[Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 24 сентября 2008 г. N 10-О08-18
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации
рассмотрела в судебном заседании от 24 сентября 2008 года кассационные жалобы осужденного В. и адвоката К.Н.Н. на приговор Кировского областного суда от 25 июля 2008 года, которым В., родившийся 12 марта 1981 года в городе Кирове, несудимый -
осужден по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ - к 10 годам лишения свободы; по п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ - к 14 годам лишения свободы;
На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначено 17 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Срок отбывания наказания постановлено исчислять с 15 января 2008 года.
По делу решена судьба вещественных доказательств.
В. осужден за разбойное нападение на С. с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия и с причинением тяжкого вреда здоровья потерпевшей. Он же осужден за убийство С., сопряженное с разбоем.
Преступления совершены 14 декабря 2007 года в городе Кирове при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
Заслушав доклад судьи В.С.А., объяснение осужденного В. в режиме видеоконференцсвязи, адвоката К.И.Е. поддержавших доводы кассационных жалоб, мнение прокурора П.С.Н., полагавшего оставить приговор без изменения, судебная коллегия установила:
в кассационной жалобе осужденный просит приговор отменить и дело направить на новое судебное рассмотрение.
В. полагает, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, дело было расследовано не полно, суд при вынесении приговора нарушил требования уголовно-процессуального закона.
По мнению осужденного, ни одного прямого доказательства его виновности, кроме его признательных показаний на предварительном следствии, по делу не имеется.
Его показания на предварительном следствии нельзя было класть в основу приговора, поскольку они не подтверждаются другими доказательствами. Показаниями перечисленных в приговоре свидетелей его вина в совершении преступлений не подтверждается. Суд необоснованно признал недостоверными показания свидетеля Ц., показавшей, что она слышала вечером 14 декабря 2007 года плач и крик мужчины из квартиры потерпевшей.
Ни одна из проведенных по делу экспертиз также не доказывает его вины в совершении преступлений.
В показаниях свидетеля А. имеются противоречия. Не установлено, откуда и как появилась кровь на полотенце потерпевшей.
В дополнении к кассационной жалобе осужденный также приводит аналогичные доводы своей невиновности в совершении преступлений, указывая также, что выводы судебно-медицинской экспертизы полностью противоречат его признательным показаниям на предварительном следствии. По делу не установлено, каким предметом наносились повреждения потерпевшей.
Осужденный полагает, что при рассмотрении уголовного дела не соблюден принцип презумпции невиновности.
В кассационной жалобе адвоката К.Н.Н. также содержится просьба об отмене приговора в отношении В. и прекращении уголовного дела в связи с недоказанностью вины осужденного в совершении преступлений.
По мнению адвоката, суд необоснованно признал показания В. о его непричастности к совершению разбойного нападения и убийства недостоверными, а его показания на предварительном следствии, где он признавал свою вину - заслуживающими доверия.
Ни один из свидетелей, чьи показания положены в основу приговора, не подтвердил его участия в совершении преступления.
Вместе с тем, суд необоснованно признал недостоверными показания свидетеля Ц., показавшей, что она слышала вечером 14 декабря 2007 года женский и мужской голоса из квартиры потерпевшей, а также показания К., о том, что он видел С. 14 декабря 2007 года, поднимавшейся в свою квартиру в 10 часов 45 минут.
Адвокат полагает, что свидетель Коп. видел потерпевшую, а свидетель Ц. слышала голоса из ее квартиры уже после того времени, в которое, согласно обвинению она была убита В.
Адвокат также указывает, что ни в одном из заключений экспертов не содержится доказательств виновности В. в совершении преступлений.
В возражениях на кассационную жалобу государственный обвинитель С.Л.А. просит оставить приговор без изменения, а жалобы осужденного и адвоката - без удовлетворения.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия находит выводы суда о виновности В. в совершении преступлений правильными, основанными на исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательствах.
Из показаний В. на предварительном следствии видно, что он делал ремонт у С. и последняя для удобства передала ему комплект ключей от своей квартиры и от домофона, которые он после окончания ремонта С. не вернул. 14 декабря 2007 года около 8 ч. утра он приехал к дому С., проживавшей по адресу: г. Киров, ул. Воровского, 73-7, с целью совершения на нее разбойного нападения. Готовясь к совершению преступления он взял с собой матерчатые перчатки, чтобы не оставлять в квартире следов, а также ключи от ее квартиры. На улице он нашел осколок кирпича с острыми краями, размером, примерно, с кулак, которым намеревался припугнуть С., в случае ее отказа передать ему деньги. Подойдя к подъезду, он позвонил в квартиру С. по домофону. С. впустила его в квартиру. Пройдя в прихожую, он достал кирпич и, угрожая им С., потребовал у нее денег. В этот момент С. побежала в комнату. Догнав С., он нанес ей один удар осколком кирпича в область головы сзади, отчего С. упала на пол лицом вниз. В тот момент, когда она перевернулась на спину, он уперся коленом в область груди и начал наносить множественные удары осколком кирпича в голову. В общей сложности он нанес ей не менее 10 ударов преимущественно в левую часть головы. От нанесенных ударов у С. из ран на голове пошла кровь. С целью убийства С. он схватил ее левой рукой за горло и начал душить, а второй рукой держал С. за руки. С. перестала шевелиться, потом он подошел, взял подушку, положил ее на лицо С. и продолжил душить ее с помощью подушки. Убедившись, что С. скончалась, он пошел в ванную, где, не снимая перчаток, вымыл руки от крови и вытер их об полотенце, находившееся в ванной. На полотенце должна была остаться кровь. После этого в этих же перчатках с целью хищения денег С. он произвел в квартире обыск, осмотрев кровать, шкаф и сервант, с находившимися там книгами, постельными принадлежностями и другими вещами. Содержимое ящиков он выкладывал прямо на пол и на диван. Не найдя ничего ценного, он решил вызвать такси. Так как у него разрядился аккумулятор на сотовом телефоне, он взял сотовый телефон С., лежавший на морозильной камере в комнате, вставил в него свою сим-карту и вызвал такси к дому С. Положив кирпич и перчатки в пакет, он снова вымыл руки, после чего покинул квартиру, закрыв обе входные двери своими ключами, и на такси уехал домой. Пакет с кирпичом и перчатками около своего дома выкинул в мусорный контейнер. Сотовый телефон, похищенный из квартиры С., впоследствии выкинул, одежду, в которой находился, стирал (т. 2 л.д. 23-28, 35-47).
В явке с повинной, которая также обоснованно признана судом допустимым и достоверным доказательством, осужденный сообщал о совершенных им преступлениях при тех же обстоятельствах, что приведены в вышеуказанных доказательствах.
Судом проверялись доводы В. о том, что его показания на предварительном следствии получены в результате нарушения его права на защиту незаконного воздействия со стороны работников органов дознания следствия, и обоснованно признаны несостоятельными.
Протоколами следственных действий с участием В. установлено, что его показания получены в соответствии с требованиями УПК РФ. При этом В. неоднократно заявлял о добровольности своих показаний и о согласии производства допросов с участием защитника М., показания давал с участием защитника, на месте происшествия показания давал участием понятых, каких-либо заявлений в ходе производства следственных действий ни он, ни защитник не делали. Каких-либо заявлений о заключении соглашения с адвокатом З. и об участии последней в следственных действиях не делал. В материалах дела каких-либо данных таком соглашении на момент производства указанных следственных действий нет.
Копией постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по заявлению В. установлено, что каких-либо незаконных действий со стороны работников органов дознания и следствия отношении В. при производстве предварительного расследования не допускалось.
Судом обоснованно приведенные выше показания В. признаны достоверными, поскольку они согласуются с другими доказательствами, на которые суд сослался в приговоре.
В частности из протокола осмотра места происшествия видно, что запорное устройство в квартире не нарушено, замки исправны. В прихожей обнаружены два комплекта ключей от квартиры.
Как видно из показаний свидетеля Н. еще один комплект ключей от квартиры потерпевшей находился у ее матери.
Таким образом, выводы суда о том, что после совершения преступлений В. закрыл двери квартиры имевшимися у него ключами, другими имеющимися ключами никто не пользовался, и никто другой в эту квартиру кроме него не входил, судебная коллегия признает не состоятельными.
Согласно заключению судебно-медицинского эксперта смерть С. наступила от механической асфиксии в результате удавления руками, что подтверждается наличием специфических повреждений в области шеи и признаков асфиксии.
В заключении экспертов также указано, что повреждения, которыми причинена закрытая черепно-мозговая травма причинены в результате не менее 12 ударных воздействий твердого тупого предмета (предметов). И могли образоваться от ударов осколком кирпича в область головы.
Данные выводы также подтверждают показания В. о механизме удушения потерпевшей и механизме причинения телесных повреждений осколком кирпича.
Согласно заключению судебно-одорологической экспертизы установлено, что на полотенце, изъятом при осмотре места происшествия в ванной комнате квартиры потерпевшей, выявлены запаховые следы, происходящие от В.
Эксперт С.Н.В. в судебном заседании выводы одорологической судебной экспертизы подтвердил. При этом показал, что вывод экспертизы о наличии запахового следа В. на полотенце, изъятом в ванной при осмотре места происшествия, носит категоричный характер и по степени достоверности сопоставим с результатами дактилоскопической экспертизы. Учитывая то, что на полотенце была обнаружена кровь, которая могла произойти от С., которая является более ярким следообразователем, контакт В. с указанным полотенцем был очень плотным и происходил на фоне повышенного уровня эмоционального состояния. Наличие хлоп
