Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Л. Кононова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, А.Я. Сливы, В.Г. Стрекозова, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев по требованию гражданки Л.А. Ковалевой вопрос о возможности принятия ее жалобы к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил:
1. Решением Сарапульского районного суда Удмуртской Республики от 19 октября 2007 года гражданину Р.А. Анкудинову было отказано в удовлетворении иска к гражданке Г.Д. Тарасовой о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, заключенного между указанными лицами, отмене регистрации данной сделки и регистрации права собственности Г.Д. Тарасовой на квартиру, признании права собственности за истцом. При этом суд счел необоснованными доводы Р.А. Анкудинова о недействительности сделки как совершенной под влиянием обмана со стороны Г.Д. Тарасовой, заключавшегося, по мнению истца, в подмене лица на стороне покупателя, которым, как он полагал, должна была выступать Л.А. Ковалева, а не ее дочь - Г.Д. Тарасова. Отказывая в удовлетворении исковых требований Р.А. Анкудинова, суд исходил, в том числе, из того, что договор купли-продажи квартиры заключен в письменной форме, существенные условия договора сторонами сделки - Р.А. Анкудиновым и Г.Д. Тарасовой - согласованы, Р.А. Анкудинов просил зарегистрировать переход права собственности на квартиру к Г.Д. Тарасовой, волеизъявление Р.А. Анкудинова на совершение сделки купли-продажи именно с Г.Д. Тарасовой соответствовало его воле. Кроме того, как установил суд, Л.А. Ковалевой было известно о том, что покупателем по сделке выступала ее дочь, доказательств того, что в результате совершения данной сделки для истца наступили неблагоприятные последствия, представлено не было.
В удовлетворении кассационной жалобы Л.А. Ковалевой (третье лицо) на указанное решение суда, а также в передаче ее надзорной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда надзорной инстанции было отказано.
В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации Л.А. Ковалева оспаривает конституционность пункта 1 статьи 179 ГК Российской Федерации о недействительности сделки, совершенной под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной или стечения тяжелых обстоятельств. По мнению заявительницы, данное законоположение нарушает ее права, гарантированные статьями 45, 46 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку не охватывает случаи заведомо ложных заявлений, искажающих волю лица, намеревавшегося вступить в сделку, и адресованных другому участнику сделки, и, таким образом, не позволяет осуществить защиту ее интересов как добросовестного участника сделки от недобросовестного поведения контрагентов.
Кроме того, Л.А. Ковалева просит признать не соответствующими статье 50 (часть 2) Конституции Российской Федерации часть вторую статьи 42, статьи 49, 51, 54 и часть вторую статьи 55 ГПК Российской Федерации, поскольку, с точки зрения заявительницы, они позволяют суду использовать недопустимые доказательства, а представителю истца - давать объяснения по делу, являющиеся по сути свидетельскими показаниями, но без процессуальных гарантий их достоверности.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные Л.А. Ковалевой материалы, не находит оснований для принятия ее жалобы к рассмотрению.
Согласно пункту 1 статьи 179 ГК Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Само по себе данное законоположение направлено на защиту права граждан на свободное волеизъявление при осуществлении правомочия распоряжения своим имуществом и не может рассматриваться как нарушающее конституционные права заявительницы, указанные в жалобе.
Статья 49 ГПК Российской Федерации, определяющая, какие лица могут быть предст
