Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 12 декабря 2007 г. N 504-П07ПР
Президиум Верховного Суда Российской Федерации
рассмотрел уголовное дело по надзорному представлению заместителя Генерального прокурора Российской Федерации З.Е.Л. о пересмотре приговора Воронежского областного суда от 22 июня 2000 г., по которому
Г., родившийся 24 сентября 1973 г. в г. Спасск-Дальнем Приморского края, ранее не судимый,
осужден: по п.п. "д", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ на 15 лет лишения свободы, по ч. 3 ст. 30, п.п. "б", "в" ч. 2 ст. 131 УК РФ на 6 лет лишения свободы.
На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений Г. назначено 18 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.
В соответствии с п. "г" ч. 1 ст. 97 УК РФ назначено принудительное лечение от алкоголизма.
Определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 30 марта 2001 г. приговор оставлен без изменения.
По этому же уголовному делу осуждены Б.П.Ю. и П.Г.Н., надзорное производство в отношении которых не возбуждено.
В надзорном представлении заместителя Генерального прокурора Российской Федерации З.Е.Л. поставлен вопрос об изменении судебных решений.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Д.В.А., изложившего обстоятельства уголовного дела, содержание приговора и кассационного определения, мотивы надзорного представления и вынесения постановления о возбуждении надзорного производства, выступление заместителя Генерального прокурора Российской Федерации З.А.Г. в поддержание надзорного представления, Президиум Верховного Суда Российской Федерации установил:
по приговору суда Г. признан виновным и осужден за покушение на изнасилование К., соединенное с угрозой убийством и причинением тяжкого вреда здоровью, совершенное группой лиц по предварительному сговору, а также за убийство К., совершенное с особой жестокостью, с целью скрыть другое преступление и сопряженное с изнасилованием.
В надзорном представлении заместителя Генерального прокурора Российской Федерации З.Е.Л. поставлен вопрос об изменении судебных решений в части назначения наказания в связи с тем, что суд неправильно применил уголовный закон при назначении наказания по ч. 3 ст. 30, п.п. "б", "в" ч. 2 ст. 131 УК РФ, поскольку не учел положения ст. 62 УК РФ.
Президиум Верховного Суда Российской Федерации, проверив производство по уголовному делу в отношении Г. соответствии с ч. 1 ст. 410 УПК РФ в полном объеме, находит состоявшиеся в отношении него судебные решения подлежащими изменению.
Выводы суда о виновности Г. в совершении преступлений в отношении К. соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и подтверждены совокупностью доказательств, которым суд дал правильную оценку в приговоре.
Вместе с тем при квалификации действий осужденного и при назначении ему наказания суд неправильно применил уголовный закон, что в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 379, п.п. 1, 2 ст. 382, ч. 1 ст. 409 УПК РФ является основанием для изменения судебных решений. Кроме того, выводы суда о том, что покушение на изнасилование было соединено с угрозой убийством и причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей, не подтверждены доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, что в соответствии с п. 1 ст. 380 УПК РФ также является основанием для изменения приговора и кассационного определения.
Суд первой инстанции квалифицировал действия Г. по двум признакам, предусмотренным п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ, как убийство, сопряженное с изнасилованием, и как убийство, совершенное с целью сокрытия другого преступления.
Такая правовая оценка действий осужденного является ошибочной.
По смыслу уголовного закона под убийством, сопряженным с изнасилованием, следует понимать убийство, совершенное как в процессе совершения изнасилования, так и убийство, совершенное с целью сокрытия данного преступления.
Из описания преступного деяния, признанного доказанным, видно, что убийство К. было совершено с целью сокрытия совершенного в отношении нее преступления - покушения на изнасилование.
В связи с этим, квалификация по признаку "убийство, совершенное с целью сокрытия другого преступления" является излишней, вследствие чего осуждение по указанному признаку подлежит исключению из приговора.
Действия Г. квалифицированы судом по ч. 3 ст. 30, п. "в" ч. 2 ст. 131 УК РФ как покушение на изнасилование, соединенное с угрозой убийством и причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей.
Между тем при описании преступного деяния, признанного доказанным, суд не указал, какие именно действия виновных позволили ему прийти к выводу о наличии названного квалифицирующего признака.
В доказательствах, изложенных в приговоре, отсутствуют сведения, подтверждающие вывод суда о том, что покушение на изнасилование было соединено с угрозой убийством и причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей.
Предложение Г. вывезти потерпевшую в лес, вступить в половую близость и убить ее, сделанное им соучастникам преступления, не может рассматриваться в качестве основания для квалификации его действий по указанному квалифицирующему признаку. Тем более, что К. не была осведомлена о
