Конституционный Суд Российской Федерации в составе заместителя Председателя С.П. Маврина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев по требованию гражданина А.В. Ануфриева вопрос о возможности принятия его жалобы к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил:
1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин А.В. Ануфриев, осужденный за открытое хищение охотничьего огнестрельного гладкоствольного оружия по пункту "г" части третьей статьи 226 УК Российской Федерации, оспаривает конституционность данной статьи уголовного закона и утверждает, что она в силу неопределенности употребленного в ней понятия "огнестрельное оружие" позволила суду в ходе рассмотрения его уголовного дела произвольно истолковать это понятие, что привело к нарушению его прав, гарантированных статьями 22 (часть 1) и 49 (часть 3) Конституции Российской Федерации.
Кроме того, заявитель утверждает, что статья 226 УК Российской Федерации, позволяя привлекать к уголовной ответственности за хищение либо вымогательство гражданского огнестрельного гладкоствольного оружия, вступает в противоречие с нормой статьи 222 этого Кодекса, согласно которой данный вид оружия не является предметом преступления.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные А.В. Ануфриевым материалы, не находит оснований для принятия его жалобы к рассмотрению.
Конституционный Суд Российской Федерации указал в Постановлении от 27 мая 2003 года N 9-П, что оценка степени определенности содержащихся в законе понятий должна осуществляться исходя не только из самого текста закона и используемых в нем формулировок, но и из их места в системе нормативных предписаний.
Вопреки утверждению заявителя, статья 226 УК Российской Федерации неопределенности не содержит, поскольку употребленное в ней понятие "огнестрельное оружие" закреплено и конкретизировано нормами Федерального закона от 13 декабря 1996 года N 150-ФЗ "Об оружии".
Исключение из предмета преступления, предусмотренного статьей 222 УК Российской Федерации, гражданского гладкоствольного оружия, его основных частей и боеприпасов к нему не свидетельствует о том, что гражданское гладкоствольное оружие не может быть предметом имеющего более высокую степень общественной опасности преступления, предусмотренного статьей 226 того же Кодекса. Устанавливая признаки составов данных преступлений, федеральный законодатель действовал в пределах своих полномочий, определенных статьей 71 (пункт "о") Конституции Российской Федерации.
Оспаривая конституционность статьи 226 УК Российской
