхода дела.
В частности, что в своих показаниях У. на предварительном следствии ничего не говорил об электрошокере и о его применении к потерпевшим.
Вместе с тем, согласно исследованным и указанным в приговоре суда заключениям судебно-медицинского эксперта: у потерпевшей С.В.С. обнаружены электрометки передней брюшной стенки с царапинами на коже и эпидермиса, не причинившие вреда здоровью; у потерпевшего Б.В.В. обнаружена электрометка правого плеча, относящаяся у живых лиц к повреждениям, не повлекшим расстройство здоровья; у потерпевшего Б.В.П. обнаружены электрометки передней брюшной стенки с множественными царапинами на коже и разрывы эпидермиса, не причинившие вреда здоровью. Согласно исследованному заключению судебной медико-криминалистической экспертизы, эти электрометки у потерпевших наиболее вероятно образовались от воздействия электрошокера с расстоянием между электродами 7-8 мм, и их образование исключается от электрошокерного устройства, изъятого у свидетеля П.П.М., отчима У.
Исследовав данные доказательства, суд, ссылаясь на заключения судебно-медицинского эксперта, описывая обнаруженные у потерпевших повреждения, в приговоре лишь отразил факт наличия электрометок у потерпевших, но не дал никакой оценки этим обстоятельствам.
Изложенные выше указания суда кассационной инстанции суд первой инстанции при новом судебном разбирательстве не исполнил.
Из приговора суда, постановленного при новом судебном разбирательстве, следует, что как и при постановлении первого приговора, вопреки указанию суда кассационной инстанции, суд, ссылаясь на заключения судебно-медицинского эксперта, описывая обнаруженные у потерпевших повреждения, вновь ограничился только отражением в приговоре факта наличия электрометок у потерпевших, и вновь не исследовал и не дал никакой оценки этим обстоятельствам. Суд лишь указал о необходимости исключения из обвинения У. причинение им электрошокером потерпевшим С.В.С., Б.В.В. и Б.В.П. телесных повреждений в связи с недоказанностью совершения данных действий осужденным.
Таким образом, из приговора суда следует, что потерпевшим С.В.С., Б.В.В. и Б..В.П. электрошокером были причинены телесные повреждения не осужденным У.
Однако, суд в приговоре, ссылаясь на заключения эксперта, одновременно указал, что все телесные повреждения, обнаруженные у этих потерпевших, были причинены незадолго до наступления смерти в короткий промежуток времени, исчисляемый несколькими мину
