Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Л. Кононова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, А.Я. Сливы, В.Г. Стрекозова, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев по требованию гражданина Б.А. Бабунидзе вопрос о возможности принятия его жалобы к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил:
1. В Конституционный Суд Российской Федерации обратился гражданин Б.А. Бабунидзе, который, являясь потерпевшим по уголовному делу, в ходе судебного разбирательства на стадии прений сторон заявил ходатайство об отложении судебного заседания в связи с болезнью его представителя. Данное ходатайство было оставлено судом без удовлетворения, равно как и ходатайство о назначении заявителю переводчика.
Б.А. Бабунидзе полагает, что часть вторая статьи 292 УПК Российской Федерации оставляет на усмотрение суда решение вопроса об участии в судебных прениях представителя потерпевшего, тем самым ставя сторону защиты в более выгодное положение и нарушая права заявителя, предусмотренные статьями 15 (часть 4), 19 (части 1 и 2), 46 (части 1 и 2), 52, 55 (часть 3) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия жалобы Б.А. Бабунидзе к рассмотрению.
Необходимой гарантией судебной защиты и справедливого разбирательства дела является равно предоставляемая сторонам реальная возможность довести до сведения суда свою позицию относительно всех аспектов дела, поскольку только при этом условии в судебном заседании реализуется право на судебную защиту, которая, по смыслу статьи 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации и статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, должна быть справедливой, полной и эффективной; данная правовая позиция, изложенная Конституционным Судом Российской Федерации в постановлениях от 10 декабря 1998 года N 27-П, от 15 января 1999 года N 1-П и от 14 февраля 2000 года N 2-П, в полной мере относится к обеспечению права на судебную защиту потерпевшим от преступлений, права которых, согласно статье 52 Конституции Российской Федерации, охраняются законом и которым государство обеспечивает доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 11 мая 2005 года N 5-П).
В целях реализации права на судебную защиту потерпевший на основании пункта 15 части второй статьи 42 УПК Российской Федерации наделен правом участия в прениях. В силу части третьей статьи 45 данного Кодекса представитель потерпевшего имеет те же процессуальные права, что и представляемое им лицо. При этом в полном соответствии с принципом равенства, закрепленным в статье 19 Конституции Российской Федерации, статья 244 УПК Российской Федерации устанавливает, что стороны обвинения и защиты пользуются равными правами на выступление в судебных прениях.
Рассматриваемое во взаимосвязи с указанными нормами положение части второй статьи 292 УПК Российской Федерации не препятствует участию представителя потерпевшего в прениях, а напротив, гарантирует это право, обязывая суд предоставить возможность для его реализации. В случае неявки кого-либо из участников уголовного судопроизводства (в том числе и представителя потерпевшего) суд на основании статьи 272 этого Кодекса выслушивает мнения сторон о возможности судебного разбирательства в его отсутствие и выносит определение или постановление об отложении судебного раз
